Читать книгу "Солнечное сердце"

Глава 7. Кайто и Сатоши

Лорен

Кайто и Сатоши нежданно-негаданно идеально вписались в жизнь замка. Кокку готовила необычную еду, которая мне иногда нравилась, иногда – не очень, но она всегда предлагала что-то на замену, если блюдо было слишком острым. Так я перепробовала массу удивительных сочетаний продуктов: салат из водорослей и тофу, жареных кальмаров в кляре, несколько видов супов на рыбном бульоне с ферментированными соевыми бобами и диковинные жареные морепродукты, названий половины из которых я не слышала. Зато у последнего я выучила общее название такой еды – темпура[1]. Очень вкусной оказалась та самая чёрная паста с курицей, говядиной и соевым соусом. Нам обоим с Рэйденом понравилось блюдо, и это был отличный шанс рассказать ему о новом кокку в замке, когда у него было хорошее настроение, но, увы, я его прохлопала ушами, а потому всё ещё ходила по замку на цыпочках и обдумывала, как бы так выдать правду, чтобы на меня не сильно рассердились за самоуправство.

Сатоши оказалась чудесной! В следующий приезд Ёси она сама вышла на улицу и обсудила с мальчиком, что надо доставить в Харакун ещё, даже договорилась на комплект новых ножей. Я вмешалась в разговор в самый последний момент, крикнув:

– И нам бы новую посуду! – На что повар повернулась и удивлённо вскинула брови:

– А зачем?

– Как зачем? – Настал мой черёд удивляться. – У нас же совсем ничего нет, я Рэйдену ужин на доске носила!

Сатоши громко расхохоталась, отчего вокруг глаз собралась тонкая сеточка морщинок-лучиков:

– Так это суши были и мясная нарезка, у них сервировка такая. – И, обернувшись к подростку, добавила: – Всё в порядке, Ёси, ступай, это всё.

Стоило мальчику скрыться, как женщина пояснила:

– «Снежные вершины» поставляют продукты на определённую сумму, такая договорённость, и я бы не хотела, чтобы Ёси уменьшил количество мяса или рыбы в угоду каким-то блюдцам. Насколько я понимаю, Лорду Чернильных Небес уже давно нездоровится, и хорошая еда – это то, что ему поможет. А касательно посуды – не переживай. Я всё-таки разок поднялась на второй этаж и взяла сервиз для господина. Вы несколько раз носили еду в нём, разве сами не заметили?

– Вы что?!

Вот тебе раз!

Я-то думала, что супружеская пара исполняет мои указания чётко. В памяти всплыли всевозможные пыльные вазочки-скляночки, странные вытянутые тарелки и цветастые горшочки. Всё это я мысленно окрестила «музеем» и туда не совалась после того, как взяла меч для чистки овощей. Меч, к слову, теперь хранился в моей комнате. Не то чтобы я планировала им пользоваться дальше или учиться драться, просто он мне нравился внешне: узкий, длинный, чуть изогнутый, очень изящный…

При взгляде на него перед мысленным взором возникало хмурое лицо Рэя, и на душе становилось отчего-то спокойнее. Возникало ощущение, что рядом с этим мечом я буду в безопасности. Странные, если разобраться, чувства – владеть-то я им не умею, лишь огурцы чистила.

– Но это же сервиз для крылатых господ. – Сатоши покачала головой и мимолётно улыбнулась. – Не могла же я ему подавать еду в том, из чего простые люди едят…

Я медленно переварила информацию.

– А-а-а, то есть посуды нет у нас?

– Почему нет? Кайто всё отмыл, можно пользоваться. Конечно, было несколько пиалок с трещинами и отломанными краями, тут ничего не поделать, пришлось выкинуть, но в целом-то большая часть в отличном состоянии.

Я вспомнила гору грязной посуды в раковине, когда оказалась в замке первые дни, запах сырости и плесени, ржавчину… Да я сама ела из сковородки, так как смогла отмыть для Рэя лишь одну пиалу! М-м-м, ну если Кайто очистил всё, то я пересмотрю своё отношение к нему. Прямо-таки маг-волшебник какой-то!

Как выяснилось, вся кухня к этому моменту сверкала чистотой и пропахла такими ароматами, что я не поверила, что это то же самое помещение, которое ещё не так давно навевало тоску. У Сатоши всё получалось как-то легко и просто, она даже печь разжигала за секунды, правда, для этого пользовалась не «камнями силы», а каким-то приборчиком, высекающим искры. В тот момент, когда она показала его, в голове сам собой проснулся тот самый ехидный голос, что сопровождал меня с момента попытки сожжения на костре: «Индукционных плит здесь ещё не изобрели». Я тряхнула волосами, и голос замолк.

Оказалось, что Сатоши прекрасно разбирается в травах и готова привести в порядок грядки на заднем дворе. Она даже ничего не стала заказывать у Ёси, сославшись на то, что любой уважающий себя кокку при переезде берёт необходимые семена с собой. «В травах хранится вся мощь земли», – сказала женщина, засеивая одну из грядок.

Я аккуратно выспросила у женщины информацию про лекарства и пришла к выводу, что местные ничего не знают ни о таблетках, ни о суппозиториях, ни об инъекциях. Засушить травы, растолочь и приложить на марлю на манер пластыря или же смешать со спиртом и получить настойку. О кремах и мазях Сатоши тоже имела представление, но весьма расплывчатое. Пару раз она упоминала, что у исэи свои методы лечения и какие-то там «силы», но я лишь отмахнулась. На что мне местные врачи, если они не помогли Его Лордейшеству?

Я планировала сделать домашнее обезболивающее средство для Рэйдена, но, когда принялась расспрашивать женщину, выяснила, что ни мяты, ни розмарина, ни лаванды здесь не растёт. Лаванду, мол, иногда доставляют купцы из краев Смешанных Эпох, вот только очень редко, и идти за ней надо аж за деревню Текущей Воды… С пчелиным воском, который используется для загущения крема, тоже могут возникнуть проблемы в это время года, так как не за горами уже месяц белых деревьев.

Информации от Сатоши было так много, что начала пухнуть голова. В итоге мы договорились, что она сама будет делать обезболивающий чай и постарается через Ёси раздобыть мазь на основе имбиря, эвкалипта и той самой загадочной силы исэи.

Она продолжала общаться ко мне на «вы», хотя была явно старше меня. Сколько именно ей лет, я так и не определилась, потому что порой её звонкий голос звучал как у молодой девушки, а порой она могла вскользь пожаловаться на боли в суставах из-за возраста.

С её мужем у меня установился вооружённый нейтралитет. Увы, мои слова вообще не являлись для него авторитетом. Точнее, он вроде бы кланялся, соглашался, глядя при этом так, будто я в лучшем случае научилась ходить… а потом делал всё по-своему. Это страшно раздражало! Так же, как и Сатоши, он, оказывается, зашёл и на второй этаж, а затем и на третий…

Честно говоря, когда я запрещала подниматься, то преследовала несколько целей: во-первых, люди, хоть и наёмные работники, всё-таки новые, всё самое ценное – в музее, на втором, а значит, туда им не надо. Обокрадут ещё, потом я виноватой окажусь. Во-вторых, кухня на первом этаже, кладовка – тоже, спальня там тоже есть, зачем им выше? Да и площадь первого этажа огромная, этого с головой для работы на одного человека хватит. Ну и в-третьих, я так и не рассказала Рэйдену о новых жителях замка… За всё время он так ни разу и не вышел из спальни, что уже тревожило не на шутку, но я планировала всё же вначале рассказать ему о маленьких изменениях в Харакуне, а уже потом познакомить с людьми, а не наоборот.

Кайто оказался себе на уме. Он постоянно ходил, высоко задрав подбородок, поглаживая куцую бородку и звеня серебряными кольцами.

Стоило мне показаться где-то в зоне его видимости, как он тут же отвешивал комплименты. «Какая уникальная вышивка на вашем кимоно» переводилось как то, что я не отстирала какое-то крошечное пятно и Кайто считает мой внешний вид верхом неуважения к Его Лордейшеству. «Правда ли сегодня изумительная погода? Таким видом можно любоваться вечно», – говорил он, когда я шла с подносом к Рэю и невольно останавливалась напротив громадного окна, откуда открывался восхитительный вид на лазурно-лиловые шпили гор. Слова Кайто означали, что он считает меня ленивой нерасторопной барышней, которая вместо того, чтобы выполнять работу, залипает на местные красоты, из-за чего поданная господину пища будет не идеальной температуры.

Кайто вообще оказался тем ещё занудой, который очень быстро научил меня читать воздух, а иногда красноречиво закатывал глаза, когда я спрашивала что-то очевидное, на его взгляд. Порой дёргался глаз от его замечаний, но в то же время я не могла не отдать должное: свою работу он выполнял великолепно. Не только первый этаж, но и второй, и третий избавились от пыли и паутины, гардины были перестираны и отутюжены, мебель отполирована, всевозможные статуэтки и фигурки засверкали, в холлах запахло свежестью. До четвёртого уборщик, к моей удаче, пока что не добрался. И при всём при этом я ни разу не видела Кайто выполняющим свои обязанности – то есть кверху попой с половой тряпкой или шваброй или развешивающим перестиранное бельё. Когда бы я с ним ни сталкивалась в коридорах, он просто ходил с надменным видом.

Ну… я рассудила так: главное – результат, верно? Результат был. Это как у программистов – вроде бы ходят целый день туда-сюда, болтают, играют в бильярд или настольный теннис, а потом оп – и код написан, всё работает.

***С Рэем отношения складывались… странно.

С нашего первого сеанса массажа прошло несколько недель.

Он как будто и был рад меня видеть, но при этом много хмурился, отрицательно реагировал на любые предложения прогуляться и предпочитал молчать. С другой стороны, я видела его спину и понимала, что, скорее всего, мужчина испытывает сильные боли, о которых предпочитает молчать. Добавить сюда реабилитационные массажи, эффективность которых я постепенно наращивала, и вот он, результат.

Одно радовало – Рэйден больше ни разу не проявлял возражений. То есть я видела, что он всё так же смущённо снимает кимоно и нехотя переворачивается на живот, подспудно ожидая, что я начну охать и ужасаться его шрамам, но самое тяжелое – заставить ежедневно проходить через не самую приятную процедуру – получилось само собой. На вторую нашу встречу, когда Рэй вновь завёл старую шарманку о том, что даже исэи не справились, я ответила:

– А мне будет приятно, если ты не станешь сопротивляться и попробуешь мне довериться.

– О, человек солнца, откуда у тебя вообще мысли, что ты можешь мне помочь? – проворчал Рэй, но с тех пор вполне себе слушался.

Я всегда старалась принести ему обезболивающий чай за час до процедур, а в конце завершала сеанс расслабляющими движениями и укрывала мужчину тёплым одеялом.

Мне нравилось касаться Рэя. Стоило увидеть его рельефную спину, как пальцы сами собой зудели от желания почувствовать тепло его кожи. Да, из-за шрамов внешне она выглядела далеко не так эстетично, как фотографии моделей в журналах, но для меня она была по-своему прекрасна. Я чувствовала руками Рэя, его тело было отзывчивее, чем любимая скрипка музыканта. Одного прикосновения к Рэю обычно хватало, чтобы уловить, в каком состоянии духа он находится, хорошо ли спал, перебирался ли сегодня в кресло, чтобы проехаться хотя бы по спальне, или так и лежал в кровати.

Рэй обычно был молчалив, но отвечал на какие-то вопросы, однако стоило начать расспрашивать о ранении, как он замыкался, становился очень хмурым, почти злым. Слово за слово, сеанс за сеансом я только и смогла вытянуть, что основная рана на спине – след от необычной ловушки, в которую он попал, когда велись военные действия, а другие – оружие неприятеля. Все травмы были получены в один промежуток времени, пятьдесят три года назад. Я несколько раз уточнила, подумав, что ослышалась, но нет – пятьдесят три, всё верно.

– А сколько тебе лет? – переспросила на автомате всё же.

– Триста тридцать четыре, – без запинки ответил Рэйден, бросив на меня косой взгляд из-под пушистых ресниц.

«А, ну, наверное, тут по-другому летоисчисление идёт», – отмахнулась я про себя.

[1] Темпура – панировочная рисовая мука для обжарки продуктов во фритюре. В азиатской кухне эту муку используют для приготовления кляра, в котором обжаривают морепродукты: кальмары, креветки, рыбу и различные овощи, а также готовят горячие роллы.

Глава 8. Принцы Аккрийские

Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Лорен действительно была солнечной во всех смыслах этого слова, с её возникновением в Харакуне жизнь дракона как будто стала ярче. Рэйден мысленно покачал головой и усмехнулся тому, что изначально принял эту девушку за подосланную убийцу.

За всё время пребывания в Харакуне она чудила, зачем-то набрала одежды из его гардеробной и кучу церемониальных носков – чёрных, которые любили драконы, но не люди, – делала на голове необычные прически, ежедневно приходила к нему в спальню, чтобы сделать массаж, и искренне верила, что может помочь. Ему! Дракону с пятидесятилетней травмой, который накапливает магию и оборачивается во вторую ипостась раз в год! Его даже брат Широ, выбравший стезю исэи, осматривал и развёл руками, сказав, что ничем не может помочь.

Стоит отдать должное, массажи Лорен действительно нравились Рэю. Да, они часто были весьма болезненны, но в конечном счёте Рэй чувствовал, что после каждого сеанса его тело благодарно. И удивительнее всего в этом было не то, что обыкновенный человек без артефактов и магии видел и работал с его магическими каналами, а тот спектр эмоций, который испытывал сам Рэйден. Несмотря на то что всякий раз боялся увидеть на лице Лорен брезгливость и не без опаски оголял торс, её руки касались его и восполняли чашу тактильного удовольствия, которое, как он думал раньше, уже никогда не получит.

Удовольствие, правда, оказалось противоречивым, потому что совесть в такие моменты шептала, что он бесстыдно пользуется человеком солнца. Если бы Лорен отдавала себе отчёт, что перед ней урод, ни за что бы не стала его трогать.

В дверь коротко постучались и крикнули: «Эй, Рэй, можно к тебе зайти?» Рэйден мысленно фыркнул: так поступала только Лорен. Зачем кричать, когда у драконов отличный слух?

– Да, входи. – Он привычно отозвался, откладывая книгу в сторону. Это был древний справочник о людях солнца на драконьем языке, за которым Рэй ночью специально съездил на механическом кресле до старого кабинета.

Девушка с двумя короткими хвостиками, какие делают разве что детям, и очень ярким румянцем на щеках вихрем залетела в спальню, поставила поднос с едой на тумбу, едва бросив взгляд на книгу, и обернулась к дракону. При этом её зелёные глаза сияли так, что Рэй задумчиво склонил голову к плечу, разглядывая гостью. Обычно такое выражение лица означало, что она что-то задумала.

В первый раз она вошла к нему с подобным блеском в глазах, когда в замке появились люди. Рэй понятия не имел, каким образом Лорен заманила их, но люди были. Факт. Это подтверждало и его чутье, и драконий слух… и стены Харакуна. Как владелец замка, он почувствовал людей ещё на восходе солнца в тот день, когда они пришли на порог.

Лорен долго с ними говорила, а затем впустила внутрь, значит, они ей зачем-то были нужны. Ещё не так давно Рэйден сам запугивал людей драконьим рыком, чтобы к нему никто не совался, но сейчас ради разнообразия решил потакать безобидным капризам человека солнца и посмотреть, что из этого выйдет.

– Это обед, но есть можно только после массажа. – Звонкий голос Лорен выдернул Рэя из размышлений. Девушка поставила поднос на низкую тумбу, чтобы мужчина его точно не задел, а затем с жестом, каким русалки достают из потайных карманов жемчужные бусы, вытянула из штанов длинную плоскую тёмно-серую веревку. – Смотри, что я для тебя заказала у Ёси!

– У того мальчишки, что раз в неделю доставляет еду? – Рэй удивлённо приподнял бровь и взял из рук Лорен верёвку.

При ближайшем рассмотрении верёвка оказалась заметно воняющей сажей лентой, на ощупь подозрительно смахивающей на подошву обуви, которую люди надевают в сезоны разлива рек.

– Обработанный каучук! Он будет отличным эспандером. – Тем временем девушка начала суетиться, схватила один конец верёвки и привязала к кроватному столбику у ног.

Рэй к этому моменту уже привык, что человек солнца придумывает свои слова, а потому наблюдал за её активностью с лёгкой снисходительной полуулыбкой. Так смотрят на шаловливых питомцев, спуская им с рук даже сгрызенные любимые туфли.

– И для чего нужен этот эспандер?

– Как для чего? – искренне возмутилась Лорен и взялась за свободный конец верёвки, натягивая через всю кровать. – Чтобы ты тренировался! Я видела твою спину, ты в прошлом был спортсменом. Надо восстанавливаться.

Рэй вздохнул. Всякий раз, когда ему напоминали о прошлом, настроение портилось безвозвратно.

– Лорен, послушай. Да, я был воином, но не могу махать мечом…

– Конечно же не можешь. Гантели, да ещё и такие тяжелые! Я потому и заказала у Ёси эспандер! Знаешь, сколько усилий мне стоило объяснить ему, что требуется? Вот, возьмись.

Она всунула ему конец верёвки в руку, ни разу не задумавшись, что отдаёт приказы не просто дракону, а принцу. Рэй мысленно усмехнулся – если поначалу такое поведение человека солнца раздражало, то теперь он находил его даже в чём-то оригинальным.

– Потяни… Нет, не так, да, локоть крепко фиксируем второй рукой у головы. – Она с азартом завернула его тело в мудрёную позу. – Что чувствуешь?

Рэйден понятия не имел, что ответить девушке. С одной стороны, расстраивать её не хотелось, с другой – ну как какая-то верёвка из подошв обуви может помочь в его состоянии? Раньше эти руки с лёгкостью превращались в лапы и могли выдрать столетнее дерево с корнями. Раньше эти руки активировали Дарующий Освобождение и развеивали самые плотные Мёртвые души. А что теперь?

Однако ответ явно не подразумевался. Лорен с энтузиазмом принялась щебетать:

– Эспандеры лучше гантелей! Они дают сопротивление на протяжении всего движения, которое растёт с увеличением амплитуды. Железом ты можешь навредить себе, перенапряжение в твоём состоянии опасно – до фасцикуляции недалеко, лента значительно лучше. Она, по сути, ведёт себя как стабильная эластичная мышечная ткань. Ко всему, я всё никак не пойму характер твоей травмы…

Рэйден недоверчиво покачал головой на выдумки человека солнца.

– Лорен, зачем тебе это всё?

– Ну-у-у, мне так хочется. – Девушка неожиданно смутилась и спрятала руки за спину. – Тебе же не сложно, а вдруг поможет?

– Не поможет. – Он резко нахмурился, но не из-за ленты, сделанной из подошв обуви. Стены замка Харакун тонко завибрировали. Такой звук улавливали лишь оборотни. Если сейчас будут хлопки и дрожь земли…

– Я уверена, что поможет, главное – это настрой. Ах да, Рэй, я тут хотела тебе ещё рассказать. Понимаю, что немножко припозднилась, но тебе же нравится еда в последнее время…

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

За вибрацией стен последовала едва ощутимая дрожь земли. Ну точно, драконы прилетели, и Рэй даже был готов поклясться, что точно знает, кто именно из братьев его решил навестить.

– Лорен, поговорим позднее. Иди в свою комнату или на кухню.

***

Лорен

Я совсем не понимала Рэйдена. Его настроение постоянно скакало. Я знала, что у людей с хроническими болями в любой момент может проснуться неадекватная ситуации злость, но так грубо меня ещё никогда не выставляли.

В полной прострации и подавленных чувствах я зашла в свою комнату, взяла меч, потрогала гравировку (мне нравилось это делать), потопталась и на автомате отправилась вниз – на кухню.

С Сатоши в последнее время мы много общались, чего не сказать о Кайто, и потому захотелось спросить у неё совета. В это время она обычно убирала кухню, напевая что-то из местных песен, или засушивала травы и с радостью выслушивала мои вопросы. Однако в этот раз кокку не заметила моего прихода. Она энергично скакала по помещению, одновременно закручивая колбаски с водорослями и нарезая несколько видов красного мяса и рыбы. Кайто, предпочитавший в дневное время удалиться в спальню и дремать хотя бы полчаса (когда я впервые возмутилась такому поведению в рабочее время, он с гордостью ответил, что дневной сон – признак трудолюбивого работника), тоже был здесь и активно помогал супруге, выставляя на поднос многочисленные готовые блюда.

– Что здесь происходит? – спросила я, ошарашенно наблюдая, как всегда спокойный и чуть ли не надменный уборщик суетится и нервно поправляет палочками кусочки маринованного имбиря на тарелке, выкладывая из него бутон. – Я отнесла обед Рэйдену, нам не надо столько еды.

– Лорен-сан, вы очень возвышенный человек, но сегодня особенный день. Думаю, вы согласитесь, что его стоит отметить прекрасными блюдами, – отозвался Кайто в своей манере «чтения воздуха».

Эм-м-м…

Вроде мужчина не сказал ничего плохого, но всё равно я с нарастающим раздражением почувствовала себя котёнком, которого взяли за шкирку и во что-то ткнули носом.

Чёрт, ну по-нормальному же спросила! Кстати, суффикс «сан», как я выяснила, давали всем, к кому хотели обратиться в уважительной форме, но почему-то, когда я сказала «Сатоши-сан», та расхохоталась и ответила: «Ну какая из меня сан?» Рэйден, к слову, тоже был «лордом» или «господином крылатым», но не «саном». Для него этот суффикс недостаточно уважителен.

– Я потому и уточняю, Кайто, – ответила, собрав в кулак всю свою вежливость и терпение, – будьте так любезны уточнить, что именно выделяет этот день среди прочих?

– Вы витаете в облаках, Лорен-сан, вам следует обратить взор на землю.

Чего-о-о? Это он сейчас меня ещё и рассеянной обозвал?!

Видимо, чувствуя, что до добра наш диалог не доведёт, Сатоши вмешалась:

– Братья нашего господина прилетели. Надо накрыть стол, и как можно быстрее.

О-о-о, родственники? Это те самые, которых Рэйден подозревал, что они наняли меня для его убийства? Занятные, должно быть, личности, я бы с ними познакомилась поближе.

– А на чём они прилетели? – спросила как бы между прочим, раздумывая, как напроситься на встречу.

Кайто выразительно посмотрел на меня, а затем лишь закатил глаза, высказывая всё своё отношение к моим умственным способностям, а Сатоши, как всегда, улыбнулась и ответила:

– Так на крыльях же. Все принцы – чистокровные драконы.

– К-кто?

Голова как-то подозрительно закружилась.

– Принцы. Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский – третий сын верховной ветви огненных драконов. Он принц. Вы разве не знали?

– Нет-нет, – я крутанула кистью в воздухе по кругу, – другое. Предыдущая фраза, повторите, пожалуйста.

– Все принцы – чистокровные драконы. – Сатоши вытащила из верхнего ящика нож и принялась аккуратно нарезать колбаску с водорослями, на выходе получая из неё роллы. – Вон посмотрите в окно. – Она взмахнула тем же ножом. – Принц Рёллан ещё не обратился.

На мгновенно одеревеневших ногах я подошла к окну, подтянула за шнурок тонкую, складывающуюся в рулон соломенную штору и уставилась на сад, на двух статных мужчин. Один оказался, как и Рэйден, брюнетом, а у второго волосы имели редкий оттенок спелой вишни. Оба стояли в роскошных укороченных кимоно по бёдра, из-под которых торчали широкие штаны, а на ногах – внезапно! – обувь с удлинённым голенищем. В районе талии поверх одежды крепилась кожаная юбка по колено с металлическими пластинами и длинный изогнутый меч, по форме один в один как Дарующий Освобождение, только рукоятки других цветов. Причёски незнакомцев тоже показались необычными. Если Рэй предпочитал носить пучки или распущенные волосы, то у братьев причёски напоминали нечто среднее между косами и конскими хвостами, украшенными железными ободками-коронами и проткнутыми спицами насквозь.

Однако всё это я рассмотрела лишь мельком, потому что основное внимание сосредоточилось на огромном, прямо-таки гигантском существе…

Чешуйчатая шкура переливалась не то огнём, не то чистым золотом, четыре когтистые лапы вспороли аккуратный газон, а длинный хвост с рядком гребней и пёрышек вдоль позвоночника по-змеиному изгибался. На моих глазах дракон взмахнул пятой конечностью, словно кнутом, и… снёс полудохлый куст рододендрона. От последнего движения на внушительной усато-клыкастой морде – клянусь! – отобразилось выражение неловкости напополам с сожалением. Секунда, другая – животное охватила яркая золотая сфера, заставившая зажмуриться, а когда я моргнула, прогоняя цветные пятна перед глазами, – на месте животного стоял третий мужчина с огненно-рыжими волосами в таком же расписном кимоно, как и двое других.

– Как… Как это возможно? – потрясённо пробормотала, всё еще не веря своим глазам.

Да, всё это время я слышала обращение «господин крылатый» к Рэю, да и он сам сказал, что является драконом, но мне казалось это какой-то выдумкой… ерундой, в конце концов. И то, что крупного питомца владельца замка не нашла, – подумаешь, смотался в лес. Реальность обрушилась на меня тяжеленной каменной плитой: в голове зашумело, ноги налились свинцом, а руки задрожали.

– Но драконов же не бывает… – не то сказала, не то придушенно пропищала, глядя, как трое красавцев в кимоно идут в замок. На ступенях они, кстати, как кокку и уборщик в своё время, не задержались – сразу вошли внутрь.

Сатоши весело рассмеялась где-то позади:

– Так то у вас, в краях Смешанных Эпох, их нет! Оно и понятно, до вас господам крылатым лететь только в одну сторону больше недели, а здесь, на большой земле, они часто встречаются. Тут Горячее Море под боком, а через пролив Огненный Архипелаг располагается.

Я перевела взгляд на Кайто, мужчина вопросительно приподнял брови, пригладив седую бородку. Запоздало пришло понимание, что фраза «вам следует обратить взор на землю» в кои-то веки не являлась чтением воздуха. Это было настоящим советом. Буквальным.

Я шагнула в сторону табурета, чтобы присесть и привести мысли в порядок, но в этот момент женщина вручила огромный поднос с роллами, суши и нарезками:

– Лорен-сан, отнесите, пожалуйста, господам крылатым.

Я с ужасом уставилась на поднос.

Нести? Драконам?!

– Может, вы сами отнесёте? Я ничего не понимаю в сервировке.

– Ничего страшного, я циновки и тарелки с палочками уже разложила, – не моргнув глазом ответила кокку. – А я сейчас отойти от плиты не могу. Кайто помогает мне готовить темпуру, и надо успеть на десерт сделать прозрачное желе с чёрным мёдом из тростника, хорошо, что у меня есть заготовка…

Меня подтолкнули к выходу. Я автоматически направила стопы направо, в просторный зал с низкими квадратными столами, на что Кайто в последний момент окрикнул:

– Лорен-сан, лестница на второй этаж левее. Сатоши сервировала основной зал с кхантоке.

Я послушно повернула налево, припоминая, что такое кхантоке. К сожалению, новые слова мне давались очень тяжело, и Сатоши порой повторяла по несколько раз, прежде чем я выучивала название того или иного незнакомого предмета. Кхантоке[1] назывался большой круглый стол, состоящий фактически из двух столешниц – внешнего круга и чуть приподнятого вращающегося внутреннего. «Благодаря такому столу все сидящие за трапезой могут не тянуться за едой, а провернуть центр и положить себе то, что хотят», – прокомментировала Сатоши, когда знакомила меня с традиционной драконьей мебелью. Тот, кто придумал такой оригинальный стол, вызвал у меня глубокое восхищение и уважение, а слово «драконья» на тот момент я всё ещё воспринимала как шутку или трудность перевода.

Дойдя до зала, я пришла к выводу, что это и неплохо, что гости сидят за кхантоке. Это означает, что я могу выставить блюда на центральную часть, никого не обходя лично с подносом, и незаметно уйти. Намерение познакомиться с родственниками Рэйдена испарилось после того, как я увидела воистину гигантскую золотую тушу перед стенами замка.

Может, и хорошо, что Рэй живёт большую часть жизни здесь один?

«Он, кстати, тоже дракон», – заботливо напомнил внутренний голос, на который я моментально шикнула. Подумаем об этом как-нибудь потом. Сейчас надо отыграть роль официантки и дождаться, когда «дорогие гости» уберутся восвояси.

Уже перед дверью, из-за которой слышались не очень-то радостные голоса, я сообразила, что всё время ходила с мечом Рэйдена и сейчас он всё ещё зажат у меня по привычке под мышкой. М-м-м… Наверное, надо было оставить его хотя бы на кухне, но как это сделать теперь, когда обе руки заняты и поставить его некуда?

Голоса из-за дверей громыхали, суть я разобрать не могла. Уже сейчас из-за обилия шипящих и рычащих звуков я догадывалась, что принцы между собой говорят на другом языке. Ну и ладно!

Я прижала меч сильнее, порадовавшись, что у рубахи широкие рукава, за которыми практически не заметно оружия, аккуратно толкнула носком обуви бумажно-деревянную дверь и просочилась внутрь.

Раскрасневшийся Рэйден до побелевших костяшек вцепился в подлокотники инвалидного кресла и запальчиво что-то говорил мужчинам, которые оказались ну очень на него похожи! На расстоянии из окна я не рассмотрела их лиц, а сейчас на миг остолбенела и чуть не забыла, что левой подмышкой надо придерживать меч. Осанка, овал лица, светлый оттенок кожи, прямые носы, миндалевидные глаза и длинные густые ресницы…

Брюнет и тот, что имел волосы цвета тёмной вишни, отвечали надменно, перебивая Рэя, темноволосый ещё и фыркал. Третий брат, пожалуй, сильнее всех отличался от остальных – и по поведению, и по внешности. Он не стал собирать огненно-рыжие волосы в высокий хвост, вместо этого в них затесалось множество тонких косичек и пёрышек. Дракон расположился за огромным кхантоке так, чтобы сидеть дальше всего от Рэйдена, и старательно рассматривал убранство помещения, скользнув по мне беглым незаинтересованным взглядом. С одной стороны, такое поведение показалось мне невоспитанным и некультурным по отношению к брату-инвалиду, с другой стороны, в сравнении с двумя другими принцами – уж лучше так.

Я не понимала речи мужчин, но напряжение и неприятную атмосферу чувствовала всей кожей. Рэй был похож на того, кто защищался из последних сил, но незваные гости словно не видели этого и били наотмашь словами-пощёчинами.

Я сделала бесшумный шаг-другой к кхантоке, вслушиваясь в непривычные звуки и концентрируясь на том, чтобы не опрокинуть поднос. «Китодурасай-дарэ-мо-аната…» – завывал тот, что имел волосы цвета вишни, и при этом сжимал кулаки. «Ииэ», – отвечал Рэй.

Я принялась расставлять блюда на вращающейся части кхантоке: пиала, тарелка, тарелка, доска с суши…

Принцы вновь сказали что-то резкое, а Рэй ответил.

Я переставила ещё одну тарелку, ощущая, как возмущение поднимается во мне словно цунами. Какого чёрта они на него насели? Зачем вгоняют в негативное настроение?! Да я месяц сеансов массажа угробила на то, чтобы снять стрессовые зажимы с Рэя, и что теперь?! Один обед с родственничками, а мне работы ещё на полгода?! Ему и так тяжело живётся, он о болях никогда не говорит, но я вижу, как заметно ему помогают обезболивающие…