Читать книгу "Ты, дарованный мне богами. Книга первая"

Глава 4

На крыльце замка показалась невысокая блондинка с пышными формами и гордой осанкой. Легкая полнота ей невероятно шла, делая черты лица мягкими, фигуру женственной, а походку соблазнительной. Я могла бы поклясться, что более красивой женщины в жизни не видела. Белое платье в пол, шея и запястья в драгоценностях, волосы уложены в виде короны. Истинная королева!

– Элфин! – радостно вскрикнула она и распахнула руки для объятий. – Добро пожаловать домой!

Она улыбнулась, и только тогда я заметила на гладком чистом лице несколько морщинок.

Элфин дождался, пока подбегут слуги, примут коня и помогут ему спешиться. Аккуратно оправившись, он подошел к женщине, вернул улыбку и почтительно приобнял.

– Матушка.

– Элфин, с возвращением! Вижу, поездка оказалась удачной. Познакомь меня скорее со своей женой, – попросила женщина, бросая на меня нетерпеливые взгляды, и подала знак возничему приблизить бахран к ступеням.

Губы Элфина скривились.

– Для меня неудачно – жена не моя, – доложился он. – И новый рихтан тоже не я.

– Как так? – не поняла женщина и захлопала глазами. – Шутишь?

– Если бы, – с горечью ответил Элфин. – Позже расскажу, матушка, сейчас слишком устал.

– Конечно-конечно. Но почему тогда Рэнн ушел и не представил мне мою невестку?

– Матушка, разве не знаете Рэнна? – усмехнулся молодой человек. – Ладно, разбирайтесь тут без меня…

Он обогнул женщину и ушел в дом. Мы со свекровью уставились друг на друга. Выходит, вот она какая, вдова прошлого правителя и мать братьев. Ослепительная.

Женщина очнулась первой и бросилась по ступеням вниз. Шустро выпрыгнувшая из повозки Танни развернула подножку и помогла мне выбраться наружу.

– Прошу прощения, дорогая, я так растерялась. Добро пожаловать домой, э… – Орлана сделала паузу, предлагая представиться и взяла меня за руки. Ее ладони оказались мягкими и теплыми. Как и голос, и слова, и сама женщина.

– Лия, – робко улыбнулась я, чувствуя неловкость из-за того, что мужчины так просто бросили меня у порога своего дома.

– Лия, – с удовольствием повторила женщина и широко улыбнулась. – А я – Орлана, мать этих невоспитанных оболтусов. Прости за их грубую выходку. Они оба – хорошие мальчики, но временами бывают невероятно упрямыми и бесчувственными.

– Ничего, – еще больше смутилась я. Если кто и должен был извиняться, так это сами «оболтусы». – Спасибо за теплый прием.

– Пойдем в дом, дорогая. Ты наверняка устала. Два дня в пути – это не шутка. Да и ветер поднимается. Не дело стоять на улице, пойдем же.

Орлана подхватила меня под локоток и повела в замок.

Внутри, вопреки моим опасениям, оказалось светло и тепло. В воздухе висело множество знакомых магических шаров вместо люстры, но, что отапливало здание, я так и не поняла. Зато, присмотревшись, заметила другое – окна, закрытые ставнями, благодаря им, снаружи создавалось впечатление, будто замок спит.

Полы выстланы коврами и пушистыми шкурами. Стены обшиты тканью и украшены картинами. С потолков свисали гирлянды из кристаллов, отражающих свет от магических шаров. Высокие вазы с живыми цветами на длинных стеблях, мебель на низких изогнутых ножках и элементы декора из кованного металла и резного дерева. Все очень красиво и дорого, но как-то слишком. Будто не для уюта, а выставлено напоказ.

– Нравится? – с толикой гордости поинтересовалась хозяйка, явно приложившая руку к внутреннему убранству замка.

– Да, – не моргнув глазом солгала я, не желая обижать женщину, по мере своих сил старающуюся украсить жизнь домочадцев. А потом честно добавила: – Ничего подобного ни разу не видела.

– Спасибо, дорогая, – расцвела от удовольствия Орлана. – Нам сюда. Спальни на втором этаже. – Она показала на широкую лестницу с удобными деревянными перилами.

Мы поднялись на второй этаж. За мной громко шлепала безразмерными ботинками Танни. За Орланой бесшумной тенью следовала высокая худая женщина в сером одеянии и с таким же цветом волос и кожи лица.

– Комната Рэнна. – Орлана остановилась перед дверью в конце коридора. – Вэсса пришлет тебе твою горничную через пять минут, а девочку устроит на ночь и завтра утром отправит обратно в храм.

Мое сердце ухнуло вниз. Неужели нас с Рэнном поселят в одной комнате? Конечно, супругам положено жить вместе, но видеть каждый день ненавистное лицо? Бррр. И ночью… Что если он все-таки решит воспользоваться своим правом на меня?

Я сжала кулаки и прикусила нижнюю губу, чтобы хоть немного прийти в себя и не убежать с воплями прочь.

Женщина тихонько поскребла дверь ухоженными ноготками и позвала:

– Рэнн. Рэнн, дорогой, я привела твою жену.

Но ответа не последовало.

– Рэнн! – следующие две попытки также не имели успеха.

– Он не слышит, – сделала вывод Танни и решительно вышла вперед. Она повернулась к двери спиной и залупила по ней со всей дури пяткой, вернее деревянной подошвой своего башмака. Коридор замка наполнился грохотом.

Орлана и Вэсса выпучили глаза. Я не знала куда спрятать взгляд, чтобы не рассмеяться. А Танни самозабвенно стучала по двери и голосила:

– Рихтан Рэнн! Рихтан Рэнн! Рихая Лия пришла!

– Может, его нет в комнате? – предположила я, пытаясь угомонить девочку.

– Да как же! – не сдавалась Танни, дергая за ручку и пытаясь открыть запертую дверь. – Я своими глазами видела, что рихтан Рэнн отвел лошадь и зашел в замок, только не с центрального входа, а сбоку.

– Рихтан Рэнн у себя, – коротко подтвердила Вэсса, отвечая на вопросительный взгляд Орланы.

Что стало для Танни поводом стараться с еще большим пылом.

– Рихтан Рэнн, ну право, не может же рихая Лия остаться в коридоре! – взывала она к совести мужчины.

Видимо, моему супругу надоел шум, дверь распахнулась. Танни, лишившись опоры, ввалилась спиной в комнату к ногам Рэнна. Мы слаженно ахнули.

Взбешенный мужчина осмотрел нашу компанию. С его растрепанных длинных волос по обнаженной широкой груди стекали пенные ручейки. Загипнотизированная неожиданным зрелищем, я последовала взглядом за мыльными каплями по гладким литым мышцам, прошлась по кубикам крепкого торса и запнулась о пояс штанов. Нужно признаться, что мужчина оказался сложен, как бог. Нет, наверное, еще лучше…

Стоп! Куда меня понесло? Какая разница, какая у него фигура! Сути его она не меняла.

По-видимому, Рэнн мылся, потому так долго не отзывался. Танни быстрее всех сообразила о настроении моего супруга и не мешкая отползла в коридор, в сторонку. Я подобным чутьем не обладала, а потому, мысленно себя подбодрив, уже собиралась скрепя сердце войти в логово дикаря.

– Вон! – прошептал Рэнн, несмотря на тихий голос, заставив нашу компанию вздрогнуть. И жахнул перед моим носом дверью.

С минуту мы стояли молча, хлопая глазами и переваривая произошедшее.

– Как же так? – наконец проскулила все еще сидевшая на полу Танни.

– Все в порядке, – невозмутимо отозвалась Орлана. – Я, конечно, не могла предположить ничего подобного, но на всякий случай велела подготовить еще одни покои. Слышала, некоторым иномирянкам после перехода сложно давалось новое положение, – оправдывалась она с виноватым видом. – Поэтому я решила, что еще одни покои не помешают. Элфин ласковый мальчик, и все должно было пройти гладко, однако девушкам иногда хочется побыть наедине с собой, закрыться, спрятаться в своем собственном уголке.

– Большое спасибо! – с чувством поблагодарила я. Какое облегчение! У меня будет своя комната! Без Рэнна. Я запру дверь на замок и спокойно отосплюсь, не боясь его внезапного прихода.

Орлана подошла к следующей двери и толкнула, та легко поддалась, открывая вид на чудесные апартаменты. Ничего себе «уголок»! Орлана изящно повела рукой, предлагая войти. Дважды меня уговаривать не пришлось.

Я шагнула внутрь и восхищенно выдохнула:

– Какая красота!

– Ну, что ты, обычные покои. Я лишь внесла небольшие коррективы, – скромно призналась Орлана.

По количеству лепнины на потолке и дорогих деталей интерьера мои покои действительно казались попроще в сравнении с холлом на первом этаже. Но они точно выигрывали по лаконичности и вкусу.

Тяжелые бежевые портьеры на окнах, нежно-кремовая ткань на стенах, белоснежные шкуры на полу. Посреди этого великолепия простора и воздуха располагался мягкий гарнитур из светлого дерева с обивкой сливочного оттенка, а в центре композицию из диванов и кресел дополнял низенький столик. В сторонке притулился небольшой секретер.

Обходя под восторженные возгласы Танни комнату, я наткнулась на неприметную с первого взгляда дверь. Получив кивок от Орланы на свой вопросительный взгляд, я потянула за ручку. Это оказался вход в спальню с огромной кроватью под балдахином. Пара кресел, туалетный столик и широкий, во всю стену шкаф ручной работы поражали изысканной красотой. Здесь преобладали чуть более темные и теплые оттенки бежевого цвета.

– Восхитительно! – повторяла и повторяла я.

– Я очень рада, – искренне улыбнулась Орлана. – Пожалуйста, располагайся и отдыхай. Скоро подойдет Асья, твоя личная горничная, принесет ужин и поможет приготовиться ко сну. Встретимся утром на завтраке. Доброй ночи, дорогая.

Поблагодарив и пожелав сладких снов свекрови, я осталась одна. Танни женщины увели с собой. Мне было грустно прощаться со своей сопровождающей, но я сдержала неуместный порыв попросить оставить девочку в замке. Все правильно. Скоро я отсюда сбегу, и Танни снова окажется не у дел. Не стоит подавать ребенку надежды, которые я не смогу оправдать.

К приходу «личной горничной» я успела осмотреться и найти еще две потайные двери. Одну – в ванную комнату, где к моему удивлению оказались и канализационные трубы, и самый что ни на есть настоящий душ. Магия. До чего повезло! А ведь я могла очутиться в каких-нибудь диких временах, где о горячей воде слыхом не слыхивали. Другую – в будуар с кучей подушек на полу и крошечным сервировочным столиком. Зачем комнатушка нужна, если есть полноценная гостиная? Не понятно.

В дверь постучали и тут же, не дожидаясь разрешения, вошли двое мужчин, принесших сундук с условно моими вещами, и крепко сбитая девушка лет двадцати пяти с подносом в руках.

– Я Асья, рихая, – представилась она с коротким поклоном, – ваша горничная.

Водрузив поднос с едой на столик в гостиной, она повелительным жестом отпустила мужчин и прикрыла за ними дверь.

Я стояла столбом, не зная как вести себя с пришедшей. У меня никогда не было горничной, да и не требовалась она мне. Видимо, эти размышления отразились на моем лице потому, что девушка понятливо хмыкнула и прошла в спальню. Она достала из шкафа одежду для сна, расстелила постель и предложила:

– Вам помочь, рихая, принять ванну?

– Нет, спасибо. Дальше я сама, пожалуй, – отказалась я, ощущая неловкость.

Асья кивнула и направилась к выходу. Я открыла рот попрощаться, но девушка встала на колени перед сундуком и, открыв его, засунула нос. Она переложила одежду, которую я носила в день своего появления на Лаэре, ночную сорочку с пеньюаром и выудила «доказательства брачной ночи».

– Кто-то это видел? – спросила, бросив на меня странный взгляд.

Мне вспомнилось, как на подъезде к первой деревне Танни достала тряпье с кровавой меткой, чтобы выставить на показ. Но, увидев, как я побледнела, отложила эту гениальную идею. Правда, несколько любопытных женщин успели стать свидетелями смущающей меня сцены и разнесли по согражданам «приятную весть».

– Да, – ответила я, не собираясь рассказывать, как это произошло. А горничная не стала спрашивать. Молча сгребла тряпки и забрала с собой.

На следующее утро Асья появилась в спальне ровно через минуту после моего пробуждения. Отправив меня умываться, она приготовила одежду и застелила постель.

– Я сделаю вам прическу, рихая, – проинформировала она меня.

Пришлось присесть за туалетный столик перед зеркалом. В итоге через час кропотливого труда на моей голове лежала корона из уложенных локонов наподобие той, что украшала Орлану. Но если свекрови несказанно шла прическа, то на мне она смотрелась нелепо. Особенно меня впечатлила шапочка, прикрепленная поверх композиции словно крошечная шляпка гриба на толстенную ножку.

– А без этой штуки никак нельзя? – указала я пальцем на странный головной убор.

– Никак, – отрезала Асья.

Я поморщилась, но решила подчиниться. В конце концов, мне не перед кем здесь красоваться. Напротив, стоит выглядеть как можно хуже, чтобы Рэнну не пришло в голову передумать и отменить наш с ним договор. А пока приложу все усилия, чтобы понравиться свекрови и притупить бдительность людей, живущих в замке.

Асья помогла мне надеть наряд, состоящий из блузки, штанов и верхнего платья до колен.

– У рихты Орланы длинный подол, – заметила я, рассматривая свою укороченную юбку.

– Станете рихтой, будете носить длинные платья, – коротко объяснила различие фасонов горничная.

Не больно-то и хотелось. Просто спросила. Не стану я рихтой, даже не ждите. И длиннополые платья мне не носить.

– Вам следует спуститься в большую гостиную, рихая, и там подождать, завтрак будет через пятнадцать минут, – предложила Асья.

– Хорошо, – согласилась я. Могу и подождать, вдруг что-то любопытное или полезное узнаю. Надо же знакомиться с замком Миртов и миром Лаэры.

Мы вместе спустились в холл, и Асья указала на распахнутые витражные двери.

– Обычно все члены семьи собираются перед трапезой в общей гостиной.

О! Первая семейная традиция. Любопытненько. Пойдем, посмотрим, кто же отныне считается моими некровными родственниками.

В гостиной в ожидании завтрака томились двое. Элфин развалился на диванчике, полностью заняв собою сидение, и со скучной миной перелистывал томик, кажется, стихов. Сегодня деверь сменил странные брачные одежки на мужские и выглядел умопомрачительно. Белая рубашка из тончайшего шелка и расшитый камнями жилет подчеркивали стройность фигуры, а кожаные в обтяжку штаны и вовсе не скрывали ничего, выставляя напоказ длинные ноги, крепкие бедра и хм… внушительное достоинство.

Завидев меня, Элфин презрительно скривил лицо и демонстративно уткнулся в книгу.

Другим членом семьи оказалась очаровательная девушка, сидевшая напротив мужчины. Светло-персиковые косы, белоснежная кожа, наивно распахнутые травянисто-зеленые глаза, крошечный носик и по-детски пухлые алые губы, все навевало ассоциации с изящной фарфоровой куколкой. Восхитительной куколкой! Тонкие руки сложены на прижатые друг к другу колени, складки платья аккуратно расправлены, ноги в штанишках того же кроя, что и у меня, скрещены в щиколотках и чуть отодвинуты в сторону, головка слегка опущена. Девушка то и дело посматривала на Элфина из-под густых темных ресниц, поэтому мое появление она пропустила.

– Доброе утро! – поприветствовала я присутствующих. – Давайте знакомиться. Я – Лия, жена Рэнна, – решила представиться самостоятельно, так как судя по кислой физиономии Элфина, он не только не собирался меня представлять, но и вовсе пытался игнорировать.

– А? – Девушка вскочила с пуфика, оправляя платье. И тут заметила меня. Тревога на ее лице сменилась приветливой улыбкой. – А! Здравствуйте, рихая Лия. Я – Ясмидара, воспитанница Миртов. А это – Элфин… – она обернулась к моему деверю и растерялась, так как молодой человек и не подумал привстать или хотя бы высунуть нос из книги.

– Мы знакомы, – успокоила я ее.

– А. Ну, да, я не подумала. Они же оба уезжали за вами… – она осеклась и не договорила о провале Элфина, но мужчину все равно задели ее слова.

– И что такого? – взвился он. – По глупой случайности или по недомыслию она выбрала Рэнна. И еще сотню раз пожалеет об этом!

– Да я ничего такого не хотела сказать… – залепетала Ясмидара.

– А сказала очень много!

– Я не собиралась бередить твою рану, Элфин!

– Какую рану? Мне плевать! Это она, – мужчина кивнул в мою сторону, – пусть переживает. Уверен, уже прочувствовала, как несладко с Рэнном.

Меня неприятно царапнуло. С Рэнном действительно несладко. От одного только его взгляда бросает в дрожь, а от звука голоса нападает икота и панический ужас. Но так отзываться о собственном брате! Я не осуждала. Нет. Я не понимала. Должны же быть реальные причины подобной неприязни к ближайшему родственнику, кроме устрашающего вида и нелюдимости Рэнна.

– Ты что-то конкретное имеешь в виду, Элфин? – спросила я в лоб. – У тебя есть, что мне рассказать? Я что-то важное не знаю о твоем брате?

– Скоро сама все поймешь, – фыркнул молодой человек. – И вообще, я с тобой не разговариваю.

– Почему?

– А сама не догадываешься?

Разговор мне все больше напоминал переругивание детишек в детском саду.

– Никаких предположений.

– Ты могла выбрать меня!

– Так получилось, извини.

– И все?

А что еще я могла сказать на подобное обвинение?

Наш спор прервал шум в холле.

– Рихтан Рэнн, вы не можете уйти, – умолял женский голос, принадлежащий, верно, одной из служанок.

– И тем не менее я ухожу. – Без каких-либо эмоций ответил мой муж, и меня привычно передернуло.

– Рихтан Рэнн, пожалуйста, задержитесь.

– Я не собираюсь завтракать. У меня дела.

– Рихта Орлана просила всех членов семьи собраться в гостиной. Это очень важно!

– Потом расскажешь, о чем шла речь.

– Рихтан Рэнн…

Голоса отдалялись – видимо, мой муж упрямо шел к выходу.

– Довольно, Люсина. Можешь идти. – Голос Орланы было невозможно не узнать. Властный и при этом очень мягкий, я бы сказала, даже нежный, несмотря на то что в данный момент она обращалась к прислуге. – Рэнн, дорогой, задержись ненадолго. Ты лучше меня знаешь, что обычаи требуется соблюдать. Нужно представить твою жену по всем правилам.

– Не буду вам мешать, матушка, – ехидный тон Рэнна вызвал во мне волну негодования, но Орлана будто и не заметила ничего подобного.

– Присутствие обоих супругов необходимо. Иначе пойдут слухи. Пожалуйста, – последнее слово она произнесла с нажимом.

Послышались шаги. В гостиной появились мать и сын. Одежда обоих не сильно отличалась от вчерашней, из чего напрашивался вывод про повседневность наряда.

От свирепого взгляда Рэнна мне захотелось спрятаться, что я и сделала, благополучно переместившись за спину Ясмидары. Мне повезло, девушка замерла при виде моего мужа и, кажется, даже боялась вдохнуть. Хм, выходит, не одну меня берет оторопь при виде этого мрачного верзилы?

– Ну, вот и вся семья в сборе! – хлопнула в ладоши Орлана, одаривая любящим взглядом каждого присутствующего.

– Моей жены нет, – заметил Рэнн и, развернувшись, собирался уйти.

– Сынок, разве можно быть таким грубым? Лия стоит прямо перед тобой. Очень тебя прошу, дорогой, будь полюбезнее с бедной девочкой. Ей и так непросто. Оказалась в чужом мире, совсем одна, ни знакомых, ни друзей. Еще собственный муж... – она не стала договаривать, позволив каждому присутствующему додумать фразу самостоятельно.

На самом деле меня равнодушие Рэнна не задело. Я бы с удовольствием и дальше предпочла не попадать в его поле зрения. Зато выволочка матери очень даже зацепила самого Рэнна. Он бросил кровожадный взгляд в сторону Ясмидары, и та резвой козочкой отпрыгнула, обнаруживая мое присутствие в комнате.

– Я здесь, – пришлось подтвердить с извиняющейся улыбкой.

Рэнн сжал губы в узкую полоску и в два шага оказался рядом.

– Начинайте, матушка, – процедил он сквозь зубы.

– Вэсса, – позвала Орлана.

В гостиную вошла женщина в сером, которую я видела вчера, с узлом вещей, именуемых «доказательством брачной ночи». Я вспыхнула и не знала, куда спрятать глаза. Пробежав взглядом по покрасневшей Ясмидаре, отвернувшемуся Элфину и светящейся от счастья свекрови, я предпочла зажмуриться.

– По закону сначала должны стать свидетелями домашние.

Неужели нельзя было удостовериться кому-нибудь одному, а потом всем рассказать?

Я услышала, как зашуршала ткань. Фыркнул Элфин. Ойкнула Ясмидара.

– Теперь покажем остальным. Все замковые собрались во дворе, Вэсса?

– Да, рихта, приглашенный храмовник тоже как раз подъехал.

Оракул здесь? Вслед за нашим отрядом ехал, что ли? Стоп! Она сказала, что в этом участвуют все живущие в замке? О, мой бог! Как стыдно!

Теплая ладонь легла на мою талию, заставив подпрыгнуть от неожиданности, я отскочила и уставилась на Рэнна. Его щека дернулась, он поднял подбородок и сжал губы. Жест рукой в сторону двери, и, не дожидаясь меня, мужчина направился вон из комнаты. Я осмотрелась. Семья вереницей тянулась к выходу.

Что ж, каша заварена. Поздно давать задний ход. Придется идти вместе со всеми.

На улице перед крыльцом собралась приличная толпа. Обережники, конюхи, домашняя прислуга… Утро давно наступило, и многих оторвали от работы. Не менее сотни глаз пялилась на меня, ожидая любопытного зрелища.

Я поежилась. Солнце вовсю припекало, меня нарядили в несколько слоев одежды, однако тело покрылось гусиной кожей, а волоски встали дыбом. Неужели всех новобрачных подвергают подобному испытанию? Или только из иного мира?

Да что это я? Подумаешь потрясут перед всеми грязным разодранным бельем! Пусть сами стыдятся своих глупых обычаев. Я не сделала ничего дурного, так почему должна краснеть и смущаться?

Вэсса повторно развернула белье с моей меткой. Послышался выразительный присвист. Кто-то обратил общее внимание на разодранный подол и оторванный рукав, свисающий с пеньюара на двух нитках. Пошли шепотки, что рихтан Рэнн не церемонится с молодой женой. Женщины жалостливо заохали, мужчины загудели в одобрении.

В этот раз я не стала закрывать глаза, напротив, натянула на лицо маску безразличия и задрала нос повыше. Хотите зрелищ? Получите и распишитесь.

Храмовник, оказавшийся вовсе не Оракулом, а вполне крепким, еще нестарым мужичком, ощупал ткань с пятном, приблизился ко мне и взял за запястье. Толпа затихла в предвкушении. Храмовник вынул из-за пояса маленький ножичек и оцарапал мне руку до крови. Народ втянул воздух. Мужичок демонстративно прикрыл своей ладонью мою и поднял вверх наши руки. Люди радостно загомонили, принялись поздравлять и желать счастья молодым.

– Добро пожаловать в нашу семью! – громко провозгласила Орлана. Она подошла ко мне и, обняв, тихонько прошептала: – Не думай, что кто-то из нас сомневался в вашем с Рэнном браке... Просто так положено. Все-таки Рэнн – рихтан. С этого момента ты считаешься принятой в семью Миртов.

– Я понимаю, – успокоила я взволнованную свекровь, переживающую, не задел ли меня обычай Лаэры. – Все хорошо, правда.

Так даже лучше. Теперь никто меня не побеспокоит ближайшие несколько месяцев. А за то время я успею свой побег не только распланировать и подготовить, но и осуществить.

До чего я была наивной!