Читать книгу "Жена мятежного лорда"

Вернувшись в комнату к Леору леди Лантен разжала стиснутый кулак и бережно положила на стол несколько чудом уцелевших лепестков нэвы-Истолы, или, если перевести на человеческий язык, «Чистой Истолы». Эльфийское растение названное в честь самой сильной колдуньи Леса Иста-эль. Если верить легендам, то именно из ее слез родилось растение выводящее из организма любые яды.

В комнату заглянул граф и, пряча взгляд, сухо обронил:

– Сюда стол не влезет. Сейчас мои люди перенесут раненного в малую столовую.

– Надеюсь, они не уронят его,– едко ответила Тали.

– Леди Лантен, я приношу свои искренние извинения…

– Вы принесете их ему, когда он очнется. Вы будете смотреть в глаза честному вояке и рассказывать, как ваши люди слушают ваши же приказы и почему он в вашем доме едва не отправился к праотцам. А я приму ваши извинения только тогда, когда вы предоставите мне виновницу или виновника. И именно я решу, как наказать отравителя.

Каждое обращение Тали выделяла голосом. «Ваши», «ваше» – с ударением, с четким жестом. Она обвиняла и у Ричарда не было права оправдаться.

– Ваше требование правомерно,– склонил голову граф.

Тали забрала травки и вышла, позволяя двум высоким, крепким мужчинам войти в комнату. И, когда они вышли, она отправилась следом удерживая в правой руке сгусток силы. На тот случай если Леора все же рискнут уронить, то она подхватит.

В малой столовой был жарко растоплен камин, с парадного стола снята шелковая скатерть и постелена льняная простынь. Два ведра ледяной колодезной воды дожидались Тали и нэвы-Истолы.

– Погасить камин, свечи, занавесить окна,– отрывисто бросила Тали. – И еще одну пустую емкость для использованной воды.

– А сразу нельзя было сказать,– едва слышно буркнула служанка. И вздрогнула от ехидного:

– Вас тяготит работа в доме графа? Хотите в поля? Или в трактир подносы носить?

От злости у Тали между пальцев начали проскакивать искры. И она, не теряя времени, растерла в пальцах нэву-Истолу и бросила получившуюся кашицу в воду. Которая сразу же осветилась холодным, голубым светом.

Оставив воду на минуту, Тали опустила во второе ведро оставшуюся простынь, после чего, не отжимая, с головой укрыла ею полностью обнаженное тело раненного мага. К этому моменту из источников света осталась только вода с нэва-Истолой.

Тали держала ладони над поверхностью воды и притягивала к коже свет. Захватив побольше очистительной силы, она переводила руки к голове Леора, и на простыни появлялись темно-серые разводы. И чем дальше Тали перемещалась, тем темнее становилась подсыхающая от магии скатерть.

Редкие целители использовали нэву-Истолу. При предельной простоте использования этот цветок имел небольшой минус. Совсем маленький – чем дольше очищающий свет соприкасался с человеческой кожей, тем сильнее была боль. То, что вначале ощущалось как приятная прохлада становилось обжигающим холодом, а после резкой, почти нестерпимой болью.

Голени и ступни Леора Тали обработала уже на чистом упрямстве. По побелевшим щекам катились крупные слезы. Руки дрожали, колени стали мягкими. На закушенной губе выступило несколько капелек крови.

– Растопите камин, его нужно хорошенько прогреть,– бросила она. – Воду слить под больное растение. Дерево или куст.

Пошатнувшись, Тали почувствовала на своей талии горячие, крепкие ладони. Граф Террант едва успел поймать ее.

– Сегодняшнюю ночь мой побратим Дианор проведет у постели мастера Леора. А я буду сидеть под дверьми вашей спальни,– спокойно, уверенно произнес Ричард. – В рейд никто не выйдет.

– Мне не остается ничего другого кроме как вновь поверить вам,– едва шевеля губами произнесла Тали. – Никаких лекарств Леору нельзя. Ни в коем случае. Даже если с небес сойдет сама Иста-эль и будет утверждать обратное. Любое, самое слабое зелье данное с самыми лучшими побуждениями убьет Леора.

До спальни Тали дошла сама, намертво отказавшись принимать помощь графа.

– Мы не в тех отношениях, милорд, чтобы вы носили меня на руках.

Вспоминать о том, как он нес ее через лужу Тали не стала. Маленькие слабости бывают у всех. А сейчас она должна быть сильной. Если не ради себя, то ради мастера Леора, чья жизнь висит на волоске и зависит лишь от благородства Дианора. И Тали крепко сомневалась, что наемник Дин знает хоть что-то об этом странном звере – благородстве. Надежда была только на то, что он побоится подставить побратима.

Глава 7

Ричард тщательно осмотрел оставшееся от трав и зелий месиво. Что-то поднял, упрятав в белоснежный платок. Проследил нечеткий след до двери и, нахмурившись, вернулся к шкафу:

– Ничего не пропало?

– Я не смотрела,– покачала головой Тали. – Завтра. Я сейчас не смогу.

Скользнув пальцами вдоль створки, граф снял тонкий волос, который упрятал в отдельный платок. Тали даже на мгновение заинтересовалась, сколько у него их припасено. Но острые иголочки, покалывающие ладони, отвлекли целительницу.

Ричард посмотрел на бледную до синевы невесту и спросил:

– Этот обряд отнимает так много сил?

– Нет, милорд,– устало отозвалась Тали. – Это просто очень больно и одновременно очень холодно. Хотя и магии требуется много, но чистой. Не нужно удерживать в сознании формулу или рисунок.

Она вяло поболтала в воздухе рукой, будто пытаясь изобразить магическую фигуру.

– Всем больно?

– Только людям. Эльфы же лечатся только нэва-Истолой. Эта раса не болеет в принципе, но отравить их можно. Или ранить. Для ран применяют сайто-Сан. Но людей он убивает. Как целителя, так и раненного. Вы закончили, граф? Прикажите принести дополнительное одеяло и горячий чай в большой, толстостенной кружке.

– Сейчас все будет, миледи. Через сколько вы уснете? Я хочу поговорить с людьми.

– Вы действительно собираетесь ночевать у меня под дверью?

– Я всегда держу слово,– скупо улыбнулся лорд Террант.

Выйдя в коридор Ричард осмотрелся и с силой дернул за шнур, вызывая служанку. Не рассчитав силу, граф с некоторой неловкостью отодвинул ногой оборвавшийся витой шнур. Как будто он всегда валялся у стены.

Служанка примчалась быстро, и вздрогнула, увидев вместо леди лорда.

– Подайте в комнату крепкий, сладкий, очень горячий чай в моей походной кружке. И пусть вся прислуга соберется в обеденной зале. Принесешь чай лично ты, поняла? Никого другого не пропустит защита.

– Да, милорд,– коротко ответила служанка, развернулась и, подобрав юбки, опрометью бросилась выполнять приказ.

Сам граф отправился в левый флигель – там он разместил своих бойцов после вынужденного переезда из замка.

Он был до крайности зол и разочарован произошедшим в его доме. Кому-то из слуг (а подозревать свои людей Ричард не стал бы ни в коем случае) пришло в голову променять сытую и спокойную жизнь на…а на что собственно? На единоразовую выплату? Но кто может заплатить за смерть обычного боевого мага? Такие вещи стоят максимум десять золотых, а зарплата у той же служанки пять. Граф покачал головой, в подкуп ему не верилось.

Теперь из-за всего этого бардака людей придется лишить отдыха, с которым и так то и дело происходили накладки. То молодые идиоты выскочат за городские стены и их родители бегут к графу – спаси-помоги, ты ведь наш сюзерен. То купец не в срок обоз выведет. А теперь и надежного тыла лишились.

Перейдя во флигель Ричард кивнул караульному и негромко приказал:

– Собери людей в общей комнате.

Общей комнатой именовали кухню. Парни освободили ее большую часть и поставили огромный стол. А для приготовления еды им хватало огромного казана и маленькой печурки. Двадцать два крепких стула, мощный, дубовый стол. Несколько сундуков и пустое окно с чахлым кустиком домашней ежевики – братья-воздушники не оставляли надежд вырастить ягоды.

Собрались воины быстро. Помятый со сна десяток бойцов и еще десять мрачных, бодрых, уже осведомленных мужчин.

– Рейды откладываются,– спокойно произнес граф, когда все собрались. Все, за исключением Дианора. Своего побратима Ричард оставил в комнате мастера Леора.

Со своими товарищам граф всегда был откровенен. Он не хотел даже в мелочах походить на тех, с кем им всем приходилось работать в прошлом. Ричард не утаивал никаких, даже самых незначительных деталей. И поэтому пользовался безоговорочным доверием и уважением со стороны бойцов.

– Совсем беда? – коротко спросил Дар. Он командовал вторым десятком бойцов.

– Как все знают, с моей невестой прибыл и боевой маг. Его располосовала мантикора,– Ричард начал издалека. – Леди Лантен и целитель Нокля привели его в порядок. Но кто-то из наших, из слуг, подмешал в зелья яд. И не просто подмешал, а проникнув в покои моей невесты привел в негодность все ее зелья.

– Жив? – так же коротко спросил Дар.

– Чудом,– хмыкнул граф. – Леди Лантен высказала мне достаточно неприятных вещей и я не нашел, чем возразить. Выбери из своего десятка, Дан, двоих людей. Встанут на стражу у дверей раненого. Миледи Лантен этой ночью буду стеречь я. Мысли, возражения?

– Мысли,– крякнул Дар. – Удар нанесли по нам, Дик. Как хочешь, а невеста твоя недругов нажить здесь не могла. Даже если бы первым делом оттаскала за волосья Эдори. На что та, видит варг, напрашивается, но я не о том. Враги из столицы могли бы подкупить кого-то из слуг, но не так быстро. Да и простой боец стоит слишком дешево, вот за голову леди могли бы и сотенку золотых отсыпать. А так…Бессмыслица.

Ричард кивнул. Давний товарищ вслух произнес все то, о чем думал граф.

– Согласен,– кивнул лорд Террант,– мало кому могло прийти в голову, что леди Лантен будет лично отслеживать здоровье своего спутника. Если бы успели убрать флаконы…Смерть от мантикорьего яда никто бы не стал расследовать. А если бы позднее пропала сама леди, то вышла бы дивная картина.

– Где ты вначале убиваешь единственного защитника, а затем и саму леди.

– А все потому, что во мне играет кровь старого лорда Террант,– с отвращением произнес Ричард. – Все это связывает нас по рукам и ногам! Если бы не замок…

– Если бы, если бы,– вздохнул Дар, и обратился к бойцам,– все всё поняли?

– Да,– рявкнуло двадцать глоток.

– Сайрус и Мичем на караул, через четыре часа вас сменят Дирк и Велс. Остальным смотреть по сторонам, слушать и ничего не жрать, кроме того, что готовится здесь. Доступно объяснил? Разошлись.

На кухне остались только Дар и Ричард.

– Где Дин?

– Я его оставил с раненым,– Ричард подтащил к себе табурет и сел. – Мы в полной заднице, Дари.

– А невеста? Красавица?

– И с невестой не все гладко,– скривился граф. – Она из столицы бежала, по бумагам свадьбу мы можем сыграть только через месяц.

– Значит, без приплода,– усмехнулся Дан и огладил короткую, черную бородку. – Что? В таких вещах каждая неделя на счету.

– Мне кажется, предполагаемая беременность наша самая маленькая проблема.

– Особенно учитывая, что ее нет,– согласился Дар и сверкнул темными глазами,– беды уйдут, а чужой ребенок останется. Оно, конечно, в вашей ситуации только справедливо будет – ты с ребенком и она не пустая. Все-все, не злись, я замолчал. Со слугами говорить будешь? Я с тобой, посмотрю. Может, кто лицо не удержит.

Ричард кивнул, встал и пошел к выходу. Увы, он не мог себе позволить даже повысить голос – слухи один другого краше гуляли по Нэй-Терранту. А все из-за произошедшего в замке.

Граф резко тряхнул головой прогоняя пришедшие не ко времени воспоминания. Не сейчас. Позже. Они работают над этим и обязательно справятся. Иначе и быть не может.

Прислуга уже ждала его. Вначале он спросил, получила ли свой чай леди Лантен. И, удовлетворившись положительным ответом, встал перед нестройной шеренгой.

– Думаю, вы уже в курсе, что произошло,– медленно произнес он. – Грозить страшными карами я не буду. Скажу только одно, завтра вечером, в библиотеке, я буду ждать виновника или виновницу. В противном случае вы все будете уволены без выходного пособия. И да, завтра же днем жители города будут уведомлены, по какой причине прекратилось патрулирование окрестностей. Увы, я вынужден защищаться от собственных слуг в собственном же доме.

Всмотревшись в побледневшие лица, Ричард продолжил:

– Не мог и представить, что взрослые люди могут пойти на такую глупость и подлость. Все свободны.

– Пощадите, граф,– хрипло произнесла кухарка и рухнула на колени,– мне ведь из кухни не отлучиться, я ведь никак бы не смогла. Я и жарю, и варю, и все это – одновременно. Это ведь днем было, в самую мою пору!

– Сожалею, госпожа Татти, но я уверен, что сейчас каждый найдет причину, по которой «он не мог». Но кто-то ведь смог? У кого-то поднялась рука на тяжелораненого человека. На человека незнакомого, ничего плохого никому не сделавшего. Я повторяю, все свободны.

Вместе с прислугой исчез и Дар. Что ж, старый товарищ знает, что делает. Самому графу предстояла безынтересная ночь под дверью спальни леди Лантен. Ричард усмехнулся, давненько ему не приходилось караулить девичья двери. Ночь обещала быть долгой. Главное, не представлять как она может выглядеть спящей.

До утра граф не сомкнул глаз. Он приказал слугам принести стул и конторку и до рассвета исписал целую стопку бумаги. Письма и распоряжения в столицу, в том числе и послание герцогу Сагерту о ранении его бойца. И еще одно письмо – матери. С нижайшей просьбой помочь блудному сыну и прислать толкового управляющего, пусть он будет хоть варгом, хоть кем – лишь бы голова на плечах имелась. А лучше две. Пусть леди Лантен и считала это преждевременной тратой, Ричард решил по своему.

Но письма дались тяжело. Он не хотел писать матери. Слишком много боли и печали было в ее глазах, когда она смотрела на своего старшего сына. Слишком много боли и печали принес ей первый и единственный муж. Слишком тяжело жить любовницей в доме любимого человека. И слишком страшно засыпать, зная, что в любой момент на двор может въехать кавалькада воинов и забрать беглую супругу. Почему-то Тария Террант боялась именно этого. Не лорда Терранта, своего супруга, а именно какой-то обезличенной опасности.

– Доброе утро, граф.

Ричард развернулся, встал и улыбнулся невесте:

– Немного потренируетесь и сможете застать меня врасплох.

– Целитель должен ходить тихо,– улыбнулась она в ответ.

– Чтобы не потревожить больных?

– И чтобы тихо и быстро уйти от родственников,– отозвалась Тали. – Граф, как вы полагаете, мне выдадут на кухне булочку? До завтрака далеко, а я ужасно голодна.

– Попробуем вместе,– предложил Ричард предложил леди Лантен руку. – Как вы себя чувствуете?

– Лучше, чем вечером,– уклончиво ответила Тали.

– Вы плохо выглядите, бледны и осунулись,– обеспокоенно сказал лорд Террант. – Может, вам лучше остаться в постели? Шнур я, кхм, случайно оборвал, но найти служанку и приказать подать вам ранний завтрак меня совершенно не затруднит.

– Граф, вы совсем-совсем не умеете льстить? – с легкой насмешкой, маскирующей обиду спросила целительница. – Поверьте, я видела себя в зеркале. Но вот сравни вы мою дивную красоту с белизной первого снега было бы куда лучше.

– Я беспокоюсь,– сухо ответил граф и показал на левый коридор,– нам туда.

– Я поняла. А как вы шнур оторвали? Гневались?

– Силу не рассчитал,– буркнул Ричард смущенно. – Он просто перетерся от времени.

– А мне показался новым,– протянула Тали. – Большой силы не стоит стесняться, милорд.

– Да, вы правы,– склонил голову лорд Террант.

– Что вы решили с прислугой? Вы выяснили кто это сделал?

– Мы над этим работаем,– уклончиво произнес Ричард и коротко пересказал свой ультиматум, выдвинутый прислуге. Тали согласно кивнула и спросила:

– А вы уверены, что они хорошо поняли всю опасность? Боюсь, что оценена была только часть с увольнением.

– А вот и кухня,– объявил граф. – Поговорим об этом позже.

На кухне едва-едва теплилась печь. А у широко разделочного стола чутко дремала кухарка. Хлопнувшая дверь заставила ее встрепенуться и встать.

– Доброе утро лорд, леди.

– Сделай нам что-нибудь перекусить,– негромко произнес граф. – Пусть подадут в библиотеку.

– Как прикажете, милорд.

– Я хочу посидеть у печки,– попросила Тали. – До сих пор не отогрелась. И спасибо, не знаю где вы нашли ту прекрасную кружку, но я всю ночь прижимала ее к груди. Как настоящая грелка. Только под самое утро остыла.

– Могу я остаться с вами? – коротко спросил граф.

– Я приду в библиотеку вместе с ранним завтраком,– улыбнулась Тали и покосилась на кухарку.

Та стояла у стола, и отвернувшись, старательно пластала ветчину и сыр. Ричард, проследив за взглядом Тали коротко кивнул и вышел.

– Миледи, заступитесь,– всхлипнула кухарка, поворачиваясь. – Вот чем хотите поклянусь – не я это!

– Слово графа – закон,– спокойно сказала Тали. – Хорош ли тот хозяин, кто за домом усмотреть не может? Вот скажи, его бойцы обижали служанок?

– Нет, что вы,– кухарка даже рукой взмахнула,– будто и не мужики вовсе! Наши-то вертихвостки то так, то эдак, а они ни в какую. Это мы потом уже узнали, что граф в доме запретил блуд. Только через храм, через брачные браслеты!

Тали затаенно улыбнулась, она так и думала, но убедиться все же хотелось.

– А что за слухи ходят по городу? Ой, а можно мне чаю горяченького?

– Конечно, конечно, миледи. Сейчас все будет,– кухарка успокоилась, сделал чай, и присела за стол. – А слухи правдивые, отчасти. Как граф в замок въехал, так и девки пропадать начали. Если раньше люди старого графа могли посередь улицы кого ухватить и увезти, то тут все тайком.

– Это ужасно,– округлила глаза Тали,– а как же служанки в доме? Не пропадают?

– Да вот и закавыка,– госпожа Татти всплеснула руками,– что граф хороший хозяин. Девок в постель не таскает, хоть они, дуры безголовые и не прочь, служакам своим тоже запретил. Никто не пропадает. Но в замке-то пропадали! Шесть девок пропало и один пацан. Но пацан тот еще на подступах к замку пропал. Ох, граф ведь ждет. И все же, вы уж замолвите словечко перед графом-то? А?

– Я не могу ничего обещать. Пожалуйста, приготовьте слабый куриный бульон.

Леди Лантен скромно улыбнулась и встала. Вызывать прислугу госпожа Татти не стала, сама подхватила поднос с сандвичами и понесла в библиотеку.

Ступая следом за кухаркой, Тали размышляла об услышанном – пропавшие девушки, замок, который как выяснилось был обжит Ричардом. Не жених, а просто кладбище с секретами, в сердцах подумала целительница.

На самом деле, где-то в самой глубине души, Ричард ей нравился. Он был похож на ее отца – немного грубоватый, шумноватый, честный вояка не слишком приспособленный к быту. Они с мамой так веселились, когда папа возвращался из торговых рядов с целой корзиной ни к чему не пригодных деликатесов. Правда, он очень редко позволял себе «баловать своих малышек не считая монет» – все избытки средств уходили на учебу Тали. И на счет «вдруг со мной что случится, у вас и деньги будут». Леди Лантен не удивилась бы, узнав, что для маленького Калеба уже отложены деньги на учебу и на «всякий случай».

У дверей в библиотеку, полуоткрытых, Тали забрала у служанки поднос и решительно шагнула вперед. Быстро, впрочем, сбавив шаг. Потому что в библиотеке опять ругались. И опять Ричард с Дианором. Что характерно, в этот раз они не поделили прислугу.

– Это не разумно, выгонять их всех,– горячился Дин. – Мы же не узнаем кто нас предал!

– А что разумно, дружище? Допросить их с пристрастием? Иголки под ногти, голову в кадушку с водой? Или изнасиловать кого-нибудь?

– Как ваша невеста, господин граф, я точно против изнасилований,– со смешком произнесла Тали подходя ближе и ища, куда пристроить поднос.

– Я бы никогда не опустился до такого,– смутился Ричард. – Это было сказано исключительно умозрительно, как пример недопустимого поведения.

Граф перехватил поднос и поставил его на стол прямо поверх бумаг.

– Вечер еще не наступил,– примирительно произнесла Тали, которой сам же граф и пересказал свою вдохновенную речь. – И, как мне кажется, ваши слуги все же не поняли всей глубины угроз.