Читать книгу "Требую свадьбу! Отказ не принимается"

Саден смотрел на меня с прищуром. Я не понимала такой реакции. Мы знакомы с самого детства. Он всегда оберегал меня. А потом пропал из моей жизни на долгих пять лет. И после этого перерыва мы впервые увиделись три месяца назад. И что-то изменилось в наших отношениях, появилась напряженность. Мы виделись всего несколько раз и каждый раз – ругались и ссорились.

И почему он стал меня так раздражать? Возможно, своей властностью. Он часто повелевал и приказывал, словно я его подданная. Да, теоретически мы семья, но фактически – чужие друг другу люди. Его брат женат на моей сестре.

Это всё, что нас связывает.

– То есть спасать тебя было не нужно? – уточнил его высочество.

– Спасибо, – повторила я сквозь зубы и отвернулась. – Но мог бы прийти и пораньше, раз узнал о торжестве.

А ведь когда-то всё было иначе. Но когда мы встретились пару месяцев назад при случайных и странных обстоятельствах, сразу невзлюбили друг друга.

Он меня не узнал! А я его узнала. И этот факт бесил ещё больше.

Мы ругались при каждой неожиданно частой встрече. На дух друг друга не переносили! Прежней теплоты между нами больше не было. Умерла в муках пятилетней разлуки.

– Ты еще на меня злишься? В конце концов, я не настолько опоздал, чтобы позволить тебе переспать с другим.

– Говоря «с другим», ты должен подразумевать кого-то конкретного? – уточнила я, приподняв брови, и все-таки обернулась.

Саден смотрел на меня внимательно, а после просто перевел взор вперед, проигнорировав. Нет, он просто невозможен!

Вздохнув, я решила сменить тему:

– Надо спасти брата.

Не то чтобы я забыла о нём, просто последние пять минут сомневалась, нужно ли его спасать. Или легче оставить на растерзание графу.

– Уже. Танэт в безопасности, не волнуйся, – ответил Саден, и я бросила на него изумлённый взгляд. – Хочешь спросить, когда успел? Пришлось дождаться ночи. Днём было действовать проблематично. А если бы ты сообщила обо всём раньше, тебе не пришлось бы выходить замуж, а мне – похищать тебя.

– Сложно наш побег назвать похищением. Граф прекрасно видел, что сбежала я сама.

– Слышу в твоём голосе нотки сожаления. Так мне вернуть тебя? Ещё успеешь к самому главному действу в первую брачную ночь.

Его слова были едкими. Я неожиданно кивнула. Принц приподнял вопросительно брови. А я, ещё немного подумав, всё-таки покачала головой.

– Не выйдет. Я букет потеряла. Муж расстроится.

– Он расстроится его отсутствием или тем, что ты швырнула его ему в лицо? – захотел внести ясность Саден.

– Потеряла, а не швырнула, – с нажимом повторила я, не идя на поводу у одного наглого высочества. – Это была случайность!

Принц смотрел на меня так, что было видно: он ни на мгновение не верил, будто это действительно могла быть случайность. Но ей не было. Ведь если с побегом, то есть похищением, ничего не выгорит, мне придётся ещё и возвращаться с повинной. Надеюсь, к тому моменту граф освежит горло прекрасной, живительной, вкуснейшей водичкой из графина в той комнате!

– Кстати, а куда мы летим? – решила сменить тему.

– В твой дом. Забираем вещи, чтобы через час быть уже подальше от Эренбела, – заявил он и, потянув за поводья золотую драконицу, начал спускаться.

Я заметила, как над ней едва переливается купол для отвода глаз. Сильная магия, очень мощная, такая не каждому под силу. Но разве Саден будет заботиться о таких мелочах? Его магия была не такой поражающей, как у брата, но он был очень сильным магом по меркам людей без Искры.

Самой ценной способностью на нашем материке считалась Искра – магия наездников, когда в магах пробуждалась способность связать себя с драконом. У всех это был разный период – эмоциональный всплеск или тщательная подготовка давали такую возможность после совершеннолетия. Тогда будущий всадник отправлялся в Долину драконов, где обитали свободные особи, чтобы попробовать приручить одну из них.

В наших королевствах это была редкость. В основном наездники рождались в Дархане, королевстве, окружённом грядой Шаяхских гор. Единственные, кто научились сливаться с драконами, становились их наездниками благодаря Искре. Оттого их магия увеличивалась многократно.

– В каком это смысле? – удивилась я.

– А ты ещё не поняла? – хмыкнул принц. – Я ведь говорил, что это похищение. Я похищаю тебя, Милли, и забираю в Дархан. Возвращения не принимаются.

– Ты хотел сказать возражения?

– И это тоже.

Цитрина спикировала рядом с моим домом. Вздохнув, я начала спускаться, будучи всё еще в свадебном платье. Саден, устав слушать моё кряхтение, обхватил меня за талию, прижав к себе, и сам спустился очень быстро, вместе со мной. От его близости я замерла. Сама не поняла почему. Вновь кружащий голову запах терпкой лаванды. Приятный, который проникал под кожу…

– Ой! – спохватилась я, обратив внимание на Тишиона. – Нам же его домой нужно доставить!

– Небезопасно его возвращать сейчас, когда у него нет алиби и он побывал там. Полетит с нами, – мотнул головой Саден.

Я тряхнула головой, сбрасывая наваждение от близости наездника. Саден моей реакции не заметил, он смотрел в сторону, будто прислушиваясь к окружающим звукам. Мы уже спустились, когда услышали топот копыт.

– Кажется, твой муженёк быстро отошёл от отравленного букета и отправил стражу в твой дом, – заключил Саден и отстранился. А я неожиданно почувствовала разочарование. – У нас есть минут семь прежде, чем они будут здесь.

Отреагировала я быстро. До двери лавки была пара шагов. Мы оба вошли внутрь. И я тут же обомлела.

Передо мной предстала совершенно разгромленная комната, с переломанными полками, разбитыми пузырьками микстур и разбросанными по полу раздавленными и раскрошенными травами. Почти всеми…

– Вот гады! – прошипела я и топнула ногой.

– Граф заранее лишил тебя всего, чтобы тебе некуда было возвращаться, – заметил Саден мрачно и посмотрел на меня. – Сочувствую. Тебе следовало бежать. А брат… в конце концов, ему почти сорок. Если не научился сам отвечать за свои поступки, то ему стоило оставаться в Эренбельской тюрьме. – Тут наездник поморщился. – Теперь я даже сожалею, что спас его.

– Не жалей, – ответила хрипло и сжала кулаки. – Это была последняя помощь, которую он от меня получил. Забирать родителей в Дархан я тоже не хочу. Они толкнули меня под венец, чтобы спасти любимого сына. Я планировала им высылать деньги, но жить предпочла бы на расстоянии. – И посмотрела наверх. – Надеюсь, там изверги не всё разгромили.

Пока шла к лестнице, заметила свой горшок крапивы. Любимой, дорогой и ненаглядной (в прямом и переносном смысле, потому что купила я её у торговца за баснословные суммы, якобы волшебное растение)! Якобы – ключевое слово.

Я бросилась к горшку, подхватывая его и укачивая в руках, как ребёночка. Саден наблюдал за мной с насмешкой. Я же вовсе не смотрела на него: боялась, уговорю его вернуться в поместье и брошусь на графа с кулаками. Столько труда!

Я вздохнула, всунула Садену в руки горшок и поспешила наверх, в свои комнаты. Полюбовалась своим бардаком и хмыкнула: тут и разрушать нечего, и так всё выглядит как после похищения. Похищения моей чистоплотности!

Хотя нет, вот за собой я слежу. Только убираться ненавижу.

Я схватила сумку и начала быстро собирать вещи. Кидала всё подряд. Поэтому после пришлось от половины избавляться: банально не влезло. Но куклу, когда-то подаренную Повелителем Дархана, положила: она была моим талисманом. В этот момент вернулся Саден. Он застал меня за тем, как я навалилась на чемодан, чтобы закрыть его. Наездник с грустью оглядел комнату.

– Вижу, вандалы и тут поработали, разгромили абсолютно всё.

Ну тут, скажем так, поработали не они, а я. Точнее, совсем не поработали. Но говорить об этом Садену не стала, лишь смущённо поблагодарила его за сочувствие. Думаю, Саден понятия не имеет, что это обычное состояние моей комнаты. Тем более последние сутки я готовилась к свадьбе, точнее, к месяцу жизни в замке графа, чтобы обороняться от него, поэтому мало уделяла времени уборке. Даже меньше, чем обычно.

– Сейчас заброшу ещё несколько припасённых микстур в тайнике, его наверняка не обнаружили, и можем уходить. Тут есть выход на крышу.

Торжественно вручив Садену свой чемодан в одну руку, а в другую – горшок с крапивой, я помчалась вниз, едва не навернувшись на нижней скрипучей ступени, когда в дверь особенно сильно затарабанили.

– Да никого тут нет! – раздался зычный голос со стороны улицы. Хорошо, что шторки все были закрыты, а лавку освещали слабые магические светильники. – Давайте взламывать.

– Что же натворила невеста графа, что за ней явились в брачную ночь и украли? – спросил второй.

Я же задумалась. Вряд ли бы граф поверил в то, что меня похитили, вот только ему действительно выгодно было обставить всё так, будто меня украли. Менее травматично для его репутации.

И всё же надеюсь, что моей живительной водички он дополнительно выпил!

Между прочим, вряд ли ему кто-то посочувствует. В этом городе буквально треть жителей отдали души в залог Ормину из-за его игорной сети!

– Может, влезла в долги? Надо будет поискать по теневым каналам.

– Или перешла дорогу одному из главарей преступного мира? – предположили за дверью.

Я активно закивала, словно подтверждая эту теорию. Пусть лучше думают так, чем знают, что я связалась с самым опасным преступником в мире, похитителем женских сердец Саденом Норвингом, младшим братом Повелителя Дархана!

Развернувшись, я быстро забралась наверх. Саден подхватил меня на руки, когда я едва не навернулась на последней ступени. Наши лица оказались преступно близко. Моё сердце и так колотится как безумное от нашего опасного предприятия, а когда приближается Саден, оно вовсе сходит с ума.

– Саден…

– М-м? – уточнил маг, опустив взгляд на мои губы.

– Саден, нам надо торопиться, – прошептала я, сама осознавая, как не хочу разрывать наших объятий.

Мужчина очнулся и кивнул. Я огляделась.

– Где мой чемодан и Кровяночка?

– Ты назвала крапиву Кровяночкой? – удивился Саден, хмыкнув. – Не волнуйся, уже у Цитрины.

Я все-таки сама отстранилась и встала на ноги. Саден бросился к выходу, я – за ним. Я буквально ощущала, как стражи идут по пятам. Саден ловко взобрался по крылу и сел в седло, а после протянул мне руку. Но схватиться за неё я не успела. Цитрина взлетела вверх, оставив меня на крыше!

И лишь осознав свою ошибку, сграбастала меня в лапы.

Драконица уносила нас подальше от моей лавки, где осталась буквально вся моя жизнь последних полутора лет. Я с тоской смотрела на удаляющийся город и вспоминала любую мелочь, деталь, которая связывала меня с родиной.

Что ж, кое-что из прошлого я прихватила с собой: вот, даже сына булочника!

Кстати, неплохо, что мы его забираем. Оставлять его в Эренбеле действительно опасно. Если его засекли в поместье, то на него всех собак спустят. Не хотелось бы портить жизнь юноше. Даже миранс где-то вдали летел бодро и весело.

Я вдруг ощутила удовлетворение, покидая этот город. По правде говоря, я никогда не вписывалась в Эренбельское общество, но всё же надеялась когда-нибудь найти мужчину со схожими взглядами на брак.

Видимо, зря. Эренбельцы привыкли брать и никогда – отдавать. А мне нужен тот, кто не только примет мою любовь и доброту, но и сам окружит меня такими же чувствами.

Глава 3

Саден Норвинг

Я навис над картами с линейкой в руках и пытался нарисовать контур, где могли прятаться кровопролийцы. Безумные фанатики, проводящие кровавые ритуалы и отбирающие у магов не только их способности, но и жизнь. Настоящий бич нашего столетия. Вот только раньше они селились за пределами Дархана, а теперь оккупировали его, проводят ритуалы прямо под носом – и мы никак не можем вычислить их. Сосредоточение кровавых ритуалов вокруг приграничного городка Тармис, сопредельного с землями кочевников – нарвийцев. Они весьма плохо идут на контакт и не позволяют исследовать их территории.

Нарвийцы – не обычные кочевники, а с весьма специфической магией. Они оградили свои земли от посягательств особой сетью защитных заклинаний, и мы могли бы её пробить, но это будет означать военное вторжение, чего Повелитель не желает. А сдвинуть заклинания так, чтобы о нашей разведке ничего не узнали, мы не можем.

В дверь постучали. Я даже не поднял головы, уже по шагам узнав того, кто приближался.

– Что такое, Мейлз? Дурные вести?

– Да. Человек, которого вы приставили следить за младшей сестрой Повелительницы, донес кое-что любопытное.

Я застыл. Карта тут же потеряла значение.

Милисента. Младшая сестра жены моего брата, которая в детстве была очень милой и улыбчивой. Я видел её тринадцатилетней, когда отправился послом в Рошмад, а недавно, вернувшись и получив от брата поручение заняться кровопролийцами, начал расследование. Ниточки тянулись во все города нашего материка, и вот одна из них привела меня в Орминск – небольшой городок, где, как оказалось, теперь живет Милли.

И я не узнал её.

В уверенной, привлекательной девушке, стоявшей за прилавком, едва ли можно было узнать Милисенту, того самого ребенка, о котором я заботился.

Дело в том, что след привел меня в эту лавку, где закупался один из кровопролийцев. Поэтому, скажем так, я был весьма груб, пытаясь выведать у травницы всё, что она знала об этом человеке.

Я погрузился в весьма яркие воспоминания…

– Неужели вы его не знаете? – спросил я, подавшись вперед через прилавок.

Запах девушки оказался цветочным, что неудивительно для травницы. А глаза – такие красивые и яркие, очень напоминающие мне кого-то, – искрились гневом.

– Подумайте еще раз. Возможно, этот человек был одним из ваших любовников?

Я специально говорил так, чтобы дезориентировать травницу, заставить её оступиться, и я мог выведать всю информацию, которая мне нужна была. Девушка, как и ожидал, вспыхнула. А затем неожиданно подалась вперед и уперлась ладонями в прилавок. Её губы оказались так близко, что я на мгновение сам выпал из реальности.

Что за дела?..

– Саден, ты ошалел?!

Я открыл рот. Во-первых, я не называл своего имени. Во-вторых, какое право имеет эта травница так со мной разговаривать?!

– Ты…

Я вдруг осекся и наконец осознал, чьи черты лица узнаю в этой травнице. Жены моего брата.

Эгросову мать!

– Милисента?!

Я вынырнул из воспоминаний и вопросительно посмотрел на Мейлза.

– Говори.

– Мне передали, что граф Ормин, который пытался ухаживать за ней, готовит свадьбу.Утром к ней прибыли портные. Родители Милисенты приехали вчера в город, а её брат находится под стражей в тюрьме. Свадьба назначена в полдень – мы получили магическое уведомление от нашего соглядатая.

Я шумно выдохнул и сжал кулаки. В груди поднялась такая буря злости, что я едва мог её сдержать. Почему эта глупая девчонка сразу не попросила защиты?! Почему не уехала из этого городка? Слишком желала самостоятельности, не хотела просить помощи у сестры. И вот к чему это привело.

Упрямство, взбалмошность и глупость!

Отчего я так злюсь? Сам не разобрался. Но Милисента с тех пор, как выросла, стала меня злить. Или заводить. Я сам не понимал, какие чувства испытываю к ней, но держался на расстоянии, хотя порой это было тяжело.

Она еще ребенок. Ей нет и двадцати. Я помню её малышкой, но за те пять лет, которые мы не виделись, она превратилась в привлекательную девушку с колким языком. Если бы не наше прошлое…

Я тут же остановил себя, отбрасывая запретные чувства и эмоции. Я должен держать их под контролем. Она всего лишь младшая сестра Даяны, и более нас ничего не должно связывать.

Милисенте и Даяне слишком не повезло с родителями и паршивым старшим братцем. К тому же к Милисенте часто приставали мужчины с тем или иным предложением, не слишком лестным. Каждого приходилось тайно убирать моему человеку, доходчиво объясняя им, что Милисента – птица не их полета.

Но, судя по всему, граф слишком упертый и совету не внял.

Я покачал головой и тут же выпрямился.

– Оставляю Тармис на тебе, Мейлз.

Мужчина склонил голову, а я вылетел из кабинета. Так и знал, что не следует слушать Даяну: она хотела дать сестре свободу, и вот к чему это привело. Милисента была слишком красива, а красота в Эренбеле слишком опасна. Она становится товаром для жадных родителей.

На этот раз я не послушаю ничьих уговоров. И заберу упрямую девчонку в Дархан.

Только бы успеть. Если свадьба назначена на полдень, как полагается, то у меня осталось не так много времени, и я никак не успею на церемонию.

Мы с Цитриной летели так, словно за нами гналась сама смерть. Лишь один раз Цитрина остановилась у водопоя, и после мы продолжили полет. Путь был неблизкий, поэтому я смог прибыть только в полночь и сразу же встретиться со своим человеком.

Шпионы Дархана были во многих городах, но это был мой личный связной по делу о кровопролийцах. И на всякий случай я попросил его приглядывать за Милисентой, объясняя это не только нашей родственной связью, но и тем, что она травница.

Это был особый случай…

Я мотнул головой, отгоняя перескочившие на работу мысли, и уставился на связного.

– Ваше высочество, мне удалось связаться с начальником тюрьмы, он тайком выпустит Танэта в положенное время, но вам следует подписать кое-какие бумаги: о гарантии, что вы заступитесь за него в случае разбирательств. И, разумеется, следует вернуть всю стоимость украденного и выплатить компенсацию.

Я поморщился. Сколько проблем в свое время доставила семья Даяны, и вновь теперь они вредят Милисенте. Пора разорвать этот порочный круг.

– Веди, – коротко откликнулся я.

Для встречи с начальником тюрьмы пришлось надеть маску: не хотелось, чтобы пошли слухи, что Дархан вмешивается в дела другого королевства. Это было совсем ни к чему. Я торопился, поэтому без лишних слов подписал бумаги – деньги передадут завтра из международного банка, я сделаю соответствующие поручения, а Танэта выпустят уже сейчас.

Начальник тюрьмы оказался таким же скользким, как и сам граф, судя по всему, поэтому договор пришлось закрепить бумагами с магической клятвой о неразглашении. Вскоре я покинул тюрьму вместе с Танэтом. Этот увалень был не совсем тупым, как казалось на первый взгляд, и все-таки узнал меня.

– Благодарю, сердечно благодарю! – парень начал кланяться, но я вновь поморщился и резко схватил его за шиворот, прижав к стене.

– Повторять не буду. Видимо, мой брат был слишком лоялен, и ваша семейка решила, что способна управлять жизнью Милисенты, но я ошибок с вашей стороны больше не потерплю: еще раз вы появитесь в жизни Милли, и я прослежу, чтобы от тебя, твоей матери и отца не осталось даже упоминания в архивах Эренбеля. Ты меня понял, Танэт?

Слизняк смотрел испуганно и быстро закивал головой. Мне уже было противно от того, что я прикоснулся к нему, поэтому поспешно отодвинулся. Тело мешком упало на пол. Я не мог назвать этого человека мужчиной.

– Я все осознал, большего не нужно! Спасибо!

– Убирайся из этого города обратно на родину. И постарайся, чтобы я о тебе даже не слышал.

Закивал. Я не уверен, есть ли в этой голове хоть сколько-нибудь мозгов, были бы – жил бы иначе и его девятнадцатилетней сестре не пришлось бы отвечать за него. Когда мысли перескочили на Милли, я вновь почувствовал тревогу, смешанную со злостью. Я все-таки злился на неё за всё произошедшее. В частности, за то, что мне приходится так переживать.

Почему столько мыслей и чувств к милой травнице?

Вздохнув, я быстро направился к Цитрине. Перед тем как взлететь и направиться к поместью графа Ормина, я бросил еще один предостерегающий взгляд на Танэта. Слизняк, в попытке заверить меня в своем понимании, едва не разбил лоб о брусчатку. Усмехнувшись, я повел драконицу вверх.

– Теперь к Милли, Цитрина.

Мой человек должен был задержать Ормина. Но уже на подлете мне пришло сообщение по дневнику переписок о том, что граф все-таки поднялся наверх. Если он хотя бы прикоснется к этой девушке… очень об этом пожалеет.

И я вновь отказывался принимать причины, по которым злюсь.

Глава 4

Сейчас

Милисента Россавель

Я лечу!

И, к слову, не с балкона, не со скалы и даже не с башни, что в моем случае уже невероятное везение.

Я лечу в лапах дракона! Вернее, драконицы. Красивой, золотой и такой же самоуверенной, как и её хозяин – принц наездников драконов.

Как я поняла, что Цитрина слишком самоуверенна? Она резко разжала лапы, когда мы пролетали над поляной подальше от Орминска, и я кубарем покатилась вниз. Прямо в свадебном платье! Фата, кажется, зацепилась за какой-то куст и так там и осталась. И нужно обладать большой уверенностью, чтобы знать, что я не померла в результате этих кульбитов!

– Эгросовы драконьи наездники! – ругнулась я откуда-то из-за травы.

– Ты в порядке? – раздался насмешливо-обеспокоенный голос сверху.

Я подняла руки, проверила, цела ли, а после подскочила на ноги, потирая ушибленный копчик. Саден Норвинг собственной персоной спрыгнул со своей драконицы и приблизился ко мне. У него были ярко-зеленые глаза – такие же, как и трава на поле. Высокий, плечистый, с волнистыми светлыми волосами – я уверена, в него влюблялись все с первого взгляда, а те, кто отказывался влюбляться, точно пользовались какими-нибудь отворотными амулетами.

Потому что не влюбиться в этого нахального и самоуверенного наездника драконов просто невозможно! С такой задачей справлюсь только я. И без всяких амулетов, между прочим.

Ему бы чуть больше манер, цены бы ему не было.

Даже миранс, летающий в небе, казалось, смотрел на хозяина неодобрительно.

– В порядке? – рыкнула я. – Ты меня бросил в траву! Я могла порвать платье.

– Не волнуйся, оно тебе больше не пригодится, – пожал плечами Саден. – Или ты еще за кого замуж собралась?

– Саден Норвинг, ты!.. – я указала на него пальцем, но так и не нашлась, как бы его обиднее обозвать.

– Невероятный? Умный? Спаситель мой? – предложил принц варианты.

На последних словах я поморщилась и посмотрела на свою брачную татуировку. Последние сутки были насыщены событиями.

– Зачем ты явился?! – прошипела я. – Чтобы издеваться?

Саден преодолел разделяющее нас расстояние. Он был меня старше. Я знала его с детства. Когда-то моё сердце колотилось быстрее от упоминания одного его имени, но теперь все это осталось в прошлом.

Я выросла. Больше никогда не влюблюсь в драконьего наездника!

– Зачем? – уточнил Саден, опасно прищурившись. – Спасти тебя, разве не ясно? Ты вновь попала в переплет!

– Вновь?

– Я устал тебя спасать. Толпы твоих женихов всегда поражали, но сейчас это перешло уже разумные границы!

Я открыла рот, не зная, что и сказать на это. Саден говорил порывисто, зло, при этом приближаясь и сокращая расстояние между нами.

– Ты винишь меня в этом?!

– О, конечно, ты не виновата! Дело в твоей красоте. – Саден приблизился и очертил большим пальцем круг на моей щеке. – Ты невероятно красива, Милли, и от этого куча проблем! Но вдобавок у тебя скверный характер. Тебя спасаешь – ты рычишь. Ты способна выесть мозг десертной ложечкой.

– Ну извини, что я вот такая! – Я сложила руки на груди. – Улетай, Саден, и больше никогда не возвращайся! Не волнуйся, на свою настоящую свадьбу я тебя приглашу: увидишь, как сильно я могу любить мужчину, который оценит и мою красоту, и мой характер, – огрызнулась обиженно.

– А она будет? – уточнил Саден, вновь приподняв брови и не дав мне отстраниться, перехватив за талию и прижав к себе. – Тебя не выдержит ни один мужчина, Милли. Я не шутил, когда сказал, что ты можешь выесть мозг. Ты самая невозможная, невыносимая, коварная и взбалмошная леди во всём Эренбеле!

Последнее он практически прокричал в тишине поля. Я растерянно смотрела на него, пока Саден не выдохнул:

– Выходи за меня.

У меня от удивления открылся рот.

Ну и шутки у него! Я даже лоб принца потрогала. Вроде, не горячий. Я же только со свадьбы сбежала. В другую ввязываться не собираюсь.

– Жара нет. Странно. Может, у тебя особый вид горячки без температуры? Не волнуйся, где-то у меня была микстура…

Я собиралась отвернуться, но Саден перехватил мою ладонь, удерживая. Я всё больше нервничала, а Саден думал. Неожиданно он шально улыбнулся и заявил:

– Я требую свадьбу за спасение. Тебе что, жалко?

Жалко? То есть он издевается? Теперь в этом нет сомнений. Вон и долго серьёзный тон сохранить не смог – сразу перешёл на веселье.

– Ты точно перегрелся, – сделала я вывод. – Замуж за тебя не пойду. Устану от твоих многочисленных девиц отбиваться.

Саден вздохнул.

– В этом и проблема.

– В моём отказе?

– Нет, в том, что я слишком хорош и обаятелен и мне приходится отбиваться от назойливых девиц.

Я приподняла брови. Решила, что он шутит, но Саден был серьёзен. Сам меня обвиняет в красоте и наличии поклонников, а за собой никаких грешков не замечает?

– Милли, помоги мне.

– И чем тебе помочь? Подарить веник, чтобы выметать поклонниц? – ехидно уточнила я. – О, точно! У меня были где-то духи со зловонно-болотным ароматом. Закачаешься! Почти как трупак вонять будешь… – Я уже потянулась к сумке, привязанной к Цитрине, но резко остановилась. – Хотя нет, не пойдёт. Ты принц почти в преклонном возрасте – и холостой! За тебя столько девиц хочет замуж, чтобы в последующем быстро стать вдовами, что им легче прищепку на нос поставить, чем от тебя отказаться.

– В преклонном? – зацепился только за это слово Саден и округлил глаза. – Я в самом расцвете сил, Милли!

– Да-да, не буду спорить, – пошла на попятную. – Можешь думать о себе всё, что вздумается. Но замуж за тебя не пойду: в конце концов, спасение меня от бестолкового мужа – хорошо. Но где это видано: спас от одного брака, чтобы затащить в другой?

Я недовольно пыхтела. Саден, смотря на меня, неожиданно рассмеялся и покачал головой.

– Ну, попытаться стоило. Я уже хотел предложить тебе обучение у Эльмиры Золотокапустовой, но раз ты отказываешься… не буду настаивать.

Я открыла рот. Мои глаза загорелись. Эльмира Золотокапустовая – это просто невероятная травница! Лучшая из всех! Она написала три трактата, и каждый был напечатан во всех королевствах нашего мира, внеся просто невероятный вклад в целительство!

Обучение у неё – это моя мечта!

– Она как раз остановилась в том же городе, где я расследую дело, – продолжил Саден, с насмешкой глядя на меня. – В Тармисе, на окраине Дархана. Я могу замолвить за тебя словечко.

Мои глаза загорелись. Это то, о чём я мечтала! Но… Соглашаться на его условия? Ни за что! Скорее, сделаю вид, что нам все равно по пути, и сама найду Эльмиру и буду умолять её об обучении.

– Пожалуй, нужно поспать. Утро вечера мудренее. Пока летим в твой Тармис, всё равно не хочу в столицу, – проворчала я.

Саден улыбнулся.

– Ты ни за что не признаешься в том, что рада моему предложению и не желаешь сразу возвращаться к сестре?

Нет, я очень любила сестру! Просто… мне было стыдно. Стыдно, что я не справилась и подвела её.

– Я просто хочу спать, – пожала плечами и зевнула, прикрыв рот ладонью, а после направилась к Цитрине.

Покачав головой, Саден пошел следом за мной, подсадил и после сел позади. Когда вновь ощутила его так близко, сердце забилось быстрее. Что же творится со мной при близости этого наездника?

Я окончательно расслабилась и положила голову на грудь принца. Опомнилась и выпрямилась, а после услышала характерный хруст. Выглянула из-за плеча Садена и обомлела, горестно вздохнув.

Саден тоже оглянулся. Но было поздно. Все листья моей Кровяночки были окончательно потеряны где-то в бездонном желудке Миранса!

– Он сожрал мою крапиву, – прокомментировала я, и Саден кивнул, будто подтверждая моё нехитрое наблюдение.

А это ведь особенный сорт. Я купила его у проезжего торговца, он уверял, что это тысячелетняя крапива, которая способна обрести разум, нужно лишь подобрать к ней особое зелье. Я не верила в эти россказни, но мне так она понравилась, что я отдала за неё баснословную сумму в двести золотых!

И теперь она точно не оживёт из-за Миранса. Живодёр! Ой, не так. Флородер!

– Шаардан великая, предупреждать же надо, что у тебя Миранс травоядный. Я бы ему псиллиума дала, только семена подорожника соберу, если остановишься в горах. А так… осталась я без Кровяночки.

Вновь взглянула на совершенно пустой ствол, уже заметно приунывший.

– Извини, – тихо сказал Саден.

– Ты умеешь просить прощения? – изумилась я, встрепенувшись. – У тебя точно температура! Такой горячий и вообще… странный.

Мы встретились взглядами. Саден не ответил, а я постаралась смириться со своей судьбой.

Окончательно обретя спокойствие, я отвернулась, смотря на проплывающие впереди пейзажи. Мы находились недалеко от Шаяхских гор. Красивых, величественных, но в темноте едва различимых. Внизу протекала река и раскинулись зеленокроные леса. Тишь, благодать и величие природы.

Под тепловым куполом было не холодно, но от сонливости он не спасал. Нам нужно было облететь Шаяхские горы по полукругу, поэтому лететь пришлось бы до самого утра.

Я много болтала и рассказывала о своих посетительницах:

– …Особенно тетушка Марта. Мои микстуры всегда ей помогали. А еще она рассказывала много забавных историй. Одну из них… – Я резко замолчала, оглянувшись на Садена. Принц с улыбкой смотрел на меня. Я нахмурилась. – А ты чего улыбаешься?

– Просто удивительно, как в тебе сочетается непосредственность и любовь к работе.

Я закатила глаза и вновь замолчала. А после зевнула. Сегодня рано встала, чтобы подготовиться к свадьбе, и закономерно устала. Еще и ночь наступила неожиданно быстро.

Периодически я дремала, клевала носом и вообще старалась использовать всю площадь мужской груди как подушку, но она, зараза, была очень жёсткой и неудобной.

– Вот не мог чуть побольше есть? Сладостей, мучного, на тебе спать же неудобно, – проворчала я.

Ещё и есть хотелось. Я уже и сама стала заинтересованно смотреть на стебель Кровяночки. Ну а что? Моя бабушка любила суп из крапивы. Жаль, что миранс все листья проглотил. А из стебля вроде не варят суп.

– Просто я слишком усердно тренировался. Не забыла, что я один из лучших мечников Дархана? – произнёс он, но без хвастовства, а как констатацию факта.

Я обернулась к Садену и… неожиданно застыла. Просто наши лица были близко. Саден смотрел своими зелёными глазами неотрывно, так, что у меня сердце, казалось, пропустило удар. Вот и почему он такой великолепный? Теперь я понимаю всех его многочисленных любовниц!

– Ты не только один из лучших мечников, ты вообще лучший, – неожиданно выдала я, тут же смутилась и отвернулась, решив, что хватит с меня сегодня разговоров.

Надо спать!

Снилось что-то прекрасное: во сне Саден танцевал чечётку, причём в саду и совершенно обнажённый. Всё самое интересное прикрывал горшок с крапивой, который он держал, приплясывая. В этот момент за ним наблюдали многочисленные толпы невест, желающие взять его в оборот, а я хихикала, поедала виноград и попивала сок из фужера. В общем, идиллия и блаженство. Фантазия работала хорошо и обрисовывала каждую мышцу на сильном, натренированном теле Садена…