Текст книги "Бинго и пекинесы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bingo-i-pekinesy-32082.jpg)
Автор книги: Пелам Вудхаус
Жанр: Зарубежный юмор, Юмор
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)
Пэлем Гринвел Вудхауз
БИНГО И ПЕКИНЕСЫ
Один Трутень показывал двум другим укушенную ногу, когда появился четвертый член клуба и, задержавшись у стойки, приблизился к ним.
– Что случилось? – спросил он.
Первый Трутень в третий раз поведал свою историю.
– Этот кретин Бинго зашел ко мне позавчера с бешеной собачкой. Пытался всучить.
– Сказал, что дарит на именины, – прибавил второй Трутень.
– Чушь какая! – подхватил первый. – У меня именины в июле, да и вообще мне не нужны кровожадные твари с острыми зубами. Стал я подгонять ее к дверям, а она – хапц! – и вцепилась. Спасибо, догадался вскочить на стол, но укусить она успела.
Новоприбывший Трутень попросил его опустить штанину. Такие зрелища опасны, если ты недавно завтракал.
– Я понимаю тебя, – сказал он, – но сейчас все объясню. Вчера я видел Бинго. Услышав его повесть, ты поймешь, что надо не судить, а жалеть. Tout comprendre, – прибавил Трутень, изучавший французский в школе, – c'est tout pardonner.[1]1
все понять – значит все простить (фр.)
[Закрыть]
Все мы знаем (сказал он), что Бинго – баловень судьбы. Он вкусно ест, крепко спит, состоит в счастливом браке с популярной писательницей, словом, жизнь для него – сладостная песня.
Но нет совершенства в этом мире. Денег у Бинго едва хватает на сигареты. Жене известно, что он ставит на лошадей, которые если приходят к финишу, то в конце процессии; это известно, и ей это не нравится. Прелестная женщина, ничего не скажешь, но спортивного духа в ней нет.
В то утро, с какого начинается повесть. Бинго сидел за столом, угрюмо глядя на яйца и ветчину. Шесть пекинесов резвились у его кресла, но он их не замечали, поскольку думал о том, что в 2.00 – бега, а играть он не может, ибо черствый букмекер отказался принимать вместо денег очарование манер.
Конечно, он мог попросить у жены, но особых надежд не питал. Кто-кто, а Бинго не утопист.
– Душенька, – начал он, – ты мне не дашь деньжат?
– Зачем? – спросила жена из-за кофейника, распечатывая письмо.
– Понимаешь, есть лошадь…
– Ну что ты, заинька! Я не люблю азартных игр.
– Какие игры?! Пришел и забрал деньги. Эта лошадь. Прыщавый Чарли…
– Странная кличка.
– Да, очень. Но я видел во сне, что катаюсь на лодке по Трафальгарскому фонтану с Пуффи Проссером.
– Ну и что?
– Его настоящее имя, – тихо и строго сказал Бинго, – Александр Чарльз. Беседовали мы о том, не завещает ли он нации свои прыщи.
Рози мелодично засмеялась.
– Какой ты глупый! – нежно воскликнула она, а муж ее понял, что надежда, и без того достаточно слабая, угасла вконец. Если так относятся жены к откровениям свыше, говорить не о чем. Соответственно, он повел речь о предстоящем визите миссис Бинго к матери, на курорт.
Пожелав ей доброго пути, он вернулся к грустным думам, как вдруг услышал такой радостный крик, что уронил пол-яйца. Жена размахивала письмом, невероятно сияя.
– Кроличек! – вскричала она. – Это от Перкиса!
– От кого?
– От Перкиса. Ты его не знаешь. Он – владелец журнала «Мой малыш».
– Ну и что?
– Я не хотела тебе говорить, боялась сглазить. Ему нужен редактор. Конечно, я сказала, что у тебя нет опыта, но ты очень умный. Он обещал подумать. Вообще-то он хотел взять племянника, но на того подал в суд портной, и дядя решил, что он не подходит для такой ответственной должности. О, Бинго! Я чувствую, он тебя возьмет. Предлагает встретиться.
– Где? – оживился Бинго. – Когда?
– Сегодня он возвращается из Танбридж-Уэллса. Будет ждать в двенадцать на Чаринг-Кросс, под часами. Ты можешь туда пойти?
– Могу, – отвечал Бинго. – Еще как могу!
– Ты его сразу узнаешь. Он в сером костюме и мягкой шляпе.
– Я,-не без гордости сказал Бинго, – буду в пальто и цилиндре.
Поцеловав жену, он проводил ее до машины. Миссис Литтл едва сдерживала слезы. Боль разлуки усугублялась тем, что мать держала кошек, и пекинесов пришлось оставить дома.
– Ты будешь за ними присматривать? – спрашивала Рози, пока дворецкий оттаскивал собак от ее автомобиля.
– Как родной отец, – обещал Бинго. – В радости и в беде, до самой смерти.
Он не лгал. Он любил этих тварей, и они его любили. Они лизали ему нос, он почесывал им животики. Я – тебе, как говорится, ты – мне.
– Давай им на ночь сахар, обмокнутый в кофе!
– Естественно!
– Да, зайди к Боддингтону и Бигзу, они чинят поводок Пин-Пу. О, кстати! – миссис Литтл открыла сумочку. – Заплати сразу. Тогда мне не придется выписывать чек.
И, сунув мужу две пятерки, Рози уехала. Бинго махал ей вслед. Я отмечаю это особо, поскольку, когда ты машешь, купюры шуршат, а когда они шуршат, вспоминаешь, что скоро заезд и победитель тебе известен. Словом, машина не успела скрыться, а змий уже нашептывал на ухо: «Ну как, старикан? Поставим?»
Конечно, честный Бинго ни за что не допустил бы, чтобы почтенная фирма лишилась законных доходов. Но тут, заметил змий, особый случай. О фирме беспокоиться незачем. Ставим 10 ф. на Прыщавого Чарли, а завтра – платим Боддингтону. Если, против очевидности, Чарли подкачает, перехватим у Перкиса, в счет жалованья. Редактор в цилиндре его очарует, сомнений нет. Словом дело верное.
Так и случилось, что через час, посетив по дороге букмекера, Бинго подходил к вокзальным часам, чьи стрелки показывали без пяти двенадцать. Через пять минут туда явился плотный пожилой джентльмен в сером костюме.
– Мистер Литтл? – спросил он.
– Да. Здравствуйте.
– Здравствуйте. Какой денек!
– Великолепный.
– А вы точны!
– Как же иначе?
– Похвально, похвально.
Все шло лучше некуда; но тут, отирая губы, из буфета вышел Б.Б. Такер («Мужское белье», Бедфорд-стрит, Стрэнд), которому Бинго больше года был должен три фунта одиннадцать шиллингов четыре пенса.
Видите, как влияет радость на трезвенность ума. Узнав о предстоящей встрече, Бинго забыл о благоразумии и только сейчас припомнил, что ему нельзя и на милю подходить к Чаринг-Кроссу. Местность буквально кишела магазинами, которым он задолжал, и никто не мог поручиться, что их владельцы не заглянут в вокзальный буфет.
Бинго их знал. Он понимал, что, увидев его, они не пройдут мимо, а приблизятся и заговорят о деле. Если Перкиса испугали злоключения племянника, две минуты рядом с Б. Б. Такером сведут на нет все чары цилиндра. Именно в это мгновенье Б. Б. свернул к ним.
– А, мистер Литтл! – начал он.
Сзади стояла вокзальная тележка, и многие решили бы, что путь отрезан – многие, но не Бинго. Перепрыгнув через препятствие, он бросил:
– Я сейчас!
Выбежав к набережной, он подождал там, надеясь, что Б.Б. испарится, а потом вернулся под часы, чтобы продолжить беседу.
Такера действительно не было, равно как и Перкиса. Подумав, Бинго вспомнил, что тот смотрел как-то странно, по-видимому, считая странноватым его самого. Добра это не сулило. Вероятно, владельцы журналов не любят, когда редакторы прыгают через тележку.
Грустно сидя в к
...
конец ознакомительного фрагмента
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?