Текст книги "Высшая Школа Библиотекарей. Магия книгоходцев"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vysshaya-shkola-bibliotekarey-magiya-knigohodcev-99258.jpg)
Автор книги: Милена Завойчинская
Жанр: Городское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 2
О том, что не всегда падение в неизвестность заканчивается плохо
Пару раз я кувыркнулась в воздухе, но швабру из рук не выпустила, а потом грохнулась на что-то мягкое и живое.
– А‑а-а-а‑а! – это я.
– А‑а-а-а‑а! – это подо мной. Тот, на кого я упала.
– Ты?! – взревел Федька, как только я с него скатилась и села на твердом полу.
– А ты кого ждал, паразит?! – заорала я. – Бросаться в меня тяжелыми предметами? Книжки портить?
– Да что же ты ко мне привязалась-то?! – завопил он в ответ и вскочил.
– Я сейчас покажу тебе, кто к кому привязался, паршивец! Ишь, удумал слабую девушку обижать! – озверела я и бросилась убивать этого наглеца.
В общем-то, мне это почти удалось. Я пару раз дотянулась до него шваброй и основательно приложила пониже спины. Хотя надо отдать Федьке должное, улепетывал он от меня как заяц, и большую часть времени мы с ним просто бегали по круглой пустой комнате, в которой очутились.
– Что здесь происходит?! – вмешался в нашу битву холодный суровый мужской голос. – А ну успокоились!
– Магистр Новард! – воскликнул Федя и бросился к новому лицу. Прятаться!
– Ничего страшного! – пытаясь отдышаться, ответила я, притормозив в последний момент, а то сама чуть не врезалась в этого мужика, который магистр. Им оказался высоченный брюнетистый дядька с суровыми чертами лица и сединой в волосах, одетый в длинный черный балахон. – Сейчас я немножко убью вот этого наглого типа и сразу же успокоюсь.
Я сдула с лица прядку, так как в пылу битвы обруч на голове съехал, волосы рассыпались, и длинная челка лезла в глаза.
– Федоил Ниртон?! – Голос вопрошающего не предвещал ничего хорошего.
– Я не специально, магистр! Она меня увидела, когда я только прибыл. А потом подкарауливала, когда пришел к точке возврата. И напала на меня.
– Я подкарауливала?! Чушь! Я сидела, книжку читала, а ты шарился в библиотеке, хотя она уже была закрыта для посетителей!
– А ну тихо! – проникновенно приказал магистр, и почему-то спорить с ним у меня желания не возникло. – Ниртон, поднимите портал. «Слабая девушка», марш в мой кабинет. Будем разбираться, что с вами делать.
Дядька развернулся и направился прочь. О как! Получается, он давно за нами наблюдал, раз слышал мои слова про «слабую девушку»? Я вопросительно уставилась на Федьку.
– Сейчас провожу, – лаконично буркнул он и, обогнув меня по дуге, подошел к валяющейся на полу книге и поднял ее.
Хм. А ведь книжечка-то была на иностранном языке. Точно помню! Но сейчас я легко прочитала ее название: «Тихая поступь убийцы». Ничего не понимаю! Я с интересом осмотрелась. Круглая комната, в которой отсутствовали мебель и окна, больше всего напоминала имитацию библиотеки. Имитацию, так как стены ее покрывала мозаика, изображающая полки, плотно уставленные книжными томами. Пол черный, мраморный. Круглый свод терялся в вышине и тоже был абсолютно черным. Неуютное помещение, должна сказать. Откуда лился неяркий рассеянный свет, позволявший оглядеться, я не поняла.
– Федь, а мы где? – спросила я своего противника и снова сдула с глаз челку. В крови еще бурлил адреналин, поэтому толком испугаться и удивиться я не успела. Если только совсем немного.
– Где-где… – проворчал он. – Вот какого шурха ты за мной поперлась? Одни проблемы теперь из-за тебя!
– Сбрендил? – покрутила я пальцем у виска. – Я в своей библиотеке была. И никуда я за тобой не перлась, а всего лишь хотела немного поколотить.
– А мне теперь, наверное, не засчитают практику из-за твоей привычки колотить ни в чем не повинных студентов швабрами. – Парень хмуро глянул на мое деревянное орудие, с которым я расставаться не собиралась. Мало ли что еще впереди ждет. – Идем!
– Федь, а Федь, – припустила я за ним к выходу. – Так где мы?
– Отстань, проныра! – Он стряхнул с руки мои пальцы, но я тут же снова вцепилась в его рукав, не обратив внимания на страдальческий вздох.
– Ну, Фе‑е-эдь, – заканючила я. – Ну тебе чего, трудно ответить? Ты куда меня притащил? И как?
Вообще-то было страшноватенько. Ведь такого не бывает в реальной жизни, чтобы – раз! – телепортировался и провалился в другой мир. Я ведь не попаданка какая-нибудь, а обычная девчонка. Да в моей жизни самым большим чудом было то, что я дельфинов увидела, когда мы с родителями отдыхали на море. Или… Ой-йо‑о!
Я – попаданка?!
От этой мысли сначала споткнулась, а потом вообще замерла на месте.
– Федь, а Федь, – мрачно процедила я. – Ты – эльф?
– Совсем спятила? – вытаращился на меня парень, которому тоже пришлось остановиться. Я ведь удерживала его за рукав.
– Гном? – не обратила я внимания на его возмущенный взгляд.
– Нет!
– Демон?
– Дура!
– Сам дурак! Так демон или нет?
– Человек я. Все, довольна?
– Ага! – Я зашагала за ним следом, осматриваясь по ходу движения.
Сначала нам пришлось спуститься по винтовой каменной лестнице, этажа этак с пятого. Федька злобно пыхтел, периодически пытался вырвать из моих цепких лапок свой рукав, но потом смирился и бросил бесплодные попытки. Ну а что? Страшно же! Запоздалая реакция, конечно, но лучше поздно, чем никогда. До меня только сейчас начало доходить, что все происходящее, мягко говоря, не совсем нормально, и неизвестно, чего ждать дальше.
Потом мы очутились в мрачноватом коридоре какого-то административного здания. По обеим сторонам на равном расстоянии располагались высокие двери, в простенках висели светильники. Пол был не мраморным, как в первой комнате с мозаикой, но тоже выложен плитами из серого гладкого, но не скользкого, камня. Странно… Почему не паркет или линолеум?
– А там что? – не выдержав, спросила я и ткнула пальцем в первую попавшуюся дверь.
– Не твоего ума дело! – скорее по привычке, чем по необходимости огрызнулся парень. – Вот поговоришь с ректором, тогда и узнаешь, что позволено будет.
– А тот дядька – ректор? – уточнила я. – Ага‑а‑а! А это, значит, институт? Круто! А институт – чего?
– Вот же… Достала!
– Зануда противный!
– А ты – шурх!
– А что такое шурх? – тут же задала я следующий вопрос.
– Не «что», а «кто». Червяк такой.
– Чего‑о‑о? Ты обозвал меня червяком?
– Книжный червь, – поморщившись, пояснил Федоил. – Зараза редкостная. Если заведется, замучаешься выводить. Жрет все книги подряд, не разбирая жанры.
– Ага! – типа поняла я.
Но быть книжным червем оказалось не очень обидно, я слишком сильно любила читать. Так что родители меня иногда тоже ласково так обзывали – книжным червяком.
– Федь, а ты на каком курсе?
– Почти на третьем. Если мне практику засчитают. А то из-за тебя… – Он недобро покосился на меня.
– Да ладно, не дрейфь! Я за тебя заступлюсь, – успокоила я его.
Вот так, вяло переругиваясь, мы добрались до кабинета ректора.
– Магистр Новард, можно? – Федька постучал в дверь, приоткрыл ее и заглянул в щель.
– Нужно! – донесся из комнаты ответ.
Мы вошли, парень демонстративно, по одному, разжал мои пальцы на своем рукаве и с несказанным облегчением на лице отодвинулся подальше. А я принялась осматриваться. Итак. Кабинет: большой, с высоченным потолком и окном, задернутым плотными бордовыми шторами. На полу ковер. Слева – дверь в смежное помещение. Все свободное пространство у стен плотно заставлено книжными шкафами, на некоторых дверцах – замки. Полки в шкафах в прямом смысле ломились от книг. Причем это были не какие-нибудь чахлые тонкие томики, а конкретные такие гримуары и талмуды. Старинные, наверное. Не зря под замок их прячут. У противоположной от входной двери стены – внушительных размеров письменный стол, заваленный бумагами, книгами и свитками. За ним восседал мужик, разнявший нас с Федоилом. Перед столом – два деревянных кресла с высокими резными спинками. Под потолком – белый круглый плафон, дававший хорошее освещение.
– Ниртон? – вопросил ректор провинившегося студента.
– Я прибыл на практику, как и было велено. Выбор пал на маленькую районную библиотеку. Действовал по инструкции. Время было уже вечернее, заведение выглядело закрытым. А там эта… Увидела меня, пришлось удирать.
– Это так? – Тяжелый взгляд карих глаз переместился на меня.
– Ну да. Библиотека уже закрыта была, а он там шатался и книжки воровал, – пояснила я.
– Я ничего не воровал! – огрызнулся Федька и продолжил, глядя исключительно на ректора: – Выполнив задание, вернулся в назначенный час в точку прибытия. Библиотека была закрыта, свет не горел. Мне нужно было переждать немного до активации портала, а там опять эта…
– Вы уборщица? – спросил ректор и многозначительно посмотрел на швабру в моей руке.
– Я?! – возмутилась я. – Нет, я библиотекарь! Просто люблю задерживаться после работы, чтобы спокойно почитать. А то дома родители пилят. В смысле… э‑э‑э… нотации читают. Вот сидела я, спокойно читала книгу, а там этот… Шарился, ведром гремел. Я и прихватила что-нибудь увесистое. Не с пустыми же руками было идти вора гонять. А он еще и напал на меня! Ну и вот, пригодилась швабра.
– Пригодилась?! – Федя даже забыл, что нужно бояться ректора. – Да ты мне ею чуть спину не сломала!
– А нечего было в меня книгами бросаться!
– Тихо! – Могучая ладонь хозяина кабинета стукнула по письменному столу.
Мы с Федькой подпрыгнули от неожиданности, обменялись сердитыми взглядами и замолчали. Только оба гневно сопели. Нет, ну а чего он?
– Студент Ниртон! Практику я вам…
– Не наказывайте его! – горячо вмешалась я. Обещала ведь заступиться. – Засчитайте ему, пожалуйста. Он же не виноват, что я люблю сидеть на работе допоздна. Он ведь действовал по инструкции.
У ректора удивленно поднялись брови, но я смотрела на него, не отводя взгляда и сделав глазки жалобными. За себя просить не стала бы, но этого лохматого балбеса было жалко. Хотя он и бесит меня.
– Кхм, – кашлянул глава школы. – Студент Ниртон, практику вам засчитают по итогам отчета.
Федя облегченно выдохнул, а магистр продолжил:
– Что, впрочем, не освобождает вас от реферата на тему: «Перемещение в иные реальности с помощью портала и взаимодействие с населением реальностей и нереальностей». Декана Листрата я извещу.
– Спасибо, магистр Новард! – Федя чуть поклонился.
– Теперь вы, «слабая девушка». Имя, возраст, раса, статус, образование?
– Мм-м, – зависла я на секунду. – Кира Золотова, семнадцать лет, человек, окончила среднюю общеобразовательную школу. К несчастью, провалила вступительный экзамен по математике в институт, в связи с чем родители устроили меня работать в библиотеку.
– Статус?
– Статус? – Я недоуменно поморгала. – Не замужем.
Федоил хрюкнул от смеха, а ректор чуть улыбнулся и уточнил:
– Дворянка?
– А‑а‑а, – выдохнула я. – Нет. У нас они как вид не существуют. Ну, только где-то в Европе еще не вымерли некоторые индивидуумы.
– Ну что же, слабая девушка Кира, которая чуть не сломала швабру о спину нашего студента. Учитывая ваши способности и ситуацию в целом, могу предложить вам место в нашей школе.
– Э-э?
– Вышибалой хотите стать?
– Я‑а‑а? – У меня даже рот открылся.
Я – вышибала? Он это как вообще себе представляет? Да во мне роста – метр с кепкой. И полное отсутствие мышц.
– Ну а что? – задумчиво продолжил ректор. – Факультет, как обычно, будет ясен лишь при распределении. Вы как раз удачно сюда попали, не иначе, вас сама Судьба направляла. Распределение завтра утром. Но и так ясно, способности книгоходца у вас имеются, иначе бы вы не смогли пройти в портал за Ниртоном. Работали вы библиотекарем, читать любите. Срок обучения – пять лет. Если не найдете средств, чтобы погасить стоимость учебы, то потом отработаете столько же лет на государство и свободны.
– Погодите! – Я помотала головой и даже зажмурилась на мгновение. – Я же дохлятина! Какая из меня вышибала?! Да меня первый же качок одним пальцем зашибет или об колено сломает.
Федоил совершенно неприлично заржал, но, увидев взгляд магистра, осекся и стал давиться смехом молча.
– Простите, Кира, – улыбнулся мужчина за столом. – Я не учел, что вы из другой реальности. Наше учебное заведение называется – Высшая Школа Библиотекарей. Сокращенно – ВШБ. А студентов и выпускников, так уж повелось, называют «вышибалами».
– Ага! – кивнула я. Двумя руками зацепилась за крестовину своей верной швабры и повисла на ней в раздумьях. – А мы, вообще, где? – задала я, наконец, тот вопрос, который все это время крутился в голове.
– В Межреальности. Наш мир или, как принято называть, – реальность, находится в центре. От нас с помощью порталов можно без проблем и сложностей переместиться в любой из миров реальных и нереальных. В этом его особенность. Только отсюда можно с легкостью попасть в миры нереальные, вымышленные. И именно этим и занимаются наши студенты и выпускники. Мы – Библиотекари. Библиотекари с большой буквы. Вы ведь в курсе, что практически каждый день писатели создают новые книги? И так происходит не только в вашей реальности, но и во всех иных. Наша задача – перемещаться в реальные миры и оказывать, скажем так, содействие писателям, если таковое необходимо. Или же переноситься в нереальности, то есть в выдуманные миры, если оказывается, что случилось то, чего не должно было происходить по сюжету. Если герои обрели собственную жизнь и творят непотребства. Поняли?
– А‑а‑а, – протянула я.
От объяснения магистра у меня мозг буквально закипел. И, подозреваю, зрачки стали квадратными, как у козы. И вот стояла я, смотрела на него квадратными зрачками, как то упертое рогатое парнокопытное, и хлопала ресницами.
– В общем, решайте. Если согласны, то сейчас Федоил отведет вас в общежитие, дождетесь завтрашнего распределения по факультетам. Если не согласны, я отправлю вас домой. Но обратного пути не будет. Про учебу в ВШБ можете забыть.
Я украдкой взглянула на Федьку, который стоял и корчил мне рожи, изо всех сил намекая, чтобы я проваливала отсюда подальше. А вот фигушки, злыдня патлатая! Что же я, ненормальная, отказываться от учебы? В институт вон уже не попала, так что дудки! Да и вообще, тут же – сказка, чудо!
– Я согласна! – твердо ответила ректору. – Только мне нужно как-то известить родителей, они ведь переживают, куда я пропала.
– Им передадут письмо, в котором будет сообщение, что вас зачислили в ВШБ, выделили место в общежитии, и вы приедете их навестить через пять лет, после окончания учебы.
– Но…
– Извините, но на каникулы в вашу реальность вы поехать не сможете. В технические миры тяжело пробиваться даже ради высшей цели, очень необходимой и нужной. Так что строить портал и тратить колоссальное количество энергии ради того, чтобы вы навестили родственников, никто не станет. Но не переживайте, письмо будет с магической составляющей, ваши родители не станут волноваться.
– А позвонить?
В ответ удостоилась снисходительной улыбки и отрицательного качания головой.
– Впрочем, я не исключаю того, что вы попадете на один факультет с Федоилом Ниртоном, тогда кто знает? Допускаю, что ваша летняя практика может выпасть именно на вашу родную реальность. Но гарантировать ничего не могу. Все будет зависеть от обстоятельств.
Я еще пару минут подумала, рассматривая ковер, потом набрала полную грудь воздуха для храбрости и сказала:
– Я согласна учиться здесь. Спасибо! Что от меня требуется?
– Ниртон, ведите ее в общежитие. Сообщите, что это мой приказ, пусть Кире выделят место уже сегодня. И вот еще, дорогой мой. Это вы ее сюда притащили, так что вы за нее и отвечаете до начала занятий. Понятно?
– Но, магистр! – возопил парень и метнул в меня злобный взгляд.
Я хищно улыбнулась и потрясла своей шваброй. Федя скривился и с тоской посмотрел на ректора.
– Ниртон? – поднял брови тот.
– Понял! Идем! – мрачно отозвался Федоил и метнул в меня очередной злобный взгляд.
А я что? Я ничего! Стояла себе, улыбалась во все свои двадцать восемь зубов (зубы мудрости отрастить еще не успела) и мило моргала.
Федька вышел в коридор, даже не придержав мне дверь, так что пришлось самой открыть ее, попрощаться с ректором (милый какой дядя оказался, а выглядел так сурово) и выйти следом за своим провожатым.
– Мелкая проныра! – сердито бросил он мне и пошел вперед, не оглядываясь.
– А в глаз?
– Тьфу на тебя! Вот за что мне это? Свалилась на мою голову! Мне из-за тебя теперь реферат писать и следить за тобой, чтобы ничего не натворила.
– Сам виноват, нечего шляться где не надо, – фыркнула я, закинула швабру на плечо и поспешила за удаляющимся парнем. – А я не проныра, а милая скромная девушка.
– Шурх ты противный! Даже в ВШБ умудрилась просочиться без проблем. А я, между прочим, экзамены сдавал на конкурсном отборе соискателей и доказывал свои способности книгоходца, как и все остальные.
– Вот спасибо тебе, мил-человек! – отвесила я дурашливый поклон. – Притащил меня в другой мир, по блату пристроил в «вышибалы». Благодетель ты мой!
– У‑у‑у, прибил бы! – прошипел напоследок Федька и угомонился.
И правильно, все равно ведь меня не переругаешь.
Глава 3
О новом месте обитания и первых знакомствах
По пустым темным коридорам мы дошли до широкой лестницы и спустились на первый этаж. Попали в огромный холл, в центре которого стоял большой глобус и неярко светился. Правда, когда мы приблизились, я рассмотрела, что на глобусе вместо очертаний материков, морей и океанов – книжные корешки. Некоторые из них светились более ярко, некоторые бледнее, а часть вообще были темными.
– Федь, это – что? – подергала я за рукав своего спутника.
– Символ ВШБ и заодно Межреальности. Вам на первом курсе все будут рассказывать, – смирившись с моим присутствием, уже почти спокойно пояснил парень.
Я еще успела осмотреть холл. Потолок терялся где-то в вышине, а монолитные стены шли только до середины пространства, уходящего вверх. Примерно на уровне второго этажа они обрывались и переходили в колонны, подпирающие свод. А за колоннами располагался своего рода балкон, опоясывающий холл с трех сторон. Наверное, оттуда очень удобно смотреть, что же происходит внизу.
Из холла вправо и влево уходили два коридора, а его стены покрывала мозаика, такая же, как в той башне, в которую мы первоначально угодили. Создавалась иллюзия, что вдоль стен стоят стеллажи, плотно заставленные книгами. К одному из этих мозаичных стеллажей даже была прислонена стремянка. Уж не знаю для чего, но именно она придавала законченный вид стилизации под библиотеку.
Наконец мы вышли на улицу. Стояла глубокая ночь, что странно. Вероятно, время здесь отличается от земного. Небо походило на черный бархат с яркими россыпями самоцветов, так как далеко не все звезды были белыми. Некоторые отливали голубым цветом, другие светились нежно-розовым, видны были и сиреневые, и даже красные точки. Красиво! Потом я перевела взгляд дальше и споткнулась.
– Обалдеть! Три луны! – прошептала, не обращая внимания на насмешливое хмыканье Феди.
Спутников у этого мира действительно было три. Самая большая и яркая светилась белым цветом, почти как наша Луна. Вторая, немного поменьше диаметром, была голубой. А последняя луна была в два раза меньше средней и сияла нестерпимо холодным сиреневым цветом.
– Белая – Селина. Голубая – Блуми. Сиреневая – Лаванди, – пояснил Федя, не дожидаясь моего вопроса.
Он подцепил меня под локоть и потащил в нужном направлении, поняв, что иначе мы и до утра не доберемся до общежития. А посмотреть было на что. Вокруг расстилался парк. Сейчас, в темноте, я не могла оценить всей его прелести, но, думаю, при свете дня буду в восторге от видов. Оглянулась на тот корпус, из которого мы вышли, и присвистнула. Черная громада возвышалась этажей эдак на восемь, плюс четыре башни готического вида.
– А четыре башни расположены просто так или ориентированы по сторонам света? – спросила, еле поспевая за провожатым, который меня почти тащил.
– По сторонам света, конечно. Только их не четыре, а восемь. Еще четыре пониже, их с этого ракурса не видно.
– Круть!
Общежитий, как выяснилось, было два. Женское и мужское. Два отдельных корпуса стояли на расстоянии друг от друга, между ними располагалась лужайка с клумбами и несколькими раскидистыми деревьями. Но полностью изолированными общежития не были, их соединял воздушный переход с большими окнами. Ну, вот как в крупных торговых центрах.
Тут ко мне пришло осознание: это – другой мир. Точнее, реальность. Я помню, как в моей голове женский голос произнес: «Загрузка новой реальности». Так вот! Значит, тут одеваются иначе, чем принято у нас на Земле. Я посмотрела на Федю. Хм. Да нет же: обычные джинсы, кроссовки, футболка и джинсовая куртка. Может, все не так плохо, и я в своих любимых узких джинсах, кожаных кедах, футболке с лягушкой из стразов и тонком кардигане на пуговках не буду выглядеть белой вороной?
«Буду!» – поняла спустя три минуты, когда мы вошли в холл женского общежития.
– Госпожа Каруда, – вежливо обратился Федоил к стоявшей спиной низенькой женщине в длинном платье.
Она была очень занята, так как гневно распекала понурившуюся перед ней девчонку за какие-то провинности.
– Чего тебе? – Госпожа Каруда обернулась и сердито уперла руки в боки. – Ты что тут делаешь? Отбой уже был! И давно! Вот я расскажу господину Марфусу, что его подопечные по ночам шляются по вверенной мне территории.
А я стояла, неприлично отвесив челюсть, и во все глаза рассматривала комендантшу женского общежития. Она была зеленой. В смысле кожа у нее была зеленой. Ее недлинные черные густые и, судя по виду, жесткие, как проволока, волосы топорщились во все стороны. Из этой буйной гривы наружу гордо торчали лопухи ушей. Нос приплюснутый, рот крупный с тонкими губами, глаза раскосые. Короче, внешность сия особа имела такую, что оторопь брала. А еще она была совсем невысокой, мне до подмышки примерно, но весьма крепкого телосложения, и при этом очень сердитой.
– А это что за болезная лягушка со шваброй тут болтается? – напустилась госпожа Каруда уже на меня. – Ты почему до сих пор не в постели? Да еще имущество казенное таскаешь без спросу! Вот я тебя сейчас! А ну быстро верни швабру в чулан и марш в свою комнату!
– Это моя швабра! – у меня от возмущения прорезался голос. – Я с ней сюда прибыла. И вообще, она мне дорога как память. Единственная вещь из родного мира.
– Госпожа Каруда, я к вам от господина ректора! – снова попытался объясниться Федоил. – Это новенькая, ее только сейчас приняли. Факультет, разумеется, пока неизвестен. Магистр велел ее заселить.
– Ах, вон оно что! – Жуткая тетка резко успокоилась и улыбнулась, а я икнула от вида ее клыков. – Что ж ты сразу не сказала? Идем, я запишу тебя и выделю комнату. Спать, поди, хочешь? Уже глубокая ночь, а… – Она обернулась, заметила несколько любопытных девичьих мордашек, высунувшихся из-за угла, и рявкнула во все горло: – А некоторые не спят!
Любопытные моськи как ветром сдуло, и я сама чуть следом за ними не припустила с перепугу. Еле устояла на месте, но в свою швабру вцепилась покрепче.
– Госпожа Каруда, так я пойду? – спросил ощутимо сбледнувший Федька. Похоже, его тоже проняло от вопля комендантши.
– Проваливай! Ишь, повод нашел, в женское общежитие ночью завалиться!
– Так я же от господина ректора! – протараторил Федоил и начал пятиться к выходу.
– Иди уж, – фыркнула грозная дама и подмигнула мне, но так, чтобы парень не видел. – После распределения проводишь девочку в город, поможешь все выбрать и купить. Аванс стипендии я выдам.
Федька что-то пробурчал и по-быстрому удрал, а женщина поманила меня за собой в служебную каморку.
– Имя, возраст, раса, родной мир, статус, курс? – заученно протараторила она, открывая огромную толстую книгу на невысоком, под ее рост, пюпитре.
– Кира Золотова, семнадцать лет, человек, планета Земля, не дворянка, их у нас практически не существует, курс – первый. Меня только что зачислили.
Женщина быстро записала все в свою книгу.
– Ты к другим расам вообще как? – смерила она меня подозрительным взглядом.
– Вообще никак! – честно ответила я.
Как-как? Откуда я знаю «как», если у нас только люди, а эльфов и гоблинов мне доводилось видеть только на картинках в комиксах да в компьютерных играх.
– Это хорошо, – чему-то довольно кивнула тетка. – А предпочтения у тебя в книгах какие? Сама как считаешь, на какой факультет попадешь?
– Э-э, – промямлила я и покраснела. – Я фэнтези люблю. Ну… чтобы магия, эльфы, демоны, чудеса всякие, зверушки волшебные говорящие. А на какой факультет попаду, не знаю. Господин ректор сказал, все во время распределения понятно будет.
– Чудненько! – потерла она ладошки, заставив почуять, что грядет какой-то подвох. – Место я тебе выделю в хорошей комнате. Большой, светлой, просторной. И мебель в ней почти новая и вся целая, в отличие от многих других помещений. И соседка у тебя будет… кхе… милая девушка. Сегодня ее еще нет, а вот завтра она приедет, и познакомитесь.
– А может, меня лучше к первокурсницам? – неуверенно спросила я. – А то мне со старшекурсницей неудобно будет.
– А она как раз первокурсница, насчет этого не переживай, – подозрительно ласково ответила госпожа Каруда.
– Ну… ладно, – согласилась я, хотя несколько напряглась, подозревая подставу, но тут у меня в животе громко заурчало. – Извините!
– Голодная, что ли? – нахмурилась женщина.
– Да я сюда прямо с работы попала, – смутилась я. – Не успела домой на ужин, а днем и пообедать толком нечем было.
– Бедолажечка!
Тетку снова будто подменили. Она стала похожа на смешную крепенькую зеленую наседку. Быстро метнулась к шкафчику в углу, вынула из него накрытое тряпочкой блюдо, от которого шел умопомрачительный запах пирожков. Расставила чашки с блюдцами, налила ароматный чай и пригласила меня к столу. Причем все это очень шустро.
Следующие минут пятнадцать я была потеряна для общества. Количество съеденных пирожков меня не смущало, так как я вообще не толстела. Мама все жаловалась, что, сколько меня ни корми, все не в коня корм. А госпожа Каруда потчевала и приговаривала, чтобы я не стеснялась и ела побольше, а то тощенькая, аж жалко. И что меня, бедненькую, дома совсем не кормили.
– А тебе швабра-то для каких целей? Ты поломойкой работала, что ли? – поинтересовалась госпожа Каруда, умильно наблюдая за тем, как я подъедала ее запасы.
– Я ею Федьку лупасила, – прошамкала с набитым ртом. – Он к нам в библиотеку вломился, я думала, вор. Ну и вот. Не с пустыми же руками было на грабителя кидаться, схватила, что под руку попало. А так я вообще библиотекарем работала.
– Федька – это Федоил Ниртон, что ль? – прыснула от смеха женщина.
– Ну да, – кивнула я и сдула прядку волос с лица. – Фух! Спасибо! Вы меня спасли от голодной смерти!
Я сыто отвалилась от стола и положила руку на живот, который ощутимо выпирал от количества съеденного.
– Ну, идем тогда. Провожу тебя в комнату.
Она встала и направилась к выходу, а я прихватила свою верную швабру и потопала за ней. Комната, в которую мы пришли, располагалась на втором этаже. Госпожа Каруда сама отперла дверь, вошла первой и включила свет. А я осторожно вступила следом за ней. Свет лился с потолка из двух узких длинных светильников, очень похожих на те плафоны, которые устанавливают у нас в офисных зданиях или в подъездах. Только был он не белым, а теплым и желтоватым.
Комната действительно оказалась просторной и выглядела вполне пристойно. Я, если честно, ожидала худшего. Справа от входа – большой трехдверный одежный шкаф, вплотную к нему широкий стеллаж с глубокими пустыми полками. Слева от двери – еще один шкаф, который оказался магическим холодильником. Рядом с ним небольшой столик, как я поняла, для посуды, и узкий высокий шкаф-пенал. Напротив двери – большое окно с грязными стеклами и не слишком чистыми короткими шторами светло-коричневого цвета. Вплотную к окну – два письменных стола с приставленными к ним стульями. Наверное, будет интересно смотреть в окно во время работы над домашними заданиями. На каждом из столов – по настольной лампе в виде шара из матового белого стекла на ножке. Между столами оставался неширокий проход, чтобы можно было подойти к подоконнику. По центру комнаты на полу расстелен тонкий бежево-коричневый ковер, местами потертый и лысоватый. Две кровати у стен, стоящие четко друг напротив друга. Располагались они между столами и шкафами и были застелены покрывалами в тон штор и ковра. На стенах над ними – бра той же формы, что и настольные лампы. Стены покрашены светло-бежевой краской. Вот и весь интерьер.
– Ну вот, располагайся, – обвела рукой помещение госпожа Каруда. – Постельное белье и полотенца – школьные. Но вещи, посуду, письменные принадлежности и средства гигиены – это уж сами покупайте. А то на вас не напасешься, так и норовите чашки расколотить или мыльные баталии устроить. Так что сами, сами. Горелка в шкафу. – Она ткнула пальцем в узкий шкафчик-пенал. – И не забывайте следить за огнем, только попробуйте мне пожар устроить!
– Спасибо! – поблагодарила я, оглядывая место, в котором мне предстояло провести следующие пять лет. – Госпожа Каруда, а где тут ванная и туалет?
– Это все общее, на этаже. Бросай свою швабру, сейчас покажу. Только сначала…
Я быстро пристроила швабру возле той кровати, которая располагалась со стороны одежного шкафа и книжного стеллажа. А комендантша резко хлопнула в ладоши и крикнула:
– Мырька! Подь сюда!
Я затихла, ожидая явления загадочной Мырьки. Прошла минута и… ничего.
– Мырька! – рявкнула женщина так, что я аж съежилась, а стекло в окне жалобно тренькнуло. Ну и голосище! – Я кому сказала, иди сюда!
– Да иду, иду! – ворчливо отозвался голос из-под кровати, и на ковер вышла маленькая, мне по колено, женщина в сером платьишке.
– Ой! – пискнула я.
– Каруда, ну что ты так кричишь? Занята я была! – принялась ворчать кроха.
– Выдай белье первокурснице, а потом занимайся своими делами.
– А чего так поздно-то? – удивилась Мырька и с недоумением посмотрела на меня.
– Мырька!
– Да выдаю уже, выдаю! Никакого продыху от этих студентов, днем едут и едут, и даже ночью ни минуты покоя.
Мырька недовольно бурчала себе под нос, но дело свое делала. А именно: хлопнула в ладошки, притопнула ножками и произнесла в пространство:
– Полотенце банное, полотенце для лица, комплект постельного белья. Второй этаж, комната номер тринадцать, студентка… – Она вопросительно глянула на меня.
– Кира Золотова.
– Студентка Кира Золотова, – повторила домовушка.
И тут же на выбранную мной постель прямо из воздуха шлепнулась стопка того, что было заказано: белоснежное постельное белье, отглаженное и аккуратно сложенное, и два пушистых сиреневых махровых полотенца. Из тех, про которые говорят, что у них «мохр стоит».
– Обалдеть! Ну и чудо! – выдохнула я и присела на свою кровать. Ноги как-то ослабли от избытка впечатлений.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?