Текст книги "Знаки равенства"
![](/books_files/covers/thumbs_240/znaki-ravenstva-99944.jpg)
Автор книги: Ольга Романова
Жанр: Поэзия, Поэзия и Драматургия
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
«Из комы выходили за ворота…»
Из комы выходили за ворота,
За залп орудий, тишину садов.
Спешили по тропинкам и болотам,
Не зная расписаний поездов.
За миражи, за праздники и будни,
За дней безликих скучные подачки.
За шар земной, он превратился в пудинг,
Немыслимая движется заначка.
За спины прячась, за глаза пустые,
За наготу дорог и мрак столетий.
За то, что вы стреляли холостыми
И не пытались на звонок ответить.
За вой волков, собачью верность,
Кошачью нежность, подлость человечью.
И вылетая прямо на поверхность,
Там тишина и разум обесцвечены.
Там благодать и радости мирские
Давно мертвы, скучны, не актуальны.
Там истины рождаются простые
Нет слез в глазах и люди не печальны.
Из комы выходили за ворота,
За залп орудий, тишину садов.
Спешили по тропинкам и болотам,
Не зная расписаний поездов.
27 июня 2015 г.
Фанаберия…
В нашем разуме перевернутом,
Передвинутом, перевязанном.
Спят желания тошнотворные,
Скачут существа безобразные.
В нашем разуме перекроенном,
Перестрелянном, переписанном.
Мы хватаемся за соломинку
Остальное не дружит с истиной.
В нашем разуме переглаженном,
Передавленном, перетравленном.
Там секунды тают бумажные
Письма пишутся, не отправлены.
В нашем разуме сквозь столетия
Сквозь победы и поражения.
Ожидает его бессмертие
Если ты пойдешь на сближение.
В нашем разуме нет забвения,
Нет порядка и суеверия.
В нашем разуме направления,
И корявая фанаберия.
В нашем разуме перевернутом,
Передвинутом, перевязанном.
Спят желания тошнотворные,
Скачут существа безобразные.
26 июня 2015 г.
«И в песках горячих, вечных…»
И в песках горячих, вечных,
Не смыкаются ресницы.
Ноет время бесконечно
И грохочут колесницы.
Оставляя штатный выбор
Зарубив желаний древо.
Ты опять молчишь, ты – рыба,
А была когда-то девой,
А была когда-то пашней,
Под посев тебя сажали.
Даже Эйфелевой башней
Воспевал тебя Державин,
Воспевал тебя и Гегель
В своем левом гегельянстве.
Называли тобой мебель,
Уличали в графоманстве.
Уличали паразиты,
Приблатнённые девахи.
Диссертации защитой
И статейками на плахе,
Передернутыми всуе
Некрологами слепыми.
Ты держала амбразуру
Без особенных усилий.
И в песках горячих тлела,
Ненавидя колесницы.
Ты давно перегорела
Основною единицей.
И в песках горячих, вечных,
Не смыкаются ресницы.
Ноет время быстротечно
Не читая Солженицына.
24 июня 2015 г.
«Еще не вытеснив пространство…»
Еще не вытеснив пространство,
Не пропустив себя сквозь вечность.
Туда уже не ходит транспорт
И остановки нет конечной.
Там только ветер шаловливый,
Убийца ночь не виновата.
Там только вечер молчаливый,
И ходят души медсанбата.
Вина не предана огласке
Два шага влево нет расстрела.
Сухие, неживые пляски
Видны из окон, обгорелых.
Не сделав шага, снег торопит,
Тропа седая, полпути.
Назад нельзя, нельзя напротив,
Нельзя дойти, нельзя спасти.
Измучив скованные руки,
Досаду залпом проглотив.
Сыграв сонату третьей фуги
Пытаясь, разум обрести.
Еще не вытеснив пространство,
Не пропустив себя сквозь вечность.
Туда уже не ходит транспорт
И остановки нет конечной.
22 июня 2015 г.
«Гениальное кино, переписанные роли…»
Гениальное кино, переписанные роли
Небо сливается с морем, рваное полотно.
Гуттаперчевые дни, поддающиеся чуду
Умирая, не забуду их не в силах изменить.
Измельченные слова, словно крошки от обеда,
Это всё-таки победа, что она еще жива.
Затрапезные деньки, изможденные молитвы
Та на поле бренной битвы, вьются над тобой венки.
Скороспелые угри, ты уснула в подворотне,
За углом зацвел терновник, что ты там ни говори.
Недоношенные дни, сны упали в подсознанье,
Износилось ожидание, ты его не обмани.
Слишком маленькая жизнь, перечеркнутая всуе,
Что еще тебя волнует, от рассвета откажись.
Слишком тонкая тетрадь, по странице вырывая,
Оживая, умирая, ты не в силах разобрать.
Этот почерк не простой, эти летние прогулки,
Ты опять играешь в жмурки и под вечер ты пустой.
Увядающий пион, затрапезный, перешитый,
Сны усталой Маргариты, и ползущий скорпион.
Гениальное кино, переписанные роли
Небо сливается с морем, рваное полотно.
Гуттаперчевые дни, поддающиеся чуду
Умирая, не забуду их не в силах изменить.
20 июня 2015 г.
«Это твоё подводное царство…»
Это твоё подводное царство,
Там же твои подводные камни.
Не покидая своё государство,
Не открывая закрытые ставни.
Ни измеряя свои километры
Штатные игры скалки и прятки.
Те же учебники пишутся в клетку,
Те же проценты и дни без остатка.
Не покупая отдельные речи,
Встречи, звонки, календарные даты.
За переменой коварные встречи,
Из понедельников вторники взяты.
Возраст ничтожен, что же осталось,
Кратеры будней существенно ниже.
Самое нежное самая малость,
Просто вода вдруг становится жижей.
И не прощаясь, коверкая, щурясь,
Старясь, смущаясь, опять невпопад.
Щурясь коряво и выпукло жмурясь
Ты проезжаешь зарубленный сад.
Краски слились и засохли в минуту,
Юный художник себя обманув.
Смута смиренная, все-таки смута,
Пряником кажется сахарный кнут.
Так же твоё подводное царство,
Там же твои подводные камни.
Не покидая своё государство,
Не открывая закрытые ставни.
24 мая 2015 г.
«Зальют дождями, забросают ветками…»
Зальют дождями, забросают ветками,
Цветов шипами и словцами крепкими.
Когтями птиц, глазницами кровавыми
И напоят зловонными отварами.
Сплетут венки из трав сушеных розовых,
Трещат костры в лесах сухих березовых.
Забьют в ночи дубинками дубовыми,
Ключи, мечи тупеют там за шторами,
За штормами, за ветряными бурями,
От старости лекарства не придумали.
И перепутав их, не переплюнули
Засыпав наготу холмами, дюнами.
Закроют двери и всплакнут воочию,
Не заплатив ничем у дома отчего.
Не испытав любви и счастья прочего
Не зная ни фамилии, ни отчества.
Залепят глиной, океаном вечности,
Увезут вперед до ужина по встречной и.
Заноют скованные временем конечности
На неизведанной никем еще местности.
Зальют дождями, забросают ветками,
Цветов шипами и словцами крепкими.
Когтями птиц, глазницами кровавыми
И напоят зловонными отварами.
07 июля 2015 г.
«Когда-нибудь ты будешь молодым…»
Когда-нибудь ты будешь молодым,
Подтянутым, не в меру осторожным
И все твои желания – белый дым,
Медовый, кофе смешанный с мороженным.
Когда-нибудь ты будешь холостым,
Не признанным, суровым эмигрантом.
Наполненным снаружи и пустым
Каким-то элегантным, скромным франтом.
Когда-нибудь ты будешь не живым,
Не мертвым и ужасно одиноким.
Не грешным сумасшедшим, не святым,
Не скованным арендой и пороком.
Когда-нибудь ты будешь кораблем,
Трехпалубным без сурдоперевода.
Не связанным заботой и рублем,
Не та граница и не та порода.
Когда-нибудь ты будешь стариком,
По памяти ты плачешь, извиняясь.
И в горле застревает снежный ком
Пытаясь растопить, и не пытаясь.
Когда-нибудь ты будешь молодым,
Подтянутым, не в меру осторожным
И все твои желания – серый дым,
Окутанный спонтанной, жуткой ложью.
24 мая 2015 г.
«Всего один день взаймы…»
Всего один день взаймы,
Всего одну ночь, темницу.
Еще дайте две зимы
И крепкую колесницу.
Всего один день, пустяк,
Один пустяковый вечер.
Еще, может быть, простят
И не погасят свечи.
Всего одна ночь, пора,
Измены забыть, задвинуть.
И праздная мишура
Спасёт и не даст погибнуть.
Всего один день в карман
В копилку клади, не думай.
Прольется слеза – бальзам,
Слеза эта слаще изюма.
Всего одну ночь забрать
Себе, словно вырвать с корнем.
У времени своровать
И быть, наконец, покорным.
Всего один день – залог,
Взять его под проценты.
Всего один день, зарок,
Там факты и аргументы,
Но нужен ли этот день,
В кругу бесконечных вёсен.
Прогулки смешны по воде,
Когда за окошком осень.
Зачем этот день взаймы,
Зачем одну ночь, темницу,
Зачем эти две зимы
И крепкая колесница.
18 мая 2015 г.
«Соблюдай дистанцию…»
Соблюдай дистанцию,
Взорви эти мысли, которые тебя грызли.
Оплати квитанцию, выйди из этих дверей,
Прямо на выстрел.
Соблюдай пропорцию,
Лишнее, оставляя за дверью, за дверью.
Не жалей о прошлом,
Оно испарилось прахом шести империй.
Вырви провокацию,
Как надоевший зуб, зуд мудрости.
Просчитай комбинацию,
Не попадай в сети сиюминутности.
Выставь оконную раму,
Чтобы вдохнуть всей грудью.
Отправь телеграмму прямо в лоб правосудию.
Повторяй эти цифры как шифр
Кодового замка.
В твой мозг безвозвратно вшит
Код и спрятан наверняка.
Соблюдай субординацию
Кованого клинка.
Не выходи на станции
Пока.
17 мая 2015 г.
Снится…
Жаль время, не лечит,
Оно так бессовестно лжет и кидает опавшие листья.
И память ложится на плечи, она тебя ждет
И обрывками разными снится.
Монтируя кадры, уносят надежды, привычки,
Не много волнуясь.
И там тебе рады, ты вечный судьбы лимитчик,
Уставшая юность.
Уснувшее счастье, за дремотой ожиданий, мотаний,
Свернулось клубочком.
Распалось на части чужих оправданий, желаний
Бездонный источник.
Пропавшее солнце за тучами спряталось в слякоти,
Пафосных радостей.
Под вечер проснется, в кроваво-арбузной мякоти
В поисках запчастей,
Но время, время не лечит,
Оно так бессовестно лжет и кидает опавшие листья.
И память ложится на плечи, она тебя ждет
И обрывками разными снится.
17 мая 2015 г.
«Несвоевременно расстаться…»
Несвоевременно расстаться,
Наедине с собой остаться.
И убаюкав свои страсти,
Укоротив язык отчасти…
Спастись и снова прикоснуться,
К рассвету, солнцу и проснуться.
К закату, к истине тревожной,
Открывшейся неосторожно.
Несвоевременно увидеть,
Кого-то, может быть, обидеть.
И что-то навсегда оставить,
И вместо слова бросить камень.
Вновь опуститься и подняться,
И отойти от провокаций.
Перевязав сухую рану
Узнав, что кем-то ты обманут.
Узнав, что призрачные игры
Прольются радужной палитрой.
По небосводу настроений
Корявых, медленных скольжений.
Вчерашних сказок, незабудок,
Несчитанных бессонных суток.
Нехоженых дорог хрустальных,
Колец дешевых, обручальных.
Несвоевременно сознаться,
На расстоянии сражаться.
И побеждая не проснуться,
Спастись и снова прикоснуться…
17 мая 2015 г.
«Накиньте саван из дорожной пыли…»
Накиньте саван из дорожной пыли,
Укройте светом, вышедшим на волю.
Откройте окна в пафосной могиле
Иначе смысла нет. Смешно до колик.
Крепчайте скулы, желваки играйте,
Хлебайте правду, как похлебку с хлебом.
И время, как площадку выбирайте,
Закинув в него самый крепкий невод.
Прожекторами мощными светите
Не ослепляя волю и рассудок.
Под деревом обыденных событий
Не искушайте раненый желудок.
Сотките покрывало из прощаний,
Украсьте бисером, мольбой мозаик.
Держите слово, брошенное на прощание,
Оно верней скупых надежд, слепых касаний.
Покрылось коркой лета отражение,
Зима сгорела бабочкой в камине.
И в тишине такое напряжение
Оно ее вовеки не покинет.
Накиньте саван из дорожной пыли,
Укройте светом, вышедшим на волю.
Откройте окна в пафосной могиле
Иначе смысла нет. Смешно до колик.
14 мая 2015 г.
«НЕлюди ходят по тем же дорогам…»
НЕлюди ходят по тем же дорогам.
Так же выходят из душных квартир.
НЕлюди верят в такого же Бога,
Так же желают понять этот мир.
НЕлюди чинно шагают по жизни,
Мысли утюжа, как брюки, пиджак,
Не разбираясь в чужом механизме
Держат чуть выше огромный колпак.
НЕлюди сходят с дистанции редко
Победоносно идут напролом.
Нет у них в жизни потомков и предков
Чувства завязаны крепким узлом.
НЕлюди тянут и тянут тайм-аут,
Сон их не лечит, бессонница жжёт.
И отправляют партнера в нокаут
Бережёного Бог бережёт, стережёт.
НЕлюди сухо, с дежурной улыбкой,
Процедят сквозь зубы, фальшиво кряхтя.
И голосом сиплым, неряшливо хлипким,
Рукою дрожащей коряво крестя.
НЕлюди ищут добычу, подпитку,
Чтоб взять в своё поле обычных людей,
Подопытных кроликов, готовых на пытки,
Готовых на массы безумных идей.
НЕлюди ходят по тем же дорогам.
Так же выходят из тесных квартир.
Не верят ни в чёрта, ни в разум, ни в Бога,
Желая подмять под себя этот мир.
12 мая 2015 г.
«Зарастая могильником, мятой…»
Зарастая могильником, мятой,
Словно памятью, стертой до дыр.
Ощущая себя виноватой
И срезая засохший волдырь.
Ощущая себя отморозком
Перевернутым, резким, грубым,
Невоспитанным, мокрым отростком,
Неокрепшим, отчасти глупым.
Перелистывая сознание,
Как журнал с обгорелыми формами.
Речь идет не о наказании,
Не о власти убитой реформами.
Речь идет о втором нашествии,
О прикрытой корявой сущности.
Речь идет не о сумасшествии,
Об избитой, скупой дремучести.
Запинаясь об перлы вечности,
И пугаясь той нетерпимости.
Рядом не было человечности,
И порывов смешной невинности.
Рядом не было откровения,
Созидания и отчаяний.
И в попытках грехопадения
Шло давление нескончаемое.
Лопнули датчики доверия,
Спираль развалилась весело.
Постоянные суеверия
Обернулись прокисшим месивом.
И возможно, уже не шуточный
Делать вывод и поздно и боязно.
Оказался мозг промежуточным,
Ипохондриком и бессовестным.
Зарастая могильником, мятой,
Словно памятью стертой до дыр.
Ощущаешь себя приматом,
Излечив надоевший волдырь.
08 мая 2015 г.
«Я тебя разложу, раскидаю по полочкам…»
Я тебя разложу, раскидаю по полочкам
Распакую твои чемоданы тверезые.
Пусть ударят в набат полоумные молотом
Ты услышишь его в этом ельнике бронзовом.
Ты закатишь еще в это утро истерику,
Что грачи прилетели нежданно, негаданно.
И что ты уезжаешь, возможно, в Америку,
Не сошлись вы характерами и взглядами.
В этом мае разбитом, от солнца растерянном,
В полифонии ночи скучающий проигрыш.
Это всё до рассвета, эта музыка временна,
И вообще эта жизнь как внеплановый розыгрыш.
Да и качка привычная, традиционная,
Встряска разных букашек, проснувшихся вяло.
И твоей расы люди слегка удивленные
Они мерзнут и тянут на себя одеяло.
Они вечно зеленые, вечно голодные,
Собирают за пазуху крошки под плинтусом.
Их глаза голубые и под вечер соленые,
Им бы надо в больницу, но доктор их выписал.
Им бы надо на праздник, на шествие статное,
Им бы форму надеть, да она слишком скучная.
Только их не вписали в расписание штатное
И работа не клеится, хоть она и научная.
Я их всех разложу, раскидаю по полочкам
Распакую пустые чемоданы тверезые.
Пусть ударят в набат полоумные молотом
Вы его не услышите в этом ельнике бронзовом.
06 мая 2015 г.
«Тянутся длинной веревкой сутки…»
Тянутся длинной веревкой сутки,
Сползая ужом по плоскости.
И презираются промежутки
С повышенной долей плотности.
И неухожены километры
С пониженной долей скромности.
Тянутся руки, рвутся спектры
Обыденной невесомости.
Тянется время змеёй холодной,
Рептилией необузданной.
Кажется вечность такой свободной,
Горит фонарями тусклыми.
Сытое племя себя разбудит,
Может, всплакнет из жалости.
Светлое завтра себя окупит,
Перечитает Фауста.
Перелопатит украдкой кратер,
Вычерпав сновидения.
Перевернет грязную скатерть,
Зеркальное отражение.
Перегрызет провод стовольтный,
Перечеркнет молнию.
Полный вперед! Ход безмолвный!
К берегу самоиронии.
05 мая 2015 г.
Абсолютно бесстрашие…
Рвутся в бой проходные субстанции,
Инфернальные богатыри.
Близорукие, с куцым панцирем,
Убаюканные упыри.
Рвутся в бой и теряют сознание,
Проклиная во всём войну.
Шепчут Мантру, как заклинание,
И глотают от страха слюну.
И выстраиваясь в шеренгу,
Становясь гитарной струной.
Написав такую легенду,
Что дрожит земля за спиной.
Абсолютно бесстрашие
И слепо суеверие.
Вера многоэтажная
Не простит лицемерия.
Абсолютная истина
Пусть по кругу десятому,
Нежеланна завистникам
У них все виноватые.
У них все обреченные,
Глиной рты перемазаны.
Абсолютно прощенные,
И ничем не обязаны.
Абсолютно прикрытые
Простынями кровавыми,
Там живые, убитые
Прикладами ржавыми.
Там слепые и зрячие
Абсолютно прозрачные.
Их тела не горячие,
Прибыли новобрачные.
Прибыли перебежчики
От границы до вечности.
Их пути искалечены
В абсолютной беспечности.
Абсолютно бесстрашие
И слепо суеверие.
Вера многоэтажная
Не простит лицемерия.
11 мая 2015 г.
«Не ищи своё солнце, оно улетело и вляпалось…»
Не ищи своё солнце, оно улетело и вляпалось.
На чужом пустыре вновь захотело расслабиться.
Не ищи своё солнце, оно как обычно расплакалось,
Но еще не успело ссутулиться и состариться.
Не ищи свои травы, они пожелтели и высохли,
Не бинтуй свои раны, не хватит бинтов и зеленки.
Не ищи своё детство, оно неожиданно выросло,
О нем желтая память в царапинах на фотопленке.
Не ищи своё утро, оно превратилось в вечернее,
Кофе без молока и крепчает от года с годом.
Не ищи свою жизнь, она просто была исключением,
Или, может быть, даже чуждой ошибкой природы.
Не ищи свои сны, они вновь заблудились в чащах.
В этих ельниках и сосняках, в хвойных зарослях.
Не ищи своё время, оно перешло в настоящее,
И впадает от этого в разные странные крайности.
Не ищи свои дни, они просто не в тех исчислениях,
Вырвав календари их кукушки устали отсчитывать.
Это дни не твои, это страхи того поколения,
Что боялось ответа, не желая, прошлое впитывать.
Не ищи своё поле, с пожухлыми, желтыми листьями,
Перегнившее время устроит заветный компост.
Не ищи себя там, всё пройдет и испишется письмами,
Не ищи свой ответ, пока не услышишь вопрос.
Не ищи своё солнце, оно улетело и вляпалось.
На чужом пустыре вновь захотело расслабиться.
Не ищи своё солнце, оно как обычно расплакалось,
Но еще не успело ссутулиться и состариться.
08 мая 2015 г.
«А на твоей границе всё спокойно…»
А на твоей границе всё спокойно,
Без перемен, без выстрелов в упор.
Не начинались призрачные войны,
И красно-белый не пришел террор.
И на твоей дороге нет препятствий,
Нет поражений, мало суеты.
Нет перебранок, равенства и братства,
И нет последней, пройденной черты.
И нет знамён и флагов, нет теорий,
Нет доказательств прежних теорем.
И на ремонт закрыли крематорий,
Чтоб не было запутанных проблем,
Чтоб не было неловких ситуаций.
Чтоб не попасть по случаю впросак.
И в нереальном сне цивилизаций,
Ты не проснешься все-таки никак.
Хоть на твоей границе всё спокойно,
Без перемен, без выстрелов в упор.
Не начинались призрачные войны,
И красно-белый не пришел террор.
02 мая 2015 г.
Из жалости… Из жалости…
И до краев заполнены
Ночные наши шалости.
Такими нас запомнили
Из жалости. Из жалости.
Такими неуклюжими,
Нас просто отутюжили.
И души искарябали
И лапы поцарапали.
И музыкой и танцами,
Скореженными пальцами.
Скукоженными куклами
И пирогами пухлыми.
Закрасили, замазали,
Обвили метастазами.
Упитанными фразами
Поддельными экстазами.
Убитыми дорогами,
Пустыми скоморохами.
Не сроками, обидами,
И сплетнями убитыми.
И до краев заполнены
Ночные наши шалости.
Такими нас запомнили
Из жалости. Из жалости.
29 апреля 2015 г.
Поровну…
Боль фатальная, тьма разлучная,
Боль хрустальная, точно штучная.
Проскочившая мимо выстрелом,
Чтоб ее убить, надо выстрадать,
Чтоб ее простить, надо вырасти.
Чаем угостить вместо сырости.
Медом напоить сладким, приторным,
Чтобы было всё с корнем вырвано.
Обметать, подшить, обработать срез,
Чтобы дальше жить только с ней вразрез.
Под ногами чтоб боль не путалась,
Коль придет озноб, чтоб укуталась.
Боль фатальная, нежеланная,
Как брутальная баба пьяная.
Замотается в бархат импортный
Заикается, сделав выводы.
Только мимо путь, мимо истины,
Можно утонуть в смысле жизненном.
Можно забрести не в ту сторону,
Но делить грехи нужно поровну,
И корить себя только поделом,
И казнить других только за столом.
Боль фатальная, тьма разлучная,
Боль хрустальная, точно штучная.
Проскочившая мимо выстрелом,
Чтоб ее убить, надо выстрадать,
28 апреля 2015 г.
«Мертвые листья, мертвые улицы…»
Мертвые листья, мертвые улицы
Это не снится, это забудется.
Мертвые реки льдом укрываются
Мертвые веки не улыбаются.
Мертвые сказки пеплом заброшены
В ритмах рязанских, в туфлях изношенных.
В незабываемых фильмах о вечном,
Сброшены фильтры, ушли в бесконечное.
Мертвые танцы не в моде нечаянно,
Мертвые пальцы не знают отчаяния.
В душах живых неживые проклятия,
В мире глухих так опасны объятия.
Лица слепые с посмертными масками,
Слезы скупые с китайскими глазками.
И в погребальном последнем пристанище
В мире реальном почти загнивающем.
Мертвые будни без времени, спящие,
Мертвые люди как-будто пропащие.
Не пропустившие мертвого завтрака
И не достигшие трупного запаха.
Мертвые листья, мертвые улицы
Это не снится, это забудется.
Мертвые реки льдом укрываются
Мертвые веки не улыбаются.
23 апреля 2015 г.
Обнуляю…
Обнуляю ненужное, лишнее,
Даты, лица, пустые слова.
Ничего не должно быть личного,
Даже память должна быть мертва.
Обнуляю закрытые выпады,
Полоумные выкрики вслед.
Обнулять, значит делать выводы,
Если падать, то падать вверх.
Обнуляю проделки скучные,
Недалекие парадигмы.
Обнуляю вас, невезучие
И бесснежные, теплые зимы.
Обнуляю слова анонимные,
Бесполезные, безопасные.
Обнуляю глаза ревнивые
И поступки нелепые, грязные.
Обнуляю звонки рассветные,
Непокорные и корявые.
Обнуляю марши победные
И пустые вёдра, дырявые.
Обнуляю речи плешивые,
И колонны протестов суточных.
Обнуляю счастье фальшивое,
На пути ином, промежуточном.
Обнуляю ненужное, лишнее,
Даты, лица, пустые слова.
Ничего не должно быть личного,
Даже память должна быть мертва.
16 апреля 2015 г.
«Пропадая опять в океанах далеких…»
Пропадая опять в океанах далеких,
Островах одиноких, печальных.
Забирают в свой скарб наши сны и пороки,
И вчерашнее всуе оставив.
Отпускают грехи небеса по утрам,
Криком чаек и шепотом волн.
Благодарность выносим надежным ветрам
В этом мире, почти не живом.
Словно галстуки, ржавые крылья висят,
Их узлом не завяжешь крестовым.
Неизвестных планет пройден малый парад
И священная дремлет корова.
Не успеют обнять и простятся едва,
Только память, листая в обрывках.
Эта истина будет некстати мертва,
Как некстати слепая улыбка.
Не успеют раздать должникам их долги,
Всем сестрам по серьгам и их братьям.
И наточат до блеска коллеги клыки
И заключат в слепые объятия.
28 марта 2015 г.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?