Читать книгу "Невыносимая. Непокорная... Моя!"

– Аин. Тебе понравится у нас. – До меня доносится бархатный голос Лазим. Я поднимаю глаза и натыкаюсь на дрожащие уголки ее губ. – Я покажу тебе дом и сад. А еще, мы можем поиграть в мяч или бадминтон. Тебе нравятся такие игры?

Смотрю на нее как баран на новые ворота. Она что, серьезно смогла через себя переступить? Перед ней сидит другая женщина, женщина, которую ее любимый мужчина притащил в дом против воли. И она вот так просто смотрит на меня и улыбается? Да если бы мой Мишка привел любовницу в дом, я бы вытолкала обоих взашей!

– Ну, вот и славно. Думаю, вы без меня тут справитесь. Мне нужно спешить на работу, еще и пятничная молитва сегодня. – Зафар поднялся из-за столика и посмотрел на меня, – думай, Аин. Только в твоих силах решить исход наших отношений. Будет ли это обоюдно или только по моей воле.

Сумасшедший! Я чувствую себя словно загнанный в угол зверь. Зафар уже покинул веранду, и теперь мы сидим с Лазим друг напротив друга в гнетущей тишине. Вокруг так тихо, что даже птицы не щебечут. Я хмуро смотрю на девушку. Сколько ей лет? Наверняка, меньше, чем мне. Разглядываю ее немного смуглую кожу, пухлые вишневые губы, иссиня-черные волосы, которые свободно струятся по плечам.

На ней закрытое длинное платье персикового цвета, и она настолько утонченная и воздушная, что я не могу понять, зачем Зафару вторая жена. Ведь Лазим – прекрасна!

– Ты – падшая женщина. Чужестранка.

От удивления не сразу понимаю, что это именно из ее прекрасного ротика доносятся эти слова. Смотрю в большие и такие искренние глаза. Вот так поворот. Хотя, разве стоило ожидать другую реакцию? Глаза Лазим полны злобы и презрения. Она многозначительно повела бровью, оценив мое платье с открытыми плечами.

– Русская дешевка. Я так и думала, что Зафар притащит кого-нибудь из России. – Цедит она сквозь зубы, – что вы там творите, неужели, готовы раздвинуть ноги перед первым встречным? Неужели, все, что говорят – правда?

– Не знаю, что тебе там говорят, но ты не имеешь никакого права оскорблять русских женщин. Твой араб похитил меня, сорвал свадьбу с любимым человеком. Может, это тебе нужно задуматься, зачем он так поступил? Не представляю, как вы терпите подобное бесправие. Как можете допускать многоженство!

– Не смеши меня. – Лазим презрительно кривит рот, – весь мир знает про русских женщин! Вы только и мечтаете о том, как выйти замуж за иностранца. Уверена, что именно ты сделала все, чтобы Зафар тебя забрал с собой. Мой муж никогда прежде не смотрел на других женщин! – в голосе Лазим слышится обида, – если он привез тебя, значит ты его соблазнила, окрутила его! Но имей в виду, ты не станешь его женой. Я сделаю все, чтобы он отказался от тебя. Зафар – мой мужчина!

– Да ради бога. – Я усмехаюсь, – мне твой Зафар и даром не нужен. Я буду только рада, если он вернет меня на родину. Меня там уже ищут! И поверь, мой парень добьется справедливости, твоего муженька сурово накажут за похищение!

Лазим молча сверлит меня взглядом. Я понимаю, что она не верит ни одному моему слову, и не может справиться с эмоциями. Конечно, она ревнует его. Ревнует своего единственного и неповторимого покровителя. Мужчину, который забрал ее от родителей еще девчонкой. Без права выбора. Можно сказать, что ей крупно повезло – в такого как Зафар сложно не влюбиться, и, наверняка, многие женщины были бы счастливы иметь такого мужа. Успешного, богатого и красивого. Но только не я. Не я!

Мы смотрим друг на друга еще несколько минут, затем я встаю и иду к высоким резным дверям. Понятное дело, экскурсии по дому мне не видать, да и не очень-то и хотелось. Будет даже лучше, если я погуляю по двору одна. Мне нужно осмотреть территорию, найти хоть какие-то пути отступления. Нужно обдумать план побега, ведь нет ничего невозможного. Выход есть из любой ситуации, главное, не опускать руки!

Глава 10

То, что Зафар пропадает в городе почти весь день – очень большой плюс. Я могу бродить вокруг дома хоть до самого вечера, и никто не скажет ни слова. Да, этот мужчина, безусловно, очень богат. У него даже есть собственная фруктовая плантация, которая занимает несколько гектаров земли на заднем дворе. Впечатляюще.

Вся территория огорожена белым каменным забором, и мне не удалось найти ни одной лазейки – а перелезть через высоченные пики на самом верху, по крайней мере, сейчас, точно не получится. Я пыталась выйти за ворота, но, как и ожидалось, мордовороты на входе молча перегородили мне дорогу. К тому же, меня очень быстро нашла Амина, и жизнерадостно расхваливая прелести Дубая, потащила меня в теплицу с розами.

– Амин. Ты ведь уже знаешь, что я должна стать второй женой твоего господина. И ты совсем не ревнуешь? – спрашиваю осторожно, и тут же вспоминаю рассвирепевшую Лазим.

– Я не могу пойти против воли господина. – Амина со вздохом обрезает нижние листочки у стебля и поднимает на меня глаза, – одно знаю точно. Я была бы счастлива быть третьей и даже четвертой женой, если бы это было возможно. Но моя участь слишком печальна, мой господин никогда не сделает меня своей женой. Но даже так я готова вечно служить ему, Аин. Ты просто не понимаешь, как тебе повезло.

–Да уж. Повезло несказанно. – Я не скрываю сарказма. – Но я пленница, которой чужды ваши традиции. Все, о чем я мечтаю, это вернуться домой.

– Да, это печально. Но я тебя понимаю. – Согласно кивает Амина, но я не слышу в ее голосе ни грамма сочувствия, – но раз так случилось, ты должна подчиниться воле Аллаха. Тебя здесь никто не обидит.

– Я православная, Амина! Ох, чтоб тебя! – в сердцах восклицаю я и выбегаю из теплицы.

Хочу разрыдаться, но не могу себе этого позволить. Не хватало еще, чтобы в таком виде меня увидела Лазим. Уверена, она откуда-нибудь подглядывает за мной и строит коварные козни в своей голове. Я не хочу быть ее врагом лишь по той причине, что и сама не планирую жить в этом месте. Но в этом доме бесполезно кому-то доказывать свою правоту. Каждый предан как собака этому арабу!

Скорее из вредности, чем от здравого смысла, я размашистым шагом подхожу к воротам и нос к носу сталкиваюсь со скучающим мордоворотом. Даже в своем традиционном одеянии он явно испекся на жаре.

– Я знаю арабский язык. Мы можем поговорить?

Араб молча хлопает водянистыми глазами, и не двигается с места.

– Ты что, немой? – я недовольно скрещиваю руки на груди, смотрю на него в упор и усмехаюсь, – тебе хозяин запретил со мной разговаривать, да? Вы тут ему, как богу поклоняетесь. Можно сказать, рабы, да?

Замечаю, как у мужчины дрогнули уголки губ. Он смерил меня пристальным, мрачным взглядом, но промолчал. Сложно представить, каким должно быть самообладание, чтобы не отреагировать на открытую провокацию.

– Мне нужно выйти на улицу, на базар. – Говорю наугад первое, что приходит в голову. Конечно, понимаю, что без паспорта у меня нет шансов что-то сделать, но, кто знает, может, меня выпустят? А там доберусь до русского консульства и попробую все объяснить. Может, повезет, и сюда приедут с проверкой, тогда и документы найдутся. Как говорится, надежда умирает последней.

– Господин не давал указаний.

Хвала небесам, я, наконец-то услышала его голос.

– А без указаний – никак? – снова молчит, и смотрит куда угодно, но не на меня, и это жутко злит, – не очень-то вы тут гостеприимны. Ты ведь прекрасно знаешь, что меня украли, ты ведь тоже соучастник? Ведь ты тоже был там, верно?

На самом деле, от страха, в тот вечер я даже не запомнила ни одного лица – все окружающее расплывалось в единое бесформенное пятно. Но он же об этом не знает. Не умеет же он читать мысли!

– Если вы попытаетесь выйти, то из вольера выпустят собак.

По без эмоциональному, спокойному тону, я поняла, что именно так и будет. Вот только я нигде не видела загона для собак и не слышала лай. Может, врет? Вот только по лицу совсем не заметно…

– Вам нужно успокоиться и вернуться в дом. Здесь везде камеры, и улизнуть не получится.

– Тоже мне…умные нашлись. Ну и стой тут, болван! Прислуживай дальше!

Разозлившись, я иду по газону размашистым шагом, и останавливаюсь только возле бассейна. Рядом стоит шатер с мягкими игрушками. Не справившись с любопытством, отодвигаю прозрачную шторку и прохожу внутрь. На широком голубом матрасике лежит груда самых разных игрушек: роботы, мячики, блестящие машинки разных размеров, пластмассовые динозавры, кубики и высокие пирамидки. Обращаю внимание на то, что нет ни одной куклы. Даже самого завалявшегося пупсика, и то, – нет. Видимо, в этом семействе ждут очередного, только маленького господина. Но зачем Зафар украл меня, если его жена ждет ребенка? Разве это не ужасное потрясение для Лазим? Тогда ее ненависть кажется даже недостаточной! Подумать только – носить под сердцем ребенка и терпеть любовницу под боком! Какой же он все-таки отвратительный! Жестокий, эгоистичный и бесчувственный! Мне хочется ударить его, хочется лупить по идеальному лицу Зафара, пока оно не сморщится от боли. Уж если все в этом доме не способны пойти против него, то я все еще могу противостоять этой пещерной дикости!

– О, Аллах!

Вздрагиваю от громкого вскрика и разворачиваюсь. На меня смотрит Амина, в ее глазах плещется едва ли не животный ужас.

– Выходи отсюда немедленно! – шепчет она и хватает меня за запястье, при этом не переступая порожек шатра, – это Лазим установила! И никто сюда не должен забираться!

– Это почему же?

Я решаю не спорить, и выбираюсь наружу. Амина тут же торопливо закрыла молнию, и потащила меня через газон к беседке.

– Больше никогда так не делай, хорошо?

Только на лавочке она, наконец, успокаивается и негодующе качает головой.