Книга: Весна воды - Ольга Птицева

️ О книге: Продолжение антиутопии «Двести третий день зимы» и заключительная часть этой дилогии. В первой книге мы смотрели на зимовье людей в стране, где весна и тепло объявлены врагами родины, глазами сотрудницы биолого-почвенного института Нюты. Во второй повествование ведется уже двумя героинями переменно, и к тревожному потерянному голосу Нюты добавляется голос бунтарки-Таи. Она, ставшая ярким пятном в первой книге, рассказывает предысторию Партии Зим в первой части романа, а затем планомерно катит этот снежный ком к логическому финалу.

️ Что понравилось в «Весне воды»: И сама книга, и дилогия в целом мне понравились. В первую очередь тем, что она просто есть. Я могу сколько угодно ехидничать от капризов взбалмшной Таи, которая вечно всех упрекает в лицемерии, хотя сама... Могу беситься с нелогичности и непоследовательности Нюты, которая мечется и катает на эмоциональных качелях и себя, и друзей. Могу закатывать глаза от therapy speak'a, который почему-то используют герои, хотя им той самой терапии очевидно не хватает. Но их неидеальность никакого значения в общем-то не имеет. Они есть, они живые, настоящие, неравнодушные. И даже несмотря на то, что они живут в параллельной реальности, прожить с ними эту историю сейчас мне было важным.

А еще этот роман полон нежности. Он действительно очень весенний, не знаю, как описать, но некоторые сцены буквально растапливали не только лёд между героями, но и моё маленькое саркастичное сердце. Местами радуешься происходящему как первоцветам. Где-то в середине книги есть эпизод, в котором герои едут в электричке за город, и там у них и борщ, и домашние настойки, и баня, и, кажется, только ради этого стоило бы прочитать всю дилогию. Одна сцена меня растрогала настолько, что я сама от себя не ожидала.

С большой нежностью прописаны и сами герои. Особенно меня покорили Витя, который живет в бабушкиной квартире и неустанно вяжет трогательные шарфы и шапки, и Кеша с этой своей пятилитровой кастрюлей борща и дурацкими разговорами с луковицами. В эпоху токсичной маскулинности, где одни обкалываются стероидами, а другие — достигаторством, приятно видеть мужчин, которые ведут себя как люди, а не как машины по производству денег и тестостерона.

Ну и последний плюс, который даст повод упрекнуть меня в нелогичности и заподозрить у меня биполярочку, — эта книга полна надежды, и, кажется, многим из нас, в том числе мне, этого мощнейше не хватает. У Ольги Птицевой есть другое произведение, «Край чудес». Но, кажется, это название подошло бы и для этой выдуманной страны. И хотя внутренний скептик по ходу чтения то и дело бурчит «не верю», внутренний мечтатель немножко радуется, что где-то там находится место и чудесам, и надежде.

Зарождающаяся партия «Поиски пути» и Ларин Игорь Викторович – её идейный вдохновитель, колесящий по миру с открытыми дискуссиями. Очередной форум по глобализации в Индии, куда Ларин прихватил свою семью. Тае было восемь, папе – сорок четыре, маме – тридцать два. Маме, из-за подхваченного там лептоспироза, так навсегда и останется 32.

Потом в их жизни появится Аграфена Станиславовна (та самая Груня) – первоначально новая папина правая рука, которая позже приобретет статус жены. «Безумство» отца Таи – предводителя трансформированной партии холода, захватившая его сверхидея зимы и вечной жизни. Ведь «для вечной жизни нужна вечная мерзлота». Сначала Тая под треки Нирваны уйдет в разнос, а потом станет частью тайной оппозиционной группы.

Далее повествование автор продолжит новой историей Нюты. Вскроются промахи и огрехи новой системы в плане растениеводства. Главная героиня займет место своего научного руководителя в исследовательском институте и займется разведением морозостойких растений. Будет ли это в рамках содействия высокому начальству с целью продвижения по карьерной лестнице или же у неё припасен план Б?

Герои пройдут сквозь холод и тернии, «а дальше будет апрель ... »

«Снежная масса до 5 см считается недостаточной. Снежная масса не выше 8 см считается желательной. Снежная масса выше 12 см считается избыточной»

«-Ку-вык-си, - повторила она название последней. – Кувыкси. Утробное слово обозначало горячую оленью кровь, которой чукчи поливали снег в день Пэгытти – зимнего солнцестояние. Северные народы считали, что так они прогоняют зиму. У них получалось, у акционисток – нет»

«За чудо все равно приходится платить кровью. Даже если это чудо – неизбежность весны»

Вторая часть по сравнению с первой показалась мне чуть скомканной, некоторые персонажи, к примеру коллега Нюты - Кеша, не до конца раскрытыми. Кто же тот умник, которому удалось вывести морозоустойчивые нарциссы? Была уверена, что это именно Кеша, и всю книгу надеялась оказаться правой, но главная затравка и загадка двух книг так и осталась не разрешенной. Развязка оказалась на мой вкус слегка натянутой, но это ни в коем случае не умоляет достоинств описанных двух книг.

Отличный представитель современной отечественной прозы, с которым однозначно стоит познакомиться.

7/10

Больше рецензий в телеграм канале https://t.me/dashapochitasha

Если в первой части в центре сюжета у нас была Нюта, которая встречала периодически других героев, но все они были как бы немного позади основного персонажа. Здесь, во второй части, все герои обретают голос, они выходят из Нютиной тени и начинают свою борьбу против режима. И у каждого из них есть на это свои резоны. Этим книга понравилась. Плюс мне действительно интересно было наблюдать за некоторыми персонажами, например, за дядей Мишей, Груней и, конечно, Кешей, претерпевшим в моих глазах этакую трансформацию из мерзонького типчика, способного мать родную продать, лишь бы спасти свою шкуру, в человека, который сделает все, что надо, лишь бы помочь всем выбраться из этого ледяного плена, из позиции «ну что еще они мне сделают, убьют?». Ну и да, атмосфера Кешиной дачи (ох уж эта банька) самое теплое, что было в этом романе, - навсегда в моем сердечке.

Но в общем и целом вторая часть мне более не понравилось, нежели наоборот. Все в ней шито белыми ой, зелеными нитками. Далее зона спойлеров, закрою, но не могу не сказать об этом, потому что иначе все мои претензии будут звучать голословно.

У ребят из «Оттепели» был миллион и один шанс закончить свои дни в морозильнике, но каждый раз автор безбожно им подыгрывала. У них всегда была Груня, которая под носом у партии буквально делала невозможное без шансов быть пойманной за руку. Как? – А вот так! Просто поверьте на слово. Почему Лысин так безоговорочно поверил Нюте и не приставил никого следить за ней? Ведь от её "надёжности" зависело буквально всё. Пропил последние мозги, полагаю?

Из-за всего этого режим стал просто игрушечным, его невозможно стало бояться, несмотря на смерти, несмотря на, казалось бы, реальные угрозы, которые касались всех вокруг... но не наших героев. Я перестала за них бояться, а это плохой знак. На этапе обсуждения предпоследней нормы перед самым финалом я писала даже, что уверена, что все пройдёт без потерь. Спойлер! Нет, не пройдет, за весну придется заплатить и не сказать, что маленькую цену, но почему-то лично я не испытала боли от этой потери и вот от этого мне уже стало больно.

Да и в целом я не поверила в чудесный финал. «Чудесный» в прямом смысле слова, начиная от магического объяснения некоторых важных сюжетных составляющих, до появляющегося из ниоткуда героя ака deus ex machina,

который на раз-два порешал все проблемки с партией холода, попутно вдохнув весну в истосковавшиеся по теплу сердца людей. Всю первую половину 2 части я наивно искала объяснение лору, почему зима пришла и не ушла, но получив финал таким, какой он есть, поняла, что напрасно, там, где цветы прорастают от тепла пролившейся крови невинных, вполне может и вечная зима наступить от превратившихся в лед людских сердец. Антиутопия для антуража, полноты картинки и красивой метафоры, а не художественной правды и достоверности. Увы.

В итоге лично для меня эта часть на 3 из 5, долго мучилась, сомневалась, но в конце концов поняла, что ни к чему, если не понравилось нужно быть честной с самой собой, не натягивать оценки за эмоции, подаренные первой частью. «203 день зимы» заслужила свои 5 , «Весна воды», к сожалению, нет. Вот так.

В книге очень круто описаны чувственные моменты, холод, еда и напитки, дом в сталинке, теплица в институте. Когда читаешь забываешь, что это всего лишь буквы, кажется, что стоишь за плечом у главных героев и тихонько наблюдаешь. 

А ещё тут много поддержки, объятий, понимания, единения и дружеского плеча. В первой книге было одиноко и страшно, а здесь, во второй есть на кого положиться и много надежды на будущее. 

Текст был набран простыми буквами без засечек, чёткий, обрубленный, точно сухие ветви. Точно клеймо на мертвецки-бледном лице человечества, чтобы впечататься в мозг и застрять там. Чтобы болеть не зашитым порезом, чтобы алеть, как горячая кровь на снегу. И шипеть, и пахнуть сырой землёй подтаявших по весне проталин. И быть живым, живее всего, что под снегом, таким пугающе достоверным. Но так и нужно было, наверное. И корешок по-прежнему оголён, как нерв, вот только подёрнут зеленью, как в апреле. Тепло и приветно, приветно и тепло на подкорке где-то, при виде зелёных стежков, продёрнутых между страниц. И как бы ни было страшно и холодно кажется, что ещё вот-вот и можно будет услышать пение птиц. Журчание ручейков. Звон долгожданной капели. Мы будем. Мы будем вместе. Мы точно дождёмся оттепели.

Но, Боже, как это страшно, когда лишь один человек способен наворотить дел, от которых страдают сотни! С верой в свою правоту и непогрешимость, с комплексом бога за пазухой – принимать по три капли в день для поддержания чувства собственного превосходства. Страшнее того лишь поддержка, из корысти и страха, из внезапного единодушия и чувства странного духовного, пусть и калечного, но родства. Жутко до дрожи, до подкожных айсбергов, до тошноты и нежизни с поправкой на существование. А что, если завтра – нет. И никогда не будет. Или будет, но в холодильнике, будто ты рыба на полупустом прилавке. Выглядишь свежим и мёртвым одновременно. В пустоту вперив свои глаза, остекленевшие от ужаса и недоверия. Неверия в лучшее будущее, построенное на чужих слезах. И четвертуют тебя там без всякой пользы, никому не скормив, кроме тех сумасшедших и алчных, из-за кого ты туда вообще залезал.

Страшно свидетельствовать и ждать. И это мерзкое чувство царапает изнутри на протяжении всего романа. Больно не мочь ничего и только терять. Больно быть просто жертвой, бездействовать, идти на поводу обмана. И, кажется, сколько потом бы ни было страшных последствий, они всё равно никогда не будут страшней, чем череда уже случившихся бедствий. Будто бы лучше тогда уж не жить вовсе, но ярко и громко взорваться в стратосфере общественной жизни, чем жить вместе со всеми, в ком больше нет ни надежды, ни веры, ни животворящей любви…

Но нарциссы пробиваются из-под снега. Греет рядом тепло надежного, дорогого, бесценного человека. Герои с большой буквы есть друг у друга, а значит, всё ещё будет. Значит, улягутся вьюги, снег непременно растает, и прорастут цветы, хрупкие пророки вернувшейся в мир теплоты. Будет мартовская капель, а следом апрель и цветущий поющий май, так и знай. Будет любовь на земле безграничная, как вселенная и прекрасная, как океан. Потому что у тех, кто согласен бороться совершенно точно уже есть план. И каждый готов исполнить в нём свою роль. Но будут и горе и боль, будет свинцом в сердце гореть печаль, будут все те, кого бесконечно жаль. Жертвы, потери и пустота отчаяния. Нежеланное, но неизбежное с жизнью прощание. Параллельно с борьбой за неё же. За то, чтобы было всё же у кого-то счастливое завтра и родное, ласковое, дружеское всегда. Чтобы вечность была не гибелью, а любовью. Чтобы весна – весной. Весна – всюду. Весна, как символ непобедимости человечного. Только закрой глаза и представь, что всё это уже где-то есть.

Эту книгу хочется просто обнять. И тихонько над ней поплакать. Вместе с ней даже. Потому что она – понимает. Она знает, как может быть тяжко. Ей знаком твой внутренний тяжкий крест. Но она убеждает в обратном, что ничто не проходит бесследно и ничто не безвозвратно. В сто концов убегают рельсы, самолёты уходят в рейсы, корабли снимаются с якоря. И любовь расцветает нарциссами, солнечными нарциссами и кроваво-алыми маками. Любовь вырастает до величины океана, входит из берегов, затопляет собой человечество, убивает его и воскрешает вновь. Уже не такое калечное, потому что все раны залечены известной давно панацеей по имени… да, любовь. Так вот, о любви и о жизни, весь этот честный роман. О том, что вместе – теплее, сильнее и не безнадёжно. О том, что весна возможна и будет подарена нам.

- 2025, май

Во второй части мы узнаем откуда возникла сама идея зимовья, о том, что было до, о том, что трагедия одного человека, с которой он не справился, привела к трагедии целой страны. И о том, что будет апрель.

И если первая часть дилогии это антиутопия, то финал истории показался мне скорее утопическим. В антиутопической части нет ничего такого, во что невозможно поверить. Мы на собственном опыте знаем, что и костры из книг возможны, и рисунок радуги - чистый экстремизм. Почему бы завтра не запретить, например, комнатные растения? Или запретить топтать снег? Что тут такого невозможного? А вот в утопический финал не очень получается поверить, хотя очень хочется. Видимо наше зимовье длится дольше и крови пролилось в разы больше.

Эра милосердия, о которой мы все в конце концов мечтаем, видимо еще не скоро наступит @

И первую и вторую часть я прочитала буквально за пару дней. Текст, несмотря на то, что он напичкан метафорами и отсылками (там даже про печенегов и половцев есть) читается очень легко. Но несмотря на нарочитую простоту, автору удалось столько в него уместить, что можно только восхищаться. Это и размышления о пресловутой "национальной идее", и о людях во власти, и о том, из чего состоит свобода и чего она стоит, о страхе, о его преодолении, и конечно о надежде.

За надежду Ольге отдельное огромное спасибо.