Читать книгу "Каникулы с невыносимым боссом"

ГЛАВА 5

КАРИНА

Я жадно пью воду и с каждым глотком в моем обезвоженном мозге проясняется.

Первое: босс реально дело предлагает. Не так уж и сложно походить с ним за ручку перед его родителями и вернуться с повышением в должности.

Второе: повышение в компании, это совсем другой уровень заработка. А деньги мне сейчас, после того, как я истратила всю подушку безопасности на путевки, ой как понадобятся! Надо ведь съезжать с той квартиры, искать новую, а это все большие затраты, огромные, я бы сказала!

Из этого всего проистекает третье: если я откажусь – босс уволит меня. Ни на секунду не сомневаюсь. Найдет за что. У него вон срок принятия решений – пять минут! На крайний случай сократит мою должность, откупится минимальной суммой выходного пособия, и пинком под зад меня погонит. Я буду в поисках новой работы. В депрессии. В беготне и в попытках найти новое жилье. В диком стрессе. Я найду себе должность, равнозначную той, которую сейчас занимаю, но на это потребуется время. Моральные и физические ресурсы, которых и так мало.

И в последних: скажу честно, положа руку на сердце, наш главный босс – самый красивый мужчина в моем окружении! Статусный, богатый, недостижимый! Он будто с другой планеты. С другой галактики. С Владиком ни в какое сравнение не идет! Да у нас почти вся женская половина компании влюблена в него в разной степени интенсивности. Я не влюблена. Так, очарована, немного. Но мне ли нос от такого мужчины воротить? И вообще, шансы даются почти всем. Но могут воспользоваться ими единицы. И я буду в их числе.

Осушаю бутылку до последней капли. Поворачиваюсь к боссу.

Андрей Викторович все это время смотрит на меня, не сводя глаз. Оценивает. Приглядывается. Изучает. Так же, как и я его.

Он в сильной позиции, я, в слабой. Он рискует меньшим, я же рискую практически всем. И мне надо понять, не бросит ли он меня одну в Дубае, если я оступлюсь, и сделаю что-то по его мнению неправильно? Позаботится ли он обо мне, если мне нужна будет помощь? Да, сейчас он – единственный, кто принес мне попить. Самолично. Не смотря на свой высокий статус. Эту проверку он прошел, а Владик – нет. Именно поэтому я сейчас с ним, а не с Владиком.

Но этого мало. Из-за одной бутылки воды, я не могу доверить ему себя.

Я смотрю на свою оцарапанную чемоданом ладонь. Очень неприятная рана. Могу занести туда инфекцию, либо испачкать одежду. И свою и босса.

– Что у вас с рукой? – не может не заметить мои движения Андрей Викторович.

– Чемодан упал сверху. – отвечаю я. – Я поранилась.

– Пластырем заклейте. – отвечает он бесстрастно.

– Заклеила бы… – вздыхаю я, но не взяла с собой.

Босс хмыкает, переводит взгляд на мой чемодан с оторванным колесиком.

– Не поверю, что вы не взяли с собой аптечку. – отвечает он, прищуриваясь.

Я развожу руками.

Босс снова хмыкает. Он мне не верит. Значит я так плохо вру.

– Заканчивается регистрация на рейс Москва – Дубай… – объявляет динамик.

Босс встает.

– Выкиньте, пожалуйста. – отдаю ему пустую бутылку.

Босс прищуривается, но мусор из моих рук забирает. Ловко кидает бутылку в мусорку, естественно попадает прямо в яблочко, и размашистыми уверенными шагами уходит в бизнес-зал.

Интересно, найдет он для меня пластырь, или уже спешит зарегистрироваться на вылет?

Найдет! Вернее, нашел! Вот он, уже идет обратно. Вытаскивает пластырь из кармана пиджака. Без лишней суеты, но и без медлительности, он опускается рядом. Берет меня за руку, протирает салфеткой рану, и залепляет ее пластырем. И так у него все это естественно и органично выходит, что у меня только один вопрос: почему он не стал врачом?!

– Ну что? – не отпуская мою залеченную руку, спрашивает Андрей Викторович, глядя мне в глаза. – Я всеваши проверки прошел, или еще будут?

Я краснею. Он узнал. Догадался. Но, как?! Вот это у него мозги соображают! Хотя, если бы он был тупым, то не занимал бы свою должность.

Дальше врать и отпираться – глупо. Похоже, что он видит меня насквозь. Это и пугает, и завораживает одновременно! Все мужчины в моем окружении, включая Владика обладают крайне низким уровнем эмоционального интеллекта. Поэтому Андрей Викторович удивляет меня все больше. И интригует.

– Все. – отвечаю ему.

– Тогда не будем терять времени! – решительно встает босс и идет вперед, ни минуты не сомневаясь, что я последую за ним.

Я тоже встаю. Спешу. Тяну свой чемодан, но он без колесика упирается, и еле едет.

Андрей Викторович, уже успевший отойти вперед шагов на двадцать, видимо чувствует что-то неладное и оборачивается. Видит, что я отстаю, пытаясь побороть свой чемодан. Качает головой, но подходит. Его лицо ничего не выражает, но я чувствую, как внутри он раздражен мной, моим поведением и проблемами.

– Давайте свой чемодан! – требует он.

Я отпускаю ручку, уступая ему.

Одной рукой он хватает ручку чемодана, второй – берет меня за руку. Идет вперед, таща меня и мой чемодан, точно на буксире.

Я еле поспеваю рядом с ним, но понимаю, что эта спешка обоснована, ведь регистрацию на вылет вот-вот закроют. А еще меня не покидает мысль о нереальности всего происходящего: интересно, это все происходит на самом деле, или меня просто пришибло чемоданом, когда я снимала его с тележки и сейчас мне просто кажется, что самый главный босс моей компании заставляет меня лететь с ним в Дубай, чтобы сыграть роль его невесты?!

ГЛАВА 6

КАРИНА

Я лечу бизнес-классом. Впервые в жизни. Просторные мягкие кресла, много свободного пространства для ног. Приветливые стюардессы.

– Поспите в полете. – советует Андрей Викторович, помогая принять моему креслу горизонтальное положение.

Интересно, он лично ко мне подобную заботу применяет, или просто хочет, чтобы девушка, играющая роль его невесты выглядела свежей и отдохнувшей? Хочется верить в первый вариант, но, скорее всего, реальный – второй.

Сам же босс спать не собирается. Открывает ноутбук и начинает работать.

Естественно, уснуть я не могу. Гоняю в голове всё, что произошло за эти короткие несколько часов. Рядом со мной сейчас должен быть Владик, но не чудо ли, что вместо него, мой… босс! С какой долей вероятности это могло произойти в моей жизни?! Но произошло! Босс серьезный, сосредоточенный. Его лоб напряжен, губы плотно сжаты. Видно, как активна сейчас его мозговая деятельность.

Владика я тоже видела за ноутбуком. Вот только он мочил монстров в очередной бессмысленной компьютерной игре. А Андрей Викторович, зарабатывает деньги. Управляет огромной компанией. Держит все под контролем.

Я смотрю на босса со стороны, и все больше не могу поверить самой себе, что мне когда-то мог нравиться никчемный оболтус Владик! Где были мои глаза, когда я согласилась съехаться с ним? Где были мои мозги, когда я решилась купить нам с ним путевки?!

Нет, все-таки Наталья Ивановна, сама того не желая, оказала мне по истине королевскую услугу: избавила меня от обременения в виде никчемного мужичка. Маменькиного сынка. Я видела их в толпе, когда нас с Андреем Викторовичем регистрировали на рейс. Наталья Ивановна склочно ругалась с другой женщиной, а Владик покорно стоял и делал вид, что он там вообще не причём. А потом они толпились перед посадкой, и Наталья Ивановна опять же с кем-то поругалась, не пропуская вперед молодую девушку.

Спасибо вам огромное, Наталья Ивановна, что я сейчас сижу не с вами и не с вашим сыном в конце хвоста самолета рядом с туалетами. Я сижу в бизнес-классе с генеральным директором и перспективами повышения по карьере. Спасибо, что я не с вами проведу эти десять дней отдыха, спасибо, что рядом не Владик, а Андрей Викторович!

Нам приносят завтрак. Круассаны, свежевыжатый апельсиновый сок, овсяная каша, бриошь с шоколадным соусом и свежими ягодами.

– У меня аллергия на клубнику. – говорю я стюардессе.

– Извините, мы сейчас же заменим вам десерт! – улыбчиво отвечает девушка.

– Аллергия на клубнику. – запоминает босс.

– Да… в детстве переела, а потом меня в больнице откачивали.

– Какие-то еще сложности со здоровьем? Аллергены? – тут же становится серьезным босс. – Что я еще должен знать о вас?

– Да ничего… – протягиваю я, пытаясь вспомнить. – Мне двадцать три, болеть еще рано. Аллергия только на клубнику.

– Двадцать три. – повторяет мой возраст Андрей Викторович.

– А вы? – задаю я встречный вопрос. – Что я о вас должна знать?

Андрей Викторович смотрит на меня с насмешкой. Типа, не мое дело знать о нем хоть что-то.

Но я выдерживаю его взгляд. Ничего предосудительного в своем вопросе не вижу.

– Никаких аллергий и проблем со здоровьем у меня нет. – решает все же ответить босс.

– А возраст?

– Тридцать. – спокойно отвечает он.

Так, ему тридцать, мне двадцать три, у нас семь лет разницы. Нормально. А еще он ничем не болеет, красивый, богатый, умный, высокий… так у меня к себе все больше и больше вопросиков. Что блин я вообще делала рядом с Владиком, когда на свете есть такиемужчины, как мой босс?!

– Ваш новый десерт. – прерывает мои размышления стюардесса. – Заменили клубнику на голубику.

– Отлично, спасибо. – улыбаюсь я.

Я уже хочу приступить к завтраку, но у Андрея Викторовича другие планы.

– Мне надо сделать фото. – говорит он, вынимая яблочник последней модели.

– Вы… выкладываете фото еды в социальные сети? – обескуражена я.

– Я похож на человека, который ведет социальные сети? – усмехается босс.

– Нет… – честно говорю я. – Поэтому и не вяжется…

– Фото мне нужно для родителей. Совместное с вами.

А-а-а… ах вот оно что!

– Ну… хорошо, давайте сделаем фото.

Босс критично осматривает меня. Я смущаюсь.

– Вам нужно умыться. – говорит он прямо.

– Эм… что, простите? – отпрянываю я.

Зачем мне умываться? Он считает, что мое лицо недостаточно чистое для фотографии с ним? Меня это даже оскорбляет в какой-то мере… Только что я думала, что он идеальный, и сразу же из него полезло…

– Мои родители огорчатся, если увидят мою девушку на снимке в таком виде. – поясняет босс спокойно.

– В каком виде?! – злюсь я. – Вы меня унизить хотите?!

– Я никого никогда не унижаю. – не ведется босс на мой гнев. – Мне это не интересно, Карина. Вам правда нужно умыться, потому что мои родители подумают, что я… хм… довел вас до слез.

В полном недоумении поднимаюсь, и спешу в туалет. Свет вспыхивает в тесной кабинке, и я вижу себя в зеркале. Боже мой… и это генеральный директор так со мной по всему аэропорту ходил?! Да у меня черные круги под глазами от туши! Я же плакала и растирала глаза. А сейчас как панда смотрюсь! А он даже виду не подал! И вышколенный персонал аэропорта тоже виду не подал!

Чертов Владик! Это из-за него я плакала, и в таком дурацком положении оказалась!

Да и волосы мои всклокочены… и видок в общем, не очень… и как только такомумужчине как Зернов, глядя на меня такую, пришло в голову предложить мне сыграть роль своей невесты перед его родителями?!

ГЛАВА 7

КАРИНА

Умывшись, возвращаюсь обратно.

Зернов смотрит на меня с еще большим интересом.

– Простите. – смущаюсь я. – Вам надо было сразу сказать, что мне нужно умыться!

– Мы опаздывали. – пожимает плечами босс. – Если бы задержались на ваш туалет – на самолет бы опоздали.

И то верно. Все верно делает Андрей Викторович, и его не за что винить!

Я опускаюсь на свое место.

– Итак, фото? – предлагает Зернов.

Я киваю. Фото – так фото. Что здесь такого?

Андрей Викторович придвигается ближе, и приобнимает меня, прижимая к себе. У меня аж дух захватывает! Он… такой твердый! И в то же время горячий. И вообще… хочется обнять его в ответ. Я еле сдерживаюсь.

Босс делает несколько кадров.

– Улыбнитесь. – просит он.

Давлю глупую улыбку. Босс же улыбается вполне естественно.

– А теперь поцелуйте меня! – спокойно приказывает босс.

– Что?! – в полном шоке отпрянываю я.

– Нужен ваш поцелуй. В щеку.

Ну спасибо, что в щеку, а не в губы, сразу.

Но как я поцелую босса?! Где он, а где я?! Я просто не могу себя заставить сделать это. Андрею Викторовичу видимо надоедает мое жеманство, и он сам целует меня в щеку.

Немного колючий. Мне щекотно. А еще… Просто целый коктейль эмоций и смущения! А еще больше, мне понравилось все это.

– А теперь ешьте! Уже скоро приземлимся. – приказывает босс и углубляется в свой телефон.

Ага, поешь тут, когда меня целовал сам Андрей Викторович! Господи, кому расскажешь – не поверят ведь!

– Черт… – бормочет Андрей Викторович. – Родители едут нас встречать!

– Что?! – переспрашиваю я.

– Без паники, Карина! – смотрит он мне в глаза. – Слушай и запоминай: теперь все общение со мной только на «ты», поняла?

Я киваю.

– Давай, попробуй мне что-то сказать?

– Ты… – говорю я, и мне самой не верится, что я тыкаю генеральному директору.

– Отлично. И никаких Андрей Викторович! Только, Андрей! Поняла?

– Да… Андрей…

– Молодец! – кивает Андрей Викторович. – Теперь дальше. Легенда. Мы с тобой познакомились на работе, начали общение, и там все закрутилось.

– Но это наверно не очень хорошо… как я буду выглядеть в глазах ваших…

– Твоих! – перебивает босс.

– Твоих… – повторяю я через силу, – родителей. Получается, что я закрутила роман со своим боссом… это не хорошо, это характеризует меня как…

– Не поспоришь. – хмыкает Андрей. – Если бы не эти обстоятельства, ты бы никогда не закрутила роман со мной! Я бы не позволил!

Мне становится неприятно. Хотя это ко мне не имеет никакого отношения. Ведь романов я на работе и не крутила.

– Для меня романы на работе – табу. – отвечаю я, чтобы прояснить ситуацию.

– Для меня тоже. – кивает Андрей Викторович. – Но ничего не поделаешь. Из двух зол выбираем меньшее. Ладно, мы друг друга поняли, Карина. Едем дальше. По легенде, встречаемся мы с тобой полгода. И вот я созрел до того, чтобы познакомить тебя с родителями.

– А если я им не понравлюсь? – задаю я вопрос.

Андрей пожимает плечами.

– Их дело. Если ты им не понравишься, то и легче будет объяснить наше расставание позже.

Я киваю.

– Хорошо… а мое повышение вы сказали…

– Ты!

– Ты сказал, что я получу повышение. – я перевожу тему, чтобы не испытывать неприятных ощущений от того, что это просто игра и все не по-настоящему.

– Получишь. – почему-то мрачнеет Андрей. – Хорошо сыграй свою роль, а деньгами и должностью я тебя не обижу! Запомни, ты – моя невеста. Мы любим друг друга. Ты должна вести себя, как влюбленная. Должна брать меня за руку, обнимать, целовать. Говорить со мной не как подчиненная, а как равнаямне, понимаешь?

– Это будет… трудно. – признаюсь я.

– Забудь, кто я! Сейчас я – твой жених. И если я тебявыбрал, то мне все равно на твое происхождение и статус, понимаешь?!

ГЛАВА 8

КАРИНА

Я выхожу из рукава самолета и буквально спотыкаюсь внутренне о смену мироощущения. Еще вчера – слякотная, заснеженная зима, серое небо и колючий ветер, а сейчас Дубай. Даже воздух тут другой, плотный, горячий. Только в аэропорту неожиданно прохладно, кондиционеры дуют так, что я невольно плотнее запахиваю спортивную куртку и радуюсь, что оставила шарф в ручной клади.

Я впервые летела бизнес-классом, и меня не покидает ощущение, будто меня по ошибке пересадили в тот мир, где кожаные кресла, отдельный трап и спокойные, неторопливые люди. Я стараюсь держаться естественно, но внутри у меня все равно все дрожит, ведь вскоре предстоит встреча с его родителями.

Андрей идет рядом, ровный, собранный. Я то и дело ловлю его взгляд краем глаза. Он сказал, что мы теперь на «ты», и чтобы я оставалась спокойной. Но это у меня получается плохо.

И тут я вижу их, его родителей.

Они не похожи на обычных богатых. В них есть холодная уверенность людей, которые могут купить не только яхту, но и время. Мама Андрея безупречна – светлый шелковый платок, строгая сумка, разумеется баснословно дорогая, улыбка мягкая, но внимательная. Отец – высокий, с тем самым взглядом, который, кажется, видит насквозь и сразу считает тебя в цифрах.

Андрей делает шаг вперед.

– Мам, пап.

И берет меня за руку. Спокойно, будто так и должно быть, будто мы не репетировали легенду. От тепла его ладони мне становится чуть легче и одновременно страшнее, ведь слишком настоящим кажется этот жест.

– Это Карина, – говорит он.

Мама переводит взгляд на меня и тут же берет инициативу на себя – легко, по-своему.

– Карина, здравствуй. Рада познакомиться.

– Здравствуйте, – выдавливаю я.

Отец кивает.

– Добрый день.

Я успеваю выдохнуть… ровно на секунду.

Потому что чуть в стороне, у выходов из общего зала, я замечаю Владика.

Моего бывшего.

Он стоит растерянно, с кучей чемоданов, рядом – его мамаша. Владик нервно переминается, а Наталья Ивановна спорит с кем-то по телефону.

И самое ужасное, что они тоже замечают меня.

Я вижу, как глаза Владика расширяются. Он дергает маму за рукав, показывает на нас, и она, обернувшись, моментально включается в ситуацию.

– О-о! – тянет она, и в этом «о» уже слышится беда. – Владик, смотри! Твоя… твоя-то фифа тоже в Дубай прилетела! Одна! Без нас! А я тебе говорила!!!

Я белею, потому что понимаю, сейчас что-то будет.

Владик, конечно, идет за ней, и они направляются прямо к нам. Туда, где я стою рядом с Андреем и его родителями. Словно специально, в самый неподходящий момент.

– Карина! – Владик пытается улыбаться, но выходит криво. – Ну ничего себе… А ты говорила не полетишь…

Его мама даже не пытается держать приличия. Она повышает голос на весь зал прибытия:

– Вот она! Владик, смотри! Твоя тьфу, невеста… – она окидывает неприязненным взглядом меня, потом Андрея, его родителей, мою руку в руке Андрея и делает вывод мгновенно и громко, – …эскортница! Она тебя бросила, чтобы в Дубае с богатыми мужиками…

У меня в ушах звенит. Мне кажется, люди вокруг поворачиваются. Я не знаю, куда смотреть, на пол, на стену, на босса. Я чувствую, как мама Андрея чуть застывает, как отец становится жестче. И я понимаю, еще секунда и все, игра закончится, моя репутация, мое место в компании, моя жизнь – все летит под откос. Из-за этих уродов!

Но Андрей реагирует мгновенно.

Он отпускает мою руку ровно настолько, чтобы сделать шаг вперед, и закрывает меня собой. Его голос спокойный, но в этом спокойствии арктический лед.

– Вы кто такие? – спрашивает он.

– Мы… – начинает Владик.

– Неважно, – обрывает Андрей. – Вы ведете себя неадекватно. Вы сумасшедшие. Сейчас же уходите.

Мамаша Владика пытается взять громкостью.

– Да ты кто вообще такой?!

– Я тот, – говорит Андрей ровно, – кто сейчас вызовет службу безопасности аэропорта, если вы не исчезнете.

Он показывает в сторону ближайшего сотрудника, и это срабатывает лучше любого крика. Владик резко теряет уверенность, а мамаша, еще пытаясь что-то выкрикнуть, начинает пятиться, потому что к ним действительно поворачивается охрана.

– Владик! – шипит она. – Пойдем отсюда, с ними спорить бесполезно!

И они уходят быстро, дергано, с этой нелепой кучей чемоданов.

Я стою каменная. Мне хочется провалиться.

Мама Андрея смотрит на меня уже иначе – не недоброжелательно, но настороженно. Отец, тем более. Их выражения очень сдержанные, слишком.

Андрей поворачивается к ним и говорит так, будто ничего страшного не случилось.

– Извините. Сумасшедшие люди. Бывает.

Он произносит это легко, но я вижу, как он напряжен.

Мама Андрея кивает, пытаясь вернуть улыбку.

– Кого в аэропорте только не встретишь…

Отец молчит секунду дольше, чем мне нравится.

– Андрей, вечером ждем вас, – наконец говорит он. – В ресторане. Столик на восемь, как обычно. Карина, буду рад продолжить знакомство в нормальной обстановке.

– Конечно, – выдыхаю я. – Спасибо.

– Отдохните. И не переживайте. – добавляет мама.

Но в ее тоне уже меньше теплоты, чем было минуту назад.

Они прощаются быстро, без лишних объятий. С ними рядом появляется водитель, все организовано до автоматизма, и через минуту родители Андрея уже уходят.

И только когда они исчезают из поля зрения, мы с Андреем одновременно выдыхаем.

Я прижимаю ладонь к груди, как будто проверяю, на месте ли сердце.

– Господи… – шепчу я. – Андрей Викторович, простите. Я не знала, что они заметят нас. Я вообще не… Это кошмар. Мне так стыдно.

Он не отвечает сразу. Он смотрит куда-то вперед, будто прокручивает в голове последствия. И это его молчание пугает сильнее, чем крик мамаши Владика.

К нам подходит встречающий, и следом, к самому выходу, подкатывает черный Майбах. Невозможный, глянцевый, как кадр из фильма. Водитель выходит, открывает двери, берет чемоданы так, будто они ничего не весят.

Я сажусь внутрь, и меня обволакивает запах кожи и прохладный воздух. Дубай снова напоминает о себе жарой за стеклом, но здесь – комфортная прохлада и тишина.

– Куда мы едем? – тихо спрашиваю я, больше чтобы сказать хоть что-то.

– В …, – отвечает Андрей так же тихо.

Самый роскошный отель. Конечно.

Я сглатываю.

Машина трогается, и город начинает течь за окнами: пальмы, стеклянные небоскребы, солнце, дороги. А у меня внутри все еще стоит сцена в аэропорту, будто кто-то поставил ее на паузу и забыл выключить.

– Андрей… – снова начинаю я, потому что не могу молчать. – Мне правда очень стыдно. За Владика. За его маму. Это не… это не моя жизнь. Я не такая. Я просто… я не ожидала.

Он поворачивает голову, смотрит на меня внимательно, долго.

– Я знаю, – говорит он наконец.

И снова замолкает. Задумчивый, тяжелый.

Я откидываюсь на спинку и закрываю глаза на секунду. Мы едем в самый дорогой отель, вечером ресторан, а у меня ощущение, будто я только что чудом не утонула.

И самое странное, что мой босс рядом. Он вытащил меня из этого. Но теперь мне страшно другое, что он начинает сомневаться, стоит ли вообще продолжать.