Читать книгу "Как приручить шутника"

Глава 4

Арсений

Тихо сижу на паре по социологии массмедиа и делаю вид, что слушаю Елену Викторовну, которая рассказывает о медиатекстах и их влиянии на общественное сознание. А сам краем глаза слежу за тем, как Петров из параллельной группы пытается флиртовать с девчонкой на первом ряду.

Надо сказать, неумело. Передает записки, как в пятом классе. Романтика, ха.

– Новиков! – громко произносит Елена Викторовна. – Раз уж вы так внимательно изучаете аудиторию, может быть, расскажете нам, как невербальная коммуникация влияет на восприятие медиаконтента?

Встаю и включаю режим импровизации.

– Безусловно, Елена Викторовна. Невербальная коммуникация – это как соль в супе. Ее не видно, но без нее все пресно. Например, – показываю на Петрова, который как раз протягивает руку к девочке, – вот наш товарищ демонстрирует классический пример неэффективной невербальной коммуникации. Судорожные движения, вспотевшие ладони, дрожащий голос – все это выдает неуверенность. В медиапространстве такого ведущего зрители переключат на другого уже через тридцать секунд.

Аудитория смеется. Петров краснеет, но тоже улыбается – он привык к моим розыгрышам.

– Интересная трактовка, – сухо замечает преподавательница. – И что же вы посоветуете нашему «неэффективному» товарищу?

– Расправить плечи, перестать ерзать и говорить медленнее, – серьезно отвечаю я. – А еще найти тему для разговора, которая действительно интересна собеседнице. А не пытаться впечатлить ее количеством подписчиков в соцсетях.

Елена Викторовна одобрительно кивает.

– Садитесь. Но в следующий раз сосредоточьтесь на лекции, а не на социальных экспериментах.

Сажусь на место и делаю вид, что больше не отвлекаюсь. Хотя мысли все равно не о медиатекстах.

Уже третья неделя октября, а я так и не нашел способа нормально поговорить с Симой. Вроде бы университет большой, но мы постоянно пересекаемся. В столовой, в библиотеке, в коридорах. И каждый раз одно и то же: она видит меня, ее лицо становится каменным, она разворачивается и уходит. Или, что еще хуже, делает вид, что не замечает меня.

А я стою как дурак и не знаю, что делать. Эдик говорит, что я сам виноват.

– Просто подойди и скажи то, что хочешь сказать, – советовал он вчера. – Что тебя останавливает?

Что меня останавливает? Страх, наверное. Страх, что она пошлет меня подальше. Что скажет что-то такое, после чего я окончательно пойму – все кончено, назад дороги нет.

И еще этот ее внешний вид. Боже, как она изменилась! Раньше Сима всегда пряталась за свободными свитерами и длинными юбками. Теперь она носит обтягивающие джинсы и блузки, которые подчеркивают фигуру. Раньше волосы были собраны в косу или хвост. Теперь стрижка открывает лицо, делает ее… взрослой.

И красивой. Очень красивой. Что меня больше всего сильно бесит – я не единственный, кто это заметил.

После пары иду в библиотеку. У меня есть полчаса до следующего занятия, как раз успею взять нужную книгу по истории журналистики. Захожу в читальный зал и сразу вижу ее. Сима сидит за столом у окна и что-то конспектирует. Рядом стопка книг – «Евгений Онегин», «Герой нашего времени», какой-то учебник по теории литературы. Готовится к семинару, видимо.

А напротив нее… напротив нее сидит Глеб Смирнов, четверокурсник филфака. Высокий, симпатичный, капитан университетской команды КВН. Из тех парней, которые нравятся девчонкам, – умный, остроумный, уверенный в себе.