Читать книгу "Развод. Просто уходи"

Глава 10

Вера

Ночь прошла как в тумане. Я снова долго не могла уснуть. Голова раскалывалась, а обезболивающие ни черта не помогали. Я долго гоняла мысли в голове о случившемся. Сын повёл себя по отношению ко мне как настоящий мужчина, но ссорить и тем более оставлять врагами родного отца и ребёнка желания не было. Со своей стороны я сделала всё, что смогла, и очень рассчитывала на благоразумие Кости.

Периодически появлялся тревожный сон, давая небольшой отдых, а потом снова из царства морфея выдёргивала жестокая реальность. Сколько раз сменялась череда короткого сна и бодрствования, я сбилась со счёта…и чуть не проспала. Третий будильник безобразно ворвался в сон, а молоточки в висках напомнили о том, что я ещё жива.

Муж снова уехал раньше. И снова я радовалась, что не придётся его видеть, и гнала мысли, что ради меня он таких подвигов в последнее время не совершал. Сердцем чувствую, что, получив свободу, Влад именно ради той женщины рано сбегает из дома. Снова горькая обида разлилась горечью. Как же противно! Спешу в ванную, чтобы почистить зубы, привести себя в порядок и снова выглядеть более-менее прилично для посторонних людей. Но смотрю на себя и снова рыдать в голос хочется. За прошедшие два дня совсем себя не узнаю. Лицо осунулось, скулы стали острее, глаза… глаза совсем померкли, а синяки под ними ярче засияли.

Ну почему мужчины, разрушая наши жизни, выглядят лучше, чем того заслуживают? Где справедливость? У них глаза горят, жизнь красками разливается, воздух цветами благоухает. А у меня всё в тёмно-серых тонах, и жизнь уже не сказка, а драма. Несколько раз обмываю лицо ледяной водой, а потом прилепляю холодные патчи, хоть уже и не надеюсь на приемлемый результат. Странно. Жизнь продолжается, я делаю привычные вещи, собираюсь на работу, а внутри начинает разрастаться пустота. Видимо, и у боли есть свой предел.

Вскоре появляется Костя и первым делом интересуется о «нём». Я лишь констатирую факт отсутствия «его» и бреду на кухню. Кушать, как и вчера, совершенно не хочется, но сыну нужен завтрак, а мне бы кофе выпить, который тоже не лезет. Утыкаюсь взглядом в раковину и усмехаюсь одинокой кружке. Значит, точно всё. Влад всегда варил кофе на двоих, даже тогда, когда я позже вставала, и оставлял кружку на видном месте. Так он проявлял заботу и внимание. Теперь будет варить кофе не мне. Как не думать и не представлять его с ней? Полгода вранья… Интересно, а он сравнивал нас?

– Это перебор, – сержусь на себя, хватая его грязную кружку, и со всего размаху кидаю на пол. – Мам! Что ты делаешь?

– Избавляюсь от грязи…

– Здорово. А мне можно?

Большие осколки разлетаются по всей кухне, безобразные пятна на чистом ламинате. Убрать надо, а до жути не хочется. Смотрю на это и вижу не грязный пол, а свою запятнанную изменой и предательством жизнь. Не хочу больше плакать, не могу и не буду. Хватит! Пора смириться с новой действительностью и смотреть только вперёд. Но как это сделать, когда столько всего было в прошлом?

Костя без слов становится рядом и обнимает крепко. Вот оно. То, что очень надо сейчас. Тепло и поддержка родного человека. Обнимаю в ответ и глажу по спине одной рукой. Нам обоим плохо, нас обоих предали, разрушив прекрасную семью изменой и новой любовью к другой женщине. Костя утыкается мне в шею, вздрагивает, а я продолжаю молчать и жду, когда нас обоих отпустят эмоции.

– Давай завтракать?

– Ага… давай, мам. Я только… эээ… в ванную и приду.

Сын отворачивается, так, чтобы я не увидела красные глаза. Ну а я специально смотрю в окно, чтобы его не смущать. Мой маленький мужчина!

***

– Вера Игоревна, как будет свободная минутка, жду в своём кабинете, – очень официально пригласила к себе Анастасия Юрьевна, управляющая нашим филиалом.

Я лишь кивнула Насте, заканчивая с клиентом. Где-то внутри неприятно сжалась пружина. Ещё на работе проблем не хватало. Улыбнувшись на прощание среднего возраста мужчине, опустила жалюзи на своём бронированном окне и откинулась в кресле, судорожно вспоминая, не накосячила ли я недавно. Но ничего критичного в голове не всплывает. Так с чего это Насте меня вызывать?

Наша управляющая была мировой женщиной! Такая и подругой быть может, и строгой, но справедливой начальницей. На несколько лет старше меня, а я в этом году отметила свои тридцать шесть, Настя выглядела просто шикарно. Стройная фигура, всегда ухоженные волосы и личико, как после салона, и безупречный стиль одежды. Мы, весь наш дружный небольшой женский коллектив, по-доброму ей завидовали и старались хоть немного соответствовать.

– Могу войти? – не забыв постучаться, заглянула в кабинет.

– Да, входи, Вер. Всё нормально? Глаза красные, – она нагнулась вперёд и всмотрелась в моё лицо.

– Не важно, но пойдёт. Что-то случилось?

– Я бы не сказала, что случилось, но у меня к тебе есть отличное предложение.

Настя откинулась в кресле и сцепила руки в замок, удерживая театральную паузу.

– Ладно, не буду мучить. В новый филиал нужен старший менеджер. Кирилл Геннадьевич слёзно просил меня кого-то из моих сотрудниц ему предоставить. А так как вы у меня все дамы опытные, выбор был не самым лёгким.

– И?

Теперь уже я подалась вперёд. Любопытство взяло вверх, я аж дыхание затаила, скрестила пальцы. Хоть бы она выбрала меня! Повышение и прибавка к зарплате мне сейчас совсем не помешает.

– Должность ответственная. Весь персонал на плечах старшего менеджера, сама понимаешь, – я кивнула. – Справишься?

– Когда приступать? – улыбнулась, незаметно выдыхая.

– Вот это я понимаю ответ! Завтра придёт новый кассир на обучение. У тебя неделька на обучение, а у меня с Кириллом Геннадьевичем на оформление тебя в новой должности. Поздравляю.

– Спасибо, Настя. Мне сейчас это ой как надо, чтобы отвлечься от…

Я вовремя успела прикусить язык, но начальница зацепилась за фразу. Настя встала, обошла свой стол и присела на краешек, как раз напротив меня.

– Вер, что у тебя произошло? Знаю, что лезу не в своё дело, но я ведь не слепая. Мне ты можешь рассказать. Может, чем помогу.

Сглотнув, отвела глаза. Столько участия было в голосе Насти, искренне тронуло. Я бы с удовольствием ей рассказала о своём неудачном личном. Но вот как она мне поможет? Выслушает и только. У неё самой счастливый брак, двое детей и любящий муж. Почти как у меня было…

– Насть…

– Понимаю… наверное. Может, деньги нужны или?..

– Нет, деньги пока не нужны. Мне бы душевное спокойствие вновь восстановить…

Уже хотела встать и уйти, но Настя остановила. Она мягко надавила на плечи, снова усаживая в кресло.

– Брат?

– Нет, пока стабильно.

– Это хорошо. Муж?

– Угу, – кивнула, а у самой в носу щиплет – первый признак приближающихся слёз. Нет, я твёрдо решила: не пролью больше ни одной слезинки. – Он самый. Насть, прости, но не могу… Тошно так, что дышать трудно.

– Прости. А знаешь, есть у меня идейка. Давай ты завтра поработаешь с новеньким кассиром. Её, кстати, Люда зовут, а потом я продлю твои выходные на пару дней.

– А как же Люда?

– Ну… Не парься, справимся без тебя. Вон Катю попрошу. А ты давай решай свои проблемы, но лучше всего отдохни. В общем, думай сама, а мы будем тебя ждать весёлой и улыбающейся.

– Не обещаю… Но спасибо большое, Насть, – искренне улыбнулась неожиданной доброте.

– Да брось. Все мужики козлы. А себя надо беречь и любить!

***

Не успела выйти с работы, как телефон стала обрывать Оксанка.

– Систерс! Ну чё, как ты там?

– Уставшая, замученная и голодная. Иду домой.

– А этот мудень что?

– Ничего хорошего. Вчера так поговорил с сыном, что мне пришлось вмешаться. Вовремя домой успела, – перепрыгнула через лужу, двигаясь к автобусной остановке. – Впервые видела таким своего ребёнка.

– Поподробнее, пожалуйста.

Пока рассказывала про вчерашнее, не заметила, как дошла до остановки, присела на лавочку и выслушала долгую и очень нецензурную тираду Оксаны о моём блудливом муженьке. Прерывать не хотела, была полностью с ней согласна. Пропустив одну маршрутку, продолжала сидеть и болтать с сестрой. Дома мог, но это не точно, быть Влад, поэтому я не спешила.

– Выговорилась? – прыснула в трубку. – Есть пару неплохих новостей.

– Давай, подсласти горечь, которую во рту вызывает своими поступками твой недомуж.

К остановке подъехал представительского класса чёрный седан и включил аварийку, нагло преграждая подъезд общественному транспорту. Несколько ждущих свои маршрутки пассажиров возмутились. Женщина пенсионного возраста – единственная, кто не промолчала, когда вышел водитель и прошёл мимо неё. Я же продолжала болтать с сестрой, мельком кинув взгляд на нарушителя правил дорожного движения и общественного порядка. Высокий, весь в тёмном и с самыми чёрными волосами, которые я когда-либо видела.

– Первое. Мы с Костей решили не ждать раздела квартиры и на выходных будем собирать вещи. Надо, правда, ещё с мамой поговорить.

– Не боишься, что он свою «любовь» в пустую квартиру приведёт?

– Полагаюсь на его порядочность.

– Ха! Наивная! Ну-ну… А второе?

– Неожиданно мне дали два отгула после выходных. Вот думаю, как провести длинные выходные с сыном.

– Шикарная новость! Могу помочь, – в трубке что-то зашуршало.

– Оксан, что ты там делаешь?

– Искала кое-что. Нашла! Мне тут за одно доброе дело сделали комплимент. Поездка на двоих на турбазу «Казбек». Но я точно не поеду, не люблю такое. А вот вам с Костей не помешает.

Я аж рот открыла от такого предложения. Мы как-то всей семьёй были на этой турбазе. Отдыхали пару дней, Косте тогда было шесть лет. Сильно с таким малышом не наотдыхаешься, а вот сейчас можно. Но всё равно мы тогда отлично надышались свежим воздухом в сосновом бору, поплавали на лодке на местном большом озере и просто много гуляли, наслаждаясь сервисом и отдыхом от городской суеты.

– Шикарно!

– Фух… Рада помочь. Завтра увидимся, отдам тебе путёвки.

Распрощавшись с сестрой уже не с таким мрачным настроением, как было днём после звонка обожаемой свекрови, я доехала до дома. Да, мама Влада имела прекрасную чуйку, чтобы позвонить не вовремя и ещё обидеться, что на неё, такую замечательную, не хватает времени. Но теперь я могу спокойно повесить трубку и не выслушивать претензии. Как гора с плеч.

Глава 11

Вера

Первый вечер без главы семейства. Удивительно, но этот вечер прошёл просто шикарно. Мы с сыном заказали пиццу, включили анемэшный сериал из четырёх сезонов и до полуночи смотрели не отрываясь. Вернее, смотрел больше Костя. У меня же вникнуть в суть плохо получалось. Много раз переспрашивала некоторые моменты, но оторваться от крутой рисовки не могла. Умеют же японцы захватить внимание.

– Так, молодой человек, на сегодня хватит! Завтра работа… – не смогла сдержать зевоту, – и школа. Выключай телевизор.

– Мам, можно ещё одну серию? Они короткие, а там звероподобный должен появиться, – Костя сделал глазки.

– Кость, ну ты же уже видел этот сезон. Потом досмотришь.

– Тебе хоть понравилось?

– Честно? – Поднялась с дивана, разминая спину. – Удивительно, но понравилось. Если вникнуть, то даже очень хороший мультфильм.

– Анимэ, мам…

– Как скажешь. Спать, бегом.

Костя зевнул следом за мной и отправился к себе, но у дверей остановился и сказал:

– А знаешь, мам… Я, наверное, не буду по нему скучать. Ты у меня классная, а он… Спокойной ночи.

– Сладких снов, Кость.

Слова сына прошлись острым тесаком по кровоточащему сердцу, делая новые глубокие разрезы, из которых снова будет хлестать кровь. А у меня уже закончились бинты и пластыри, чтобы заклеивать и перевязывать раны. Когда я уже смогу не испытывать жгучую боль? Когда перестану с душевным надрывом вспоминать предательство того, кого так долго любила?

Влад за сегодня ни мне, ни сыну не позвонил. Бог с ним, со мной всё понятно. Резко стала ненужной, нелюбимой, обременяющей женщиной. Но сын-то что ему сделал? За что он так с ним? Неужели Влад не понимает, что, отстраняя от себя единственного ребёнка, ничего хорошего из этого не выйдет? Костя уже давно не маленький и своё мнение имеет, с которым придётся считаться и максимум немного направлять и исправлять.

Видимо, спать я разучилась. Пролежав до четырёх утра с открытыми глазами, встала с намерением что-то да делать, а не гонять горькие мысли по кругу. Ушёл, счастлив там со своей Ириной – скатертью дорога! Очень тихо и также осторожно достала дорожные сумки, чемодан и кучу больших пакетов. Начну наши сборы сейчас, отвлекусь на работу руками.

Когда сын проснулся, я уже сложила вещи Влада и большую часть своих, освободив гардеробный шкаф. Уставшая, но довольная, что вещи муженька удачно разместились в плотных чёрных пакетах, я вышла к сыну.

– Выспался?

– Нет… Можно я пойду ко второму уроку?

– Хитрый. Нет, конечно. Помоги мне пакеты в коридор выставить и иди умываться.

– А чьи это вещи? Его? – Костя подхватил сразу три больших мешка и вынес к входной двери.

– Именно. Помогаю твоему папе быстрее создать новую семью… – не сдержалась, опустила взгляд на ухмылку сына. – А завтра мы будем наши вещи собирать.

Про отдых на турбазе пока Косте не сказала, не вижу смысла радовать его заранее, вдруг не получится. Вот заберу сегодня у Оксаны путёвки и обрадую.

– Мам, ты сама хоть спала?

– Немножко. Бутерброд или яичница?

– И то, и другое! – крикнул уже из ванной сын, а я включила чайник.

***

– Привет, мамуль, – в обеденный перерыв вспоминаю, что так и не позвонила маме, а вещи уже собираю. – Как вы там?

– Привет, Верунь. Всё нормально, без изменений. Вы как? Давно ты не звонила.

Да, со всеми этими трагическими для меня событиями я забыла о ежедневных звонках маме. Тяжело вздохнув, села в своё кресло, радуясь возможности побыть одной и спокойно рассказать о планах маме. Полдня я сидела рядом с новым кассиром Людой, наблюдая за её работой, иногда подсказывая, но в целом радуясь, что человек она опытный, хватает на лету мелкие нюансы.

– Мам… Мы с Костей на следующей неделе переедем к тебе. Примешь?

– Конечно! А… А что случилось? – голос мамы слегка понизился, а у меня слова застряли в горле.

Моя дорогая мамочка всегда тепло и с какой-то материнской любовью относилась к моему мужу. Она радовалась за меня, за мой счастливый брак. А мой папа, пока был жив, всегда по-мужски уважал Влада. Они сходу нашли общий язык, и папа в тот же вечер благословил Влада в зятьки. А сейчас мне надо жесточайше разочаровать маму. Но больше всего мне хочется, чтобы она меня поняла с полуслова и оказала ту самую родственную поддержку.

– Случилось… У Влада случилось, и мы разводимся.

– Раз…разводитесь? Вера, я не понимаю. Но как же так?

– Вот так, мам… Сама ещё не до конца всё понимаю, но это факт.

Мама тяжело вздохнула в трубку. Повисла пауза, такая тяжёлая и вполне ощутимая. В эту секунду до чёртиков захотелось быть рядом с мамой и чтобы она меня крепко обняла.

– А Костя? Он знает?

– Знает. Владик успел с ним по-взрослому поговорить, – я скривилась на этой фразе, вспоминая тот вечер, мысленно обзывая мужа мудаком. – Костя уже сейчас готов к тебе переехать.

– Ужас какой… А что у Влада такого случилось?

До мамы так и не доходил смысл сказанного мною. Или я не так преподнесла новость. Я хмыкнула и передразнила мужа:

– У него случилась впервые такая яркая и настоящая любовь.

– Вот же дурак! Какая там у него любовь в таком возрасте?

– Ну, как говорится: седина в бороду, бес в ж… ребро. Не важно. Мамуль, мы на выходных будем собирать вещи, а потом на пару дней с Костей съездим на турбазу. Оксанка путёвки свои отдаёт, а потом мы сразу к тебе.

– Да, хорошо. Я пока комнату вам подготовлю, а сама переберусь к Игорю. Ничего, Верунь. Справимся, раз Влад такой! Отец бы ему по-мужски вставил за вас.

– Мне этого не надо. Пусть живёт в своей любви… – говорю, а сама себе не верю. Хочу, безумно хочу, чтобы жизнь моего мужа наказала. Но это всё в мыслях, вслух никогда такого не скажу. – Как Игорь?

– Ничего нового. Слава богу, что ещё левая рука работает. Смотрит телевизор, с планшетом не расстаётся, привет вам каждый раз вам передаёт.

– Мам, мне так жаль. Не хочется вот так, но я обещаю помогать тебе.

– Вера, перестань! Ты и Костя – мои любимые, родные. И я, как и Игорю, всё вам отдам. Давайте собирайтесь, отдохните и ко мне. Только позвони заранее, приготовлю для внучка вкусняшки.

– Спасибо, люблю тебя.

Нажала отбой и выдохнула. Знала, что мама поймёт. Может, не примет такого от любимого зятя, но поймёт. «Только вперёд и не оглядываться».

***

И всё же последний рабочий день этой недели вышел тяжёлым и выматывающим. Моя стажёрка Люда сдулась к четырём вечера, сославшись на безумную мигрень. Пришлось её отпустить и самой закончить день: подготовить инкассацию, закрыть кассу и отправить отчёт в головной офис.

– Вера? Добрый вечер, Вера.

Стоило только выйти из отделения, как меня окликнула невысокая шатенка. И я сразу её узнала.

– Допустим, – перевесила сумку на локоть и скрестила руки на груди.

– Ирина, – она протянула руку, но я покачала головой. Даже дотрагиваться до «самой яркой любви» не хотелось.

В голове закрутился вихрь вопросов, но главным был: «Что ей от меня ещё нужно?». Мужик теперь её с небольшим приданым, так что ещё?

– Мы можем в каком-нибудь тихом месте поговорить?

– С чего ты взяла, что я вообще хочу с тобой разговаривать?

– Это важно, – она отзеркалила мою позу.

Эта Ирина и правда маленькая. Не красавица, но симпатичная. Голос красивый, таким только мужиков соблазнять в сервисе «секс по телефону» или работать диктором. Плевать, я не о том думаю.

– Не вижу преград «это важное» сказать мне тут и сейчас.

– Хорошо, – она оглянулась, бросая рассеянный взгляд на проходящих мимо людей, – я бы хотела тебя попросить не настраивать сына против отца. Владик очень переживает. Не порть жизнь ни себе, ни кому-то ещё…

От такого заявления мои брови непроизвольно взмыли к линии роста волос на лбу. Я лишь усмехнулась и мысленно отметила храбрость этой мадам.

– Во-первых, тебя это никак не должно касаться. Хватит и того, что ты влезла в мою семью и её разрушила, – Ирина сделала шаг назад, почувствовав угрозу в моём голосе. – Во-вторых, мой сын и его отец сами разберутся без таких, – я брезгливо обвела её взглядом, – защитниц. И, в-третьих, мне плевать, о чём там переживает Владик. Он сам говорил с сыном, без меня. И мой сын, – я намеренно выделила интонацией «мой», – уже не маленький, чтобы прогибаться под чьё-то мнение.

– Твой сын плохо обо мне отзывался…

– Прости, а кто ты такая, чтобы тебе петь дифирамбы?

– Но… Не мог мальчик его возраста так выражаться!

– А ты прям знаешь, как он выражался? Со слов своего Владика?

– Да, он мне всё рассказывает! – вздёрнула она свой нос в небольшом превосходстве, добивая следующей фразой: – И то, что ты действительно грубая женщина, которая думает только о себе.

– О! Шикарно! Так пожалей его! Или уже? А теперь послушай меня, сейчас я покажу себя ещё более грубой, – сделала шаг к ней, с силой сжимая двумя руками ручку своей сумки. – Ещё раз полезешь ко мне и моему сыну – пожалеешь.

– Влад был прав во всём, грубиянка! – фыркнула мадам и удалилась быстрым шагом.

Я же продолжала стоять, глубоко дыша, пытаясь успокоиться. Ладно мужа увела, так какого лешего теперь лезет ко мне и моему сыну? Не портить жизнь! Кто ещё кому её портит? Столько матерных слов крутилось на языке…

Как только адреналин улёгся в крови, на меня накатила жуткая усталость. До остановки еле добрела и рухнула на скамейку, доставая из сумки мобильный. Оксана. А я совсем забыла про наш уговор.

– Ну, ты едешь ко мне? Привет.

– Приветик. Да, еду.

– А что с голосом?

– Встреча сейчас была интересная… До сих пор под впечатлением.

– Любишь загадками говорить… С кем?

– С «ней».

– Да ладно!? Где? – я прям физически почувствовала удивление сестры.

– Она ждала меня возле работы.

В этот момент подошла нужная маршрутка, и я быстро свернула разговор фразой: «Скоро буду и всё подробно расскажу, жди».

Глава 12

Вера

Меня жутко ломало и выкручивало нехорошее предчувствие. Ноги налились свинцом и совсем не слушались, приходилось буквально заставлять себя идти. А вот когда-то любимый район, новый панельный дом, ухоженный двор с большой детской площадкой… Только теперь мне это всё казалось чёрно-белым и таким чужим. Дом. Дом там, где тебя любят. Дом там, где тепло, уютно и счастливо. А я возвращаюсь от сестры туда, где испытала самую большую боль и разочарование. Туда, где теперь всё мне напоминает о предательстве…

Оксанка ждала меня у дверей и, схватив в охапку, затащила к себе в квартиру. Прямо в обуви завела на кухню, сунула чашку ромашкового чая в руки и ультимативно потребовала рассказать о встрече с «ней» до мельчайших подробностей.

– Вот это я понимаю – наглость! Может, ей ещё и денежек дать? Овца! – праведно негодовала Оксана, а я после недлинного монолога обессиленно откинулась на спинку стула и закрыла глаза. – Как жаль, что меня с тобой не было, я бы ей быстренько язычок в одно место засунула.

– Согласна. Наглости ей не занимать. Мне вот другое интересно, – я уставилась на сестру, которая резко остановилась на пятом круге по кухне, – Владик знал об этой встрече?

От того, как я передразнила интонацией Ирину, даже Оксана скривилась. Влад терпеть не мог уменьшительные ласкательные, всегда злился и просил так его не звать, даже в самые наши сладкие моменты.

– Мне кажется, нет…

– Тоже так думаю. И кому она лучше сделала? – снова задала вопрос, но уже больше риторический.

– Прибабахнутая какая-то, – Оксана снова пошла по кругу. – Ну, ускорила ты развод своего любовничка, сиди дальше тихо, наслаждайся и жди. Ан нет! Полезла к жене! Ну не понимаю я таких!

– Я тоже. Испоганила настроение, – вспомнив, что Костя один дома, решила перейти к главному. – Ксю, не могу долго у тебя сидеть, Костя в квартире один. Ну и сама понимаешь, мало ли… какие ещё сюрпризы ждать от этой парочки.

– Да, точно, путёвки!

Благословив меня на хороший отдых, сестра отпустила домой. И вот я стою перед дверью и не решаюсь войти. Паника накрывает сознание, а долбанное предчувствие бьёт в набат и ускоряет до скорости света пульс. Аж ладони вспотели.

– А вот и моя благоверная жена пришла! Не заблудилась по дороге?

Стоило сделать шаг в пропасть, и меня в дверях встречает злой Влад. Уперев руки в бока, смотрит с цинизмом и презрением, словно я где-то шастала, а не он перебрался к своей любовнице и уже налаживает с ней жизнь. Предчувствие не подвело. Хочется ответить в той же манере и той же колкостью, но сил нет, лишь пожимаю плечами.

– Что ты тут делаешь?

– Представляешь – живу! Квартира ещё пока тоже моя, если не забыла.

– А жаль… – сбрасываю сумку и обувь и прохожу мимо него в ванную, чтобы помыть руки.

Влад следует за мной. Его наигранное спокойствие и злющий блеск в глазах говорят, что он на грани. Скоро будет взрыв, а вот помогать ему взорваться я не собираюсь. Молча мою руки, изредка поглядывая на мужа.

– Ничего не хочешь сказать? – он опирается плечом о косяк двери и сверлит взглядом.

– Где Костя?

– Хороша мать, даже не знает, где её сын! Отправил его погулять.

– А ты прям отец года…

– Представь себе! Вера, я задал вопрос.

– А я не знаю, как на него ответить. Пропусти.

Несколько секунд Влад в упор смотрел на меня, но всё же отодвинулся в сторону. Я прошла в спальню и нагло перед его мордой закрыла дверь. Мне надо переодеться, он теперь лишний. Лишний в моей жизни.

– Вера, открой и давай поговорим!

– Мне надо переодеться! И чтобы ты ушёл, – уже тихо добавила, опускаясь на кровать.

И всё же выйти пришлось. Влад мерил шагами гостиную, то и дело сбрасывая звонки.

– Вера! Хватит вести себя как конченая сука! – кинулся он за мной на кухню.

От такого заявления я встала как вкопанная. Я конченая сука? Вот и приехали! Волна гнева затопила сердце. А вот за такие заявления, милый, тебе точно придётся ответить.

– Следи за языком, Антонов! Свою Ирину будешь так называть!

Я даже не успела выставить руку. Влад резко подлетел ко мне и схватил за волосы, наклоняя к полу, выплёвывая угрозы прямо в уши.

– Не трогай её, дрянь… Ты зачем сегодня нагрубила ей? Угрожала? Думала, я не узнаю? Ирина пришла по-хорошему с тобой поговорить, а ты, королева, показала себя во всей красе. А ведь хотел разойтись с тобой по-хорошему, но ты сама виновата…

Влад откинул меня в сторону. Пришлось ухватиться за обеденный стол, чтобы не упасть. Такого у нас за все четырнадцать лет не было. Влад ни разу не поднял на меня руку. Было, что при крупных ссорах мог прикрикнуть, но только на мой крик в ответ, а чтобы так… Стало страшно.

– Влад, ты чудовище…

– Нет, Верочка! Я тот, кого ты заслуживаешь своим поведением. Сядь и слушай, – он указал на стул у стола, сам расположился напротив. – Раз ты ведёшь себя как истеричка с нормальными людьми…

– Нормальные – это твоя Ирина?

– Заткнись! Я решил пересмотреть вопрос с разделом имущества. Квартиру делим пополам, машину я оставляю себе. Сам себе её купил, ты к этому не имеешь никого отношения. И кроме алиментов ты от меня больше ничего не увидишь.

– Да подавись.

– Фи, Верочка! Даже не поборешься за своё? Меня так спокойно отдала, деньгами раскидываешься? А где же твоя любовь, о которой ты мне тут втирала? Где же твоя практичность? – Влад поцокал языком, встал с осанкой победителя и налил себе полный стакан воды.

– Я просто хочу жить спокойно! Что ты хочешь ещё? Ты нашёл свою истинную любовь, мне что делать? Валяться у тебя в ногах и умолять не бросать меня? Или драть волосы разлучнице, унижая себя ещё больше? А с разделом имущества, и это касается твоей машины, разберётся суд.

– Это мы ещё посмотрим, Вера. А пока советую вести себя вежливо и не отсвечивать, иначе я добьюсь права, чтобы Костя жил со мной.

Всё, это была последняя капля. Меня накрыла истерика. Я не смогла сдержать свой истерический смех, который отразился от всех стен кухни. Влад с поднятыми вверх бровями и отрытым ртом смотрел на меня.

– Реально истеричка больная…

– Нет, Антонов! Я нормальная. В отличие от тебя, я-то знаю законы нашей страны. И даже если ты сильно захочешь, не тебе решать, с кем останется Костя. Он в том возрасте, когда уже может самостоятельно выбирать сторону.

– Ты точно конченая сука!

В этот момент открылась входная дверь, и обеспокоенный Костя вошёл в прихожую. Влад тут же изменился в лице, нацепил вежливую маску.

– Сын, какие планы на выходные?

Я вышла следом за мужем и встала между сыном и отцом. Костя несколько раз перевёл взгляд с него на меня и пожал плечами.

– С мамой буду.

– Ясно. А что это за мешки? – Влад показал рукой на сложенные мною вещи.

– Это я бережно сложила твои пожитки. Не благодари.

– В мусорные пакеты?

– Другого не нашла. Костя тебе поможет донести до машины, – пожала плечами и ушла в спальню.

Упав на кровать, я ещё несколько минут прислушивалась к голосам. Потом бахнула входная дверь, и стало тихо. Вот так бы тихо было бы в моей душе. Интересно, а есть такое лекарство, которое убивает в зачатке все негативные чувства и эмоции?

***

– Что делаешь? – чуть позже зашла в комнату к сыну с путёвкой в руке.

– Да так… ничего.

Костя выключил свой мобильный и отложил его в сторону. Он сел в кровати, потёр затылок и спросил.

– Вы снова ругались? Он за этим меня отправил гулять?

– Знаешь… Сейчас у нас с папой безумно сложный период. Я на него очень обижена и даже зла, он отвечает тем же, хотя я этого не понимаю, – села рядом и погладила его по руке. – Но и я, и папа не хотим, чтобы ты страдал из-за нашего расставания. Мы оба любим тебя.

– Мам, хорош. Не надо говорить со мной как с маленьким.

– Я помню, что ты уже почти взрослый. И говорю правду. Что бы ни случилось, но мы будем любить тебя всю жизнь.

Странно, но вот в такие моменты понимаешь, как быстро растут дети. Как они резко взрослеют и выдают такие не по годам серьёзные мысли. Вздохнув, решила сменить разговор. Желания мусолить одну и туже тему не было, надоело.

– У меня кое-что есть. Как насчёт двухдневного отдыха на турбазе «Казбек»? Только ты и я!

Глаза у Кости в секунду вспыхнули интересом и предвкушением. А я впервые радостно улыбалась его реакции. Жизнь продолжается, и у нас всё будет хорошо!

– Круто, мам! Дай посмотреть, – я дала ему буклет, и ещё какое-то время мы обсуждали будущий отдых.