Текст книги "Идеальное дело"
![](/books_files/covers/thumbs_240/idealnoe-delo-42825.jpg)
Автор книги: Роман Хаер
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Работа 7
Нормальная
Если ненормально —
Значит, все нормально.
Девиз дурдома
Очнулся я от удара в нос.
«Пытки продолжаются», – с ужасом подумал я и открыл глаза. Оказывается, обеспокоенный доктор Рязанцев просто дал мне понюхать нашатырный спирт.
– Нервы надо лечить, батенька, – улыбнувшись, сказал доктор.
– Наверно, – пробормотал я.
– Давайте-ка, я вам объясню, что собираюсь делать. А то вы больше неизвестности предстоящей пугаетесь, – предложил врач и после моего слабого кивка стал рассказывать.
Все оказалось очень просто. Доктору было необходимо снять небольшой участок эмали с зуба, чтобы при помощи биотехнологий вживить в зубную ткань крепление для протеза, которые он называл «замок». После того как надобность в протезе отпадет, замки будут сняты, а восстановить эмаль – дело получасового сеанса в медицинском регенерационном кресле при соответствующей настройке. От крепости зубов зависело, сколько замков необходимо для надежной фиксации протеза. Зубы у меня оказались отличные, поэтому на вставную челюсть хватало четырех замков. По два замка соответственно на верхнюю и нижнюю части. К этим замкам и прикреплялся зубной протез, имитирующий челюсть хищника. По ощущениям немного похоже на боксерскую капу, с условием, что эта бойцовая амуниция могла спокойно разделяться на две части. Сверление заняло буквально пару минут, вживление замков было чуть сложнее, но я уже безбоязненно вытерпел всю процедуру. Доктор несколько минут регулировал протез, а потом ловко вставил его мне в рот. Вставная челюсть была пока без клыков.
– Вам надо привыкнуть к новым ощущениям во рту. Первое время будет немного мешать, – сказал мне милый доктор, в своих смешных очках чем-то похожий на Айболита из детских стишков.
– Фпафиба, дофтог! – радостно сказал я, что означало: «Спасибо, доктор». Впрочем, врач меня прекрасно понял.
– Да не за что, – улыбаясь, ответил он. – Если потрогаете языком протез, на самом краю около коренных зубов с левой стороны, нащупаете небольшой бугорок. Его нажимать не надо…
Последнюю фразу доктор сказал поздно. Я уже нажал языком, после чего вставная челюсть (ладно хоть без клыков) с клацаньем отделилась от моих зубов и вылетела изо рта примерно на полметра. Мы со стоматологом бросились ее ловить, и это у нас получилось не совсем удачно. Поймать-то мы ее поймали, только одновременно. Вставная челюсть выскользнула из наших сомкнутых рук и взмыла вверх, а мы с доктором столкнулись лбами и отлетели друг от друга. Я снова упал в кресло пациента, обитое приятной для глаз малиновой кожей, а вот стоматологу повезло меньше. Бедный врач потерял равновесие и сел на пол. Зубной протез ударился о потолок и, повинуясь закону тяготения, упал прямо на доктора, снова стукнув его по лбу, а потом залетел прямо в мусорное ведро. Все выглядело как великолепная смесь бильярда и баскетбола.
– Батенька, вы прямо-таки ходячее бедствие, – пробормотал стоматолог, поднимаясь с пола и потирая шишку на лбу.
– Извините, – смущенно прошептал я, гадая, сразу ли из мусорной корзины вставят челюсть в мой рот или сначала помоют. Оба варианта мне не очень нравились, хотя второй был немного предпочтительнее.
– Ладно, хоть не готовый протез, – улыбнулся доктор в ответ на мои мысли. – Был бы уже с клыками – как миленький ходили бы с ним дальше. А это недорогая пластиковая заготовка, сейчас новую сделаю.
Повозившись около пяти минут, доктор соорудил новые вставные челюсти.
– Сначала техника безопасности. Интересоваться протезом при помощи языка сразу не надо, – сказал опытный врач, и я улыбнулся. – Перед тем как вытаскивать протез, расслабляете челюсть и приготовьтесь его поймать.
– Понял, – сказал я и с готовностью открыл рот, как птенчик в гнездышке.
После этого стоматолог ловко вставил мне протез и опасливо отошел на пару шагов, на всякий случай. Я потренировался в надевании и снятии предмета, доктор внимательно смотрел и с удовлетворением кивал.
– На сегодня все, батенька, – сказал наконец Рязанцев. – Я бы посоветовал пару дней протез снимать только перед сном. Вам надо к нему привыкнуть. Через два дня приходите, будет готово изделие уже с клыками.
– Фпафиба, дофтог! – искренне поблагодарил я, и добрейшей души человечище, прекрасный доктор Рязанцев (кстати, Рязань – мой любимый город!) прямо-таки по-отечески на меня посмотрел. После этого он дал мне футляр для хранения вставной челюсти, и я покинул стоматологический кабинет.
В приемной симпатичная (да что я говорю-то – очень красивая и добрая!) медсестра выбила кассовый чек (с несерьезной суммой за такой профессионализм), который я с радостью сразу же оплатил. Немного посидел в кресле, обитой прекрасной кожей цвета морской волны, прислушиваясь к непривычным ощущениям во рту, и потом в отличном настроении покинул стоматологию.
Как только вышел на улицу, зазвонил мобильник.
– Как прошло лечение? – участливо поинтересовался монгольский детектив.
– Ноано фо. Фыла софем не бофно, – ответил я, что переводится как: «Нормально все, было совсем не больно».
На лице Едигея отразилось удивление, а я обрадовался. Протез отлично защищал меня от назойливых звонков.
– Непонятно, – расстроенно сказал монгол.
– Да фо фут фефофяфнофо? Фот! Феня доффафи фяие фоняфие фне фюди! Фкока мофа ифдифафса фнаг бфыффалкефом? – выдал я длинную фразу, означающую: «Да что тут непонятного? Вот! Меня достали всякие звонящие мне люди! Сколько можно издеваться над джисталкером?»
– Непонятно, – еще более расстроенно произнес монгольский детектив.
– Фыфен геогу фомоф, – спокойно сказал я, и это должно было пониматься как: «Ничем не могу помочь».
– Я вам позже перезвоню, – догадался Едигей и, после того как я энергично закивал, с расстроенной миной прервал связь. Вставные челюсти начинали мне нравиться все больше и больше.
Немного поразмыслив, я отправился в офис к ребятам. Надо же проконтролировать их работу, ну или хотя бы создать видимость неусыпного контроля.
– Фывет псем! – громко сказал я, зайдя в комнату приятелей-предпринимателей, предварительно цепким взглядом просканировав потолок на предмет наличия рыболовной сетки. Дмитрий на меня попросту не отреагировал.
– Привет, Тим, – крикнул Александр, не отрываясь от гашекфона. – Не мешайся под ногами, хорошо?
– Венег фай, – сказал я Сане.
– Зачем тебе деньги? – спросил директор предприятия, по-прежнему не глядя на меня. Вот кому моя вставная челюсть совсем не мешала обмениваться со мной информацией. Пришлось снять протез и аккуратно сложить его в футляр. После этого я предстал перед другом во всей красе.
– Деньги мне нужны для работы! – рявкнул я так, что даже Дима на долю секунды оторвал взгляд от виртуальной бухгалтерии. Это – невероятное достижение, для меня во всяком случае. Саня оторвался от гашекфона и посмотрел на меня так, как какой-нибудь несчастный владелец киоска годов девяностых XX века смотрел на очередных рэкетиров. – Джон перевел аванс?
– Перевел! – горестно завопил начальник предприятия, и мне на секунду показалось, что сейчас он закричит: «Грабят!»
– Ну так в чем дело тогда? Делись давай.
Александр горестно вздохнул, залез в комп и перевел мне некоторую сумму. Проверив счет, я полностью удовлетворился результатом.
– О дружбе говорить будем? – деловито поинтересовался Саня с ужасно не понравившейся мне физиономией. Не иначе как новую каверзу друзья мне подготовили.
– Нет. Вы безнадежны, – струсил я и попятился к двери, готовый к любым неожиданностям. Только когда открыл входную дверь и почти вышел из комнаты, переведя дух, сказал: – Офисные крысы!
Вслед полетел пустой пластиковый стаканчик, но было поздно. Я закрыл за собой дверь и гордо сбежал. В коридоре вставил обратно челюсть (проходящая мимо стайка секретарш посмотрела на меня как-то не так) и покинул офисное здание.
После этого я направился в джисталкерский комитет. Пора уже было заказывать коллоидную маску, а я еще не проработал легенду пребывания в мире Ворк и даже не сделал окончательный выбор между орком и троллем.
В комитете очень долго консультировался со специалистами.
Для того чтобы выглядеть как нормальный тролль, необходимо постоянно носить что-то типа корсета, который немного ограничивает свободу движений. При этом нужна определенным образом сшитая одежда, которая создавала видимость удлиненных рук. Ну и двигаться как тролль еще предстояло научиться, хотя это особой сложности для меня не представляло. Но больше никаких расходов и неудобств маскировка под тролля не доставляла.
Маскировка под орка лишена таких неприятных моментов, но прикрытие стоит гораздо дороже. Мировой джисталкерский комитет провел довольно большую работу в мире Ворк и подкупил один обособленный тейп орков. Любой представитель этого тейпа совершенно не обращал внимания на незнакомых родственников и, мало того, всегда вступался за этих незнакомцев в любом споре или конфликте. Правда, это обходилось ежегодно в довольно крупную сумму.
Меня дороговизна не сильно испугала – все расходы взял на себя зулусский барон. Поэтому довольно быстро мы составили контракт, и я получил все необходимые сведения для легенды, согласно которой буду орком. Информации оказалось очень много, поэтому ее загрузили в трикет, естественно после того, как я произвел полную оплату по договору. Еще в трикет загрузили коррекцию языка северных орков, основного средства общения почти всей Той Стороны, так что после загрузки я буду говорить как типичный представитель тейпа срединных орков Грым, что переводится как «хищная мышь». Интересно, что это за зверь?
Покинув джисталкерский комитет, я позвонил в прокат одежды и сделал пару уточнений. Потом отправился в косметологический салон для джисталкеров. Говорят, раньше он назывался «Салон Джи-красоты», но потом название, над которым постоянно смеялись, решили изменить. Ну сами посудите – какая тут красота, к примеру, с такой мордой? И орки – это далеко не самый страшный внешний вид, который джисталкерам приходится примерять.
В салоне у меня быстро взяли необходимые анализы и сразу занялись изготовлением нужного препарата для изменения запаха. Потом долго читали лекцию, как я должен это химическое средство применять, о мерах безопасности и действиях по заметанию следов. Сложностей оказалось значительно больше, чем я представлял. Например, даже в туалет в мире Ворк на Той Стороне мне придется носить целую химическую лабораторию, чтобы запахи соответствовали. Под конец лекции меня заставили выпить первую дозу препарата. После этого я получил инструкцию по применению и большой график предварительного приема, четко по датам и дозам. Ну что ж, буду питаться исключительно этой противной химией. Через минуту после приема меня жутко затошнило, но пришлось потерпеть.
В том же салоне заказал коллоидную маску зеленокожего орка, согласно инструкциям, полученным в джисталкерском комитете. С заказом особых сложностей не возникло. Сказали, что будет готова послезавтра, и посоветовали немного походить в маске уже с клыкастым протезом для того, чтобы привыкнуть.
Завершив все необходимые на сегодняшний день дела, я отправился пострелять. Вилка продолжила мучить меня арбалетами. Впрочем, сегодня стрелять было значительно проще – я начал потихоньку чувствовать этот вид оружия. Главное в любом учении – не мешать организму обучаться. Я давно заметил, что мой организм гораздо умнее своего хозяина. То, что, по моему мнению, усвоить практически невозможно, организм через определенный промежуток времени обучается делать играючи. Впрочем, этот способ придумал не я. Говорят, что во время вьетнамской войны американцы брали молодых ребят и сажали их в вертолеты после двухнедельного обучения. Так вот, лучшие воздушные асы получались именно из такой бесшабашной молодежи. Они начинали гонять свои вертолеты, как нынешние мальчишки гоняют экстремальные велосипеды, особо ни о чем не думая.
Тяжелый арбалет я заряжал гораздо быстрее, передвигался под обстрелом куда более ловко и даже попал в Вилку два раза (правда, по-моему, это получилось случайно). Сдавать стал примерно через час, а ведь вчера полностью выдохся за полчаса.
– Делаем успехи, – похвалила меня «амазонка». – Теперь есть небольшой шанс, что перед тем, как тебя убьют, успеешь пару раз выстрелить.
В ее устах это была почти высшая похвала. Одно радовало – таких стрелков, как Вилка, очень немного. Поблагодарив своего гламурного тренера, я покинул стрелковый дворец «Лужники».
Потом я сходил поиграть в компьютерные игры. Настроение и самочувствие было отменное, и я решился снова попытать счастье в стратегию «крафт двадцать один». Удачно прорвавшись через предварительные отборы, я в четвертьфинале столкнулся с тем же геймером из Гондураса. Немного нервничая, начал игру, и через некоторое время мои войска просто разорвали оборонительные построения противника. Грамотно направляемые «зерги» просто смели его «протосов», да и тяжелая артиллерия у меня подросла значительно быстрее, так что я взял полноценный реванш. В полуфинале достойно проиграл компьютерному бойцу из игрового клана «Орков», между прочим, парню из рейтинговой сотни лучших мировых игроков «крафта». Это было очень почетное поражение, о котором сразу стало известно на всем компьютерном стадионе «Динамо», и мой негласный рейтинг среди геймеров немного подрос.
Из компьютерного клуба я вышел полностью довольный собой. Может, во всех сегодняшних удачах виновата вставная челюсть? Решил как можно дольше ее не снимать, если будет такая возможность.
Пришел домой, принял все необходимые процедуры – а мне никто так и не позвонил! Бесспорно, сегодня очень удачный вечер получился. Даже монгол меня не побеспокоил. Перед сном вытащил изо рта любимую вставную челюсть и нежно положил ее в футляр. Ценная вещь! На всякий случай отключил мобильник и завалился спать со счастливой улыбкой.
Работа 8
Удельная
Закрыл дело – гуляй смело!
Пословица следователей
Порадовало и утро следующего дня. Проснулся, как говорится, «с той ноги». Умылся, почистил зубы и сразу вставил зубной протез (больше для удачи). Потом выпил кофе (с протезом во рту это было не так просто), съел химию для запаха и отправился к Борису Кузнецу. Необходимо было закупать вооружение и средства защиты для предстоящего джипрыжка.
Борис Кузнец, помимо того что коллекционирует вооружение, владеет небольшой суперсовременной кузницей, которая находится недалеко от «Октябрьского поля». Для любого задания все необходимое постоянно покупаю у него. Правда, и берет он за свои шедевры очень неплохие суммы, но нельзя экономить на самом себе. Насколько я знаю, хорошее оружие никогда не стоило дешево. Еще Кузнец в данном случае привел клиента, и неплохо было бы получить о нем хоть какие-то сведения.
Когда я вошел на территорию кузницы, Борис творил. Невысокий и необыкновенно широкоплечий Кузнец легко ворочал пудовым молотом, как будто в его руке находилась пластиковая подделка, а не железо. Одет Кузнец был в неизменную оранжевую спецовку с многочисленными карманами, набитыми разнообразными приборами и приспособлениями, а ноги, обутые в унты полярных летчиков, упирались в бетонный пол, как два могучих столба. При росте чуть за полтора метра Борис умудрялся выглядеть как гранитный утес.
– О, Тимчик, приветик! – пропищал Кузнец, перестав стучать по наковальне. – Давненько тебя жду, что-то ты задержался.
– Фыфет, – поздоровался я и только потом вспомнил о вставной челюсти во рту.
– Чего? – удивился Борис, никогда раньше не замечавший за мной нечеткости речи.
Я вытащил протез изо рта, положил его в футляр под удивленным взглядом кузнеца и вернулся к разговору.
– Привет, говорю. Да, клиент озадачил, – объяснил я. – Столько всего нового пришлось осваивать, вот зубной протез, например. Кстати, расскажи мне о Джоне что-нибудь, если это не правительственная тайна.
– Меньше знаешь – крепче спишь, – отрезал коллекционер. – Опять в мир Ворк дорожка лежит?
– Угу. Ладно, понял по поводу твоего барона, – не стал настаивать я. – Давай тогда веди в закрома свои.
– Это завсегда пожалуйте! Милости просим, гости дорогие! Не побрезгуйте угощением – только денежку приготовьте заранее! – радостно пропищал Борис.
– Веди уж, кровопивец, – горестно сказал я и пошел за Кузнецом.
Коллекционер шел впереди и радостно ухмылялся в предвкушении сверхприбыли.
Сначала мы заглянули в отдел холодного оружия. Коллекция ножей и мечей почти не пополнилась, пара новых шедевров, каждый стоимостью с хороший звездолет, не в счет. Борис сразу же забыл про меня и стал поправлять на миллиметры все предметы своей коллекции. Пока каждый не потрогал – не успокоился. Впрочем, я был к этому морально готов и терпеливо ждал. После того как приступ аккуратности прошел, наступил черед жадности. Кузнец ревниво взглянул на меня, попытался прикрыть спиной последний предмет своей коллекции, как наседка в курятнике прикрывает цыплят, и сварливо сказал:
– Коллекционное даже не проси. Не дам!
– Да не надо мне, успокойся. Такой же мечик, как в прошлый раз, меня вполне устроит, – успокоил я Бориса, после чего его лицо мгновенно приобрело добрейшее выражение.
– Это завсегда пожалуйста! Только подорожало немного.
– Подешевело, говоришь? Не может не радовать!
– Подорожало, говорю!
– Ну я и говорю – подешевело…
Так мы препирались еще минут десять, под конец сошлись на той же цене, что и в прошлый раз. Зал холодного оружия я покинул владельцем полуметрового меча с удобными наспинными ножнами, режущие кромки которого были усилены противоударным керамическим покрытием. Клинок был отлично сбалансирован и практически ничем не отличался от того меча, с которым я путешествовал в прошлый раз.
После этого прошли в зал с коллекцией дальнобойного оружия. Там приступ аккуратности и затем жадности повторился. Я терпеливо переждал стихийное бедствие, и мы приступили к торговле.
– Давай тот лук, я к нему привык, – попросил я Бориса.
Кузнец немного помялся, а потом ошарашил меня:
– Нет того лука, разобрал.
– Вот ты даешь! Отличное же оружие!
– Для тебя – не спорю, а вот для других – не уверен, – расстроенно сказал Кузнец. – После тебя я его еще два раза пристроил. Первый раз он палец начинающему джисталкеру отрубил, а во второй раз система подачи заклинила. Клиент неправильно руку с браслетом держал. Чуть не убили его.
– И что теперь, мне от чужого непрофессионализма страдать? – огорчился я.
– А мне что – исключительно под тебя оружие делать? Я так разорюсь, – вполне резонно парировал Борис.
После этого мы немного помолчали, каждый задумался о своей тяжелой доле.
– А что есть в наличии, по характеристикам похожее? – прервал молчание я.
– Есть, не плачь только, – успокоил меня Кузнец. – Арбалет сварганил. Не арбалет – пулемет!
– Тяжелый небось, – засомневался я.
– Вот обидел, это у меня-то? По последним технологиям исполнен!
– Ну, тогда выглядит как космический челнок. А мне в Средневековье с ним…
– Опять обижаешь! Как ископаемый мамонт смотрится!
– Покажи хоть…
– За показ денег не беру, – радостно сказал Борис, уверенный, что я у него на крючке. – Минутку постой, часа два назад его доделал – сейчас как раз на тест-аппарате гоняю.
Борис вывел меня из своей бесценной комнаты с оружием (не доверяет, подлец такой) и усадил на стул в ремонтной мастерской, а потом убежал куда-то. Через пять минут он вернулся, держа в руках арбалет, который я ни за что не отличил бы от взятого как трофей после боя с троллем.
– Вот! Только профессионал-коллекционер сможет отличить от твоего, – гордо сказал Кузнец и стал объяснять мне устройство и принцип работы шедевра собственного изготовления.
Арбалет действительно оказался очень неплохой вещицей. Не пулемет, конечно, но что-то близкое к этому.
Во-первых, он действительно оказался достаточно легким, при этом выглядел почти как средневековые громоздкие модели. Размерами арбалет был немного меньше оригинала, и это создавало дополнительные удобства при ношении за спиной. Оружие, снабженное ремнем, носилось за плечом, как автомат Калашникова.
Во-вторых, арбалет позволял стрелять почти очередями. Этот эффект достигался при помощи все тех же силовых полей. Магазины с болтами (по тридцать в каждом) удобно пристегивались к ложе арбалета и не мешали вести прицельную стрельбу. При выстреле болт из магазина подается в желоб простым механизмом, работающим от движения плеч при выстреле, и надежно удерживается там силовыми полями. Стрелять из этого оружия можно в любом положении. Натяжение тетивы осуществляется тоже силовыми полями, если перевести небольшой замаскированный переключатель в крайнее нижнее положение. Скорострельность меньше, чем у порохового автоматического оружия, но четыре болта в секунду при зажатом спуске – для арбалета очень неплохой результат. Правда, держать арбалет в руках при такой стрельбе совсем непросто, но возможно – Кузнец изменил конструкцию ложи, и оно очень удобно удерживалось в руках. Болты небольшие, размером с сигариллу, но это компенсируется скоростью их полета.
Если переключатель стрельбы, замаскированный под инкрустацию костью на ложе арбалета, передвинуть в среднее положение, то оружие стреляет одиночными болтами, но натяжение тетивы по-прежнему происходит силовыми полями почти мгновенно. Борис учел технику безопасности, отсутствующую на луке, и весь ход тетивы защитил силовым полем, так что опасности для неосторожных стрелков арбалет не представляет. Хотя я считаю, что это излишняя предосторожность.
Для маскировки существует верхнее положение переключателя стрельбы. Силовые поля полностью отключаются, и натяжение арбалета происходит при помощи ворота. Стрелять в этом положении можно, только если плечи арбалета расположены параллельно поверхности.
Прицельная дальность оружия составляет примерно пятьсот метров, но мне, думаю, этого хватит за глаза. Естественно, силовые поля включаются, когда сенсор, инкрустированный под украшение из кости, идентифицирует отпечатки моих пальцев. Так что я собирался отправиться в средневековый мир, вооруженный фактически автоматом. Правда, как оправдываться, если кто-нибудь увидит это оружие в действии – я не знаю. Совру что-нибудь про магический трофей.
Потом Борис поводил меня по остальным своим отделам, и в каждом я оставлял на его счете определенную сумму, а мой багаж становился все тяжелее и тяжелее. На этот раз с выбором я особо не мучился и брал все то, что сослужило мне неплохую службу, когда я работал на человеческой стороне мира Ворк. Наконец, закупив все, что запланировал, я встал во дворе кузницы, как осел торговца, загруженный товаром перед началом рыночного дня.
– Заходите, гости дорогие! Наш товар – ваш купец! – зачем-то вспомнил Борис свадебную поговорку, после чего я недоуменно на него уставился.
– Угнетатель, – только и смог буркнуть я и покинул гостеприимную кузницу грабителя-коллекционера. Зулусский барон – ребенок по сравнению с нашим Кузнецом.
Разгрузившись в офисе у ребят (они, естественно, меня не заметили – так были увлечены работой), я взял арбалет и отправился пострелять, так сказать – произвести полевые испытания. Вилке арбалет абсолютно не понравился.
– Это не арбалет – это пулемет! – гневно сказала «амазонка», вкладывая в эти слова совершенно другой подтекст. У Кузнеца сравнение с пулеметом прозвучало как серьезное достоинство. – С ним к тренерам автоматического оружия иди. Я эту мерзость даже в руки не возьму!
– Вик, ну хорошее же оружие, – попробовал я уговорить своего расстроенного тренера. – Совсем чуть-чуть усовершенствованный арбалетик.
– Ты бы еще ко мне с бластером заявился. Все, уматывай к Батяне. – Вилка была непреклонна и молча переписала мой талон. Ладно, подарю ей что-нибудь потом – простит.
Серега, наоборот, очень заинтересовался изобретением Бориса.
– А магазины крепятся совсем как диск у ППШ! – восторженно сказал Батяня, когда я продемонстрировал ему арбалет. – Иди пока переоденься, а я посмотрю оружие.
Когда я вернулся в форме младшего лейтенанта, гвардии сержант Красной армии уже вовсю стрелял по андроидам.
– Отличная вещица, – констатировал Серега, вдоволь настрелявшись. – Очень помогла бы в диверсионной работе. Хорошо, что у фашистов таких арбалетов не было на вооружении.
После этого Серега стал обучать меня тонкостям стрельбы из автомата. В этом он тоже профессионал высочайшего класса.
После занятий я отправился домой. В подъезде произошла странная история. У симпатичной соседки снизу есть кокер-спаниель. Обычно мы вежливо здоровались при встрече, и я чесал собачонку между ушек. В этот раз, увидев меня, песик завыл, описался прямо в подъезде и спрятался за хозяйку. Мы с девушкой недоуменно взглянули на спаниельчика, и я прошел мимо, даже не поздоровавшись. Дома я с ужасом обнаружил, что хочу сырого мяса. Это напомнило мне о необходимости принять следующую дозу химии, от которой меня тошнило уже не так сильно, как поначалу.
В тот день больше ничего интересного не произошло, ну разве что позвонил монгол, но я в тот момент очень удачно вставил зубной протез, так что разговора не получилось. Кстати, вставная челюсть есть мне уже не мешала, но по-прежнему в ней неудобно было разговаривать.
На следующий день сходил к стоматологу и забрал готовый протез с клыками. Привыкать к нему предстояло снова – клыки торчали изо рта, и губам поначалу было очень неудобно. Одно меня немного расстроило – счастливую вставную челюсть без клыков доктор отобрал.
В косметологическом салоне мне вручили коллоидную маску и чуть подкорректировали график приема химии. С кожей тела вопрос решили достаточно просто. Перед отправкой мне надлежало принять ванну с растворенной в воде краской, после чего моя кожа приобретет нужный цвет на пару-тройку недель. Краска несмываемая, так что, когда возвращусь, надо будет принять ванну с нейтрализатором – и я снова стану белым человеком. Примерив маску вместе с клыками, я сам себя испугался. Из зеркала на меня глянула жуткая орчья физиономия зеленоватого цвета. Если бы я встретил такую рожу в мире Ворк, то не сомневался бы и доли мгновения, что передо мной орк. По улицам Москвы идти в таком виде не стоило, я упаковал вещи в небольшой чемоданчик и отправился по делам. Собаки на улицах при виде меня с тихим воем прятались за хозяев, а когда я проходил мимо, начинали истерично лаять вслед. Впрочем, я к этому быстро привык.
В ресторане заказал бифштекс с кровью, хотя обычно предпочитаю хорошо прожаренное мясо. Съел с большим удовольствием, аккуратно пользуясь вилкой и ножом. А так хотелось отбросить столовые приборы и впиться зубами в нежную плоть, истекающую невероятно аппетитным красноватым соком!
Дома надел вставную челюсть с клыками и коллоидную маску. Попытался говорить – получалось не очень хорошо. И тут в голову пришла гениальная мысль – разговаривать на языке северных орков. Дело сразу пошло на лад. После загрузки диалекта моего тейпа Грым при помощи трикета я говорил как деревенщина. С этим могут возникнуть сложности – провинциалов чаще пытаются обмануть. Впрочем, при необходимости я мог говорить на научном оркском.
Когда я репетировал произношение сложных оркских фраз, позвонил мобильник. Звонил монгол, по которому я даже немного соскучился.
– Грр ахр, рангрр-а, – вежливо сказал я Едигею, что в переводе означало: «Привет тебе, наемник». Понятия «частный детектив» в мире Ворк пока не существовало.
– Сабдык![1]1
Сабдык – дух земли в монгольской мифологии. Низшими сабдыками могут стать души людей, при жизни умевших насылать порчу. Люди сабдыков почти никогда не видят, но если уж человек заметит сабдыка – это к несчастью. Сабдыки обладают человеческим телом с головой мыши, крысы или сурка, так что, почему Едигей принял орка именно за сабдыка, непонятно. (Примеч. авт.)
[Закрыть] Чур-чур! – испуганно воскликнул монгол и дал отбой.
«Он что, орков никогда не видел, что ли?» – подумал я и вслух произнес эту фразу по-оркски.
Кстати, расскажу одну лингвистическую особенность – в языках обеих Сторон нет как самоназвания, так и названия врага. Себя и люди, и хищники называют «мы» или «Эта Сторона» – и это весьма приблизительный перевод. Правильнее было бы сказать: «Наша Сторона, единственная верная, и мы горды тем, что мы такие!» Причем и у тех, и у этих смысл примерно один. А вот в названии врагов имеется некоторое различие. Слова схожи и переводятся дословно как «другие» или «Та Сторона». Люди и союзники в эти слова вкладывали смысл: «С Той Стороны стены порядка, зверье грязное (дикое)». А орки и компания: «Обратная Сторона медали доблести, слабая добыча (дичь)». Вот так непросто обстоит дело. Для облегчения восприятия впредь я буду называть хищников «Та Сторона», а людей «Эта Сторона» – исключительно для того, чтобы не путаться.
Жизнь покатилась по колее. Тренировки, игры и снова тренировки. Пару раз звонил монгол, но я от него удачно отделывался. Дней через пять я уже не замечал маску и протез с клыками и разок случайно вышел из дому в обличье орка мира Ворк, вызвав переполох у дворовых бабушек и массу веселья у местной детворы. По-оркски говорить протез мне уже совершенно не мешал, да и на языке Этой Стороны я говорил как толмач. Теперь я понимаю, почему представители Той Стороны плохо говорят на человеческих языках – сильно мешают клыки.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?