Текст книги "Жемчужный монстр. Любовно-фантастический роман"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhemchuzhnyy-monstr-lyubovno-fantasticheskiy-roman-202411.jpg)
Автор книги: Наталья Патрацкая
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)
Глава 5
Женщина познала прелести жизни без охраны. Один из мужиков по кличке Буек ее взял насильно. Второму по кличке Ледок она на дух была не нужна. Первый понял, что можно выслужиться перед графом Павлином, и взял курс на дворец. Даме он приказал молчать о насилии, тогда она останется жива.
Граф Павлин, увидев, что его ребята поймали золотую курочку, не стал их бранить за внеурочный визит. Им оплатили доставку певицы, которую трудно было не узнать. В гардеробе нашлась одежда для певицы. Поговорив, граф Павлин попросил ее добровольно остаться на неделю. От нее он потребовал, чтобы пела каждый вечер по три песни без музыкального сопровождения, больше ее пения он не мог выносить.
Виктория попала в знакомую до боли золотую клетку: спальная комната, терраса, маленький дворик с цветами – это все, что она могла видеть. Мало кто знал, что она жена графа Павлина, что они оба без моря жить долго не могут.
К Виктории относились предупредительно, но никуда не выпускали. Граф Павлин на близости с ней не настаивал, свою страсть он утолил с Аллой и был элементарно пуст. Желания у него отсутствовали, но он не мог отказать себе в удовольствии вновь видеть блистательную певицу на своей территории, тем более что она сама попала в сети яхты. Небольшие усилия его людей – и она у него дома по своей воле.
Вечером Виктория в пансионате не появилась.
Наступила теплая ночь. Луна спала за тучами. Стрекотали тихо сверчки. Светились светлячки. Лиана согласилась отнести пакет смотрителю утром, а пока она смотрела в окно. В ее голове стояли вопросы Ильи. Детектив ей все больше нравился. Их души как бы играли на одной волне интересов.
Илья в это время смотрел в окно и мечтал о Лиане. Их чувства соединились где-то в ночном небе. Они мечтали. Потом одновременно легли спать и снились друг другу.
Алла лежала с открытыми глазами. Юра спал рядом с ней. Два ее партнера: граф Павлин и Юра – прошли через ее мысли. Потом она с обидой вспомнила, как граф Павлин ее отдал двум охранникам после себя, содрогнулась от ужаса воспоминаний. Третий раз он к ней совсем не прикасался, сразу отдал тем же охранникам, а сам сидел в кресле, пил красное вино из бокала, наблюдал за их действиями. Она брезгливо передернулась. Ее нервы были на пределе, хотелось реветь, рыдать, но она молчала, как затравленный зверь. Она заснула и слегка стонала во сне.
Певица Виктория лежала в золотой спальной комнате, больше похожей на золотую клетку. Ее никто не тревожил, но ей было страшно, жутко и обидно. Среди золота и роскоши не было простого телевизора, не было радио, не было книг и журналов. Она лежала и смотрела в темную ночь за окном, которое выходило на веранду, а окна веранды выходили в маленький цветник, дальше – один большой забор… Виктория грустно вздохнула и вспомнила, что любимую сумку на колесиках она потеряла вместе с вещами, потом она подумала о матросе с яхты и уснула.
Граф Павлин спал один. Два охранника, с которыми он делился Аллой, спали за его дверью, сидя в креслах. Совесть его не мучила, он старел. Женщины ему все меньше были нужны. Алла и так дважды его завела, что было для него уже большой редкостью и радостью. А охранников-то он должен был порадовать? Вот и поделился, как последним куском хлеба, своей последней любовью. Он думал, что Алла будет об этом молчать.
Утро пролилось дождем. В пансионате все сидели по своим номерам, в столовую ходили по переходам между корпусами. Музыканты долбили ракетками по белым шарикам. Стук и крик слышно было далеко по коридорам здания. Музыкант-директор сидел один в номере, он думал о порошке, который стоил много денег, хоть и не был наркотиком (в том и была его ценность) а действие на организм человека оказывал вполне определенное – снотворное. Он уже знал, что выловили чемодан, но как его заполучить? Илья сам пришел к нему в номер и прямо спросил про порошок. Музыкант-директор вздрогнул.
– Где Виктория? – спросил Илья у директора-музыканта.
– Этого я не знаю, – боязливо передернулся музыкант.
– У нее был в чемодане порошок белого цвета?
– Был, но это не наркотик, это снотворное, успокоительное средство, не спрессованное в таблетки по просьбе заказчика.
– Откуда порошок, для кого он? – продолжил допрос Илья.
– С фармацевтического завода. Кому предназначался, я не знаю. Я должен был его отнести смотрителю башни. Дальнейший путь порошка мне не известен.
– Порошок я Вам отдам, Вы его отнесете смотрителю, а мы посмотрим, куда он дальше пойдет. Согласны?
– У меня нет выбора. А насчет певицы Виктории – ее надо неделю подождать, если не появится, тогда искать. С ней такое уже было, сбегала она ото всех.
– Вот порошок. Действуйте, как договорились.
Илья, закрыв дверь, почувствовал легкость оттого, что не надо в это дело Лиану втягивать. Она ему была дорога.
Дождь прекратился. Люди стали выходить из корпусов. Четверка из корпуса направилась к танцевальной веранде. Илья, увидев их шествие, подошел к ним поближе.
– Лиана, я не хочу ехать в твой город, – сказал Паша.
– Кто бы в этом сомневался, – отозвалась огорченная Лиана.
– И правильно, мы с Лианой одни уедем к себе домой, – сказала без эмоций Алла.
– Разъедемся по своим домам, и дело с концом, – промолвил безразлично Юра.
– Мужчины, а где певица Виктория, это вы ей помогли бежать? – спросила Лиана, изображая заинтересованность в чужой судьбе.
– Следопыт, от тебя ничего не скроешь! Да, это мы донесли вещи до причала. Яхта ждала на горизонте. За Викторией выслали шлюпку, – ответил Паша.
– А почему нашли ее вещи? – спросила Алла.
– Вот этого я не знаю, – честно ответил Паша.
– Интересно, где она сейчас находится? – спросила Алла, ни к кому не обращаясь.
– Алла, она там, где ты была, – раздраженно сказал Юра.
– Что? Она у графа Павлина? – выпалила ревниво Алла.
– И ты к нему хочешь? – язвительно спросил Паша.
– Хочу! Вот хочу, и все! Да, я хочу к нему, но он меня не хочет, а теперь у него еще эта певица Виктория! – раскричалась Алла.
– Алла, мы тебя можем отвезти во дворец Павлина на белом теплоходе, он туда через день ходит, – сказал ей Юра с издевательскими нотками в голосе.
– Сама уеду! – крикнула Алла, полная ревности к сопернице.
– Вот до чего дошла любовь! Женщина к мужику собралась ехать, а у него другая! – завопил Юра.
– Не трави душу! Денег нет, а то бы поехала, – крикнула Алла.
– Алла, так мы тебе наскребем на дорожку, – сказал Юра, – мы и до теплохода тебя проводим, а хозяйкой станешь – авось про нас не забудешь.
– О, редиски! Вот издеваются! – Алла вздрогнула и ушла с террасы.
– Лиана, а ты куда хочешь? В сторожку в домино поиграть? – спросил Паша.
– Илья надо мной не издевался, как вы! Паша, ко мне больше не подходи! Считаю, что я отработала пансионат, – сказала Лиана.
Илья всех четверых выслушал и незаметно покинул свой наблюдательный пункт в кустах. Он понял, что певица вернется, пусть не сразу, но вернется. Белая яхта в этих местах была только у графа Павлина. Илья пошел докладывать о событиях директору пансионата: у каждого свой в жизни начальник. Директор должен знать все, но его почти никто не знал и не видел.
Директором пансионата работал незабвенный господин, он спокойно сидел в кабинете как простой чиновник с обычным именем Иван Сергеевич. Но то, что директор пансионата Иван Сергеевич Павлинов и пресловутый граф Павлин – одно лицо, мало кто знал. Этого не знал и сам Илья, он лишь догадывался, рассказывая директору все, что сам знал.
Директора могла бы узнать Алла, но Юра его не видел, когда они были у него в замке. За ними и их любовью граф Павлин от скуки наблюдал сквозь хитрое зеркало: он их видел, а они его не видели. А кто Аллу пустит к директору? Никто! Но о желаниях Аллы Илья сообщил директору пансионата.
Директор выдал Илье премию. Детектив, счастливый, пошел в свою сторожку играть в домино. Граф Павлин задумался. Оказывается, Алла его не забыла. Мало того, она его ревновала! Это было полной неожиданностью. Это было приятной неожиданностью!
«Ох, как скучно, – подумал он. – Все знаю, нет серьезного противника».
– Есть! – сказал вслух сидящий в нем глубоко граф Павлин. – Надо, чтобы Лиана следила за смотрителем, когда ему передадут порошок.
Он позвонил Илье.
– Илья, Иван Сергеевич тебя беспокоит, сделай так, чтобы твоя мудрая Лиана проследила за музыкантом-директором, когда тот будет передавать порошок смотрителю. Не упусти момент. Пусть она ведет этот порошок до графа Павлина!
– Будет сделано, сейчас все на обеде, я их у столовой встречу, – усмехнулся мысленно Илья, но удержался от комментариев.
– Бери машину! Важно, чтобы Лиана видела момент передачи товара, оторви ее от сопровождающих ее лиц под любым предлогом! На карте честь пансионата!
Граф Павлин любил быть двуликим Иваном Сергеевичем.
Илья заглянул в столовую: музыканты ели, пили. На коленях у музыканта-директора лежал пакет, товар был на месте. Вся четверка была в сборе. Он направился к своему столику, быстро поел, пошел наперерез Лиане. Паша сделал недовольное лицо. Лиана подошла к Илье.
– Лиана, идем со мной! Мы с тобой поедем к башне.
– Интересно, поехали, Илья, – сказала Лиана и помахала остальным.
Лиана и Илья, не оглядываясь, пошли к центральному выходу из пансионата, где стояла служебная машина для разъездов. Он сам сел за руль.
– Лиана, я тебя подвезу, но рядом с тобой меня быть не должно, ты будешь следить за входом в башню. Есть предположение, что сегодня будет передана контрабанда смотрителю. Ты проследи, кто передаст ему пакет, постарайся увидеть того, кому смотритель потом передаст пакет. Вот карандаши, бумага. Ты сиди и рисуй, на тебя не будут обращать внимания. Ты говорила смотрителю, что художница, так вот и рисуй с натуры морские волны.
Илья отвез Лиану к башне и исчез в стороне городского рынка. Она села рисовать. Смотритель сам подошел к Лиане и спросил:
– Девушка, у тебя памяти совсем нет? Решила волны рисовать с натуры? Рисуй, а мне не мешай. Если бы ты еще немного в сторонку села от башни, вон на том валуне.
– Хорошо, я пересяду. Какие сегодня волны красивые!
– Что ты в них нашла? А, все художники убогие, что на них обижаться, – проговорил смотритель и пошел к башне.
Минут через двадцать показался музыкант-директор. Он подсел к смотрителю, потом поднялся на смотровую площадку, а вниз спустился без пакета. Лиана пакет заметила, но еще она заметила, что пакета в руках возвращающегося музыканта-директора не было. Смотритель после ухода музыканта-директора повеселел.
– О, рисует. Смотри ты, а волны как живые. Девушка, а ты и впрямь художница! Мне бы волны свои подарила, я их на стенку повешу.
– Один рисунок я Вам подарю, сегодня волны хорошо получились, но мне еще надо немного их дорисовать.
– Ладно, рисуй, девушка, раз мне рисуешь.
У Лианы возникло ощущение, что смотритель принял на душу грамм сто водки или больше и был навеселе и взволнован. Она сидела, рисовала и не поворачивала голову в сторону смотрителя. Прошло полчаса перед тем, как появилась яхта.
Смотритель с пакетиком пошел к берегу, взял лодку…
– Ой, подождите! Я с Вами хочу прокатиться! – закричала Лиана.
– Девушка, ты чего ко мне привязалась? – спросил смотритель.
– Я не к Вам, я к волнам привязалась, – сказала Лиана и полезла в лодку смотрителя. Рисунок она оставила под валуном.
– Ладно, поплыли на яхту.
– Зачем привез бабу? – спросил матрос недовольным голосом.
– Это не баба, а художница. Она волны рисует, она с вами хочет прокатиться.
– А можно?! – прокричала Лиана свой вопрос.
– Садись и не мешай, а сюда мы только к вечеру вернемся.
Пакет с белым порошком исчез в трюме яхты. Лиана села на корме. Мужчины разговаривали. Смотритель сел в свою шлюпку и поплыл к берегу. Яхта взяла курс, известный Лиане по экскурсии на теплоходе. Она сидела, смотрела, молчала. Последнее, что она заметила на берегу, так это машину Ильи. Смотритель ему что-то сказал. Илья пошел и взял рисунок под валуном.
Яхта набрала скорость. Спасательная башня исчезла из поля зрения. К Лиане мужчины относились на редкость равнодушно, они ее воспринимали как убогую личность, рисующую волны. С виду она напоминала весьма невзрачную серую мышь. Это певица Виктория была вся из себя. Она выпрыгивала при ходьбе из своего платья. А у Лианы все было закрыто, и сама она – скучная. Матросы Буек и Ледок о ней сразу забыли.
Яхту встретил на причале сам граф Павлин в шикарной светлой одежде. Лиана заметила, что пакет Буек отнес в боковую дверь замка. И в этот момент к ней важно подошел граф Павлин. Он сказал, что ему уже известно, что она художница, а у него есть для нее заказ.
Лиана тут же выросла сама в своих глазах. Они вошли во дворец Павлина. Ей показалось, что число зеркал в замке больше числа самих стен, она отражалась со всех сторон и быстро почувствовала, что ее одежда мало подходит к этому замку.
Граф Павлин заметил смену ее настроения, но продолжал показывать картинную галерею, состоящую из одних павлинов, изображенных на полотнах.
– Лиана, мне нужен павлин на фоне морских волн. У меня есть живой павлин, его необходимо нарисовать на фоне моря. Справишься с такой работой?
– Думаю, да.
Граф Павлин внимательно посмотрел на скромную девушку и решил, что ему необходимо отправить певицу назад в пансионат: не волновала его певица. Он позвонил на яхту и сказал, чтобы певицу доставили в пансионат. Провожать ее он не вышел. Виктория обрадовалась тому, от чего недавно сбежала.
Лиане предоставили на выбор парчовые халаты с павлинами, они были относительно безразмерными. Она примерила один халат и почувствовала себя вполне комфортно.
Граф Павлин посмотрел на Лиану и понял, чем она отличается от энергичной Аллы и еще больше от нервной певицы Виктории: спокойствием. В ней была основательность. Она ходила, а не бегала и не летала, она ничего не просила, но внимательно смотрела на картины. Он предложил ей сесть в кресло. Им привезли столик с едой и напитками.
Впервые в жизни граф Павлин почувствовал себя в своем дворце дома. Лиана не роптала, без жеманства ела пирожки и запивала компотом. Она была спокойна. С ней не надо было хитрить, ухаживать, выворачиваться наизнанку. Можно было просто сидеть, есть, пить, молчать. В ней не было кричащей сексуальности певицы, но она приятно радовала глаз искушенного любителя женщин.
– Лиана, для Вас у меня есть комната, а все, что потребуется для написания картины, доставят. Вы напишите, что нужно.
Граф Павлин ушел в свои покои. Михайловна проводила Лиану в золотую комнату, где жила певица Виктория.
– Я не буду работать в этой комнате! – возмутилась Лиана и спросила: – Есть комнаты выше этажом?
– Есть, но они намного проще, и сейчас они заняты.
– Пойдемте, пожалуйста, и посмотрим на вид из окна из комнаты выше этажом.
Михайловна показала девушке комнаты на верхнем этаже.
Лиана выбрала одну комнату с видом на море, которую ей быстро освободили. Она написала перечень предметов, необходимых для работы над картиной. Лиана включила мобильный телефон, но он не работал. В окно она увидела, как певица Виктория села на яхту, которая поплыла в сторону пансионата. «Смена пленниц», – подумала девушка и услышала крики павлинов на птичьем дворе. Страшно в замке ей не было, но и скучно тоже не было.
У Лианы появились приятные заботы, ей привезли все, что она заказала для работы над картиной. Павлина она нарисовала карандашом, море на эскизах прорисовала весьма подробно, нужно был объединить рисунки и потом изобразить маслом на холсте. Она трудилась в своей комнате на верхнем этаже замка.
Граф Павлин иногда заходил к Лиане в комнату, сидел в кресле, смотрел и уходил. Она все больше ему нравилась. Он не пытался ею завладеть, не пытался напоить, околдовать своим богатством. Он хотел одного: чтобы она всегда была в его доме. У него не было рядом дочери. Впервые в жизни у него возникло желание оберегать, а не нападать. Он знал, что через четыре дня ей надо уезжать домой. Успеет ли она написать картину? Скорее да, чем нет.
Лиана работала над картиной и была счастлива. На шкатулках она писала-рисовала картинки на заданную тему, размер которых был сильно ограничен. На холсте она писала-рисовала так, как ей того хотелось. «Так бы и рисовала здесь всю жизнь», – мелькала в ее голове мысль, и тут за окном она увидела белую бабочку. Лиана открыла окно.
Бабочка быстро нашла перья павлина в вазе на окне. Девушка посмотрела на перья и удивилась тому, что рядом с ними протянуты провода, но решила, что это не ее дело, не ее комната, а это чужие перья и провода она не тронет.
Певица Виктория пришла на ужин красивая. Люди в столовой встретили ее оглушительными аплодисментами. Она в ответ пригласила всех на концерт в концертном зале пансионата после восьми вечера. Народ ответил дружными хлопками в ладоши. Виктория подошла к трио: Паше, Алле и Юре – и пригласила их выступить вместе с ней. Они согласились. О Лиане не вспоминали, все были твердо уверены в одном: раз здесь Алла и Виктория, значит, Лиана там, где были они.
Через час зрители пришли в концертный зал. Виктория хорошо отдохнула и выступала с чувством, пела она своим голосом без всякой фанеры. Трио за ее спиной пело от души, но их микрофоны звучали глуше. Они ей вторили, как волны, а слышно было ее – певицу. Музыканты играли с вдохновением, они лучились от счастья, ведь их прима, душа и зарплата Виктория вернулась из короткого путешествия, да еще с хорошим настроением.
После концерта Паша крутился у трона Виктории. Он таял от ее вида, от звуков ее голоса. Музыканты не стали мешать очередному поклоннику примы. Естественно, Паша пришел к певице в номер. Купил шампанское и конфеты. Решил, что раз буфетчица другая, значит, с шампанским все нормально.
Певица устала от презрительного невнимания графа Павлина, а тут Паша перед ней просто стелился. Она была польщена. Рабов Виктория любила. Вдвоем они выпили всю бутылку шампанского и съели часть конфет. Павла Виктория не отвергла. Они вдвоем легли на кровать, но с ними что-то произошло: они просто уснули.
Утром Виктория и Павел не могли проснуться. Юра и музыканты заглянули в окно Виктории. Шторы были слегка открыты. Они увидели, что певица и Паша спят в одежде на одной кровати.
Директор пансионата получил информацию о певице Виктории, ведь это его служба добавляла снотворное в бутылки. У них была разработана своя технология по введению снотворного в винно-водочные бутылки. Новая партия специально была сделана слабее, чтобы не сразу понимали, почему уснули. Результаты всегда докладывались директору. Его это развлекало, а особенно то, что происходило с его отдыхающими.
Вот и теперь не было любви и измен. Певица Виктория и Паша просто спали. Их будить не стали. Проснулись они сами к обеду. У певицы вечером был концерт в Абрикосовке. Виктория вновь пригласила трио принять участие в ее концерте.
Алла ничему не удивлялась и купила себе новое блестящее платье. Ей понравилось со сцены смотреть в зал. Сцена затягивала. Аплодисменты она принимала на свой счет, и это ее радовало несказанно.
Паша и Юра тихо басили, притягивая взгляды женской половины зала. Певица Виктория чувствовала, что это трио благотворно влияет на внимание зрителей. Она решила их использовать во всех оставшихся концертах. Так для нее было легче. Музыканты у Виктории ничего лишнего не спрашивали, они играли изо всех своих творческих сил.
Все билеты на оставшиеся четыре концерта были раскуплены. Через четыре дня четверке предстояло покинуть пансионат. О Лиане не говорили. Илья ничего у ребят не спрашивал. Он приоделся и выглядел самоуверенным.
Юра и Паша решили себе купить одинаковые брюки и рубашки на четыре концерта. Певица их идею одобрила. Алла добавила к гардеробу новые босоножки на тонком каблуке и толстой подошве.
На второй концерт публика пришла с букетами цветов. Зрители в зале принарядились. Музыканты приоделись. Праздник получался обоюдный. Цветы текли по рядам на сцену. Буфет работал на полную мощь. Концерт шел. Зрители засыпали. Кое-где слышался обыкновенный храп.
Певица Виктория начала нервничать. Паша понял, что и сюда дошли длинные руки графа Павлина. Он пытался в антракте объяснить певице причину сна в зале. Но она отказывалась его понимать и еще сильнее нервничала.
Вечер, душный и жаркий, заставил всех приложиться к напиткам. К концу концерта зрители спали. Аплодисментов не было. Музыканты уснули на своих местах на сцене. Певица Виктория уснула в костюмерной. Рядом с ней на стульях спали Юра и Алла.
Не спал один Паша. Он осмотрел сонное царство и подумал, что охрана здесь не поможет, да и не хотел он наживать врагов среди сильных людей Абрикосовки. Раз кто-то устроил сон, значит, так было надо.
Он вышел из концертного зала и пошел к башне подышать морским вечерним воздухом. Смотритель обрадовался Паше как родному. После отъезда девушки-художницы он загрустил. О своей грусти смотритель сообщил Паше. Он ему рассказал, что девушка, которая здесь рисовала волны, уехала на яхте и не вернулась.
Паша ожидал такой развязки по поводу исчезновения Лианы. Он опять о ней думал, и разговор со смотрителем был кстати.
– А Вы случайно не знаете, когда здесь вновь появится яхта? – спросил Паша у смотрителя башни.
– О, милый человек, этого никто не знает! Приплывет яхта, непременно приплывет, – ответил смотритель. – Девушка-то сидела вон на том валуне. Яхта-то и приплыла. Уехала с ними девушка. Думал я, что она до вечера уехала, а ее двое суток нет.
Паша подошел к валуну, под которым лежал кусочек рисунка с изображением морских волн и несколько штрихов с изображением яхты. Он сел на валун. Опускалась ночь. Сквозь пространство ночи Паша понял, где надо искать Лиану. Ему казалось, что она говорит с ним сквозь темное и теплое небо.
Решил он поехать к ней на следующий день на теплоходе, но о планах своих решил молчать, сказал спасибо смотрителю за участие и поспешил в пансионат. Номер был пуст, это не очень огорчило его. Он закрыл дверь и уснул сном праведника до утра.
Сон целого зала не остался незамеченным, о нем проговорилось местное радио. Газету выпустить на эту тему не дали, не дали с этой информацией выйти и диктору на телевидении. Прошел шепот о секретном снотворном, которое в крови обнаружить не могли. После того, как человек просыпался, снотворное исчезало. Брать анализ крови у спящих людей еще не додумались.
В буфете проверили напитки и продукты, но период распада элементов снотворного после его растворения оказался слишком коротким. В порошке снотворное сохранялось долго, но растворенное имело короткий срок хранения, распадаясь на широко распространенные элементы. Этими факторами и пользовался граф Павлин и держал невидимую власть над целым регионом.
Следующий концерт был под угрозой срыва. Народ боялся идти на концерт. Зрители пытались вернуть свои деньги за билеты, но им отвечали, что нет причины для беспокойства, и добавляли, мол, берите с собой свою воду и продукты. Люди стали шутить, что если не посмотрят концерт, так хотя бы выспятся. У входа в концертный зал стояли охранники. Они проверяли ручную кладь и сумки женщин. Концерт прошел вполне пристойно. Спящих людей в зале не было.
Медики ходили между рядами и всматривались в зал. Все было спокойно. В каждом деле важна внезапность события.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.