Текст книги "Аномальные приключения"
![](/books_files/covers/thumbs_240/anomalnye-priklyucheniya-190525.jpg)
Автор книги: Оксана Шафранова
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Боже мой, я думала, на свете не осталось таких. Ну и досталось же тебе! Ты что, только что выпустилась из закрытого пансионата для благородных девиц? Это же надо… так не знать жизни!
– А тут еще эта авария с ущербом.
– М-да, тебя просто саму за деньги показывать можно, – восхитилась Рената. – Ты что, правда думала, что тебе платить придется, да еще собиралась это сделать в одиночку?
Она покачала головой и резюмировала:
– Опасное для бюджета сочетание: патологическая честность с элементами глупости. Нельзя же быть такой порядочной в наше трудное время, – со смехом сказала девушка и покачала головой.
Амалия пожала плечами.
– Но машина-то разбита. Кто-то должен ее теперь ремонтировать.
– Я сама виновата – гнала быстро. Тоже проблемы. На нервах была – вот и озверела. Особенно, когда твоя подруга про блондинок начала. А ты все равно ничего не смогла бы сделать в той ситуации. Там, я сразу отметила, как из машины вышла, тебе от меня вообще спрятаться негде было. Это я от досады и злости вас пугала. Не думала, что всерьез воспримите, а ты возьми и явись ко мне.
– Зачем же ты мне сегодня встречу тогда назначила? – не поняла Амалия.
– Любопытство одолело. Интересно было знать с чем пожалуешь. Ну, будем считать, что проехали эту неприятную историю, хорошо? А по поводу твоего «милого»… он же тебя просто использует!
Тоже самое все время талдычила и Машка, а с некоторых пор, Амалия и сама стала это понимать, так что сейчас просто кивнула.
– Да мне все равно идти некуда. У Машки муж, в коммуналке жильцы живут. Не выгонять же людей на улицу неожиданно. А других друзей у меня все равно нет.
– Ну, теперь-то можешь считать, что есть, – заявила Рената, ткнув себя указательным пальцем в грудь. – Так что, если останешься у меня – буду очень рада, а то в этом огромном доме я скоро завывать по ночам начну! И зачем родители отгрохали такое огромное здание? Тут такая жуткая тишина бывает, – поделилась она, – прямо бежать отсюда хочется. А ждать, пока родители вернутся, еще долго придется.
– А где они?
– В Японии. У папы с японцами контракт на пять лет, он вроде, что-то им там разрабатывает, а мама с ним поехала. У них до сих пор любовь, понимаешь?
Амалия кивнула. Что такое любовь она знала не понаслышке.
– Так что, давай, поехали за твоими вещами и живи тут, сколько хочешь. Сама, как правило, редко дома бываю. У меня тут тренажерный зал есть, – начала перечислять новая подруга, – сауна, крытый бассейн, ноуты, скоростной интернет, четыре гостевых комнаты – выбирай какая понравится. В библиотеке любая литература, – продолжала заинтересовывать она Амалию. – Мама собирала художественную, а папа познавательную и научную. Опять же, тут воздух божественный, природа. Ну, оставайся – тебе у меня понравится!
– А ты, почему редко дома бываешь? – поинтересовалась Амалия.
– Стены давят. Не люблю одна быть, приходящие домработницы ведь не в счет. Мы с ними все равно не видимся. Но если ты останешься, – улыбнулась девушка, – буду бывать чаще.
Глава 6
– Вот, такие, вот дела, – закончила делиться новостями с Машкой Амалия.
Все это время Машкины глаза попеременно то недоуменно распахивались, смешно таращась, то вдруг начинали безостановочно моргать. Амалия начала даже беспокоиться, не случился ли у ее подруги нервный тик.
Они сидели в летнем кафе на набережной.
– А почему ты отказалась от ее предложения пожить там?
– Мне кажется, что это не совсем порядочно по отношению к Афанасию, – подбирая слова и немного подумав, ответила Амалия. – Мне кажется нечестным просто поставить его перед фактом и уйти. Я просто представила себя на его месте: приедет человек домой, никто его не встретит, а на столе записка короткая лежит.
– Можно подобрать другой способ для его информирования, – предложила Машка. – Оставить, например, запись на автоответчике.
– Мы прожили вместе не один год, – попыталась объяснить Амалия, – и я думаю, что он заслуживает большего, чем записка, просто ставящая его перед фактом.
Машка дернула плечом.
– Поступай, как знаешь.
– Привет, красавицы!
К их столику подошел симпатичный мужчина средних лет. В висках его уже поблескивала седина, но взгляд пронзительных синих глаз оставался молодым и задорным.
Славик производил на окружающих впечатление человека точно знающего, чего хочет от жизни. Машкин муж обладал острым умом, деловой хваткой, неисчерпаемой энергией и невероятным везением в делах. Успешный, стабильно приносящий доход, бизнес и легкое отношение к зарабатываемым деньгам были тому самым ярким подтверждением.
Он был старше Машки на пятнадцать лет. В таком союзе разница в возрасте позволяет женщине чувствовать себя комфортно и капризничать, а мужа вынуждает потакать ее бесчисленным прихотям и баловать. В любом случае, Амалия не знала больше ни одной семьи, где отношения супругов были бы столь гармоничными.
Сегодня Славик заехал за ними в кафе на своем черном, сверкающем лексусе, так как машина Машки опять находилась в ремонте. Ему предстояло забрать супругу и подвезти домой Амалию.
Выйдя из машины и попрощавшись с друзьями Амалия бросила взгляд на свои окна. В них горел свет. Сначала она решила, что это воры, но потом склонилась к более вероятной версии, о маме, решившей вернуть замучившего ее «внучка».
Амалия поднялась наверх и повернула ключ в замочной скважине. Из комнаты в прихожую вышел Афанасий.
– Где ты была? – ледяным тоном спросил он.
Затем рассмотрев в полумраке изменившуюся внешность Амалии, еще с большим металлом в голосе, добавил:
– Что это значит?
Амалия стояла на пороге и растерянно улыбалась. Уж кого она не ожидала увидеть, возвращаясь домой, так это Афанасия.
– А ты почему дома?
Сейчас, по ее представлению, он как раз должен был удить рыбу в каком-нибудь горном ручье Алтая.
– Я уже понял, что ты предпочитаешь, чтобы я находился в каком-то другом месте. Я жду объяснений и ответа на свой вопрос, – ледяным тоном сказал он.
– Каких объяснений? – спросила Амалия неловко переминаясь на пороге с ноги на ногу.
– Главным образом меня интересует во что ты превратила мой дом, где ты шляешься по ночам, и откуда у тебя все эти вещи? И вообще, что все это значит? – начал он допрос. – Весь мир просто сошел с ума! Не успел я приехать к родителям и разобрать чемодан, как позвонил начальник и сказал, что я немедленно должен возвращаться! Эти придурки из конструкторского отдела вообще ни на что не способны! У них там что-то не работает, видите ли! Да я им все разжевал и по полочкам разложил перед отъездом! А еще ты!!! – выпускал пар обычно не эмоциональный и замкнутый Афанасий.
– Ну? – потребовал он выдохшись.
Очевидно, своими вопросами и тоном, которым они были заданы, Афанасий, сам того не желая, распахнул двери темницы, где уже несколько лет томилась женская гордость Амалии.
«А я ведь, оказывается, его совсем не знаю», – как-то отстраненно пронеслось у нее в голове.
– Не смей на меня орать, – спокойно, по слогам произнесла она, расправив плечи.
– Что-о-о? – вытянулось его лицо. – Ты сидишь на моей шее, и я вынужден тебя обеспечивать, потому что ты постоянно находишься «поисках работы», – зловеще начал он. – Развела дома срач, как в бомжатнике, таскаешься неизвестно где и с кем, стоит мне выйти за порог, и еще смеешь делать мне замечания о неправильно выбранном тоне?! – заорал он. – Да любой бы на моем месте уже надавал тебе оплеух и вышвырнул из окна твои пожитки! Что ты на себя нацепила? – рявкнул он, указывая на симпатичную коротенькую джинсовую юбку. – Что это за пошлость? Где ты взяла на это деньги? Решила воспользоваться моим отсутствием и подработать на панели? Красивой жизни захотелось?!
Лицо его раскраснелось от праведного гнева, а на виске вздулась и запульсировала голубая изогнутая жилка.
– Так, – сдержанно сказала Амалия, оскорбленная несправедливыми упреками. – Кто дал тебе право оскорблять и унижать меня подобными высказываниями? Если хочешь знать, чем я занималась, то я тебе отвечу: последние несколько лет своей жизни, я потратила на то, чтобы ты чувствовал себя комфортно. Я ежедневно готовила, стирала на руках, убирала в доме, доводя его до неестественного блеска и заботилась о тебе. Я повторяла все твои телодвижения и выполняла, как золотая рыбка, все твои пожелания, а ты просто сделал меня своей прислугой. Рядом с тобой, я себя уже давно женщиной не чувствую! А ты принимал это как должное и, пользуясь все это время моей заботой, за столько лет ни разу так и не сделал мне предложения руки и сердца.
– Да ты живешь, за мой счет, ради моих денег! – возмутился Афанасий.
Амалии стало смешно. После того, как она побывала у Ренаты и увидела, как живут люди с деньгами, пафосные претензии Афонасия забавляли.
– Не льсти себе, пожалуйста. Ты не так уж много и зарабатываешь, чтобы тебя вообще можно было использовать в этом качестве. Держишь меня «в черном теле» и мне надоели твои вечные придирки и недовольство, – спокойно объясняла она. – Извини, но я от всего этого устала. Избавлю тебя, пожалуй, от «тяжкого креста».
С антресолей была снята большая спортивная сумка. В нее Амалия без спешки аккуратно уложила свой недавно пополнившийся гардероб.
– От чего это ты, интересно, устала? Диван давить? – продолжал выяснять отношения Афанасий.
Амалия не ответила.
– Куда ты собираешься? – удивился супруг.
– А вот это тебя уже совершенно не касается. Не надейся, что я стану перед тобой отчитываться.
Амалия закончила сборы и застегнула молнию на сумке. Окинув напоследок взглядом комнату, и нигде не обнаружив больше своих вещей, она направилась на выход.
– Ты что, уходишь? Ты от меня уходишь? – сделал ударение на слове «меня» и не поверил своим глазам Афанасий.
– Странно, что ты этого еще не понял, – оглянулась Амалия. – Милый, мне очень жаль, что я так и не смогла сделать тебя счастливым, да и сама, пожалуй, не была с тобой счастлива. Но я искренне надеюсь, что ты встретишь на своем жизненном пути женщину, которая разделит твои представления о семейном счастье.
Она спускалась по лестнице, а дверь так и оставалась открытой – Афанасий прибывал в глубоком ступоре.
– И куда ты собралась? В свой коммунальный клоповник или на панель?! Немедленно вернись! – донеслось сверху.
Захлопнув подъездную дверь, Амалия присела на любовно сколоченную соседом-Петровичем лавочку в раздумьях. Куда же ей идти? Выходило, что с любимым она уже опрометчиво попрощалась, а о запасном аэродроме не позаботилась.
С реки поднялась густая ночная сырость, а Амалия оставалась в короткой юбочке и легком топе. От прохладного ветерка кожа сразу покрылась противными мурашками, а зубы неожиданно выбили дробь. Десять приседаний и вращательные движения руками организм не согрели. Амалия отрыла в сумке свитер и старые, но плотные джинсы и быстро переоделась. Поздние торопливые прохожие даже не обратили на нее внимания.
Нагрянуть среди ночи к лучшей подруге – дурной тон. Благополучная чета наверняка уже почивала и видела десятый сон. К тому же, оказавшись на пороге гостеприимного Машкиного дома ночью и с вещами, до утра придется выслушивать сочувственные лекции на тему «я предупреждала» и «все мужики козлы». Закончится все клятвой наладить ее, Амалии, личную жизнь. Потом начнется презентация женихов – пожилых холостяков из числа партнеров по бизнесу Славика – «ничего, слюбится-стерпится».
– Нет, не вариант, – сказала Амалия представив эту картину.
Всплакнув о разбитой семейной жизни и помянув «добрым» словом эгоцентризм бывшего возлюбленного, приняла решение воспользоваться приглашением доброй Ренаты, до времени пока не съедут квартиранты.
Добраться до «Малиновой гривы» среди ночи было делом нереальным и даже опасным, особенно учитывая отсутствие денег на такси. Не водился у Амалии и сотовый, чтобы предупредить Ренату о своем приезде и договориться о займе на такси. Вариант подняться в квартиру Афанасия и воспользоваться его телефоном, не рассматривался принципиально.
У соседей с первого этажа в окнах горел свет. Сквозь закрытые ставни было слышно, как соседка баба Света о чем-то ворчит и гремит кастрюлями. Амалия решительно поднялась, закинула сумку на плечо и постучала в дверь.
– Каво надоть? – очень громко спросила глуховатая Света через дверь.
– Это я, ваша соседка сверху – Амалия!
Дверь распахнула бабуська в застиранном переднике и съехавшей на ухо косынке.
– Баба Света, можно мне от вас позвонить? У нас что-то с телефоном случилось, – попросила Амалия.
– Да, чиво ты меня все «бабкой» называешь? – удивилась соседка и посторонилась. – Я ж не старая еще, просто лицо такое – кожа обвисла. Вот, ежели, как я, лопатой будешь махать с утра до ночи, не дай Боже доча…
– Я позвонить… – напомнила Амалия.
– О-хо-ох… да еще принесла нелегкая этого черта, теперь тасчить его на диван-то… Тяжелый ведь гад, – жаловалась женщина, указывая мозолистой рукой куда-то в вглубь квартиры.
Амалия топталась в тесной, заваленной разным хламом, прихожей. Света же, продолжала делиться тяготами:
– Дворник наш, – объясняла она, опять махнув в том же направлении, – как проиграецца в карты – так нажрецца, а как нажреца – так на полу валяется, после того, как на ковер прорыгаецца.
И подумав добавила:
– А, и хорошо, что валяется. Ежели б на ногах стоял – уже б руки распускать начал. Петрови-и-ич! – позвала она, и не дождавшись ответа, ушла в комнату, оставив Амалию одну.
– Пинаю его ботинком, пинаю, – удивлялась она, вернувшись через пару минут, – а он молчит! Может, сдох уже? Жалко было бы. Какой-никакой, а все ж мужчина.
Глава 7
Он любовался ей уже полчаса. Его мечта возлежала в шезлонге на заднем дворе шикарного особняка и загорала, прикрыв глаза солнцезащитными очками с дымчатыми стеклами. Темный, купальник, подчеркивал совершенство ее тела и невероятную, доступную лишь благородному сословию, манящую белизну кожи.
– Богиня, богиня, – шептал он не в силах оторваться от чудесного зрелища.
Как долго ждал, как искал он ее в безликой и бессмысленной толпе серых, рожденных по недомыслию людей.
Сегодня тоже пришлось довольно долго ждать. Он занял свой наблюдательный пост еще в предрассветных сумерках. Солнце давно поднялось в зенит, а возлюбленная появилась только сейчас. Ничего. Он умеет ждать. Он готов ждать ее всю свою жизнь.
Человек таился среди деревьев, наблюдая, как вздымается от легкого дыхания грудь девушки, как ветер ласкает локоны дивных каштановых волос. Как ревновал он к этому ветру, осмелившемуся гладить это совершенное тело. Как смеет ветер дотрагиваться до той, что предназначена лишь ему одному самой Вселенной еще до создания мира?
– Моя Богиня, – повторял он, беззвучно шевеля губами, и улыбался, думая о том, что когда-нибудь, а возможно уже очень скоро, ему больше не придется прятаться среди деревьев и украдкой наблюдать. Делить с теми, кто недостоин прикасаться к ней своими оскверняющими взглядами и дышать с ней одним воздухом.
– Если ты не уйдешь с этого жуткого солнцепека – непременно обгоришь, это я тебе как косметолог авторитетно заявляю, – сказала, обращаясь к его божеству вульгарная блондинка со стаканом сока в руках. – Для первый раз вообще всего десять минут загорать положено. Кожу от ожогов потом ни один крем не спасет.
– Я чуть не задремала, – ответила владычица его грез. – Хорошо, что ты за мной вышла.
При звуке ее голоса, он чуть было не выдал себя, застонав. Хорошо бы пробраться в дом, чтобы иметь возможность слышать ее и быть поближе.
Что их может связывать, эту тяготящуюся своим жалким существованием тварь и неземное совершенство. Отвратительную блондинку человек ненавидел. Такие как она, по его мнению, вообще не имели права жить.
Он будет и поклоняться и обладать Богиней одновременно. Лишь он один способен защитить и спасти ее от этого грубого пошлого мира. И пусть любимая пока даже не догадывается об этом, он знал – придет время и ей придется принять его дар. Так предначертано. Скоро. Придет. Время.
Вдоль ограды медленно ехал черный «лексус». Совсем как у Славика. На самом деле, удивляться было нечему: в этом коттеджном поселке жили только весьма обеспеченные люди. У каждого жителя в гараже было два, а то и три автомобиля класса люкс и «лексус» был далеко не из самых дорогих.
Машина остановилась, но из нее никто не вышел. Несмотря на жару, руки Амалии покрылись гусиной кожей и возникло неприятное ощущение, что из-за тонированных стекол на нее пристально смотрят. Во рту пересохло. «Лексус» постоял пару минут и уехал, быстро набрав скорость.
Свежий апельсиновый сок со льдом приятно скользнул по пищеводу и ощущение исчезло. Да мало ли в мире черных «лексусов»!
Глава 8
Жить в большом доме – непросто. Этот вывод сделала Амалия уже на следующий день своего пребывания у Ренаты.
В особняке стояла полная тишина. Никаких звуков. Создавалось ощущение, что их специально поглощает тот, кто призван беречь покой этого дома. По комнатам и коридорам гулял непонятно откуда взявшийся ветер.
Обставлялись хоромы явно с любовью и вкусом – дорого, но не вычурно, безо всякого намека на нуворишеский кич: мягкие гарнитуры с приятной обивкой, кожаные кресла в кабинете, мебель из благородных пород дерева. Никаких бронзовых, в человеческий рост статуй и картин в позолоченных рамах вдоль лестницы. Большая, но уютная, оборудованная современной техникой, кухня оказалась идеальным местом для завтраков, обедов и ужинов. Обеденный гарнитур с огромным столом, способный разместить по меньшей мере человек сорок, стоял невостребованным в зале, тоскуя о приемах и праздниках. Гости бывали тут не часто.
Но сколько же времени нужно, чтобы содержать такой огромный дом в чистоте! Сколько людей должны ежедневно стараться и следить, чтобы пыль не впиталась в мягкую обивку и не засыпала прекрасные полированные поверхности!
– Как тебе удается управляться со всем этим? – поинтересовалась Амалия за ужином.
– Это просто мой бич, – вздохнула хозяйка. – Сложность в том, что мне никогда не удавалось содержать в порядке и вовремя оплачивать счета. Я постоянно занята своим бизнесом. Мне сложно контролировать приходящую прислугу: садовника, повариху, горничных. Иной раз я даже забываю платить им вовремя зарплату, а они из деликатности ждут до последнего и не напоминают об этом. В общем, моя голова занята чем угодно, но только не собственным домом, – вздохнула хозяйка. – Слишком много энергии трачу на другие вещи. Бизнес отнимает все мое время.
– Почему ты занимаешься всем сама, а не наймешь управляющих в салоны? Неужели в наше время так трудно найти грамотного менеджера?
– Нет, уж! Я потрачу на их поиск время в ущерб своей работе, а у меня высокие требования. Неизвестно еще, как сложатся их отношения с коллективом. Интриги и конфликты неизбежны. Я руководствуюсь одним правилом: если хочешь, чтобы все было сделано хорошо – сделай это сам! Постой! – воскликнула она, разливая в симпатичные кружечки кофе. – Ты же, вроде, сейчас ничем не занята? Я имею в виду, у тебя же нет работы?
Амалия помотала головой.
– Отсутствие работы это уже мой бич, – грустно улыбнулась она. – Вообще-то я считаюсь неплохим специалистом в области недвижимости, но в нашем деле зарплата нестабильна, рабочий график не нормирован. Кризис и никто не покупает квартиры. Я устала от всего этого.
– Вот и давай поможем, друг другу! – обрадовалась Рената.
– Я не уверена, что у меня получится, – попыталась отбиться Амалия.
– Но ты же вела домашнее хозяйство, когда жила со своим Герасимом!
– С Афанасием, – поправила Амалия.
– Ой, да какая теперь разница, – махнула рукой Рената. – Ты же справлялась?
– Боюсь, что это только мое мнение.
– А я в этом уверена. В любом случае, у тебя получится лучше, чем у меня. В общем, если у тебя на завтра нет других планов, можешь начать знакомиться с хозяйством. Уф! Прямо гора с плеч, – порадовалась девушка и торжественно добавила: – Нанимаю тебя своей экономкой, а жалованье сама себе назначишь и выплачивать будешь.
Глава 9
Амалия проснулась ни свет, ни заря. Сознание, что теперь она при деле, да еще не при каком-то бесполезном, а очень нужном, наполняло невероятной энергией. У нее есть работа и она справится. Совместное проживание со скаредным и строгим Афанасием научило ее экономно вести хозяйство и быть внимательной к мелочам. Из нее получится отличная экономка!
Где-то, кажется на первом этаже, зазвонил телефон. Амалия бросилась вниз, чтобы взять трубку.
– Алло! – сказала она, запыхавшись.
– За тобой там никто не гонится? – спросил Машкин голос. – А то ты пыхтишь, как паровоз.
– Машка! – заорала, обрадованная Амалия. – Я так к телефону неслась – аж тапки по дороге потеряла!
– Ноги хоть не переломала?
– Поломать не поломала, но погнула основательно.
– Ноги ногами, а вот голову бы тебе оторвать не помешало! Я тут ночей не сплю, все думаю-терзаюсь, как ты там? А она сидит в чужом доме преспокойненько и ноги себе гнет! – предъявляла Машка. – Кстати, почему Афанасий дома? Звоню, звоню ей, а трубку целыми днями никто не берет. Позвонила вечером и его голос услышала. Спрашиваю где ты, а он говорит, что теперь на панели работаешь и живешь в теплотрассе. Тогда я вспомнила, что тебя эта психическая к себе жить звала. Кое-как ее телефон в справочнике отыскала! Ты что, за десять дней сама не могла ни разу позвонить?
Амалии стало стыдно.
– Я теперь у Ренаты экономкой работаю и мне пришлось в порядок приводить все бумажки за год. Работы – куча! Прости, но у меня просто все остальное из головы вылетело.
– «Вылетело», – передразнила Машка. – Я за нее от беспокойства себе места не нахожу, а она! Еще выяснить надо, что там у вас творится, а то может вообще…
Закончив разговор с Машкой, Амалия решила приступить к своим обязанностям. Сегодня ей было необходимо вызвать сервисную службу по ремонту систем вентиляции, составить продуктовый список на следующую неделю и согласовать меню с Ренатой, выдать работникам зарплату и сделать перестановку в своей комнате. К тому же, Амалии показалось, что траты на продукты регулярно преувеличиваются поварихой, а самой провизии значительно меньше, чем чеков, которые она предъявляет для отчетности.
Сегодня Тамары, как звали повариху, не будет. Женщины попросила отгул и уехала навестить в пригород родственницу. Ничего – Амалия и сама с удовольствием ее заменит. Совсем не сложно приготовить еду для себя, Ренаты и горничных. А готовить она обожала. Кулинария стала для ее настоящей страстью и отдушиной.
Через несколько минут в кухне уже вкусно пахло пшеничными тостами, ароматным кофе и поджаренными колбасками. Украшением стола стал прелестный букетик полевых цветов в изящной вазочке.
Критично окинув еще раз сервировку, Амалия направилась в спальню Ренаты. Тихонько постучала. Прислушалась.
Мгновение из-за двери не доносилось ни звука, а потом раздался протяжный, полный боли, стон. Амалия похолодела, а ладони стало покалывать, словно в них разом воткнулись тысячи иголок. Ни секунды не раздумывая, она рванула на себя дверь.
Дыхание перехватило, а в груди застрял крик. Рената лежала на застеленной кровати, в коротком шелковом халатике, а ее пожелтевшее лицо, было странно сморщено и искажено, будто нестерпимой мукой. Она лежала на спине, и Амалия могла видеть только ее профиль.
Рената снова застонала. У Амалии подкосились ноги, и она, глядя на подругу, стала медленно оседать на пол по дверному косяку. Вдруг, Рената повернулась на бок и вытянула перед собой руки со скрюченными пальцами, словно маня к себе Амалию. Это было уже слишком. Перед глазами закружился рой черных мух, спина моментально взмокла, а в ушах зазвенело.
Последним, за что зацепилось гаснущее сознание, было обращенное к подруге изрытое язвами, перекошенное и начавшее трескаться прямо на глазах лицо несчастной Ренаты.
Глава 10
Сначала появились запахи, а потом и прочие, положенные физически здоровому человеку, ощущения. Мерзкий затхлый запах обжигал горло, врывался в легкие и перехватывал дыхание. Веки Амалии дрогнули.
«Боже! Рената умерла!» – взорвалось в голове.
– Ну, слава богу – очнулась! – услышала она взволнованный голос покойной подруги.
«Кажется, я тоже умерла, не перенеся страшного зрелища», – спокойно подумала Амалия не решаясь расстаться со спасительной темнотой.
У нее не было никакого желания еще раз увидеть, что осталось от красивого лица Ренаты.
«Похоже, у меня случился инфаркт», – сама себе установила причину смерти Амалия.
– А я уж думала «неотложку» вызывать придется, – услышала она голос новопреставленной.
«Интересно», – размышляла Амалия, – «почему она ее сама себе не вызвала, раз имела возможность?»
– Ну, открой уже глаза, – жалобно сказала покойница.
Амалия энергично помотала головой.
«Ну уж дудки!» – решила она. «Еще не хватало умереть второй раз!»
– Слушай, ты меня и так до смерти перепугала! – уговаривала ее Рената.
«Ха! Уж, кто бы говорил!» – мысленно удивилась наглости Амалия.
– Пожалуйста, открой глаза. Я же вижу, что ты уже очнулась!
Снова пахнуло нашатырем и теплая рука дотронулась до щеки. Амалия вздрогнула и метнулась в сторону. Глаза сами собой распахнулись от ужаса.
– Да что с тобой?! – с мольбой и слезами в голосе закричала вполне живая и даже румяная Рената.
– Смерть явно пошла тебе на пользу – отлично стала выглядеть, – одобрила Амалия и показала Ренате большой палец. – Стала румяная, как наливное яблочко.
Брови Ренаты поползли вверх, а на лице застыло недоумение. Потом, очевидно, догадавшись о чем идет речь, она запрокинула голову и оглушительно захохотала.
Амалия огляделась. Она находилась в спальне Ренаты и сидела на ее смертном ложе.
– Рената, ты живая?
– Угу-угу! – только и смогла произнести красная от смеха подруга.
Она пыталась остановиться, но усилия были тщетны. Лицо стало мокрым от слез, мышцы пресса свело судорогой.
– Где-то я это уже видела, – насторожилась Амалия.
– Ты чего в обмороки падаешь? – спросила подруга, насмеявшись в волю. – Ты случайно не в положении?
– Так ты ж того… – Амалия свистнула и мотнула головой вбок. – Тебя ж это… – она закатила глаза к потолку.
– Чего «того-этого»?
– Ты стонала…
– О боги! Я себе омолаживающую маску делала, а ты что подумала?
– А я подумала, что ты окочурилась, – сказала Амалия, криво улыбаясь. – Что тебе лицо кислотой облили и убили… совсем.
– Лежу я себе с маской на лице, – начала рассказывать подруга, – у нее такой стягивающий эффект, что аж говорить невозможно. Чувствую, с кухни так вкусно пахнет. Ну, думаю, закончу процедуру, позавтракаем, а потом и тебе такую маску сделаю. Вдруг, чувствую, по ноге кто-то ползет. До смерти всяких пауков боюсь. Потом дверь открывается, ты бледная, с перекошенным лицом…
– Жаль – ты своего тогда не видела!
– Я глаза как следует не могу открыть, сквозь щелочки смотрю на тебя. Вижу – тебе плохо становится. Я испугалась, попыталась жестами спросить, что с тобой случилось, а ты сознание потеряла! Я сразу вскочила и к тебе бросилась на помощь.
И с досадой произнесла:
– Маска-то, вся потрескалась – и больно было и процедура коту под хвост!
– А маска твоя не «Франкенштейн» называлась?
Глава 11
Вечером Машка приехала инспектировать. Рената, к большой радости Амалии, приняла ее как старую добрую знакомую и ни разу не вспомнила об аварии.
Досконально изучив обстановку Машка осталась довольна результатами проверки: развратных злодеев, угрожающих любимой подруге, не наблюдаетсясь, кругом чисто, а из подвала не доносятся стоны узников и звон цепей. Машка расслабилась.
Просторная гостиная и зажженный камин располагали к девичьим откровениям. Подруги пили вкусный чай и разрабатывали стратегию будущего замужества Амалии.
– Вот я и говорю – замуж ее выдавать надо! Найдем ей с тобой хорошего мужа – хлопнула себя по коленке Машка, – а то сама себе она одних ущербных выбирает! – ябедничала она Ренате.
– И чтоб состоятельный был, – поддакивала та. – А то, какое в нищете счастье, правда?
Амалия участия в разговоре не принимала. По своему опыту она отлично знала, что спорить с Машкой бесполезно, а теперь, похоже, они за нее вдвоем возьмутся. К тому же, замуж за хорошего мужчину она выйти и сама бы не отказалась.
– Вот приеду завтра на работу и поковыряюсь в базе женихов, – пообещала Рената. – Может вообще, в «иностранцах» глянуть? – предложила она. – Иностранцы русских любят!
– В какой еще базе? – в один голос удивились подруги. – Откуда иностранцы в салоне красоты?
– Так я же еще совладелица брачного агентства! Правда, я им совсем не занимаюсь. Мы им с моим бывшим мужем на двоих владеем. Он там всем и заправляет. Оформляли его еще когда в браке были, вот и оказалось оно совместно нажитым имуществом. Так что, я теперь с него дивиденды получаю только. Мне хлопот и с моими салонами хватает.
То, что Рената уже побывала замужем Амалия с Машкой знали, но что у них там с мужем не сложилось Рената не распространялась.
– А ты, – обратилась она к Амалии, – похоже, до сих пор без толку ночами у меня в интернете просиживала. Нет, чтоб мужа себе искать нормального.
– Почему это без толку? – удивилась Амалия. – Очень даже продуктивно! Один раз даже на встречу ходила, между прочим, с очень интересным человечком!
– «Человечек» – это звучит горденько, – подначила язвительная Машка.
– И что твой интересный? – спросила Рената.
– Он на встречу не пришел. Потом сказал, что от дел не удалось вырваться. На другое свидание пока не приглашает.
– Нет, нам местного разлива женихов не надо, – решила за невесту Машка. – Мы ей будем заграничных принцев искать.
– Избавиться от меня решили, да? Я же должна буду к нему уехать. Навсегда! – возмутилась Амалия.
– Ничего, – подбодрила ее Рената. – Мы к тебе будем в гости ездить, а ты к нам.
Глава 12
Очередное утро принесло новые хлопоты. Ночная гроза оборвала линии электропередач и дом остался без электричества. Амалии, как экономке, было необходимо решить эту проблему.
– Зря папа, конечно, собственный генератор ставить, не стал, – сказала Рената. – Сейчас бы со светом были. Придется теперь нам с тобой педали динамо-машины по очереди крутить, – пошутила она.
– Нет уж! Крутить я ничего не буду, а вот электриков точно вызывать придется, – сказала, глядя в окно Амалия. – У соседей-то есть свет! Вон, их садовник газон стрижет, а в его домике – свет горит. Кстати, наш садовник сегодня мне сказал, что у нас кто-то клумбы вытаптывать под окнами повадился. Ты не знаешь, кто бы это мог быть?
– Не знаю, – пожала плечами Рената. – Чужих в поселке, как правило, не бывает – тут охрана, а кому из своих понадобилось, просто в голову не приходит.
– У тебя никогда не возникает чувства, будто за тобой кто-то наблюдает? – задумчиво спросила Амалия.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?