Текст книги "Почему нет в жизни счастья"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pochemu-net-v-zhizni-schastya-4056.jpg)
Автор книги: Ольга Санечкина
Жанр: Юмористическая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Ольга Санечкина
Почему нет в жизни счастья
ПРЕДЫСТОРИЯ
«Если ваша жизнь дерьмо, то не стоит отчаиваться!» – всю дорогу бубнила она себе под нос. Когда-то давным-давно подруга ей сказала: если хочешь себя в чем-то убедить, облеки это в доступную для твоих куриных мозгов форму и повторяй, пока не поверишь. Форма вроде бы была доступной, смысл тоже понятен, долдонила она себе это уже не первый год, но веры так и не прибавлялось. Если задуматься, то можно прийти к выводу, что Ксения напрасно кляла судьбу и была далеко не самым разнесчастным существом на этой планете, но и счастливой назвать ее было трудно. Говорят, женщине столько лет, на сколько она себя чувствует. Иногда Ксении казалось, что ей все еще двадцать, но вела она себя, как уставшая от жизни женщина, вышедшая на пенсию, а выглядела на все свои тридцать три года. Личная жизнь не сложилась по непонятным для нее причинам. Красавицей она не была, но и назвать ее уродкой тоже было бы преувеличением. Характер описанию не поддавался, ибо менялся в среднем два раза в день. Дурными привычками не обладала, если не считать того, что выкуривала за сутки пару сигарет. Но кто назовет это дурной привычкой в наше суетное время? Употреблять спиртное Ксения любила, но не любила то знакомое чувство, когда ты просыпаешься и ничего не помнишь. Посему она предпочитала пить по чуть-чуть и только по праздникам.
Сегодня Ксения передала на работе все свои дела коллеге и ушла в заслуженный отпуск. «Отпуск» – это сладкое для многих слово вселяло в нее тревогу. За последние пять лет это был ее первый отдых от работы. Да еще на целых три недели. Три недели неопределенности – это было слишком. Разве можно так издеваться над бедной одинокой женщиной? Но начальник в своем упрямстве был, можно сказать, груб и со словами «нам нужны живые бойцы, а не мертвые герои» отправил ее в принудительный отпуск. Сказать, что Ксения очень любила свою работу, было бы неверно. И все из-за этого дурацкого призвания! Кто это только придумал? Кто-то хочет быть космонавтом, кто-то пожарным, кто-то врачом. Все хотят кем-то быть. И только у Ксении с этим была большая проблема. Она никогда не знала, кем хочет быть. Посему работала администратором в небольшой компании и на жизнь ей вполне хватало. Дорога от метро была недлинной, но Ксения всячески оттягивала чудный миг встречи с домом. Ее там никто не ждал. Первая Аэропортовская улица была не самым спокойным местом района, но идти к дому через площадь Тельмана не было никакой возможности из-за развернувшейся там стройки. Ксения любила ходить зигзагами и сегодня прокладывала свой витиеватый маршрут с приятным чувством узнаваемости. Она знала каждый выступ на своем пути и могла обойти все колодцы с закрытыми глазами. Ксения всегда обходила колодцы. И не потому, что в детстве мама сказала ей, что это плохая примета. А потому, что подозревала, что всегда найдется придурок, который оставил колодец открытым именно на ее пути. По той же причине она всегда смотрела под ноги, а не витала в облаках. То, что Ксения рассматривала в данную минуту у себя под ногами, не соответствовало ее представлениям о хорошем начале отпуска. Прямо у ее ног лежал мужчина. И если бы не состояние мужчины, то, может быть, она бы заметила – молод он или стар, красив или не очень. Но в этот теплый июльский вечер Ксения могла видеть только одно – его грудную клетку. Создавалось впечатление, что кто-то вырезал в ней аккуратную дверцу и оставил ее открытой. Внутри за дверцей четко работало сердце. Ноги подкосились, и Ксения опустилась на колени. От этого ужасная картина оказалась прямо у нее перед носом. Постепенно реальность врывалась в мозг, который тщетно пытался себя защитить уговорами, что такого не может быть, потому что такого не может быть никогда. И уж тем более в ее жизни!
А оно все билось!
– Только не надо тошнить ему в грудную клетку, а то потом… Ну в общем, сами понимаете…
Ксения в изумлении подняла голову и увидела стоящего над ней мужчину. С первого взгляда ему можно было дать около сорока-сорока пяти лет. В слегка вьющихся волосах теплого медового цвета просматривалась пара седых прядей. Лицо было изысканно тонким, с ярко выраженными скулами и четко очерченными, пухлыми губами. Как ни странно, но даже в свете тусклых фонарей Ксения рассмотрела необыкновенный карамельный цвет глаз. Миндалевидные, с черными густыми ресницами глаза просто завораживали, и девушка с трудом смогла вырваться из этого омута. Он был одет в медицинские штаны, куртку и шапочку. На шее висела маска. Мужчина спокойно смотрел на Ксению и курил. Слегка придя в себя, девушка поняла, что находится прямо напротив писательской поликлиники и, видимо, врач был оттуда.
– Вы собираетесь что-либо делать с э… этим вот? – ткнула она пальцем в сторону «дверцы», на которую старалась больше не смотреть, и уставилась на курящего мужчину ошалевшим взглядом. Мужчина тяжело вздохнул и задумчиво произнес:
– Да, конечно. В конце концов, я все-таки хирург.
«Хирург»? – Задумалась Ксения. Может, это он так аккуратно открыл эту «дверцу»?
– Так чего же вы тут стоите и курите? Делайте же что-нибудь! – Ксению все больше и больше раздражало спокойствие этого человека.
– Видите ли, милая девушка, когда вы здесь появились, я как раз раздумывал, как мне донести его до операционной. Час уже поздний, в клинике я один дежурный врач, а вахтер уже два часа как мертвецки пьян. Одному мне не справиться. Вот я и закурил, размышляя, как решить эту проблему. А тут как раз вы. Какая удача!
– Ну знаете ли, на этот вопрос я смотрю с иной точки зрения. Большой удачей, мне кажется, здесь и не пахнет.
– А знаете, возможно, вы и правы, гм, даже странно. – Легкая задумчивость на мгновение проступила на его лице. – Но это уже вопрос вечной относительности, не думаю, что сейчас самое время его обсуждать. Я пойду схожу за носилками, а вы пока посторожите нашего больного, чтобы не ушел.
Хирург бросил окурок недалеко от раскуроченного тела и исчез в недрах поликлиники. Фонари, слабо освещавшие улицы ночного города, не позволяли Ксении разглядеть всю картину в целом, и она радовалась этому вполне искренне.
– Господи, кто же мог такое сделать? – пробормотала она себе под нос.
– Кто, кто… конечно, безумный Кролик, кто же еще, – услышала она ответ от стоявшего над ней хирурга с носилками в руках. Ксения и не заметила, как он вернулся. – Ну-с, приступим.
Стараясь не думать о том, что она делает, Ксения помогла хирургу переложить тело на носилки и дотащить до лифта. На лифте они поднялись на четвертый этаж и занесли мужчину в операционную. Пока Ксения осматривала все вокруг, хирург включил над операционным столом свет, помыл руки и натянул маску на лицо. Ксения не выдержала:
– Я всегда считала, что хирург, приступая к операции, должен надевать абсолютно стерильные вещи. А вы в этой маске ходите уже черт знает сколько и даже курили в ней на улице! О какой стерильности тут может идти речь?
Хирург поднял на нее смеющиеся глаза и весело произнес:
– Неужели вы серьезно считаете, что хирурги надевают на лицо маску, чтобы микробики изо рта не попали на открытую рану?
– А для чего же еще? – с ехидством в голосе спросила Ксения.
– Мне всегда казалось, что это все знают. Конечно же чтобы скальпель не облизывать! Кстати, милая девушка, а как вас зовут?
Совсем потерявшая способность здраво соображать, она тупо ответила:
– Ксения.
– Чудесное, чудесное имя, – добродушно проурчал мужчина. – Ксения, давайте мы так поступим: я, пожалуй, начну работать, а вы, если не сложно, посидите здесь в креслице. Вдруг мне помощь какая понадобится. Сегодня полнолуние, моего ассистента не дозовешься, а одному, боюсь, мне не справиться. Кстати, разрешите представиться: Виталий Сергеевич. Хирург. Вы садитесь, садитесь. Вам отдохнуть надо немножко, а то что-то вы такая бледненькая, словно из вас всю кровушку высосали.
Ксения рухнула в кресло и с радостью расслабила мышцы спины. В голове был полный кавардак. Прокручивая события сегодняшнего вечера, она пыталась понять, как получилось, что она влипла в такую странную историю. Верх предусмотрительности и осторожности, она никогда не попадала в сомнительные ситуации. А здесь все было уж слишком сомнительным. И доктор, и пациент, и какой-то кролик. Кстати, о кролике… Что за бред нес этот Виталий Сергеевич? Может, это кликуха какого-нибудь маньяка, о котором знает каждый второй, а она оказалась одной из первых?
– Виталий Сергеевич, а кто такой этот кролик? – спросила Ксения.
– О, Кролик – это длинная и очень трогательная история. Но если вкратце, то дело было так. Кролик – часовщик. Часовщик от Бога, хотя… скорее всего, от дьявола. Он обожает свое дело! Его уникальные часы славятся на весь мир. Они стоят бешеных денег, но всегда находят себе хозяев. И вот однажды Кролик решил сделать часы для себя. Ему хотелось чего-нибудь совсем необычного, и он сделал их в форме сердечка. При этом они не тикали, как простые часы, а издавали глухие удары в ритме сердца. Кролик очень полюбил свои часы и всегда носил их с собой. И вот однажды у Кролика украли его любимое сердечко, его драгоценные часики. Кролик страшно горевал: это было его любимое детище. И в какой-то момент он совсем свихнулся! Иногда, проходя мимо человека, мы в состоянии услышать биение его сердца. Так вот, когда так происходит, Кролик решает, что это воришка, который украл его часики. Подстерегает его и делает такое хорошенькое окошечко в области сердца. Он ищет свои часики. Ему кажется, что они его зовут. Это уже восьмая жертва.
– Боже, маньяк какой-то! Надо об этом сообщить в милицию!
– Ничего не надо, я уже сообщил куда следует. Чуть позже они подъедут и зададут вам несколько вопросов. А пока отдохните, постарайтесь не думать о плохом. А я тут чуточку поработаю. Надо, знаете ли, кое-что тут залатать.
Ксения, уставившись в одну точку, пыталась привести мысли хоть в какой-то порядок. А это было очень непросто. Все, что происходило, не укладывалось в рамки ее представления о нормальности. Больше всего поражала рана на груди у оперируемого. Во-первых, не было крови, во-вторых, ненормально аккуратной была эта чертова «дверца», и, наконец, в-третьих, с ее точки зрения сердце просто не имело права продолжать биться. То, что хирург был очень хладнокровным типом, девушку не удивляло. Вроде бы так и должно быть. А вот то, что в данную секунду, стоя над телом жертвы, он держал в руках клей «Момент», странным образом напрягало Ксению.
– Гм-гм… Простите, что снова влезаю, но вы не скажете, зачем вам понадобился клей?
– Клей? – Хирург отвлекся от своих размышлений. – Ах, клей! Понимаете, Ксения, «Момент» очень хороший клей, а мне жизненно необходимо склеить нашему пациенту ребра. Ну понимаете, чтобы быстро и надежно. Вы знаете какой-нибудь клей лучше «Момента»?
– Нет, – обреченно прошептала Ксения.
– Вот и я не знаю. А я всегда предпочитаю в работе использовать лучшее. Да не переживайте вы так! Все будет хорошо. Зашьем и заклеим в лучшем виде! А вы спите… спите… спите…
Глаза Ксении закрылись, и она погрузилась в глубокий сон. «Усталость и нервное потрясение сказались», – подумала девушка перед отключкой.
– Ксения, деточка!
Кто-то тряс Ксению за плечо.
– Ксения, просыпайтесь. Я уже закончил. Наш друг зашит в лучшем виде, и, я думаю, через недельку сможет выйти из клиники. Из органов сказали, что свяжутся с вами позже, так что вам надо пойти домой и отдохнуть.
– Моя помощь не потребовалась, да? – Ксения старательно пыталась раскрыть глаза, но спросонья ей это плохо удавалось.
– Ну если вы не возражаете, то я бы все-таки попросил вас о помощи в несколько другой области.
– Да, конечно, если смогу, я с удовольствием помогу вам! – отозвалась все еще сонная Ксения.
– Видите ли, в чем дело. У меня есть друг… Гм-гм… И мне бы не хотелось оставлять его без присмотра. А я очень устал. Скоро рассвет. Мне надо лечь и отдохнуть… Ну в общем, это долго объяснять, но не могли бы вы взять его на пару дней к себе. – С этими словами Виталий Сергеевич протянул небольшой шарообразный аквариум, в котором сидела банальная лягушка. – Понимаете, он мальчик озорной, но безвредный, а здесь все-таки клиника… Мне бы не хотелось оставлять его совсем одного.
– А вы точно знаете, что это мальчик? – спросила вконец отупевшая Ксения.
– О! Можете быть абсолютно уверены! Стопроцентный мальчик!
– Ну хорошо, если только на пару дней… Боже, а чем же его кормить?
– Не волнуйтесь, не волнуйтесь, эту проблему он решит сам. Он очень хороший!
С этими словами врач подхватил Ксению под локоть и буквально вытолкал ее из операционной. Не успев оглянуться, Ксения уже выходила из его машины около своего подъезда с аквариумом в руках.
– Спокойной вам ночи, деточка! – пропел Виталий Сергеевич.
Ксения взглянула на его лицо и в смущении отпрянула. В уголках рта хирурга засохла кровь. «Неужели все-таки облизал скальпель? – мелькнуло у нее в голове. – Да нет, наверное, просто прикусил губы. Ну и мысли у тебя, дорогуша!» Ксения попрощалась и устало побрела домой.
По дороге Ксения тщетно пыталась понять, что же, в конце концов, произошло за последние шесть часов. Но в голове вся эта история никак не укладывалась. Дома ее никто не ждал. Девушка жила одна. Трехкомнатная квартира принадлежала ее тетке, которая в возрасте пятидесяти пяти лет безумно влюбилась в лесника, живущего где-то в Липецкой области, и уже лет восемь наслаждалась своим счастьем на лоне природы. Все-таки есть еще женщины, которые считают, что мужик должен быть могуч, вонюч и волосат. И тетка Ксении явно к ним относилась. Квартиру она предоставила любимой племяннице, с условием, что та оплачивает все коммунальные счета, и все были довольны и счастливы. С родителями Ксения уже давно не жила, но горячо их любила и регулярно с ними виделась. Поставив аквариум на столе в гостиной, Ксения с трудом добрела до постели, на последнем издыхании влезла в свою любимую шелковую сорочку и, счастливая, упала в объятия огромной кровати.
ГЛАВА 1
Нас утро встречает рассветом
День первый
Утро медленно проникало в еще дремавшее сознание. Открывать глаза категорически не хотелось. Было так тепло и уютно. А это теплое дыхание на ее шее вселяло какое-то удивительно умиротворяющее чувство. Стоп… Какое дыхание на шее? Мозг начинал очень медленно обрабатывать поступавшую в него информацию. А информация была просто удивительной. Тело явно ощущало чье-то присутствие рядом. Того, кто лежал рядом и дышал ей в шею! А еще чья-то рука обнимала ее за талию, а чья-то нога лежала поперек нее. Ксения старалась понять все-таки, что происходит. На повестке дня стояло три вопроса.
Вопрос первый: где она?
Вопрос второй: с кем она?
И вопрос третий: сколько их вообще тут?
Вопрос, кто она, Ксения решила себе не задавать, чтобы не огорчаться, получив ответ.
Приоткрыв один глаз, Ксения получила ответ на свой первый вопрос. Она была у себя дома, в своей спальне и в своей кровати. И это слегка успокаивало.
Второй вопрос был значительно сложнее. Можно было, конечно, поступить с ним как с первым, но очень не хотелось показывать, что она уже проснулась. Подумай, обратилась она к своему мозгу. Может, найдешь ответ. Мозг напрягся и выдал результат:
– Информация, почему ты в постели не одна и кто лежит рядом, в базе данных отсутствует.
«Да, с таким мозгом, как у меня, каши не сваришь», – подумала Ксения. Обработав еще кое-какую информацию, дабы немного себя оправдать, Мозг выдал следующий результат:
– Судя по расположению частей тела, в постели с тобой находится всего один объект. Судя по силе дыхания и весу, объект мужского пола детородного возраста.
«Уже хорошо, не обвинят в совращении малолетних», – промелькнула мысль у Ксении.
Итак, из трех вопросов неразрешенным остался только один, но, с точки зрения Ксении, самый важный. С кем же она провела ночь и почему ничего не помнит?
Пытаясь установить истину, Ксения принялась вспоминать вчерашний вечер, и события вихрем ворвались в еще не окрепший после сладкого сна мозг. Может, все это ей приснилось? Но Ксения точно помнила, что спать она ложилась одна, и в квартире в этот момент тоже никого не было. Но тот факт, что в эту минуту кто-то сладко дышал ей в шею, полностью опровергал эту версию. Значит, вариант может быть только один. Она, в стельку пьяная, подцепила какого-то мужика, привела его домой, провела с ним ночь. При этом ей приснился жуткий сон, а она теперь в состоянии похмелья ничего не помнит. Причин, чтобы не согласиться с этой версией, было две, и обе весьма значительные. Она не помнила, чтобы где-то и с кем-то пила. Ну уж начало-то она должна была помнить! А потом никаких признаков похмелья Ксения не ощущала. А так как этого не может быть, то эта версия тоже отпадала.
– Ну знаешь ли, – обиделся Мозг, – тогда думай сама. А лучше сядь и посмотри, с кем ты в постели. Все равно придется когда-нибудь встать!
Мысль ей показалась здравой. Тихонько сняв с себя чужую руку и ногу, Ксения медленно села на кровати. И так же медленно открыла глаза. На ее любимой подушке лежала голова, обрамленная красивыми пепельными волосами, с ярко-зелеными глазами и с тонкими чертами лица. И эта голова ей нежно улыбалась. Ксения видела этого человека первый раз в жизни. Конечно, он был редкостный красавец, хотя обычно такие даже не останавливали на ней взгляд. А уж так, чтобы смотреть на нее такими влюбленными глазами… об этом можно было только мечтать. Но мечты мечтами, а выяснить, кто он такой, не мешало бы.
– Ты кто? – Ей показалось, что обращаться на «вы» к человеку, который минуту назад так интимно к тебе прижимался, неправильно. На лице молодого человека на мгновение вспыхнуло торжество, как будто он только и ждал этого вопроса.
– Я твой суженый, – спокойно ответил он и снова нежно и преданно уставился на Ксению.
– Суженый?.. А как ты здесь оказался, суженый? – Ситуация начинала постепенно выводить ее из себя.
– Ну насколько я могу судить, ты принесла меня сюда сама. По крайней мере, я пришел в себя на столе в большой комнате, отправился бродить по квартире и нашел тебя здесь. Как только я тебя увидел, я все понял.
– И что же ты понял? – уже зло спросила Ксения.
– Что мы созданы друг для друга. – Спокойствие, с которым это было сказано, до глубины души задело Ксению.
– Знаешь, я, может, и больна на голову, но не настолько же, чтобы поверить, что смогла дотащить тебя в бессознательном состоянии на себе. Ты же весишь не меньше семидесяти пяти килограммов. А я и десять с трудом поднимаю. Фитнес-клуб, знаешь ли, не мое хобби.
– Ну что ты так переживаешь? Я же был маленький! Ты принесла домой лягушку? Правильно я говорю?
– Правильно. Только ты похож на лягушку, как гвоздь на панихиду.
Трагично вздохнув, молодой человек ответил:
– Понимаешь, дело в том, что я оборотень. А вчера было полнолуние.
– Кто ты?!
– Ну понимаешь, каждое полнолуние я превращаюсь в лягушку и ночь провожу в этом милом образе. А поутру просыпаюсь, как ни в чем не бывало, в человеческом обличье. Только обычно я просыпаюсь у своего товарища, но сегодня что-то пошло не так, и я проснулся у тебя. Чему безмерно рад. – Идиотская улыбка не покидала его лица.
– Господи, какой бред! Лягушка-оборотень! Я подобной ерунды в жизни не слышала! Хочешь сказать, что однажды в полнолуние на тебя набросилась лягушка и жестоко искусала? И с тех пор каждое полнолуние ты превращаешься в лягушонка?
– Нет, конечно. У лягушек-оборотней это передается по наследству. Помнишь сказку про Царевну-лягушку? Классический пример! Кстати, она моя прапрапра – и так далее бабушка.
– То есть если следовать твоей версии, то я твой Иван-царевич? – злобно спросила Ксения.
– Ну конечно! Я знал, что ты должна быть очень умненькой! – восхищенно воскликнул парень.
– Да? – взбеленилась Ксения. – А мне кажется, что ты держишь меня за круглую дуру, если думаешь, что я хоть на минуту поверю в этот бред.
– Милая, ну пожалуйста, не злись, все не так плохо. Я очень хороший! Я тебе понравлюсь, – заканючил суженый Ксении.
– Ну допустим! И что же мы будем делать дальше? Устроим пир на весь мир? – Ситуация все больше напоминала бред сивой кобылы в знойный полдень, но поддерживать эту дурацкую беседу казалось единственным возможным выходом.
– Ну конечно! А еще мы будем исполнять желания твоего папы.
– Папы? Господи, а при чем тут мой папа? – ужаснулась Ксения.
– Ну как же? Он же должен убедиться, что я достоин твоей руки. Проверить, что я умею.
– А что ты умеешь?
– Ну как положено. Я великолепно готовлю. Великолепно вышиваю и…
Тут его трогательная речь была прервана весьма неординарным событием. Открылась балконная дверь, и в комнату шагнул жгучий брюнет. Если не принимать во внимание тот факт, что Ксения жила на седьмом этаже и в руке брюнета был револьвер, парень производил очень даже приятное впечатление.
– Ангел? Что ты тут делаешь в столь неподходящий момент? Неужели трудно было выбрать другое время для визита? – простонал лягушка-царевич.
Мрачный юноша поднял пистолет и три раза выстрелил в грудь суженому Ксении.
– Ну зачем? – заныл суженый Ксении, слегка поморщившись. – Ведь ты же знаешь, что оборотня нельзя ранить твоим оружием!
– Мне скучно, – печально ответил юноша и сел в кресло, стоявшее у окна.
– Так, хватит, я вызываю милицию. Этот кошмар мне просто осточертел! – взорвалась Ксения.
– Ну и что ты им скажешь? Что Ангел только что стрелял в лягушку-оборотня, с которым ты провела ночь и который собирается на тебе жениться? Боюсь, душа моя, тебе могут не поверить! – попытался отговорить ее суженый.
– Нет, я скажу, что два бандита залезли ко мне в квартиру и хотят меня ограбить и изнасиловать.
– Но почему? Мы же не взяли ничего чужого, и, хотя мы провели последние часы в объятиях друг друга, я не причинил тебе вреда! – В глазах царевича стояли слезы, подбородок нервно подрагивал.
– Знаете что, мне надо подумать. Давайте пару минут помолчим, – простонала Ксения и с надеждой поглядела на своих незваных гостей.
Молодые люди синхронно утвердительно качнули головой и уставились на часы. Время пошло. Ксения взяла себя в руки и до мелочей восстановила в памяти вчерашний вечер. Так: странное тело, странный хирург, ассистент, которого не дозовешься в полнолуние, скальпель, который нельзя облизывать, лучший в мире клей «Момент», лягушка в аквариуме, «мальчик озорной, но очень хороший», кровь в уголках рта… Да, все это попахивало психушкой, а эта мысль совсем не радовала. «Ну ладно, сейчас я отправлюсь в гостиную, обнаружу там лягушку в аквариуме, и все станет хорошо», – решила Ксения. Молча она пришла в гостиную и увидела пустой аквариум и валяющуюся рядом лягушачью кожу. С тоской Ксения вернулась в спальню, забралась под одеяло, обхватила колени руками, и на ее глазах выступили слезы.
– Две минуты истекло, – тихо промолвил лягушка-царевич.
– Я беру дополнительное время, – буркнула Ксения.
– Может, все-таки воспользуетесь помощью зала? – спросил Ангел.
Ксения вспомнила про Ангела и постаралась рассмотреть его получше. Ну если в жизни существует ходячие искушение, то оно было прямо перед ней. Белой у этого парня была только кожа. Все остальное было черным. И не просто черным, а бархатно-черным. Глаза были черными, как маслины. Длинные тонкие реснички переплетались своими кончиками между собой и были чернее южной ночи. Черные волосы чуть выше плеч прекрасной волной обрамляли его тонкое и нежное лицо. Одет он был в черные кожаные штаны и кожаный пиджак на голое тело. Создавалось впечатление, что грех сочится через его кожу и выступает алыми капельками крови на его губах, ибо губы были именно цвета алой крови. У него были очень красивые тонкие руки с изящной кистью и длинными пальцами. И в данный момент эти руки играли барабаном револьвера.
– Ты ангел смерти? – спросила Ксения осипшим голосом.
– Ой нет, конечно! – пропел ее суженый – Он ангел любви! Он же амур!
– Странно, я всегда считала, что амур – это такой маленький голубоглазый златокудрый пупсик с крылышками, с золотым луком и стрелой в руках.
– Да-а-а, это трагедия всей их семьи! Он альбинос. Своеобразный черный лебедь в белой стае, или белая ворона в черной стае, или…
– Ну, может, хватит? – спросил с болью в голосе Ангел и снова уставился на барабан револьвера.
Ксении стало жутко жалко этого странного Ангела, и она поспешила его успокоить:
– Послушай, стоит ли переживать, что не родился мелким вредным коротышкой, а оказался таким ослепительным красавцем! Женщинам не нужны слюнявые пупсики! Нам подавай горячих перцев с искрой греха в глазах!
Глядя на Ангела, она поняла, что сказала что-то несусветно грустное. Ибо его прекрасное лицо буквально исказилось от боли. Она перевела вопросительный взгляд на своего царевича. Он с трагизмом пожал плечами:
– Понимаешь, дорогая, он еще девственник.
– Слушай, – устало произнесла Ксения – я готова поверить во все что угодно. Даже в то, что ты та самая лягушка, которую всучил мне этот чертов хирург, но в то, что эта ходячая сексоисточающая субстанция девственник, я не поверю никогда. Хотя, если это так, я готова исправить эту мировую несправедливость сию секунду! – на одном дыхании выпалила Ксения и алчным взглядом впилась в Ангела.
– Если бы все было так просто! Понимаешь, он девственник не по своей воле.
– Стой! Ничего не говори! Дай я угадаю! Его возжелала злая ведьма-нимфоманка, он отказал ей, а она его заколдовала! Правильно?
– Боже, фу, ну и фантазии! Нет, конечно. Просто в клане амуров свой кодекс чести и свод правил. Так вот, пока амур не подстрелит свою тысячу первую жертву, он не может иметь сексуальных связей. Обычно амуры достигают этой цифры в достаточно раннем возрасте, годам к десяти. Но наш Ангел оказался и в этом вопросе особенный.
– Он что, мазила? – с интересом спросила Ксения.
– Нет, душа моя, он самый меткий амур за последние двести пятьдесят лет. Но он слишком обременен моральными принципами. Наш Ангел не выносит односторонней любви. У него на нее аллергия. С подъемом температуры, слезящимися глазами и ломкой костей. Так что этот малый стреляет только тогда, когда может подловить заведомо счастливую пару. На его счету шестьсот восемьдесят семь выстрелов, ни одного промаха, из них десять – с аллергической реакцией. Найти взаимную любовь очень трудно.
– Слушай, ты меня совсем запутал. Что значит найти? Он же сам стреляет! Стрельнул в юношу, стрельнул в девушку, и вот они уже любят друг друга, – возмутилась Ксения.
– Откуда такая дикая теория? Да будет тебе известно, амур может стрелять только в одного. Или в юношу, или в девушку. Если он стреляет в девушку, то она влюбляется в первую особь мужского пола, которую увидит после выстрела. А дальше уже все зависит от девушки. Так же и с юношей, только он влюбляется в девушку и все уже зависит от него. При этом условие такое: нельзя стрелять в уже влюбленных. Даже если эта любовь несчастна. Вот такая история. Вот и блуждает наш Ангел по миру в поисках возможного счастья. Только где оно, счастье?
– Да. Сочувствую, – вздохнула Ксения. – Ну а здесь-то он что делает? Пришел выстрелить мне в сердце, чтобы я в тебя влюбилась?
– Нет, это невозможно. Я оборотень. На меня их магия не действует.
– Да, похоже, на этот раз мне повезло.
– Послушай, я понимаю, что я не куча ходячего секса, как Ангел, но тебе не кажется, что я тоже достаточно мил, чтобы не отзываться обо мне в таком неприятном тоне? И к тому же не забывай, что я твой суженый и нам предстоит провести вместе сотни лет! – обиженно произнес царевич.
Ксения загрустила и подумала, что если в ближайшие пять минут не найдет выхода из этой бредовой истории, то просто разрыдается.
– Милая, я думаю, что причина твоей печали – это банальный голод. И если ты будешь милостива и позволишь накормить тебя, то я утолю твою печаль.
– Ты меня накормишь? – заинтересованно приподнялась Ксения. У всей этой истории, похоже, появился первый положительный момент. – А я-то боялась, что мне придется начинать утро с готовки завтрака.
– О звезда моя, как могла ты подумать, что я позволю тебе твоими нежными ручками готовить земную пищу! Я все сделаю сам, если ты позволишь мне временно оккупировать твою кухню. – Суженый преданно смотрел ей в глаза, лучась любовью.
– Знаешь, может, ты мне в итоге и понравишься. Ну ладно, царевич, пошли на кухню.
Ксения встала с кровати, накинула поверх ночной рубашки халат, повернулась и обомлела. Ее суженый выбрался из кровати и проходил мимо нее абсолютно голый. Надо признать, сложен он был прекрасно, но, как казалось Ксении, это был не повод идти полностью обнаженным готовить завтрак.
– Гм-гм… Царевич, а ты не мог бы одеться хотя бы в нижнее белье? – робко спросила Ксения.
– Я бы с радостью, о свет моих очей, но у меня абсолютно ничего с собой нет. Моя одежда осталась в клинике и дома.
– Постой, я дам тебе что-нибудь. Не можешь же ты и дальше ходить по квартире в таком виде.
– Не стоит, душечка! Ты отправляйся умываться, я пока приготовлю завтрак, а Ангел сгоняет за моими вещами и на рынок. Иди, милая, тебе, наверное, хочется побыть пару минут одной. Привести мысли в порядок. Как будешь готова, приходи на кухню. Мы будем ждать тебя там.
И Ксения, захватив с собой в ванную джинсы и майку, отправилась приводить в порядок свои мысли. А мысли, надо сказать, нуждались в этом со страшной силой. Ибо порядок в них этой ночью явно не ночевал. Что за жизнь такая! Ангелы-девственники, царевичи-лягушки… что ждет ее еще? Интересно, что этим полоумным от нее надо? Квартира принадлежит тете, миллионов она за всю свою жизнь не заработает, ее тело их, похоже, волнует постольку-поскольку, да и дяди-миллионера, который сделает ее единственной наследницей после своей смерти, у нее нет. Ксения стояла под горячим душем и вода постепенно делала свое дело. Тело начало расслабляться, мышцы перестало сводить судорогой, прекратил дергаться левый глаз, а мозг велел заканчивать издеваться над собой, начинать получать удовольствие и не думать о том, во сколько ей это потом обойдется. Растерев свое разгоряченное тело пушистым полотенцем, Ксения влезла в любимые джинсы кирпичного цвета, майку цвета кофе с молоком и отправилась покорять мир.
На кухне ее ждала картина маслом. Стол был заставлен яствами, как в сказке. Чего там только не было! Стопка кружевных блинчиков, горячие бельгийские вафли, пончики, сметана, свежая клубника, кленовый сироп, стакан с чем-то подозрительным красно-зеленым, порезанные тончайшими ломтиками сыровяленая колбаса и сыр, чашка дымящегося кофе и греческий овощной салат. Над всей этой красотой возвышался царевич, все еще голый, но в ярко-алом сексуальном фартучке, в форме сердечка с кружевами по краям, который мама подарила Ксении на Новый год. Длины фартучка хватило ровно настолько, чтобы прикрыть все самое главное.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?