Читать книгу "По взаимному несогласию"

Надежда Волгина
По взаимному несогласию

Глава 1

День не задался с самого утра. Да и как может быть иначе, если вчера он схоронил человека, которого любил, уважал и на которого всегда стремился быть похожим. Ну как стремился?.. Где-то очень глубоко внутри себя, и кроме него об этом никто не догадывался. Потому и остался стыд, а прощения просить теперь уж и не у кого.

Илья смотрел на Марка Антоновича – поверенного семьи, которого знал с детства и привык видеть в доме, и не верил, что именно этот серьезный нотариус с многолетним стажем сейчас произнес наидичайшую речь, отказывающуюся укладываться в голове. Услышанное казалось шуткой. А если быть точнее, то прощальной шуткой отца. При жизни он был еще тем юмористом, даже будучи прикованным к кровати умудрялся шутить. Но чтобы так…

– Кто такая Матросова Лидия Кирилловна? – подался Илья вперед, глядя на нотариуса.

– Об этом я вам не уполномочен сообщать, – откинулся на спинку стула Марк Антонович, ослабляя галстук. – Ох, и жарко же сегодня, несмотря на конец сентября.

– Илья, и это всё, что тебя интересует?! – воскликнула Виктория Сергеевна – ухоженная блондинка, возраст которой мало кто мог угадать правильно.

На самом деле, недавно ей исполнилось пятьдесят, но многие не давали ей больше тридцати пяти. И даже в глубоком трауре смотрелась она сверх элегантно и изысканно.

– Мам, ну нет, конечно. Но с чего-то же нужно начинать…

– Да брось ты! – вскочила Виктория со стула и принялась мерить шагами веранду, на которой они и расположились втроем, чтобы зачитать последнюю волю покойного мужа и отца.

Сам факт существования завещания явился для них с матерью сюрпризом. Никогда отец даже не упоминал о нём. Да и других наследников, кроме Ильи, у него не было.

– Что значит, не уполномочен?! – накинулась Виктория на нотариуса чуть ли не с кулаками. На всякий случай тот аж подобрался весь. – Мой сын должен жениться на какой-то девице, а мы даже не можем узнать, кто она такая?!

– Виктория Сергеевна, вы обязательно об этом узнаете, но не сейчас и не от меня, – Марк Антонович очень старался говорить спокойно, но заметно было, что и его уже напрягали страсти, которые явно накалялись. – Поймите, я получил чёткие инструкции от покойного Игоря Алексеевича. Мой долг в точности исполнить его последнюю волю.

– Должно быть, Гоша был не в своем уме, когда составлял это завещание, – бормотала мама Ильи, не переставая шагать из угла в угол. – Где это видано – заставлять жениться единственного сына не пойми на ком? Марк Антонович, ну скажите же, что вы нас разыгрываете! – потребовала она, останавливаясь перед нотариусом.

– Виктория Сергеевна, подобные розыгрыши не в моих правилах, – заметно оскорбился нотариус и стянул с шеи злополучный галстук. – Нравится вам или нет, но только на этих условиях ваш сын унаследует компанию отца. Иначе…

– А иначе ближайшие пять лет ею будет управлять какой-то дядя, которого наймете вы, – с усмешкой рассматривал красного нотариуса Илья. – И одному богу известно, чем закончится это управление, так ведь?

– Ну… Честно признаюсь, человек такой уже есть у меня на примете, – стушевался Марк Антонович. – И его кандидатуру утвердил Игорь Алексеевич перед тем, как составлять завещание…

– Да не бывать этому! – вскричала Виктория. – Где это видано, чтобы в семейный бизнес, да еще и во главу ставили кого-то чужого! Зря, что ли, Илья учился так долго, а потом и пять лет работал заместителем Гоши, чтобы кто-то всё это спустил в… – она запнулась, смутившись того, что едва не сказала вслух. – И где же нам искать эту?..

– Матросову Лидию, – охотно подсказал нотариус. – Искать её не нужно. Она прилетит второго октября из Воркуты. Вам нужно будет организовать её встречу и назначить день свадьбы. Напомню, что пожениться молодые должны до шестнадцатого октября, именно тогда истекает месяц, оговоренный завещанием. В день свадьбы я оглашу дополнения к завещанию.

– Еще и дополнения какие-то! – мученически заломила Виктория руки. – Гоша, что еще могло родиться в твоем воспаленном мозгу? Прости, – расплакалась она и вбежала в дом.

– Она еще и из Воркуты, – спрятал Илья лицо в ладонях. – Из ж—ы мира, честное слово! – глухо добавил. – Неужели поближе никого не нашлось? – посмотрел он на нотариуса.

– То мне не ведомо, – встал Марк Антонович и поправил ремень на брюках.

– Да всё вы знаете, – обреченно вздохнул Илья. – И всё вы врете.

– Мне пора, – вежливо кивнул нотариус. – Бог даст, скоро снова свидимся, Илья.

На веранде Илья остался один. Ему было, о чем подумать.

Отца он любил, хоть отношения у них и не были простыми. Так получилось, что взрослел Илья вдали от семьи. Сначала колледж в Англии, потом университет. Домой приезжал на каникулы и не всегда встречался с отцом, если улетал он в командировку. Вернулся в Россию, когда окончил университет и повзрослел. Привычки к тому времени уже тоже сформировались. И выяснилось, что идут они вразрез с привычками отца.

Если отец большую часть жизни проводил на работе и частенько засиживался там допоздна, то Илья работал ровно столько, сколько требовали от него трудовой распорядок компании и должностная инструкция. Но работу свою старался выполнять хорошо и за пять лет от простого инженера вырос до заместителя директора компании. И на этой почве у него с отцом разногласия возникали редко.

А вот что касается личной жизни… В неё Илья не разрешал вмешиваться никому – ни отцу, ни матери. Свободное время предпочитал проводить вне дома, отпуска – за границей. Друзей у него было много, а приятелей еще больше. Любил женщин и частенько менял их. Последнего отец особенно не понимал, а Илья даже слышать ничего не хотел на тему «остепениться и жениться». Последний раз они поссорились с отцом, когда тот уже не вставал с кровати. Может, это и послужило толчком к составлению такого странного завещания.

– Кто же ты такая, Лида Матросова? – пробормотал Илья. – И почему именно на тебе я должен жениться?

Глава 2

Лиду разбудил звонок в дверь. В субботу, в половине седьмого утра. Мама еще не вернулась с ночного дежурства в садике, и сразу же в душе зародилось волнение – неужто с ней что-то случилось? Шла открывать дверь Лида на ватных ногах.

– Кто там? – спросила она, после того как посмотрела в дверной глазок.

За дверью стоял незнакомый мужчина.

– Матросовы тут проживают? – подлил он масла в огонь, и ноги у Лиды принялись подкашиваться. А перед глазами всё поплыло.

– Что-то с мамой? – распахнула она дверь.

– Что? – непонятливо посмотрел на неё мужчина. – С чего вы взяли?

– Тогда, кто вы и зачем вам нужны Матросовы? – нахмурила Лида брови.

– А вы Лидия? Я правильно понимаю?

– Допустим.

– И живете вы с матерью – Матросовой Ольгой Григорьевной?

– Допустим, – в очередной раз кивнула Лида и разозлилась. – Это всё, что вас интересует? Или есть еще причина, по которой вы разбудили меня в такую рань в выходной?

– Разрешите представиться. Марк Антонович Пельцер – поверенный в делах семьи Даниловых, – без тени смущения отрапортовал уже немолодой дядечка, одетый с иголочки, хоть и не по погоде.

Уже неделю, как держались легкие заморозки и шел мелкий снег. А на визитере были надеты штаны со стрелками и ветровка. Остроносые туфли натерты до блеска и кепка на голове. Странный он какой-то.

– И?.. Мне это о чем-то должно сказать? – уточнила Лида.

– Я к вам с поручением от вашего отца. У меня письмо для вас и вашей матери. А также завещание вашего отца. Если позволите, я бы хотел войти, не здесь же нам вести приватную беседу, – улыбнулся Марк Антонович.

Лида же и вовсе перестала понимать хоть что-то. Но гостя впустила, да она и сама уже замерзла стоять перед открытой дверью.

– Хотите чаю? – предложила она. – Мама вернется со смены не раньше, чем через час.

– От чая не откажусь, – обрадовался мужчина. – Продрог, знаете ли. Да и чай в самолете был отвратительный.

В самолете? Так он не местный? Откуда-то прилетел и сразу же сюда? Лиде стало еще интереснее и еще более непонятно.

– Мой отец умер десять лет назад, – сообщила она, когда накрыла к чаю журнальный столик в гостиной. – А вы говорите…

– Так вы не в курсе? – как будто даже не удивился Марк Антонович. – Тогда, предлагаю дождаться вашу матушку и потом уже все обсудить.

Дальнейшее чаепитие проходило в молчании. За это время Лида едва голову себе не сломала всякими разными мыслями. Хорошо хоть мама пришла вовремя. И, кажется, она поняла намного больше, стоило только Лиде представить гостя.

– Мам, я чего-то не знаю? – напряглась Лида.

– Многого, доча, – грустно кивнула Ольга. – И я жалею, что не рассказала тебе всего раньше.

– Не рассказала чего?

– Прежде всего, что твой папа был тебе не родной.

Лиде показалось, что на нее вылили ушат ледяной воды. О таком она даже подумать не могла. Своего отца она любила и очень хорошо помнила. Он в ней тоже души не чаял.

– И кто же мой родной отец? Тот, кто оставил завещание? – перевела она взгляд на притихшего нотариуса.

– Давайте, начнем с писем, – предложила мама, и Лида получила свой конверт.

Ольга ушла в спальню, чтобы переодеться и, по всей видимости, прочитать письмо. Лиде же ничего не оставалось, как вскрыть конверт тут же.

«Дорогая Лида! Так уж случилось, что узнал я о твоем существовании поздно, когда жить мне осталось совсем недолго. Бессмысленно искать виноватых, да и ты росла рядом с любящими родителями, жаль только отца потеряла рано.

Я не прошу тебя чтить мою память, как и считать своим отцом. Но я богат и могу позаботиться о твоем будущем. Если примешь мое предложение, то больше никогда и ни в чем не будешь нуждаться. Ну а мою последнюю волю ты узнаешь из завещания.

Данилов И.»

Больше в письме ничего не было. Показалось оно Лиде сухим до оскомины. Но, с другой стороны, этот Данилов И. был чужим ей человеком, как и она – ему.

Вернулась мама, и глаза её были повлажневшими от слез. Уж не по этому ли Данилову она плакала? Она же любила своего мужа. Или не так сильно, как Лида думала?

– Итак, могу я теперь зачитать завещание? – встрепенулся нотариус. Кажется, он успел задремать в кресле.

Чтение не длилось и пять минут. А глаза Лиды, пока слушала, становились всё больше.

– У меня всё, – спрятал Марк Антонович завещание в конверт, а конверт – в портфель. – Вот здесь билет на самолет, купленный на ваше имя, Лида. Вылет в Москву второго октября. Если вы решите принять условия, выдвинутые Игорем Алексеевичем – вашим биологическим отцом, то второго октября вас будут встречать в аэропорту Домодедово. У вас есть неделя, чтобы все как следует обдумать и принять правильное решение. За сим, позвольте откланяться, – встал он с кресла и действительно поклонился.

Лида даже не заметила, как мама проводила гостя. Краем сознания зафиксировала только, что вечером у него обратный самолет в Москву.

– Мам, как так? – встретила Лида Ольгу вопросом, когда вернулась та в гостиную. – Как получилось, что мой биологический отец не знал о моем существовании? И как он потом узнал об этом? И почему я ни о чем даже не догадывалась?! – последний вопрос она едва ли не выкрикнула.

Ольга вздохнула, опускаясь в кресло. Видно было, как ей тяжело. Но Лиде едва ли было легче. О содержании завещания (бредовом) она вообще пока отказывалась вспоминать.

– Помнишь, когда мне в больнице вынесли смертельный приговор? – посмотрела на неё Ольга печальными глазами.

– Конечно помню! Забудешь такой дебелизм.

Год назад мама обнаружила в груди уплотнение и отправилась к онко-маммологу на консультацию. Тот взял у неё пункцию и через десять дней сообщил, что у неё рак. Два месяца они жили как в аду, готовясь к худшему, пока мама не сдала новые анализы и не выяснилось, что никакого рака у неё нет, что в прошлый раз её анализы перепутали с чьими-то еще.

– Вот тогда я и написала твоему настоящему отцу, – продолжила Ольга. – Пойми меня правильно – я боялась, что ты останешься совсем одна, – всхлипнула она. – И я не особо надеялась, что письмо дойдет до адресата. – Но оно дошло, – не сдержала Лида сарказма.

– Вскоре он со мной связался, – кивнула Ольга. – Тогда он уже был болен…

– Мам, ты понимаешь, что всё решила за меня? – перебила её Лида. – Ты даже мои паспортные данные сообщила. Иначе, откуда этот билет? – потрясла она в воздухе конвертом и со всего размаху бросила его на стол. – Как ты могла? За моей спиной?

– Я хотела как лучше и очень боялась тебе во всем признаться. Лидушка, пойми, это твоя путевка в лучшую жизнь.

– Нет, мама! Он не был мне отцом, и его деньги мне не нужны. Никуда я не поеду и уж тем более я не собираюсь выходить замуж за совершенно постороннего мужика! – выбежала Лида из комнаты, громко хлопнув дверью.

Глава 3

– Стопэ! – откинулся Влад на спинку дивана и пьяно смотрел на Илью. – Последняя воля твоего отца, чтобы ты женился на какой-то чувичке с крайнего севера? – хохотнул он во весь голос.

Илья выпил не меньше друга, но сегодня спиртное на него странным образом не действовало. Только голова болела всё сильнее.

– Именно так, – с досадой отозвался Илья.

– А кто она такая?

– Понятия не имею, – пожал Илья плечами.

– Ничё не понял, – затряс друг головой. – А зачем батя твой решил устроить тебе такой квест… напоследок? Может, он тебе и не батя вовсе?

А вот тут Влад попал в точку, только сообщать это ему Илья не собирался. О том, что он отцу не родной, Илья знал с раннего детства. Ему было полгода, когда отец женился на матери и официально усыновил его. Скрывать этого от него не стали, ибо нашелся бы какой-нибудь посвященный доброжелатель, который обязательно всё ему рассказал, да еще и приукрасил. Во избежание этого родители всё сами ему рассказали, и очень быстро Илья с этим смирился, как и умудрился забыть. Отца он всегда считал своим родным. А теперь вот вспомнил и зачем-то рассказал Владу о завещании. Влад – трепло известное, хоть и друг. Завтра о последней воле отца узнают все. Крохотная надежда остается на то, что Влад забудет о сегодняшнем разговоре, что вряд ли.

– Забей, – прижал Илья пальцы к вискам, пульсировало в которых все сильнее. – Я, пожалуй, домой, башка трещит по швам.

Как ни старался Влад уболтать его, в баре Илья не остался. Продышался на улице как следует, вызвал такси и отправился домой.

Машину дяди он заметил издалека. Вот уж кого он меньше всего хотел видеть, так это маминого брата. Опять начнет задавать глупые вопросы или хохмить в своей грубоватой манере. А так хотелось хотя бы этот вечер провести в тишине и покое, ведь с момента оглашения завещания отца прошла почти неделя, а покой Илья потерял окончательно, как ему уже казалось. Мама только об этом и говорила, как и с ужасом ждала дня икс. Кстати, завтра он уже наступит, а дальше или пан, или пропал. Сам Илья до сих пор не понимал, почему согласился жениться на девчонке с севера. Точно не из-за денег отца. Скорее уж из-за матери. А теперь вот всё зависело от того, прилетит ли завтра эта Лидия Матросова. И кто она такая, черт её дери?!

– Лавря, перестань! Хватит уже злословить! – донеслось до слуха Ильи, едва он переступил порог дома. – Не ты, не твоя семья не бедствуете, кажется. И за все это ты должен благодарить Гошу.

– А ничего, что я вот уже два десятка лет пашу на него?

– И твой труд неплохо оплачивается, как и труд твоей жены.

Дядя Лаврен занимал должность начальника строительного отдела в компании отца, а его жена руководила финансовым отделом. Для отца Ильи было делом принципа, чтобы все члены семьи были заняты в бизнесе, руководил которым он единолично, но всегда называл семейным. Лишь сын маминого брата, Максим, считался отщепенцем в этой семье. Двоюродный брат Ильи посвятил себя искусству фотографии и многого добился в этой области. В столице он считался модным фотохудожником, и его полотна неплохо продавались, как и клиентура у него была солидная. Но отец перестал с ним общаться, как только Максим заявил о своем выборе жизненного пути.

– Да это просто дикость – иметь такие бабки и не мочь ими распоряжаться по своему усмотрению! Твой Гоша всегда был жадным…

– Да замолчи ты уже! – прикрикнула на брата Виктория. – Как ты можешь называть жадным того, кто дал тебе всё?! Всем нам…

Пора было вмешаться или хотя бы своим появлением прервать этот тягостный для матери разговор с братом. В чем Илья не сомневался никогда, так это в том, что мама любила отца. И возможно, она единственная оплакивала его утрату всем сердцем.

– Дядя Лаврен, какая неожиданность, – не удержался от колкости Илья, входя в гостиную, где за большим овальным столом мама с братом пили чай.

– А вот и наш женишок, – пробасил Лаврентий.

И в который раз Илья подивился, до чего же не похожи внешне брат с сестрой. Лаврентий внешне был похож на деревенского кузнеца, не иначе. Огромный, как медведь, такой же неуклюжий, да еще и располневший с возрастом. И мама – сама элегантность, утонченность, с печатью природной интеллигентности на лице. Мамой своей Илья гордился. А как ей льстило, когда незнакомые люди принимали её за его старшую сестру.

– Ну что, готов к встрече с невестой? – басисто расхохотался Лаврентий.

– Надеюсь, она не приедет, – поморщился Илья.

– Э-э-э нет, дружок, если завтра она не прилетит, то рванешь ты в Воркуту и будешь на коленях умолять её выйти за тебя замуж. Иначе денежки папочки твоего тю-тю…

Если бы в этот момент не появилась Татьяна – домработница, то Илья нагрубил бы дяде. Всю свою злость сорвал бы на нём, из-за чего расстроилась бы мама. В общем, хорошо, что этого не случилось. На Виктории и так лица не было. Последние события её окончательно подкосили. Илья переживал, как бы не слегла она от горя и переживаний.

– Чайку, Илья Игоревич? – предложила Таня.

– Можешь принести мне чай в комнату? И что-нибудь к чаю? – попросил Илья, направляясь к лестнице, чувствуя на себе пристальный и тяжелый взгляд Лаврентия.

– Конечно, Илья Игоревич! Всё сделаю! – умчалась Таня на кухню.

– Каким утомительным занятием нынче стало таскаться по клубам, да ресторанам, – понеслось Илье в спину.

– Лавря, ну что ты к нему прицепился? – устало проговорила мама.

Илья же едва заставил себя продолжить преодолевать лестницу, а не остановиться и не сказать брату мамы всё, что думает о нём. И лишь в своей комнате он позволил себе расслабиться. Правда, головная боль снова заявила о себе, пришлось попросить у Тани таблетку от головы, когда принесла чай с бутербродами.

Уже гораздо позже, лежа в кровати, Илья размышлял о завтрашнем дне. Что он принесет с собой? Какие изменения? Приедет ли та, которую он уже тихо ненавидел? Эта Лида казалась ему акулой, желающей поглотить его семью. Он уже устал задавать себе бесчисленные вопросы, ответов на которые не было. И минувшая неделя казалась бесконечно долгой, изматывающей. Наверное, стоит порадоваться, что так или иначе завтра всё закончится. Или, наоборот, всё только начнется?

Ну вот – опять эти вопросы. Вроде и голова прошла, и глаза слипаются от усталости, а вопросы всё лезут и лезут. Сил нет больше. Илья накрыл голову подушкой, словно запрещая к ней доступ извне. Так и заснул.

Глава 4

– Чай, кофе, воду с газом без газа? – обратилась к Лиде бортпроводница.

– Кофе, пожалуйста.

К кофе прилагалась булочка, которой Лида особенно обрадовалась. Самолет вылетел в десять утра, и позавтракать она не успела. А время уже приближалось к полудню.

Правда ли то, что она сейчас находится на высоте десять тысяч метров и направляется в Москву? Через каких-то пару часов самолет приземлится в аэропорту Домодедово, и насколько сильно поменяется её жизнь?

Как случилось, что она дала маме уговорить себя? Ведь даже сейчас, поедая булочку и прихлебывая чай, Лида не может избавиться от мысли о бредовости происходящего с ней.

– Что тебя ждет здесь? Какое будущее? Никому не нужный музей с копеечной зарплатой? Наша хрущевка с вечно засанным котами подъездом? Город, из которого бегут все, у кого только есть куда?..

Мама смотрела на нее лихорадочно горящими глазами. Вот уже пошел третий день после визита нотариуса Марка Антоновича, а они все продолжали спорить с пеной у рта. Мама временами принималась плакать, видно, когда чувствовала себя особенно беспомощной. Но Лида стояла на своём – НИКУДА ОНА НЕ ПОЕДЕТ И ТОЧКА!

– …Когда ты уехала поступать в Екатеринбург, я так радовалась. Думала, что хоть ты вырвешься из этого болта, в которое засасывает всё глубже и глубже. А ты закончила университет и вернулась. Зачем?

– Затем, мама, что тут ждала меня ты – мой единственный родной человек. А кто ждал меня там? Кому я там была нужна? И ты не права – работу свою я люблю, пусть и платят за нее немного.

– И предел твоих мечтаний – музейный гид? Ты же выучилась на искусствоведа, а что тебе светит? Ни-че-го! – по слогам произнесла мама.

– А что мне светит в Москве, да еще и рядом с чужим человеком?

– Лидушка, ты не представляешь, сколько возможностей открывают человеку деньги, – вздохнула мама. – Вот ты говоришь, что не нужны тебе деньги отца…

– Он мне не был отцом! – громко перебила Лида.

– Был, пусть и только биологическим. И не его вина, что он не видел, как ты растешь, или не принимал в этом участия. Вина лежит только на мне. Это я скрыла от него тебя. И я же ему всё рассказала. Я ни о чём не жалею, всё случилось так, как должно было. И если ты не думаешь сейчас о себе, то подумай хотя бы обо мне.

– Мама, знаешь, как это называется?

– Заботой, дочка.

– Нет, сейчас ты пытаешься мною манипулировать. И что значит, подумать о тебе?

– То и значит, что мне будет спокойнее за тебя, когда ты станешь обеспеченной замужней женщиной.

– Вот так, да? Хорошо, я поеду в Москву, но с одним условием. Когда я выйду замуж, ты переедешь жить ко мне. Если меня тут ничто не держит, то тебя и подавно. И мне так точно будет спокойнее.

Естественно, соглашаться мама не хотела, но Лида смогла настоять на своем. И сейчас, сидя в самолете, именно той мыслью, что мама скоро снова будет рядом с ней, себя успокаивала.

– Уважаемые пассажиры, наш самолет приступает к снижению. Просьба пристегнуть ремни безопасности, убрать столики и привести спинки кресел в вертикальное положение. Через несколько минут мы приземлимся в аэропорту Домодедово в Москве… – раздалось из селектора.

Волнение всколыхнуло душу, но ненадолго. Не по своей прихоти Лида летела в Москву. И уж точно участие в этой авантюре было придумано не ею. Пусть волнуются те, кто ко всему этому имею отношение.

Долго пришлось ждать багаж. Вот тогда Лида поняла, насколько устала. Мама настояла, чтобы вещей она взяла с собой по максимуму, и сейчас, выходя в зал прилета, Лида катила за собой огромный чемодан.

Человека с табличкой «Лидия Матросова» она заметила сразу. К нему и направилась.

– Наверное, вы меня встречаете, – в упор посмотрела она на мужчину лет тридцати пяти в очках и с тонкими усиками.

– Если вы Лидия, то вас, – сухо отозвался мужчина, перехватывая у неё чемодан и пряча табличку.

Он быстро направился к выходу, и Лида чуть ли не побежала за ним.

– А вы?.. – запыхавшись, поинтересовалась, когда поравнялась с мужчиной.

– Андрей – водитель. Мне поручили встретить вас и привезти в дом Даниловых.

– Как, в дом Даниловых? – встала Лида как вкопанная. – Я не хочу! Отвезите меня в гостиницу.

– Не получится, – остановился Андрей. – Я обязан выполнять распоряжения хозяев, – вышел он с чемоданом Лиды на улицу.

Коленки сразу отчего-то стали слабыми. Даже в самых смелых фантазиях Лида не предполагала, что попадет с корабля на бал, так сказать. Что лицом к лицу встретится с теми, кого автоматически записала во враги. Но и спорить она не стала, потому как не было аргументов. Да и не сегодня так завтра ей придется их увидеть, как и познакомиться со своим потенциальным женихом.

– А долго нам ехать? – поинтересовалась Лида уже в машине.

– Если минуем пробки, то часа полтора.

Ну хоть так. Есть время подумать и подготовиться к встрече. Хотя, если честно, то именно думать она и устала больше всего за последние дни.