Читать книгу "Наместница Озерного Края, или Вы мне не нравитесь, милорд!"

Каждый шаг до портала в зал Истины, как его пафосно обозвала служанка, отзывался болью в висках. Что мне говорить? Что мне говорить? Быть может, сознаться, что я чужая душа? Как тут относятся к таким «подаркам»?!

Я так распереживалась, что не особенно отметила свой первый портальный переход. А после уже было поздно: мы пришли.

– Сюда, – служанка указала на арочный проем, – стойте и ждите, пока распахнутся двери.

Долго ждать не пришлось. Минут через пять проход был открыт и я сделала первый робкий шаг. Ох, амфитеатр заполнен людьми, есть несколько высоких кафедр, но у меня не получается ни на чем сосредоточиться! Внимание рассеивается, плывет и…

– Джослин ло-Венсар, – возвестил чей-то громкий голос, – обвиняется в пособничестве магу-отступнику Руану Демьяни, открытии портала в закрытый мир и нанесении Ло-Риэ маго-эфирных травм.

«Боже, с такой формулировкой мне светит только смертная казнь!» – пронеслось у меня в голове.

– Займите свое место в центре круга.

Обернувшись на голос, я увидела незнакомого мне мужчину в уже знакомой форме офицера Департамента Безопасности. Поймав мой растерянный взгляд, он кивком указал на огражденный лентами круг, от которого исходило неприятно-зеленое свечение.

Одну из этих лент для меня отстегнули, и я прошла внутрь.

– Назовите свое имя.

– Джослин ло-Венсар, – хрипло выдохнула я.

Ведь в новом мире мне положено новое имя, верно? Я стояла и размышляла над тем, имею ли я право на имя Джослин. Но, как бы я ни пыжилась, свечение все сильнее приобретало красноватый оттенок. И я, поймав за хвост ускользающую мысль, добавила:

– Но мама называла меня Линой. Джослин меня называли те, кто хотели причинить вред.

Свечение стало зеленым. А вот свое полное имя я вспоминать не буду. Незачем. В горле запершило, и я, прикрыв лицо ладонью, попыталась осторожно покашлять. Но вместо скромного «кхе-кхе-кхе» у меня случился полноценный астматический приступ!

Задыхаясь, я царапала пальцами горло, кашляла и пыталась втянуть хотя бы капельку воздуха. За пределами круга началась суета, кто-то закричал, кто-то приказал позвать целителя, а кто-то… Кто-то вошел в круг и обернул что-то мокрое и холодное вокруг моей шеи.

Приступ прошел в ту же секунду.

– Я уберу тханаш, и у тебя будет не больше минуты, – прозвучал над ухом до боли знакомый голос.

– Лорд ло-Ксайнайр, покиньте Круг Истины, – напряженно проговорил тот офицер, что открывал для меня ленту.

Он снял с моей шеи приятно прохладную штуку и поспешно вышел. В ту же секунду я выкрикнула самые главные слова:

– Я никогда не злоумышляла против бывшего и нынешнего короля Ло-Риэ. Мой отец иногда критиковал власть, но это звучало как старческое брюзжание, и я не принимала его слова всерьез.

И это действительно так. Папа часто ругался с телевизором, но разве же это значило, что он пойдет в политику?! И уж тем более он бы не стал нападать на короля!

По зеленому свечению прокатилась красноватая волна, однако же это было настолько мимолетно, что я даже не была уверена, что мне не показалось.

– Джослин ло-Венсар, вы должны отвечать на вопросы, а не… Да что с ней такое?

А я уже опускалась на колени и, вероятно, синела от нехватки кислорода.

– На девушке долгое время был ошейник скованной воли, – я едва улавливала, о чем говорил лорд ло-Ксайнар. – Такие вещи вступают в реакцию с артефактами божественного происхождения.

– Да наденьте же на нее ваш шарф!

– Это тханаш, – с достоинством поправил его ло-Ксайнар, – и вы только что приказали мне покинуть Круг Истины.

Правда, говоря все это, он уже шел ко мне, и через пару секунд вокруг моей многострадальной шеи обернулся прохладный и влажный тханаш.

– Это артефакт? – едва слышно спросила я.

– Червь, – любезно ответил ло-Ксайнар. – Вырабатываемая им слизь блокирует магию.

– Какой прекрасный червь, угощу его капустным листиком, – прошептала я.

Горло ужасно саднило. Даже ангина не дарила мне таких «чудесных» ощущений. Еще и голова плыла так, будто я употребила что-то горячительное без моральной и пищевой подготовки!

– Уведите леди ло-Венсар, – приказал Его Величество. – Дальнейшее расследование будет проведено без использования Камня Истины.

Ло-Ксайнар, не спрашивая, ухватил меня под локоть и вывел из круга.

– У меня в спальне есть конфеты, – шепнул наглец мне на ухо, – а также фруктовая нарезка и легчайший вирмалисский торн. По твоему совету я изучил все то, что необходимо знать порядочному совратителю.

– Боюсь, что я развалина, – хрипло прошептала я.

– Роменд уже здесь, – хмыкнул ло-Ксайнар. – Спазм и натертости снимаются парой заклятий и чаем с молоком.

Я бы хотела встрепенуться и послать его к черту, но… Он единственный, кто хоть как-то попытался помочь. Кстати…

– Вы всегда носите с собой тханаш?

– Нет, малышка, но я знаю, что такое ошейник скованной воли. В некоторых случаях он настолько глубоко травмирует мага, что…

Он не договорил: к нам подошел целитель Роменд. Сердито цокая, мужчина снял с моей шеи червя и передал его ло-Ксайнару.

– Может ли гильдия врачевателей договориться с вами о покупке слизи?

– Тханаш не продается, но я обязательно сделаю щедрое пожертвование. Говорят, это здорово очищает совесть.

Целитель хмыкнул, после чего вплотную занялся моим горлом. Вокруг нас ходили люди, офицеры Департамента Безопасности и просто сторонние зеваки: амфитеатр был переполнен, и сейчас, когда зрелище закончилось, все спешили по домам.

Ощутив чей-то неприятный взгляд, я осторожно скосила глаза и увидела высокого худощавого мужчину с крючковатым носом.

– Советник Ливарри невиновен, – сказал ло-Ксайнар, стоявший за спиной целителя Роменда.

Ливарри… Джослин знала его. В одном из оставшихся от нее снов этим именем угрожала та дама, чье появление всегда приводило к панической атаке.

– Странно, – проронила я, – они были неразлучны.

Это был выстрел наугад, но попадание оказалось точным – ло-Ксайнар согласно кивнул:

– Не только ты удивлена, мышонок.

– Послушайте, у меня есть имя…

– А я уже достоин называть тебя Линой? – живо заинтересовался он.

Но ответить я ничего не успела: целитель Роменд гневно цокнул и сердито бросил:

– Если вы продолжите говорить и шевелить головой, то я могу совершенно случайно извлечь ваши миндалины.

Я тут же замерла. Вообще, магия меня здорово пугала. Больше того, иногда я задавалась вопросом: а люди ли меня окружают? Хотя несколько моих натужных шуток про полную луну никто не понял, так что, наверное, оборотней здесь все же нет.

– Леди ло-Венсар, целитель Роменд, – к нам подошел один из офицеров Департамента Безопасности, – вас просят пройти в комнату дознания номер тридцать семь. Там еще половица так неприятно скрипит, так что не обознаетесь. Лорд ло-Ксайнар, вы приглашены на аудиенцию к Его Величеству.

Мне на мгновение стало зябко. Хотелось, чтобы наглец с мертвыми глазами остался со мной. Его присутствие дарило ощущение покоя и безопасности.

«Что за глупости, – цокнула я сама на себя. – Ты не запуганная юница, а вполне себе взрослая, зрелая женщина! Еще не хватало вляпаться в любовь».

Тем более что моя невиновность не вызывает сомнений. А значит, они хотят узнать подробности того дня, который мне снился чаще всего…

Глава 2

Забавно, но половица и правда скрипела очень и очень неприятно. Я бы даже сказала – многообещающе.

Внутри допросной, как ни странно, было пусто. Офицер, сопровождавший нас, указал на два стула и велел ждать.

– Не вижу вашего хиэ, – негромко проговорил целитель.

– Я подумала, что Круг Истины может ему навредить. Да и из наволочки его было не вытряхнуть.

Покивав, целитель поделился со мной своими наблюдениями за фамилиарами. И предупредил, что змееныш, скорее всего, будет меняться.

– Имя ему начинайте выбирать, это для них очень важно, – наставительно проговорил он.

Вот только я знала, что у Ее Величества фамилиара зовут Фантик. Фантик!

– Конечно, можно взять справочник и выбрать что-то затейливое, такое, что потом будет сложно вслух произнести, – хмыкнул Роменд. – Был у нас такой целитель, выходил поутру в оранжерею и кричал дурным голосом: «Аустофания Эльбертина! Аустофания Эльбертина!». Подзывал свою хиэ, н-да.

– Я не понимаю, целитель. Вы же только что велели выбрать имя.

– Хиэ связаны с нами через магию и эмоции, выберите то, что вызывает в вас эмоции. Связанные с прошлым или настоящим. Или даже чем-то вымышленным. Сейчас мало кто привязывает своих хиэ полноценно, ограничиваются временными узами. Но такие малыши плохо развиваются.

На этом наш разговор завершился: в комнату вошли сразу двое офицеров. Настроены они были довольно дружелюбно, но расслабляться я не спешила.

– Целитель, мы вас надолго не задержим, – пообещал один из них, после чего представился: – Офицер Стивер, Департамент Безопасности.

– Офицер Даннер, Департамент Безопасности, – представился второй.

Первый явно был слишком молод, а вот Даннер… Было в его волчьем прищуре что-то неприятное. Короткая стрижка, горькая складка в уголках губ и плохо подживший ожог на щеке.

– Офицеры, – мягко улыбнулся целитель, – мною можно заняться в последнюю очередь. Вы же не хотите испортить репутацию леди ло-Венсар?

«Видимо, врачи здесь могут выступать в роли дуэньи?» – задумалась я.

– Хорошо, целитель, вы можете остаться до конца опроса, – кивнул Даннер.

«Наверное, он будет злым. У Стивера слишком молодое и наивное лицо».

– Леди Джослин ло-Венсар, – офицер Даннер открыл папку и сделал вид, что читает с листа, – полных девятнадцать лет, ходили в школу при храме, а в дальнейшем обучались на дому под руководством миссис Грейсмос.

От звуков этого имени я вздрогнула. Думаю, это и есть та жуткая дама из снов!

– Пока все верно, – тихо и тускло проговорила я, заметив, что от меня явно ждут ответа.

– Вы посещали столицу, верно?

– Я сбежала из дома и надеялась поступить в Академию. Но ректор передал меня отцу, – тут я пожала плечами, – хотя у меня было право на дотационное обучение.

– Вот как? – заинтересовался Даннер. – И что же вы поставили себе в заслугу?

Это я знала. По сути, это было то единственное, что я точно знала: ректор оставил себе бумаги и позднее выпустил артефакт на продажу. Правда, он его не украл, а честь по чести оформил на имя Джослин ло-Венсар. Деньги копились на счете девушки, но доступа к ним у нее не было: в Озерном Крае нет банков.

– Смотрю, вы тоже оценили рассекатель, – блекло улыбнулась я. – Хоть бы полюбопытствовали, кто его придумал.

Даннер прерывисто вздохнул. О да, малышка Джослин придумала универсальное средство, способное иссечь любое активное проклятье. Тонкий хлыст, которым можно отбить все что угодно. Да, были и минусы, и ограничения. Порой рассекатели сгорали после первого применения, но они работали.

«И кто знает, что еще могла придумать эта гениальная девочка, – пронеслось у меня в голове. – И что еще скрывается в ее чуланчике».

– Вы бы не стали так откровенно лгать, – сощурился офицер Стивер, а после посмотрел на напарника, – сэр, мне запросить документы?

– Запроси, – отрывисто произнес Даннер. – Если вы говорите правду, то какого шерта вас не приняли?!

Чуть отвлекшись на вышедшего прочь офицера, я посмотрела в глаза оставшемуся и пожала плечами:

– Ответ на ваш вопрос прост и незатейлив. Меня не учили говорить с людьми. У меня были бумаги и прототип, но я не смогла внятно об этом рассказать. Да и лорд ло-Венсар нашел меня почти сразу. Мой саквояж остался у ректора, и всем оформлением занимался он. Честный человек, он не присвоил себе мою разработку. Даже счет в банке смог оформить. Жаль, что в Озерном Крае я не могла воспользоваться заработанными деньгами.

Даннер захлопнул папку и прямо спросил:

– Когда на вас надели ошейник?

– Сразу после возвращения в Озерный Край, – тут я вновь стреляла наугад, и по лицу офицера было совершенно непонятно, правильный это ответ или нет.

Дверь хлопнула, и к нам вернулся офицер Стивер.

– Патентное право оформлено на Джослин ло-Венсар, уроженку Озерного Края.

– А благодаря приставке «ло-» мы можем исключить вариант с однофамильцами, – Даннер явственно ко мне подобрел.

В допросной ненадолго повисла тишина. Офицер Стивер явно страдал от осознания свершившейся надо мной несправедливости, а я думала лишь о том, что не смогу внятно объяснить, как именно удалось создать рассекатель: нет во мне знаний леди ло-Венсар.

– Расскажите все, что помните о дне, когда был открыт портал в закрытый мир, – мягко попросил Даннер.

Опустив глаза, я вызвала в памяти свой самый долгий сон-воспоминание. Он начинался в Озерном Крае, Джослин кричала и плакала, цепляясь за створки дверей, но ее все равно сунули в карету. Практически сразу же сон переходил в момент, где старик ло-Венсар представляет свою дочь магу-теоретику. Его имя не упоминалось, но он явно хотел вытряхнуть из Джослин информацию о ее изобретениях.

– Он хотел забрать мои идеи в свой новый мир, – монотонно говорила я, продолжая пересказывать все, что мне известно. – Портал открывали моей силой, но я была лишь донором. У меня нет знаний по путевым проколам. Я помню… Я плохо помню, что было дальше. Появился Его Величество, и стало легче, портал меньше тянул силу. Был бой меж двух хиэ, но я… Я правда плохо помню. Мне было трудно дышать, да и магия во мне почти закончилась. Помню, что все было залито огнем. Кто-то погиб.

– Версая, она была лучшим щитовиком, – глухо проговорил Даннер.

На моих глазах допрос превращался во что-то странное, больше похожее на вынужденную беседу. И это пугало. Под таким соусом можно выведать у человека куда больше, чем он может и хочет сказать.

– Вы сказали, что ваш отец ругал власть.

– За обедом он порой говорил, что любой дурак справился бы лучше. И что если бы ему дали шанс, то он бы привел Ло-Риэ к процветанию и напомнил бы всем жителям об истинном благонравии.

Уроки хороших манер отзывались дрожью в теле Джослин. А если посмотреть на руки, то можно было увидеть крохотные тонкие полоски шрамов на ее пальцах. С внутренней стороны ладони, конечно же. Внешность будущей жены и матери ничто не должно было испортить.

– Вы сильно изменились, леди ло-Венсар, – прямо сказал Даннер.

– А мы были знакомы?

– Нет, – он ничуть не смутился, – но из допросов мятежников мы успели составить свое мнение о вас. Сомнения в вашей невиновности отпали после первого же допроса, но… Но вы не похожи на мышиную тень.

– Сэр, – потрясенно выдохнул Стивер.

– Офицер, – гневно произнес молчавший доселе Роменд, – вы переходите всякие границы!

Даннер поднял руки и примирительно произнес:

– Это цитата. И все же, леди, я прошу ответить на последний вопрос. Почему вы перестали всего бояться?

Я подняла на него взгляд и с искренним недоумением проговорила:

– А почему вы думаете, что я больше ничего не боюсь? Я перестала показывать свой страх, офицер. Решила бороться за себя, ведь… Ведь будь я настойчивей в кабинете ректора, все могло бы быть не так.

– Верно, – кивнул Даннер. – Верно. Что ж, у нас есть несколько вопросов к целителю Роменду.

Ему предъявили коробку с остатками артефакта и попросили уточнить, может ли это быть тот самый ошейник, который был на мне. По обмолвкам стало понятно, что эту дрянь с шеи Джослин сорвал Шерт. Который, кажется, бог?

Люди в этом мире искренне верили в то, что боги существуют. И я на всякий случай старалась избегать богохульства. Ведь там, где есть магия, могут быть и высшие сущности. Не хотелось бы столкнуться с местной Герой…

Дожидаясь, пока офицеры закончат беседу с целителем, я рассеянно рассматривала свои ладони. Две светящиеся загогулины, по одной на каждую руку, запечатывали все линии, по которым в моем прошлом мире любили предсказывать будущее. Интересно, здесь тоже гадают?

– Печати снимут после завершения расследования, – тихо сказал офицер Стивер. – Мне жаль…

– Помолчи, – оборвал его Даннер. – Не твоя вина. Благодарю за содействие и прошу на выход.

Его прагматичный подход мне понравился.

А вот последовавший за этим финт – нет. Даннер умудрился выставить из допросной Стивера и Роменда, а после… После он просто захлопнул дверь под протестующий вопль целителя.

– Это случайность, – небрежно бросил офицер. – В отличие от малыша Стиви, мне есть за что просить прощения. И ты, полагаю, помнишь.

Я неопределенно пожала плечами. Вероятно, именно этот офицер «паковал» Джослин в наручники. Возможно, именно из-за него у меня долго не проходили ссадины на запястьях.

– Зная, что ты невиновна, – на его скулах заиграли желваки, – понимая, что ты не меньшая жертва, я отдарюсь, чем смогу. Именно твой истинный давал против тебя показания. Наши артефакторы срезали с твоей шеи рабский артефакт, но там было их слово против показаний Его Высочества.

– Спасибо, – серьезно сказала я. – И не стоит извинений. Все же вы удержались и не свернули мне шею.

– Да уж, – он криво усмехнулся, после чего распахнул дверь, – ну-ну, нечего орать, это вы двое слишком быстро выходили. Вот система и сработала на предупреждение.

– Точно, первым должен выходить офицер с самым высоким рангом, – ахнул Стивер. – Вы сильно испугались, леди ло-Венсар?

– Чего же мне бояться в обществе благородного боевого мага? – мягко проговорила я. – Целитель Роменд, надеюсь, в моей жизни наступит такой момент, когда я смогу угостить вас обедом в знак моей огромной благодарности вам.

Мужчина довольно крякнул и смущенно проворчал:

– Будет, будет.

– Вам пора возвращаться во дворец, – тихо проговорил Стивер.

Он неловко повернулся, и на его поясе я заметила странную, почти земную фенечку.

– Это делала Ее Величество. – Младший офицер поймал мой взгляд. – Она из другого мира и… ну, тогда еще не была истинной Его Величества. Пройдемте.

– Хотите вернуться в карете? – спросил его старший товарищ

Я бросила взгляд на Роменда, потом на Даннера, а после покачала головой:

– Не желаю вам проблем. Так или иначе, а судьба моя как-то устроится.

– Какой богине вы молитесь? – полюбопытствовал Стивер.

– Никакой, – я развела руками, – мне не было позволено просить о покровительстве. Но если вы спросите почему, то ответить на этот вопрос у меня не получится. Лорд ло-Венсар никогда не отчитывался передо мной.

Вот только офицеры многозначительно переглянулись, после чего Даннер задумчиво проговорил:

– Вероятно, старик знал, что за дар в вас дремлет. Скорее всего, они проводили над вами ритуалы.

– Я ничего такого не помню.

– Вы бы и не запомнили, – поморщился Стивер, – жертв всегда опаивают зельями.

Так, за разговорами, мы дошли до портала и вернулись во дворец. Где нас тут же перехватила невысокая круглолицая девушка, представившаяся Ивой, моей служанкой. Она была светлокожей и светлоглазой, розовощекой и пышущей здоровьем и жизнелюбием.

– Боюсь, что ты ошибаешься, – дружелюбно проговорила я.

– Никак нет, леди, – широко улыбнулась девчушка. – Вас перевели в новые покои, я вашего змееныша вместе с подушкой перенесла, уж не обессудьте, да только страшно его было вытаскивать. Такой махонький, ну как раздавлю!

Что ж, вот и то переселение, о котором трындели служанки. Вот только…

В эту секунду до меня с ужасающей ясностью дошло, почему меня переселяют именно в ту комнату. С таким удобным тайным ходом!

– Ивушка, а не приготовишь ли ты для нас с целителем чай? Хорошо бы с чем-то сладким или же…

Девушка на мгновение растерялась, даже румянец немного поблек на ее налитых щечках:

– Так ведь обеденное время, леди. Может, мне еды принесть? А потом уж чай? Или высокородные животом не маются? Ой.

Целитель тихо рассмеялся и кивнул:

– Еще как маются, иначе б зачем меня при дворе держали. Мы отобедаем, милая девушка, а уж после и чаю попьем.

– Ага, – она радостно кивнула, а затем опасливо добавила: – Я-то не из комнатных слуг, вы уж меня простите. А только подменяю и вот постараюсь, значицца, изо всех сил. Но вы если что, то уж говорите, леди.

– Обязательно, – кивнула я.

– В каких покоях поселили леди ло-Венсар?

– В зеленых, там еще лампа на стене, у двери, огромная такая и расположена не по-людски. То плечом ее задевают, то макушкой.

Целитель покивал и пообещал проводить меня до самых покоев. А Ива пускай поторапливается на кухню, ведь леди ло-Венсар, я то есть, сильно перенервничала на суде. И для восстановления мне требуется хорошая еда.

– А то хотите, зарублю вам курицу? – пылко спросила служанка.

– Кхм, пожалуй, не сегодня, – кашлянула я. – Но ты, думаю, могла бы ночевать в моих покоях. Иногда мне снятся кошмары, да и… Хотя нет, не стоит.

Я представила, как эта простая и дружелюбная девушка лупит среди ночи Риордана и как ее потом за это казнят. Нет, такой ценой мне защита не нужна.

«У меня ведь есть магия, неужели же я совсем ничего не смогу сделать?!»

Понятно, что никто не надеется за пару минут стать ровней боевому магу, которого натаскивали с детства. Но… Может, щит? Или иллюзию?

– Чем же вы так напуганы? – проницательно спросил целитель, когда Ива умчалась на кухню.

– Как вы понимаете, – я развернула к нему ладони, напоминая про печати Департамента Безопасности, – осужденная преступница не могла не стать мишенью. И я стала пользоваться коридорами для слуг. Но однажды задумалась, свернула не туда и услышала разговор двух служанок. О своем переезде я знала давно. Но…

– В вашу комнату ведет скрытый коридор для слуг, – понятливо кивнул целитель. – Вы вначале хотели оставить при себе служанку, но потом… Почему передумали?

– Если она огреет чем-нибудь кого-нибудь, то ее могут казнить. А я защитить ее не смогу. Никого не смогу, если честно.

«Даже себя и змееныша», – добавила я мысленно.

Целитель Роменд покивал и всю дальнейшую дорогу о чем-то мучительно размышлял. Думал, вероятно, стоит ли ставить защиту на тайный ход. И я очень-очень хотела, чтобы он ее поставил. Но просить его об этом не могла. Он и так сделал для меня немало.

Новые покои встретили меня гневным свистом и шипением – это мелкий змееныш выпутался из наволочки и потерял мамку. Или кем он меня воспринимает?

– Здесь куда уютнее, – задумчиво оценил целитель. – А коридор для слуг скрыт за этой картиной?

Он чуть нажал на узкое полотно с изображением вечернего неба, и оно тут же растаяло, открывая проход в чистый, плохо освещенный коридор.

– Н-да, – цокнул целитель.

Я только покивала и продолжила осматриваться. Новая комната была хороша: огромная и просторная, она была визуально поделена на две зоны. Ближе к входной двери были стол и стулья, а с противоположной стороны, у окна, стояла кровать, над которой нависал балдахин. Напротив кровати стоял шкаф, точь-в-точь как тот, под которым я пряталась с зеркальцем. Только лапы были не львиные, а крокодильи. Или драконьи?

– О вас позаботились, – целитель присел на корточки и потрогал ковер, – зачарован на тепло.

– Да сейчас вроде бы не поздняя осень, – растерялась я.

– Это теневая сторона огромного каменного дворца, – тихо рассмеялся мужчина, – а в комнате нет камина.

Он поднялся на ноги, затем подошел к окну и раздернул занавеси. Что ж, как выяснилось, там есть еще и стеклянная дверь, ведущая на небольшой, увитый плетущейся розой балкончик. Там поместились узкий стул и что-то вроде пюпитра.

– Раньше на том заливном лугу устраивали состязания магов-иллюзионистов. Жаль, что теперь эта ветвь магии почти утрачена. А вот сюда, – тут он указал на странную конструкцию, – крепились увеличительные стекла.

Тут я нахмурилась и осторожно возразила:

– Как интересно, но вы уверены, что маги исчезли? Каждый второй владеет этим даром.

Я видела, как служанки скрывали помятости на лицах, чтобы никто не заметил вчерашней попойки. Наблюдала, как благородные дамы взмахом веера заставляли засосы исчезнуть с белых шей. Да и придворные лорды тоже не спешили переодеться, если вдруг случалась оказия и на мундир попадала грязь.

– Скрывать морщины и прыщи – это не то же самое, что создавать плотные овеществленные иллюзии, – покачал головой целитель. – Представьте, что кто-то наденет ваше лицо и совершит преступное деяние. Многие заклинания были внесены в преступный реестр, так что маги, даже имеющие полноценный дар, просто перестали изучать его. Перекрасить камзол в тон платья спутницы, прикрыть темные круги под глазами. А вот с запахом уже ничего сделать не могут: слишком сложно.

– Это тоже магия иллюзий? – ахнула я.

– Именно, – кивнул целитель, – истинный иллюзор обманет и глаза, и уши, и чуткий нос. Но в это уже никто не верит.

Мне казалось, что Роменд на что-то намекает. И тогда я прямо его спросила:

– У вас есть идея?

– И весьма неплохая. Вопрос в том, решитесь ли вы. – Целитель выразительно поиграл бровями. – Его Высочество вас не простит.

– В чем ваша выгода? – Я сложила руки на груди.

И именно в этот напряженный, почти душераздирающий момент в открытый проход ввалилась Ива. Она тащила огромный понос, на который, казалось, было составлено все содержимое дворцовой кухни.

– Хорошая прислуга знает, что ест хозяин. – Она, отдуваясь, поставила свою ношу на стол, и тот выразительно скрипнул. – Но я не знаю, увы. Потому всего понемножечку взяла. Сейчас еще сервирую, минуточку.

Она шустро умчалась обратно, и Роменд, переведя на меня взгляд, весомо проговорил:

– Озерный Край будет меняться. Уже сейчас там открыто несколько стационарных порталов. Магии станет больше, колдовать будет проще. Я хочу возглавить столичный дом исцеления.

– Так столица же здесь, – оторопело отозвалась я.

Роменд посмотрел на меня долгим странным взглядом и уточнил:

– Я говорю про столицу Озерного Края, Тильсор. Здесь я своего потолка уже достиг. И не стоит переживать, мои компетенции на высоком уровне. Беда в том, что таких, как я, здесь слишком много.

Закрыв лицо руками, я глухо попросила прощения. И ведь помнила же, что этот мир хоть и един, а наместников все так же семь, просто один из них – король.

– Не могу объяснить свою внезапную глупость, – честно сказала я. – Но также должна признать: у меня нет власти, друзей и соратников.

– Соратник – есть, – серьезно ответил целитель. – Про друзей ничего не скажу, а власть появится.

Ох, его бы обещания да вложить в божьи уста. Только вот…

– Из Озерного Края уйдут все люди, – я посмотрела ему в глаза, – сейчас запрет на перемещение снят и…

– И куда же они пойдут? Без денег, жилья и перспектив, – хмыкнул целитель. – Те, у кого все это было, и до снятия запрета хорошо жили. У остальных нет выбора, кроме как вместе с вами строить новую жизнь.

– А для этого мне нужно как можно скорее покинуть Лорию.

– Вынесение приговора назначено на толвень, а сегодня рендель. Если у кого-то есть планы, то он будет спешить.

Толвень? А, среда. Рендель, соответственно, понедельник. Что-то мое знание языка засбоило немного.

Тут меня прошило ужасом: что, если однажды утром я не смогу говорить и понимать окружающих?! Для меня и так речь людей периодически превращалась в какую-то ломаную латынь, которую я едва понимала. А если…

«Заново выучишь и всем скажешь, что это было проклятье недоброжелателей».

Меж тем вернувшаяся Ива сервировала стол, и мы, наконец-то, приступили к обеду. Учитывая, что у меня и завтрака не было, вкушать яства медленно и чинно было очень трудно. С одной стороны, столовый этикет этого мира почти не отличался от моего прошлого, с другой стороны – хотелось нагрести в тарелку всего и побольше, а после есть ложкой, закусывая все огромными кусками хлеба.

Но я же приличная леди. Так что накалывала на вилочку крохотные кусочки уточки и медленно, тщательно все пережевывала. Не забывая вести ниочемный диалог с Ромендом.

– Должен сразу сказать, – в конце трапезы он промокнул губы салфеткой, – скорее всего, вас выдадут замуж.

***

На Лорию опустилась ночь. Завернувшись в пушистый плед и спрятав змееныша в декольте, я сидела на балкончике и мерзла. Из головы не шли сказанные целителем слова. Действительно, кто доверит край девятнадцатилетней девице? И ладно бы еще ее, то есть меня, готовили к этой роли! Так ведь нет, все знают, что Джослин ло-Венсар – несчастная бедося, у которой голосок вот только сейчас прорезался.

Змееныш тихонечко зашипел, и я тут же поделилась с ним магией. Мысли перескочили на задуманную нами авантюру. И видят местные боги, мне было страшно до одури. Такого унижения Его Высочество мне не простит. Никогда.

«Но с другой стороны, ловушка подготовлена в моей постели, а никак не в его. Если он окажется более приличным человеком, чем я о нем думаю, то ничего не произойдет!»

Ох, сколько сил у нас ушло, чтобы из подушек, одеяла и простыни сделать подобие аппетитной женской фигурки! А уж когда целитель поработал над ней магией… Даже при ярком дневном свете я бы не отличила иллюзию от самой себя.

«– Запах, – целитель оттер с лица пот, – ваши духи или что у вас есть?»

У меня было все. Точнее, это самое все было у Джослин. Также я не поскупилась и отжалела «одеяльной копии» сорочку.

По задумке, у меня есть книга, наколдованный светлячок и неистребимое желание читать всю ночь напролет, невзирая на августовскую прохладу.

Тут я потерла ступни друг об друга и тяжело вздохнула. Осень уже дышала на Лорию, и с каждой минутой мне все больше и больше хотелось обратно в тепло.

– Не простудишься, мышка?

Позорный визг был заглушен широкой мужской ладонью.

– Тш-ш, это всего лишь я. Хотел предупредить, но вижу, что ты и без того смышленая. – Ло-Ксайнар отлетел в сторонку, а после попытался примоститься на перила.

Ну, скажем так, высокий и крепкий мужчина отнюдь не сказочная фея и на балконное ограждение он не поместился, а потом отлетел в сторону и вновь создал под своими ногами что-то вроде полупрозрачного серо-синего диска.

– Вы издеваетесь?

– Нет, хотел добавить каплю абсурда в предстоящее действо, – хмыкнул он, а после чуть более серьезно добавил: – Во всем происходящем есть доля и моей вины. Возможно, юный принц вел бы себя приличнее, если бы не брачный контракт, заключенный между нами.

– Вами? – выразительно переспросила я. – Разве у нас поощряют такие вещи?

– Очень смешно, – фыркнул ло-Ксайнар. – Твой отец отдал тебя мне в жены. Брачный контракт заверен в святилище Идиры.

Меня словно пыльным мешком по голове ударили. Мало мне было попадания, магии, фамилиаров, долбаного средневековья без эпиляции и доставок. Теперь мне достался еще и мужик, который держит меня за малолетнюю куклу!

– Вы сделали эту ночь еще гаже, – глубокомысленно изрекла я. – Мало мне одного насильника, так вот второй прилетел.

Ло-Ксайнар опешил:

– Во-первых, мелкий принц хочет надеть на тебя брачные браслеты, а не… Его же казнят за покушение на честь и достоинство благородной леди.

Я выразительно хмыкнула, но спорить не стала. Наглец прекрасно считал мой намек и не менее выразительно усмехнулся: