Читать книгу "Законы мастерства: Как стать лучшим в своем деле"

Ключи к мастерству

Человеку следует научиться распознавать и ловить проблески света, озаряющие его душу изнутри, а не лучи, исходящие от созвездия бардов и провидцев. А мы равнодушно даем угаснуть нашим мыслям только потому, что эти мысли нам самим пришли в голову. В каждом слове гения мы распознаём затем эти упущенные нами мысли; они возвращаются к нам в ореоле холодного величия[3]3
  Пер. В. Рогова.


[Закрыть].

РАЛЬФ УОЛДО ЭМЕРСОН.

Доверие к себе

Если все мы рождаемся с похожим мозгом, который обладает более или менее одинаковой для всех конфигурацией и потенциалом мастерства, почему же тогда, как показывает история, лишь весьма ограниченное количество людей добивается подлинного успеха и реализует этот потенциал? В практическом смысле это, безусловно, самый важный для нас вопрос.

В общепринятых объяснениях выдающихся достижений Моцарта или Леонардо да Винчи все сводится к природному таланту и гениальности. Чем же еще можно объяснить их невероятные, чуть ли не сверхъестественные способности и достижения, если не врожденными качествами? Однако тысячи детей проявляют исключительные способности и таланты в какой-то сфере, и тем не менее сравнительно малая их доля в итоге чего-то достигает, тогда как те, кто в юные годы ничем не блистал, зачастую добиваются гораздо большего. Следовательно, причина такого успеха не во врожденном таланте или высоком IQ.

В качестве классического примера возьмем биографии сэра Фрэнсиса Гальтона и его старшего кузена Чарльза Дарвина. Судя по всему, Гальтон был прямо-таки супергением с необычайно высоким IQ, который значительно превышал дарвиновский (мы опираемся на оценки экспертов, сделанные через много лет после изобретения методики для измерения уровня интеллекта). Гальтон, мальчик-вундеркинд, впоследствии сделал блестящую карьеру в науке, но так и не стал подлинным мастером в какой-либо области. Известно, что он, как и многие юные дарования, отличался беспокойной натурой.

А вот Дарвин по праву считается великим ученым, одним из немногих людей, навсегда изменивших наши представления о жизни и природе. Как признавал сам Дарвин, он был «самым обыкновенным мальчиком, с интеллектом даже ниже принятых стандартов… Я не умею схватывать на лету… Моя способность следовать длинной нити абстрактных рассуждений весьма ограниченна». Но все же Дарвин должен был обладать чем-то таким, чего недоставало Гальтону.

Чтобы разгадать эту тайну, обратимся к ранним годам жизни Дарвина. В детстве у него была одна всепоглощающая страсть – коллекционирование биологических образцов. Его отец, врач по профессии, желая, чтобы сын пошел по его стопам и изучал медицину, отправил сына в Эдинбургский университет. Дарвин не был расположен к медицине и оказался посредственным студентом. Тогда отец, уже не веря, что из сына выйдет толк, выбрал для него церковную карьеру. Пока Дарвин готовился к ней, он узнал от своего бывшего преподавателя, что «Бигль», корабль Королевского флота Великобритании, вскоре отправляется в кругосветное плавание и экипажу требуется натуралист для сбора образцов и их последующей отправки в Англию. Несмотря на возражения отца, Дарвин взялся за эту работу. Что-то в нем тянуло его к дальним берегам.

Внезапно страсть Дарвина к коллекционированию нашла идеальное применение. В Южной Америке он сумел собрать потрясающую коллекцию биологических образцов, а также окаменелостей и костей. Более того, он смог связать свой интерес к разнообразию жизни на планете с чем-то более масштабным – с важнейшими вопросами о происхождении видов. Он вложил в это дело все свои силы и энергию, собрав так много образцов, что в его голове начала складываться целая теория. После пятилетнего путешествия он вернулся в Англию и посвятил всю оставшуюся жизнь одной глобальной задаче – разработке теории эволюции. В процессе ему приходилось выполнять огромный объем нелегкой и монотонной работы, – например, в течение восьми лет он изучал исключительно усоногих раков, чтобы зарекомендовать себя в качестве квалифицированного биолога. Он отточил политические и социальные навыки, чтобы противостоять предрассудкам и критике, которым подвергалась его теория в викторианской Англии. На всем протяжении этого длительного процесса его поддерживала горячая любовь к своему предмету и прочная связь с ним.

Основные элементы этой истории встречаются в биографиях всех великих мастеров: в ранние годы – страсть или предрасположенность к определенной сфере деятельности; затем случайная встреча, позволяющая понять, как применить эту страсть; наконец, период ученичества, характеризующийся оживлением, приливом энергии и повышенной концентрацией. Такие люди преуспевали благодаря усердной практике и способности быстрее проходить все стадии процесса. Все это проистекает из сильного желания учиться и глубинной связи с той сферой, к которой они предрасположены. В основе этих напряженных усилий лежит врожденное, генетически обусловленное качество – не природный талант или гениальность (которые иногда необходимо развивать), а глубокая и мощная склонность к определенному предмету.

Эта склонность – отражение уникальности человека. И это не какой-то поэтический образ или философская идея, а научный факт. С точки зрения генетики каждый из нас уникален, поскольку набор генов, которым мы обладаем, никогда прежде не встречался и не повторится в будущем. Уникальность проявляется во врожденной предрасположенности к определенным видам деятельности или области знаний. Склонность может быть к музыке или математике, к каким-то видам спорта или играм, к решению головоломок, конструированию, оперированию словами и т. д.

Те, кто позже выделяется своим мастерством на общем фоне, ощущают эту склонность глубже и отчетливее, чем остальные. Для них она словно внутренний зов или призвание. И обычно интересующий их предмет доминирует в мыслях и мечтах. Такие люди – случайно или благодаря целенаправленным усилиям – находят профессиональный путь, где их склонность может расцвести в полной мере. Прочная внутренняя связь с интересующим предметом и непреодолимое влечение к нему позволяют преодолевать трудности, с которыми каждый сталкивается на своем пути, – сомнения в себе, утомительные часы практики и обучения, неизбежные препятствия, насмешки завистников. Таких людей отличают стойкость и уверенность, которых не хватает остальным.

В западной культуре принято считать, что успех достигается благодаря особому складу ума и интеллектуальным способностям. Однако на самом деле мастеров в определенной области отличает от тех, кто просто отсиживает нудные часы на работе, одно важное эмоциональное качество. Сила желания, терпение, упорство и уверенность в конечном счете играют гораздо более важную роль в успехе, чем мыслительные способности. При достаточном уровне мотивации и энергии мы можем преодолеть практически любые трудности и испытания. Но если мы ощущаем скуку и не способны сосредоточиться на чем-то одном, разум отключается от реальности, и мы становимся все более пассивными.

В прошлом только представители элиты или обладатели сверхчеловеческой энергии и силы воли могли выбирать профессиональный путь в соответствии со своими склонностями и достигать мастерства в этой области. Юноши, рожденные в семьях военных, обычно продолжали семейную традицию, а представителей определенного класса с детства готовили к государственной службе. Если случалось так, что они проявляли талант к предназначенной им деятельности и желание заниматься ею, в основном это было лишь простым совпадением. Миллионы людей, не принадлежавших к определенному сословию, полу, этнической группе, были лишены возможности следовать своему призванию. Даже если кто-то пытался реализовать свои склонности, он не мог получить доступ к информации и знаниям в выбранной области, контролируемой элитами. Вот почему в прошлом сравнительно мало мастеров и они так выделяются на общем фоне.

Но теперь эти социальные и политические барьеры по большей части исчезли. Сегодня у нас есть неограниченный доступ к знаниям и информации, о чем мастера прошлого могли только мечтать. У нас есть возможность и свобода действовать в соответствии со своими склонностями, присущими каждому из нас благодаря генетической уникальности. В наше время со слова «гений» снят покров таинственности и эксклюзивности. Оно происходит от латинского genius и первоначально обозначало духа-хранителя, который «присматривал» за каждым человеком с рождения. Позже это слово стали применять по отношению к врожденным качествам, подразумевающим уникальную одаренность.

Хотя мы оказались в историческом моменте, богатом возможностями для достижения мастерства, когда все больше и больше людей могут развивать свои склонности, перед нами остается последнее препятствие на пути к реализации собственного потенциала. Эта коварная опасность, обусловленная культурой, заключается в том, что само понятие мастерства теперь воспринимается с пренебрежением и зачастую ассоциируется с чем-то старомодным и даже нелепым. Как правило, люди не считают, что к нему следует стремиться. Такое обесценивание мастерства началось сравнительно недавно и может быть связано с некоторыми обстоятельствами нашего времени.

Мы живем в мире, который как будто все больше выходит из-под контроля. Средства к существованию, которые мы добываем, во многом зависят от прихотей глобальной экономики. Экономические, экологические и прочие проблемы невозможно разрешить посредством личных действий. Политики далеки от реальности и игнорируют желания и потребности общества. Естественная реакция перегруженных всем этим людей – уход в различные формы пассивности. Если мы не будем прилагать много усилий, чтобы чего-то добиться, если сузим круг своей деятельности, может появиться иллюзия контроля. Чем меньше мы пытаемся что-то изменить, тем меньше шансов на неудачу. Если убедить себя, что от нас ничего не зависит, очевидное бессилие не кажется таким невыносимым. Именно поэтому нас так привлекают определенные нарративы, а именно: наши поступки преимущественно определяет генетика; каждый из нас – всего лишь продукт своей эпохи; индивидуальность – не более чем миф; человеческое поведение можно свести к среднестатистическим показателям.

Многие заходят в этом обесценивании еще дальше, придавая своей пассивности позитивный оттенок. Они романтизируют образ художника-саморазрушителя, теряющего над собой контроль. Все, что подразумевает дисциплину и усилия, кажется суетливым, вычурным, устаревшим. Важнее всего – чувства, которые стоят за произведением искусства, а любой намек на усердный труд и муки творчества нарушает этот принцип. Такие люди предпочитают вещи, сделанные дешево и быстро. Широкое распространение устройств, которые делают за людей бо́льшую часть работы, привело к расшатыванию идеи о том, что получение желаемого может требовать много усилий, и укреплению мнения, будто иметь и потреблять все, чего бы ты ни захотел, – неотъемлемое и само собой разумеющееся право. «Зачем трудиться годами, чтобы достичь мастерства, когда можно получить ту же силу, потратив минимум усилий? Технологии решат все проблемы». Эта пассивность даже приобрела некое моральное основание: «Мастерство и сила, которую оно дает, – зло, атрибут угнетающих нас патриархальных элит; всякая власть по природе своей дурна; лучше вообще выйти из системы» (или, по крайней мере, создать такое впечатление).

Если вы не будете достаточно осторожны и бдительны, подобный настрой может незаметно заразить и вас. Вы станете бессознательно занижать планку, думая о том, чего способны достичь в жизни. При таком подходе ваш уровень усилий и дисциплины может опуститься ниже точки эффективности. Подчиняясь социальным нормам, вы будете больше прислушиваться к другим, а не к себе. Возможно, вы изберете профессиональный путь на основе советов и рекомендаций сверстников и родителей или своих представлений о выгоде. Утратив контакт с собственным призванием, вы, возможно, добьетесь некоторых успехов, однако рано или поздно отсутствие склонности к избранной деятельности и, соответственно, подлинного желания заниматься ею даст о себе знать. Работа станет механической. Вы начнете жить ради развлечений и сиюминутных удовольствий и становиться все более пассивными, поэтому никогда не продвинетесь дальше первой фазы (ученичества). Возможно, вы будете разочарованы и подавлены, не сознавая, что причина – в отчужденности от собственного творческого потенциала.

Нужно найти дорогу к своей склонности, пока не поздно, воспользоваться невероятными возможностями эпохи, в которую вам повезло родиться. Понимание колоссальной важности желания заниматься определенной деятельностью и эмоциональной связи со своей работой – ключ к мастерству. На самом деле вы можете использовать пассивность этих времен в качестве мотиватора в двух важных направлениях.

Во-первых, рассматривайте свою попытку достичь мастерства как нечто крайне необходимое и позитивное. В мире полно проблем, многие из которых мы создаем сами. Чтобы их решать, требуются огромные усилия и креативность. Генетика, технологии, магия или личное обаяние тут не помогут. Для преодоления трудностей, а также создания новых институтов и порядков, соответствующих изменившимся обстоятельствам, нужна энергия. Мы должны создать собственный мир, а бездействие приведет к гибели. Необходимо вернуться к концепции мастерства, которая позволила выделиться нам как биологическому виду миллионы лет назад. Это мастерство нужно не для того, чтобы доминировать в природе или обществе, а для того, чтобы определить свою судьбу. В пассивно-ироничном настрое нет ничего экстравагантного или романтичного, – он деструктивен и жалок. Вы должны стать примером того, чего может достичь мастер в современном мире. Это будет вашим вкладом в самое важное дело, каковым является выживание и процветание человечества в эпоху застоя.

Во-вторых, убедите себя в том, что люди имеют разум и мозг такого качества, какого они заслужили своими действиями. Несмотря на популярность объяснений человеческого поведения наследственностью, недавние открытия в области нейробиологии опровергают давно укоренившиеся представления о том, что все характеристики мозга предопределены генетически. Ученые обнаружили и продемонстрировали, что на самом деле мозг обладает немалой пластичностью, – ментальный ландшафт во многом формируется на основе наших мыслей. Исследования корреляции силы воли и физиологии позволяют понять, как глубоко разум может влиять на наше здоровье и функционирование организма. Вероятно, в дальнейшем ученые будут все больше узнавать о том, как мы создаем различные паттерны своей жизни посредством определенных ментальных операций, – иными словами, каким образом мы действительно ответственны за происходящее с нами.

Ментальный ландшафт пассивного человека довольно безжизненный. Из-за ограниченности впечатлений, опыта, переживаний и действий различные связи в мозге отмирают, поскольку не используются в полной мере. Преодолевая свойственную нашему времени тенденцию к пассивности, нужно прилагать максимум усилий для того, чтобы понять, насколько вы можете расширить контроль над обстоятельствами и сформировать такой разум, какой вам хочется, – разумеется, не с помощью психоактивных веществ, а посредством целенаправленных действий. Высвобождая скрытую силу «мастерского разума», вы окажетесь в авангарде тех, кто исследует пределы человеческой воли.

•••

Во многих смыслах движение от одного уровня интеллекта к другому можно считать своего рода ритуалом трансформации. По мере того как вы прогрессируете, старые идеи и представления отмирают, высвобождаются новые силы, позволяющие переходить на более высокие уровни мировоззрения. Считайте мастерство бесценным инструментом, помогающим пройти этот процесс трансформации.

Книга предназначена для того, чтобы поднять вас с нижних уровней на самые высокие. Она поможет вам сделать первый шаг – определить свою жизненную задачу, или призвание, и проложить путь к самореализации на разных уровнях. Вы узнаете, как в полной мере использовать период ученичества, применяя различные стратегии наблюдения и обучения, которые на данном этапе наиболее полезны; как находить лучших наставников; как разобраться в неписаных правилах поведения; как развивать социальный интеллект; и, наконец, как понять, что вы готовы вступить в следующую фазу – творческой активности.

Книга покажет вам, как продолжать процесс обучения на более высоком уровне. Вы познакомитесь с вечными, неизменными стратегиями креативного решения проблем, а также поддержания гибкости разума и развития способности к адаптации. Кроме того, вы поймете, как получить доступ к подсознательным и первобытным слоям разума; как противостоять неизбежным уколам зависти со стороны окружающих; какие силы можно открыть в себе благодаря мастерству и в каком направлении двигаться, чтобы обрести интуитивное чутье в выбранной вами области. Продвижение по этому пути облегчат особая философия и способ мышления, к которым вы приобщитесь.

Идеи, изложенные в этой книге, базируются на обширных исследованиях в области нейробиологии и нейрофизиологии, когнитивистики и психологии креативности, а также на анализе биографий многих величайших мастеров в истории. Среди них Леонардо да Винчи, мастер дзен Хакуин, Бенджамин Франклин, Вольфганг Амадей Моцарт, Иоганн Вольфганг фон Гёте, поэт Джон Китс, физик Майкл Фарадей, Чарльз Дарвин, Томас Эдисон, Альберт Эйнштейн, Генри Форд, Марсель Пруст, Марта Грэм, изобретатель Ричард Фуллер, джазовый музыкант Джон Колтрейн и пианист Глен Гульд.