Читать книгу "Истинная хозяйка Драконьей усадьбы"

29

– А награду за са-а-амый вкусный пирог в этом году получает…

Я закрыла глаза, взмолившись про себя неведомо каким богам.

– …Эвалеона Арден из Мадхорна.

С плеч упала гора. Грянула музыка. Меня в два счёта вытолкали на помост, поздравляя, вручили чек с памятной грамотой и отпустили восвояси. За спиной уже награждали следующего победителя, а я всё смотрела на чек и не верила.

У меня получилось!

Хотелось запищать и запрыгать на месте, но я сдержалась, с достоинством пряча чек в карман.

– Поздравляю! – раздался рядом голос барона. – Из вашей корзинки всю дорогу так пахло, что у меня не было сомнений, кто победит. Поверить не могу, что завтра попробую лучший в округе клубничный пирог.

Он сдержанно улыбался, а я вспомнила, что теперь у меня есть деньги. И я могу вернуть их прямо сейчас. Я протянула ему чек.

– Не знаете, где я могу это обналичить?

– В Розбаре есть банк. Сегодня он закрыт, но я видел здесь служащего. Думаю, по моей просьбе вас обслужат прямо сейчас.

Не успела я обдумать предложение, как Ланвер скрылся в толпе, а через пару минут вернулся в сопровождении немолодого мужчины в костюме. Банковский служащий явно был польщён тем, что барон обратился к нему за помощью, и горел желанием обналичить чек как можно скорее.

Пока экипаж барона вёз нас троих по улочкам Розбара, я думала о том, как легко проникнуться симпатией к мужчине, решающему все твои проблемы по щелчку пальцев. Размышления были чисто гипотетические. Смазливое лицо и манеры – не то, чем меня можно купить. Особенно после того, как пытался сжечь мой бесценный дом.

Вскоре монеты приятно отягощали мой кошелёк, а я чувствовала, что несмотря на желание вернуться в весёлую круговерть ярмарки, на меня накатывала усталость.

– Задержитесь на празднике? – спросил служащий, замыкая двери банка. – Прошёл слух, что нас почтит визитом сам лорд-правитель.

Я не обратила внимания на его слова, пока Ланвер не скривился.

– Сам прóклятый лорд?

Кровь отхлынула от моего лица. Тейран здесь?!

– Я думал, он почти не вылетает из своего замка. – К барону неожиданно вернулся его надменный тон.

– Поэтому для нас большая честь, – живо откликнулся служащий. – Конечно, про него говорят разное. Да ведь люди всякое болтают. Абы кого император титулом не наградит, верно?

Ланвер снова скривился и обернулся ко мне, собираясь что-то сказать, но осёкся.

– Вам нехорошо?

Я потрогала рукой лоб, покрытый испариной. Тейран здесь. Я смогу его увидеть. Вот только метка больше не спит, и он сразу меня почувствует.

– Кажется я немного устала.

– Боюсь, мы не сможем задержаться. Я должен доставить мою спутницу домой.

Почему-то мне показалось, что барон был рад уехать с ярмарки пораньше. Попрощавшись со служащим, мы отправились в Мадхорн. Сказавшись больной, я просто прикрыла глаза и всю дорогу молчала. Не уверена, что могла бы сейчас говорить что-то связное, парализованная наполовину страхом, что дракон меня найдёт, наполовину желанием снова его увидеть.

Чем дальше мы удалялись от Розбара, тем меньше во мне оставалось страха и больше какого-то сожаления. Даже выигрыш уже не радовал, хотя всё ещё давал чувство удовлетворённости и уверенности в завтрашнем дне.

Барон учтиво проводил меня до ворот, пообещав завтра забрать пирог. Мыши, радостно трепыхая крылышками, уже клубились над скворечником.

– Выиграла, – улыбнулась я, и они, радостно пища, начали носиться вокруг. – Завтра каждому достанется по медведке!

После всех переживаний ночью я спала, как убитая. И во сне то и дело мелькали фрагменты несбывшегося: синие глаза, хмурая чёрточка между бровей, сильный подбородок, покрытый едва начавшей пробиваться щетиной, волосы, стянутые шёлковой лентой – только потяни, и лучший в мире подарок твой.

Проснулась я с какой-то печалью. Опасная близость к Тейрану выбила меня из колеи. Но вскоре хлопоты вернули привычное настроение.

Первым делом после завтрака, поставив пирог в духовку, я понесла листики с мёдом в оранжерею, чтобы добыть гардокрылам обещанное лакомство. Пока разравнивала разрытую землю, нашла целых три камешка для колодца! Маленькие помощники постарались на славу, охотясь за медведками, и мне открылась последняя запертая комната на первом этаже – не то столовая, не то гостиная.

Оставив плющик приводить её в порядок, я проверила оранжерею, но над листиками кружили только пчёлы и мухи. Ну ничего, я давно хотела разбить клумбы у входа, может там гардокрылам больше повезёт.

Пока пирог остывал, я вскопала землю на выложенных камешками участках и перенесла приманку на будущие клумбы. Стоило перевести дух, как гардокрылы сообщили о госте.

Айрек Ланвер пришёл за пирогом собственной персоной. Вчера я так распереживалась, что забыла отдать ему деньги. Я попросила его подождать и хотела пойти в дом, оставив его в компании недружелюбно зыркающих мышек, но он остановил меня.

– Не спешите, Эва. Как насчёт небольшой прогулки?

– Прогулки? – я удивлённо улыбнулась. – Не сегодня, у меня дела.

– У вас тут дел на год-полтора, – барон обвёл рукой дом и всё ещё некрашеную оранжерею. – Когда вы в последний раз отдыхали?

Я задумалась. Не в этой жизни, точно. В той другой, где вместе с выходными остались серая офисная пятидневка, одиночество и спятивший бывший.

– Идёмте, – Айрек сделал шаг ко мне, улыбаясь. – Вы ведь здесь ещё ничего не видели. Пообщаемся, познакомимся немного ближе, по-соседски обсудим последние сплетни. Уже слышали, что натворил лорд-дракон на ярмарке?

Умиротворённое настроение мгновенно оставило меня.

– Нет. Что он сделал?

– Расскажу, если согласитесь прогуляться со мной.

О боги, надеюсь, на этот раз ничей дом не сгорел.

30

Ланвер с полуулыбкой ждал ответа, и я, скрепя сердце, вынуждена была согласиться. Как получается, что этому с виду пустоватому хлыщу раз за разом удаётся заставлять меня делать то, что ему нужно?

Я всё-таки оставила барона с гардокрылами на время, пока переодевалась. Гулять – так красивой! У меня теперь и платье есть. И чудесные кружевные перчатки, так к нему подходящие.

Когда я вышла из дома, Айрек стоял в той же позе, косясь на мышей, воинственно рассекающих воздух вокруг него. При виде меня его взгляд загорелся, проходясь по моей фигуре. Платье, действительно, подчёркивало талию лучше, чем моя обычная униформа с передником. А кружевная вставка от выреза до самого горлышка больше дразнила воображение, чем прикрывала.

Может, и хорошо, что моё настоящее лицо скрывали уродующие чары. Не хватало мне ко всем проблемам ещё и по уши влюблённого барона.

– Надеюсь, вы не против, если со мной будут провожатые?

Пара десятков крупных гардокрылов окружила меня, готовая вступиться в любой момент. Если Айрек вдруг задумал гадость, ему придётся сто раз подумать.

– Конечно, нет, – улыбнулся барон.

Он предложил мне руку, но я проигнорировала её. Выйдя за ворота, мы неторопливо направились по дороге мимо кованой ограды его усадьбы. За ней начинались живописные поля, размежёванные рощицами. На горизонте темнел густой лес.

Ланвер, рассказывая о Мадхорне, как бы мимоходом упомянул, что всё, что мы видим с этой точки – его владения. Правда, почему-то забыл добавить, что ещё век назад большая часть земель принадлежала Драконьей усадьбе. Я тактично умолчала об этом, пытаясь свернуть разговор на интересующую меня тему.

– Так что там случилось на ярмарке?

– То, чего следовало ожидать, – пожал плечами Айрек. – Лорд Кайрекс вышел из себя, разворотил ярмарочную площадь, разогнал посетителей. А потом призвал своих гвардейцев, те схватили управляющего городом и всех мало-мальски значимых должностных лиц. По слухам, теперь они все в заключении в замке дракона.

Я прижала руку ко рту, заглушив испуганный вздох. Неужели это всё из-за меня?

– Зачем он их схватил?

– Да кто его знает. – Ланвер скорчил презрительную гримасу. – Правящий лорд Вальтарии не отличается терпением, мало ли, что его разозлило на этот раз. Я считаю, провинции повезло, что Кайрекс не может продолжить род. После его смерти сюда назначат кого-нибудь более подходящего, чем злобный дракон.

Я задумчиво рассматривала разнотравье на обочине широкой тропы. Гардокрылы с писком носились вокруг из развлечения хватая на лету мошек.

– Может, он был бы менее злобным, если бы не проклятье?

Айрек лукаво улыбнулся, бросив на меня взгляд.

– Ах, мягкое женское сердце! Но как бы вам ни хотелось считать его хорошим, Кайрекс убил двух своих жён, и все об этом знают. Ходят слухи, что недавно к ним прибавилась и третья несчастная.

Я поморщилась. Жён убило проклятье. А третья – судя по всему, это я – и вовсе жива-здорова.

Тропа вывела нас к широкому пруду, в котором отражалось ясное голубое небо. Заросли разнотравья вдруг расступились, и я увидела спокойную гладь воды и два плетёных кресла на берегу. Между ними стоял невысокий столик с накрытой салфеткой корзинкой для пикника.

– Я попросил слуг всё подготовить. Отдохнём немного?

Главное я уже услышала, но сбегать после этого казалось невежливым. Пожав плечом, я села в кресло. Айрек открыл корзинку и выставил на стол тарелки с ароматным свежим хлебом и кубиками сыра, бутылку из тёмного стекла и два бокала.

Я покачала головой, когда он предложил мне бокал, и отщипнула кусочек сыра, всё ещё переживая из-за того, что случилось на ярмарке.

Тейран почувствовал меня. Мы чудом разминулись! Но теперь могут пострадать невинно схваченные люди.

– Сплетни мы обсудили. – Ланвер сел в соседнее кресло. – Теперь можем переходить к более близкому знакомству, не находите?

Я взглянула на него, вырванная из своих мыслей. Дорогой безупречный костюм, чуть растрёпанные ветром белокурые волосы, полуулыбка на губах. Ну просто змей-искуситель. С этим надо кончать.

– Мне кажется, или вы пытаетесь ухаживать за мной?

– Не кажется, – усмехнулся Айрек, вперив в меня ставший откровенно бесстыжим взгляд.

Я не стала отводить глаз. Если барон решил, что я лёгкая добыча – то он ошибается.

– Думаете, я не понимаю почему? Вы хотите заполучить себе усадьбу. Не тем, так иным способом, верно?

– Я хотел заполучить усадьбу, – с нажимом ответил Ланвер. – Теперь я хочу заполучить и усадьбу, и обворожительную женщину.

Теперь я отвела взгляд, любуясь на синеющую гладь пруда.

Ладно, признаюсь, мне тяжело противостоять комплиментам. В прежней жизни у меня не было достаточно опыта в общении с мужчинами. На втором курсе мы с бывшим поженились, на третьем он заставил меня бросить учёбу. Ухаживал не то чтобы красиво – стандартно. Цветы, кино, кафешки. Говорил, что ему нравится моя хрупкость и беззащитность. А я, глупая, не поняла, что это были первые звоночки. После свадьбы я резко стала бестолковой никому не нужной уродиной. Комплиментов больше не было, только бесконечная ругань.

– Мне нравится ваша внутренняя сила, – тем временем продолжал барон. – Вы не побоялись в одиночку взяться за заброшенное хозяйство. Противостоять мне. Со мной не многие рискнут связываться.

Ну, хотя бы этот не такой. Честно признаётся, что он тот ещё тип.

– И то, что вы решили говорить в открытую, тоже достойно уважения, – Ланвер улыбнулся. – Я не хочу гнать лошадей, но сразу предупреждаю – просто так я не отступлюсь.

31

Настойчивость Ланвера была одновременно приятной и тревожащей. Знаем мы этих мужчин, которые не понимают слова «нет». Я решительно поднялась с кресла.

– Думаю, на этом прогулку можно считать оконченной. Спасибо, что показали такое чудесное место. Теперь мне пора, цветы сами себя не посадят.

Барон с видимым сожалением поднялся следом за мной.

– Можете приходить сюда, когда захотите. Посторонних здесь не бывает, никто вас не потревожит.

К дому мы вернулись довольно быстро.

Ланвер с удивлением хмыкнул, глядя, как гардокрылы разворотили землю в будущих клумбах.

– Медведки, – пожала я плечами. – Мыши – моё спасение.

– Мой садовник был бы счастлив такому спасению. Советую заглянуть в наш розарий, – громко заявил он, глядя на мельтешащих сверху гардокрылов. – Буду счастлив, если спасёте и мои розы тоже.

Мыши, заверещав, тучей метнулись прочь. А я спохватилась:

– Одну минутку. Сейчас принесу ваш пирог.

На кухне витал приятный аромат клубники. Надо будет сделать такой же для Хартманна. Он совсем перестал ко мне заходить после того, как я неосторожно спросила про личную жизнь Селестии.

Пирог барон принял, а вот деньги за стёкла брать наотрез отказался.

– Это был мой подарок. Извинение, если хотите.

Глядя на моё хмурое лицо, он рассмеялся.

– Так и быть, я возьму деньги, если вы выпьете со мной чаю. Вот с этим самым прекрасным пирогом. В вашей прекрасной беседке. Отдых, помните? Отдыхать важно, особенно, если вам больше не на кого положиться, кроме себя.

Вот опять! Почему с ним проще согласиться, чем спорить?

– Помочь вам на кухне?

Я отказалась. Не хватало ещё, чтобы барон шарился по моему дому.

Когда я вернулась с подносом, оказалось, что Ланвер сидит у двери, рассматривая развороченную клумбу. Я закусила губу.

– Нашли что-то интересное?

Он поднялся и протянул мне руку. На ладони лежал обычный угловатый камень, покрытый влажной землёй.

– Просто камень. Мне было скучно ждать, решил немного помочь вам с клумбой.

– Бросьте его туда, – я кивнула головой в сторону, а сама ревниво прошлась взглядом по свежей земле.

Вдруг гардокрылы выкопали там что-то ещё помимо медведок.

Рассматривать клумбы на ходу было плохой затеей. Я запнулась за булыжник, наверное, отброшенный мышами в азарте охоты. Поднос выскользнул из рук.

Ланвер не дал мне упасть – мгновенно оказался рядом, с улыбкой сжимая талию. Поднос, две изящные чашки и чайничек зависли в воздухе.

– Держу, – довольно промурлыкал Айрек над ухом. – Видите, вы всегда можете положиться на меня.

Я отстранилась, оправив платье. Прикосновение сильных рук барона не было неприятным, но и не вызвало во мне никаких особенных чувств.

Ланвер не позволил мне нести поднос дальше. Подхватил его и сам отнёс в беседку.

Когда пирог был разрезан, а красно-коричневый чай разлит по чашкам, ко мне снова вернулось умиротворение.

Всё складывалось замечательно. Я молодец и всё-таки выиграла конкурс. Барон примет свои деньги обратно, а в оранжерее теперь можно будет выращивать урожай до поздней осени.

Ветер шуршал листьями плюща над нами. Пели птицы. Нас окружали запахи клубники и трав из чая. Айрек нахваливал мой пирог и рассказывал, каким был Мадхорн в его детстве, когда в деревеньке было больше жителей.

А я смотрела в небо, слушая его и ощущая накатывающее со скоростью паровоза чувство, что отныне всё будет хорошо. Я со всем справлюсь. Подниму усадьбу. Мадхорн снова будет процветать. И если Айрек будет помогать, то, чем чёрт не шутит, может, он не такая уж плохая партия. Красивый, богатый, обходительный, со связями в столице и здесь. Может, если выбирать головой, а не сердцем, получится лучше?

Поживём – увидим. Я улыбнулась, глядя в синеющее небо. Счастье было где-то совсем близко.

Тейран

Она была там. Его истинная была на этой чёртовой ярмарке!

Кайрекс не успел ухватить её след. Только что он был перед ним! Дракон рванулся вперёд, оставляя позади растерянного мэра, расшвыривая какие-то стулья, столы. Пироги посыпались на землю, тыквы покатились в сторону. След растаял в воздухе.

– Где она? – зарычал Тейран, поворачиваясь к мэру.

Теперь он не сомневался – его истинную похитили, чтобы найти его слабое место. Он забрал с собой всех, кто мог иметь отношение к его врагам. Каждого проверил на артефакте. И не торопился отпускать.

Пока все подозреваемые томились в старом замке, дракон изо всех сил рассекая воздух крыльями, летел обратно в Розбар.

То странное место с магическим фоном. Надо найти его. Где-то недалеко, в одной из окрестных деревень.

Это не может быть совпадением. Его истинная там. Что они сделали с ней? Почему он не чувствовал её?

Быстрее! Быстрее!

Розбар мелькнул внизу. Деревеньки одна за другой проплывали под крыльями. Вот ещё одна показалась, и Тейран возликовал.

Здесь!

Он чувствовал этот зов, нарастающий всё сильнее и сильнее. Дракон изо всех сил спешил, готовый разорвать любого, кто встанет между ним и его женой. Его истинной.

Огромная тень скользила по полям, жалким домишкам и домам побогаче, заставляя людей задирать головы к небу и в ужасе укрываться от грозного взгляда лорда-правителя.

Уже совсем близко! Сердце Тейрана радостно пело.

Тень дракона ненадолго рассыпалась, скользя по кронам деревьев, и наконец вырвалась, ложась на залитую солнцем лужайку у трёхэтажного дома, когда-то крашеного в белый цвет.

Внизу мелькнул блик золотистых волос. Девичья фигурка в голубом платье вскочила из-за небольшого столика под зелёным навесом, выронив чашку из рук.

3