Текст книги "Недоступная для дракона, или Сам напросился!"

– Чего удумал, ирод?!

И в дракона что-то полетело. Стремительно так. А достигнув цели, оглушительно хлопнуло.

Обращение дракона завершилось ничем. Его магический свет погас, а сам он оказался на земле, держась двумя руками за лицо…

– Арья, глянь, это что, тапочек? – глухо спросил друг спустя минуту. – Ты посмотри…

Мне смотреть было не нужно, я еще по голосу определила хозяйку тапочка… Собственно, тапочка непростого, с тяжелой деревянной колодкой, белоснежно-белого цвета. И, судя по тому, что мы сейчас видели, эти тапочки были начинены магией. Иначе как объяснить то, что тапок остался цел и невредим, да еще помог остановить обращение дэгора?

– Руки прочь от моего имущества! – рявкнули рядом. – Арьяна, я тебе что говорила?

И я как-то невольно вжала голову в плечи. Госпожа Бертис была вспыльчивой дамой…

Ведьмой она была. И это я не ругалась…

Собственно, сейчас и мне могло этим тапочком достаться, потому что ритуал я вычитала в ее записях… Не в гримуаре, боги сбереги, просто в ее архиве. Куда залезла хоть и с разрешения, но…

– Госпожа Бертис, поздно уже, что вы тут делаете? – набравшись смелости и встретившись лицом к лицу со старушкой, произнесла я.

– Ишь, как заговорила! – цокнув языком, то ли восхитилась, то ли изумилась ведьма. – Вот дома и тебя послушаю, и твоих бестолковых ухажеров.

И, повернувшись к Иву, скомандовала:

– Мальчик, бери этого бедового, он еще не скоро очнется. Идемте. Неча народ развлекать своими глупостями…

И только сейчас на нас всех обрушился шум и гам. Словно пузырь мыльный лопнул, и звуки прорвались…

Значит, права я была, точно дракон постарался – изолировал нас от всех остальных.

Но… Как же страшна в гневе госпожа Бертис! И что это за тапки такие, сумевшие оглушить дракона?!

На лице дэгора наливался безобразный синяк. На левом глазу… Почти год назад я ему на правом точно такой же организовала.

Не везет ему что-то… И дичь строптивая попалась, и не самые сильные соперники синяками наградили.

А все ж красив, зараза… Даже в таком виде…

– Налюбовалась? – ехидно заметил друг. – Помогать-то собираешься?

– Можно подумать, тебе моя помощь нужна, – буркнула я, почему-то покраснев. Словно меня на чем-то постыдном поймали. – Не ты ли профи в левитации? С даром-то воздуха?

– Хватит спорить, – прервала нас госпожа Бертис, любовно поглаживая поднятый тапочек, который весьма проворно для своего возраста и своей несколько тучной комплекции надела на ногу. – Бесстыдники! Хорошо хоть, ума хватило ритуал не проводить…

– О… Ум – это не по части Арьяны, – весело хохотнул друг и сдал меня с потрохами. – Я просто не стал ее целовать.

В какой момент тапочек госпожи Бертис снова оказался в ее руках, я не уследила. А вот как он попал мне в голову – прочувствовала во всей красе. Меня прошибло от макушки до пяток и буквально подкосило. Прежде, чем провалиться в темноту, я еще успела ехидно подумать, что Ив сам виноват – теперь двоих потащит. Но позже… Позже я ему непременно устрою!

***

В себя приходила урывками. Точно помню, что просыпалась несколько раз и уплывала обратно. Мне такие глюки мерещились! Закачаешься! Особенно напугали большие зеленые глаза на черном фоне! Кажется, я их даже прогоняла и запрещала на меня смотреть. Жуть какая-то!

Зато когда очнулась окончательно, за окном брезжил рассвет, что было отлично, потому что работу никто не отменял, и я не сказала бы, что чувствовала себя плохо.

К слову, Ив – гад, мог бы с меня хотя бы обувь снять и чем-то накрыть! А то сбросил на кровать, как куль с картошкой – у меня и тело затекло, и ступни в полусапожках взопрели… Спасибо хоть стакан с водой оставил… Почему-то на подоконнике, а не на тумбочке.

Впрочем, Ив сам по себе гадище. Вот что ему стоило помолчать? Так меня подставил!

Нет, сейчас-то я и сама понимаю, что сглупила. Стоило дважды подумать, прежде чем пытаться женить на себе Ива. И еще больше подумать над тем, чем мне грозит воровство чужих знаний…

Интересно, где госпожа Бертис моего друга уложила? В той ли комнате, что я для него приготовила? Или ведьма разозлилась и отправила Иверрада в кладовку? В обнимку с дэгором… Она такая, она могла.

Эта мысль меня развеселила, и я, сбросив обувь, начала разминать затекшее тело. Попить бы еще не мешало и помыться…

Да уж, все у меня через одно место… Провела ритуал называется… Но тапочки надо исследовать. Я и так на них долго косилась, а теперь и подавно в мои цепкие ручки должен попасть хоть один экземпляр. Это что ж за артефакт неизвестный? Не фонящий магией, но с атакующими и оглушающими свойствами. Мне, как артефактору, это даже очень интересно.

Ладно не совсем артефактору, я скорее гибрид зельевара и артефактора. А все из-за дара. Не зря же Ив на меня ругался из-за места практики и того, что последний год я практически только с накопителями и работала. В смысле заливала в артефакты и зелья свою магию, подпитывая их. Даже обозвал так же, как в академии некоторые обзывались – батарейкой!

Но мне нравится. Не сильно-то пыльная работка. Особенно для меня, потому что мой дар все-таки уникальный. У меня огромный запас магии. И мой резерв не так-то просто вычерпать. Там, где некоторые могут заполнить до десяти средних накопителей под завязку и потом почивать несколько суток, я сделаю пятьдесят и даже не вспотею. Муторная только работа и монотонная. Хотя с зельями несколько повеселее ситуация, да и когда будет возможность заняться изобретениями, скучать не придется. Я любила создавать артефакты и экспериментировать с ними…

– Очнулась, паразитка?

Я как-то упустила из вида, что больше в спальне не одна, а в компании госпожи Бертис, которая стояла на пороге и, прищурившись, взирала на меня, болезную. Точно знала, что она стучалась, не было за ней такого, чтобы врываться в чужие комнаты. А значит, я сильно задумалась и не услышала, как она вошла.

– Вот, выпей.

Ведьма прошла к тумбе и поставила на него кружку прохладного отвара. Осмотрела меня и покачала головой.

– Марш в душ, и жду тебя на кухне.

– Простите…

– За завтраком поговорим, Арьяна. Голова твоя бедовая…

И с тяжелым вздохом женщина покинула меня. Я же спорить не стала и пригубила напиток.

Что там у нас? О, тонизирующее, бодрящее…

Радовалась недолго…

Раз ведьма мне его дала (между прочим, напиток сварен ею собственноручно по особому родовому рецепту, что, в общем-то она делает нечасто и даже продает этот отвар единицам), говорило о том, что сегодня я буду весь день заниматься сливом магической энергии…

Абсолютно весь день.

– Ы-ы-ы… Попала!

Глава третья
О том, что даже у ведьмы есть слабое место, или Знакомьтесь: Рысик!

Я как в воду глядела. За завтраком госпожа Бертис по мне чуть ли не телегой прошлась. Почти ни слова вставить не разрешила.

А самое гадкое было то, что права ведьма, кругом права! Все ведь правильно говорила!

Стыдно было и за себя, и за свою глупость.

Действительно стыдно, потому что мне же не пятнадцать, чтобы сломя голову бежать в храм совершать непонятно какой ритуал! Ведьминский к тому же… Желая связать себя узами брака с человеком, которого я в роли мужа не видела от слова совсем.

Ив, конечно, красавчик, балагур, с хорошей семьей, но… Этого как-то маловато для того, чтобы всегда быть подле и рожать ему детей…

Причем именно последнее – решающее звено. Я как-то вообще о замужестве не очень-то задумывалась, но хотела бы, чтобы у моих детей был такой же отец, как и у меня когда-то. Мой папа был замечательным человеком… И любила я его гораздо сильнее, чем маму… Уж так сложилось.

Хорошо, что ритуал сорвался…

Хотя я всегда такая была – импульсивная, упрямая, скорая на расправу… Вот и мой побег в Ладорг точно такой же – совершенно глупый и импульсивный поступок.

Впрочем, неудивительно, нам же всегда преподносили драконов чуть ли не как богов. Все же эта раса – их любимые дети. А осталась бы, и глядишь – узнала то, что узнал Ив, и никто бы не стал меня тащить на поклон дракону…

Дура как есть. А теперь сижу в мастерской в самой дальней части дома и напитываю артефакты… Десять ящиков! Накопителей высшего качества! И где только ведьма их взяла? Они же дорогущие! Это мне не на сутки работы, а на все трое!

И изнываю от любопытства, потому что мне запрещено видеться с гостями… На дэгора мне плевать – его вообще не стоило сюда тащить, пусть бы на постоялом дворе отсыпался после близкого знакомства с обувью ведьмы. А вот с Иверрадом пообщаться хотелось. Очень хотелось! И отомстить, и выпытать наконец, что там с этими драконами не так…

– Чего вздыхаешь? Мрау…

На мой рабочий стол вальяжно влез кот госпожи Бертис. Невероятно красивый угольно-черный котище, который не отказал себе в удовольствии скинуть на пол коробочку. Благо она деревянная в отличие от накопителей, разложенных здесь же…

И вроде фамильяр, разумный, а все равно свои кошачьи повадки не бросает. Засранец!

– Рысик, если ты мне еще что-нибудь скинешь, вздыхать будем вместе, – грозно глядя на уже умывающегося кота, произнесла я. – Госпожа Бертис за накопители хвост-то тебе открутит… И уши на пятую точку натянет.

– Шшш!

– И не шипи мне тут. Думаешь, не знаю, чего пришел? Тоже магии хочешь?

– Жа-у-дина… А я помо-у-чь хотел…

– За меня наполнишь? – хмыкнула я, тряхнув кристаллом, наполовину заполненным, между прочим!

– Злая ты, Арьяна… Мрау, какая злая! А я мра-у-гу показать тебе…

– Что показать?

– Разгово-у-р… Драко-у-на и хозяйки… Хо-у-чешь?

– Как это? – опешила я. – Амулет видишь? Если я отсюда выйду – она тотчас узнает. А мне выходить нельзя, только в ванную комнату, которая и так здесь… Обед принесет Эльга, да и ужин, вероятно, здесь же есть придется… Наказана я, Рысик… На что ты меня подбиваешь?

Что правда, то правда – мастерская у госпожи Бертис была просторная, светлая, с отдельной ванной комнатой. Даже выходить не надо, дверь в небольшую комнатку вела прямо отсюда. И пусть там было не особо свободно, душевой не имелось, зато был рукомойник да отхожее место. В столице-то не все таким богатством при мастерской похвастать могут!

– Я же сказа-у-ул: покажу-у-у.

– И с чего бы такая щедрость, а, Рысик?

Кот скосил свои хитрющие желтые глаза на накопитель в моих руках.

– Ма-у-й на дворе…

– И?

– И рано тебе еще знать, – внезапно без всяких тягучих нот заявило это усатое чудовище. – Соглашайся, Арья, ты мне – капельку магии, а я тебе покажу, о чем толкует моя ведьма с драконом.

Я задумалась. Во-первых, непонятно, как он это сделает. Во-вторых, Рысик меня однажды уже обманывал. Магию получил – и был таков. В-третьих, если ведьма нас поймает за подглядыванием – быть беде. Но…

Я хочу знать, о чем таком беседует моя начальница с дэгором за закрытыми дверями. Неужто извиняется?!

Про извиняется – это я, конечно, загнула. Почти год живу под крышей ведьмы и подобного не встречала. Хотя и хамства от нее никогда не было. Мне нравилась госпожа Бертис. И своим своеобразным характером, и тем, что за себя всегда могла постоять.

– Ну что, соглашаешься? – продолжал искушать Рысик, и я сдалась.

– Договариваюсь, – поправила его. – Ты покажешь мне беседу госпожи Бертис с дэгором, а я поделюсь с тобой сырой магической энергией.

– Пузырек! Мр-рау!

– Пять капель!

Мы торговались еще минут пять и в итоге сошлись на трети пузырька. Для меня – это капля в море, особенно в свете тех ящиков с накопителями, но коту и этого достаточно будет. Особенно, если учесть, что я ему еще магию без примесей организую – то есть без следа личной ауры. Что также немаловажно.

Вообще, весь этот год для меня происходит чудо чудное… Ведьмы всегда жили обособленно. И многое, что касается их жизни, для магов попросту недоступно. У них свои учебные заведения, свои общины, деревни и даже города, свои законы и правила, при этом они соблюдают и законы королевства, в котором проживают.

Казалось бы, тоже ведь магией обладают, но ведьмы – не маги! И в общепринятую магическую классификацию не подходят, хотя те же драконы в ней фигурируют, а они вообще иная раса. Так что, можно сказать, что я все-таки сорвала куш, оказавшись здесь. Даже в ведьминские личные архивы нос сунула, зелья по ее рецептам порой варю…

Взять тех же фамильяров. Я только в общих чертах знаю, что они такое, а уж их умения – и вовсе тайна под амбарным замком. И одна из них мне приоткроется прямо сейчас!

– Мрау, лапу давай! И на меня-у смотри…

Я промолчала о том, что у меня нет лап, и протянула ладонь к кошачьей морде. В итоге мне пришлось уложить ее на его макушку и неотрывно глядеть в желтые завораживающие глаза.

В какой момент все пошло рябью, я не определила. Только вдруг ощутила, что стала какой-то маленькой, а потом р-раз! – и выросла… И видела уже не кошачьи желтые глаза, а изумрудные, которые находились напротив меня. Впрочем, и тело к этим глазам прилагалось. И даже шикарнейший фингал под одним из них.

Ей-ей, а госпожа Бертис страшна в гневе!

– Город под твоей защитой, ведьма?

– А коли и так, то что?

Голос госпожи Бертис словно раздавался внутри меня. Как будто это я говорила с драконом сейчас, а не она. И это было странным, очень нереальным ощущением, которое, вместо того, чтобы напугать, привело меня в восторг.

– Уго-монмяу-сись! – голос Рысика был вроде и близким, но в то же время каким-то далеким. – Тишшшес!

– Впервые вижу, чтобы божью благодать в такую форму облачали, да еще так непочтительно обращались с артефактом. Тапочки… – дракон потянулся рукой к лицу и явно неосознанно потер место синяка.

– Впервые вижу такого глупого дракона, решившего, что он может совершить обращение прямо посреди жилого квартала ведьминского города и не встретить его хранителя.

– Ведьминского города? – неподдельное изумление в голосе дракона вторило моим собственным чувствам.

Я так-то тоже впервые слышу, что Ладорг – это город ведьм.

– Ведьминского, дэгор, – припечатала ведьма, но, видимо, решила сжалиться и разжевать. – В полудне пути – Лаони, а там находится школа юных ведьм, и ты должен знать законы, пусть еще и совсем зеленый.

– Портовый город, – пробормотал Адман. – Вот оно что…

А мне объяснить?

Я как будто не из столицы, а из глухой деревни приехала… Нет, о том, что ведьмы свои города защищают, я знала. Но вот чтобы и тот, что формально не считается их городом – слышала впервые.

И что там не так с портовым городом?

Хм, а часом те ящики с накопителями не из школы ли ведьм притащены и не для них ли предназначаются?

Однако госпожа Бертис решила, что с любезностями пора заканчивать, а потому перешла к сути.

– Итак, дэгор, по какому вопросу вы прибыли в Ладорг?

Я ощутила ее насмешку всем своим телом. Даже не то чтобы насмешку, скорее ехидство. Хотя тон ведьмы оставался спокойным.

– Разве Арьяна вам не поведала? Через месяц она отправится со мной в Горные Пределы.

И столько самодовольства и уверенности было в драконе, что мне жутко, прямо вот позарез захотелось его треснуть чем-нибудь, желательно – очень тяжелым.

– Видимо, она настолько жаждет этой поездки, что довела дэгора до состояния обращения, – ведьма явно наслаждалась ситуацией. – А то, что Арьяна проходит практику, вам известно?

– Как и то, что практика закончится через месяц.

– Разве?

И вот тут до дракона дошло, что над ним издеваются. А я… просто не могла не восхититься госпожой Бертис. Кажется, меня не собирались отдавать на съедение!

– Тшшш! – снова зашипел кот, призывая меня успокоиться.

– Арьяна освободится от академической клятвы через месяц, – напомнил дракон.

– Она освободится от нее, если я буду довольна результатами ее практики и предоставлю документы академии. Вам же известно, что с ведьмами полумер не бывает? Полагаю, Арьяне стоит задержаться в Ладорге, да и город ей понравился.

Ее слова не были для меня чем-то странным и новым. Был в магическом контракте пункт, который мог продлить мою практику в случае, если наниматель окажется недоволен уровнем моих практических способностей. Помню, как удивлялась ему, уже, собственно, находясь в Ладорге. Выходило, что этот пункт обязательный для тех, кто проходил практику под патронажем ведьм.

Вряд ли у госпожи Бертис было, к чему придраться, я все ее указания выполняла безукоризненно. Однако кто сказал, что она не найдет лазейку для того, чтобы помочь мне?

– Арьяна поедет со мной! – рыкнул дракон. – Ее контракт закончится через месяц. Я сам готов компенсировать затраченное время и ингредиенты, которые студентка испортила во время практики. Назовите свою цену…

– Вы так уверены, что она что-то испортила?

– А в ином случае у вас нет права ее удерживать. Арьяна поедет со мной…

– И для чего же?

Если бы дэгор знал госпожу Бертис хотя бы так же, как я, он бы не расслабился, не стал бы так слащаво улыбаться, а наоборот, насторожился. Потому что еще пара фраз в стиле «назовите цену» – и тапочками госпожа Бертис не ограничится. Они, конечно, у нее любимые, к тому же, как выяснилось, они – какой-то особый артефакт… Но есть у нее еще метла. И вот она – страшнее любого оружия, ранее мной виденного…

– Арьяна – уникальный человек. Я не чую в ней дракона, однако проверить ее принадлежность к нашей расе все равно стоит. На нее совершенно не действует драконий магнетизм, что очень странно.

– На нее и ведьминские чары не действуют, – усмехнулась госпожа Бертис. – Но ничего уникального или удивительного в этом нет. Арьяна точно человек. Дитя, зачатое в насилии, выношенное в ненависти, но росшее в родительской любви, во всяком случае, до того момента, пока ее родители не погибли. Вот и вся тайна ее сильной магии и устойчивости. Если вами движет исследовательский интерес, оставьте девочку в покое…

Госпожа Бертис продолжала говорить, однако кот разорвал наш контакт, и меня выкинуло обратно в свое тело…

– Верни! – рыкнула я, пытаясь осознать сказанное ведьмой. – Рысик, верни обратно, я хочу…

– Нельзяу… – протянул кот и для верности спрыгнул со стола, а затем задал такого стрекача, что даже магией его поймать не получилось. – Прости…

И был таков.

А я… Я осталась сидеть за столом, глядя перед собой, оглушенная словами госпожи Бертис. Мне кажется, я даже отупела. У меня никак не укладывалось в голове, что мой отец – мне неродной. Что мама меня ненавидела. А потом смогла полюбить…

Уж не знаю, сколько я в этой прострации пробыла, при этом механически продолжая свою работу. Однако в какой-то момент мозг вспомнил главное правило, которым я всегда пользовалась по жизни: «Есть возможность исправить? Нет? Тогда сопли на рукав намотала, лишнее из головы выкинула – и вперед, с улыбкой неси миру доброту и радость, даже если эта доброта с пудовыми кулаками, а радость зубастая, как акула».

Работало всегда безотказно.

Изменилось ли для меня что-то, когда я узнала, как именно я появилась на свет? Ни капли. Мой отец – Михей Ясноокий, мать – Марьяна Ясноокая, а я – Арьяна Ясноокая. И это никогда не изменится. Как и их любовь, которую они мне подарили.

Вот и ладушки.

– Надо же… – оглядев рабочее место, пробормотала я.

Так увлеклась, что уже наполнила пять ящиков с накопителями. Целых пять ящиков. Меньше, чем за сутки работы… Сильна я, однако…

Лишь бы не схалтурила.

Поднявшись со стула, я потянулась, чуть размялась и решила сделать небольшой перерыв: умыться, выпить прохладный отвар, перекусить парой бутербродов и уже после перепроверить наполненные накопители.

На всякий случай. А то мало ли…

К тому моменту, как я, посвежевшая после умывания, вернулась в мастерскую из ванной комнаты, на столе снова сидел Рысик.

Умеет же засранец чувствовать нужные моменты. Вернись он, когда я еще хандрила, отхватил бы от меня полотенцем. А так… Я ему сейчас и плату за свое подсматривание организую.

Не его вина, что я услышала то, что мне явно не предназначалось. Есть такие секреты и тайны, которым лучше оставаться зарытыми. Чтоб мягко и сладко спалось…

– Дракон улетел, – глядя на меня, заявил он и расплылся в широченной улыбке, страшной, надо сказать, на кошачьей-то морде! – На метле хо-у-зяйки…

– Видимо, дэгору не хватило сокровищ, чтобы расплатиться с госпожой Бертис.

– Скорее, не хватило мозгов, чтобы не предлагать свои деньги, – фыркнул кошак. – Хозяйка – не работорговец. А тво-уй друг снова получил тапочком…

– И что же натворил Ив?

Я не стала разочаровывать кота, а потому прошла к полкам и достала маленький пузырек. Желтые глаза Рысика засияли фонарями. Мои действия ему явно пришлись по вкусу.

– Для про-у-фифр-лакти-ки-мрау.

– Профилактики? Чую, для профилактики и мне стоит сегодня в мастерской посидеть подольше, – хмыкнула я и приступила к очищению собственной магии, а также перемещению ее в пузыречек. – Не хотелось бы отхватить от госпожи Бертис ни тапком, ни метлой.

– Тапки только для очень состоятельных гостей, – раздался голос госпожи Бертис.

Я вздрогнула, но успела поймать выскользнувший из руки пузырек.

– И для вымогателей сырой магии. Рысик, брысь отсюда!