Читать книгу "Атлас-3"

Глава 8. Внезапная поддержка

Путь домой предстоял неблизкий. Это на машине по трассе можно было добраться за 12 часов от Воронежа до Самары, а на автобусе, с периодическими остановками и одной пересадкой в Саратове на всё про всё выходило около 17 часов.

Я планировала поспать: воткнуть наушники в уши, включить что-нибудь спокойное и подремать немного, но мысли мучали меня невероятно долго.

Илья, дети, Наташа… и самое обидное Дарья! И так по кругу, пока не захотелось взвыть от досады, ведь, думая о них, страшно хотелось пожалеть себя… а этого я никак не могла допустить! Именно с жалости к себе начинается саморазрушение.

Мои терзания, больше напоминающие внутреннюю борьбу сознания и подсознания длилось почти до рассвета, пока я не выбилась из сил, а за окном огромного двухэтажного автобуса не разразился настоящий ливень.

И надо же такому случиться! Стоило только задремать, как шум моря в ушах оборвался тихой вибрацией входящего вызова.

Спросонок я долго всматривалась в экран, пытаясь понять, кто мне звонит. Номер был не знаком. Совершенно.

На свой страх и риск приняла вызов…

– Алё… Тётя Софа? – такой родной голос Алины, как будто ножом полоснул по сердце, обнажая всю боль от пережитых потерей и предательства.

– Аля, – прерывисто выдохнула я, крепко сжимая пальцами корпус телефона.

– Тётя Софа, – всхлипнула малышка, выросшая у меня на руках.

«Эх, Даша-Даша! Что же мы все наделали?»

– Тётя Софа…. Простите маму. Она… не хотела. Я… – Алина запиналась, чтобы голос не сорвался, и прямо-таки видела, как она плачет где-то там, так же, как и я, сжимая смартфон. – Я хочу встретиться с вами. Я… Я знаю, как вам помочь.

– Помочь?

– Да, – с жаром заверила меня Аля, шмыгнув носом. – У меня в колледже появились друзья. Пара из них – крутые блогеры! Они…

– Стоп, – остановила я девчушку, принимая более ровное положение на сидении автобуса. – Я, кажется, поняла, чем вы собрались мне помогать – пойти напролом в интернет с голой шашкой на депутатский пиар Белова. Да?

– Эм… Вроде того, – растерялась Алина. – Но вот вы сказали, это уже звучит не так круто.

– Потому что тактика «в лоб» годится только для тех, у кого за спиной стоит защитник уровня «Бог». Так как у меня такого персонажа в жизни не осталось, я собираюсь действовать иным образом…

– Что бы вы ни придумали, я с вами, тётя София, – решительно заявила девчушка шестнадцати лет, пусть и дрожащим голосом.

Мы условились встретиться в эти выходные, и я отключилась.

В Пензе купила на автостанции пару пирожков (на свой страх и риск – уж очень была голодной!), салат в пластиковой таре, бутылку воды и загрузилась вместе с остальными своими попутчиками в другой большой автобус, который уже шёл прямиком в родную Самару.

Когда ночь прошла, а новый день уже перевалил за двенадцать, и до родного города осталось не больше пары часов, я включила телефон, чтобы забронировать номер в отеле.

Представьте моё удивление, когда бронь отклонил сначала один отель, потом второй… а за ним и третий. Якобы нет мест!

Такой ответ я восприняла со всем скепсисом. Когда это Самара стала бумом для туризма?! Что-то я упустила этот момент! А вот то, что Илья знал лично владельцев этих отелей – более реалистичная причина для отказа в проживании почти бывшей жены местного общественного деятеля. Ещё и такой, которая попала в скандал, облетевший чуть ли не всю нашу расчудесную страну за какие-то сутки!

Смахнув с щеки предательскую слезу, я открыла сайт с предложением посуточного жилья. Никогда не пользовалась раньше услугами подобной ниши, но мне хотя бы пару дней жизненно необходимо, чтобы просто прийти в себя и собраться с мыслями.

Отдохнув, я снова заведу свои турбины на полную мощность и составлю план дальнейших действий.

Вернуть себе доброе имя – работа не из лёгких! Как по мне существует несколько вариантов. И тот, который выбрала я, не самый простой. «Долгоиграющий», с видимой тонкой гранью, которая до последнего будет казаться твоему противнику слабостью и преждевременной победой.

«А потом, когда «ружьё» всё-таки выстрелит, Илюше уже не остановить тот локомотив человеческих мнений, который я спущу на него!» – усмехнувшись, я выбрала самую дешёвую квартиру недалеко от здания суда и прикрыла глаза.

В этот раз мне не отказали. Обещали встретить с распростёртыми объятиями возле подъезда, так как хозяйка – женщина в возрасте, и живёт она в том же доме.

Когда автобус въехал на территорию автопарка, я сонно зевнула.

«Какой-то закон подлости! Только задремала…!

Из-за недосыпа голова раскалывалась. Да и в животе забурчало, правда, непонятно по какой причине: жирных пирожков или банального голода, который эти два приплюснутых пирожка не сумели утолить.

Так как съёмная квартира находилась почти на соседней улице с автовокзалом, я решилась пройтись… на свой страх и риск – всё-таки, наличка, которую я оставила себе на первое время, сейчас лежала на дне той самой спортивной сумки. Владимир со своим сыном уехал так быстро, что мы с дядей Васей даже опомнится не успели! Впрочем, я за этот «подгон» была только благодарна.

Пока выходила из здания вокзала, в меня прилетело несколько косых взглядов. Да таких пристальных, что я была готова передумать и взять такси. Но внимание прохожих было направлено не на мой багаж, а на лицо – во мне узнали ту самую Софию Белову. Некоторые даже без смущения тыкнули пару раз в мою сторону указательным пальцем.

Пришлось ускорится, а на выходе ещё и палантин на голову повязать, но это мало помогло. Такого угнетающего чувства я никогда не испытывала!!!

Проходя мимо очереди такси, я решительно зашагала вперёд, стараясь не обращать внимания на шёпоты и взгляды. Сердце колотилось где-то в горле, а в ушах звенело от напряжения.

«Не сейчас, – говорила я себе. – Только не паниковать. Я справлюсь».

Улица было достаточно оживлённой, чтобы я конкретно понервничала, но чем меньше оставалось до заветного подъезда, тем меньше людей попадалось на пути.

Дом– пятиэтажка стоял в старом микрорайоне. Покосившиеся скамейки, детские площадки с ржавыми качелями… Совсем не то, к чему я привыкла в своём особняке за двухметровыми стенами.

«Хах! Такая же мажорка, как тот воронежский мальчишка. Разница лишь в том, что меня довольно грубо вернули в житейские реалии простых смертных! Типа: «Не забывай, Софа, кем ты была, и кто ты есть на самом деле!»

Позвонив хозяйке, получила новую установку – подниматься до двери квартиры без домофона.

Подъезд пах плесенью и затхлым потом прошлого. Стены были окрашены когда-то в бежевый цвет, но теперь от краски остались лишь жалкие полоски. Лифт оказался сломан, и мне пришлось подниматься на третий этаж по лестнице с треснувшими ступенями.

На площадке я остановилась, переводя дыхание. Квартира 314 – выцветшая табличка с номером едва держалась на двери.

Я посмотрела на телефон – время подошло. Хозяйка обещала ждать внутри.

Звонок прозвучал громко и резко в тишине подъезда. Сначала ничего не происходило, но потом послышались шаркающие шаги. Замок щёлкнул, и дверь приоткрылась.

Передо мной стояла пожилая женщина – лет семидесяти пяти, с седыми волосами, собранными в аккуратный пучок, и усталыми глазами цвета выцветшего неба. На ней было простое хлопчатобумажное платье, а на шее болталась золотая цепочка с крестиком.

– Вы София? – спросила она, оглядывая меня с ног до головы. В её голосе не было ни осуждения, ни любопытства – только деловая сдержанность.

– Да, – кивнула я. – Здравствуйте. Я забронировала квартиру...

– Всё верно, – перебила она, отодвигая дверь шире. – Проходите.

Я переступила порог и сразу почувствовала запах. Не просто затхлый – а какой-то особенный, приторно-горький, будто в каждой щели сдохло целое гнездо мышей. Воздух был густым, почти осязаемым.

Еле удержала позывы рвоты.

Квартира выглядела типично для однушки – крошечная кухня, комната с балконом и узкий коридор ведущий к ванной. Мебель – старая, из той, что дешевле выкинуть, чем ждать покупателей на Авито. Телевизор на кухне был с кинескопом. Я даже не ожидала, что такие ещё сохранились!

Но хуже всего были окна. Они выходили прямо на помойку – кучу мусорных контейнеров, стоящих в тени соседнего дома. Оттуда тянуло не только запахом разложения, но и каким-то зловещим ощущением заброшенности и отчаяния.

Только кристальная чистота останавливала меня, чтобы не выскочить отсюда.

– Простите за запах, – сказала хозяйка, заметив мой взгляд. – Куда я только жалобы не писала…

Она поставила на подставку чайник, достала две кружки из буфета и начала наливать кипяток. Руки у неё дрожали, но движения были уверенными.

– Вы не представляете, как я вам благодарна, – сказала я, оглядывая своё будущее временное жилище. – Я... Я готова снять квартиру на два дня... для начала.

Рубить концы, сразу определяя срок проживания, поостереглась.

Хозяйка посмотрела на меня внимательно, словно видя насквозь.

– Я вас узнала, – тихо сказала она. – В новостях показывали. – Старушка покачала головой и глубоко вздохнула. – Странная история... и больше всего меня удивил рейтинг вашего мужа, который скакнул так, что нашему президенту и не снилось. Вот и думаю теперь: у людей совсем мозги перестали работать?

– Я…

Старушка отмахнулась, пододвигая ко мне чашку с крепким чаем с ароматом лесных ягод и трав.

– Не отвечай, девочка. Это был риторический вопрос.

Я сглотнула ком в горле. Впервые за долгое время кто-то говорил со мной не с осуждением, а с пониманием.

– Спасибо, – прошептала я. – Правда, спасибо.

– Было бы за что.

Хозяйка улыбнулась – тёплая, искренняя улыбка, из-за которой почему-то в носу защипало, а на глаза накатились слёз.

Опять быстро заморгала, чтобы взять эмоции под контроль.

– Ну, если что-то понадобится – стучись, – сказала она, поднимаясь и протягивая мне ключи. – Я на первом этаже, в той же парадной. Сильно тут не шуми, пожалуйста – соседи нервные. За углом есть продуктовый магазинчик. Если надумаешь готовить – кастрюля и сковорода в нижнем шкафчике. Отдыхай.

Когда она ушла, я осталась одна.

Стояла тишина, нарушаемая лишь шумом проезжающих машин и странным скрежетом где-то за стеной.

Я поставила сумку с деньгами на тумбочку, подошла к окну и посмотрела на помойку.

«Ну что ж, – подумала я. – Начало положено. Теперь главное – не свернуть шею на этом пути к справедливости».

Я глубоко вдохнула затхлый воздух квартиры, чувствуя, как внутри нарастает решимость.

Глава 9. Новая жизнь

До встречи с Алиной оставалось как раз два дня, поэтому я решила провести их с пользой для своей измученной психики – а именно отдохнуть.

Первым делом отправилась в ближайший супермаркет – не столько за продуктами, сколько за… запахом. Приторно-затхлый дух квартиры, от которого кружилась голова, не позволял привести в исполнение моё желание.

Я перебрала полки с освежителями, пока не наткнулась на «Эрвик» с надписью «Свежесть горного утра». Упаковка была простенькой, но аромат – чистый, лёгкий и невероятно освежающий.

– Вот он, – прошептала, как будто находила не средство от запаха, а спасательный круг.

Вернувшись домой с полными пакетами продуктов, я распылила освежитель по углам, особенно у окна и в ванной комнате. А ещё зарядила пластину на автоматическом диффузоре, выставив режим «2 минуты».

Практически моментально в квартире стало дышать легче. По крайней мере меня больше не тошнило. Правда, стоило приоткрыть форточку – и запах помойки врывался внутрь, как насмешка судьбы: «Ты думала, что сможешь скрыться? Нет. Я никуда не делся!»

Я быстро захлопнула окно и села на край скрипучего продавленного дивана, глядя на потолок с трещиной в виде разветвлённой молнии.

Вздохнула пару раз и решительно встала, чтобы приготовить себе… суп из курицы, потому что борщ любил Илья, а мне не хотелось даже через такое напоминание думать о муже-предателе.

Ела сытный вермишелевый суп и почти улыбалась, слушая очередной чокнутый репортаж журналистки, которая освещала очередную бредовую версию нового Апокалипсиса, доказывая, что летящая мимо нашей планеты комета – не комета вовсе, а инопланетный корабль!

Я покачала головой.

– Совсем с катушек поехали…

Именно в этот момент зазвонил телефон.

На экране – имя, от которого у меня сжалось всё внутри: «ЛЮБИМЫЙ».

Я не спешила отвечать. Пусть подождёт. Пусть почувствует, что его контроль – иллюзия. Что я – больше не его кукла.

Всего лишь на секунду, но как же мне стало приятно от этого.

На четвёртом гудке я всё же нажала «принять».

– Слушаю.

– Где ты? – голос Ильи был резким, раздражённым, будто это я названиваю ему, а не он мне! Причём во время утреннего совещания.

– Тебе эта информация зачем? – спросила спокойно, хотя внутри всё клокотало. Особенно от того, что я до сих пор не переименовала этот… «контакт» на что-то более подходящее. Например, «гнида» или «сволочь».

– Не юли. Я знаю, что ты в Самаре. Артур доложил, что тебя видели на вокзале его знакомые.

«Интересно, что это за знакомые такие? Щипачи?» – я поморщилась. Всегда недолюбливала начальника безопасности Белова. Этот Артур казался скользким товарищем.

– Только не говори, что поставил на меня слежку, как на террористку.

– А надо? – парировал Илья, никогда не отвечая на вопросы прямо… хотя раньше этого в его характере не было. – Не заставляй тебе напоминать: ты должна быть на связи. Суд назначат через две недели. Ты должна явиться и подтвердить отсутствие притязаний на имущество и опеку.

– А если нет?

– Не валяй дурака, София, – рыкнул Илья. – Ты же понимаешь, что, если не сделаешь этого, всё пойдёт по-другому.

– По-твоему, – уточнила я.

Тишина. Потом – тяжёлый выдох.

– Ты изменилась.

– Нет, Илюшенька. Я просто перестала притворяться.

Он помолчал. И вдруг – почти шёпотом:

– Ты звонила мальчикам? Почему они такие замкнутые?

Сердце дрогнуло. Но я не дала ему зацепиться за эту боль.

– Нет. Не звонила, – и это была правда. – А чего ты ожидал? Ты растоптал их счастливое детство, а теперь задаёшься странными вопросами! Не кажется, что об этом надо было думать до того, как лезть между ног своей помощницы! И уж тем более раньше того, как позволять Наташе писать сценарий моего позора!

– Она не писала… – начал он, но осёкся.

– Тогда спроси себя: зачем я припёрлась в тот сраный отель с костюмом для тебя?!

– Что? Я… – в его голосе прозвучала усталость, вызванная не раскаянием – нет. Просто усталость от игры, в которой он всё равно выигрывает, и даже не думает о первопричинах тактически выстроенного хода событий. – София, просто приди. Подпиши. И всё закончится.

– Хорошо, – сказала просто, чувствуя другого вида усталость.

Это единственное, чего от меня добился этот чудак на букву «м».

Правда, услышав заветное согласие, Илья аж притих.

Наверное, дар речи потерял от удивления.

А я в это время подумала:

«Как же так, Илюшенька? Прожили мы столько лет вместе, а оказывается, ни ты меня не знаешь, ни я тебя…»

Я резко сбросила звонок, не дожидаясь очередных требований или, ещё хуже, самодовольства, которым Белов в последние годы грешил.

Положила телефон на стол и долго смотрела в потолок, пока суп не остыл, и мой аппетит окончательно не пропал.

«Он боится, – задумчиво подвела итог этого короткого разговора. – Не меня. Меня он не боится. Он боится, что я перестану молчать. Что я перестану быть той тихой, удобной женой, которую можно опозорить и забыть. Он боится, что я стану… личностью, с которой надо считаться…»

Схватила телефон и переименовала контакт Белова в «Подонок».

Глава 10. План действий

На следующий день я снова вышла в магазин – уже не за освежителем, а за чаем, хлебом и банкой мёда.

Вера Митрофановна, хозяйка квартиры, в которой я поселилась, встретила меня у подъезда с ведром и тряпкой.

– Решила подъезд помыть, – ворчливо буркнула она, но в глазах её плескалась одна доброта. – Как ты, девочка? Отдохнула хоть немного?

– Всё хорошо, спасибо, – привычно, как учили менеджеры Ильи по делам с общественностью, ответила я. И тут же поморщилась. – Выспалась. Купила неплохой освежитель и плотно закрыла окна, выходящие на помойку, так что всё относительно неплохо.

– Извини, детка, – искренне протянула старушка. – Вот так у нас работают городские службы: «Губы накрасили, а жопу не подмыли»! Да что там городские?! – женщина в сердцах махнула рукой, наклоняясь с кряхтением над ведром. – Вся страна живёт так… Точнее весь мир. Сдаётся мне, обещанный конец света станет последней точкой в чаше терпения таких обывателей, как я…

– М?

– Говорю, если прилетят пришельцы, та половина человечества, которой якобы не существует, ведь «у нас все равны», – женщина целую фразу заключила в воздушные кавычки, обозначив их четырьмя пальцами, и я улыбнулась, – встретит пришельцев с распростёртыми объятиями… только бы они избавили нас от власть имущих, которые вконец обнаглели. Эх!! Мир сходит с ума, деточка! Кажется, «толерантность» завернула нашу эволюцию куда-то не туда.

Я вздохнула, прекрасно понимая, о чём говорит Вера Митрофановна.

– Дай бог дожить, чтобы посмотреть на это. Больно интересно, что там летит…

Признаться, тут я удивилась.

– Вы реально верите в это?

– Верю, – сказала она, выжимая тряпку. – Почему нет? Хребты динозавров до сих пор находят. А города, цивилизация которых вызывает недоумение у учёных современности? Бог его знает, что там в космосе болтается, глядя на нас…

Я нахмурилась, но, выйдя во дворик многоквартирных высоток, задрала подбородок и посмотрела в небо.

«Бог его знает, что там в космосе болтается, глядя на нас…» – вздрогнув, обняла себя за плечи и быстро сбежала по ступенькам, чтобы купить новую симкарту в метро… такую, которая будет не на моё имя.

И хоть мои знания в этой области были крайне поверхностными, я оказалась права, и уже через час стала обладательницей нового номера.

Никите написала сразу.

Да, Илья не запрещал общаться с детьми, только заставил отказаться от них (ха! Вот и ирония подкатила!), но вряд ли в его пиар-сценарии наши дети принимают сторону матери.

«Ещё станет давить на них… нет. Не хочу, чтобы сейчас хоть кто-то полез к моим мальчикам в душу, чтобы ломать их представления о том, что хорошо, а что плохо. Я слишком старалась, воспитывая их! Мальчикам и так непросто… Особенно Богдаше, который всегда боготворил отца».

Никита не сразу ответил. Только после того, как я представилась Полиной – в точности, как мы условились.

Сынок спросил, как у меня дела, всё ли в порядке. Сообщил, что у него всё хорошо, и что он не прочь встретиться. Но я отказалась. Пока… Не хотелось нервировать Илью до развода. После заседания он обещал отдать мне те два фэйковых заявления. Но я знала, что это всё равно ничего не будет значить. Никакой гарантии нет, что Белов снова не подсуетиться, чтобы выставить меня в глазах своих избирателей чуть ли не чудовищем.

Собственно, поэтому я прикупила пару камер. Одну бросила в сумочку, а вторую поставила в квартире Веры Митрофановны – чисто для алиби, если меня обвинят ещё в чём-то.

Вообще, я чувствовала себя как в каком-то боевике. В главной роли спецагента, который всеми силами пытался вывести коррумпированную сеть бандитов, шифрующихся под мирные столпы общества! В целом – недалеко от истины, да только я – никакой не спецагент! Так… вошь, которую любой может раздавить, стоит только прицелиться как следует.

«Но мы ещё повоюем!» – усмехнулась я, просыпаясь субботним утром на продавленном диване.

Быстро позавтракав надела выстиранное кремовое платье, накинула сверху пальто – всё, то же самое, ведь за вещами в особняк я планировала заехать именно сегодня, после встречи с Алиной.

Оделась и пошла в парк.

Алина ждала у фонтана.

Она выглядела взрослее, чем в моих воспоминаниях. А в глазах – тревога, но и решимость.

– Тётя Софа… – прошептала малышка, и бросилась ко мне.

Я обняла её крепко, ведь на моих глазах росла эта кроха. Я боролась за неё наравне с Дашей, чтобы вылечить, чтобы она смогла полноценно жить, как все.

– Привет, милая. Как ты?

– Нормально, – ответила Аля, но голос дрогнул. – Мама…

– Я знаю, – тихо остановила её, крепче обняв. – Но пока не готова об этом говорить. Понимаешь?

Аля отстранилась и заглянула мне в глаза.

– Понимаю, – прошептала едва слышно. – Я вас всех понимаю.

На мои глаза набежали колючие слёзы, но я нашла в себе силы улыбнуться.

«Какую хорошую девочку мы спасли! Побольше бы таких светлых личностей было в нашем мире!»

Мы сели на скамейку. Алина достала из рюкзака две шаурмы.

– Присоединитесь? Я сегодня ещё не завтракала.

У меня даже в мыслях не было, чтобы отказаться, хотя я успела перекусить омлетом с брокколи.

– Спасибо, Аля. Итак, что ты там говорила…

– Я хочу помочь, – сказала она, глядя прямо в глаза. – Я говорила: у меня есть друзья. Они делают ролики, выкладывают их в тик-токе, делают стримы. Мы можем рассказать правду.

– А ты понимаешь, к чему это приведёт?

– Да. Но… вы же не виноваты.

– Нет. Но мир не всегда выбирает правду. Иногда он выбирает удобную ложь, – сразу начала с предупреждения, чтобы Алина понимала, куда он хочет влезть.

– Тогда мы сделаем правду удобной, – решительно заявила девочка.

Я посмотрела на эту шестнадцатилетнюю малышку – хрупкую, но с огнём в глазах – и улыбнулась:

«Я не одна!»

Сделав глубокий вдох, выдохнула:

– Хорошо. Но только если вы будете слушать меня… и у меня будет обязательное условие: найдите надёжного специалиста, который будет до последнего скрывать ваши ID… или что там? Мало ли, что взбредёт в голову «пиарщице» Белова.

– О! Значит, вы хотите обойтись без славы канала? Хм… надо с ребятами поговорить. Они же надеялись на сенсацию.

– Лучше не рисковать. У меня нет гарантии, что Илья, его безопасник или Наталья закроют глаза на ваши «сенсации». Аля! – Я посмотрела проникновенно на девочку, пытаясь достучаться до центра её самосохранения. – Они заставили твою маму подсыпать мне наркотик! Они угрожали мне тюрьмой за якобы распространение наркоты! Эти люди уже начали своё падение. Я не могу знать, до каких глубин они готовы опуститься, чтобы выйти сухими из воды. Всё происходящее уже дурно пахнет. Конечно, мне хочется верить, что Илья одумается и поступит достойно после двадцати лет счастливого брака, но… глупая наивность оставила меня. Больше «верить» нечем.

Алина прищурилась, не отступив:

– Значит, обойдёмся без «славы»! Создадим фейковый канал – это я умею. О безопасности тоже знаю предостаточно, – на лице Али появилась коварная улыбка. – Не зря в технаре учусь. Прокси-сервер – лучшее, что придумало человечество для подобных вашей ситуации.

– Прокси-чего?

Аля засмеялась, и гнетущее мою душу беспокойство окончательно оставило меня.

Мы проговорили почти два часа. Я рассказала ей всё – про клуб, про подставу, про Дашу, про Илью. Про то, как он заставил меня подписать отказ.

– Он думает, что сломал меня, – подчеркнула в конце. – Пусть так и остаётся. Хочу, чтобы люди видели на вашем канале, как сломанный человек строит свою жизнь заново, а заодно мы тонко дадим понять, что не всё в истории Илья так гладко, как он пытается представить людям. Народ любит ловить лжецов на их же обмане. Когда получу те расписки и узнаю имена написавших на меня донос, было бы круто заснять их признания в обмане Ильи.

– Это будет непросто, – Алина нахмурилась.

– Однозначно, – кивнула я, соглашаясь. – Для этого нужно познакомиться с теми парнями, а там компания ожидаемо плохая.

На губах Алины появилась коварная улыбка.

– Хм… Есть одна мысль.

– Только не ты. Прошу, не связывайся с такими компаниями!

– Я – не буду. Говорю же: у меня много друзей. Одному товарищу давно пора проявить себя. Заодно и…

Аля прикусила нижнюю губу, покосившись на меня.

– Что такое?

Девочка встрепенулась и беззаботно засверкала открытой улыбкой.

– Думаю, с чего начать наш репортаж! Не с обвинений же?

– Лучше, как раз с них и начать! Чтобы привлечь на канал побольше людей. И потом…

Когда мы расстались, я вышла из парка с лёгким сердцем.

Правда хорошее настроение быстро закончилось, когда я открыла дверь такси и вышла на дорожку, ведущую к когда-то родному дому.

Охрана не пропустила меня, заявив, что господин Белов с детьми уехал на конференцию в Сириус, а без него меня не велено пропускать.

«Почему Никита ничего не сказал о поездке в Сочи?» – подумалось сразу.

Касательно моих вещей муженёк всё же оставил распоряжение, поэтому мне, стоящей под накрапывающим дождём, выкатили всего один чемодан на колёсиках, куда однозначно никак не могли вместиться все мои вещи.

Злая, как сотня демонов, я проглотила унижение и, дёрнув ручку, покатила чемодан обратно к такси.

Первое, что я спросила у мужчины:

– У вас видеорегистратор работает?

– Так точно, – по-военному отрапортовал водитель.

– Дадите запись?

– 500 рублей.

– По рукам.

Смахнув с щёк слёзы, которые из-за дождя никто не заметил даже, я откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза.

«Что ж! Пару кадров для истории уже сделаны!» – позволила себе немного ядовитого сарказма.

По пути к убогому съёмному жилью заскочила к Вере Митрофановне, чтобы продлить своё пребывание на пару недель, и только потом поднялась к себе.

В квартире пахло горным курортом. Чем не Сириус?! Только наличие помойки за окном не позволяло мне обманываться на этот счёт.

Я легла на диван и включила телевизор, где опять паниковали по поводу пролетающей мимо Земли кометы.

Так и уснула.