Текст книги "Невозможная любовь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nevozmozhnaya-lyubov-290363.jpg)
Автор книги: Наталья Дёмина
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Глава 7
Он сидел в машине, вцепившись обеими руками в руль, уткнувшись лбом в свои сжатые до боли кулаки.
«Она улетела. Всё конечно. Она оставила меня», – пульсировали мысли в его голове, принося страдания.
Молодой человек зажмурился, невольно вспомнив, как совсем недавно ему удалось помириться с ней, закинув любимую на плечо. Какими счастливыми и беззаботными они были.
«Ниночка, почему ты не дала шанс нашей любви», – терзалось его сердце.
Из размышлений его вывел резкий и оглушительный звук сирены подъехавшей машины скорой помощи. Он поднял голову и бросил взгляд на девушку, которая лежала на асфальте, и молодого человека, с гримасой боли и ужаса на лице.
«Я разрушил не только свою жизнь, но и жизнь этой влюблённой пары», – простонал он про себя.
От адвоката семьи пришло сообщение, что тот скоро будет.
«Надо выйти из машины, – уговаривал парень себя. – Хотя бы узнать, куда несчастную увезут».
Но его руки сильно дрожали и не слушались. Молодой человек не мог разжать руль.
«Я трус, – ругал себя. – Трус. Конченный человек. Зачем мне теперь жизнь, когда любимая покинула меня. Из-за разногласий с моими родителями».
Раньше в его душе преобладал страх. Страх одиночества. Страх потерять девушку, которую он любил. Страх стал неотъемлемой частью его существования. Каждый день он боялся. Ненавидел себя за бессилие. И всё равно продолжал бояться.
А сейчас, глядя на то, как оказывают пострадавшей помощь, испытал новый вид страха… Доселе неизвестный ему… Он боялся, что никогда не увидит какого цвета были глаза у несчастной девушки. Почему для него было это так важно, он не знал. Но пустота, которая образовалась с отъездом любимой, требовала, чтобы её кто-нибудь заполнил.
Машина скорой помощи, снова, завыла протяжным и громким звуком сирены и тронулась с места, увозя пострадавшую девушку и её парня.
«Где же этот адвокат?» – злился виновник аварии.
В боковое окно кто-то постучал.
Молодой человек повернул голову на звук. Высокий, подтянутый мужчина средних лет недовольно смотрел на него.
«А вот и адвокат», – сам себе сказал парень. Но не пошевелился, чтобы разблокировать машину. Тело словно парализовало.
«Трус, – ругал он себя. – Какой же я трус».
Он приложил титанические усилия, чтобы оторвать левую руку от руля. Пальцы всё ещё были скрючены и дрожали.
Наконец, дверь была разблокирована.
– Женя, – твёрдым сухим голосом произнёс адвокат. – Что ты натворил? Твоя мать в обмороке. А отец… Ну, ты знаешь…
Он прекрасно знал, каким становился нетерпимым его отец в экстремальных ситуациях. Злым. Безрассудным.
– Я не успел остановиться на красный свет. И поддел девушку.
– И?
– Её увезла скорая.
– Куда?
– Я растерялся.
– И? Нельзя ли побыстрее?
– Я сидел в машине.
– Что за молодёжь пошла, – всплеснул руками адвокат.
– Владлен Семёнович, – молодой человек вздохнул, – узнайте, пожалуйста, куда увезли девушку. Я хочу навестить её в больнице и оплатить лечение.
– Само собой, мальчик. Без этого нам не выкрутиться.
– Вы не поняли, – молодой человек снова вздохнул, – мне всё равно, что будет со мной.
– Если тебя бросили – это ещё не повод, чтобы так тщедушно закончить свою жизнь.
– Вы не понимаете.
– Я понимаю, больше, чем ты думаешь, Женечка. А теперь извини, мне работать надо.
Молодой человек ничего не ответил. Он снова схватился обеими руками за руль, словно от этого зависела его жизнь, с которой он не знал: что делать.
Зажмурившись Женя, увидел бледное лицо пострадавшей девушки.
«Теперь моя жизнь принадлежит ей. Этой несчастной незнакомке», – твёрдо решил для себя.
Он остался совершенно один. И ему нужен был кто-нибудь, кто бы удерживал его в этом мире и давал силы жить.
Глава 8
Сознание медленно возвращалось к ней. В голове что-то гудело и щёлкало. Кровь пульсировала в одном ритме с биением сердца. Вена на правовом виске вспухла и стучала, эхом отражая ритм головной боли: бум, бум, бум. Сухие губы были слегка приоткрыты. Во рту всё пересохло, казалось, до самого желудка. Ей чудилось, будто она ощущала шершавость слизистой оболочки. Глотать было больно и неприятно. Слюней не было. Совсем. Сухой язык распух. И не слушался своей «хозяйки». Поверхностное дыхание причиняло боль, которая локализовалась где-то в правом боку и растекалась ниже, охватывая ногу. Руки раскинутые в разные стороны, впрочем, как и ноги, были безвольными, тяжёлыми, словно их придавали к поверхности, на которой она лежала. Девушка пошевелила пальчиком на левой руке. Он непроизвольно дёрнулся. Рефлекторно. И ей показалось, что это мимолётное движение отняло у неё всё силы.
«Я жива», – первая мысль, которая пришла ей в голову, опалила новым приступом боли.
Она не могла открыть глаза. Веки были тяжёлыми и неподъёмными.
Девушка дрейфовала между сном и явью.
– Повезло девчонке, – где-то с боку раздался приглушённый голос незнакомой женщины. – И сама жива осталась, и ребёночка не потеряла.
– Да, видно в рубашке родилась, – почему-то удручённо вздохнул другой женский голос.
«Боже, наш ребёнок не пострадал», – Галя почувствовала облегчение, уверенная, что разговор шёл о ней.
И в то же мгновение обжигающе горячая слеза скатилась из уголка её левого глаза.
«Прости, малыш, свою неразумную маму, – мысленно произнесла она. – Впредь я буду более осторожна».
– А что ты тогда хмуришься, Ленка? – спросил первый голос.
– Да, не приходит к ней никто, – удручённо ответила Ленка.
– Так она же приезжая. Учится здесь. Видимо, родителям никто не сообщил. Но, погоди, был же парень. Мне Яна, из приёмного отделения, рассказала, как молодой и симпатичный мужчина метался несколько часов по коридору. Кричал. Требовал врача. Он ещё горшок с цветами с подоконника в порыве гнева сбросил. Такой горячий красавчик! Да и богатый по всей видимости, деньгами сорил знатно, когда штраф оплачивал.
– Метался-то он метался, но как услышал, что у девушки кровотечение и угроза выкидыша, сбежал, зло кого-то проклиная. И с тех пор его никто не видел. Вторые сутки отсутствует.
«Егор? – заколотилось сердце Гали. – Егор!» – и она погрузилась в темноту.
– Бедняжка, – вздохнула вторая молодая женщина. – Ладно побегу я.
– А зачем приходила-то?
– Хотела, – замялась, – спросить.
– Не томи.
– Когда девчонку в общую палату переведут?
– Пока не знаю. Как придёт в себя, видно будет.
– Слушай, – тише зашептала вторая женщина, – дело к тебе есть.
– Какое?
– Денежное.
– О!
– Ты сегодня всю ночь дежуришь?
– Да.
– Тогда слушай, – и женщина что-то неразборчиво стала объяснять Ленке.
– Ну, не знаю. Это рискованно.
– Оплата, – снова зашушукала на ушко.
– Правда?
– Аванс до…
– Отлично, – мечтательно прикрыла глаза Лена.
– Отлично, – улыбнулась вторая женщина
– Но не раньше часа. Дежурный врач уйдёт к своей медсестричке.
– Крылов?
– Он самый.
– Удачный вариант.
– Самый, – улыбнулась Лена, вытягивая ноги под столом в коридоре реанимационного отделения. – Я сама боковую дверь открою. Пусть под окнами не стоит. Глаза не мозолит. Там слева от двери есть кустарник, пусть в нём спрячется. Не хочу лишних разговоров. Я свет включать не буду. Открою дверь и посвищу.
– Поняла, – подмигнула «заговорщица».
– А теперь иди. Нечего тут без дела ошиваться, – буркнула Ленка.
– Пока-пока, – и женщина в белом халате быстро направилась к выходу, набирая чей-то номер.
Глава 9
Егор не помнил, как добрался до дома. Хорошо, что в карманах оказались деньги «на всякий случай», иначе, не известно, как бы ему пришлось добираться из больницы, ведь, выбегая за Галей он не взял, даже, телефон. Молодого человека трясло в машине, так, что стучали зубы, как при ознобе. Тело покрылось потом. Липким. Ужасающим. Сердце колотилась, как бешеное, стучало о рёбра и отдавало свой ритм в горле, висках. Нет, казалось, что всё тело пульсирует в такт сердца.
«Галя, девочка моя», – стонал он про себя, ощущая, как слёзы, впервые за долгое время, покатились из его глаз. Горькие. Солёные. Злые. Отчаянные.
Перед его глазами вновь и вновь всплывали картинки произошедшего: вот Галя оборачивается к нему, машет рукой, показывая, что вернётся сама; вот ступает на проезжую часть, улыбаясь своей лучезарной улыбкой; вот какой-то автомобиль тормозит на светофоре, визжат тормоза, запах покрышек вызывает тошноту, и машина, перед тем, как остановиться, «бодает» девушку; вот Галя падает… Галя падает… Галя падает… Его сердце замирает, ноги, врастают в землю и те несколько шагов, что его разъединяют с любимой, он делает с трудом. Кровь… её…
Всё закрутилось с приездом скорой помощи, он пришёл в себя в коридоре больницы, рядом с ним стояла молоденькая медсестра и бесстрастным голосом объясняла, что у Гали угроза выкидыша.
В этот момент красная пелена застлала ему глаза.
«Они должны расплатиться за произошедшее, – решил он для себя. – Юля и мать».
В том, что его мать приняла участие в постановочном фарсе Егор нисколько не сомневался.
«Они заплатят, за боль Галины», – кипел он, пока добирался на такси до дома.
«Они заплатят», – кричало его сердце, пока он бегом поднимался на свой этаж.
«Заплатят», – болела душа, когда войдя в квартиру парень обнаружил, что Юля и мать над чем-то смеются, сидя в гостиной, попивая чай.
– Мальчик, мой, – первой неладное заметила Ольга Николаевна.
Егор стоял в дверном проёме, сгорбившись, тяжело дыша. На одежде виднелись подсохшие пятна крови. Глаза светились гневом. Одной рукой он схватился за косяк, словно удерживая себя от чего-то, а другая рука была сжата в кулак.
– Вы, – взревел он, одним броском, оказавшись около стеклянного журнального столика, на котором стоял поднос с чайником и уже пустыми чашками. – Пока вы тут развлекаетесь, Галя борется за жизнь нашего ребёнка. Из-за вас!
– Мы-то тут причём! – вскочила Юля с диванчика.
– Причём? – парень одним махом перевернул столик, отбрасывая его в сторону.
Звон битого стекла и фарфора отрезвил женщин.
Ольга Николаевна сжалась на диванчике, закрывая лицо руками. Юля отшатнулась от молодого человека, но он схватил её правой рукой за горло, а левой за плечо.
– Нравится? – кричал он.
– Сынок, отпусти Юлю.
– Нет, – сильнее сдавил он горло молодой женщины.
Её лицо стало краснеть. Она хватала ртом воздух, пытаясь разжать руку Егора.
– Нравится? – зло шипел он в лицо Юле.
– Сынок, – женщина схватила сына за левую руку, но он оттолкнул её.
– Ты, – повернулся лицом к матери, которая в недоумении сидела на диванчике, – придумала это?
– Нет, – дрожащим голосом просипела Ольга Николаевна.
– Я так и знал, – он снова направил свой гнев на Юлю.
В этот момент послышался скрежет открывающегося замка.
– Я дома, – донёсся из коридора голос отца Егора.
– Отлично, – проскрежетал зубами молодой человек, – пусть он узнает, о вашей низости.
– У нас гос… – мужчина не договорил, когда увидел разбитый столик и чайный сервиз на полу, жену скрючившуюся на диване, и сына, который душил девушку.
– Егор, – бросился, чтобы помешать сыну совершить глупость.
– Не вмешивайся, – остановил его Егор.
– Что случилось? – решил задействовать другую тактику отец.
– Спроси у своей жены. Что она сделала вместе с этой, – снова сжал горло Юли, и она закашляла.
– Оля, – грозно посмотрел супруг на Ольгу Николаевну.
– Я добавила снотворное, – пролепетала женщина.
– Зачем? – замер мужчина.
– Дима, – всхлипнула Ольга Николаевна, – так получилось…
– Как? – напрягся мужчина.
– Они усыпили меня и подложили в постель Юлю, а потом вызвали сюда Галю, – напомнил Егор.
– Оля, – мужчина уставился на жену округлившимися глазами.
– И когда Галя убежала вся в слезах, – молодой человек посмотрел в упор на отца. – Её сбила машина. Она может потерять ребёнка. Остаться калекой. А может и не выживет, – перевёл свой взгляд на мать. – Весело тебе мама?
– Я… Я… – всхлипнула женщина громче. – Я просто… не хотела…
Мужчина подошёл к сыну и положил ему руки на плечи, чуть надавив на них.
– Отпусти, Юлю, сынок.
Егор, как-то сразу сдулся. Он отшвырнул девушку на диванчик, а сам устало осел на пол.
– Пошли вон, отсюда, – тихо приказал Дмитрий Сергеевич.
Женщины вскочили и быстро покинули гостиную, стараясь не наступать на осколки.
Дмитрий Сергеевич молча вышел следом за женщинами. Ему не хотелось устраивать скандал, но видимо придётся позвонить родителям Юли и поведать о поведении их дочери.
Оставшись в одиночестве, Егор встал на ноги. Руки дрожали. Он направился на кухню.
Где-то в квартире слышался разгневанный голос его отца.
Егор замер перед холодильником.
«Галя, девочка моя», – боль пронзила его сердце.
«Надо, немного расслабить мозги», – настаивало сознание и молодой человек не стал сопротивляться, потянувшись за бутылкой горячительной жидкости.
Глава 10
Она улыбнулась Егору и побежала ему навстречу.
«Люблю тебя!» – смеясь кричал парень.
Она бежала изо всех сил. Но чем быстрее она бежала, тем дальше он становился.
«Я устала», – взмолилась девушка.
«Не сдавайся», – подбадривал её голос любимого.
И она, терпя боль во всём теле, сделала последний рывок, впорхнув в мужские объятия.
«Теперь ты моя», – чужой надрывный голос констатировал факт.
Она забилась в его руках, но не могла освободиться.
«Егор, помоги!» – кричала до хрипоты.
Тишина была ей ответом.
Слёзы, почему-то, холодные покатились по её щекам.
Вдруг, всё исчезло и только голос, незнакомый и чужой, шептал ей: «Всё будет хорошо. Верь мне».
Галя дёрнулась и открыла глаза. Яркий свет ламп ненадолго ослепил её. Тёмный силуэт, нависший над ней, был расплывчатым.
– Егор, – прошептала она и сжала руку парня, который держал её ладонь.
– Женя, – тихо произнёс «силуэт».
Она быстро-быстро заморгала глазами, стараясь развеять сонную дымку.
– Вы – доктор, – догадалась она.
– Нет, – почему-то, оробел тот.
Галя окинула взглядом молодого человека. На вид он был такого же возраста, как и Егор. Достаточно высокий. Спортивный с фигурой пловца, а не тяжелоатлета. Каштановые волосы слегка растрёпаны. Прямой нос. Полные, капризные, губы. Волевой подбородок. Чисто выбрит. И необыкновенного цвета глаза. Зелёные. Яркие. С крапинками жёлтого. Он был в костюмных брюках чёрно-графитового цвета с отблеском серебра и невыносимо белой рубашке, на фоне которой халат казался грязным и недостойным этого человека.
– Кто вы? – взволновано спросила девушка.
– Я тот, кто сбил тебя, – не глядя в глаза признался он, всё ещё держа Галю за руку.
Её сердце бешено заколотилось в груди. Дышать стало тяжело.
– Я не обижу тебя, – страстно начал свою речь Женя. – Хотел извиниться и предложить свою помощь, – чуть сильнее сжал её ладонь, как бы поддерживая.
– Вам нельзя здесь находиться, – прошептала она, наконец, выдернув свою руку из его.
– Почему? – искренне удивился он.
– Мой жених, – понизив голос пояснила она.
– Его сейчас нет, – пожал Женя плечами. – Но поверь мне, я не буду прятаться, как трус. Да, и терять мне, теперь, нечего, – грустно добавил он.
– А как же жизнь?
Он прикрыл глаза, вспомнив, сообщение от любимой, которое пришло пару часов назад:
«Я абсолютно счастлива без тебя. Не ищи меня».
Хотя она прекрасно знала, что после таких слов он небо и землю перевернёт в поисках. Чтобы найти. Чтобы вернуть обратно… Так было последние три года. Она убегала, устав от препирательств с его родителями, со своими родителями, друзьями и даже котом, который постоянно её раздражал. Она срывалась в поисках новых приключений. И всегда оставляла «хлебные крошки» для него… Но не в этот раз. В этот раз всё было по-другому. Женя почувствовал это, ещё в тот миг, когда узнал, что она в аэропорту, когда мчался за ней, а внутренний голос шептал: «Не торопись. Дай Нине уехать», – когда смотрел на девушку, которая лежала на проезжей части… Его мир перевернулся. И он понял, что если человек не хочет быть с ним, то заставить он не сможет, никогда. Евгений устал от этой бесконечной и бестолковой гонки.
– Не знаю, – честно признался молодой мужчина.
– Так нельзя, – вспылила девушка и сама улыбнулась своему напору. – У тебя есть родители, друзья? – перешла она на «ты».
Он кивнул головой.
– Они расстроятся, если тебя не станет? – спросила, надеясь на положительный ответ.
– Ну, отец…
– Они будут в отчаянии, – перебила его Галя. – Будут сожалеть, что между вами были разногласия.
– Ты думаешь?
– Уверена в этом.
– Да? – сомневался молодой человек.
– Да, – вздохнула она. – Так было с моими родителями. Они погибли в автокатастрофе, а бабушка, которой пришлось забрать меня к себе и воспитывать, до сих пор переживает и не может успокоиться, что много лет не разговаривала с сыном и снохой из-за ссоры.
– Печально, – тоже вздохнул Женя.
– Печально, – повторила за ним девушка.
Вдруг, кто-то постучал в дверь.
– Что это? – напряглась Галина.
– Это сигнал, – улыбнулся молодой человек.
Его лицо озарила улыбка, лёгкая, непринуждённая, сделав лицо Жени притягательным. Появились ямочки на обеих щеках и он будто стал доступнее, проще. Глаза стали ещё ярче. А потом всё исчезло.
– Сигнал? – переспросила Галя.
– Пора уходить, – нашёл её руку мужчина и осторожно сжал.
Она молчала.
– Можно, – заправил он локон ей за ушко, – я приду завтра.
– Завтра?
– Да, в это же время. Днём я работаю.
– Хорошо, – произнесла она быстрее, чем подумала.
Женя поднял её руку, которую держал в своей руке, и быстро коснулся тыльной стороны ладони своими мягкими губами.
– До встречи, – снова улыбнулся он ей, исчезая за дверью.
– До встречи, – ошарашено смотрела она на то место, где, казалось, всё ещё ощущались губы Жени.
Глава 11
Чёрные щупальца тянулись к нему. Они извивались и визжали, но продолжали преследовать. Ноги увязли в чём-то липком и дурно пахнущем. Он закрыл нос ладонью, чтобы не вдыхать едкий запах и сделал неглубокий вдох ртом. Голова закружилась. Вязкая и горькая слюна встала комом в горле. Ему хотелось закричать, но крик его был беззвучен.
– Егор, Егорка, – кто-то звал его.
Он не знал кто это, хотя помнил, что человек, которому принадлежит этот голос очень важен для него.
– Егор, – голос удалялся и растворялся в воздухе.
– Нет! – закричал, что было силы, так, что заболели связки и он закашлялся. – Не уходи! – сипел охрипшим голосом.
В этот момент, кто-то схватил его за плечо и стал трясти.
– Нет, – засипел он и…
Проснулся…
– Сынок? – встревоженно произнёс отец, держа молодого человека за плечо.
– Кошмар, – вдохнул полной грудью Егор. – Кошмар, приснился.
– Ты кричал.
Егор только кивнул головой.
Во рту было сухо и гадко. Глаза резало от яркого света люстры. Руки дрожали. Сердце, казалось, или разобьётся о рёбра, или выпрыгнет из груди.
«Сколько же я выпил, вчера!» – пришёл в ужас молодой человек.
А потом по телу пробежала дрожь отчаяния: «Галка в больнице одна. Какой же я…», – ругал он себя последними словами.
Однако, даже мысли вызвали приступ тошноты и головокружение.
– Держи, герой, – отец протянул рюмку водки сыну. – Давай, залпом, как лекарство.
– Фу, – поморщился Егор и тут же схватился за голову. – Выключи свет, – простонал он.
– Пей, – настаивал мужчина. – Ты вчера неплохо набрался, – пояснил Дмитрий Сергеевич. – Вместо домашних разборок, которые могли и подождать, ты должен был быть со своей девушкой. Так нет, же, – разошёлся не на шутку отец Егора, – ещё и напился до поросячьего визга. И всё кричал, кричал, кричал.
Егор опустил голову и слушал молча.
– Я всё понимаю, сын, – продолжил Дмитрий Сергеевич, – но ты уже не мальчик, пора научиться расставлять приоритеты.
– Я, – не смог поднять голову пристыженный молодой человек.
– Ничего не говори. Пей, – сунул в руку парню рюмку, – и отдыхай.
– Галя…
– Раньше надо было думать. Пока не протрезвеешь, тебе у неё нечего делать.
– А… – Егор запнулся, посмотрел на рюмку в руке, которая всё ещё дрожала, и выпил одним глотком, закашлявшись, насильно глотая противную жидкость, морщась и ловя ртом воздух.
– Не ожидал от тебя такой глупости.
– Я… хотел…
– Правильно хотел, – потрепал его по плечу отец, – но так бездумно потратил свой шанс приструнить Юлю и дать понять матери, что ты вырос. Мне в круглую сумму вылилась твоя выходка с девушкой. Насилие на лицо. Её родители могли или посадить тебя, или выторговать брак, на своих условиях. Думай, сынок, прежде, чем что-то делать. Борись с яростью и гневом, до добра это не доведёт.
– Как она? – выдавил из себя Егор, тяжело опустившись на подушку.
– Не знаю, как она, но знаю, что перевели её в палату, отдельную. Виновник аварии расстарался. Мой секретарь сказала, что он и лечение готов оплатить.
– Хочет откупиться, – Егор ударил кулаком по матрасу, рядом с собой.
– Его право и обязанность, как порядочного человека.
– Порядочного? Да, он из машины даже не вылез.
– Чтобы ты прямо посреди дороги драку затеял?
Молодой человек тяжело задышал, осознав правдивость слов отца.
– Увижу, убью, – процедил он сквозь зубы.
– И сядешь. Надолго. Думай, говорю тебе. Думай головой.
– А ребёнок? – приподнялся на локтях парень.
– Жив.
На лице Егора расцвела робкая улыбка. Он прикрыл глаза, всё ещё улыбаясь.
– Жив, – повторил он, устраиваясь поудобнее в постели.
«Жив», – повторял он про себя, пока сон не сморил его.
– Вот и проспись, сынок, – смотрел на Егора Дмитрий Сергеевич. – Твой вспыльчивый характер тебе только вредит. Ох, намучаешься ты, если за ум не возьмёшься.
Мужчина вышел и комнаты, прикрывая дверь, но не закрывая её до конца. Он переживал за своего повзрослевшего мальчика, который впервые в жизни столкнулся с серьёзной ситуацией и, к сожалению, уже проиграл сам себе в этой борьбе, теряя драгоценное время.
«Но без шишек, не будет жизненного опыта, – подвёл итог мужчина. – Главное, чтобы шишки поддавались лечению», – думал он, по пути в свою спальню.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?