Текст книги "Нежданная гостья"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nezhdannaya-gostya-9243.jpg)
Автор книги: Розалинда Лейкер
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Мадемуазель Розелла Иствуд? – спросил незнакомец с мрачным выражением на лице. – Я адвокат месье Каделя. Простите за вторжение без предупреждения, но я только что прибыл в Париж и направился прямо к вам. К сожалению, я привез печальные вести.
Девушка побелела, как полотно. Она уже знала, что скажет адвокат.
– Мой опекун умер, – прошептала она. Посетитель с сочувствием склонил голову.
– Это так.
Розелла медленно опустилась в кресло, силы совсем покинули ее.
– Почему вы не послали за мной? Почему не сообщили, что он болен?
Адвокат придвинул стул и сел напротив.
– Это было невозможно. Месье Кадель умер на корабле и похоронен в море.
– В море! – с болью повторила она.
– Я получил письмо с Мартиники, в котором месье Кадель просил меня приехать на пристань и встретить корабль. Он планировал обсудить со мной несколько срочных спорных дел по дороге в Париж. На борту я увиделся с доктором, который заверил, что для его спасения было сделано все возможное. Мой клиент перенес тяжелый сердечный приступ, после чего скончался, не приходя в сознание. Естественно, мне пришлось осмотреть его имущество и выполнить необходимые формальности, прежде чем заняться поручениями, данными мне некоторое время назад. После его смерти я должен был поехать прямо в Англию и первым сообщить вам о несчастье. Месье Кадель знал, что французские газеты доставляются в пансион, и хотел, чтобы печальное известие не попало вам на глаза до того, как станут известны некоторые факты.
– Вы хотите сказать, что проделали путь до Кента и обратно? – казалось, губы Розеллы окаменели.
– Совершенно верно. Я не предполагал, что вы в Париже, пока не приехал в пансион.
– Должно быть, вы измотаны таким путешествием – Розелла с усилием вспомнила о правилах гостеприимства. Она встала, чтобы позвонить. – Вам необходимо освежиться. Может, немного вина? Или что-нибудь из еды?
– Было бы великолепно выпить бокал вина. Этого достаточно. Если позволите, я бы посоветовал и вам сделать глоток. Вы сейчас находитесь в шоковом состоянии, а я еще многое должен рассказать вам.
Через несколько минут принесли вино. Месье Батальяр сделал несколько несущественных замечаний о погоде и своей поездке, но Розелла понимала, что он дает ей время собраться с силами. Ему многое нужно сказать ей. В словах адвоката крылась неясная угроза. С чем ей предстоит столкнуться? Конечно, ничто не может быть хуже новости о смерти опекуна.
Они оба пригубили вино. Девушка заметила, как дрожит ее рука, и поспешно поставила бокал, боясь расплескать темную жидкость.
– Итак, месье Батальяр? – начала Розелла. Она все еще была в состоянии шокового оцепенения, поэтому выглядела совершенно спокойной. – Что я должна услышать?
Он заговорил медленно, настороженно заглядывая в ее глаза.
– Мне поручено сообщить вам, что месье Кадель – больше, чем ваш опекун. Гораздо больше. Существуют кровные и семейные узы, о которых вы никогда не подозревали.
Розелла в недоумении посмотрела на адвоката.
– Что вы имеете в виду? Я всегда знала, что моя мать была с ним в отдаленном родстве.
Выражение лица месье Батальяра не изменилось.
– Она была его дочерью. Единственным ребенком.
Девушка всем телом подалась вперед, вцепившись в подлокотники кресла.
– Боже милостивый! Это правда? Адвокат утвердительно кивнул.
– Андрэ Кадель – ваш дедушка, а вы – его внучка. Его незаконнорожденная внучка.
Потребовалось не больше секунды, чтобы до Розеллы дошел смысл последнего замечания.
– О чем вы говорите? – недоверчиво переспросила она тихим, охрипшим голосом. – Я родилась не в законном браке?
– Сожалею, что вынужден огорчить вас. – Он потянулся к ее стакану. – Выпейте еще немного вина. Это поможет.
Розелла послушно поднесла к губам край тонкого бокала. Сквозь зубы вино просочилось в рот, но ей было трудно проглотить его. Казалось, в горле застрял комок. С огромным усилием она вопросительно пробормотала:
– Мой отец?..
– К несчастью, ваш отец-англичанин, морской капитан Джон Иствуд, был беспринципным негодяем. Когда его корабль зашел на Мартинику, ему удалось завоевать любовь вашей матери и в конце концов убедить ее уехать с ним в Англию. Они сочетались гражданским браком, но Иствуд уже был женат. Затем за несколько недель до вашего рождения он бросил фиктивную жену в одной из портовых лачуг в Плимуте.
Осознав, что умирает, несчастная послала Андрэ Каделю письмо, умоляя простить ее и позаботиться о единственной внучке. Чтобы вас не затронула скандальная история, месье Кадель решил, что вы должны расти в Англии, считая его своим опекуном. Может, он собирался лично рассказать вам все в подходящий момент, или, возможно, желал, чтобы вы ничего не узнали до его смерти.
– Что произошло с моим отцом? – чуть слышно спросила Розелла, опуская бокал с вином. – Правда, что он умер до моего рождения, или это тоже обман?
– Это абсолютная правда. В шторм его корабль затонул, налетев на скалы у побережья Корнуэлла, и через несколько дней тело вынесло на берег.
Содрогаясь от плача, Розелла закрыла лицо.
– Если бы я только знала, что была внучкой Андрэ Каделя! Я его очень любила, но никогда не чувствовала родственных уз!
– Он поступал, как считал нужным. Подобная скандальная история навсегда лишила бы вас шанса выйти замуж за человека из хорошей семьи, не говоря уже об унижениях, которые вы бы испытывали в детстве, зная истинные обстоятельства своего рождения. Не судите его строго. Его завещание – доказательство его любви к вам. Вы – главная наследница.
Розелла подняла голову и уныло посмотрела на адвоката.
– Я не понимаю.
– Андрэ Кадель оставил вам замок де Луимонт.
Месье Батальяр подумал, что девушка потеряет сознание, так мертвенно побледнело ее лицо, но она сжала кулаки и неистово затрясла головой.
– Нет! Нет! Мне он не нужен! Не хочу иметь ничего общего с тем ужасным местом!
– Мадемуазель! – недоверчиво запротестовал поверенный. – Это один из великолепнейших замков в долине Луары. Деньги, которые вы унаследуете вместе с ним, позволят жить там в роскоши до конца ваших дней.
Но Розелла снова покачала головой и заговорила с трудом, еле сдерживая эмоции.
– Я провела там каникулы шесть – или уже семь? – лет назад. Мой опекун… – она запнулась и поправила себя, – мой дедушка привез меня туда, когда я в очередной раз приехала во Францию на встречу с ним. Он думал, что будет хорошо, если я какое-то время поживу во французской семье, пока дела не позволяли ему заботиться обо мне. Андрэ хотел, чтобы я подружилась с детьми, живущими в замке, трое из четырех были приблизительно моего возраста. Их отец приходился ему дальним родственником. Мне тоже, думаю, хотя тогда я этого не знала. Но я никогда не подозревала, что замок принадлежал дедушке. Я считала, что он их собственность.
– Однако, если вы бывали в замке, почему относитесь к нему с таким отвращением?
Ее глаза потемнели, взгляд стал глубоким и печальным.
– Там я провела самые несчастливые шесть недель в моей жизни!
– Но это случилось много лет назад. Вы были ребенком, не старше десяти-одиннадцати лет. Вас оставили одну, тоскующую по единственному близкому человеку, среди незнакомцев. Теперь все будет совсем по-другому.
– Как по-другому? – упрямо спросила Розелла. – Разве Пьер и Маргарита де Луимонт уже не живут в замке со своими детьми?
– Мадам де Луимонт сейчас вдова. Младшая из двух ее дочерей замужем, но живет по соседству.
– Это, должно быть, Софи. А Луиза?
– Она все еще в замке с матерью. Несколько месяцев в году там живет Жюль де Луимонт. Себастьен управляет поместьем, потому что он старший сын.
– Итак, так же, как и раньше, я стану незваной гостьей! – Розелла вскочила на ноги. – Я не приму условий завещания моего дедушки!
– Вы забываете, что сейчас гости Луимонты, а не вы, – напомнил адвокат. – Это ваш дом, они там больше не хозяева.
Она гневно повернулась к собеседнику. – Я не могу выгнать семью из дома, в котором они прожили всю свою жизнь!
– Им повезло, что они занимали замок в течение трех поколений. Это случилось только благодаря вашей прапрабабушке, которая вышла замуж за одного из Каделей, а затем во время Революции сбежала с ним на Мартинику. Поэтому их ветвь семьи смогла переехать в замок в качестве хранителей.
– Они знают, что поместье завещано мне? Адвокат отрицательно покачал головой.
– Еще нет. Как я уже говорил, вы первая, кто узнал обо всем.
– Тогда я составлю дарственную на имя де Луимонтов! Это можно сделать?
– Нет, нельзя! Пожалуйста, сядьте и послушайте меня.
Розелла повиновалась, но по выражению ее лица Батальяр понял, что она не сдалась.
– С тех пор, как замок был впервые передан по наследству дворянином, который построил его несколько веков назад, он может перейти только, одному из младшего поколения. Вы полноправная владелица, и не важно, желаете вы этого или нет. Более того, последняя воля вашего дедушки состояла в том, чтобы вы поселились там без промедления. И он просит от вас совсем немного в ответ на все то, что сделал для вас.
Девушка не могла ответить. Вправе ли она противиться желанию единственного в мире человека, который заботился о ней? Розелла знала, что нет. И адвокат так удачно подобрал слова, не оставил ей возможности отказаться.
– Ваш дедушка также оговорил в завещании, что вы не должны носить траурные одежды. Однажды он рассказал мне, как мальчиком был вынужден целый год ходить только в черном, с траурной креповой лентой на шляпе. С тех пор он питал отвращение ко всем публичным проявлениям скорби и желал избавить вас от подобного, когда придет время.
– Но он, видимо, составил завещание, когда я была еще ребенком! – воскликнула Розелла. – Тогда понятно, почему он хотел, чтобы я безотлагательно переехала в замок. Дедушка думал, что месье и мадам де Луимонт смогут позаботиться обо мне. Он не догадывался, как я страдала там.
– Это правда, вы были очень малы, когда ваш дедушка решил оставить замок вам, и, без сомнения, полагал, что вы должны жить в нем, чтобы о вас было кому заботиться. Но хотя месье Кадель написал новое завещание менее восемнадцати месяцев назад, он не изменил пожелание, чтобы вы незамедлительно поселились там. – Адвокат решительно встал. – Мой долг проследить, чтобы выполнялась воля покойного. Сегодня вечером я оплачу ваши гостиничные счета и прикажу подать экипаж завтра в полдень. Я зачитаю вам завещание до отъезда в замок. Там мне придется объяснить обстоятельства дела семейству Луимонтов, но завещание их не касается. Ваш дедушка не оставил им ничего.
Розелла увидела, как утомленно опустились плечи месье Батальяра, как устало он потянулся за шляпой. Ради нее бедняга совершил длительное путешествие, и крайне невежливо обвинять его в дедушкиных решениях.
– Вам необходимо ехать со мной завтра? – спросила она. – Я могу отправиться одна. Мне кажется, будет гораздо лучше предстать перед ними в качестве владелицы замка без вашего присутствия. Вы сможете прибыть через две-три недели. К тому времени Луимонты и я примиримся с необходимостью жить вместе, а вы сгладите проблемы, которые не успеют выявиться в первые дни.
Сощурив глаза, адвокат внимательно изучал молодую наследницу.
– Если я правильно понял, вы не собираетесь потребовать их переезда?
– Совершенно верно, – решительно ответила девушка.
Месье Батальяр помрачнел.
– Надеюсь, когда мы встретимся снова, я смогу убедить вас пересмотреть столь опрометчивое решение.
Розелла подала ему руку.
– Благодарю за все, что вы сделали для меня, и за советы.
Девушка закрыла за адвокатом дверь и прислонилась лбом к прохладной панели. Горе нахлынуло на нее, отодвинув на второй план все мысли о замке и ожидающих ее там неприятностях. Никогда снова она не увидит своего дедушку. Никогда не услышит его голос. Никогда больше они не будут гулять вместе, долго и задушевно разговаривать под покровом сгущающихся сумерек. Он ушел от нее в холодную пучину. Он, который так любил Францию, был лишен возможности в последний раз взглянуть на нее.
Рыдания душили Розеллу. Она побрела в спальню, бросилась на кровать и плакала, пока не промокла подушка. Сжав в кулачке скомканный носовой платок, девушка погрузилась в беспокойный сон, но ее щеки еще долго оставались влажными от невольно струящихся слез.
Розелла проснулась уже утром. Она торопливо позвонила и попросила горничную собрать вещи и принести завтрак в комнату. Искупавшись, девушка накинула пеньюар и села за стол, но не смогла ничего съесть и решила ограничиться чашечкой кофе.
Служанка поинтересовалась, какой нужно приготовить дорожный костюм. Розелла ответила без колебаний:
– Из алой тафты с рюшами и подходящую в тон шляпу с перьями.
Она знала, что должна правильно поставить себя сразу же с момента появления в замке. Было бы катастрофой предстать в кротком обличий и позволить всем думать, будто ее можно запугивать, дразнить и мучить, как когда-то в прошлом. Луимонты похожи на тигров. Не на диких вольных животных из джунглей, а на затравленных, озлобленных тварей, с которыми нужно быть начеку. Она встретится с ними в ярко-алом наряде, чтобы удержать их на должном расстоянии.
Только одного из них Розелла не боялась – Себастьена. Но как он отреагирует, когда услышит, что девочка, с которой он когда-то подружился, вернулась, чтобы лишить его крыши над головой?
Когда пришел месье Батальяр, Розелла была готова и ждала. Он зачитал завещание, а затем они обсудили множество возникших вопросов. Даже без замка и прилежащих земель наследница получила прекрасное обеспечение. Она снова умоляла адвоката попытаться найти какую-нибудь лазейку, чтобы избавиться от этого владения, но просьбы не вызвали одобрения исполнительного и строгого поверенного. Наконец, настало время лакеям выносить из номера новые сундуки.
Розелла опустила вуаль, чтобы скрыть припухшие после ночных слез глаза, и вместе с адвокатом медленно спустилась вниз, куда уже подали экипаж.
– Очень скоро мы встретимся с вами в замке де Луимонт, – пообещал месье Батальяр. – Надеюсь найти вас примирившейся с вашим новым жилищем.
– Никогда! – страстно заявила Розелла.
Он сурово посмотрел на девушку, стараясь скрыть раздражение, и помог ей подняться в карету. Затем адвокат заговорил с ней через открытое окно, чувствуя, что обязан дать еще один полезный совет.
– В данный момент я вижу только один путь, по которому вы с чистой совестью сможете поселиться где-нибудь в другом месте.
Розелла наклонилась к нему.
– Какой это путь?
– Вступить в брак, мадемуазель Иствуд. Долг жены следовать за мужем. Ваш дедушка не оговорил других способов.
Она разочарованно отпрянула назад и холодно взглянула на адвоката из-под черной вуали.
– Уверена, что когда мы встретимся в следующий раз, найдется лучшее предложение по решению этой проблемы, сэр. Я не собираюсь связывать себя на всю жизнь с первым встречным мужчиной. Должны быть другие пути к отступлению. Полагаюсь на ваше умение отыскать хотя бы один. Прощайте, месье Батальяр!
Экипаж тронулся, застучали копыта, заскрипела сбруя. Итак, путешествие в замок де Луимонт началось. С отчаяньем Розелла подумала, что только небеса знают, какой прием ожидает ее там.
Глава 3
Долгая, изматывающая поездка с остановками на ночлег в придорожных гостиницах подходила к концу. Розелла никогда не чувствовала себя такой одинокой. Она поняла, что не в состоянии оценить чудесные пейзажи и великолепие Луары, которая спокойно и лениво несла свои воды. Каждая миля приближала ее к внушающему ужас месту. Девушка невольно сравнивала теперешнее настроение с весельем и возбуждением, которые нарастали с каждым верстовым столбом по дороге из Кале в Париж, когда даже серое небо не могло омрачить ее радость. Те низкие темные тучи были предзнаменованием трагических событий. Розелла размышляла об этом, безразлично глядя на залитые солнцем зеленые виноградники, зеленеющие луга и цветущие сады. Карета легко катилась по ровной прямой дороге, вдоль которой выстроились высокие стройные тополя.
Девушка увидела множество замков, расположенных на склонах и вершинах холмов. Маленькими башенками и остроконечными крышами они напоминали игрушки или театральные декорации, но Розелла не обращала на них особого внимания. В другое время средневековые крепости и роскошные особняки прошлого столетия полностью захватили бы ее воображение.
Когда карета переезжала через мост, внезапно перед ней предстала великолепная картина извилистой, словно лента, реки с загадочными серебристыми, заросшими ивняком островами. За окном мелькали деревни, фермы, старинные городки, где обветшалые дома, казалось, подпирали друг друга, а над ними возвышался величавый древний собор или церковь. По ночам сквозь гостиничные окна Розелла видела черный бархат неба с мерцающими в недосягаемой дали звездами, а днем воздух был настолько сияюще прозрачен, что придавал ни с чем не сравнимую глубину и своеобразие постоянно меняющемуся пейзажу. Когда-то Розелла думала, что никогда не вернется в эти места. Теперь долина Луары должна стать ее домом.
Карета въехала в маленький торговый город, который сразу же ей вспомнился. Однажды Розелла пришла сюда одна, чтобы отослать письмо Андрэ Каделю. Она хотела очутиться подальше от замка и всех его обитателей, но когда обнаружили ее исчезновение, началась погоня. В итоге ей запретили выходить куда-либо без сопровождения. Почтовый ящик висел на том же углу кафе, где Розелла сидела под тентом и пила горячий шоколад. В письме девочка ни словом не обмолвилась о страданиях и мучениях, которые она испытывала под крышей замка, но сдержанно написала о страстном желании увидеть вновь своего благодетеля. Ведь его возвращение означало бы конец адских каникул, которые начинались, как праздник. Только о Себастьене она вспоминала с радостью.
Розелла откинулась на спинку сиденья, пытаясь восстановить в памяти черты Себастьена. Она почитала его, словно героя. Нет, даже больше. Она любила его. Он один встал между нею и ужасами замка.
Остались позади предместья торгового городка. По обеим сторонам дороги вырос густой лес, и девушка отвернула голову, чтобы не видеть появившийся над верхушками деревьев замок. Еще будет достаточно времени насмотреться на него. Она нервно запахнула накидку и достала из сумочки маленькое зеркало.
На лице, казалось, не осталось ни кровинки, но это можно поправить запрещенным в школе способом. Розелла открыла крошечную коробочку румян и мягкими прикосновениями нанесла ароматную краску на обе щеки. Взглянув еще раз в зеркало, она осталась довольна. Так-то лучше. Глаза смотрели настороженно, однако с этим ничего не поделаешь. Оставалось только постараться успокоиться. Девушка облизала губы, убрала зеркальце и натянула на руки белые перчатки. Дорога свернула к огромным железным воротам, которые уже открывал пожилой привратник. Она приехала.
Когда карета проезжала мимо привратника, он безразлично взглянул на девушку, готовый снова закрыть створки решетки. Розелла не знала его. Старый Марсель, должно быть, больше не служил здесь.
Колеса заскрипели по посыпанной гравием подъездной дороге. До замка осталась еще целая миля. Девушка уже забыла, как красив окружавший замок парк. Деревья, лужайки, затененное плакучими ивами озеро с парой белых лебедей, резные скамейки вдоль берега. Но Розелла не ощущала гордости, оглядывая свои новые владения. Сердце начало болезненно сжиматься, страх сковал душу.
Огромные буки, окаймлявшие дорогу, расступились, и перед путешественницей вырос во всем своем величии готический замок. Словно роскошный персидский ковер, вокруг раскинулись цветочные клумбы и подстриженные зеленые лужайки. Старые каменные стены были увиты плющом, а по обе стороны от входа в кадках стояли, будто верные стражи, апельсиновые деревья, охраняя дом. Высокие цилиндрические башни заканчивались остроконечными плитками цвета охры. Темные башенные окна, узкие, как кошачьи глаза, смотрели на все стороны света. Замок производил впечатление уютного жилища. Без сомнения, его обитатели заботливо ухаживали за ним, но красивый фасад был обманчив. Розелла знала, что внутри скрыто черное и злое сердце.
Карета остановилась. Один из грумов спрыгнул, чтобы помочь девушке выйти, а другой взбежал по каменным ступеням и позвонил в колокольчик. Почти тотчас же дубовая дверь распахнулась, и на пороге появился незнакомый Розелле слуга.
– Я желаю увидеть мадам де Луимонт, – сказала она, проходя в дом. – Скажите ей, что здесь мадемуазель Розелла Иствуд.
– Я узнаю, принимает ли мадам, – ответил слуга, вопросительно глядя на внушительный выгружаемый багаж. Когда Розелла закончила делать покупки, ей пришлось приобрести три новых сундука и несколько коробок для шляп.
Ее провели в приемную, но девушка была слишком взволнована, чтобы сесть. Она шагала через комнату, к окну и обратно, и глубоко дышала, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Медленно тянулись минута за минутой. Розелла снова подошла к окну и стала смотреть на парк, нервно притопывая ногой и чувствуя легкое недомогание. Ей хотелось, чтобы это ужасное испытание поскорее закончилось.
Наконец вернулся слуга.
– Мадам де Луимонт примет вас, мадемуазель, в садовой комнате. Сюда, пожалуйста.
Она знала дорогу, но подумала, что лучше ничего не говорить. Дворецкий повел ее через великолепный холл. В отделанных лазуритом нишах стояли мраморные статуи, высокие колонны поддерживали галерею, на которую вела огромная, роскошно отделанная лестница. Голубой потолок был расписан фигурами резвящихся нимф и сатиров; в те далекие дни раскованность их поз оказалась вне понимания маленькой девочки, но хрустальная, сделанная в виде водопада люстра восхищала уже тогда.
Они проходили коридор за коридором, и Розелла замечала, где переставлены стулья и диваны. Девушку очень удивило, что она помнит столь незначительные детали. Затем дворецкий распахнул двери и назвал ее имя.
Розелла шагнула из темного коридора в залитое солнцем помещение, куда солнечные лучи проникали сквозь стеклянный потолок, отражаясь от выложенного разноцветными мраморными плитами пола. Алый костюм девушки на фоне бледно-зеленых стен вспыхнул, как настоящее пламя, словно среди железной кованой мебели появилась живая роза. Перо на ее шляпе задорно раскачивалось, будто оно жило своей собственной жизнью.
Розелла увидела трех женщин из семейства Луимонтов, окруженных кадками с пальмами и папоротниками и горшками с одуряюще ароматными экзотическими цветами. Они являли собой живописную картину, и все благодаря прекрасным платьям в мягких серых, фиолетовых и лиловых тонах. Розелла сразу же прочитала на лицах Луизы и Софи, которые стояли за креслом матери, откровенную враждебность. Но мадам Маргарита де Луимонт казалась скорее бесстрастной и замкнутой, чем открыто недоброжелательной.
– Розелла! Неужели это действительно ты? – спросила она, манерно повысив голос, и вскинула худую руку. Упавший на кольца солнечный луч разлетелся снопом радужных искр.
– Действительно я, мадам де Луимонт. – Розелла вежливо наклонила голову, но осталась на месте. – Я не послала сообщение о своем приезде, но на то была причина, и я все объясню.
– Прошло столько лет. – Маргарита говорила словно сама с собой, углубившись в собственные воспоминания, будто не слышала слов гостьи. Она встала, шурша шелками, и шагнула навстречу Розелле. – Как ты выросла, детка. И уже больше не ребенок. Напротив, симпатичная барышня. Как летит время.
Но хотя кожа Маргариты стала более дряблой, а на лбу и вокруг рта появились морщины, время обошлось с ней милостиво. Она все еще оставалась привлекательной женщиной, несмотря на то, что ее лицо казалось нервно напряжено. Бледно-голубые глаза излучали нежный свет, а копну роскошных каштановых волос едва тронула седина. Высокая изящная прическа подчеркивала стройность шеи. У нее были тонкие, хрупкие кости родовитой французской аристократки, а все ее движения отличались легкостью и грацией.
Непринужденным жестом Маргарита указала на своих дочерей, которые продолжали стоять с каменными лицами.
– Ты, конечно, помнишь Луизу и Софи. Как вы дружили в детстве! Тем летом, когда ты гостила у нас, у меня будто появилась третья дочь.
Розелла осталась безмолвна. Невероятно, что бы мать абсолютно ничего не знала об истинном положении дел, но светская жизнь Маргариты в те времена оставляла ей мало времени узнать, чем живет ее семья.
Молчание Розеллы осталось незамеченным. Маргарита повернулась в другую сторону, бросив одну из своих неуловимо-сладких улыбок. Розелла поняла, что в комнате есть кто-то еще. Итак, она и дамы семейства де Луимонт были не одни.
– Подойдите и поприветствуйте Розеллу, – пригласила Маргарита со странным, озабоченным видом.
Розелла медленно повернула голову, следуя за змеиным взглядом Маргариты. Вне поля ее зрения, наполовину скрытый кадками с пальмами, стоял мужчина, который наблюдал за ней с тех пор, как девушка вошла в комнату. Все время. С одобрением. Когда он подошел ближе, Розелла поняла, что это не Себастьен и не Жюль, которых она ожидала увидеть. Это был незнакомец, который с такой бесстыдной наглостью глазел на нее в отеле «Лувр», а потом из открытого ландо. Розелла с изумлением почувствовала, как краска заливает ей щеки, но ее удивление после того, как их представили друг другу, только возросло.
– Этот господин прошлым летом стал нашим соседом, – сказала Маргарита, объясняя его присутствие. – И теперь он снова вернулся… как весенние ласточки. Позволь представить тебе месье Филиппа Обера. Филипп – мадемуазель Розелла Иствуд.
– Очень рад, мадемуазель. – Он был серьезен. Голос казался глубоким и искренним, хотя в устремленных на нее глазах светился тот же живой интерес.
Филипп Обер! Человек, который оставил записку ее дедушке. Именно его адрес она надеялась узнать.
– Месье Обер! – произнесла Розелла, запнувшись. – Ваше письмо к Андрэ Каделю. Я прочитала его. Проходили дни, я ничего не знала об Андрэ и начала отчаянно беспокоиться. Я думала, вы могли бы помочь мне решить, что делать. Но вы уже покинули Париж.
– Мне хотелось побыстрее поселиться на моей здешней вилле, – серьезно ответил он. – И я решил, что ждать больше ни к чему. Если помните, я собирался в ближайшем будущем развлечь вас и Андрэ, тогда же на досуге можно было бы обсудить все деловые вопросы. Теперь я глубоко сожалею, что не отложил отъезд из Парижа. По крайней мере я мог бы помочь, когда стало известно, что мы с вами ждали его напрасно.
Филипп увидел, как она вздрогнула от его слов. Он скользнул глазами по ее алой накидке и изысканной шляпке, затем наклонил голову, чтобы взглянуть ей в глаза. Его вопрос выражал неподдельную заботу.
– Вы знаете, что случилось с ним, не так ли? Розелла поняла, что так как она не в трауре, месье Обер посчитал, будто ей еще не известно о смерти Андрэ Каделя. Однако девушка не могла понять, откуда он узнал о ее тяжелой утрате.
– Трагическую новость мне сообщил в Париже его адвокат, – объяснила Розелла. – Но как вам стало известно об этом?
Впервые заговорила Луиза. Ее голос разнесся по всей комнате.
– Мы рассказали ему! Вчера мы узнали, что кузен Андрэ умер в море. Жюль прочитал некролог в марсельской газете недельной давности. Разве ты не заметила, что maman, Софи и я одеты в платья траурных тонов? Должна сказать, я нахожу вызывающим твой бесстыдный наряд.
Розелла не спасовала.
– Такова воля Андрэ Каделя. Он не хотел, чтобы по нему носили траур.
– Неужели? – Большие, глубоко посаженные под черными бровями глаза Луизы потемнели от неистовой злобы. Хотя чертами и фигурой она походила на мать, у Луизы было страстное лицо, отражающее ее бурный темперамент: широкие скулы, прекрасной формы нос с миндалевидными ноздрями, всегда готовыми задрожать в негодовании, полные, изящно изогнутые красные губы. – Тогда тебе надо держаться подальше от тех, кто не может не отметить трауром уход родственника. – Тон Луизы стал агрессивным. – В любом случае, зачем ты приехала? Хотя старик и заботился о тебе все эти годы, но здесь тебе нечем поживиться!
– Тихо! – Маргарита возбужденно повернулась к старшей дочери. – Нельзя так разговаривать с Розеллой.
– Я не согласна, maman! – резко возразила Луиза. – Она нежеланная гостья, которая приехала без приглашения! Не повредит внести немного ясности.
Филипп смущенно нахмурился и потер руки.
– Я здесь лишний. Мне не следует присутствовать…
Он направился к двери, ведущей в сад, но Луиза преградила ему дорогу и схватила обеими руками его руку.
– Не уходи! – воскликнула она. – Я хочу, чтобы ты остался. Твой отец и мать были близкими друзьями кузена Андрэ на Мартинике. Ты знал его всю свою жизнь. Разве не ты стал его доверенным деловым представителем в Париже в последние годы? – Луиза отпустила Филиппа и злобно уставилась на Розеллу, хотя продолжала обращаться к нему. – Скажи мне, Филипп, на Карибах есть стервятники с алым оперением, которые слетаются, чтобы поживиться легкой добычей?
Подтекст ее слов был безошибочно ясен, горек и ядовит. Филипп поднял на собеседницу глаза и ответил, тщательно подбирая слова.
– Нет, Луиза. Я не знаю ни об одном. Но есть много попугаев, которые визгливо кричат, часто без всякой причины.
Она вспыхнула, встретившись с его взглядом, и отвернулась.
– Это нечестно! – угрюмо заявила Луиза.
– Филипп, ты не можешь обвинять Луизу из-за того, что она расстроена, – вступилась за сестру Софи. Она с интересом наблюдала за происходящим, стоя позади кресла матери и положив ладонь на высокую спинку.
В отличие от Луизы, худощавой женщины с маленькой высокой грудью, Софи была мягче и круглее, более тяжела в движениях. Ее фигура привлекала модной полнотой. Вьющиеся волосы, не такие темные, как у сестры, но приятного каштанового цвета, обрамляли овальное лицо с зеленовато-серыми глазами, маленьким капризным ртом, тонкими губами и надменно вздернутым носом.
– Ты должен понять, что за всю жизнь Розелла только однажды приезжала в замок, – продолжала Софи. – Зачем ей совершенно неожиданно появляться теперь, если не для того, чтобы выпросить какой-нибудь подарок из тех вещей, что кузен Андрэ время от времени оставлял здесь? Так всегда происходит когда кто-то умирает. Дальние родственники слетаются, словно хищники… А Розелла даже не приходилась родней кузену Андрэ!
Филипп пожал плечами и засунул руки в карманы куртки с поясом.
– Могу я предложить, чтобы вы спросили мадемуазель Розеллу, почему она приехала?
Луиза чопорно поджала губы. Казалось, она жалела о вспышке гнева в присутствии Филиппа и пыталась теперь вести себя, как подобает благовоспитанной даме.
– Итак, Розелла, что привело тебя снова во Францию? – цинично спросила Луиза. – Возможно, я была не права, поспешив делать выводы. Позволь нам узнать, чем объясняется твой неожиданный визит.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?