Читать книгу "Развод по принуждению. Попаданка в (не)счастье"

Луиза Ренли. Вот ты какая была. По крайней мере, такой видел тебя живописец. Взгляд гордый, вскинутый подбородок. Рыжие волосы собраны в замысловатую прическу, вьющийся локон спускается к плечу, подчеркивая белизну кожи. Она тоже улыбается. Но нет в этой улыбке мягкости и теплоты, как у лорда Ренли.

– Хорошее было время, леди Ренли, – услышала я голос сверху и вздрогнула. Дворецкий Хенли не спеша спускался по ступенькам и увидел, как я залипла на семейный портрет.

– Вы напугали меня, Хенли, – упрекнула я его.

– Прошу прощения, госпожа, – принял мою претензию этот достойный джентльмен, – просто взгляд, с которым вы рассматривали полотно, пробудило и во мне воспоминания о былом. Я даже подумал, что не зря вернул картину на место сегодня.

Так вот, почему она мне раньше на глаза не попалась! Наши парные изображения убирали, а сейчас, когда объявлено перемирие, лорд и леди вернулись на стенку вместе.

– Надеюсь, что так будет лучше, Хенли, – смягчилась я. Ну просто невозможно быть надменной или грубой с таким приятным мужчиной.

Поднявшись к себе, я чуть не была с порога сбита с ног фамильяром. Оказывается, его крылья не декорация. Он вполне сносно на них летает. И быстро. Пушистый снаряд врезался в мою грудь. Я охнула и успела прислониться к косяку.

– Пумиш! Что стряслось?

– Вторжение! – провыл зверек, вращая глазами. Чтобы успокоить его, я положила ладонь на пушистый загривок. Тут же в голове запищало-затрещало. И сквозь помехи послышалось:

– … близки с тобой настолько…

Я вскрикнула. Сначала от этой слуховой галлюцинации, а потом уже от зрительной. Из спальни показался Эдвард Лирон! Густые волосы собраны в хвост, на лице все та же обольстительная улыбка.

Он ведь мне привиделся, правда?

– Вот, вот он! – зашипел Пумиш в сторону видения. И я поняла, что красавчик-то натуральный.

– Душа моя! – сочные, кораллового оттенка губы рождали слова с таким томным и завлекательным звучанием, что я засомневалась, нужна ли этому чаровнику лира. На которой Луиза, помнится, мечтала играть. Хотя я почти уверена, что другой инструмент привлекал ее куда больше.

– Как ты перенесла этот бесчеловечный суд? – продолжал Эдвард, беря мою руку в свои. Я обратила внимание, что у него и правда пальцы музыканта. Длинные, изящные. Правда, кожа грубовата, как и положено тому, кто постоянно дергает за струны. И лиры, и девичьих душ.

– Вполне неплохо, – осторожно ответила я. Так, что делать дальше? Фыркнуть? Хмыкнуть? Ногой, может быть, топнуть?

Как на моем месте должна поступить женщина, которая сама себя превозносит и не гнушается идти по головам? А именно такой мне сейчас представлялась Луиза Ренли, к которой преподаватели музыки в окна залезают. Впрочем, этот момент надо отдельно уточнить. У меня четвертый этаж, а крылья из нас троих только у Пумиша есть.

– Как ты сюда пробрался? – строго спросила я. – По стене замка карабкался?

– Что ты, Лу! – лицо Эдварда Лирона приняло обиженное выражение. – Мы же с тобой договаривались встретиться после слушаний! И я еле дождался твоего дрозда.

– Моего … чего? – опешила я.

– Посланника, конечно же! Того самого, с нежно-фиолетовым оперением, которого Бенедикт заказывал специально для тебя в той мастерской в самом центре Астодии.

– И я тебе сегодня его отправила? – осторожно уточнила я.

– Конечно! Неужели не помнишь? Хотя у тебя такой сложный день, я все понимаю. Спасибо, что все же отправила птичку, пусть и позже, чем я рассчитывал.

Я точно помнила, что Бен обещал организовать посланника адвокату Крагену. Неужто он перепутал?

– И что было в моем послании?

– Приходи после ужина, задняя дверь будет открыта. Приложи этот артефакт к замку в моей комнате, сможешь проникнуть внутрь. Я сделал всё в точности. Ах, как греет сердечко, что мы близки с тобой настолько… и ты доверяешь мне проникнуть в свою спальню, под носом у супруга!

Я остолбенела. “Близки с тобой настолько” – это же я в своей голове слышала! Вот оно, предвидение. Правда, пока какое-то бестолковое. Как оно меня может предостеречь или вообще каким-то образом оказаться полезным?

– Эдвард, я не посылала к тебе сегодня дрозда! –  выдавила я  с трудом. – Совсем из головы вылетело, что обещала. Извини.

– Но… кто же тогда отправил ко мне твоего дрозда? – коралловые губы побледнели. На лбу преподавателя игры на лире выступили бисеринки пота. – Может он у тебя из головы как раз в мою сторону и вылетел. Ты точно ничего не путаешь?

– Точно, – я энергично кивнула, так что в шее что-то хрустнуло, – и раз ты здесь, значит, это чья-то провокация. Проще говоря, подстава. У кого есть доступ к моему посланнику?

– Только у мужа или его дворецкого, – захлопал густейшими ресницами Лирон.

– Госпожа Ренли! – послышалось за дверью.

– Ты должен спрятаться, Эдвард! Быстро! – рявкнула я, показывая на спальню. Лирон закивал и метнулся в комнату, по пути задев кота, который с интересом наблюдал за представлением.  Пумиш отскочил, обронив перышко.

А дверь уже открылась. Резеда с пипидастром в руке промаршировала в гостиную, направляясь в спальню!

– Что вам там нужно, любезная?

Я выпрыгнула перед ней, разведя руки, как голкипер на воротах.

– Простите, леди, – поджала губы горничная, – эта распустеха, Бегония, только сейчас вспомнила, что забыла протереть пыль под вашим ложем!

– И вы бросили все и рванулись исправлять ее ошибку? Даже дверь закрывать не стали, так торопились! – я попыталась расставить руки еще шире, не давая ей пройти.

– Именно! – согласилась Резеда, пытаясь проскользнуть мимо меня.

А в коридоре слышались шаги и мужской разговор. Я увидела, как раскрытую дверь огибают лорд Ренли и незнакомый мне человек, кажется, пожилой судя по тому, как блеснула его седина.

Я отвлеклась, и служанка проскочила в опочивальню. Мне уже было понятно, что вся эта постановка топорно срежиссирована, чтобы подловить Луизу, что называется, “на горячем”.

– Луиза, у вас всё в порядке? – дружелюбно спросил мужчина. И, разумеется, он и лорд уже топтались у меня на пороге.

– У меня все хорошо, – ответила я, стараясь сохранять достоинство, – а у вас?

Из спальни уже донесся крик Резеды. Испуганный.

– Ох, всемогущие духи, пакость какая! А-а-а!

Пакость? У этой женщины явно что-то со вкусом, если она красивого учителя игры на лире так называет. Интересно, какие мужчины ей тогда уж способны угодить?

Тут я уж без церемоний ворвалась в спальню, а за мной следом – заинтересованные гости. Бен и его собеседник, которого я, по всей видимости, должна бы знать.

Резеда стояла на коленях подле моей кровати, прижав к груди пипидастр, словно защищаясь им от неведомой напасти.

А из-под кровати виднелась оскаленная мордочка Пумиша. Челюсти фамильяра крепко сжимали какого-то грызуна. Кот тряс головой, как истинный хищник, рычал и вращал своими огромными круглыми глазищами.

– Успокойтесь, дорогая! – воскликнул спутник моего мужа, помогая горничной подняться.

– Это всего лишь небольшая мышь.

– Откуда она в моем замке? – возмутился Бенедикт. – В последний раз я видел этих хвостатых выше подвала только в своем детстве!

– Значит, нужно проверить остальные этажи, – мужчина подталкивал Резеду к дверям, ласково воркуя, – дорогая, вы не видели тут больше ничего странного, что вас могло бы напугать?

– Нет, – просипела несчастная женщина.

Ага, вот кто устроил этот нежданный визит. Возможно, сам Бен даже не в курсе, что я тут ему изменить собралась, его привели, чтоб меня застукать. Или я просто хочу, чтобы он оказался хорошим парнем, неспособным на гадости?