Текст книги "Флэндри с Терры"
![](/books_files/covers/thumbs_240/flendri-s-terry-41284.jpg)
Автор книги: Пол Андерсон
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Флэндри вынул сигарету. Только это ему и оставалось, при эдаком-то освещении. Сигарета хоть немного скрашивала его одиночество. Имперским агентам тоже надо иногда расслабиться. Он глубоко затянулся.
– Вы не можете заснуть, капитан?
Низкий женский голос вернул его к реальности. Увидев лунный отблеск на коже Тессы Хурн, он спрятал пистолет.
– Кажется, вы и сами немножко страдаете бессонницей, – отозвался он. – Если только не умеете ходить во сне, нырять во сне, ну и что еще здесь делают. Но нет, конечно, все это мне снится. Не будите меня.
Луна превращала ее фигуру в колдовскую игру сумрака и света, набегающие волны закручивались у ее ног. Она плавала. Лоа отсвечивала в миллионе прохладных капель – ее единственном одеянии. Он вспомнил, как они разговаривали и смеялись, и обменивались воспоминаниями, и пели, и даже мечтали под солнечным небом или под парусами в лунном свете. Его сердце екнуло, а язык утратил свою бойкость.
– Да. Дела никак не дают заснуть… – Она стояла перед ним, опустив глаза. Впервые она отводила взгляд. В струящемся нереальном свете он видел жилку, бьющуюся у нее на шее.
– Поэтому я покинула постель и… – ее голос умолк.
– Почему вы сюда вернулись? – спросил он.
– О… мне просто было по пути. Или может быть… Нет! – Она пыталась улыбнуться, но губы ее не слушались. – Где вы были вечером, раз уж мы оба так любопытны?
– Я разговаривал со Старым Джоном, – сказал он, искренность могла быть полезной. – Это было непросто.
– Да. Я бы вашей работы врагу не пожелала, Доминик. Почему вы занимаетесь этим? Он пожал плечами:
– Это все, что я умею делать.
– Нет! – воскликнула она протестующе. – Помогать скотине-правителю и ничтожеству-резиденту – вы же настоящий мужчина! Вы бы могли приехать… сюда, даже… Нет, небеса не позволили бы этого…
– Все это не совсем бесполезно, – отозвался он. – Империя, конечно, – он жалко улыбнулся, – еще менее совершенна, чем я сам. Это правда. Но то, что может быть взамен ее, – гораздо хуже.
– Вы так уверены в этом, Доминик?
– Нет, – с горечью ответил он.
– Вы могли бы поселиться на какой-нибудь провинциальной планете и заниматься делом, которое сочли бы достойным. Я… даже я думала, во Вселенной есть много планет и кроме Ньянзы… если бы на такой планете были океаны, я бы могла…
Внезапная догадка пришла Флэндри в голову:
– Не хотите ли вы сказать, что у вас есть ребенок, Тесса?
– Да, сын Командора, но, поскольку я пока не замужем, мальчик усыновлен.
Он смотрел на нее в замешательстве, и она объяснила, к счастью, не называя имен:
– Командор не должен жениться, но может спать с кем хочет. Это большая честь для каждой женщины, и если она не замужем, то получает от него большое приданое. Дети таких союзов воспитываются в семьях матерей; когда они вырастают, советники выбирают лучшего сына законным наследником.
Флэндри был шокирован, но не мог не признать, что терранским императорам стоило бы кое-чему поучиться у ньянзан. Он подавил смешок и сказал:
– Что ж, это делает вас прекрасной добычей, Тесса, – титулованная, богатая и мать потенциального вождя. Как вам это удалось?
– Здесь не было подходящего мужчины, – прошептала она. – Иньяндума – настоящий мужчина, видите ли, несмотря на его годы. Только он и Дерек Умболу – как вы раскусили меня, терранин! – горды настолько, чтобы не стремиться к браку из-за титула.
Она перевела дыхание и выкрикнула с отчаянием:
– Но я больше не девушка и не желаю ждать целую вечность чтобы снова почувствовать себя женщиной!
Флэндри мог бы как-нибудь отговориться и – о черт! – удрать отсюда. Но, несмотря на жар в крови, он вспомнил, что послан Империей и что эта леди хранит в тайне от него то, ради чего ее посылали в южные моря.
Он поцеловал ее.
Она ответила сначала робко, но затем со страстью, которая захватила его. Они долго сидели под луной, не нуждаясь в словах, пока Флэндри не почувствовал с легким удивлением, что прилив лижет его ноги.
Тесса поднялась.
– Пойдем ко мне домой, – сказала она.
Это был один из тех моментов, когда он должен поступить с ней как хладнокровный мерзавец… или, возможно, как слишком благородный рыцарь, он сам не понимал. Он остался сидеть глядя на нее снизу вверх – она стояла в короне из звезд, – сказал:
– Мне жаль. Это невозможно.
– Не пугайте меня, – произнесла она с коротким смешком, похожим на всхлип. – Вы можете уйти, когда захотите. Я никогда не стала бы принуждать мужчину… Но я сделаю все, что смогу, чтобы вы остались, Доминик, дорогой.
Он потянулся за другой сигаретой.
– Вы думаете, я бы желал чего-то лучшего? – сказал он. – Но на этой планете на свободе находится чудовище, я совершенно уверен в этом. И я не хочу, чтобы в те часы, что я провел с вами, половина моего сознания была поглощена работой. После… – он не договорил.
Она не отвечала. Молчание затянулось…
– Я делаю это и ради Ньянзы. – Он нахмурился. – Если пустить все на самотек, это может означать конец для вашего народа.
– Да, – бесцветно произнесла она.
– Вы могли бы помочь мне. Когда с этим делом будет покончено…
– Хорошо… что вы хотите знать? – она отвернулась, чтобы не встречаться с ним глазами.
Он зажег сигарету и, сощурившись, взглянул на нее сквозь облачко дыма:
– Что вы делали в Краале?
– Я уже не так уверена, что люблю вас, Доминик.
– Но вы скажете мне, чтобы я знал, чего ожидать? Она вздохнула:
– Россала вооружается. Они производят военную технику: ружья, торпеды – не ядерные, правда, у нас нет возможностей для этого, но все равно больше, чем нам разрешается иметь по имперским законам. Не знаю почему, но ходят слухи о сиятельном Ухунху. Шейх умеет хранить тайны. Но поговаривают о свободе. Может быть, это правда, а может, и нет. У нас никогда не было неприятностей с Империей из-за ньянзанских парней, но… мы тоже вооружаемся, на случай, если Россала опять начнет воевать. Я заключила военный союз с Краалем.
– А если Россала атакует не вас, а выступит против Терры? – спросил Флэндри. – Что будет делать ваш вновь учрежденный союз?
– Я ничего об этом не знаю. Я всего лишь частное лицо. Надеюсь, вы все разузнали?
Она защелкнула шлем своего акваланга и нырнула с обрыва в воду. Он не видел, где она всплыла на поверхность.
7
Несмотря на то что планета изобиловала экзотическими дарами Моря, Командор за завтраком гостеприимно пичкал гостя импортным бифштексом. После завтрака Флэндри прогуливался среди луж, оставленных утренним отливом, преодолевая крепкий соленый ветер, и ждал, как станут разворачиваться события.
Его фигура в переливчатой белой одежде, одиноко возвышающаяся на выступе скалы над полосой прибоя, была слишком заметна. Ничего не стоило выстрелить в него гарпуном из-под воды и исчезнуть. Флэндри не сводил глаз с синих и зеленых барашков вокруг волнорезов. Он продолжал хмуриться, думая о Тессе Хурн… Черт возьми! Он бы мог предпочесть путь Морвана и провести недельку в обители наслаждения, а потом еще и отнести все это на казенный счет. Какой смысл бороться, чтобы гниющую цивилизацию не проглотили заживо, если не иметь права на некоторые собственные слабости?
Черная тень пересекла его поле зрения. Он насторожился. Человек плыл как тюлень, направляясь прямо в полосу прибоя. В этом котле были острые скалы – только держись! Дерек Умболу подплыл, схватился за выступ мокрого камня, на котором стоял Флэндри, и выбрался наверх. Он снял шлем с таким треском, что его было слышно даже сквозь грохот моря, и навис над Флэндри как базальтовая скала. Его глаза были на тридцать сантиметров выше глаз терранина; он прорычал:
– Что ты ей сделал?
– Леди Хурн? – спросил Флэндри. – К сожалению, ничего. Кулак поднялся.
– Ты лжешь, мозгляк! Я знаю девушку. Я видел ее на рассвете. Она плакала.
Флэндри криво улыбнулся:
– И обязательно упрекать меня? Вы мне льстите. Она довольно хорошо отзывалась о вас, капитан.
Дрожь прошла по огромному телу. Дерек отступил на шаг, прикусив губу.
– Ни слова больше, – тихо пробормотал он.
– Я бы зашел повидать вас сегодня, – сказал Флэндри. – Нам нужно многое обсудить. Например, поговорить о человеке, который пытался меня убить прошлой ночью.
Дерек плюнул:
– Жаль, что ему это не удалось.
– А вот ваш отец думает иначе, особенно из-за того, что попытка была предпринята на его территории. Он просто негодовал.
Глаза Дерека сузились. Его ноздри раздувались, как у разъяренного быка, он наклонил голову вперед:
– Итак, ты все-таки разговаривал с моим отцом после всего, да? Я предупреждал тебя, импи…
– Мы дружески поговорили, – сказал Флэндри. – Он не верит, что можно чего-то достичь, убивая спящих.
– А я думаю, ваши собственные дела бы застопорились, получи они огласку!
Поскольку такое было просто немыслимо, Флэндри сдвинул брови и продолжал:
– Я бы присматривал за вашим отцом, – правда. Мне и прежде приходилось видеть этих грязных фанатиков. Среди первых, кого они убивают, бывают местные жители, которым достает врожденного здравого смысла и чувства чести относиться к представителю Империи как к другу. Видите ли, такие люди вряд ли понимают, что революция на самом деле организуется каким-нибудь соперником Империи и что вы не можете победить в войне, где полем битвы является ваш собственный дом.
– А-а-р-х! – раздался в ответ хриплый звериный рык, ибо никакие слова не могли достаточно выразить его презрение.
– И мой несостоявшийся убийца, возможно, сейчас действует, – продолжил Флэндри. – Он знает, что я разговаривал с вашим отцом. Можете ненавидеть меня, сколько вам влезет, капитан Умболу, но организуйте охрану старого господина. Или, по крайней мере, поговорите с россаланцем, которого вы, естественно, знаете, в чем я вас не виню.
На мгновение пламенный взгляд карих глаз скрестился с бесстрастным ледяным взглядом серых глаз терранина. Затем Дерек надел шлем и нырнул в воду.
Флэндри вздохнул. Пора начинать официальное расследование, но… Он вернулся в дом с идеей поискать рыболовные принадлежности.
Иньяндума, сидевший за столом, заваленным грудой неизбежных государственных бумаг, бросил на него обеспокоенный взгляд.
– Вы уверены, что на Ньянзе существует настоящий заговор? – спросил он. – У нас, конечно, есть свои горячие головы, как и везде… да, я повидал другие планеты, – я в свое время был призван в Галактический Военный Флот и сейчас в запасе.
Флэндри сел и посмотрел на свои ногти.
– В таком случае почему вы не сообщили, что знаете о Россале?
Иньяндума вздрогнул:
– Вы что, телепат?
– Нет. Это было бы слишком скучно. – Флэндри зажег новую сигарету. – Я знаю, Россала вооружается, а ваш народ настолько осведомлен об этом, что запасается средствами защиты и заключает военные союзы. Империя защитила бы вас, но вы ждете, что Империя уберется с Ньянзы.
– Нет, – прошептал Иньяндума, – мы ни в чем не уверены. Это только… мы не хотим толпы детективов, не хотим вторжения терранских военных сил, угрожающих дружественной нам нации… на столь ничтожном основании… И в конце концов, должна же у нас быть хоть какая-то свобода действий, в том случае, если…
– Особенно в том случае, если Россала попросит вас о союзничестве, чтобы перерезать завязки терранского передничка?
– Нет-нет…
– Будь все так, как вам это представляется, это было бы даже трогательно, – Флэндри щелкнул языком и тряхнул головой. – Сплошное дилетантство… По-моему, мне сильно переплачивают за пребывание здесь. Но кто бы ни был тот, кто спланировал я осуществил этот заговор, – он не любитель. Он умело воспользовался вашей традиционной лояльностью. Следует ожидать, что скоро он начнет действовать. До того, как обосновавшаяся здесь раньше Империя выяснит достаточно, чтобы принять решение о посылке сюда десантников. Убийство резидента – это, очевидно, сигнал. У меня была возможность попасть сюда в тот самый день, когда это случилось, но кое-кому было очень нужно, чтобы я появился лишь несколькими днями позже. И чтобы не слишком копался в этом деле. Конечно, если бы им удалось меня убить, все несколько затормозилось бы, что им на руку, но мне кажется, им не нужно много времени на подготовку.
Флэндри выдержал паузу, как бы проверяя сказанное, и продолжил:
– Итак, если эту затею не предупредить, мы можем ожидать, что Россала совершит переворот самое позднее в ближайшие недели. Россала обратится к другим ньянзанским народам за помощью, и они будут искусно втянуты в гонку вооружений и необходимость создания военной организации. Если за этим приготовлениями к перевороту стоит, как я подозреваю, специалист, то такие лидеры, как вы, сомневающиеся и возражающие против идеи переворота, будут устранены и на их место придут более сговорчивые. Разумеется, Ньянзе будет обещана помощь извне; полагаю, даже Дерек Умболу не думает, что какая-то планета одна может устоять против мощи всей Терры. Не так далеко расположена Мерсейя. Если все пойдет гладко, с формальной независимостью Ньянзы, которая на самом деле является мерсейской марионеткой глубоко внутри имперского пространства, будет покончено. Если попытка переворота провалится… ну что такое для Мерсейи радиоактивный взрыв какой-то планеты?..
Оба молчали.
Наконец Иньяндума произнес мрачно:
– Возможно, я не прав, но даже тот риск, о котором вы говорите, будет лучше, чем призывать терран. По правде говоря, все наши нации нарушили ваш закон; да, мы вооружаемся, как вы точно отметили. Империя никогда бы не оставила нам то самоуправление, которое мы имеем сейчас.
– Можно обойтись и без Империи, – сказал Флэндри. – Поскольку вы обладаете военной техникой и Городская полиция представляет законные местные вооруженные силы с ограниченным ядерным вооружением… вы могли бы сами навести порядок. Я могу возглавить операцию, сделать все как положено, а затем отослать отчет в Секретное управление. Таким образом дело можно закрыть.
Он поднялся.
– Обдумайте мое предложение, – сказал он напоследок.
На утесе все было спокойно. Катушка спиннинга Флэндри крутилась, приманка сверкала в прозрачном воздухе, прибой, словно гигантский котенок, играл с крючком… Флэндри, похоже, было безразлично, клюнет ли кто-нибудь на его приманку. Начался прилив, пора было возвращаться в дом либо сменить удочку на трезубец.
Внезапно пирога прошла над затопленными рифами, словно какая-то живая тварь. Дерек Умболу подогнал ее прямо к Ногам Флэндри и посмотрел на него снизу вверх. Его лицо было мокрым от морских брызг, что было милосердно; Флэндри не хотелось догадаться, что гигант плакал.
– Кровь, – прохрипел Дерек, – кровь и стулья переломанные, я видел по кровавым следам, как его вытащили и бросили на съедение рыбам.
В сердце Доминика Флэндри была пустота. Он почувствовал, как опустились плечи.
– Я сожалею, – сказал он. – О Господи, я сожалею. Слова рвались наружу, Дерек говорил прямо, без обиняков, торопясь и перекрывая шум нарастающего прилива:
– Их центр в Россале, но кто-то в Ухунху направляет их Действия. Я должен был взять здесь власть в свои руки, когда они выступят, если Иньяндума не разрешит нам помочь революции. Я возражал против убийства старого Баннерджи, но оно было необходимо. Скоро здесь не будет эффективного контроля за космическим движением, пока они не установят свой, а через две недели сюда придут корабли Мерсейи с грузом тяжелого ядерного вооружения, которое мы не можем произвести у себя на планете. Тебя пытался убить тот, кто расправился с Баннерджи. Он – единственный профессиональный убийца в Джарново, а сосед обеспечил его алиби, поэтому я не поверил его соплям, будто он не трогал моего отца. Его имя Мамуд Шуфи. Будь оно проклято До тех пор, пока Солнце не станет холодным шлаком!
Огромная черная рука расстегнула молнию на обшивке пироги. Другая рука скользнула вниз, вынула оттуда какой-то предмет, с которого капало, и швырнула его к ногам терранина с такой силой, что один мертвый глаз выпал из отрубленной головы.
8
Где-то на Ньянзе кипело сражение, мужчины резали и стреляли друг друга, корабли шли ко дну, и дома лопались, как гнилые фрукты. Но там; где стоял Флэндри, была тишь да гладь, бирюза и кружева. Возможно, правда, некоторые из белых облаков, пришедших с запада, и припахивали дымом.
Матрос с портативным акустическим лотом кивнул:
– Мы над мелями Ухунху, сэр.
– Кончай музыку, – сказал Флэндри.
Шкипер отдал приказания, Флэндри почувствовал, как затихли двигатели, подводная лодка застыла на месте. Скользнув взглядом вдоль серой палубы в сторону рулевой рубки, напоминавшей акулий плавник, Флэндри сосредоточил внимание на собравшейся там команде. Люди были озадачены и, похоже, затаили злобу. Матросы рассчитывали принять участие в сражении, но терранин направил корабль на восток.
– А сейчас, – мрачно изрек Дерек Умболу, – не соизволите ли объяснить, почему мы избегаем контакта с Россалой? Бровь Флэндри полезла вверх.
– Почему вы так жаждете убивать других людей? – отозвался он.
Дерек ощетинился:
– Я не боюсь рискнуть своей шкурой, импи… как некоторые, кого я мог бы назвать!
– У нас здесь больше возможностей рискнуть, чем там, – ответил Флэндри. Он сам не очень понимал, почему мелет всякий вздор из области дешевой психологии, когда чудовище притаилось под его ногами. Оттягивает момент? Он взглянул на Тессу Хурн (она настояла на своем присутствии). – Вы понимаете, что я имею в виду, ваша светлость? Вы не знаете, почему у него так и чешутся руки пустить в ход гарпун?
Часть того холода, который она выказывала ему в последними неделю, растаяла.
– Да, – сказала она. – Возможно, знаю. Но хватит крови» пролитой нами в братоубийственной войне, когда самой нашей планете угрожает опасность.
Интересно, сколько ньянзан разделяли ее чувства? Вероятно, не так уж много. После того как Флэндри и Иньяндума слетали в столицу и получили согласие правителя на мобилизацию его полиции, был объявлен набор добровольцев. Ньянзанам сообщили, что раскрыт опасный заговор, центр которого находился в Россале; что шейх Россалы отказался впустить полицейский отряд для проверки, поэтому необходимы большие силы для того, чтобы захватить мятежников, сломить сопротивление сбитых с толку горожан и оккупировать город, а за это время специалисты выявят настоящих зачинщиков. На этот призыв откликнулось несколько тысяч мужчин со всей планеты.
Однако все обстояло гораздо хуже, по мнению тех немногих, кто знал реальную подоплеку происходившего.
Флэндри задумчиво произнес:
– Интересно, вы когда-нибудь начнете сочувствовать своим собратьям, где бы они ни жили?
– Хватит! – отрезал Дерек Умболу. – Говори, зачем ты притащил нас сюда, и закончим на этом!
Терранин закурил и уставился на плещущие и сверкающие на солнце волны, такие прозрачные, что он мог видеть, как тьма сгущается с каждым метром глубины. Он сказал:
– Там внизу, под нами, находится враг; если только его не предупредили о том, что я о нем знаю.
– А-а! – Тесса Хурн схватилась за пистолет; но Флэндри увидел (и это причинило ему легкую боль), как она инстинктивно придвинулась к Дереку.
– Но у кого может быть логово в затонувшем Ухунху?
– Имя, под которым я его знаю, – Эйю, – ответил Флэндри. – Это не человек. Он может дышать в воде так же свободно, как на суше. Думаю, его родная планета должна быть прелестным сырым местечком, хоть я и не знаю, где она расположена. Где-то в империи Мерсейи. Он, как я, принадлежит ко второй древнейшей профессии. Наши пути пересекались прежде. Я спугнул его на Конджумаре два терранских года назад; мои ребята накрыли его штаб-квартиру, а его личный космический корабль потерпел катастрофу, от него осталась груда исковерканного радиоактивного металла. Но он сбежал. Не домой – из-за поломки корабля – но сбежал.
Флэндри с удовольствием выпустил дым из ноздрей. Возможно, курить ему больше не придется.
– На основании того, что я здесь увидел, я совершенно уверен, что дружище Эйю изрядно поработал на Ньянзе: окопался, вошел в контакт с некоторыми вашими недовольными и начал готовить переворот. Чувствуется его почерк, с завитушками. Если бы не подвернулось другой возможности, то ньянзанское восстание и мерсейское вторжение дали бы ему шанс вернуться домой, а по дороге он мог причинить большой ущерб Терре.
Шумок прошел среди команды, охваченной гневом и страхом.
– Так держать, патриоты! – закончил Флэндри. – Я хочу достать, и – будь я проклят! – уверен, что мы достанем Эйю, но у него есть целое океанское дно, чтобы спрятаться, если он узнает о нас; мы же будем слишком заняты всю следующую неделю, расставляя ловушки мерсейским контрабандистам, чтобы играть в прятки очень долго. Иначе я бы, конечно, подождал, пока мы сможем подтянуть большие силы.
– Тридцать мужчин против одной бедной загнанной твари? – усмехнулась Тесса.
– Это довольно крупная тварь, – ответил Флэндри так, чтобы слышала только она.
Он посмотрел на своих товарищей: черные красавцы в ярком солнечном свете на фоне синевы, играющей тысячью оттенков, легкий ветерок касается обнаженных тел и честного оружия настоящих мужчин. Этот мир был слишком прекрасен, чтобы проиграть в Мертвом Ухунху.
Флэндри точно знал, почему он возглавил эту охоту – не потому, что был храбр или желал славы; даже не для того, чтобы потом расписывать свой подвиг какой-нибудь курносой блондинке там, на Терре. Просто за его плечами была Империя, он был ее Представителем в этом мире. И не мог позволить себе остаться в стороне, вызвав насмешки аборигенов.
Поэтому он еще раз затянулся, щелчком выбросил сигарету за борт и пробормотал:
– Будьте умницей, Тесса, и я принесу вам леденец. Пошли, ребята. – Пристегнул свой шлем и мастерски нырнул в воду.
Вода – это целый мир. Наверху было царство солнечного света, слишком яркого, чтобы смотреть; а здесь были прохладные сумерки, переходящие в ночь. Подводная лодка напоминала своим видом наслаждающегося покоем кита… плохо, что нельзя было просто погрузиться и торпедировать Эйю, но неприятная встреча с человеком, арестованным в Алтле, научила Флэндри, что Эйю позволяет приблизиться только пловцам. Солнечный свет слабел по мере приближения ко дну, пока не стал застенчиво поблескивающей звездочкой, а потом исчез вовсе. Морская вода скользила по ритмично напрягающимся мускулам подобно шелку, нарастающий холод заставлял кровь бежать быстрее; оборачиваясь, Флэндри видел убегающие вверх пузырьки воздуха, похожие на цепочку серебристых планет; его спутники, словно черные молнии, стремительно скользили сквозь спокойные зеленые сумерки. О Господи, вот бы быть тюленем!
Заросшие водорослями кручи Ухунху тускло громоздились под ним; огромные серые дольмены и менгиры – каменные столбы, возведенные нечеловеческими руками, ушедшие под воду миллион лет назад… Затонувший несколько столетий назад корабль – зародыш будущего рифа, который вырастет через десяток тысяч лет, хранящий черепа погибших моряков, в которых поселились рыбы, – выглядел пугающе ободранным, но свидетельствовал об относительно недавнем прошлом среди склонов скал. Флэндри миновал его в безмолвии.
Он не нарушал этой тишины, хотя шлем был снабжен специальным микрофоном и переговорным устройством. Если Эйю все еще здесь, его нельзя спугнуть; разговоры могут обнаружить их и свести поиски на нет. Флэндри плыл достаточно близко к Дереку и мог делать ему знаки, кивая, а гигант подавал своим людям сигналы, жестикулируя руками и ногами. Вскоре Флэндри и Дерек оказались вдвоем в таком месте, которое когда-то, должно быть, представляло собой улицу или коридор.
Они плыли, в любой момент ожидая нападения, всюду ощущая угрозу; время от Времени какая-то тень… Но это оказывалась лишь скала, или десятиногий рак, или челюсть размером с портал. Флэндри начал чувствовать, что холод проникает до костей, Донимая его еще больше, чем безмолвие.
Вдруг чья-то рука мертвой хваткой сжала его запястье. Он резко остановился и завис на месте, задрав голову, пока через вибратор, толщу океана и мембрану приемника до его слуха не донеслось, что Дерек, кажется, поймал чудовище. Раздался крик человека, которого убивают, но такой далекий и слабый, что его можно было сравнить лишь с агонией комара.
Флэндри ругнулся в адрес восемнадцати разных богов, сорвался с места и понесся вперед, как угорь на охоте. Но Дерек проплыл мимо него, и он чуть ли не последний прибыл к месту схватки.
– Эйю, – безотчетно произнес он вслух среди криков мужчин, плавающих в водах, уже окрасившихся кровью.
Он вспомнил о гарпунном ружье, висевшем у него за спиной, отстегнул его, проверил магазин и подплыл ближе. Тридцать мужчин, нет, уже двадцать девять, труп тридцатого качался последним, дико таращась сквозь разбитое окошко шлема; двадцать восемь человек вились вокруг одного чудовища. Флэндри не хотелось задеть кого-нибудь из них.
Он всплыл повыше, откуда глянул вниз на Эйю. Огромный черный призрак торпедировал с дольмена. Пятнадцатиметровая туша какого-то арктического страшилища с голой морщинистой кожей, бескостные слоновьи ноги и широко разинутая пасть кита… но с руками, с руками… Эйю бесился среди охотников. Флэндри видел, как он ногами, которые служили ему на суше именно для ходьбы, зажал двоих в когтях и разодрал их на части. Ни звука не доносилось из глотки Эйю, но слабое человеческое бормотание заглушали мощные удары конечностей чудища, напоминавшие разрывы бомб.
Флэндри приложил ружье к плечу и выстрелил. Из-за отдачи он сильно отлетел назад, к краю битвы. Он не знал, был ли его гарпун среди тех, что впились в бока Эйю. «Только гарпунить, – мелькнуло в сознании, – от взрывов пострадают люди, если бы еще не давление под водой…» Кровь била струей из пронзенной огромной руки Эйю. Он прижался спиной к скале, выгнул хребет и стремительно рванулся к поверхности океана. Пловцы разлетелись в разные стороны, словно брызги.
Флэндри отчаянно заработал ногами и устремился навстречу чудовищу. И тут оно повернулось к нему белым брюхом: скала, облако, сон. Он выстрелил и увидел, что его гарпун попал в цель. Еще раз! Эйю завертелся от боли, харкая кровью, учуял человека и ринулся на него. Флэндри видел под собой пещеру, полную жутких зубов. А за нею – глаза монстра, ослепшие от отчаяния. Человек попытался увильнуть в сторону. Эйю изменил курс со змеиной легкостью. «Интересно, узнал ли его Эйю?» – в какое-то мгновение успел подумать Флэндри.
Человек вырвался из кровавого тумана. Он выстрелил, стараясь удержаться на месте после отдачи. Но вместо того чтобы отпустить гарпунную веревку, которая спутала бы монстра, он схватился за нее так, что его бросило в сторону чудовища. Жабры Эйю хлопали, словно разевающиеся пасти, пытающиеся укусить. Флэндри преследовал зверя поворот за поворотом сквозь студеные глубины, ловя его на прицел. Наконец он выстрелил. Гарпун попал в глаз и раскроил чудовищу голову. Эйю перевернулся и умер.
Флэндри перевел дыхание. Его шлем, казалось, гудел и звенел, он душил его, нужно сорвать его, пока он не задохнулся…
Его поймали чьи-то руки. Он смотрел на свою победу, у которой было лицо Дерека Умболу.
– Подожди здесь, подожди, терранин, – звучал отдаленный, божественно спокойный голос. – Дело сделано.
– Я, я, я благодарю, – прошептал Флэндри.
Самообладание вернулось к нему. Он пересчитал собравшихся людей, пока они поднимались со всей необходимой медлительностью к солнцу. Шестеро погибли. Не самая высокая цена за избавление от Эйю.
«Если бы я очутился один на целой планете, заселенной отвратительными аборигенами… Интересно, хватило бы у меня мужества просуществовать там так долго?
Хотел бы я знать, сколько маленьких ребятишек на этой покрытой океаном планете, окруженной мерсейскими звездами, сегодня не смогут понять, почему папа не вернулся домой?»
Флэндри наконец поднялся на палубу, сбросил шлем и сел под испытующим взглядом Тессы Хурн.
– Угостите сигаретой, – хрипло попросил он, – и раздобудьте чего-нибудь спиртного.
Она заставила себя собраться и спросила:
– Вы поймали чудовище?
– Да, – ответил Дерек.
– Мы были близки к неудаче, – сказал Флэндри. – Нашему другу Умболу можно доверять.
– Слишком слабая месть за смерть отца, – отозвался Дерек, его голос был полон печали.
Капитан подводной лодки отдал честь бледному мужчине, который сидел, обхватив колени, дрожа и глотая дым.
– Только что поступило сообщение из Россалы, сэр, – доложил он. – Шейх сдался, но обещал подать протест следующему имперскому резиденту в связи с нарушением его прав. Он позволит полиции занять его владения и провести расследование, как положено.
«Ищите убежденных молодых патриотов с честными намерениями, которые никогда, так сказать, не увидят восхода солнца над морем. Ладно – я полагаю, что все это служит великой цели. Должно служить. Сам наш благородный император-гомосексуалист говорит так».
– Превосходно, – ответил Флэндри. Он поискал Дерека взглядом. – Раз уж ты спас мою жизнь, я в долгу не останусь. Твой отец…
– Что? – молодой великан отступил на шаг назад.
– Он не умер, – сказал Флэндри. – Я уговорил его помочь мне. Мы инсценировали убийство. В эту минуту он, должно быть, уже дома, страдает от угрызений совести.
– Что? – рев был таким, словно разверзлись врата ада. Флэндри вздрогнул.
– Потише, пожалуйста, – он отбросил назад воющую, со сжатыми кулаками массу вместе с сигаретой. – Хорошо, считай, я сыграл с тобой шутку.
– Шутка, какую можно было ожидать от грязного импи! – Тесса Хурн плюнула ему под ноги.
– Только тронь меня, брат Умболу и я арестую тебя за государственную измену, – сказал Флэндри. – Или же я использую свои неограниченные полномочия и отправлю тебя в пожизненное заключение под присмотр ответственных граждан, – он устало улыбнулся. – Я думаю, сиятельная владычица Литтл Скуа подходит для этой роли.
Дерек и Тесса уставились сначала на него, а затем друг на друга.
Флэндри поднялся на нога.
– Осуждение условное, условие – заключение брака, – продолжал он. – Рекомендую, подыскивая себе подходящую подругу, отбросить благородное лицемерие, прекратить думать о том, что она может дать тебе какие-то деньги, и сосредоточиться на том, что можешь дать ей ты…
Он взглянул на них и, увидев, что их руки соединились, с краткой, сугубо личной и нечестивой речью обратился к Норнам* note 2Note2
Норны – богини судьбы в скандинавской мифологии.
[Закрыть] по поводу собственной судьбы.
– Не забудьте о наследниках, – сказал он в заключение. – Я бы хотел, чтобы Ньянза была хорошо населена. Когда опустится Долгая Ночь на Терру, кто-то должен будет продолжить дело. Может, это будете именно вы.
Он неторопливо прошел мимо них, сел в кабину корабля и исчез из виду.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?