Текст книги "Искусство говорить и слушать"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iskusstvo-govorit-i-slushat-230813.jpg)
Автор книги: Мортимер Адлер
Жанр: Социальная психология, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Помимо использования своего этоса для завоевания симпатии слушателей, при проведении лекции, как и при расхваливании товара, для более успешного убеждения необходимо задействовать пафос. Я уже показал, как это делать, когда тема лекции относится к математике или точным наукам. При этом главное – эффектно продемонстрировать работу мысли и заинтересованность, чтобы вызывать аналогичную работу и заинтересованность аудитории. Если же тема относится к другой области, этого мало.
Когда ваша речь нацелена на практическое убеждение, нужно стремиться вызывать у слушателей эмоциональный отклик, помогающий направить общение в желаемое русло – не только активизировать аудиторию, но и склонить ее к определенным действиям. Пафос в обучающей речи, имеющей теоретическую, а не практическую цель, применяется иначе.
Прежде всего в процессе необходимо задействовать эмоции. Вы должны как можно яснее показать, что искренне и всей душой придерживаетесь пропагандируемых взглядов. Проявления равнодушия окажутся убийственным. Если вы не будете отстаивать свои взгляды, которые надеетесь внушить аудитории, с искренним пылом, едва ли вам удастся пробудить к ним живой интерес, не говоря уже о желании допустить новую мысль.
Эту пылкость можно вложить в слова о заявленной проблеме, в идеи ее решения, в само предлагаемое решение или во все сразу. Чтобы эффективно убеждать, недостаточно говорить четко, логично и последовательно, несмотря на всю полезность этих качеств. Мысли, которые родились у вас лично и которые вы теперь излагаете публике, должны обладать как интеллектуальной, так и эмоциональной силой. Ваших слушателей необходимо не только обучить, но и затронуть их чувства, а для этого нужно вызвать у них соответствующий отклик.
Чем абстрактнее ваша аргументация, тем сильнее она оторвана от повседневной жизни, тем более «формально» вы будете выглядеть в глазах слушателей и тем больше вам придется преодолевать неизбежных трудностей со слушанием и пониманием ваших слов. Каким образом? Как ни странно, стараясь держаться естественнее во время лекции.
А именно, вкладывать больше естественной силы в голос, осанку и жесты – движения головы, туловища и рук. Удивительно, но конкретная вовлеченность на физическом уровне и энергия, вкладываемая в ваши слова, компенсируют абстрактность и оторванность от жизни мыслей, которые вы излагаете.
Схематическая диаграмма, демонстрируемая на доске или иным способом, действует аналогично. Выступая, жестикулировать, указывая на нее. Если у вас нет такого наглядного пособия, можете изобразить диаграмму «в воздухе» руками.
«Слева, – скажете вы, – расположена крайняя точка зрения, которую я считаю неоправданной. А справа, – жест в противоположную сторону, – другая крайность, в равной степени неоправданная. Зато между ними, в середине, – вы сводите руки вместе и опускаете их, – находится умеренная точка зрения, в которой сочетаются плюсы обоих крайностей». После этого можете напоминать слушателям о трех мнениях, которые вы сравниваете и оцениваете, указывая налево, в центр или направо.
Точно так же вы можете использовать свои пальцы, чтобы привлечь внимание к последовательности тезисов, которые ваши слушатели должны запомнить.
«Первое», – скажете вы, подняв руку с вытянутым пальцем. «Второе», – подчеркивая аналогичным жестом, но уже с двумя вытянутыми пальцами. И так далее.
Голос, сопровождающий жестикуляцию, необходимо повышать, когда вы хотите что-то подчеркнуть, и понижать, когда просто переходите к новому пункту.
Большинству людей, даже с хорошим образованием, трудно отвлечься от воображения или мыслить без ярких образов и конкретных примеров. Однако абстракции – часто довольно высокого уровня – необходимы для осмысления любой важной темы, и уж конечно, связанной с фундаментальными понятиями.
Крайне редко удается рассуждать на эти темы исключительно в конкретных терминах; что еще хуже, такие рассуждения часто искажаются воображением или конкретными примерами, которые скорее запутывают, чем проясняют мысль. Таким образом, необходимо поднять сознание слушателей на уровень абстракции, раздвигающей пределы их воображения.
– 5 -Из более чем пятидесятилетней практики чтения формальных лекций как студентам, так и широкой публике я вынес один урок, связанный с нашей темой. Никогда не занижайте уровень развития аудитории, иначе она вполне заслуженно вас отвергнет. Зачем напрягаться и слушать, если вы рассказываете известные и полностью понятные факты?
Рискуйте «поднимать планку»! Эмоциональность вашей речи, энергия и физическая вовлеченность в материи, кажущиеся абстрактными, помогут слушателям выйти за рамки обыденного мышления и испытать неведомые ранее озарения.
Ничего страшного, если некоторые ваши фразы останутся недоступными их пониманию. Пусть лучше слушатели почувствуют, что им удалось понять что-то новое благодаря своим усилиям и желанию тянуться вверх (даже если одновременно они будут чувствовать, что кое-что от них ускользнуло), чем будут сидеть оскорбленными вашей снисходительной манерой и недооценкой их уровня.
Как я неоднократно говорил, по-настоящему великие книги – те, до понимания которых приходится постоянно расти. Именно поэтому их бесконечно перечитывают: ведь с каждым прочтением можно научиться чему-то новому. Все, что вы поняли при очередном прочтении, это шаг вперед в вашем развитии, шаг к осознанию, над чем вам предстоит работать в будущем.
Когда речь идет о расширении границ понимания, любая книга, помогающая вам в этом, становится великой для вас, хотя может и не быть таковой для других. Что верно для книг, верно и для лекций. Умственному развитию способствуют только те из них, которые дают новые знания и расширяют границы понимания.
Придерживаясь стратегии, которую я так настоятельно рекомендую, – «подбрасывать» ваше выступление выше головы слушателей, – необходимо соблюдать две предосторожности. Во-первых, точно оценивать уровень подготовки аудитории, чтобы не выйти за пределы восприятия, когда слушателям не на что будет опереться и они не смогут ничего усвоить.
Во-вторых, пониманию слушателей должно быть доступно достаточно информации, чтобы легко усвоенное стало надежной опорой, от которой можно отталкиваться и тянуться вверх. Тогда у них будет мотивация прилагать усилия. Именно в этом ваша задача, если вы хотите принести пользу обучающей речью: поощрять их тянуться вверх и расширять границы понимания.
Наряду с этосом и пафосом в расхваливании товара и в чтении лекций играет роль логос, и тоже несколько по-своему. При продаже или в любой другой форме практического убеждения аргументация должна быть как можно более краткой и сжатой, иногда почти незаметной. Однако логическое содержание качественной лекции или обучающей речи должно включать развернутое и явное обоснование предпринимаемых шагов. Логос должен быть изложен во всех подробностях.
Повторений не следует избегать, скорее наоборот: речь принесет больше пользы, если одну и ту же мысль представить разными способами. За тщательной и развернутой аргументацией, которая часто необходима, должно следовать краткое резюме – сокращенное изложение основной мысли в нескольких кратких и эффектных предложениях.
В общих чертах это все.
– 6 -Есть еще два греческих слова, применимых как к обучающей, так и к убеждающей речи: таксис и лексис.
Таксис относится к организации речи – упорядоченности трех составляющих. Первая – это пролог, вступление или предисловие; вторая – основная часть; и третья – эпилог, заключение или послесловие.
Чаще всего при расхваливании товара во вступлении оратор должен прежде всего создать свой этос. Затем можно ввести пафос, а логос желательно оставить на потом.
Расхваливание товара, особенно когда оно сокращено для удобства, имеет относительно простую структуру. Сложная организация и чрезмерное затягивание понижают ее эффективность. Эту ошибку допускают многие политики. Среди величайших политических речей есть такие, которые прекрасно подходят для чтения, но практически не могут быть восприняты на слух. Геттисбергская речь Линкольна – справедливо прославленное исключение.
Выступление перед аудиторией, которая будет слушать вас, чтобы узнать нечто новое, может быть более длинным и сложно структурированным. Во вступительной части следует дать краткий обзор – изложить три-четыре основных раздела, из которых состоит речь, чтобы слушатели заранее представляли, чего ожидать. Это позволит им внимательнее слушать и следить за подачей материала. Если с самого начала вооружить слушателей неким подобием карты предстоящего путешествия, они смогут время от времени определять свои «координаты» в непрерывном словесном потоке.
У пролога или вступления к лекции есть и другая задача. Язык и манера изложения должны привлечь внимание слушателей. Немногие ораторы в состоянии говорить внятно, без лишних пауз и междометий; немногие умеют завершать все предложения; но для начала достаточно хотя бы не запинаться.
В начале лекции нужно говорить громко и четко, простыми убедительными фразами, не заикаясь и не отклоняясь от темы. Такая манера говорить не только обеспечит оратору желаемое внимание, но и задаст тон и темп всей речи.
Основной раздел речи должен быть организован, при непременном упорядочивании последовательных взаимосвязанных элементов, точно так, как описано во вступлении. Слушатели уже узнали, о чем оратор собирается рассказать, в каком порядке и каким образом каждый пункт будет переходить в следующий. Соблюдение плана, описанного в начале, позволит оратору максимально просто и наглядно следовать схеме.
Если основное содержание речи состоит, скажем, из трех частей, каждая из них должна завершаться кратким итогом сказанного и включать переход к следующей части. Повторения нужны, чтобы слушатели могли разобраться, о чем оратор уже сказал, о чем говорит сейчас и о чем скажет дальше.
Причина, по которой следует избегать повторений в письменном тексте (читатели могут перелистнуть страницы назад, чтобы освежить в памяти уже упомянутую, но не раскрытую мысль), не относится к устной речи. Здесь повторения необходимы именно потому, что слушатель не может вернуться к сказанному ранее и прослушать снова. Речь постоянно движется вперед, и оратор должен повторять все, о чем говорил, если это необходимо слушателю для понимания следующей мысли.
Эпилог или заключение речи нужно сделать кратким. Многословие в финале вредит восприятию. В заключении важно как можно более сжато и ясно подвести итоги всего выступления. Заключительные фразы, как и вступительные, следует тщательно продумать и красноречиво подать. Их нужно произносить медленно, тоном, внушающим аудитории уверенность, что содержание речи соответствовало заявленному. Кроме того, оратору желательно подкрепить эмоциями то, что он считает выступление важным для слушателей.
Еще одно слово о длительности. Пожалуй, наиболее комфортная для аудитории лекция длится от получаса до часа. Однако иногда предмет лекции требует большего времени. В этом случае оратору следует определить, где можно прерваться и дать слушателям время на отдых, а затем продолжить выступление.
По моему опыту, если лекция занимает один час двадцать минут при прочтении в обычном темпе, крайне полезно заранее объявить, что вы сделаете краткий перерыв примерно через пятьдесят минут, когда закончите третий пункт, а затем завершите лекцию в оставшиеся полчаса. В перерыве можно даже попросить слушателей встать, сделать три глубоких вдоха и выдоха, потянуться и снова сесть, чтобы слушать дальше.
И последнее – лексис. Здесь речь идет о языке или литературном стиле лекции: выборе слов, уходе от многозначности или, если для некоторых слов многозначность неизбежна, выделении двух-трех различных, но близких по смыслу значений, в которых употреблено данное слово.
Терминология оратора должна в целом находиться в рамках словарного запаса аудитории. В целом, но не всегда, поскольку оратор иногда вынужден вводить ряд терминов, отсутствующих в обыденном лексиконе.
Количество терминов должно быть минимальным, а при употреблении незнакомых или необычных для аудитории слов следует обратить на них особое внимание и подробно разъяснить, что они означают.
Иногда лектору приходится использовать общеупотребительный термин в непривычном значении, совершенно отличающемся от повседневного. Чтобы не запутать слушателей, необходимо уделить особое внимание тому, как лектор употребляет это слово, а возможно, и напомнить об этом несколько раз.
Сводить к минимуму технические и профессиональные термины и как можно реже употреблять слова в непривычном значении – это, наверное, первое правило стиля языка эффективных обучающих лекций, особенно если они ориентированы на широкую публику. Жаргона и узкоспециального языка следует избегать всеми силами.
Второе правило стиля можно сформулировать в двух предложениях. С одной стороны, используемый язык и фразы должны быть понятными, но не примитивными. С другой – они должны быть несколько сложнее повседневной речи, но не слишком заумными.
Эти требования легко сформулировать, но трудно выполнить.
Глава шестая
Подготовка речи и выступление
– 1 -Единственный случай, когда речь приходится произносить без подготовки, – это внезапное предложение тамады на вечеринке сказать тост. Вам остается только полагаться на свое остроумие – и острить. Существует лишь одно спасение: можно не сомневаться, что вам будут признательны в первую очередь за краткость, и только во вторую – за глубокомыслие. Мудрость ваших замечаний может быть воспринята, только если они окажутся краткими.
Некоторые ораторы уверены, что способны говорить без подготовки, если заранее знают, какова будет аудитория и на какую тему их попросят выступить. За исключением отдельных гениев, которые без всяких записей произносят речь, глубокую по содержанию, совершенную по форме, а также изобилующую риторическими приемами, всем остальным нужна тщательная подготовка.
Я знал несколько таких гениев – например, Барбару Уорд[20]20
Имеется в виду Барбара Мэри Уорд, баронесса Джексон оф Лодсворт (Barbara Mary Ward, Baroness Jackson of Lodsworth; 1914–1981) – английский экономист и писатель. Примеч. ред.
[Закрыть], Эдлая Стивенсона[21]21
Эдлай Эвинг Стивенсон II (Adlai Ewing Stevenson II; 1900–1965) – юрист и политический деятель США. Примеч. ред.
[Закрыть], а также Марка Ван Дорена[22]22
Марк Ван Дорен (Mark Van Doren; 1894–1972) – американский писатель, критик, ученый, профессор Колумбийского университета. Примеч. ред.
[Закрыть]. Обладая даром говорить спонтанно, они сыпали красноречивыми фразами и отточенными формулировками с такой же легкостью, с какой юный Моцарт сочинял концерты и симфонии. Не знаю, в чем состояла их умственная подготовка и как они мысленно работали над речью. В любом случае, это не важно: гении такого рода не нуждаются в рекомендациях, которые я изложу в этой главе.
Аналогичное впечатление производил на многих Уинстон Черчилль. Когда он выступал по радио в первые дни Второй мировой войны, я с восхищением слушал его великолепно построенную речь со всеми паузами и заминками, которые я тогда принимал за признаки экспромта. Неоднократно казалось, что он подбирает верное слово. Но на самом деле, как я позднее узнал, речь была составлена заранее и искуснейшим образом преподнесена как чистая импровизация.
Рекомендации, данные в этой главе, посвящены тому, как достичь такого эффекта. Они не превратят любого, кто будет им следовать, в Черчилля, ведь он был своего рода гением. Но, полагаю, мои советы позволят любому читателю хоть в минимальной степени перенять приемы красноречия Черчилля.
Итак, я всегда рекомендую при подготовке к речи делать письменные наброски будущего выступления. Прежде всего крайне важно знать: текст, предназначенный для прочтения, коренным образом отличается от текста, предназначенного для прослушивания. Заметная разница между слушанием и чтением в том, что первое требует от вас неуклонного движения вперед вслед за речевым потоком, а второе позволяет выбирать комфортный для себя темп, перескакивать вперед и возвращаться, просто листая страницы. Это говорит о необходимости адаптировать свои записи для устной речи в отличие от письменного текста для чтения.
Автор эссе или книги, конечно, должен иметь некоторое представление о своих читателях, но оно редко бывает таким же определенным, как представление, которое оратор имеет о будущей аудитории. К тому же письменный текст для чтения не сопровождается жестами, мимикой, интонациями, паузами и прочими атрибутами эффектного устного выступления. Следовательно, когда вы обращаетесь к читателям, для достижения любых желаемых результатов вам нужны другие средства; а когда вы пишете речь для устного исполнения, можно и нужно заранее предполагать, каким образом ваши слова окажут необходимое воздействие благодаря невербальным аспектам.
Помимо уже упомянутых гениев, остальные довольно быстро поймут преимущества подготовки речи в письменном виде. Длина эссе или книги ничем не ограничена, поскольку читатели не обязаны прочесть ее за один присест. Устное выступление всегда имеет временные рамки. Вы можете знать заранее, что ваши комментарии займут полчаса или меньше. Иногда вас могут попросить говорить дольше. В любом случае, вам придется принимать меры, чтобы удерживать внимание аудитории.
Гитлер, Муссолини и Сталин серьезно превышали среднюю длительность речи перед восторженной публикой, однако в силу особенных обстоятельств их аудитория была подневольной. Эдмунд Бёрк[23]23
Эдмунд Бёрк (Edmund Burke; 1729–1797) – английский парламентарий эпохи Просвещения, политический деятель, публицист, идейный вдохновитель британского консерватизма. Примеч. ред.
[Закрыть] также произносил свои великие речи в парламенте не один час, но примечателен один факт: когда Бёрк поднимался на трибуну, члены парламента, практически все до единого, покидали зал заседаний. Его речи, предназначенные для слушания, в итоге доходили только до читателей; быть может, он это знал и умышленно добивался такого результата.
Давайте снова рассмотрим задачу, стоящую перед каждым, кто по той или иной причине не оказался гениальным исключением из общего правила.
В нашем распоряжении полчаса-час – время, на которое мы должны завладеть вниманием слушателей, удерживая его, а в случае успеха последовательно донести до них суть своего высказывания. Горе оратору, возомнившему, будто он может пренебречь временными рамками! Знаю это по собственному печальному, но в то же время курьезному опыту.
В 1937 году, в первый год внедрения Новой программы в колледже Сент-Джон в Аннаполисе, штат Мэриленд, я отправился туда из Чикагского университета прочесть десять лекций по философии Аристотеля студентам, которые занимались чтением великих книг. Я ошибочно предположил, будто увлечение предметом позволит им выслушать любую по продолжительности лекцию, если это необходимо для раскрытия темы. Каждая моя лекция, полностью подготовленная письменно, занимала два часа при повышенном темпе речи.
Бедные студенты вытерпели весь курс молча, полагая, что их муки – одно из новшеств программы, в которую они добровольно записались. Однако в конце концов они поняли: это не так, и они не обязаны подвергаться чрезмерным нагрузкам. Когда я приехал через год, чтобы прочесть следующий курс, студенты изобрели способ остановить меня в конце первого часа.
Во время первой лекции в 1938 году ровно в 21:15 – спустя час после начала – все будильники студентов, спрятанные на «галерке» лекционного зала, взорвались оглушительным звоном. Я дождался, пока они затихнут, и дочитал лекцию до конца.
Во время второй лекции ровно в 21:15 один из студентов щелкнул главным выключателем, погрузив зал в темноту. Я стал жечь спички на кафедре, чтобы осветить свои записи, и закончил лекцию.
В конце концов я понял их намеки и сократил продолжительность лекций до разумной. Начиная с 1938 года мои ежегодные лекции были рассчитаны примерно на час, но завершение, ко всеобщему удовольствию, всегда сопровождалось какой-нибудь хитроумной задумкой студентов – как напоминание об ошибке лектора, которую слушателям удалось исправить.
В жестких временных рамках, которые ни один оратор не посмеет нарушить, польза от предварительных записей очевидна. Без такой подготовки лектор примется «разглагольствовать» и, особенно если он глубоко погружен в предмет, невольно затягивать выступление. «Разглагольствовать» означает отклоняться от темы, уделяя лишнее внимание тому или иному пункту, чего можно было бы избежать, составив четкий план речи.
Чтобы уместить все части выступления в отведенное время и соблюсти нужную пропорцию между ними, необходимо тщательно спланировать лекцию, написать план и держать его перед глазами на кафедре, как партитуру, которую листают во время концерта дирижеры симфонических оркестров. Те, кто дирижирует, не глядя в ноты, – обычно не композиторы, а исполнители, обладающие феноменальной памятью. Лектор, в отличие от них, является одновременно и композитором речи, и ее исполнителем.
Если вы убеждены в пользе письменной подготовки к речи или лекции, у вас есть выбор между двумя формами записей. Первая представляет собой схематичный набросок будущей речи в виде ключевых фраз, а не предложений или абзацев, вторая – речь, записанную полностью, скорее напоминающую эссе, готовое к публикации.
Выступления на заседаниях научных обществ или университетских объединений обычно построены по второму принципу. Оратор заранее знает, что его речь в дальнейшем будет опубликована в сборнике конференции. Любой, кто бывал на таких совещаниях, знает, как убийственно скучны эти речи, которые практически никто не слушает, ведь если содержание имеет хоть какую-то ценность, полезнее окажется ознакомиться с ним в напечатанном виде. Доклад, зачитываемый с подготовленного эссе, почти не воспринимается на слух и крайне редко заслуживает неотрывного внимания.
На противоположном полюсе находится другая форма письменной подготовки – краткий схематичный план из ключевых фраз, причем чем короче и схематичнее, тем лучше. Когда я впервые выступал перед выпускниками Чикагского университета на тему чтения книг, мои заметки поместились на две стороны перфокарты. Держа их перед собой, я произнес часовую речь, которая позднее была опубликована в виде доклада объемом свыше трехсот страниц.
Почему же тогда я не рекомендую всегда выбирать схематичную форму записей? Дело в том, что она работает только для отдельных предметов – тех, которыми прекрасно владеет оратор на уровне мельчайших подробностей. Кроме того, она эффективна лишь тогда, когда благодаря частым выступлениям на тему в памяти оратора хранятся все слова, фразы и предложения, необходимые для четкого, последовательного и логичного изложения его мыслей.
Если же подготовка к лекции или речи требует от оратора оригинального мышления на выбранную тему; если в рамках этого мышления оратору нужно впервые сформулировать подходящим языком мысли, которые рождаются в его сознании в этот момент; и если оратор не обладает редким объемом памяти, позволяющим успешно запомнить этот язык, не запинаясь и не путаясь, на основе кратких записей ключевых фраз, тогда ему нужно держать перед глазами нечто большее, чем простая схема.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?