Текст книги "Моя вина"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moya-vina-215019.jpg)
Автор книги: Мерседес Рон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
12. Ник
Я чувствовал, что вот-вот взорвусь. Казалось, каждая моя клетка приведена в возбуждение и интенсивно пульсировала. Пока я шел в направлении своих друзей, злость закипала во мне.
Какого черта я поцеловал ее? Какого черта я ввязался в ее игру? С каких пор я позволяю девушке брать инициативу в свои руки? Ответ был один: Ноа.
С тех пор, как я увидел ее, я не мог выкинуть ее из головы. Я не знаю, была ли это тяга к запретному плоду, учитывая, что мы были сводными братом и сестрой, или это непреодолимое желание контролировать ее? Я понимал, что могу потушить огонь, который сжигал меня после поцелуя, но не могу заставить ее вести себя так, как мне хотелось.
Ноа отличалась от всех девушек, которых я знал. Она не пала к моим ногам, ее колени не начинали дрожать от одного моего взгляда, она не конфузилась и не робела, когда я бросал ей вызов. Это злило, но возбуждало мой интерес. Я постоянно напоминал себе, что она грубая и невыносимая, что мне следует ее игнорировать. Но мое тело предавало меня раз за разом, и я не знал, черт возьми, что делать. Я поцеловал ее не потому, что хотел помочь отомстить ее гребаному парню или отправить ее домой с этой вечеринки, а потому, что мне непреодолимо хотелось поцеловать ее губы. Как только я увидел ее сегодня вечером, мне захотелось обхватить ее бедра и овладеть ею. Это страшно расстраивало меня, учитывая, что я ее не выносил. Чем же, черт возьми, она меня так привлекала?
Шорты открывали ее длинные ноги, притягивая взгляд любого мужчины, у которого есть глаза. Хотелось ласкать ее, целовать… Ее волосы сводили меня с ума, когда она их распускала, и они обрамляли ее раскрасневшееся от алкоголя лицо. Но самыми волнующими были губы, мягкие, как бархат. Как они больно ранили, когда произносили обидные и презрительные слова. Я потерял голову, когда они приоткрылись, когда почувствовал, как ее язык коснулся моего, коснулся без стыда, без комплексов. Это было совсем не похоже на все мои прежние поцелуи с девушками. Всегда я был главным, я контролировал ситуацию. Я укусил ее за губу чисто из плотского удовольствия, от естественного желания овладеть ею и дать понять, кто доминирует.
«И это все?» – спросила она меня. Ее щеки раскраснелись, а глаза излучали желание. Черт! Если бы она не была той, кем была, я бы затащил ее на заднее сиденье своей машины. Если бы она не была такой чертовски невыносимой, я бы подарил ей лучшую ночь в ее жизни. Если бы она не была… Если бы все это не переворачивало мой мир с ног на голову…
– Чувак, где тебя носит? Первый заезд вот-вот начнется! – крикнул Лион. Он стоял недалеко от моего черного Ferrari, который ребята припарковали рядом с тонированным Audi наших соперников.
Это то, что мне было нужно. Сбросить накопленное напряжение, мчаться на скорости свыше 160 километров в час по песчаной дороге в ночи и одного за другим обгонять парней из банды Ронни. Мне нужно было выпустить пар, почувствовать адреналин в крови.
– Скажи Кайлу, что я поеду на этой, – сказал я, подойдя к машине. Мои друзья ждали меня, предвкушая гонку. Они желали только одного – выигрыша. На кону в финальной гонке стояли пятнадцать тысяч долларов и машина соперника.
Гонки против Ронни я откладывал уже давно. И дело было не в том, что я боялся проиграть, как раз наоборот. Ронни был преступником, и выиграть у него означало нажить себе неприятности. Каждый год ставки росли все выше и выше, как и напряжение между двумя нашими группировками.
Четыре группировки состязались в эту ночь и выставили своих лучших гонщиков. Всего предполагалось семь заездов на разных машинах. Кто должен был участвовать, определяла жеребьевка. Предполагалось три раунда в каждой из подгрупп, пока не определился бы один победитель. Победитель в каждой группе соперничал с финалистом, который выигрывал в другой подгруппе. Всего должно было пройти шесть обычных заездов, а затем финальный.
И я намеревался оказаться в этом финале.
С тех пор, как я стал участвовать в гонках около пяти лет назад, мы всегда выигрывали. Ронни уважал меня, но я прекрасно знал, что при первой же возможности он мне припомнит все наши выигрыши. Я был из богатой семьи и не играл на деньги. В отличие от меня, он нуждался в деньгах, чтобы покупать наркотики для развлечения своей банды. Одно дело – играть на деньги и совсем другое – выиграть единственную ценность, которая была у этого парня. Если он проиграет свою машину, мне надо быть готовым ко всему.
Я подошел к своей Ferrari и провел рукой по крыше. Я очень любил эту машину. Она была само совершенство. Моя самая лучшая покупка. Я позволял садиться за ее руль только доверенным людям.
Участвовать в гонке выпало мне.
Лион был одним из моих лучших друзей. Я познакомился с ним в непростой период моей жизни. И с тех пор мы неразлучны. Я познакомил его с Дженной, его нынешней девушкой. Она еще училась в школе. Дочь нефтяных магнатов, мы знали друг друга с детства. Она была особенной, непохожей на дочерей других миллионеров. Лион влюбился в нее с первого взгляда.
– Второй поворот уже первого, тормози пораньше, а то сойдешь с трассы, – посоветовал он, когда я сел в машину и завел ее.
Впереди люди неистово кричали, ожидая начала гонки. Две девушки держали в руках флуоресцентные флажки, готовые дать старт.
– Я понял, – ответил я. – Приглядывай за Ноа.
Я сильно сжал руль, когда понял, что она не выходит у меня из головы. Мне было важно, чтобы кто-то присмотрел за ней. Подобные развлечения опасны для таких девушек.
– Не волнуйся, Дженна прилипла к ней, как банный лист, – успокоил меня Лион. Он посмотрел в сторону, где стояли Дженна с Ноа. На Ноа была желтая флуоресцентная бандана, как у членов моей группировки. Она была возбуждена и немного пьяна.
– До скорого, – сказал я, как мы всегда говорили в начале заездов.
Я включил передачу, флажки упали. Шум мотора и ветер, бьющий в лицо, заставили меня забыть ее медовые глаза и умопомрачительное тело.
Я выиграл все гонки. Поодаль, на другой трассе, проложенной на пустыре, все соперники уже были устранены. Остался только Ронни. Неудивительно, хотя мой коллега Кайл был очень хорош, Ронни был одним из лучших.
Финал был близок, и я нервничал из-за результата.
Оставалось еще около двадцати минут. Я прислонился к своей машине, потягивая пиво и дымя сигаретой. Ноа с Дженной были неподалеку. Я видел, что они обе отлично проводили время: валяли дурака, танцевали и выпивали. Ноа делала все, чтобы забыть о своем парне, в то время как я наблюдал за каждым ее движением.
– Ты сегодня очень странный, – произнес знакомый голос за спиной.
Я повернулся к Анне, почувствовав ее теплое дыхание на моей шее. Она переоделась. На ней было очень короткое платье с глубоким декольте. Она томно смотрела на меня, как всегда, когда мы были вместе.
Я повернулся к ней и тоже внимательно посмотрел на нее.
– Это не самая лучшая моя ночь, – сказал я, дав понять, что не стоит ждать от меня ласкового обхождения.
– Я могу ее сделать намного лучше, – сказала она, прильнув ко мне и открыв роскошный вид на свою грудь. – Все, что тебе нужно сделать, это следовать за мной, – добавила она чарующим голосом.
Я внимательно смотрел на нее. Оставалось еще пятнадцать минут до последней гонки. И мне действительно не помешал бы перерыв с Анной на заднем сиденье моего 4×4.
– Только быстро, – сказал я, подталкивая ее к своей машине.
Пятнадцать минут спустя мы вернулись туда, где народ с нетерпением ждал финала. Секс с Анной помог мне прояснить голову. Я могу иметь любую, кого захочу, и не позволю этой семнадцатилетней девчонке перевернуть мой мир с ног на голову.
И тут я увидел ее.
Все зрители ушли далеко от стартовой линии, они переместились ближе к финишу. На старте всегда оставались только Лион и Дженна. Но на сей раз моего друга не было.
Единственное, что я успел заметить до того, как моя черная Ferrari тронулась с места, – это разноцветные пряди волос Ноа в зеркале заднего вида.
13. Ноа
Я решила к Нику больше не приближаться, как он и просил. Все, что между нами случилось, было восхитительно. Но лишь до тех пор, пока мы не начали разговаривать. Вот тогда я вернулась на землю и осознала, что произошло.
Можно сказать, я отомстила Дэну. Получила то, что хотела. Хотя в глубине души понимала, что ничто не поможет мне забыть предательство двух близких людей.
Фотография, сделанная Ником, немного смутила меня. Я никогда не целовалась с Дэном для фото. Да и никто меня так не целовал раньше. Когда я увидела фотографию, у меня мурашки побежали по коже. На ней было видно, как полуоткрытые губы Ника касались моих, глаза прикрыты от удовольствия. Мои щёки раскраснелись, в то время как лицо Ника было холодным и неотразимым. Одного взгляда на его профиль достаточно, чтобы понять, как он хорош собой. Дэн полезет на стену. Я это точно знала.
Прежде чем отправить фотографию, я написала под ней:
Мне понадобилось меньше четырех часов, чтобы найти парня, который намного круче тебя. Спасибо, что открыл мне глаза. Кстати, на той фотографии ты выглядишь как задыхающаяся рыба. Научись сначала целоваться, придурок!
Под сообщением, помимо нашей с Ником фотографии, была прикреплена и та, на которой целовались Дэн и Бэт.
Хотела бы я увидеть сейчас лицо Дэна. Настал конец нашим отношениям. И я благодарна судьбе за то, что нас разделяла граница. Что касается Бэт, то ей я написала всего два слова и отправила их вместе с фотографией, где она целуется с Дэном:
Все кончено.
Вот так. Конец девяти месяцам любви и семи годам дружбы. На глаза навернулись слезы, но я не позволила им пролиться. Дэн и Бэт этого не заслужили.
Я убрала телефон в задний карман и пошла прямо к Дженне. Поискав глазами Ника, я увидела, что он пьет пиво, прислонившись спиной к Ferrari.
Остаток вечера прошел в безумных танцах и веселье с моей сумасбродной подругой. Несколько раз она ускользала, чтобы поцеловаться с Леоном. Мое хорошее настроение тут же пропадало. Я пыталась отвлечься гонками. Они возвращали меня в те счастливые времена, когда ходить на трек было моим обычным делом. Я следила за гонщиками. Ник был просто неотразим в первой гонке.
Я рассмотрела трассу и поняла, что проблема была во втором повороте. Если машина проходила его медленно, то начинала отставать, а если шла на большой скорости, то был риск вылететь с дороги. Мне так хотелось показать всем, что я могу пройти трассу с лучшим результатом. Я представляла, как управляю машиной, как от бешеной скорости адреналин бушует в крови.
Вот-вот начнется последний заезд. Я знала, что Ронни будет участвовать в гонке с Николасом. Если бы мне дали шанс, я смогла бы выиграть с закрытыми глазами.
Зрители передвигались к финишу. Дженна, Лион и я должны были остаться на старте, но они отправились за чем-то в машину. Николаса тоже не было. Я стояла одна рядом с роскошным автомобилем Ника.
Подошел Ронни и с интересом посмотрел в мою сторону. Выглядел он зловеще: гора мышц, весь в наколках.
– Эй, красотка! Ты кто такая? – спросил он со смешком, опираясь руками на машину.
Я посмотрела на него с некоторым волнением:
– Ноа.
– Я наблюдал за тобой, – признался он с улыбкой, – я могу отличить девушек, которые разбираются в этом, – и он хлопнул ладонью по своей машине.
– Да, я тоже когда-то ездила, – сказала я настороженно.
Мне не нравилось, как этот парень смотрел на меня. Меня не покидало дурное предчувствие.
– Я понял это, – сказал он с усмешкой, – почему бы тебе не сразиться со мной, дорогая? – предложил он, серьёзно глядя на меня.
– Ты же должен выступать сейчас против Николаса, – сказала я нерешительно.
– Но Николаса же здесь нет, не так ли? – сказал он, разводя руками.
Я почувствовала, как кровь ударила мне в голову. Боже мой! Это же то, чего я хотела! И ведь правда, Николас исчез.
– Не думаю, что это хорошая идея, – призналась я, прикусив губу и замечая, что ключи от Ferrari в замке зажигания.
Ронни щелкнул языком и подошел ко мне:
– Ты ведь из его группировки, да? – сказал он, указывая на флуоресцирующую бандану, которую Дженна повязала мне на голову.
Скорее наоборот, но я предпочла промолчать.
– Ник уже соревновался сегодня. Пришло время и другим поучаствовать, тебе так не кажется? Или ты боишься? – добавил он, желая меня задеть.
Мои глаза горели.
– Предложение принято, – сказала я с улыбкой.
Он радостно улыбнулся в ответ.
– Прекрасно, малышка, – сказал он с горящими от волнения глазами. И добавил, садясь в свою машину:
– Увидимся на финише.
Я знала, о чем он думает. Он думал, что сможет с легкостью выиграть у меня. Ну что ж, дорогой Ронни, посмотрим! Кажется, я забыла сообщить тебе, что ты соревнуешься с дочерью победителя Национальной ассоциации гонок.
Машина была потрясающей. Кожаные сиденья, огромный кузов, что уж говорить о двигателе. Боже, какое удовольствие! Я легко завела машину и подъехала к линии старта. Никто не знал, что я за рулем, никто, кроме моего соперника. Я не хотела думать о последствиях. Просто наслаждалась моментом.
Ну что, крутой парень Ронни?
Как только упали стартовые флажки, я дала по газам и меньше чем через секунду была за стартовой линией. Вау! Это потрясающе! Что может сравниться с этим удовольствием? Я чувствовала себя свободной как птица.
Рядом со мной на бешеной скорости шел Ронни. Я сильнее нажала на газ и заорала как сумасшедшая, после того, как, проехав первый поворот, мне удалось оставить его позади.
Впереди появился второй поворот. Он был потруднее. Надо было принять молниеносное решение, проехать ли его медленно или разогнавшись до передела и рискуя вылететь с трассы.
Второй вариант вызвал у меня больше энтузиазма.
Я нажала на газ, одновременно просчитывая, когда нужно притормозить, чтобы безопасно пройти поворот.
Приблизившись, я заметила, что он уже, чем я предполагала. Черт! Меня вынесет с трассы. Я сбавила скорость и со всей силы, какая только у меня была, повернула руль. Песок брызнул из-под колес, раздался визг тормозов. Я крепко сжала челюсти, и лишь когда мне, наконец, удалось пройти поворот, сдавленный крик вырвался у меня из груди. Я прибавила газу.
– Вот так! – закричала я, глядя в зеркало. Ронни нагонял меня, но все же был сзади. Лицо его было перекошено от ярости, он проигрывал.
Самая сложная часть была пройдена. Я рванула еще быстрее. Мне осталось всего несколько километров до финиша. В этот момент Ронни врезался в меня сзади. Меня толкнуло вперед так, что ремень безопасности больно впился в грудь.
– Вот ты! – крикнула я, вцепившись крепче в руль. Ронни то приближался ко мне, то притормаживал, пытаясь еще раз ударить меня. Я немного свернула, чтобы избежать удара, но он тоже свернул. Следующий удар уже последовал с правой стороны. Черт возьми, он разбил мне машину!
Я резким движением повернула вправо и отплатила ему той же монетой. Боковое зеркало его автомобиля болталось, почти оторванное, и я, воспользовавшись его заминкой, разогналась еще сильнее. Оставалось всего несколько метров, всего несколько. И я достигла финиша!
Люди оглушительно кричали, размахивая руками и светящимися повязками. Это было потрясающе!
Затормозив, я увидела, как Ронни в ярости вылез из машины. Он буквально вышиб дверцу.
Тут же кто-то открыл дверцу и вытащил меня за шкирку:
– Ты совсем спятила!
Черт, Николас!
Никогда еще я не видела его таким злым, даже накануне вечером, когда он дрался, колошматя направо и налево. Его волосы были всклокочены, а глаза, казалось, сейчас испепелят меня.
Я сказала первое, что пришло мне в голову:
– Я победила…
Он взял меня за плечи и приблизил свое лицо к моему.
– Ты хоть представляешь, что ты наделала? – проорал он.
Я сильно рванулась, чтобы освободиться из его рук.
– Не ори на меня, – ответила я.
Да пошел к черту этот богатенький сыночек, я же не разбила машину! Это идиот Ронни ее помял. Кроме того, я выиграла гонку!
Появились Дженна и Лион, они подошли к нам, не обращая внимания на безумие, которое творилось вокруг. Я прислушалась и, наконец, разобрала крики толпы.
– Нарушение! Нарушение! – кричали и свистели со всех сторон.
По крайней мере, зрители были на моей стороне. Ронни действительно нарушил правила: ударил меня сзади, что было запрещено в гонках, и тем более при езде на машинах такого класса, они не были подготовлены к ударам и столкновениям.
– Николас, отпусти ее, – сказал Лион.
Я увидела, как недобро он на меня смотрит. Дженна тоже хмурилась.
– Ронни идет, – сказала Дженна в тот момент, когда Николас отпустил и оттолкнул меня с такой силой, что я спиной ударилась о дверцу машины.
Что на них на всех нашло?
Николас повернулся к Ронни, сжав кулаки.
– Ты нарушил правила, Лейстер, и ты прекрасно знаешь, что это значит, – сказал тот зло, с улыбкой на отвратительном, в татуировках и рытвинах лице.
– Чушь собачья! – ответил Ник. Лион стоял рядом с ним, а ребята его банды уже приближались, готовые поддержать своего главаря. Приятели Ронни сделали то же самое. Менее чем за минуту вокруг нас сформировался круг. Я по-прежнему ничего не понимала.
– Это не моя проблема, что она влезла в мою машину и выехала на трассу. Я не собираюсь брать на себя эту ответственность, – сказал Ник, и я начала понимать, куда ветер дует.
– Она ваша, Лейстер, так что это твоя ответственность, – ответил Ронни с кривой улыбкой.
– Это не… – сказал Николас, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня. Я прочла в его глазах удивление, сменившееся гневом.
– Она носит бандану, так что она твоя, – ответил Ронни.
Тут я, наконец, поняла. Бандана сделала меня членом банды. Но в чём была проблема, что я выехала вместо Николаса.
– Ты нарушил правила, Лейстер. Финал был между нами, так что победитель известен, – сказал Ронни, поддерживаемый криками своих дружков.
– Это смешно, – заявил Николас, делая шаг вперед. Лион сделал то же самое, и я увидела, как он сжал кулаки. – Гонка должна повториться и точка, ты ничего не выиграл.
Ронни с насмешливой улыбочкой качал головой.
– Приготовьте мне пятнадцать тысяч долларов и ключи от этой прекрасной машины, – сказал он, глядя на черную Ferrari Ника.
Прежде чем Николас успел что-то сказать, я шагнула вперед.
– Ты же сам велел мне выступить против тебя, – напустилась я гневно на Ронни. – И я, семнадцатилетняя девчонка, выиграла у тебя, – сказала я с издевкой. Лицо Ронни дернулось. – Я задела твое маленькое мужское эго, и теперь ты считаешь, что у тебя есть право на машину и деньги?
Николас встал передо мной.
– Заткнись и сядь в мою машину, – гаркнул он мне. – Сейчас же!
– Ага, сейчас! – огрызнулась я в ответ и, повернувшись лицом к Ронни, крикнула:
– Научись ездить, засранец!
Приятели Ника одобрительно загудели, и мне стало намного лучше.
Кто-то оттащил меня назад, когда Николас повернулся и пошел навстречу Ронни. Я увидела лицо Ронни и поняла, что сейчас будет жарко.
– Заткнись, Ноа, – услышала я голос Дженны над своим ухом. – Ты сделаешь только хуже.
Николас остановился перед Ронни, они смотрели друг на друга с ненавистью. Я боялась, что сейчас начнется драка. Но Николас опустил руку в карман, достал ключи и протянул их Ронни.
– Деньги я положу тебе на счет завтра утром, – сказал он спокойно, сохраняя хладнокровие.
Вокруг воцарилась тишина. Ронни самодовольно улыбался, поигрывая ключами.
– Постарайся держать эту сучку взаперти, – сказал Ронни.
У Николаса изменилось лицо.
Он молниеносно повернулся и ударил Ронни в челюсть с такой силой, что тот отлетел на капот своей машины.
И начался ад.
Все кинулись молотить друг друга. Посреди этого безумия кто-то толкнул меня сзади, я упала на землю, разбив колени и ладони.
– Ноа, – крикнула Дженна, помогая мне подняться.
Бог мой! Пятьдесят свирепых накачанных мужиков дрались не на жизнь, а на смерть. Страшно было оказаться в самом центре бойни. Я запаниковала. Кто-то схватил нас с Дженной. Это был Лион. У него была разбита губа.
– Залезайте в машину, – приказал он, когда мы добрались до внедорожника Ника.
Запрыгнув в машину, он завел ее и подъехал как можно ближе к месту, где Ник все еще лупил скорчившегося Ронни.
– Ник! – крикнул Лион.
Николас в последний раз ударил Ронни в живот и побежал в нашу сторону. Я заметила, что у него разбита губа и скула налилась фиолетовым цветом.
Пока Лион разворачивался, Ник впрыгнул на место рядом с водителем.
Я оглянулась, и сердце ухнуло вниз – у Ронни в руках был пистолет. Он целился в нашу машину.
– Пригнитесь! – заорала я, и в этот момент заднее стекло машины разлетелось вдребезги.
– Твою мать! – кричали Лион и Ник.
Лион на полной скорости выехал на шоссе. В этот поздний час дорога была пустая. Я обернулась и увидела несколько машин, мчавшихся за нами, но машины Ронни среди них не было.
– Вы в порядке? – обернувшись, спросил Николас и посмотрел сначала на меня, а потом на Дженну.
– Дженна, скажи что-нибудь, – сказал Лион, глядя на нее с тревогой в зеркало заднего вида.
– Сукин сын! – истерически закричала она.
– Вижу, ты в порядке, – усмехнувшись, сказал Лион.
– Найди автозаправочную станцию, – попросил Ник Лиона, откинувшись на подголовник.
Я боялась глубоко дышать, как будто окаменела от ужаса. Никто на меня никогда не наставлял пистолет. Он смотрел мне прямо в глаза перед тем, как выстрелить. Этот безумный взгляд будет еще долго меня преследовать.
Я все еще не понимала, что случилось. Почему все вышло из-под контроля?
Впечатления и события этого дня: Дэн, Бэт, гонки, приятные и неприятные чувства, которые пробудились сегодня, бессилие и чувство вины, кроме того, боль в кровоточащих коленях и ладонях, – все это начало настойчиво давать о себе знать, мои нервы не выдерживали напряжения.
Десять минут спустя, окруженные неловкой тишиной, мы стояли на круглосуточной автозаправочной станции.
Лион заглушил двигатель и поспешил открыть дверь Дженне, чтобы тут же горячо ее обнять.
Ник тоже вышел из машины и, не останавливаясь, пошел прямо на заправку. Я не могла и не хотела смотреть на него.
Я чувствовала себя виноватой в том, что случилось. Драка могла закончиться в тысячу раз хуже. Эти люди не были похожи на тех, которых я до сих пор знала. Они были опасны. Здесь крутились большие деньги. А я выставила перед всеми дураком главаря банды, и Ник был вынужден вступить с ним в драку. Все произошедшее было моей виной.
Николас вышел с заправки с полным пакетом. Он подошел к Дженне и Лиону и протянул им бинты, обезболивающие и алкоголь.
У Дженны был разбит лоб, и Лион помог ей его обработать.
Николас вытащил бутылку с алкоголем и стерильную повязку и продезинфицировал рану на губе. Затем он вылил себе на голову воду из бутылки, стряхнул мокрые волосы и направился ко мне.
Открыв дверцу машины, он смотрел на меня на несколько секунд.
– Дай мне свои руки, – сказал он ничего не выражающим тоном.
Я не двигаясь смотрела на него. На его разбитую губу и огромный синяк на скуле. Ком подступил к горлу. Это была моя вина.
– Извини, – прошептала я так тихо, что даже не поняла, слышал ли он.
Он взял мою руку и осторожно начал очищать окровавленную, грязную рану. Сначала на руках, потом на коленях.
Я не знала, что делать и что говорить. Лучше бы он кричал и обвинял меня, чем это молчание. Николас вернулся на водительское место и минуту спустя в гробовой тишине мы выехали на дорогу. Даже Дженна с Лионом молчали.
Тогда я поняла, насколько серьезно всех подвела.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?