Текст книги "Триумф операции «Багратион». Главный Сталинский удар"
![](/books_files/covers/thumbs_240/triumf-operacii-bagration-glavnyy-stalinskiy-udar-85696.jpg)
Автор книги: Руслан Иринархов
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
В армию было включено и несколько венгерских соединений (4-я кавалерийская бригада, 1-я кавалерийская, 5, 12 и 23-я резервные дивизии), использовавшиеся в основном для охраны растянутых коммуникаций. К 20 июня эта группировка войск была усилена управлением 1-го кавалерийского корпуса и одной кавалерийской бригадой, предназначенных для охраны огромного болотистого района Припяти.
Части 2-й полевой армии занимали заранее подготовленные рубежи, учитывающие естественные условия болотистой местности Полесья. Например, линия фронта на припятском направлении проходила по правому берегу реки Птичь до ее устья, затем поворачивала на запад и шла вдоль левого берега реки Припять, западнее Петрикова – по правому берегу реки.
Важные опорные пункты Петриков, Дорошевичи, Туров, Давид-Городок, прикрывавшие пути возможного наступления советских войск, были приспособлены к круговой обороне, имея развитую систему траншей и ходов сообщений, прикрытых инженерными заграждениями и минными полями. Хорошо были укреплены и находившиеся в глубине обороны 2-й полевой армии города Лунинец и Пинск.
Таким образом, оборона войск группы армий «Центр» в Белоруссии была заранее подготовлена к боям. Соединения и части немецких армий, занимавшие оборонительные рубежи на центральном участке советско-германского фронта, имели значительный боевой опыт и были готовы встретить наступление войск Красной Армии.
Таблица. Состав войск группы армий «Центр»
![](tab057.jpg)
В подчинении командования группы армий «Центр» находилось 45 дивизий (29-я пд, 3-я мд, 2-я апд, 1-я лпд, 1-я упд, 5-я од, 1-я кд, 3-я рд), танковая группа «Ф», две корпусные и пять дивизионных групп, три бригады, 22 дивизиона штурмовых орудий, 9 танковых батальонов, 46 полков и дивизионов артиллерии РГК.
В первой полосе обороны немецких войск находилось 38 дивизий, во втором эшелоне и в резерве – 14 дивизий (в том числе моторизованная дивизия «Фельдхернхалле», 14-я и 707-я пехотные дивизии, танковая группа «Ф») и значительное количество специальных подразделений и команд. 221-я и 391-я охранные дивизии были подчинены непосредственно командующему оккупационными войсками.
Против войск правого крыла 1-го Прибалтийского фронта действовали и четыре пехотные, одна охранная и одна учебно-полевая дивизии 16-й полевой армии, входившей в группу армий «Север». В 70-км полосе против левого крыла войск 1-го Белорусского фронта были сосредоточены семь соединений (4-я пд, 2-я тд, 1-я бр) 4-й танковой армии, входившей в состав группы армий «Северная Украина».
Вся вражеская группировка войск, оборонявшаяся на фронте от Сиротино до Ковеля, к началу операции «Багратион» насчитывала 57 дивизий общей численностью около 1 200 000 человек (с учетом тылов), имевших на вооружении 9500 орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий, около 1300 самолетов. Боевой состав дивизий был крайне неоднороден и составлял от 7 до 10 тысяч человек. Исключение составляла только 78-я штурмовая пехотная дивизия, прикрывавшая важнейшую магистраль Москва – Минск.
Серьезным недостатком являлось то, что в резерве командования ОКХ и группы армий «Центр» находилось только три пехотных и одна танковая дивизии, что было явно недостаточно для ликвидации возможных одновременных прорывов линии обороны на нескольких удаленных друг от друга участках Белорусского фронта. Ближайшие танковые дивизии, входившие в состав 4-й танковой армии группы армий «Северная Украина», располагались на ковельском направлении, т. е. в 300 км от Бобруйска и в 550 км от Витебска.
Воздушное прикрытие и поддержку своих наземных войск осуществлял 6-й воздушный флот под командованием генерал-полковника Риттер фон Грейма, имевший две штурмовые и три истребительные авиагруппы, одну авиагруппу для борьбы с танками. К началу операции в Белоруссии флот был значительно ослаблен. Его одна истребительная авиагруппа (40–50 самолетов) в связи с высадкой союзников в Нормандии была передислоцирована в Германию, а 50 истребителей и штурмовиков в начале июня 1944 года были направлены в Финляндию для отражения наступления советских войск на Карельском перешейке.
Оставшиеся в Белоруссии эскадры этого флота базировались на аэродромах Минского, Бобруйского и Барановичского аэроузлов и насчитывали 800–850 самолетов, в том числе 500 бомбардировщиков.
Противовоздушную оборону войск в полосе группы армий «Центр» обеспечивал 2-й зенитный артиллерийский корпус, управление которого располагалось в Бобруйске. Боевые порядки наземных войск прикрывали части двух дивизий и одной бригады зенитной артиллерии, чего было явно недостаточно для надежного выполнения поставленной перед ними задачи.
Но, как отмечал К. Типпельскирх, «в целом войска Восточного фронта представляли собой еще достаточно боеспособный инструмент в руках командования»[14]14
Типпельскирх К. История Второй мировой войны. Санкт-Петербург, 1998. С. 591.
[Закрыть].
Не имея в своем распоряжении значительных резервов, командование группы армий «Центр» сосредоточило наиболее сильные группировки своих войск на витебском, оршанском и бобруйском направлениях, где на каждый километр фронта приходилось 0,7–0,8 пехотного батальона и от 25 до 32 орудий и минометов[15]15
Андроников Н.Г., Калачев И.Г., Краснов И.И. и др. История военного искусства. М., 1956. С. 412.
[Закрыть].
Лесисто-болотистая местность, большое количество рек и озер способствовали созданию на территории Белоруссии мощной системы обороны. Немцы сильно укрепили оборонительные рубежи по Западной Двине и Днепру, по берегам Березины, Друти, Свислочи, по ряду других мелких речушек, создав узлы сопротивления в городах Витебск, Полоцк, Орша, Могилев, Бобруйск, Слуцк.
Главная полоса обороны немцев имела глубину 3–5 км (местами 6–7) и состояла из двух-трех позиций. Первая позиция состояла из двух-трех линий траншей полного профиля, удаленных друг от друга на 150–400 метров и соединенных ходами сообщений. Через каждые 70–80 метров были оборудованы площадки для установки пулеметов и минометов.
В этой полосе была создана мощная противотанковая оборона, основу которой составляла противотанковая артиллерия, полевые и зенитные орудия, стоящие на закрытых позициях, и истребители танков, вооруженные противотанковыми минами и бутылками с горючей смесью. Передний край обороны прикрывался проволочными заграждениями и минными полями.
Вторая оборонительная позиция была развернута на удалении 1,5–3 км от переднего края обороны, третья – в 5–6 км. Здесь были подготовлены к обороне одна-две траншеи.
Кроме главной полосы обороны были оборудованы четыре тыловые полосы, каждая глубиной до 3–4 км. На танкоопасных направлениях были установлены минные поля, надолбы и проволочные заграждения, отрыты противотанковые рвы и эскарпы.
Общая глубина обороны частей противника достигала 150–180 км.
Несмотря на то что противник сумел создать глубоко эшелонированную оборону, недостаток сил и средств вынудил командование группы армий «Центр» держать свои основные силы в главной полосе. Да и указание Гитлера превратить в укрепленные районы города Витебск, Полоцк, Оршу, Могилев, Бобруйск, Слуцк лишило командование армий инициативы для ведения маневренной обороны. Как отмечал Курт Типпельскирх, «Гитлер со все возрастающим упрямством придерживался принципа обороны «крепостей», приказав укрепить ценой огромных затрат средств и рабочей силы многие города. Для обороны этих «крепостей» отступавшим немецким войскам приходилось выделять довольно крупные силы (по пехотной дивизии. – Р.И.), нехватка которых остро ощущалась впоследствии… К несчастью, Гитлер обрел ярого сторонника такой тактики в лице командующего группой армий «Центр» фельдмаршала Буша… Последовавшее затем крупное наступление русских со всей убедительностью показало, насколько они были не правы»[16]16
Итоги Второй мировой войны. Сборник статей. Пер. с нем. М., 1956. С. 371.
[Закрыть].
В мае 1944 года гитлеровское командование еще не имело никаких сведений о месте несомненно готовящегося летнего наступления русских войск. В штабе Верховного Главнокомандования считали, что, вероятнее всего, русские предпримут наступление на юго-западном направлении, между Припятью и Черным морем, для захвата румынской нефти и разобщения Германии от ее союзников. Не исключался и удар на Ковель, что находило подтверждение в усиливающихся железнодорожных перевозках русских в этом направлении.
Начальник штаба Верховного Главнокомандования генерал-фельдмаршал Кейтель на проведенном в мае совещании отмечал: «…на Восточном фронте положение стабилизировалось. Можно быть спокойным, так как русские не скоро могут начать наступление. Исходя из данных перегруппировки сил противника и общего военного и политического положения, надо считать, что русские, вероятно, свои главные силы сконцентрируют на южном участке фронта. Они теперь не в состоянии одновременно вести бои на нескольких главных направлениях…»
Германское командование успокаивало и то, что после проведения весенних операций русских войск все шесть их танковых армий оставались в районах южнее Припяти. Группам армий «Центр» и «Север» предсказывали «спокойное лето», предполагая, что русские войска продолжат наступательные действия в районе Карпат[17]17
Типпельскирх К. Исторая Второй мировой войны. АСТ, 1998. С. 592.
[Закрыть].
Однако уже к 10 июня немецкое командование стало получать явные признаки готовящегося русского наступления в полосе обороны соединений группы армий «Центр». Радиоразведка отмечала появление на этом фронте новых русских армий и соединений, авиация – усиление железнодорожных и автомобильных перевозок, смену передовых частей. Эти данные подтверждались и показаниями захваченных пленных.
Командованию группы армий «Центр» по полученным разведданным стало ясно, что идет крупное сосредоточение русских сил для ударов в направлениях Бобруйск, Могилев, Орша, Витебск. Его командование намеревалось отвести свои войска на рубеж Полоцк, Бобруйск, значительно сократив линию фронта и усилив плотность обороны. Эта точка зрения и была доложена на совещании в Генеральном штабе сухопутных войск, состоявшемся 14 июня 1944 года, но она так и не нашла поддержки в верхах.
Там продолжали считать, что наступление русских следует ожидать между Карпатами и Ковелем, что и нашло отражение в «Бюллетене оценок противника на Восточном фронте», изданном 13 июня 1944 года. В нем указывалось, что готовящиеся наступательные действия русских войск против группы армий «Центр» имеют цель ввести в заблуждение германское командование относительно направления главного удара и оттянуть резервы из района между Карпатами и Ковелем.
Поэтому Гитлер категорически запретил отвод войск группы армий «Центр», потребовав от них «при любых обстоятельствах оборонять и удерживать занимаемые рубежи», отказав и в пополнении резервами[18]18
Там же. С. 595.
[Закрыть].
Командующему группой армий фельдмаршалу Э. Бушу предлагалось довольствоваться для обороны своей полосы имевшимися в его распоряжении еще довольно значительными силами. Однако уже 20 июня командование группы армий, получив известия о начавшихся широкомасштабных диверсиях белорусских партизан на железнодорожных коммуникациях, поняло, что спокойного лета им уже не видать.
Да, сокрытие замыслов готовящейся операции «Багратион», о которой знало ограниченное количество лиц, было тщательно продумано Генеральным штабом Красной Армии. Даже командармы задействованных в операции фронтов были ознакомлены с ее целями и своими задачами только в части, их касающейся, в конце мая – начале июня 1944 года. К разработке армейских планов допускались только начальники штабов, оперативных отделов и командующие родами войск, которые лично делали все необходимые расчеты, писавшиеся только от руки. Разговоры на эту тему, тем более по средствам связи, категорически запрещались.
В первой декаде июня приказ о подготовке к наступательной операции был направлен в штабы соединений, которые, в свою очередь, за несколько дней до начала операции поставили задачи командирам полков. За два дня приказ о наступлении был отдан командирам подразделений, а перед бойцами за три часа до начала атаки было доведено направление их действий.
Для введения в заблуждение германского командования относительно района новой стратегической операции был проведен ряд дезинформационных мероприятий, одним из которых явилось указание Ставки, отданное трем Белорусским и 1-му Прибалтийскому фронтам, об усилении оборонительных работ в их полосах действий.
Наоборот, командующие 3-м Украинским и 2-м Прибалтийским фронтами в мае 1944 года получили директиву Генерального штаба о проведении различных дезинформационных мероприятий о будто бы готовящемся наступлении их войск. Да и оставление танковых армий южнее Полесья, за местонахождением которых очень внимательно следил враг, сбивало с толку германское командование, считавшее, что главный удар советских войск подготавливается на юге.
Прибытие новых войск в районы готовящейся операции проводилось в тайне, даже коменданты железнодорожных станций не знали, куда следуют эшелоны и с каким грузом. На кратковременных остановках эшелоны немедленно оцеплялись усиленными патрулями, не разрешавшие отдельным лицам отходить от них. Разгрузка эшелонов проводилась в удаленных от линии фронта тыловых районах, откуда дальнейшее передвижение войск и техники к передовой проводилось только по ночам. Перед рассветом части укрывались в близлежащих лесах и тщательно маскировались. Для соблюдения этого требования руководящим составом армий и корпусов проводился облет этих районов на самолетах. Все выявленные недостатки в маскировке войск немедленно устранялись.
По всем имеющимся средствам связи запрещалась передача любой информации о готовящейся операции, письменные приказы были направлены в соединения за считаные дни до наступления.
Для перехвата разведывательной авиации противника вблизи линии фронта устраивались площадки для организации засад, на которых постоянно находилось 2–4 истребителя, имевших постоянную связь с пунктом наведения.
С целью переключения внимания немецкого командования на ковельское направление туда в железнодорожных эшелонах отправляли деревянные макеты танков, укрытые сверху брезентом, строилось большое количество ложных аэродромов, находившиеся здесь части и подразделения проводили демонстрацию подготовки к активным боевым действиям. Не осталась без внимания германской разведки и усилившаяся переброска в эти районы все новых и новых воинских частей и соединений, полностью скрыть которую было просто невозможно.
На четырех фронтах, участвующих в операции «Багратион», широко развернулось оборонительное строительство, все войсковые газеты переключились на опубликование материалов по оборонительной тематике. Для секретности сосредоточения войск была временно прекращена и работа мощных радиостанций.
Да, сокрытие замысла готовящейся операции в Белоруссии, проведенная дезинформация противника о месте главного удара, огромнейшая передислокация крупных объединений и соединений Красной Армии были настолько хорошо продуманы и выполнены, что стали полной неожиданностью для гитлеровской верхушки.
К этому времени были готовы к действиям штабы и войска всех четырех фронтов. Представители Ставки и командование фронтов в июне побывали во всех армиях, которым предстояло участвовать в наступлении, заслушав решения их командующих на прорыв вражеской обороны и выполнение поставленных перед ними задач. Были детально отработаны задачи соединений, артиллерийские удары и взаимодействие с авиацией.
С командным составом армий и соединений были проведены рекогносцировки на местности и занятия по розыгрышу предстоящей операции, где особое внимание уделялось взаимодействию пехоты, танков, артиллерии и авиации. Проведено тщательное изучение местности в районе действий частей и соединений, увязывались все вопросы предстоящего наступления. Штабы всех уровней отрабатывали вопросы поддержания непрерывной связи и управления своими войсками, взаимодействие и увязку боевых действий с ближайшими соседями.
Готовились к предстоящему наступлению и войска, проводя занятия на местности в условиях, приближенных к реальной обстановке будущих боев. В соединениях и частях с личным составом были проведены теоретические и практические занятия по изготовлению простых переправочных средств из подручных материалов, погрузке и разгрузке материальной части на лодки и паромы, форсирование водных преград и преодоление заболоченных участков местности.
В каждой стрелковой дивизии были сформированы штурмовые отряды, предназначенные для овладения первыми позициями противника, блокирования и уничтожения его опорных пунктов. Их личный состав тренировался в захвате траншей и мостов, обезвреживании взрывчатых веществ. Специальные отряды были выделены для захвата и удержания мостов и переправ.
С командирами рот и выше были проведены рекогносцировки на местности, каждому подразделению и части были доведены исходные позиции, направления действий, поставлены конкретные задачи. Пехота училась наступать вслед за огневым валом, действовать в условиях лесисто-болотистой местности, форсировать реки с заболоченными поймами, а артиллеристы – вести огонь, учитывая интересы стрелков и танкистов. В этих же сложных условиях учились действовать и танкисты.
Готовились к боевым действиям и моряки Днепровской военной флотилии, проводя тренировки орудийных расчетов и реальные стрельбы, отрабатывались учения по действиям личного состава кораблей по устранению различных возможных неисправностей.
Авиационные бомбардировочные и истребительные части изучали район полетов и местонахождение выделенных им для уничтожения целей, отрабатывали групповую слетанность на малой высоте, учились действовать на поле боя. На тыловых аэродромах летный состав отрабатывал практические навыки по организации массированных ударов по противнику в составе больших групп самолетов.
Большое внимание на фронтах уделялось проведению наземной, воздушной и радиотехнической разведки, в результате чего была определена система обороны противника и расположение его огневых средств на всю тактическую глубину, установлены почти все штабы армейских корпусов и дивизий. Только на 1-м Белорусском фронте всеми видами артиллерийской разведки было обнаружено и засечено свыше 2000 различных целей, получены данные об обороне противника, расположении его траншей и инженерных заграждений. Наземная разведка вскрыла дополнительно местонахождение 30 минометных батарей, 124 пулеметных точек, несколько наблюдательных пунктов.
Воздушные разведчики фронтов и армий ежедневно проводили аэрофотосъемку обороны противника, что давало возможнось наземным командирам узнать характер ее построения на их участках предстоящего наступления. Только экипажи 98-го отдельного корректировочного авиационного полка к началу операции провели 236 вылетов на аэрофотосъемку позиций противника, в результате чего было установлено местонахождение неизвестных до этого артиллерийских и минометных подразделений, расположение складов с боеприпасами и ГСМ.
На 1-м Прибалтийском фронте летчиками 206-го корректировочного авиационного полка и подразделениями инструментальной разведки было определено расположение 25 артбатарей и двух дивизионов тяжелой артиллерии.
Разведгруппами фронтов был проведен целый ряд поисков в полосе обороны и в ближних тылах противника для захвата пленных. Только в полосе действий войск правого крыла 1-го Белорусского фронта было проведено около 400 разведпоисков, в которых захвачено 84 пленных, из допроса которых были уточнены вражеские силы и гарнизоны в опорных пунктах и узлах обороны. 77 разведпоисков было проведено в июне в полосе действий войск 43-й армии.
Усердно трудились инженерные части, проводя подготовку к наступлению войск, ремонтируя дороги и мосты, прокладывая настилы из бревен и жердей по болотистой местности, снимая свои ранее установленные минные и проволочные заграждения на направлениях прорыва вражеской обороны, заготавливая переправочные средства. За один-два дня до начала наступления саперные подразделения проделали проходы и в инженерных заграждениях противника. Только саперными подразделениями 1-го Белорусского фронта за 20 дней июня было снято 34 965 мин, проделано 193 прохода в заграждениях, через реки Днепр и Друть наведено 42 переправы.
Большое внимание уделялось материально-техническому обеспечению готовящейся операции. Стараниями тыловых частей и подразделений во фронтах и армиях было накоплено в среднем по 3,5–4,4 боекомплекта снарядов, мин и патронов, по 2–4 заправки горючего, 10–20 сутодач продовольствия.
Поближе к передовой перемещались армейские госпитали и эвакопункты, в которые было завезено значительное количество медикаментов и перевязочных средств.
К началу проведения операции командиры танковых соединений получили команду на скрытый переход в районы, расположенные поблизости от запланированных мест прорыва вражеской обороны.
10 июня распоряжение штаба фронта на переход в район Страховичи, Давыдовка и переход в подчинение 65-й армии получил командир 1-го гвардейского Донского танкового корпуса генерал-майор Панов. Выгрузившаяся в районе Смоленска 5-я гвардейская танковая армия к 21 июня скрытно сосредоточилась в районе лесных массивов северо-восточнее ст. Гусино.
Бригады 3-го гвардейского Сталинградского механизированного корпуса к 3.00 23 июня сосредоточились и укрылись в лесных массивах вблизи населенных пунктов Гряда, Выдрея, Колесниково, Иванькино, ожидая только приказа на ввод в бой.
Изменили свою дислокацию и корабли 1-й бригады ДВФ (13 бронекатеров, 9 тральщиков, 13 сторожевых кораблей, 12 полуглиссеров и плавучая зенитная батарея), которые к началу операции перебазировались к устью реки Птичь в район Шацилки, поступив в оперативное подчинение командующего 65-й армией генерала Батова.
Поближе к войскам переместились и штабы фронтов и соединений. Штаб 1-го Прибалтийского фронта расположился в 50 км от линии фронта, оперативная группа – в 10 км, КП армий – в 10–18 км; штаб 3-го Белорусского фронта – в 45 км. На 1-м Белорусском фронте основной КП переместили в район Овруча, а для управления армиями создали два вспомогательных пункта: правого крыла войск – в районе Дуравичей, левого – в районе Сарн.
Наблюдательные пункты командующих армиями расположились в 3–4 км от переднего края, командиров стрелковых корпусов – в 1–2 км, а командиров дивизий – в 1–1,5 км, что значительно повысило надежность управления войсками.
К середине июня 1944 года все перемещения и перегруппировки войск были завершены, соединения армий заняли боевые порядки для наступательных действий. В ночь на 20 и 22 июня ударные группировки частей были скрытно выведены в исходные районы наступления, а главные силы сосредоточились в 5–7 км от линии фронта.
В интересах этой операции соединения и части АДД уже с мая 1944 года активно воздействовали по коммуникациям противника, его штабам, узлам связи, расположениям группировок войск. В июне и начале операции дальники в интересах фронтов выполнили 6053 самолето-вылета, нанеся массированные удары по железнодорожным узлам, станциям и перегонам на участках Орша – Минск – Барановичи, Лунинец – Пинск – Янув, по аэродромам противника и укрепленным районам, бомбили скопления вражеских войск и оборонительные сооружения.
Еще до начала операции экипажи Дальней авиации в течение четырех ночей нанесли бомбовые удары по аэродромам противника в районах Бреста, Белостока, Орши, Минска, Баранович, Бобруйска и Лунинца, выполнив 1472 самолето-вылета.
В ночь на 23 июня экипажи 147 дальних бомбардировщиков нанесли удары по обороне и объектам противника в полосе прорыва войск 3-го Белорусского фронта, а 258 самолетов – на участке действий ударных соединений 2-го Белорусского фронта. На этом фронте активно действовали и летчики 46-го гвардейского Таманского бомбардировочного полка под команованием майора Е.Д. Бершанской.
Неоценимую помощь войскам Красной Армии оказывали белорусские партизаны, которые нарушали линии связи и коммуникации противника, уничтожали его склады и базы, осуществляли нападения на небольшие гарнизоны вражеских частей и полицейские участки, препятствовали угону в неволю местного населения и вывоз в Германию народного имущества. С действовавшими вблизи фронта партизанскими отрядами была достигнута договоренность о том, на каких участках они захватят и удержат до подхода передовых армейских частей удобные для переправы места, заранее заготовят плавсредства.
В ночь на 20 июня 1944 года партизаны провели операцию по массовому подрыву железнодорожных коммуникаций, на несколько дней значительно затруднив передислокацию вражеских частей, подвоз боеприпасов, ГСМ, военного имущества, эвакуацию раненых. Отрядами подрывников были проведены диверсии на дорогах Минск – Орша, Минск – Могилев, Могилев – Бобруйск, Береза – Коссово, Фаниполь – Койданово, Молодечно – Лида, Барановичи – Волковыск, Брест – Пинск, Брест – Барановичи, Гродно – Вильнюс. Только на направлении Брест – Барановичи – Минск – Орша было перебито 40 775 рельсов. Из строя во многих местах были выведены линии телефонной и телеграфной связи, подорвано несколько важных мостов.
Бывший полковник транспортной службы Вооруженных сил Германии Герман Теске вспоминал: «В Белоруссии, в тылу сильнейшей ключевой позиции Восточного фронта, на коммуникациях немецких войск действовала руководимая из Москвы партизанская армия 80—100 тыс. человек. Действия партизан были согласованы по времени и пространству с операциями русских войск на фронте… В ночь перед общим наступлением русских на участке группы армий «Центр», в конце июня 1944 года, мощный отвлекающий партизанский налет на все важные дороги на несколько дней лишил немецкие войска всякого управления… Сообщения по многим шоссейным дорогам из-за налетов партизан могло осуществляться только днем и только в сопровождении вооруженного конвоя»[19]19
Типпельскирх К., Кессельринг А., Гудериан Г. и др. Итоги Второй мировой войны. Выводы побежденных. АСТ, 2002. С. 407.
[Закрыть].
Это было начало надвигавшейся катастрофы группы армий «Центр»: все железнодорожные станции и разъезды оказались забитыми простаивавшими эшелонами с войсками и боеприпасами, которых срочно требовал фронт. Но они большую часть времени так и стояли в ожидании ремонта непрерывно подрываемых дерзкими налетами белорусских партизан путей и мостов, подвергаемых ударам советской авиации.
Не всё, конечно, было гладко в вопросах подготовки крупнейшей наступательной операции. Срывались графики прибытия войск, доставки боеприпасов и ГСМ, но вмешательством Ставки и лично И.В. Сталина дело быстро поправлялось. Представители Ставки ВГК Жуков и Василевский накануне дня наступления доложили наверх о полной готовности фронтов к проведению операции «Багратион», войска которых заняли исходные позиции для наступления.
Три длинных года Белоруссия находилась под вражеской оккупацией, понеся огромные людские и материальные потери. Теперь настало время ее полного освобождения от немецко-фашистских захватчиков. Для этого были созданы все условия: значительное превосходство в силах и средствах над противником, выбор места и времени нанесения удара, полученные навыки командного состава и войск в умении организовать и вести боевые действия.
И, как отмечал германский историк и свидетель тех событий Курт Типпельскирх, «не оставалось ни малейшего сомнения, что до предела натянутая струна рано или поздно должна лопнуть… Теперь уже никакая сила в мире не могла предотвратить приближающуюся катастрофу»[20]20
Итоги Второй мировой войны. Сборник статей. Пер. с нем. М., 1956. С. 410, 411.
[Закрыть].
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?