Текст книги "Обещания темноты"
![](/books_files/covers/thumbs_240/obeschaniya-temnoty-99008.jpg)
Автор книги: Роман Проксима
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
При выходе Джон заметил хорошо прикрытую дверь, в том самом тусклом коридорчике, где их встретила Люси.
– Куда ведет эта дверца? – спросил он у их спутницы.
Люси ответила:
– Это дверца ведет в самое, пожалуй, печальное место на свете. Там находятся все наши стремления, желания, которые не смогли пробиться в жизнь, и то, что мы, в данном случае я, хотим забыть.
– Иными словами – кладбище, – вмешался Трон.
– Верно подмечено, лейтенант! – подмигнула ему Люси.
Верона уже повернул ручку и толкнул эту дверь, но Люси подпрыгнула вплотную к Джону и выхватила ручку.
– Нет. У всех есть тайны. Этот хлам ни к чему. Он даже мне не нужен. Это как атавизм на теле.
– Порой, атавизмы подчеркивают оригинальность человека. Что же так категорично? – Трон поддержал Джона, хотя уже знал, что из этого ничего не выйдет. Секрет есть секрет. Он должен быть скрытым. И пока этот атрибут за ним сохраняется, он обладает специфической силой.
Друзья вышли, наконец, из номера отеля, в котором располагалась Люси, и направились к выходу. Либетт предложил поискать тех, кто сможет помочь им в борьбе. Все, что выяснили друзья, так это что синий туман очень подвержен воздействиям света и огня. Этим они поделились с Люси. Но, вся беда была в том, что в этом жутком пространстве было очень мало яркого света. Не говоря уже об огне, источников которого у Джона осталось совсем немного.
Они шли втроем по городу, заходя в некоторые дома, которые оказывались или отелями, или местами ожидания распределения. Но души в ожидании не проводили время скучно – все в таких домах выглядело как наложение фантазий множества людей, соприкасающихся общими идеями. Их фантазии лишь не обретали столь громадного размаха, как в отдельных номерах-мирках, в этом и была разница.
Думая обо всем увиденном и восхищаясь пестротой мышления человеческого разума после смерти, Верона сожалел о том, что это лишь иллюзия. Большинство из этого он никогда не видел в реальной жизни, и никогда такое не могло быть. А может, могло? Что же мешало воздвигать людям такие величественные здания, как здесь, города, с широкими улицами и разреженным градостроительством? Экономия, целесообразность. Но дело было даже не в этом. Джон видел, как парнишка прыгнул с парашюта, и, приземлившись, радовался этому поступку, говоря, что никогда в жизни так не делал. Или мужчину средних лет, шедшего за руку со своей девушкой, которая в действительности никогда не была с ним. А что же он сам не пришел тогда к Люси?
– О чем задумался, медиум? – спросил его Трон, после того, как они миновали очередной отель с непонятным названием «Обещания праздности».
– Да я подумал… Я тут вспомнил. Был выстрел. В комнате Люси и Фрэнка. А Люси оказалась умершей…
– Нет, – перебил его Либетт, – он не мог этого сделать. Сам посуди, Люси нас не помнит. Значит, это была не она.
Джон на секунду притормозил и сказал:
– То есть ты хочешь сказать, что мы разговаривали, шли вместе по лесу и ночевали в хижине, накануне всей этой заварушки, с Люси, в которую вселилась злая душа, и вела ее за нос? Если она ничего не помнит, не значит, что ничего не было. Ты не умирал, Трон. Ты не знаешь, как оно на самом деле.
– Ха! А ты у нас спец по этой части! Умирал по пять раз на дню! Ты тоже ничего не знаешь про это. Я вообще имел ввиду, может, это какая-то другая женщина выдавала себя за Люси и пыталась проникнуть в наш отряд, ради своей выгоды.
– Интересно, зачем же это? Что такого чудесного в гулянии по городу, где обитают умершие души, желающие вывернуть все внутренности первому встречному.
– Ну ты же слышал выстрел. Может, она хотела убить Фрэнка. Или даже всех нас.
Эта версия очень гармонично вливалась в развитие дальнейших событий. А ведь это могло быть правдой. Псевдо-Люси проникла в штаб, завоевала доверие, придушила бдительность и убила всех членов отряда спасения. Как какой-нибудь псих, желающий помешать друзьям в их миссии и распространить хаос по всей Земле.
Но размышления Джона прервал высокий возглас Люси:
– Да вы что такое несете! Я никого не убивала. Никто в меня не вселялся. Я умерла уже давно. Я помню все, последний день, ночь, тот проулок и грабителя, который подошел ко мне и… убил. Потом проводника, и как за меня пожертвовал молодой человек, которому я помогла выбраться из-под обломков. А если вы говорите, что я была с вами – то это неправда. Я не помню тебя, Трон, честно. Это была не я.
– Нет… Это была не ты. Но все же так похожа. Темный близнец, – Джоном овладел легкий ужас, когда он вспомнил, как видел перед собой ту самую Люси Брин, он разговаривал с ней. Это не могла быть не она. Это было похоже на розыгрыш.
– Давай попробуем найти того, кто бы нам помог разыскать наших друзей. Фрэнк точно в курсе всех событий. Он был там. Оставим эту историю на потом, – Трон взял контроль в свои руки и двинулся к очередному зданию. На этот раз оно было одноэтажным и на нем не было никаких вывесок названий отелей, и на зал ожиданий похоже не было. – Ну вот. Вроде бы начинает везти. Заглянем внутрь.
Внутри действительно все выглядело по-другому. Джону сначала показалось, что они попали в очередное новое измерение – из-за полной присутствующей здесь тишины. Очень тихая зала не издавала ни единого звука. Даже звуков шагов по полу не было слышно.
Друзья прошлись немного по пустынному белому коридору. Джон слышал дыхание Люси Брин, и его сердце забилось сильнее. Странно, что он еще чувствовал его биение. Ведь здесь человек не жив. А может, потому что он сам находился в коме, и для него все по-другому? Но Джону казалось, что он здесь находится на равных правах со всеми, он считал себя полноправным гражданином этого загробного города.
Но как бы то ни было, в одном Верона был уверен точно – единственное, манящее его без остатка было глубокое желание быть рядом с Люси. Она манила его все время. Сначала, Джон думал о Люси, когда попал сюда больше, чем об остальных членах отряда. А теперь, увидев ее при встрече, Верона совсем потерял спокойствие.
Наверное, это было нездорово. Ведь он был жив по определению, а она – нет. И все же, стук сердца Люси особенно громко звучал у него в висках. Любовь к этой прекрасной утонченной фигуре и восхитительно острому уму вновь проснулась в подсознании медиума. И воспоминания своим заточенным лезвием пронзали голову Джона снова и снова.
Вывел его из транса тихий стон, раздавшийся поблизости, за стеной в соседней комнате, куда направлялись сейчас трое друзей. Трон шел спереди, не спешил. За ним шла Люси, а Верона пропускал ее вперед, чтобы дать себе возможность лишний раз полюбоваться ее красотой. Красотой тела души. Если можно так выразиться. Джон ухмыльнулся своим мыслям, и в этот момент, совершенно неожиданно раздался голос позади них, что Люси ахнула.
– Вы совершенно точно выразились, мистер Верона. Будьте уверенней в своих мыслях, и тогда вы сможете ими управлять, – слова произнес мужчина, вышедший из дверного проема примыкающей комнаты.
Он был довольно высокого роста. Все тело его покрывала одежда. Лишь часть лица в районе глаз была доступна обзору. Морщинистая бледная кожа органично вписывалась во внутреннюю обстановку всего здания. Неровные белые стены вторили внешности этого человека. Единственное, что было не так – его глаза.
– Вы пришли сюда за ответами. Но что будет, если я вам все расскажу? – мужчина, сгорбившись, говорил игривым голосом сквозь мантию, прикрывающую его рот. Его глаза переливались несколькими оттенками зеленого, в зависимости от поворота головы.
– Нам надо понять, как победить синий туман, – сформулировал предельно просто проблему Трон.
Человек с переливающимися на свету глазами не стал отвечать, а посмотрел на Джона, который хотел задать другой вопрос. Действительно, Верону интересовало совсем не то, что раньше. Да, он готов был ринуться в бой, пожертвовать своей душой, если будет угодно, чтобы спасти загробный мир от вторжения, но раньше. Насмотревшись на чудеса здешних обычаев, и на людей, он начал думать о совсем других вещах.
– Помогите нам найти наших друзей.
Незнакомец снял балдахин, обнажив седую голову с густыми волосами, и сказал:
– Многие, в отчаянии или от нечего делать, призывают о помощи здесь. Они просят о том, что им необходимо, или пытаются понять, что происходит – ведь не все могут смириться со смертью. А когда они получают от меня что им надо, то не могут ощутить чувства насыщенности. Они не чувствуют победы. Им это больше не надо. Но найти меня во второй раз невозможно. Вам выпала возможность использовать мои знания ради своих целей. Мне не нужно знать, зачем это вам надо, я незаинтересованное лицо. Существовать я смогу везде. Я помогу найти ваших друзей, и победить туман я покажу способ. Но тут проблема не в том – как? А в том – зачем это? Разве вы действительно способны победить ход событий и остановить машину смерти, которая запустила свой механизм и не сможет уже остановиться? Это ваш выбор. Так сделали вы его?
Монолог незнакомца спровоцировал тишину. Никто из друзей ничего не говорил. Мужчина угадал мысли Джона. А может, прочитал. Все, что наболело у Вероны за последнее время – то, что этот мир был совсем чужд ему, и патриотизм не работал, сколько бы Джон его не оправдывал. А найти Фрэнка, Андрея и вырваться отсюда было сейчас первостепенным планом. Но Джон пока не говорил об этом Трону. И с Люси надо было, к тому же, что-то решить. Она, похоже, что умерла. Но это не укладывалось у него в голове.
– Послушайте, у Люси же есть тоже право на желание?
– Да. Разумеется. Вас же трое здесь, – улыбнулся незнакомец.
Джон позвал друзей отойти в сторону.
– Слушайте, Люси может спросить, жива она или нет, или, кто выстрелил тогда в комнате Люси и Фрэнка.
– А, может, два вопроса? – предложил Либетт.
– Нет, господа. Если будем бесконечно спрашивать друг у друга, кто есть кто в этом мире, то уйдет целая вечность. А время дорогая штука, не каждый позволяет себе им разбрасываться, – мужчина говорил, стоя в шагах в двадцати от них, и слышал, что они говорили между собой.
Трон предложил хорошую мысль:
– Тогда зададим взаимоисключающий вопрос. Скажем, убили ли Люси тем выстрелом в комнате?..
Джон перебил его рассуждения:
– Ответом будет «нет». И что нам это даст? Нет, мы найдем Фрэнка и спросим у него лично.
Но в это время Люси Брин уже задала свой вопрос незнакомцу:
– Смогу ли я вернуться в свое тело и быть живой?
Джон не успел уследить за ловкостью их спутницы и теперь с досадой ожидал ответа. Ему показалось, вопрос был немного неправильным. Хотя, ответ тоже мог оказаться значимым.
– Это маловероятно. Но все же – да, – ответил мужчина с седыми волосами.
Это погрузило Джона в неимоверный восторг. Он подлетел к Люси, схватил ее за плечи, потом обнял и закричал прямо в лицо незнакомому провидцу:
– Она жива? Она жива! Ответь мне, она жива?
– Мистер Верона. Давайте я лучше покажу вам, как найти ваших друзей.
Но Джон разгорячился, и не смог остановиться:
– Нет! Отвечай. Как ее можно вернуть.
Лейтенант отодвинул Верону подальше, пытаясь закрыть ему рот. Но Джон все сильнее разъярялся. Он чувствовал сильный импульсивный скачок крови в висках. Его не интересовало ничто – ни эта глупая затея спасения, ни эти правила одного желания. И друзья, которые неизвестно где… Фрэнк, Андрей. Их надо вызволять.
– Ладно, я не хочу знать, жива она или нет. Скажи, как нам найти наших товарищей и как победить синий туман, – Джон успокоился. Виски больше не пульсировали. А Люси обняла его и понимающе улыбнулась.
– Не переживай. Мы найдем способ. Даже если мы будем знать, это еще не значит, что получится.
Но от слов этой милой женщины, которая теплом своих объятий прогнала прочь спутанные мысли, Джону легче не стало. Он все еще боялся потерять ее. Эта навязчивая мысль сохранить во что бы то ни стало жизнь Люси, всплывала каждый раз, как только Верона думал о чем-то другом.
Джон посмотрел на свою сильную женщину из прошлого. Из далекого прошлого, которое не вернуть ни под каким предлогом. Верил ли он, что незнакомец говорит правду. Пусть даже он прав, и Люси сможет победить и вернуться, но вернется ли та самая девушка, способная одним взглядом вернуть смысл в бессмыслицу и восполнить надеждой безнадежного Джона. Кто мог знать? Может, этот проходимец, которому не было дела до них, и до чего-либо другого? Не узнаешь, пока не попробуешь.
– Ну что, леди и джентльмены, готовы к поиску ваших друзей мистера Муна и мистера Волохова? – подзадоривал мужчина и подошел к стене.
Он выглядел достаточно старо, но двигался как крепкий взрослый мужчина, не раз применявший физическую силу. Провидец провел по стене, поискав самую выпуклую форму, и выцарапал небольшой камушек.
– Видите ли, в своем промысле я знаменит для многих, но никто не знает, как меня зовут. Очевидно, для вас интересно будет знать это, но это я расцениваю как отдельное желание. А кому охота его тратить на такую глупость?
– Слушай, ты, джин всезнающий, – Трону надоели правила, которые исходили не от его руководства. Верона почувствовал, что гордыня лейтенанта будто бы была испещрена глупыми необоснованными приказами неуполномоченного лица. – Сам рассуждаешь о экономии времени, а говоришь нам вещи, которые все равно бесполезны. Для нас, для тебя. Говори уже по делу, и мы пойдем дальше.
Провидец положил камень в карман и произнес:
– Я не обязан вам ничего говорить или делать. И за свои старания беру немного. Лишь маленькая шалость – поболтать. Меня зовут Яаголь. Вам можно простить пару лишних желаний. Хоть вы сами и не знаете, что вас ждет. Я уже все знаю. Люси Брин жива, находится так же, как вы все, в коме. Но вернуть ее почти невозможно. Больше на эту тему я не буду говорить, – Яаголь поднял руку вверх, когда Джон попытался порасспросить побольше. – Ваши товарищи находятся на равнине у горы. Найти их вы сможете по этой карте, – провидец протянул Люси кусок доски с пола, на котором только что начертал небольшой маршрут мелом. – А победить синий туман можно лишь используя то, что они никогда не видели, – и провидец со странным именем Яаголь запустил руку в карман, достав тот самый камень, который он отковырял от стены, и протянул его Джону.
– Что это? – спросил Либетт.
Но Яаголь исчез. «Какой странный человек. А может, и не человек вовсе. Кто знает, кто жил раньше. А ведь он может все знать. Одного вопроса явно мало» – думал про себя Джон, а сам мысленно его благодарил за помощь.
Верона разглядывал камень, но не мог понять, как он действует. Вроде обычный белый ничем не примечательный булыжник. Но он был гладко отполирован, не смотря на то, что был выцарапан из стены. Белый, глубокий, красивый… Джону камень начинал нравиться.
– А ну-ка, отдай сюда! Ты еще съешь его, – Люси заметила, как Верона жадно смотрел на камень, вцепившись в него руками как за сокровище. Она с силой отняла его и не давала обратно.
– Мне дали камень, не тебе. Ты не поймешь, что с ним делать. Вы женщины в таких делах не разбираетесь.
– Да ну? – Люси безразлично посмотрела на камень. – Ну вот выйдем наружу, я его тебе отдам. Пойдемте отсюда. Я думаю, никто не появится здесь больше.
Друзья отправились к выходу. Из двух комнат во всем доме невозможно было не выйти. Трон скрылся за дверью. Люси уже открывала дверь, когда Джон подошел к стене и жадно вцепился в нее руками.
Непреодолимое желание заполучить камень с волшебной стены поглотило разум Джона. Он не мог устоять перед соблазном дотронуться. Что-то успокаивало его, придавало сил и наделяло слабой эйфорией. Как наркотик, попавший прямо в душу. И ничто не могло быть важно сейчас – ни спасение мира, ни спасение друзей, ни Люси. Лишь прожигающая жажда стать этой стеной. И быть здесь всегда. Уродливые неровности очень точно повторяли контуры ладоней. Но внезапно Джон почувствовал, что сердце стало биться значительно медленней, и он понял в том нечто нездоровое.
Он отпрянул от стены и повернулся к двери. Люси стояла, по-прежнему, в дверях и настороженно посмотрела на него. Она не произнесла ни слова, лишь позволила Джону выйти первым.
Напряжение, которое возникло в дверном проеме, невозможно было не почувствовать. Тогда Верона произнес:
– Хорошие стены, прохладные. Я уже вспотел от этой всей истории.
– Ну да, ну да. Если хочешь об этом поговорить, я устрою тебе сеанс. Может, кое-что еще о тебе узнаем, – Люси улыбнулась и подмигнула бровями.
Он вспомнил ее сеансы, на которые Джон, может из любопытства, соглашался. Он не очень любил копаться в себе, точнее, вовсе не любил. Джон такой, какой есть. И он любил воспринимать себя как данность. Плохой, хороший – он Джон Верона. Это помогало ему жить и общаться с людьми. А Люси заставляла его вспоминать прошлое, становиться добрее, отзывчивее, мягче. Да разве он не был отзывчивым? Да Джон сама доброта! Резкость, придающая ему сил сражаться с этим миром, постоянно не нравилась психологу-стажеру, которой тогда была его девушка.
И вот сейчас, она отблеском прошлого стояла перед ним и просила его сделать ненужные, по его мнению, вещи – копаться в своей сущности. Пусть лучше это сделает Трон. До боли знакомый, родной. Как брат, или он сам в другом теле. Джону очень нравился лейтенант. Его прямота, целеустремленность и простодушие. У Вероны частенько в последнее время складывалось такое чувство, как будто он знал этого бравого солдата очень давно. Может, потому что ему часто приходилось работать с такими людьми как Трон. Джон не знал, но был беспредельно рад тому случаю, что именно с ним он встретился первым. С Люси он хотел увидеться. И даже очень. Но тогда, наедине, пришлось бы долго наверстывать упущенные годы.
– Что ты на меня уставился? Я не буду твоим мужем. У меня, к тому же, девушка был. бу. есть! – Трон отошел в сторону от прищуренных глаз Джона, а тот засмеялся и напал на него в шуточной борьбе.
– Мальчишки, – покачала головой Люси Брин и повернулась обратно к дому. Но на его месте была лишь парковка. Пустая заросшая парковка. От дома не осталось ничего.
Что-то странное начало происходить с камнем, который им вручил Яаголь. Джон заметил изменения, находясь в цепкой ловушке лейтенанта, и вырвался из нее с трудом.
– Послушай, Трон, там с камнем… с камнем! Что-то с камнем…
Либетт отпустил его, посмотрев на камень. Он изменился. Люси с удивлением подняла поближе к глазам. И мужчины увидели в нем себя.
Как только камень оказался на свету, падающего с тусклого фонаря, он начал светиться. И чем дольше камень находился под светом, тем ярче испускал его сам.
– Он заряжается! – догадалась Люси.
– Мы сожжем эту нечисть. А помогут нам в этом местные жители, – Джону надоело бродить вокруг да около. Он захотел просто исполнить приказ. Уничтожить – значит уничтожить. – Люси, ты остаешься здесь. Разыщи того, кто готов помочь. Нужно использовать свет от солнца, или как тут называется эта лампочка. А мы с Троном отправляемся искать Фрэнка и Андрея.
Люси смотрела на него взволнованно, не соглашаясь с ним ни одним мускулом или черточкой лица. Ее встревоженную мину Джон наблюдал уже в который раз. Она запомнилась ему последней перед тем, как в глазах начало темнеть. Еще чуть-чуть, и он провалился в сон, упав на пыльную землю.
Глава 8
Сон свалил Джона куда-то далеко в прошлое. Верона видел себя ребенком, живущим с отцом в небольшом домике тихого района Силвер Сити. Здесь никогда не бывало ничего примечательного, и маленький Джон всегда сбегал в другой район, чтобы поиграть с друзьями. Они любили тайком пробираться в различные здания и играли там, когда было холодно. А летом они постоянно наблюдали за звездами с крыш высоток. Друзья вчетвером держались всегда рядом, и заступались друг за друга. Их дружбой Джон всегда дорожил. Но потом двое из них переехали далеко от Силвер Сити, и Верона их давно не видел.
А последний его друг, Билли Рэддс, с кем он находился в тот роковой день, был убит. Джон видел его, убийцу – бледного, крупного, неосязаемого человека. Его голову увенчивали длинные черно-синие волосы… Но они не были похожи на настоящие. Тонкими струйками они шевелились из стороны в сторону. И теперь Джон понял, наконец, кто это мог быть. Один из нечистых воинов проклятого синего тумана, проникший в мир людей.
От этой догадки Джону стало невыносимо противно переживать снова этот кошмар. Он закричал, пытаясь помешать синему призраку убить мальчика, и набросился на него. Но это был всего лишь сон, и картина мгновенно сменилась.
Перед ним появилась знакомая лачуга, где все началось. Тут лежали тела пятерых отважных ребят, которые пошли на необдуманный риск ради неясных целей и с полным отсутствием знаний об опасности. Желание поскорей закончить кошмар – вот единственный двигатель, заставляющий людей что-либо делать. Поскорей расправиться с тем, что ненавистно, неприемлемо. Поэтому, пятеро друзей, не имея ни малейшего понятия что делать, отправились в опасную дорогу, чтобы победить зло, вернуть мир в исходное состояние. Восстановить систему от незапланированного изменения.
Джон вошел внутрь, полагая найти внутри тихую, застенчивую девушку по имени Эмма, с которой у них был договор. Она поможет, если поможет он. Это был деловой подход, который так нравился железнодорожному мастеру. Верона привык решать дела прямо. Его смущало лишь отсутствие ресурсов. Но сейчас появился этот волшебный камушек, способный испускать свет. А чего боятся те жуткие существа? Того, чего никогда не видели – света. Теперь надо подумать, как лопнуть пузыри… «Что? Какие пузыри. Что они здесь делают?!» – Джон был окутан крупными пузырями, парящими высоко над землей.
Под ним, внизу, далеко виднелись луга и пашни, редкие леса и чудесная голубая речка. А на небе было очень светло. Такого света Верона уже давно не видел. Солнце было ярким, очень похоже на настоящее. И облака повсюду, обдавали прохладой, когда Джон пролетал мимо.
Джон летел. Не падал, но двигался в беспорядочном направлении.
– Что за чудеса? – он засмеялся, чувствую некую легкость. Небольшую, но ему хватило, чтобы тревоги ушли.
– Это всего лишь сон. Привет Джон, – неожиданно появилась Эмма, лежа на боку и поправляя шляпку. – Я думаю, тебе надо расслабиться. Ты слишком напряжен.
Джон ухмыльнулся:
– Сначала просят мир спасти, теперь уже зовут расслабляться. Да мне хорошо, спасибо, – Верона немного слукавил. Он действительно ощущал легкость внутри себя, но бремя давило своим тяжелым грузом.
Эмма подплыла в воздухе вплотную к нему, и посмотрела прямо в глаза. Да смотрела так необыкновенно для нее долго, что Джону показалось – сейчас должен произойти поцелуй.
– Да брось, Джон. Немного остудить мысли, разжать нервный комок, и забыть о том, кто ты есть. Ведь кому какое дело? – своим теплым дыханием Эмма совсем запутала Джона. Он смотрел на нее, не отрываясь, в упор. И ожидал развития действий, представляя следующие движения навстречу этой красивой милой девушки.
Она обнажила ладонь, сняв перчатку двумя пальчиками и бросив ее вниз. Затем, поджав губы и закатив глаза, сказала сладким голосом:
– Как бы я хотела сейчас испытать то же самое, Джон, – девушка дотронулась до его лба, и произошло нечто, чего никак Верона ожидать не мог.
Неожиданно, всем своим существом Джон почувствовал волшебную невесомость. Так легко ощущать себя ему раньше не представлялось счастливого случая. Когда Верона посмотрел вниз, то заметил, что падает.
«Что! Я падаю! Я же…» – беспорядочно мысли Джона обгоняли одна другую. Он падал на высокой скорости, все ближе подлетая к земле.
Прохлада обжигала лицо. И легкость, беспечная легкость занимала все свободные места в душе и теле. Ни о чем другом не думалось. Только легкость. Она – главнее всего. Неужели, что-то может навечно забрать эту легкость у других? Туман не должен добраться до этой сокровенной тайны. Не должен…
Когда совсем уже становилось близко, Джон начал сбавлять скорость и постепенно благополучно приземлился на ноги.
«Чудный сон» – подумал Джон. Он не мог надышаться прохладой и свежестью зеленого луга, где сейчас стоял. Сколько бы он не вдыхал – насытиться не мог.
– Нет, Джон. К сожалению, в этом мире, и тем более во сне, ты никогда не будешь испытывать все сполна, – Эмма спокойно вышла к нему из леса.
Джон смутился своим мыслям. Он ждал совсем другого. Ему стало стыдно за себя.
– Ну тебя, Джон, – улыбнулась девушка. Она прочитала его. Верона понял это. – Я же с тобой игралась. Стыдно должно быть только мне. Но, к счастью, я не испытываю этого чувства. Я вообще ничего не испытываю. Нам нужно закончить одно дело, чтобы помочь Фрэнку.
Это сообщение обескуражило Джона. С каждым часом становилось все мрачнее и сложней. Он хотел расспросить подробности, но Эмма уже готова была отвечать:
– Он сейчас находится в нестабильном положении. Все больше тьмы вокруг него сгущается. Мы поможем ему, я думаю, у нас получится, – тихо произнесла она, а потом добавила: – Но самое главное – твоя уверенность Джон. Ты все больше думаешь о том, что это не нужно. Но ты не понимаешь. Чем больше твоя неуверенность, тем сильней становится туман, и… послушай, на кону стоит не жалкий город – скоро они уже доберутся до него – но мир в целом.
– Я… – начал было говорить Джон.
– Не только мир живых, мироздание в целом, – перебила Эмма, вкладывая смысл в каждое слово. – Это существование как таковое. Если проиграем – будет очень плохо.
Что значили ее слова? Весьма пространно звучало это «плохо». Совсем не так нужно уговаривать человека, если необходимо чего-то добиться от него. Тем более, если речь идет об ответственности за все существование.
– Ты помнишь, как однажды, помог девочке добраться до дома, где ее ждал больной отец, не в силах сам вызвать медицинскую помощь? Опоздай она минут на десять, и его уже невозможно спасти.
В голове медиума кольнуло забытое воспоминание. Темный переулок. Он идет домой с ночного клуба. Он молод, пьян и раздосадован. И вдруг увидел девочку, плачущую тихо, чтобы никому не мешать. «Что ты здесь делаешь?» – произнеслась в голове Джона его фраза. «За лекарством папе ходила. Его не продают» – ответила ангельским детским голосочком знакомая девочка. Маленькая Эмма со слезами на щеках стояла и не могла ничего сказать от безысходности. Джону подступил ком к горлу. Он забыл про свои обиды, которые были совсем смешными, по сравнению с бедой маленькой девочки. Такси довезло их до дома ее отца. В квартире на полу корчился от недуга мужчина, и Джон вызвал медицинскую помощь.
Воспоминание было правдивым. Они уже знакомы. И сейчас перед Джоном стояла та самая маленькая девочка, но теперь она была совсем в другом мире, и снова молила о помощи.
– Неужели ты хочешь, чтобы все это не имело смысл? Мой отец смог помочь еще очень многим людям, когда ты спас его. Все исчезнет, Джон. Все исчезнет, если не вмешаться.
Ком теснил горло, и Верона задумался над ее словами. Он не позволит этому синему смраду поглотить светлую жизнь. Ему не убить красоту человеческой сущности. Джон сжал кулаки, и внезапно он вспомнил про случай нападения тумана на его друга Билли Рэддса. Как это могло произойти?
Но вопрос не прозвучал. Сон растворялся. Он проснулся.
Трона и Люси видно не было. Вокруг стоял полумрак. Джон лежал на кровати у окна, за которым наступала ночь. Очевидно, он находился в той части города, где постоянно было темно. Верона встал с кровати, и вошла Люси.
– Джон. Ты проснулся. Ты долго спал, – она подошла и обняла его. – Ситуация поменялась. Туман предпринял попытки прорваться сюда. У нас мало времени остается. Трон и другие души организовали отряды обороны. Синий туман не переносит света. Камень отлично справляется. Мы зарядили его на солнце.
– Но ведь одного камня мало на несколько отрядов? – озадачился Джон. – Как же они будут сражаться?
– Трон предложил версию – сказал, чтобы люди собрали линзы с очков или других приборов, которые принадлежат им лично.
Джону отлично была знакома эта теория. Старик Леонид говорил им про это – что можно взять с собой в этот мир некоторые вещи, которые и будут производить реальное действие. Но Люси продолжила:
– Мы с тобой отправляемся вниз, чтобы разыскать оставшихся, кто в коме. Карта есть. И мне показали потайное место, где мы незамеченными выберемся отсюда. Пойдем.
– Постой… – Джону начала понемногу приходить память о сне. – Фрэнк находится в плену, или что-то похожее. Его сейчас мы не сможем найти. Где Андрей?
Люси показала ему досточку, на которой мелом обозначались два пути, почти не пересекающихся, ведущие к двум инициалам – «А. В.» и «Ф. М.». Пути извивались некоторыми отклонениями, но, в общем, были близки к прямым линиям.
Джон поцеловал в лоб Люси, для нее и себя неожиданно, и, с полегчавшей душой, открыл дверь наружу. На улицах города стоял небольшой шум. Много спешащих людей бегало из дома в дом. Толпы собирались в одном месте, потом также вместе уходили куда-то, по разным направлениям. Поднялось восстание – мелькнуло в голове у Вероны. Тихое восстание – наверное, чтобы враг не услышал.
К одной из этих толп присоединились двое – медиум, отчаянно решивший бороться до конца и психолог, отчаянно решившая, что Джон ей изменил во сне.
– Ты чего это, мне изменял? – такой вопрос, адресованный Вероне ровно в тот момент, когда он хотел расспросить у одного из толпы о том, что случилось, поставил его в логический тупик.
– Что? Ты чего? Я не хотел. Да это и не измена вовсе! – Джон понял, что сболтнул много лишнего, когда Люси, раскрыв рот, замахнулась на него рукой.
– Ах ты пройдоха! Да ты негодяй, и я еще хотела с этим человеком разделить вечность! – Люси с каждым разом ударяла Джона, но тот успевал закрываться от нее, бесполезно пытаясь оправдать свой сладкий сон.
Да как она узнала? Это же невозможно! «Тут что ли все читают мысли? Да беспредел какой-то! Почему я не могу?» – мысли Вероны смешались с шумом, который не позволял ему сосредоточиться. Внезапно стало невыносимо громко. Голоса десятков людей, звоном отдавались в голове у медиума. Это были мысли. Медиум Верона неожиданно для себя начал читать их. Мысли пробегали мимо него, пока он лежал на земле, закрыв уши ладонями, но звук проникал прямо в мозг.
«Надо сделать это!..», «Враг не уйдет, мы победим нечисть», «Линзы, линзы, у меня с собой много линз…» – скандировали люди, не зная, что их может прочесть человек, находящийся сейчас в их рядах, и пробирающийся вместе со своей ревнивой напарницей к выходу из города.
Когда толпа осталась впереди, Джон почувствовал облегчение и встал. Люси смотрела на него недоуменно, боясь, что это она его больно ударила, сбив с ног. Ее милое виноватое лицо выглядело очень встревожено, но что она думала? Медиум не мог прочитать ее.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?