Текст книги "Политбюро. Лица и судьбы. Энциклопедия биографий"
![](/books_files/covers/thumbs_240/politbyuro-lica-i-sudby-enciklopediya-biografiy-276059.jpg)
Автор книги: Николай Зенькович
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)
Николай Зенькович
Политбюро. Лица и судьбы. Энциклопедия биографий
3-е изд., исправленное и дополненное
Фотоматериалы из архива автора и фотохроники ТАСС
![](i_001.jpg)
© Зенькович Н.А., 2023
© ООО «Издательство «Вече», 2023
Предисловие к третьему изданию
Новое, третье по счету издание книги, исправленное и дополненное, предпринимается во время, когда вновь возник большой интерес к тем 229 персоналиям из ушедшей советской эпохи. Повод – 100-летие создания СССР и 120-летие КПСС. Кто тогда правил страной? В чьих руках находились судьбы миллионов людей?
Первое издание книги вышло в 2002 году. Это было переломное время – на смену ельцинской элите пришла другая, путинская. Жизнеописания новых политических деятелей из незатасканной кадровой колоды были у всех на слуху. Но биографии членов Политбюро, Оргбюро и секретарей ЦК КПСС, выпущенные отдельной книгой, разошлись в короткие сроки.
Второе издание вышло в 2004 году. Оно было значительно расширено за счет сведений, присланных самими персонажами этой книги (Н.И. Рыжков, Е.К. Лигачев, О.С. Шенин, М.С. Соломенцев и др.). В тексты были также внесены уточнения, переданные автору родственниками и бывшими сослуживцами членов высшей партийной коллегии. Немало ценного материала сообщили мне историки, краеведы, сотрудники музеев и простые читатели, увлекающиеся исторической литературой.
Тираж второго издания тоже разошелся довольно быстро. И он тоже вызвал немало откликов. Из Кишинева позвонил, а потом и приехал ко мне бывший член Политбюро Г.И. Еремей. Внук Н.С. Хрущева – его полный тезка, дочь Н.А. Вознесенского Майя Николаевна, дочь Н.П. Патоличева Наталья Николаевна, дочь бывшего секретаря ЦК В.И. Полякова Ольга Васильевна… Неожиданно дал о себе знать 90-летний Виктор Михайлович Николаев, в прошлом многолетний помощник П.К. Пономаренко. Они рассказали много важных подробностей. Из Минска прислали пакет с рассекреченными материалами, касающимися П.М. Машерова. В их числе были копии докладных записок ЦК Компартии Белоруссии в ЦК КПСС о результатах проверок анонимных сигналов по поводу некоторых эпизодов из жизни в начале Великой Отечественной войны любимца белорусского народа.
Ценные уточнения на фирменном бланке Региональной благотворительной общественной организации сохранения Мавзолея В.И. Ленина прислал А. Абрамов, автор книги «У Кремлевской стены», – о тех, кто там захоронен. Но особенно много поступило писем и звонков от родственников упомянутых в книге лиц. Как говорят в таких случах, всем – спасибо!
В результате новое, третье издание выросло в объеме почти на три печатных листа по сравнению со вторым.
Еще раз подчеркиваю: в этой книге – история, а не политика. Свидетельства того, что было на нашем веку.
А что было, – то быльем не поросло.
Николай ЗЕНЬКОВИЧ
Декабрь 2022 года
Предисловие ко второму изданию
Первое издание книги под названием «Самые закрытые люди. Энциклопедия биографий» вышло в московском издательстве «ОЛМА-ПРЕСС» в 2002 году. Первым на нее откликнулся Николай Иванович Рыжков. Он прислал на мое имя письмо на девяти страницах.
«Она вызвала у меня большой интерес, – пишет бывший член Политбюро ЦК КПСС, Председатель Совета Министров СССР, – и не только потому, что в ней есть моя биография. На мой взгляд, из многих биографических справочников последнего времени она во многом отличается в лучшую сторону».
Далее Николай Иванович пишет: «В 90-е годы даже этот, казалось бы, объективный вид литературы на самом деле имел претенциозный и зачастую необъективный характер описания жизни и деятельности людей, многие из которых давно уже в мире ином. К сожалению, они не могут себя защитить, а те, кто пишут о них, – осознанно или по специальному заказу – злобствуют.
Я не идеализирую жизнь и деятельность людей, чьи имена вошли в историю. Они жили в свое время, которое для нас сейчас во многом кажется необъяснимым. Но и тогда были мудрецы и честные люди, палачи и изуверы. Поэтому надо быть весьма объективными в оценке их жизнедеятельности. Еще три тысячи лет назад мудрый царь Соломон говорил: «Лживый язык ненавидит уязвляемых их, и льстивые уста готовят падение».
К своему письму Н.И. Рыжков приложил уточнения, которые он попросил учесть в следующем издании книги: «Николай Александрович! Я пишу Вам подробное письмо с тем, чтобы Вы из первых рук имели объективную информацию. Если Вы будете переиздавать этот труд, – а на мой взгляд, это надо сделать, – можете использовать этот материал. Полагаю, что и по другим биографиям будут накапливаться дополнительные данные, первоисточники, анализ и т. д.».
Спасибо, Николай Иванович! С удовольствием вношу Ваши замечания в новое издание. Отдельная благодарность – за искреннее поздравление с выходом «Самых закрытых людей», названных моим пристрастным читателем «интересным трудом». Пристрастным – потому что Николай Иванович, по его словам, некоторые мои книги читал, а часть из них отправил в библиотеку мемориала «Прохоровское поле». Я рад такой высокой оценке.
Неожиданно по телефону позвонил Михаил Сергеевич Соломенцев. 90-летний экс-председатель Комитета партийного контроля и многолетний член Политбюро в целом одобрительно отозвался о книге. Но предъявил претензию: мол, он не произносил славословий в адрес М.С. Горбачева, когда того избирали Генеральным секретарем ЦК КПСС.
– Наверное, вы что-то перепутали, – убеждал меня М.С. Соломенцев. – Я не мог такого говорить. Я уже тогда видел, что Горбачев не тянул на Генерального… Скорее всего, те слова я произносил гораздо раньше, когда его выдвигали на должность секретаря ЦК по сельскому хозяйству.
Нет, Михаил Сергеевич, я не ошибся и не напутал. В книге приведены ваши подлинные слова, которые вы же сами и завизировали для архива. Документы, как и рукописи, не горят…
Свои замечания передали бывшие члены Политбюро: легендарный Егор Кузьмич Лигачев, Олег Семенович Шенин, а также ряд секретарей ЦК КПСС, руководителей республиканских партийных организаций. Конечно, все хотят выглядеть перед историей белыми и пушистыми. Но факты, как говорил основатель КПСС, упрямая вещь.
Николай ЗЕНЬКОВИЧ
Декабрь 2003 года
Судьбы вершителей судеб
(Предисловие к первому изданию 2002 года)
Не надо искать в этой книге политики. Теперь это уже история.
Да, кому-то, наверное, не совсем корректными покажутся оценки тех или иных деятелей, чьи портреты еще недавно носили на первомайских и ноябрьских демонстрациях.
О них практически ничего не знали. Какие вопросы вели в Политбюро, за какие направления в работе отвечали, – об этом можно было только догадываться по скупым сообщениям в прессе.
Лица у них были такими же одинаковыми, как и шапки-пирожки, как темные шляпы и темно-серые костюмы. Сверх нормы упитаны, за исключением аскетичных М.А. Суслова и А.И. Микояна. Живые портреты – какими они были в действительности?
Это были самые закрытые фигуры в Советском Союзе. Ни при жизни, ни даже после смерти не было известно об их семьях, увлечениях, человеческих качествах. Тайной было окутано все – и путь наверх, не всегда прямой, и низвержение с Олимпа, как правило, неожиданное, связанное с интригами, подковерными схватками, а то и с откровенным предательством.
На последнем, ХХVIII съезде КПСС (июль 1990 г.) во время отчетов членов Политбюро о проделанной ими лично работе в президиум поступила записка от одного из делегатов с просьбой подробно пояснять, какие вопросы ведет отчитывающийся член Политбюро. Этого не знали даже делегаты самого демократичного съезда за всю историю партии!
Увы, природа власти везде одинакова – будь то рабовладельческий Древний Рим, феодальная монархия, первое в мире рабоче-крестьянское правительство или современная демократия. Различны лишь формы проникновения во власть и борьбы за ее удержание.
И все же феномен советской системы стоит особняком в мировой истории. 229 кремлевских вождей, а именно столько их прошло за три четверти ХХ века через Политбюро, Оргбюро и Секретариат ЦК правящей партии, впервые предстают в этой книге без ретуши и приукрашивания.
Впервые Политическое бюро ЦК, в состав которого вошли В.И. Ленин, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, И.В. Сталин, Г.Я. Сокольников, А.С. Бубнов, было образовано на заседании Центрального Комитета партии 10 (23) октября 1917 года для политического руководства восстанием. С победой Октябрьской революции эта задача была решена.
Как постоянно действующий орган Политбюро стало функционировать после VIII съезда РКП(б) (18–23 марта 1919 г.), который в своем решении по партийному строительству признал необходимым организовать в составе ЦК Политическое бюро, Организационное бюро и Секретариат.
Решения съезда предусматривали, что «все наиболее важные политические и организационные вопросы, не требующие самого спешного разрешения», должны обсуждаться на пленарных заседаниях ЦК, созываемых не менее двух раз в месяц. «Политическое бюро принимает решения по вопросам, не терпящим отлагательства, и о всей своей работе за две недели делает отчет очередному пленарному собранию Центрального Комитета».
Первый состав Политбюро был избран на Пленуме ЦК РКП(б) 25 марта 1919 г. Членами Политбюро стали В.И. Ленин, Л.Б. Каменев, Н.Н. Крестинский, И.В. Сталин, Л.Д. Троцкий; кандидатами – Н.И. Бухарин, Г.Е. Зиновьев, М.И. Калинин.
В Оргбюро вошли пять членов Центрального Комитета – И.В. Сталин, Н.Н. Крестинский, Л.П. Серебряков, А.Г. Белобородов, Е.Д. Стасова; кандидатом – М.К. Муранов. Секретариат ЦК состоял из ответственного секретаря, члена Оргбюро ЦК Е.Д. Стасовой и пяти технических секретарей.
Постепенно в этих центрах сосредоточилась вся полнота политической, экономической и правовой власти в стране.
Решения Политбюро были высшим законом для всех граждан, выше самого закона и даже Конституции, которые для этого органа выступали лишь в качестве подсобного инструмента. Политбюро было своеобразным сверхправительством.
А между прочим, там были самые обыкновенные люди. И с грамотенкой у иных не ахти – кто окончил два класса церковно-приходской школы, а кто и вообще скромно писал в анкете: «самоучка». И с талантами по-всякому бывало.
Было ли сведение счетов на самом высоком партийном Олимпе? Было. 49 человек, или почти каждый четвертый, расстреляны. Пятеро покончили самоубийством.
И еще несколько интересных сведений. Самым молодым секретарем ЦК был В.М. Михайлов (27 лет при избрании), самым старым – О.В. Куусинен (76 лет). «Долгожителем» в Политбюро был А.И. Микоян – 40 лет, менее всех – по одному месяцу – работали секретарями ЦК С.Д. Игнатьев (после смерти И.В. Сталина), В.В. Калашников и И.И. Мельников (при М.С. Горбачеве).
В последних составах Политбюро и Секретариата ЦК КПСС не было ни одного Героя Советского Союза, ни одного Героя Социалистического Труда.
На двух архивных пакетах предупреждающая надпись: «Вскрывать только с разрешения Генерального секретаря ЦК КПСС». В первом пакете – протокол заседания Политбюро, проходившего в 1986 г.: установить размер пенсии членам Политбюро в 800 рублей с сохранением дачи (пять человек обслуживающего персонала), автомобилей «Чайка», «Волга» и т. д. Во втором пакете – постановление от 24.03.1983 г.: членам и кандидатам в члены Политбюро старше 65 лет начинать работу в 10 часов утра и заканчивать в 17 часов с обязательным соблюдением перерыва на обед.
Николай ЗЕНЬКОВИЧ
Декабрь 2001 года
А
![](i_002.jpg)
АКУЛОВ Иван Алексеевич (12.04.1888–30.10.1937)
Член Оргбюро ЦК ВКП(б) с 13.07.1930 г. по 02.10.1932 г. Член ЦК ВКП(б) в 1927–1930 гг. Член ЦКК РКП(б) – ВКПБ(б) в 1923–1925, 1930–1934 гг. Член КПСС с 1907 г.
Родился в Петербурге в семье мелкого торговца-лавочника. Русский. В раннем детстве потерял отца, воспитывался в приюте. В 1905 г. с отличием окончил торгово-промышленную школу в Санкт-Петербурге. Работал канцеляристом в редакции «Торгово-промышленной газеты». Участвовал в демонстрациях, митингах, маевках. Руководил подпольной группой РСДРП. Профессиональный революционер. В 1908 г. с группой товарищей был арестован во время собрания представителей подрайонов Петербургского комитета РСДРП. После шестимесячного следствия приговорен к одному году заключения в крепости. Наказание отбывал в «Крестах». Выйдя на свободу, вел революционную пропаганду среди рабочих столицы. Избирался секретарем правления профсоюза рабочих-металлистов, был одним из организаторов в нем большевистской фракции. С 1912 г. член Петербургского комитета РСДРП(б). В 1913 г. дважды подвергался арестам, был выслан в Самарскую губернию. В 1915 г. вернулся поближе к столице, поселился в Финляндии недалеко от Выборга. После Февральской революции 1917 г. действовал в Новгородской губернии, затем создавал военную организацию РСДРП(б) в Выборге. Делегат VII (Апрельской) Всероссийской конференции и VI съезда РСДРП(б). Участник Октябрьской революции в Петрограде и Гражданской войны. С декабря 1917 г. секретарь Екатеринбургского комитета РСДРП(б). В январе – мае 1918 г. секретарь Уральского обкома партии. С мая по август 1918 г. служил в Красной армии. Во время мятежа белочехов был комиссаром снабжения фронта. С сентября 1918 г. председатель Вятского, с февраля 1919 г. Оренбургского губкомов РКП(б). С февраля 1920 г. секретарь Киргизского областного бюро РКП(б), с января 1921 г. – Крымского обкома РКП(б). С 1922 г. на профсоюзной работе на Украине: член президиума ЦК союза горняков, председатель Донецкого союза чернорабочих, председатель Всеукраинского союза горняков, председатель Всеукраинского совета профсоюзов. В 1929 г. секретарь ВЦСПС. С 1929 г. заместитель наркома Рабоче-крестьянской инспекции СССР, член Президиума Центральной Контрольной Комиссии ВКП(б). С 1931 г. первый заместитель председателя ОГПУ, сменил на этом посту Г.Г. Ягоду, возглавившего ОГПУ. Предполагалось, что вскоре он сменит его и на посту руководителя этого ведомства, но Г.Г. Ягоде удалось убедить И.В. Сталина перевести И.А. Акулова на партийную работу. В 1932–1933 гг. секретарь ЦК КП(б) Украины по Донбассу. С 21.06.1933 г. по 03.03.1935 г. Прокурор СССР. Был первым руководителем Прокуратуры СССР, созданной постановлением ЦИК и СНК СССР от 20.06.1933 г. «в целях укрепления социалистической законности и должной охраны общественной собственности по Союзу ССР от покушений со стороны противообщественных элементов». Лично разрабатывал «Положение о Прокуратуре Союза ССР», утвержденной ЦИК и СНК СССР 17.12.1933 г. Этим же постановлением была упразднена Прокуратура Верховного суда СССР, выполнившая свою первоначальную функцию. С января 1934 г. одновременно был ответственным редактором журнала «За социалистическую законность» (ныне «Законность»). В начале декабря 1934 г. вместе со своим заместителем А.Я. Вышинским допрашивал убийцу С.М. Кирова Л.В. Николаева. По оценкам современных правоведов, оказался в полной зависимости от работников НКВД, которые разрабатывали только ту версию убийства, которую выдвинул И.В. Сталин. Не противодействовал незаконным методам ведения следствия и фактически потворствовал нарушителям законности. Совместно с Председателем Верховного суда СССР А.Н. Винокуровым 08.12.1934 г. подписал директиву о применении на практике постановления ВЦИК СССР от 01.12.1934 г. «О внесении изменений в уголовно-процессуальное законодательство», согласно которому следствие по делам о террористических актах должно заканчиваться в срок не более 10 дней, обвинительное заключение вручаться за сутки до рассмотрения дела в суде, дела слушались без участия прокурора и адвоката, по ним не допускались кассационное обжалование и ходатайство о помиловании, а приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно. В директиве Прокуратуры СССР был дан перечень должностных лиц, покушение на жизнь и здоровье которых квалифицировалось как террористический акт и рассматривалось в порядке указанного закона. Директива придавала обратную силу закону от 01.12.1934 г. С 03.03.1935 г. И.А. Акулов секретарь ЦИК СССР. Сменил на этом посту А.С. Енукидзе, снятого за моральное разложение. Был одним из 30 членов Конституционной комиссии СССР, разрабатывавшей сталинскую Конституцию 1936 года. Был лысым, похожим на монгола. В феврале 1937 г. возглавлял комиссию по организации похорон Г.К. Орджоникидзе. По словам А.М. Лариной, жены Н.И. Бухарина, был единственным, кто подал руку ее мужу при входе в зал, где 23.02.1937 г. состоялся Пленум ЦК ВКП(б), созванный по вопросу об антипартийном поведении Н.И. Бухарина в связи с объявленной им голодовкой. И.А. Акулов сказал ему: «Мужайтесь, Николай Иванович». 28.04.1937 г. обратился с письмом к Н.И. Ежову: «Сов. секретно. Только лично. Секретарю ЦК ВКП(б) тов. Ежову Н.И. Дорогой Николай Иванович! Пересылаю тебе конверт полученного мною письма. Хочу обратить твое внимание на крайне небрежно проводимую органами НКВД перлюстрацию: конверт при вскрытии порван, печать почты при заклейке смещена. Уж если органы НКВД считают, что они вправе перлюстрировать письма, идущие к члену Бюро КПК и члену правительства, то пусть хоть делают свою работу поаккуратнее. Крепко жму руку. И. Акулов» (АПРФ. Ф. 57. Оп.1. Д. 57. Л. 11). Арестован 23.07.1937 г. на даче в селе Покровское Красногорского района и доставлен в Лефортовскую тюрьму. Обвинялся в участии в контрреволюционном военном заговоре в Красной армии. На допросах признался, что в течение 10 лет являлся участником подпольной троцкистской организации, в ее рядах вел активную работу против руководителей ВКП(б) и Советского правительства. Был личным другом расстрелянного в июне 1937 г. военного деятеля И.Э. Якира. Осужден Военной коллегией Верховного суда СССР 29.10.1937 г. по ст. 58–2, 58–8, 58–11 УК РСФСР к высшей мере наказания. На суде заявил, что виновным себя не признает, показания, данные на предварительном следствии, отрицает. Их дал, потому что «на следствии потерял волю из-за побоев». В последнем слове сказал, что троцкистом никогда не был, всегда боролся с ними, а тем более не мог быть вредителем, террористом и изменником Родины. Заседание суда продолжалось полчаса. Расстрелян 30.10.1937 г. Перед расстрелом сказал присутствовавшим при исполнении приговора заместителю Прокурора СССР Рогинскому и заместителю наркома внутренних дел М.П. Фриновскому: «Ведь вы же знаете, что я не виноват». В ответ Рогинский стал осыпать его бранью. 31.10.1937 г. было заведено следственное дело на его жену Н.И. Шапиро, которая Особым совещанием при НКВД СССР как член семьи изменника Родины была заключена в исправительно-трудовой лагерь сроком на восемь лет. Особое совещание добавило ей 16.12.1946 г. еще пять лет ссылки как социально-опасному элементу. Отбыв ссылку, поселилась в Карагандинской области. 22.06.1954 г. обратилась к Г.М. Маленкову с просьбой о реабилитации себя и мужа. Военная коллегия Верховного суда СССР 25.09.1954 г. отменила постановления Особого совещания в отношении Н.И. Шапиро как необоснованные, 18.12.1954 г. Военная коллегия Верховного суда СССР отменила приговор в отношении И.А. Акулова и дело о нем прекратила за отсутствием состава преступления. Восстановлен в партии КПК при ЦК КПСС в мае 1955 г. Наград не имел. В деле И.А. Акулова, кроме двух протоколов его допроса и заявления на имя следователя, никаких доказательств его виновности не обнаружено. Просмотром архивно-следственных дел на Ю. Пятакова, И.Э. Якира, Н.И. Бухарина и других, с которыми, по показаниям И.А. Акулова на предварительном следствии, он был связан по преступной деятельности, установлено, что И.А. Акулов по показаниям этих лиц не проходил, никто из них И.А. Акулова, как троцкиста и участника военно-фашистского заговора, не называл.
![](i_003.jpg)
АЛЕКСАНДРОВ Георгий Федорович (22.03.1908–21.07.1961)
Член Оргбюро ЦК ВКП(б) с 18.03.1946 г. по 05.10.1952 г. Кандидат в члены ЦК ВКП(б) – КПСС в 1941–1956 гг. Член КПСС с 1928 г.
Родился в Петербурге в семье рабочего. Русский. В годы Гражданской войны остался беспризорником, воспитывался в Борисоглебском детском доме Тамбовской губернии. В 1924 г. поступил в Тамбовскую совпартшколу, одновременно работал инструктором Тамбовского губкома комсомола и преподавал обществоведение в одной из тамбовских школ-семилеток. Затем заведовал Борисоглебской совпартшколой. В 1932 г. окончил Московский институт истории и философии, аспирантуру. Доктор философских наук (1939). С 1935 по 1938 г. работал в этом институте на различных научно-преподавательских должностях. В 1938–1939 гг. заведовал редакционно-издательским отделом Исполкома Коминтерна. В 1939–1940 гг. заместитель заведующего Отделом агитации и пропаганды ЦК ВКП(б), одновременно в 1939–1946 гг. директор Высшей партийной школы при ЦК ВКП(б). В 1940–1947 гг. начальник Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б). 17.08.1942 г. направил на имя секретарей ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкова, А.С. Щербакова и А.А. Андреева записку «О подборе и выдвижении кадров в искусстве», где делался вывод, что в сфере культуры правят бал «нерусские люди (преимущественно евреи)», а «русские люди оказались в нацменьшинстве». Начав с Большого театра, названного в записке «центром и вышкой русской музыкальной культуры и оперного искусства СССР», Г.Ф. Александров утверждал, что «руководящий состав» этого театра «целиком нерусский». То же самое происходило и в Московской государственной консерватории, где все «почти полностью находится в руках нерусских людей». В записке констатировалось, что в консерватории не прививалась любовь к русской музыке, русской народной песне, имея в своем репертуаре главным образом произведения западноевропейских композиторов. Столь же негативно оценивалась и музыкальная критика, в которой также отмечалось «преобладание нерусских». Г.Ф. Александров отмечал, что в газетах «Правда», «Известия», «Вечерняя Москва», «Литература и искусство» во главе отделов литературы и искусства «стоят нерусские». Записка заканчивалась требованием «вменить в обязанность Комитету по делам искусств при СНК СССР проводить последовательную и неуклонно правильную политику в области искусства», для чего предлагалось «разработать мероприятия по подготовке и выдвижению русских кадров» и «провести уже сейчас частичное обновление руководящих кадров в ряде учреждений искусства» (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 123. Л. 21–24). В том же году возглавил комиссию по восстановлению употребления в правописании буквы «ё», введенной президентом Российской академии Е.Р. Воронцовой-Дашковой и отмененной после Октябрьской революции. 18.05.1944 г. направил секретарю ЦК ВКП(б) А.С. Щербакову записку «О состоянии Литературного института при Союзе советских писателей», где говорилось о появлении в Литинституте группы антисоветски настроенных людей, оказывавших разлагающее влияние на неустойчивую часть студентов. 26.07.1944 г. Секретариат ЦК ВКП(б) принял предложение Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) о «нецелесообразности дальнейшего существования Литературного института при Союзе советских писателей», однако И.В. Сталин не одобрил это радикальное решение. 14.04.1945 г. Г.Ф. Александров опубликовал в газете «Правда» статью «Товарищ Эренбург упрощает», в которой подверглись критике призывы писателя к советским воинам, вступившим на территорию гитлеровской Германии, не проявлять жалости и сострадания по отношению к немецкому населению. Имел репутацию книжно-грамотного человека, опытного педагога и пропагандиста. Автор большого числа работ по философии. В 1945 г. издал книгу «История западноевропейской философии», представлявшую сборник очерков о европейских философах с изложением его лекций 1930-х гг. Она вызвала большой резонанс, была отмечена Сталинской премией и рекомендована в качестве учебника для вузов. По ней Институтом философии АН СССР были проведены две общесоюзные дискуссии философов. На второй дискуссии (16–25.06.1947 г.) по поручению И.В. Сталина выступил А.А. Жданов, заявивший, что «потребовалось вмешательство Центрального Комитета и лично товарища Сталина, чтобы вскрыть недостатки книги» (Вопросы философии. 1947. № 1. С. 267). Было признано, что книга написана в духе «профессорского объективизма», представляет собой «эклектическую окрошку», носит отчетливые следы различных буржуазных и мелкобуржуазных влияний, ее идейные основы далеки от требований большевистской партийности. Главным обвинением было причисление К. Маркса к западным философам. По воспоминаниям Н.С. Патоличева, на одном из совещаний И.В. Сталин попросил его остаться. Когда все вышли, спросил: «Скажите, Александров сам пишет?» Н.С. Патоличев хорошо знал Г.Ф. Александрова и уверенно ответил: «Александров пишет сам». И.В. Сталин внимательно посмотрел на него, помолчал и сказал: «Ладно, можете идти». Один из авторов книги «Сталин. Краткая биография» 07.11.1947 г. вместе с М.А. Сусловым направил записку на имя В.М. Молотова и А.А. Кузнецова с предложением о роспуске Еврейского антифашистского комитета (ЕАК), скатившегося на позиции национализма и сионизма. По их мнению, дальнейшее существование ЕАК представляло опасность для государства. Один из идеологов борьбы с космополитизмом. Вследствие интриг А.А. Жданова с Г.М. Маленковым в 1947 г. переведен из аппарата ЦК ВКП(б) директором Института философии Академии наук СССР. По другой версии, был снят с поста начальника Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) в связи с делом Б.Л. Сучкова, которого Г.Ф. Александров взял на работу в ЦК, а затем выдвинул в 1947 г. директором Государственного издательства иностранной литературы. Б.Л. Сучков был арестован и заключен в лагерь (освобожден в 1955 г.) по обвинению в передаче американцам секретных сведений о разработке советской атомной бомбы и информации о послевоенном голоде в Молдавии. С 09.03.1954 г. по 10.03.1955 г. министр культуры СССР. Сменил на этом посту П.К. Пономаренко, рекомендованного первым секретарем ЦК Компартии Казахстана. По официальной формулировке, снят «как не обеспечивший руководство министерством». По другой версии, за банный скандал с актрисами. Поводом послужило анонимное письмо в ЦК КПСС матери студентки, которую растлил пожилой содержатель притона, куда захаживало многочисленное начальство, включая министра культуры СССР Г.Ф. Александрова. По поручению Н.С. Хрущева проверкой письма занялись секретарь ЦК КПСС П.Н. Поспелов и заместитель председателя КПК при ЦК КПСС П.Т. Комаров. Факты подтвердились, Г.Ф. Александров посещал притон с молодыми актрисами. Постоянными клиентами притона были его бывшие коллеги по Управлению пропаганды ЦК ВКП(б): директор Института мировой литературы член-корреспондент АН СССР А.М. Еголин, заведующий Отделом пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) В.С. Кружков, а также директор Гослитиздата А.К. Котов и ректор Литературного института С.М. Петров. 10.03.1955 г. Президиум ЦК КПСС принял постановление «О недостойном поведении тт. Александрова Г.Ф., Еголина А.М. и других». 11.03.1955 г. К.И. Чуковский записал в своем дневнике: «Встретил на улице Корнелия Зелинского и Перцова. Рассказывают сенсационную новость. Александрова, министра культуры, уличили в разврате, а вместе с ним и Петрова, и Кружкова, и (будто бы) Еголина. Говорят, что Петров, как директор Литинститута, поставлял Александрову девочек-студенток, и они распутничали вкупе и влюбе. Подумаешь, какая новость! Я этого Ал-ва наблюдал в Узком. Каждый вечер он был пьян, пробирался в номер NN и (как говорила прислуга) выходил оттуда на заре. Но разве в этом дело. Дело в том, что он бездарен, невежествен, хамоват, туп, вульгарно-мелочен. Когда в Узком он с группой «философов» спешно сочинял учебник философии (или Курс философии), я встречался с ним часто. Он, историк философии, никогда не слыхал имени Николая Як. Грота, не знал, что Влад. Соловьев был поэтом, смешивал Федора Сологуба с Вл. Соллогубом и т. д. Нужно было только поглядеть на него пять минут, чтобы увидеть, что это чинуша-карьерист, не имеющий никакого отношения к культуре. И его делают министром культуры! Все видели, что это Держиморда, холуй. Но – повторилась история с Берией – начальство было слепо, и Ал-ов был поставлен во главе всей советской культуры». На партийном собрании Президиума АН СССР Г.Ф. Александров был заклеймен как разложившийся человек, опозоривший имя советского академика и советского философа, спутавшийся с уголовными элементами, потерявший политическую бдительность. При обсуждении закрытого письма ЦК КПСС «О недостойном поведении тт. Александрова Г.Ф., Еголина А.М. и др.» в институтах нефти, горючих ископаемых и горного дела АН СССР приводились факты пьяных кутежей и оргий Г.Ф. Александрова с молодыми девушками в ведомственном санатории «Узкое». Снят с поста министра, выведен из состава кандидатов в члены ЦК и отправлен в Минск, где работал заведующим сектором диалектического и исторического материализма Института философии и права Академии наук Белорусской ССР. По итогам голосования на выборах в Верховный Совет РСФСР в 1955 г. был подготовлен закрытый анализ популярности политических деятелей. В этой табели симпатий Г.Ф. Александров, несмотря на скандальное происшествие, оказался на втором месте (99,91 % голосов) после В.М. Молотова (99,92 %). Лидер партии Н.С. Хрущев занял лишь четвертое место. Г.Ф. Александров занимался темой истории западноевропейской литературы. В 1958 г. выпустил работу «История социологии как наука». Весной 1961 г. ЦК Компартии Белоруссии начал собирать на него компрометирующие сведения. В июле того же года скончался, по свидетельству Д.Т. Шепилова, от цирроза печени. Д.Т. Шепилов считал, что он «никогда не знал и никогда не изучал марксистско-ленинскую теорию капитально, по первоисточникам». Избирался депутатом Верховного Совета СССР 2-го и 4-го созывов. Действительный член АН СССР (1946). Награжден двумя орденами Ленина, орденом Трудового Красного Знамени, орденом «Знак Почета». Дважды лауреат Сталинской премии (1943, 1946). Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.
![](i_004.jpg)
АЛИЕВ Гейдар Алиевич (Али Рза Оглы) (10.05.1923–12.12.2003)
Член Политбюро ЦК КПСС с 22.11.1982 г. по 21.10.1987 г. Кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС с 05.03.1976 г. по 22.11.1982 г. Член ЦК КПСС в 1971–1989 гг. Член КПСС с марта 1945 г. по июль 1991 г.
Родился в г. Нахичевани Азербайджанской ССР. Азербайджанец. С детства знал несколько восточных языков: фарси, турецкий, арабский. Одаренный от природы, отлично плавал, неплохо рисовал. В 1936–1939 гг. учился в Нахичеванском педагогическом техникуме, в 1939–1941 гг. – на архитектурном факультете Азербайджанского индустриального института им. М. Азизбекова в г. Баку, где проявил себя в театральной самодеятельности, играл в студенческих спектаклях. В 1957 г. окончил исторический факультет Азербайджанского государственного университета имени С.М. Кирова. В 1941–1943 гг. работал в НКВД Нахичеванской АССР, в 1943–1944 гг. заведовал отделом Совнаркома этой автономной республики. С мая 1944 г. в НКВД Азербайджанской ССР. Через четыре года был уже начальником 5-го управления, занимавшегося контрразведкой. В 1949–1950 гг. учился в школе переподготовки руководящего оперативного состава МГБ СССР. С 1950 г. на руководящих должностях в МГБ Азербайджанской ССР и КГБ при Совете Министров Азербайджанской ССР. С 1964 г. заместитель председателя, в 1967–1969 гг. председатель КГБ при Совете Министров Азербайджанской ССР. Сменил в этой должности С.К. Цвигуна, переведенного в Москву заместителем председателя КГБ при Совете Министров СССР. С подачи С.К. Цвигуна, старого знакомого Л.И. Брежнева, рекомендован в июле 1969 г. первым секретарем ЦК Компартии Азербайджана. Показал себя сторонником жесткой линии в борьбе с коррупцией. С его согласия КГБ и МВД Азербайджана арестовали в полном составе государственную торговую инспекцию Министерства торговли республики в количестве 24 человек. Эту же участь разделили сотни «цеховиков» и чиновников, включая нескольких первых секретарей райкомов, председателей райисполкомов и районных прокуроров. По словам бывшего первого заместителя председателя КГБ СССР Ф.Д. Бобкова, на вопрос, заданный через три года после вступления в должность, многое ли удалось сделать, ответил: «Гарантировать могу только одно – в ЦК партии Азербайджана взяток не берут». Восхвалял Л.И. Брежнева, встречал его в Баку с царскими почестями. По воспоминаниям секретаря ЦК КПСС В.М. Фалина, в 1978 г. во время очередного визита Л.И. Брежнев несколько раз останавливал не в меру велеречивого хозяина: «Хватит, Алиев» – и распорядился «урезать речения Алиева на две трети» для печати. Тем не менее благоволил к нему. Главный кремлевский врач Е.И. Чазов вспоминал, что в доме Л.И. Брежнева «можно было нередко встретить Г. Алиева». Коренастый, тяжелый. Позади него и впереди всегда следовала охрана. В президиум входил метров на пять впереди остальных, разрешая залу поаплодировать себе. С ноября 1982 г. по октябрь 1987 г. первый заместитель Председателя Совета Министров СССР, одновременно с октября 1986 г. председатель Бюро Совета Министров СССР по социальному развитию. Курировал 14 министерств: транспорт и социальную сферу. В Москву выдвинут Ю.В. Андроповым, который на первом после смерти Л.И. Брежнева Пленуме ЦК КПСС 22.11.1982 г. перевел его из кандидатов в члены Политбюро ЦК КПСС. По словам М.С. Горбачева, он в ноябре 1982 г. спрашивал у Ю.В. Андропова о причинах этого выдвижения, и тот «нехотя и уклончиво отвечал, что вопрос был предрешен Брежневым и он не захотел менять этого решения сам». Однако М.С. Горбачев считал, что «дело было совсем не в обещании, данном Брежневу. Алиев долго работал в КГБ. Андропов был для него не только “шефом”, но и непререкаемым авторитетом. Поэтому появление Алиева в Политбюро усиливало позиции Юрия Владимировича». Был вторым после Н.А. Мухитдинова руководителем из мусульманской республики, достигшим таких высот. Рассматривался в качестве замены Председателя Совета Министров СССР Н.А. Тихонова, но это решение не состоялось. Часто улыбался и даже раскатисто смеялся, что в Кремле бывало редко. На приемах иностранных гостей умел остроумно ответить на каверзный вопрос. Отличался чувством юмора. Не курил, не употреблял бранных слов, не искал развлечений, не бывал даже на охоте в Завидове. Из спиртных напитков предпочитал виски. В еде был сдержан. Очень любил варенье из розовых лепестков, которое ему присылали из родной Нахичевани. Завтрак состоял из творога, изюма и черной икры. Одевался элегантно, носил костюмы синих или серых тонов. Слабость – галстуки, их у него было несколько сотен. Головные уборы носил крайне редко. Часов не носил. Был фотогеничным. Нравился женщинам. Ездил на брежневском «ЗИЛе», чем очень гордился, с ярко-красной обивкой салона. На пол велел постелить цигейковые коврики, каких ни у кого из членов Политбюро не было. Жил на цековской даче в Горках-10. В Москве ему принадлежала пятикомнатная квартира на улице Алексея Толстого, реконструированная в восточном стиле. Находился в стороне от борьбы за власть между М.С. Горбачевым и К.У. Черненко, а затем между М.С. Горбачевым и Г.В. Романовым, а также В.В. Гришиным. 11.03.1985 г. на заседании Политбюро, обсуждавшем вопрос об избрании Генерального секретаря, высказался в пользу М.С. Горбачева: «Михаил Сергеевич прост, скромен, доступен. Это дает нам возможность с уверенностью сказать, что он вполне справится с обязанностями Генерального секретаря. Поэтому я в полной мере поддерживаю внесенные предложения и хочу пожелать Михаилу Сергеевичу Горбачеву здоровья и больших успехов в работе» (ЦХСД. Ф. 89. Коллекция рассекреченных документов). 31.08.1986 г. возглавил правительственную комиссию, созданную для расследования причин аварии, в результате которой затонул пассажирский теплоход «Адмирал Нахимов». Депутат Верховного Совета СССР 8–11-го созывов. Дважды Герой Социалистического Труда (1979, 1983). Награжден пятью орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, орденом Красной Звезды. Генерал-майор КГБ. Наладить отношения с новой командой, пришедшей к власти после смерти К.У. Черненко, не удалось. М.С. Горбачев при виде Г.А. Алиева с трудом сдерживал раздражение. Смерть его жены не вызвала у Генсека ни малейшего сочувствия. В июне 1987 г. на заседании Политбюро М.С. Горбачев подверг его разносной критике, после чего тот попал в больницу с тяжелым инфарктом. Поводом для гнева послужил доклад Г.А. Алиева о состоянии дел на БАМе. М.С. Горбачев прерывал его выступление ироничными репликами, а затем обвинил в том, что стройка затянулась, требовала все больше финансовых вливаний, а отдача была минимальной. Несколько месяцев не выходил на работу. В начале октября 1987 г. приступил к обязанностям, но чувствовал себя неважно. 21.10.1987 г. накануне Пленума ЦК КПСС М.С. Горбачев провел с ним беседу об уходе на заслуженный отдых. Разговор состоялся трудный, но в итоге Генсеку удалось получить от него согласие на отставку. Когда его отправили на пенсию, на Пленуме ЦК М.С. Горбачев тепло отозвался о нем и его работе, но при публикации стенограммы эти слова вычеркнул. С осени 1987 г. по 1988 г. Г.А. Алиев состоял государственным советником при Совете Министров СССР. А.С. Черняев, помощник М.С. Горбачева, 09.10.1988 г. записал в своем дневнике о разговоре с шефом: «Потом напомнил о деле Алиева. Копаем, говорит, и дело вроде образуется почище рашидовского» (Черняев А.С. 1991 год: Дневник помощника Президента СССР. М., 1997. С. 11). В 1988–1990 гг. персональный пенсионер союзного значения. Жил в одиночестве в московской квартире. Дачу и машину отобрали, охрану сняли. Хозяйство вела дочь. Хотел возвратиться в Баку, но М.С. Горбачев передал распоряжение оставаться в Москве. 04.02.1990 г. в газете «Правда» появилась статья доктора медицинских наук В. Эфендиева «Алиевщина, или Плач по “сладкому” времени», в которой Г.А. Алиев назывался главным виновником азербайджанского национализма и экстремизма, приведшего к вводу войск в Баку 20.01.1990 г.: «Г. Алиев был мастером по части видимости здоровья в обществе, выдавал желаемое за действительность, загонял болезнь внутрь. И его преемники по-настоящему за здоровье республики так и не взялись. Гнойник прорвало в январе. Вмешательство потребовалось хирургическое». 21.01.1990 г., на второй день после ввода войск в Баку, провел в постоянном представительстве Азербайджанской ССР в Москве пресс-конференцию, на которой решительно осудил ввод войск и обвинил М.С. Горбачева в нарушении Конституции. Сторонники антимосковского Народного фронта в Баку с восторгом восприняли его заявление, в котором он провозгласил себя сторонником независимости Азербайджана. Обрушился с резкой критикой на горбачевский проект Союзного договора. 09.02.1990 г. дал интервью корреспонденту «Вашингтон пост» в Москве Д. Ремнику и советскому журналисту А. Караулову, где повторил свои обвинения М.С. Горбачеву и зачитал телеграмму В. Эфендиева, чьей фамилией была подписана статья в «Правде» от 04.02.1990 г., утверждавшего, что эта статья «является вымыслом и клеветой, под которой я никогда не подписывался». Несмотря на все попытки первого секретаря ЦК Компартии Азербайджана А.Н. Муталибова помешать Г.А. Алиеву возвратиться во власть, осенью 1990 г. был избран народным депутатом Азербайджанской ССР от Нахичеванской АССР. На сессии Верховного Совета Азербайджана выступил против проведения референдума по вопросу сохранения СССР, назначенного союзной властью на 17.03.1991 г. Объясняя свою позицию, сказал, что объективные процессы ведут к распаду СССР, к обретению союзными республиками независимости. Большинство депутатов его выступление восприняли негативно, поддержали только 40 человек. 350 сторонников А.Н. Муталибова проголосовали за проведение референдума. За сохранение СССР в Азербайджане высказалось 90 процентов населения. Нахичеванская автономная республика в референдуме не участвовала: Г.А. Алиев провел через ее Верховный Совет решение не проводить референдум. Все избирательные участки были ликвидированы. В июле 1991 г. вышел из КПСС, упредив выводы, к которым должна была прийти Контрольно-ревизионная комиссия ЦК КП Азербайджана, занимавшаяся по поручению ЦК КПСС персональным делом Г.А. Алиева. В августе 1991 г., когда в Москве разразился политический кризис, сразу, и в очень резкой форме, осудил ГКЧП. Осенью 1991 г. стал председателем Верховного Совета Нахичеванской автономной республики и заместителем председателя Верховного Совета Азербайджана. С июня 1993 г. председатель Верховного Совета (Верховного меджлиса) Азербайджанской Республики, с октября того же года президент Азербайджанской Республики. За него проголосовало 98,8 процента (3 919 923) избирателей. Его предшественник на посту главы государства представитель Народного фронта А. Эльчибей был свергнут в результате мятежа полковника Сурета Гусейнова, двинувшего войска на Баку. Полковник Сурет Гусейнов был назначен премьер-министром. В октябре 1994 г. он поднял мятеж против Г.А. Алиева, но потерпел поражение в боях с правительственными войсками и бежал в Россию. До возвращения Г.А. Алиева в Баку Азербайджан не входил в СНГ. 20.09.1993 г. Г.А. Алиев инициировал решение парламента Азербайджана о присоединении к СНГ. В ноябре 1995 г. на референдуме 90 процентов населения одобрили новую Конституцию, дававшую президенту широкие полномочия. В январе 1997 г. было объявлено, что раскрыт заговор против Г.А. Алиева, организованный из Москвы А.Н. Муталибовым и С. Гусейновым. С. Гусейнова арестовали в Тульской области. Он был выдан Азербайджану, где его приговорили к расстрелу, который был заменен пожизненным заключением (в 2004 г. помилован). В 1998 г. Г.А. Алиев снова победил на очередных президентских выборах, хотя наблюдатели зафиксировали многочисленные нарушения. В конце 1999 г. вновь был переизбран председателем ПНА – Партии «Новый Азербайджан». В своем выступлении на съезде заявил, что «Новый Азербайджан» является самой сильной политической партией страны, обладающей «огромным интеллектуальным потенциалом». ПНА образована в 1992 г., когда Г.А. Алиев был выплеснут волной Народного фронта в Нахичеванский анклав. Инициатором создания ПНА стала так называемая группа «девяносто одного», обратившаяся к Г.А. Алиеву с просьбой возглавить новую партию. Впоследствии многие члены «девяносто одного» заняли высокие государственные посты и стали наиболее влиятельными членами его команды. В докладе на съезде ПНА (1999) подчеркнул: «Ни власть Горбачева, ни власть Везирова, ни власть Муталибова, ни власть Эльчибея – никто из них не смог вырвать Гейдара Алиева из сердца азербайджанского народа». Плакаты с его портретом висели в школах, магазинах и офисах. На рекламных щитах по обочинам дорог расклеивались цитаты из его речей. Объявил 15 июня новым праздником, который назвал Днем освобождения народа. В тот день в 1993 г. он приехал в Баку из Нахичевани и начал политические маневры, благодаря которым в конечном счете вернулся во власть. 26.03.1998 г. подписал указ «О геноциде азербайджанцев», имеющий русофобский и антисоветский подтекст. В апреле 1999 г. ездил в Вашингтон на официальные торжества по случаю 50-летия блока НАТО, в то время когда он сыпал бомбы на союзницу России Югославию. С 01.08.2001 г. ввел в действие закон о переводе азербайджанской письменности с кириллицы на латинский шрифт, которым предписывалось пользоваться при издании всех официальных документов, журналов и газет на азербайджанском языке, а также наружной рекламы и дорожных указателей. «Для того чтобы укрепить независимость Азербайджана, уважать его историю и культурное развитие, необходимо придерживаться норм азербайджанского языка, а именно латинского письма», – говорилось в указе. В связи с 10-летием августовских событий 1991 г. заявил: «Советский Союз был обречен на распад, шансов сохранить его не было. Речь могла идти только о продлении срока жизни агонизирующего организма» (Общая газета. 2001, № 33). Пережил несколько покушений на свою жизнь. В 1995 г. были арестованы лица, подозреваемые в организации теракта в отношении Г.А. Алиева. Речь шла о попытке применения самонаводящейся ракетной установки «Стрела-3» против президентского самолета, возвращавшегося в Бакинский аэропорт. В публичных выступлениях постоянно рассказывал, как его пытались убить. Когда выезжал из президентского дворца, по обе стороны улицы, через каждые двадцать шагов стояли по два полицейских, пулеметчики на крышах домов держали под прицелом прилегающую территорию. Последние годы жизни часто болел, лечился в США и Турции. В мае 2003 г., в связи со своим 80-летием, был награжден российским орденом Андрея Первозванного. После смерти орден был вручен 07.02.2004 г. его сыну Ильхаму Президентом России В.В. Путиным. В октябре 2003 г. досрочно ушел в отставку. Передал президентскую власть своему сыну И.Г. Алиеву, с 04.08.2003 г. занимавшему пост премьер-министра Азербайджанской Республики. Скончался 12.12.2003 г. в клинике Кливленда (США) от острой сердечной недостаточности. Похоронен в Баку, на «Аллее почетных захоронений» рядом с супругой, офтальмологом, профессором Зарифой Азиз кызы Алиевой, скончавшейся в 1985 г. В церемонии прощания приняли участие около миллиона человек. Прилетевший на траурную церемонию в Баку Президент России В.В. Путин назвал Г.А. Алиева «другом России», подчеркнул свои «очень личные отношения с Гейдаром Алиевичем». Будучи президентом, запретил обращаться к себе с применением эпитетов «многоуважаемый», «вперед смотрящий», «мудрый», «прозорливый». Обладал прекрасной памятью и в старости. Был хорошим оратором, мог выступать несколько часов подряд. В этом плане его сравнивали с кубинским лидером Ф. Кастро. В Азербайджане бюсты и изваяния в натуральную величину многолетнего лидера возведены во многих городах и районах страны. Памятники Г.А. Алиеву поставлены также в России, Грузии, Молдавии, Украине, Румынии. 03.06. 2004 г. на Подоле, в исторической части Киева, Г.А. Алиеву был открыт памятник, а на другой день в киевском пригороде Ирпене – его жене. В июне 2005 г. в Санкт-Петербурге установлена мемориальная доска в честь Г.А. Алиева на доме № 6 по Гороховой улице, где он учился в Высшей школе КГБ СССР. В 2005 г. учрежден орден Гейдара Алиева – высшая государственная награда Азербайджанской Республики. Орденом № 1 награжден Ильхам Алиев, сын и преемник Г.А. Алиева. В 2005 г. в серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая гвардия» вышла книга «Алиев». В мае 2007 г. в Тбилиси открыт памятник Г.А. Алиеву. Набережная Куры названа его именем.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?