Читать книгу "Практика для двоих, или Поцелуй по ошибке"

– Идем вон на те огоньки, – указала ориентир.

Лагерь охотников светился вдали как созвездие, упавшее вдруг на землю. Какое-то время мы шагали молча, только хлюпала под ногами грязь. Гус вжился в роль телохранителя и задвинул меня за спину, выбирая путь. Я не возражала и мысленно себя похвалила: во-первых, вдвоем, что ни говори, спокойнее, во-вторых, как исполнитель Гус очень неплох – шагает себе как цапля, языком попусту не болтает...

– Зачем ты прячешь грудь, Эрика? – спросил он без всяких прелюдий, и я поняла, что поторопилась с выводами.

– Разве я должна ее всем показывать? – уточнила я.

– Ну, парням нравится...

– И что?

– Ты девушка. У тебя это в природе – завлекать, – упрямо заявил он. – И даже не отрицай. Ты вон как со мной флиртовала.

– Это была часть плана, не обольщайся.

– Уверена? – уточнил он, обернувшись. – Мне показалось, между нами проскочила искра.

– Показалось, – подтвердила я. – Лучше смотри под ноги, чем нести ерунду.

Гус отвернулся и пошел дальше, недовольно сопя – определенно надо что-то решать с его носовой перегородкой.

– А что у охотников? – спросил он.

– Мне нужна одна штука, – нехотя ответила я. – Находим главного, я договариваюсь, уходим.

– Какая штука? Это что-то противозаконное? Впрочем, конечно, противозаконное, раз они браконьеры. Это связано со звездой, что ты получила на лоб в том году?

– Чем меньше информации ты узнаешь, тем меньше риск, что проболтаешься, – отрезала я. – Помолчи уже хоть немного.

Кочка, покрытая щеткой травы, вдруг шевельнулась и шустро уползла прочь, когда Гус выстрелил в нее магией. Я лишь успела увидеть чешуйчатый хвост с раздвоенным жалом.

– Давай зажгу огоньки, – предложил Гус. – Вроде, далеко отошли. Роско не заметит.

– Давай, – согласилась я.

Зеленые светляки сорвались с его ладоней и понеслись над самой землей, подсвечивая дорогу и распугивая мелких скверных тварей, выползших на ночную охоту.

– К слову, а как ты на самом деле получил магию? – спросила я. – Рыл канаву? Поле?

– Почему ты думаешь, что я что-то копал?

– Даже не знаю, – ответила я. – Мне кажется, тебе к лицу лопата.

– А мне кажется, ты просила тишины, – напомнил Гус.

– Значит, я угадала?

– Ты вообще-то тоже не ответила на мой вопрос, – напомнил он. – Так и не призналась, что нам надо в лагере браконьеров. И что ты говорила по поводу драки? Думаешь, нас будут бить?

– Не исключено, – вздохнула я.

От охотников, плюющих на законы нашего мира, можно ожидать чего угодно.

– Если и правда начнется заварушка, действуем так: я привлекаю внимание на себя, а ты беги, – предложил Гус, и я посмотрела в широкую спину с некоторым удивлением – вот уж не ожидала от него благородства.

– Не стану я бежать, – возразила я. – И бросать тебя на растерзание – подло.

Гус вновь обернулся и подмигнул.

– Я и говорю – была искра, – осклабился он.

А в лагере нас уже ждали. Здоровенный мужик с косматой бородой отделился от кучки охотников, окинул хмурым взглядом Гуса, потом меня.

– Студенты, – сказал он неодобрительно. – Вам что, хохотун-травы надо?

– А есть? – оживился Гус.

Я пихнула его локтем и вышла вперед.

– Есть предложение, – сказала я. – Особое. Не для лишних ушей.

Бородатый помедлил и молча кивнул в сторону большой палатки в центре лагеря.

Глава 6. Уговор

Внутри палатки оказалось светло и внезапно уютно: ширмы, расписанные цветами, гирлянды мерцающих светляков, стеганые цветастые коврики. По примеру хозяина я сняла ботинки, оставив их у входа, и села на предложенный мне низкий стульчик. Гус остался маячить у входа, проявив несвойственную ему деликатность.

Бородач взял глиняный кувшин, плеснул в стакан мутную жижу и, сев напротив, процедив сквозь зубы глоток.

– Мне нужен сердечник, – без предисловий сказала я.

Поморщившись, мужик покрутил в пальцах стакан и ответил:

– Нет.

Я осталась сидеть, будто приклеившись к месту. Не собираюсь сдаваться из-за одного отказа.

Поначалу бородач показался мне хмурым, но сейчас я отмечала детали: испарина на лбу, под глазами круги, на виске трепещет синяя венка. Я быстренько подсчитала пульс – учащен.

– Валите, – сердито добавил мужик и сделал еще глоток.

Я принюхалась – в этом пойле, что он страдальчески цедит, точно есть кора ивы, я сама использую ее для простых обезболивающих зелий.

– Не дошло? – спросил бородач.

– Зубы? – наугад предположила я. – Могу вылечить.

Мужик вскинул на меня взгляд, будто я звезда, упавшая с неба.

– Не врешь? – с надеждой спросил он.

– Она очень хороший целитель, – подтвердил от входа Гус. – Лучший на курсе.

Мужик отчаянно закивал и убрал стакан.

– Давай, – сказал он. – Я на все согласен.

И рот раззявил.

Я едва сохранила невозмутимое выражение лица – успела повидать всякого на практике в том году.

– Беру свои слова назад, – честно призналась я. – Тут лечение не поможет.

Мужик захлопнул рот и посмотрел на меня взглядом побитой собаки.

– Могу вырвать и вырастить новый, – предложила я. – Так, Гус, разувайся и проходи, будешь ассистировать. Где у вас тут можно положить пациента?

Не теряя времени даром, я развила кипучую деятельность: нашла котел с водой, подогрела и обеззаразила его рунами, тщательно вымыла руки. Мужик устроился на коврике, а я перевесила гирлянды светляков ближе.

– Ой, фу, – поморщился Гус, когда бородач снова открыл рот.

– Заткнись и держи его, – приказала я, встав на колени рядом с пациентом.

Можно было бы использовать заклинание, которым я заколдовала Роско под мостом, но кто знает, как быстро бородач расколдуется – мне с ним еще о сердечнике торговаться.

– Меня зовут Свен, – пробормотал мужик, а Гус прижал его плечи к полу.

– Эрика, – представила я, взмахнув рукой и призывая магию. – Будет немножечко больно.

Палочка выросла в моей руке, и я нарисовала в воздухе знак силы.

– Ты точно знаешь, что делать? – спросил Свен.

– Абсолютно, – заверила я. – Зубы, можно сказать, моя специальность – в том году проходила практику в собачьем приюте.

– Что-о? – протянул Свен, и я прицельно ткнула палочкой в гнилой зуб.

Вспышка магии озарила палатку молнией. Свен заорал и попытался удрать, но Гус ловко зажал его локтем на удушающий.

– Молодец, – похвалила я. – Держи его. Я еще не закончила.

Свен засучил ногами, пытаясь уползти, махнул рукой, едва не влепив мне по носу.

– Потерпи, немного осталось, – попросила я, отклонившись. – Давай, открой пасть. Ой, то бишь, рот.

Он замычал, покрутил головой. К счастью, прием был давно отработан: я ткнула палочкой под нижнюю челюсть, и та распахнулась как ворота побежденной крепости.

– То-то же, – пробормотала я, засунув пальцы ему в рот. – Готово!

Зуб выскочил, как птенчик из гнезда, и я гордо продемонстрировала его Свену.

Он часто дышал, выпучив глаза. Оттолкнув руку Гуса, сел, ощупывая языком пустую лунку. А потом посмотрел на меня со смесью ярости и удивления.

– Не тот зуб! – воскликнул Свен.

– Да как не тот! – возмутилась я, сунув ему под нос почерневший пенек. – Сам посмотри!

– Не тот! – чуть не плача повторил Свен. – Сверху болит!

Ругнувшись себе под нос, я зажгла светляк на конце палочки и засунула ее в рот бедолаге.

– По-хорошему, тут надо зубов десять менять, – вздохнула я. – Гус, держи.

Свен не успел дернуться, как вновь оказался в захвате.

Вспышки озаряли палатку одна за одной, я складывала зубы в ровный гнилой рядок. Запоздало заметила, что Свен как-то слишком пунцовый.

– Да отпусти уже, – приказала Гусу, – ты же его задушишь.

Он ослабил хватку, и Свен втянул воздух и громко протяжно застонал. А в палатку вдруг ворвались люди.

– Убивают! – завопил кто-то.

Я только и успела, что откатиться в сторону и выставить щит, как в одну из расписных ширм швырнули Гуса. Крики, гвалт, чье-то криво брошенное заклинание прожгло в палатке дыру. Мелькали руки, ноги, штанина задралась, и я заметила ранки от каменюши – отлично заживают, ни следа воспаления. Кто-то схватил Гуса за белые лохмы и окунул прямо в котел с чистой водой...

– Штоять! – шепеляво скомандовал Свен. – Прекратить! Вше в порядке!

Охотники стихли, повернулись к нему.

Взяв полотенце, Свен вытер кровь, размазавшуюся по лицу, досадливо поморщился и встал. А Гус вынырнул из котла, отплевываясь.

– Как же в порядке, – несмело возразил один из охотников, – если у тебя вся рожа в крови?

– Лешат они меня, – проворчал Свен.

– Лечат? – изумился другой. – Этот долговязый тебя душил, так что глаза чуть на лоб не полезли!

– Вас никто не звал, – рассердился Свен. – Натоптали, ширму сломали. Штудентика шуть не притопили! А ну, вон все!

Охотники, озираясь, гурьбой поспешили на выход, и вскоре в палатке вновь стало пусто. Гус провел пятерней по волосам и стряхнул воду.

– Продолжим? – предложила я, убрав щит.

Пришлось повозиться, но вскоре я активировала на рост все зубы Свена.

– Ешьте рыбу, – писала я на выданном мне холсте кисточкой и красками. – Больше молочных продуктов. Косточки не давать... Эм-м... В смысле, нельзя твердые продукты вроде орехов. Старые зубы следует закопать и присыпать перцем. Перец есть?

– Ешть, – промычал Свен, держась за челюсть.

– Новые зубы проклюнутся через три-четыре дня. Десны будут чесаться – это нормально. Жуйте сушки.

– Шпашибо, – буркнул Свен.

– Теперь об оплате, – сказала я, возвращая кисточку в стакан и поворачиваясь к мужику.

– Ты же целитель, – напомнил Свен, посмотрев на меня укоризненно. – Зашем тебе самый ядовитый в мире цветок?

– Затем, что самый сильный яд в маленьких дозах может стать лекарством, – ответила я и вдруг добавила откровенно: – Мой отец умирает. Это последняя надежда.

Свен помолчал и кивнул.

– Я поштараюсь, – сказал он. – Но обещать не могу. Ошень редкое растение.

– Алая смерть растет там, где была пролита кровь магов, – торопливо сказала я. – В третьем круге таких мест полно.

Свен покачал головой.

– Не вше так просто, – сказал он. – Я на травника ушился, в академии. У мага, пролившего кровь, должно быть ражбито сердце: несчастная любовь, предательство... Алую шмерть пытались вырастить и не раз, но никому это не удавалось.

– В этом году удалось, – возразила я. – Одна травница вырастила сердечник в оранжерее.

– Что ж ты его не забрала? – спросил Свен.

– Не успела, – вздохнула я.

Если не выгорит тут, можно попробовать обратиться к Малин. Получилось один раз – получится и второй. Вот только понадобится время, а у отца его осталось очень мало.

– Когда мне прийти? – спросила я.

– Я шам приду, – пообещал Свен.

Охотники провели нас до середины пути, показав утоптанную тропинку, ведущую прямо на пост. На прощание виновато похлопали Гуса по плечам и сунули ему какой-то сверток.

– Ты молодец, – похвалила я Гуса, который снова шел впереди.

– Угу, – промычал он.

– Отлично справился.

– Угу.

Как будто с совой разговариваю.

– Из тебя получился отличный ассистент, – продолжила я. – Будешь всегда мне помогать.

– Угрожаешь? – обернулся Гус. – Ты опасная женщина, Эрика Трикс.

– Угу, – ответила я. – А чего это тебе там охотники в кулек отсыпали?

***

Гуса все не было, и поначалу Роско только радовался этому факту: можно нормально выспаться без его раскатистого храпа. Но чувство долга и обязанности командира заставили выбраться из постели и отправиться на поиски друга.