Текст книги "Беги от меня"

Глава 25

Малиново-алый рассвет уже разливался по небу, когда мы покидали дворец. Леди Инния дремала, сидя рядом со мной. Отец был задумчив, лишь иногда кидая на меня странные взгляды. По приезду в особняк все сразу же разошлись по своим покоям и я, позволив Фрее помочь мне раздеться, рухнула в постель, и тотчас же уснула. Все же балы, это ооочень утомительно!

Проснулась, когда солнце уже стояло высоко на небосклоне. Спальня с золотисто-оливковыми тканными обоями, пронизанная его лучами, казалась особенно теплой и уютной, и лишь зеркало, стоявшее поодаль, выделялась угрюмым и мрачным пятном. Потянувшись, и позволив себе еще немного понежиться под пушистым теплым одеялом, я решила вставать.

Подошла к окну, раздвинув портьеры и впустив в него еще больше света, посмотрела в зеркало на свою лохматую после сна персону в длинной батистовой сорочке, подмигнула ей, и со словами "Пора заниматься делами" отправилась в ванну, решив пока не беспокоить Фрею.

Мое отражение в зеркале посмотрело мне вслед и исчезло.

Фрея пришла, когда я уже нежилась воздушной пене, вспоминая вчерашний бал. Прокручивая в мыслях все произошедшее, я пришла к выводу, что выглядела очень подозрительно в этой темной гостиной в недрах дворца, и вряд ли глава королевской службы безопасности поверил в то, что я оказалась там случайно. Да и объяснения я придумала неубедительные, хотя отчасти они и были правдивыми.

А что тогда он мог обо мне подумать? Может, что я жду там любовника? Хмм, а это мысль. Пожалуй, можно выдвинуть эту версию, если меня заподозрят и припрут к стенке. А на роль любовника, если что, выберу Траумана. А что, должен же он как-то ответить за свою наглость! Скажу, что целовалась с ним, а потом решила подразнить, и убежала подальше от посторонних глаз, в надежде что лорд последует за мной, ослепленный страстью. Был же он ей ослеплен? Был! А он, такой-сякой, взял и не последовал. А я так ждала, так ждала…

Я даже улыбнулась, представив эту картину. С другой стороны, можно сказать и правду… Почти. Что лорд поцеловал меня насильно, а я так испугалась, что помчалась сломя голову, не разбирая дороги. Говорить о том, что меня вел страх, возникший после того, как кулон отреагировал на прикосновение, не обязательно… Но не испорчу ли я этим свою репутацию? Вдруг Траумана заставят жениться на мне после таких откровений? Ой, нет, только не это!

В любом случае, – мрачно подумала я, сдувая пушистую пену с ладошки, – внимание демонов я к себе привлекла, хотя и не нарочно. Как же неудачно все получилось! Сначала цвет платья, обративший на себя внимание короля, потом нежелательная встреча в гостиной с лордом Дарквудом. Ну что за невезение! Нет, я не обманывала себя. Чувствовала, что теперь глава королевской службы безопасности будет ко мне присматриваться, и кружить рядом.

***

– Ах, госпожа, Вы уже встали? Позвольте Вам помочь! – слова Фреи выдернули меня из размышлений. Служанка помогла мне вымыть волосы, завернула в огромное теплое полотенце и повела одеваться.

– Сегодня утром в особняк приезжали несколько посыльных, – просушивая и расчесывая мои длинные волосы большим костяным гребнем, доверительно говорила она. – В холле стоят корзины с цветами, а еще… приезжал посыльный из дворца! – выпалив это, девушка многозначительно посмотрела на меня.

– И что же привез этот посыльный?

– Увы, не знаю, леди Эльвира. – Фрея выглядела искренне раздосадованной, и это меня развеселило. Ох же болтушка!

– Ну ничего, я спущусь вниз, все узнаю, и тебе расскажу, – подмигнула я ей.

Оказалось, что посыльный из дворца доставил небольшую коробочку, перетянутую ярко-синей атласной лентой, с карточкой на мое имя. Внутри, на бархатной подушечке, лежала фиолетовая аметистовая брошь в форме фиалки, с сердцевинкой из желтого топаза.

– "Ваша несравненная красота как этот цветок. С." – гласила надпись на карточке, но мне даже не нужно было ее читать, чтобы понять, чей именно это подарок.

Корзины с цветами, заполнявшими холл, были и от короля, и от лорда Траумана и еще от нескольких лордов, с которыми мы общались на балу. Почему-то я самую малость расстроилась, не найдя среди них корзины от лорда Дарквуда. Хотя… с чего бы ему посылать мне цветы, правда же?

За обедом говорили о бале. Отец с мачехой обсуждали общих знакомых, услышанные новости, сплетни. А после обратились ко мне.

– Эльвира, я рад, что ты последовала моим рекомендациям на балу, – внимательно глядя на меня, проговорил отец. – А вот интерес его величества мне пока неясен.

– Ах, дорогой, – перебила его Леди Инния. – Это же прекрасно, что его величество вчера пригласил Эльвиру на танец. Об этом только и говорят. И его подарок с утра, помимо цветов, эта такая честь… Поверь, внимание короля лишь усилит интерес к Эльвире других достойных лордов.

– Это так, – кивнул лорд Эдвард, – только помни о том, Инния, что королям не отказывают. Ни в чем.

За столом повисла многозначительная тишина.

О чем это они, а? Неужели о том самом?

Глава 26

После обеда я была предоставлена сама себе. Отец заперся у себя в кабинете, леди Инния отправилась навестить подругу (читай – посплетничать), ну а я вновь полезла на чердак. Пора было искать ответы. Открывая пыльные коробки, в которые когда-то сложили вещи из комнаты матери Эльвиры, я рассматривала милые каждой женщине безделушки – статуэтки, шкатулки с рукоделием, разноцветные шелковые ленты, маленьких фарфоровых куколок, заколки, гребни для волос.

На одном из них виднелись полустёртые инициалы – Э.Д.Э. Интересно, это аббревиатура девичьей фамилии Эмилии? Были здесь также папки с рисунками, в основном пейзажами в разное время года. На многих из акварелей был изображен мрачный темно-серый замок, чьи угловые полукруглые башни щерились темными бойницами окон и буквально дышали стариной. Жутковато.

Ни личных писем, ни дневника здесь не было. Впрочем, едва ли в них леди Эмилия написала бы открыто, что у нее есть магия перемещений, которую она передала дочери. Но проверить все равно стоило.

Я вновь подошла к портрету, и осторожно сняла с него холщовую ткань, поставив на столик, стоявший неподалеку. На меня с нежностью и затаенной грустью смотрели зеленые глаза, как две капли похожие на мои. Я опустила взгляд ниже, чтобы рассмотреть наряд красавицы, который в прошлый раз был практически неразличим из-за сумерек, и сердце екнуло – на шее леди Эмилии висел такой знакомый мне изумрудный кулон.

Я все еще стояла, не в силах оторвать от него взгляда, и пытаясь осмыслить находку, когда от двери раздался голос Паркерса:

– Леди Эльвира, Вы здесь?

– Да, Паркерс, проходите. Я как раз хотела с Вами поговорить.

Рассказ о вчерашнем бале вышел долгим. Я не стала скрывать от дворецкого ничего, разве что некоторые особенно личные моменты и ощущения упустила.

– Получается, что кулон, надетый на мне, могу видеть лишь я сама. Но если его коснется кто-то посторонний, он сможет ощутить, что на мне есть украшение. Но в этом и странность, – я складывала обратно в папку рисунки Эмилии, пытаясь одновременно собрать воедино все, что успела узнать, – Вы ведь знали о кулоне Эльвиры и могли его видеть?

Паркерс утвердительно кивнул: – Да, его видели все домашние, Эльвира практически не снимала его, пока училась.

– Наверняка для всех домашних он был обычным артефактом памяти. И ранее, этот кулон точно видели другие люди, – я указала на портрет, – иначе художник просто не смог бы его нарисовать. Далее. Получается, что кулон принадлежал матери Эльвиры, и она передала его ей после рождения. Вы понимаете, что это значит, Паркерс?

– Боюсь, что не совсем, леди Эльвира.

– А значит это, во-первых, что кулон явно старше, чем мы думали. Его не делали к рождению ребенка, как это принято, он уже был. Кстати, косвенно это подтверждает и старинный футляр, в котором я его нашла. А во-вторых, – я со значением посмотрела на Паркерса, – во-вторых, скорее всего это не простой артефакт памяти, а что-то гораздо большее.

– Но что?

– Пока не знаю, Паркерс. Но то, что он реагирует на меня, становясь то теплее, то горячее, своего рода общаясь, подтверждает это. Вопрос в том, почему именно на мне он вдруг стал невидим и что означают его сигналы. Есть в вашем мире артефакты с похожими характеристиками?

Паркерс задумался.

– В Корде существует масса артефактов, но все они, как правило, несут в себе полезные или бытовые свойства. Безусловно, есть и более сложные, например, те, что использует у себя королевская служба безопасности. У древних аристократических родов, как правило, существуют свои, тщательно охраняемые артефакты. Об их свойствах, увы, мне ничего не известно, о таком, насколько я знаю, вообще не принято распространяться.

– Кстати, о родах. Паркерс, я тут нашла гребень с инициалами…Где же он… А, вот, – я протянула дворецкому свою недавнюю находку, – Вы случайно не знаете, какова была девичья фамилия Эмилии?

– Знаю, – Паркерс кивнул, – она записана в родовой книге рода Глоустер. В девичестве ее звали – герцогиня Эмилия Де Эссекс.

– Получается, этот кулон мог быть ее родовым артефактом?

– Очень вероятно, леди Эльвира. Но боюсь, точно ответить на этот вопрос Вам может только лорд Эдвард. Он наверняка знает, какие драгоценности были у его первой жены в приданом и откуда мог взяться данный кулон.

– Нет, спрашивать у него слишком рискованно. Может есть другой путь? Например, справочники с описанием всех имеющихся артефактов? Справочники древнейших аристократических родов? Хоть что-то, чтобы понять его свойства.

– Такие справочники действительно имеются, – проговорил Паркерс, но видя мое воодушевление, поспешил добавить, – увы, насколько я знаю, хранятся они в специальном отделе королевской библиотеки, вход куда запрещен. Однако… Можно было бы попробовать найти какую-нибудь информацию в замке, ранее принадлежащем роду Де Эссекс. Насколько я слышал, там есть огромная старинная библиотека.

– Так такой замок существует? – я чуть не подпрыгнула от радости. Наконец то повезло!

– Да, леди Эльвира, он существует, и находится как раз в окрестностях столицы. Вот только… – Паркерс замялся, и посмотрел на меня виновато, – я бы не советовал Вам приближаться к этому замку, тем более после того, что было на балу.

– Почему же?

– Потому что теперь он принадлежит его светлости, герцогу Дарквуду.

На минуту повисла оглушительная тишина. Я пыталась осмыслить услышанное. Родовой замок матери Эльвиры у Рейдена Дарквуда? Как такое возможно? Последний вопрос я повторила вслух.

– После смерти родителей леди Эмилии замок официально перешел короне, так как наследников мужского пола, которые могли бы наследовать титул герцогов Де Эссекс, не было. Теоретически, если бы Эмилия, выйдя замуж, родила сыновей, один из них мог претендовать на данный титул. Но увы. Она родила единственную дочь, и вскоре умерла. После этого король отдал замок герцогу Дарквуду.

Я не знала, что сказать. Стоит нащупать хоть какую-то ниточку, за которую можно было бы потянуть, чтобы распутать этот клубок тайн и загадок, как на пути сразу возникают препятствия… Уверена, в замке я могла бы найти ответы на многие свои вопросы, но это было слишком опасно, к лорду Дарквуду мне не подобраться. Да и желания, честно говоря, нет. Этот мужчина пугал меня до дрожи. Что ж… остается еще один вариант, но его придется осуществлять уже завтра.

Глава 27

После разговора с королем, Рейден направился в здание королевской службы безопасности. Несмотря на уже занимавшийся рассвет, отдыхать было некогда. Пройдя в свой кабинет, он сразу же вызвал к себе Джея.

– Есть успехи?

– Есть. – Джейден аккуратно извлек из кожаного футляра небольшой металлический артефакт, напоминавший по форме ромб, испещренный символами, и вставил его в сложный прибор, стоявший на рабочем столе Рейдена.

– Вот, смотри, что мы смогли из него извлечь.

Рейден напряженно вглядывался в проекцию, развернувшуюся прямо в воздухе перед его глазами. Вот кто-то берет с подноса официанта фужер и несет его. Мелькает зал, платья и сюртуки, проплывающие мимо, но лиц не видно. Далее секундная темнота, но Рейден уже понимает, что это не что иное, как портьеры, закрывающие выход на террасу. Она пуста, насколько можно различить.

Та, в чьей руке находится фужер, сначала подходит к перилам, у которых он сам стоял лишь несколько часов назад, а потом разворачивается, и ставит фужер на столик. Видна лишь изящная маленькая ручка, затянутая в черный шелк длинной перчатки.

Далее практически ничего не видно. Какие-то смазанные пятна, какое-то движение, и больше ничего.

– Увы, это все, – Джей смотрел на начальника, на лице которого играли желваки, – она ни разу не отпила из него, тем самым, не показав своего лица.

– Кое-что у нас все-таки есть. Добудь мне информацию со всех артефактов, расположенных в зале. Мне нужен список всех дам, на которых были похожие перчатки на балу. Абсолютно всех. Сколько бы времени это не заняло.

– Сделаю, – кивнул Джей, покидая кабинет.

Подойдя к окну, и сцепив за спиной руки, он глубоко задумался. Светило медленно карабкалось по небу, на какое-то время зависло в наивысшей точке, и вновь покатилось вниз, забирая с собой короткий зимний день. А Рейден все стоял, и пытался сложить воедино факты, которые он узнал за последние часы… Пришлая…Обмен…Женщина…Аристократка…Уже было… Вспышка… След… Магия..

В этой головоломке было слишком много неизвестных деталей, а ошибиться было нельзя.

Наконец, отвернувшись от окна, Рейден быстрым шагом вышел прочь из кабинета. Он уже знал, что нужно делать.

Глава 28

Утром следующего дня я отправила лакея с запиской в королевскую канцелярию, за разрешением посетить королевскую библиотеку. Это была стандартная процедура. Библиотека располагалась во дворце, и вход в нее простым смертным был закрыт. Однако для аристократов делали исключение, но… только по предварительной записи. Я знала, что Эльвира несколько раз посещала библиотеку за последние месяцы, поэтому надеялась, что мое желание никого не удивит и подозрений не вызовет.

Отец лишь удивленно посмотрел на меня за завтраком, когда я озвучила свои планы, выглянув из-за газеты, но кивнул, соглашаясь. Леди Инния недовольно сморщила нос и выдала в своей извечной манере: – Ах, Эльвира! Ну сколько можно сидеть за книгами. Тем более в праздники! Тебе сейчас лучше думать о скором замужестве, а не об учебе.

В диалог я решила не вступать, лишь сдержанно кивнув – пусть думают, что я покорная дочь. Все равно сделаю по-своему. Закончив трапезу, поднялась к себе, и начала собираться. Фрея облачила меня в плотное, закрытое платье темно-вишневого цвета c воротом, отороченным коротким шоколадным мехом. На улице сегодня было особенно морозно.

Из украшений надела лишь крошечные рубиновые серьги и в тон к ним – медальон в форме сердца, сотканного из сплетения черно-серебристых перьев, с рубином по центру. Сдержанно и элегантно. И главное, никаких возможностей у кого бы то ни было коснуться до артефакта на моей шее. Не то чтобы я ждала, что в библиотеке кто-то набросится на меня с поцелуями, но… осторожность никогда не помешает.