Книга: Операция «Багратион» - Владислав Гончаров

Сразу уточню, что отмеченный автором известный военный историк Владислав Гончаров является не автором данной работы, а составителем. Первоначально, эти тексты были опубликованы в изначально засекреченных обзорах Военно-исторического управления ГенШтаба в 1945-м, так называемые "сборники материалов по изучению опыту войны" и предназначенные для старшего и высшего командного состава. Это сугубо военные сводки из серии "Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert..." на уровне минимум дивизий составляющие три оперативных очерка: собственно Белорусской операции, Витебской операции и наступления 65-й армии Батова. Как следствие, эта книга скорее для упертых и подкованных любителей военной истории, способных читать весьма далекий от литературных канонов текст и делать собственные выводы из прочитанного, хотя по каждому из обзоров есть краткие выводы из событий. По сути это документальный сборник, и относится к нему нужно ни как к поп-историческому нон-фикшену.

Еще любопытно было узнать, что же именно включает в себя "Багратион". Если взглянуть на соответствующую статью в Вики, то там временные и географические границы увеличены практически вдвое. Для советских генштабистов собственно Белорусская операция длилась с 23 июня по середину июля и закончилась, когда войска вышли примерно на линию Двинск, Вильно, Лида, Барановичи, может чуть дальше - до Гродно и дальше на юг по Неману. Примерно 500 км с востока на запад, и 400 км с юга на север, практически предел для индустриальных войн середины XX века, которые могут логистически потянуть войска с неизменными проблемами снабжения по мере удаления от исходных районов операции. Сейчас в нее включают все последующие события до конца августа 1944-го, то есть до упирания в Восточную Пруссию и Вислу, что в ранней историографии Великой Отечественной однозначно было отдельными операциями. Так что эта книга еще и дает представление, что собственно считалось "Багратионом", а что нет.

Читая за обе стороны, понимаешь, что жертвы неудачных наступлений зимы 43-го - весны 44-го все же сыграли свою горькую роль, немцы уверились, что могут отразить наступление собственными силами пехотных дивизий. Достаточно факта, что из 22 танковых дивизий Восточного фронта 20 было южнее Припяти - так сказались упорные танковые сражения весны 44-го на Украине, см. предыдущие прочитанные книги. Ну и Модель убыв на ГА "Северная Украина" выбил себе подвижные силы за счет центрального участка фронта. В итоге немцы были лишены возможностью подпирать пехоту подвижными частями, три моторизованных и одна танковая дивизия на полтысячи километров фронта могли оказать только локальное значение, а по факту не оказали его вообще. Неспособность немцев накапливать стратегические резервы во всей WWII сказалась особенно отчетливо именно в Белоруссии, когда практически все боеспособные дивизии были у линии фронта, а в тылу за партизанами гонялись многочисленные охранные, воздушно-полевые, учебные и прочие стройбатальоны, попытки использовать которых для затыкания дыр приводили к тому, что паровой каток советского наступления просто перемалывал их и катился себе дальше, как ранее были сметены гораздо более боеспособные части. В отличии от немцев, у советской стороны резервы были, достаточно сказать, что по мере продвижения 1-го Прибалтийского фронта советское командование последовательно вводило в бой из второго эшелона 23 дивизии, в то время как немцы - неполных 12, из которых только 7 были полноценными пехотными частями, а остальные либо охранными. либо боевыми группами уже разбитых ранее частей. Попытки остановить советское наступление сводились к неравномерному подтягиванию 1-2 дивизий из глубины либо с соседних участков фронта, которые быстро обходились и разбивались, подобные меры удались только в Прибалтике под Каунасом и Двинском, откуда можно было брать части из ГА "Север". На Варшавском же направлении безостановочное движение РККА после котлов под Витебском, Бобруйском и Минском затормозилось только уже на линии первоначальной глубины операции. Стратегия по "держать все" в очередной раз провалилась, немцев спасти могли только радикально усиления наличной группировки, либо быстрая сдача территории и попытка выстроить новую линию обороны этак по Березине, если не по Неману и Бугу. В общем, глобальный провал разведки и неспособность выявить приготовления советской стороны привели к полной катастрофе.

Читая за нашу сторону не могу не отметить, что с точки зрения 1945-го года операция прошла далеко не по нотам, но общее превосходство в силах и замысле позволило нивелировать недостатки, связанные прежде всего с использованием подвижных сил. Отставали понтонные парки, где-то дороги для танковых корпусов занимали тылы, особенно на северном фланге наступления. Кое-где, несмотря на драконовские меры по маскировке намерений, немцы успели что-то заподозрить, но полную картину советских приготовлений вскрыть не смогли. Так же наступление - это пример разных по исполнению окружений, от редкого для ВОВ вообще чисто пехотного, силами стрелковых корпусов под Витебском, смешанного под Бобруйском и минский котел, примечательный тем, что он образовался не с началом операции, а позже, когда сбитые со своих позиций в кучу немецкие корпуса были обойдены советскими танковыми корпусами, наносящими концентрические удары на столицу Белоруссии - в целом практически полная зеркальная аналогия аналогичного окружения лета 1941-го.

Отдельно в более крупном разрешении рассмотрено окружение под Витебском и действия 65-й армии под Бобруйском. Полагаю, эти документы были включены для объема и совпадающие по тематике, посколько в более мелком масштабе повторяют изображение событий из общего обзора, кроме того может быть, что если окружение немецкой группировки под Витебском изучалось отдельно, как любопытный и в общем-то нетипичный пример, то действия армии Батова по окружению Бобруйска должны были войти в общее аналогичное исследование, но по каким-то причинам соседи из 3-й армии Горбатова и 48-я Романенко подобных отчетов не предоставили.