Читать книгу "Академия Космического Флота: Иллюзия выбора"

– Зачем ты так себя вела? И сыпала оскорблениями? – спросила я, когда мы отлетели на приличное расстояние.

Мне до сих пор казалось, что «Спэйс-Икс» вот-вот передумает и бросится за нами в погоню.

– Потому что так надо было, – грустно усмехнулась девушка. – Если бы я была вежливой адмиральской дочкой, то мне бы предложили состыковаться и осмотреть корабль. Надо было вызвать отторжение и глубокую неприязнь у дежурного, чтобы такая мысль ему даже в голову не пришла.

Я задумчиво кивнула, мысленно соглашаясь с доводом цваргини.

– А с паролем-допуском как ты так метко угадала?

Дебора скривилась:

– Отец мне сообщал пару-тройку допусков к туннелям, там всегда было что-то пафосное про честь, долг, служение или всё вместе взятое. Идиотские пароли, но, видимо, генерал считает, что это поднимает дух офицеров.

Я повторно кивнула, подумав, как легко цваргиня примерила на себя маску избалованной дочки. Может, её поведение в стенах Академии – тоже маска? И нет никакой надменной снежной королевы? Есть просто девушка, которая всеми возможными способами хочет выучиться на пилота и получить звание офицера Космофлота. Стоило вспомнить, как легко Дебора имитировала, будто занималась во время зачёта шаутбенахта Крагора любовью со Станиславом Радонежским, лишь бы не вскрылось, что мне тогда стало плохо. Я с невольным уважением посмотрела на цваргиню. До сих пор я не могла назвать её своей подругой, но эта поездка нас заметно сблизила.

– Ты уже совсем клюёшь носом, иди поспи, – посоветовала Дебора.

– Ты точно без меня справишься? – спросила, отчаянно сдерживая зевок. Глаза и вправду слипались от усталости.

– Да куда я денусь? У меня в помощниках твой искусственный интеллект. – Цваргиня махнула мне рукой.

***

Кадет Анестэйша Радосская

…Рик притащил меня сюда со словами, что хочет показать что-то необычное. Я оглянулась. Колючая медная проволока над высоким бетонным забором, отсортированные кучи пластика, металла и электроники на лысой земле. В отдельных поддонах лежат развалившиеся коробы из многократно переработанного картона, а также всё то, что имеет в составе натуральное дерево. Именно из этих коробок Рик сложил и разжёг костёр. Я поёжилась. Открытый огонь… Это так странно и дико, но в то же время завораживает. Оранжевые лепестки пламени пляшут, переливаясь, меняя цвет и форму. Как он вообще смог разжечь огонь? Интересно, какой он на ощупь?

– Малявка, руки убери, обожжёшься, – скомандовал Рик, когда увидел, что я потянулась к огню.

Я резко отдёрнула пальцы и насупилась. Было обидно, что друг считает меня такой маленькой. Почему ему касаться огня можно, а мне нет? Сам же подложил ещё один картонный лист, и ничего ему не сделалось.

– А ты противный старикан, – проворчала я в ответ.

Рик рассмеялся. Легко, беззаботно, весело. Отблески пламени в его рыжих волосах как будто жили отдельной жизнью. Захотелось дотронуться и проверить, что у него на голове всё ещё волосы, а не огонь от костра, перекинувшийся на кудрявую шевелюру. Но я не стала этого делать.

– Да, малявка, я такой. – Рик потрепал меня по голове. – Ста-а-а-арый, – он произнёс это слово, растягивая букву «а».

Друг всегда любил подчёркивать, что он значительно меня старше и мудрее. Ему уже целых девять лет, и сегодня он решил показать мне что-то особенное.

– Здесь не опасно? Зачем этот забор? – Я перевела разговор и снова поёжилась, глядя на высоченную стену. А вдруг вот-вот появится стая голодных бездомных собак и накинется на нас с Риком? Зачем-то же построили такую мощную изгородь.

Рик увидел моё неловкое движение плечами, сдвинул рыжие брови, и тут же его залатанная в нескольких местах куртка опустилась на мои плечи. В действительности я ничуть не замёрзла, на Захране в принципе тепло, а уж около костра и подавно, но отказываться от одежды не стала. От куртки приятно пахло зелёными яблоками и хвоей. Я машинально сунула руки в глубокие карманы, нащупала несколько торчащих ниточек от заштопанной дырки и стала их перебирать. Почему-то это меня успокоило и даже подарило лёгкое чувство защищённости.

– Нет, не опасно. Забор построен не потому, что здесь опасно, а чтобы другие люди сюда не могли попасть, – пояснил Рик, доставая из соседней кучи аккумулятор.

Он достал монетку и тонкими длинными пальцами стал ловко выкручивать из него винтики с крестообразными шляпками.

– Да что сюда рваться-то? – искренне изумилась я.

Здесь чем-то пованивало, и совсем не росло растений. Ни единой травинки. Я знала, что на Захране не везде красиво так, как в моём родном квартале, но, тем не менее, на улицах города существенно приятнее гулять, чем находиться на этой свалке.

– Утилизировать мусор стоит дорого. – Он посмотрел на ничего не понимающую меня и махнул рукой. – Малявка, не бери в голову. Я сказал, что здесь нет ничего опасного, значит, это так. А если вдруг кто-то и появится, то я тебя защитю.

– Защищу! – Я засмеялась над ошибкой Рика, а он бросил на меня хмурый взгляд.

– Много ты понимаешь! – С этими словами из аккумулятора были извлечены тонкие пластины и помещены внутрь бурого горшка. – Смотри, мелкая, сейчас свинец расплавится, а затем я его перелью вот в эти формы. – Он кивнул на прямоугольные корытца.

Я, затаив дыхание, смотрела, как начинает оплавляться металл, словно мягкий пластилин, превращаться в неоднородную кашицу, а затем и вовсе в булькающую водичку грязно-серого цвета. Рик удовлетворённо хмыкнул, подхватил горшок трёхпалой рукой дроида, из которой торчали обрезанные провода, и сноровисто налил расплавленный свинец в корытца.

– И что это будет? – с интересом спросила я, подойдя ближе.

Долговязая фигура девятилетнего мальчишки отправилась к соседней куче мусора. Волоча по земле и оставляя на ней борозды, Рик притащил целое множество криво соединённых друг с другом параллелепипедов.

– Вот! – с гордостью произнёс друг, вытирая рукой выступивший пот со лба.

При этом он испачкал нос сажей . Вкупе с его серьёзным видом это выглядит очень забавно. Я смеюсь.

– Эй, ты чего смеёшься?! Это называется кольчугой! Такую в древности носили настоящие воины! Их ещё рыцарями называли! Вот я вырасту и стану ры-ца-рем!

Чем больше распаляется друг, тем смешнее мне становится. Его оттопыренные уши алеют ярче огня в костре, а сажа неожиданно оказалась уже не только на веснушчатом носу, но и на щеках. Сейчас худой Рик, одетый в тонкую однотонную футболку с коричневыми пятнами у ворота и самые обыкновенные джинсы, похож не на воина, а на бродягу.

– А ты станешь моей дамой? – серьёзно спрашивает меня Рик и добавляет: – У всех рыцарей должна быть дама сердца.

Меня уже сгибает пополам от хохота. Я представила себе, как смешно будет выглядеть мой друг, когда напялит эту кольчугу на себя, и сколько шагов сможет в ней сделать, если даже до костра волок её по земле. Неожиданно Рик резко подхватывает меня за талию и, несмотря на свою худобу, высоко поднимает в воздух. Я беспомощно барахтаюсь в его ручищах, а мой голос больше походит на писк маленькой мышки.

– Да буду, буду я твоей дамой! Ты только поставь меня на землю!

Я проснулась будто от толчка и долго смотрела на противоположную стену, пытаясь собраться с мыслями. Детские воспоминания о Рике были наполнены счастливыми моментами, но в то же время отзывались в груди тупой болью. После той памятной встречи на заднем дворе нашего дома Рик не выходил на связь. Сейчас, проанализировав всю известную информацию, я догадывалась, что, скорее всего, это отец оградил меня от влияния друга, но от этого легче не стало.

Чувство обиды на то, что одноклассник перестал со мной общаться, сменилось чувством растерянности. Я должна была догадаться раньше, что Рик ни за что на свете не отказался бы от меня по своей инициативе. Я должна была найти его и предложить покинуть Захран вместе, ведь мы столько раз об этом мечтали. И вот, я сейчас – кадет Академии Космического Флота Федерации Объединённых Миров, живу на элитной станции, учусь пилотированию на военных истребителях, дружу с представителями различных рас, ежедневно любуюсь звёздами, а Рик… Где Рик? Когда выдастся шанс, надо будет обязательно вернуться на Захран и попробовать отыскать единственного друга детства.

Я сердито мотнула головой, потёрла глаза и сказала себе: «Всё потом, Стася. Все проблемы надо решать последовательно. Сейчас мы разыскиваем адмирала Даффи».

В рубке всё так же с идеально прямой спиной сидела Дебора. Она не изменила позы с того момента, как я покинула соседнее кресло, и напряжённо всматривалась в планету, занимавшую весь лобовой иллюминатор.

– Техор? – спросила я напряжённо. Это же сколько времени я, получается, проспала?!

Дебора сдержанно кивнула.

– Мы тебя всё равно скоро бы разбудили, – произнесла она на мой невысказанный вопрос.

Я села в кресло второго пилота и вывела на экран схематичную карту планеты.

– Какие планы дальше? Где будем производить посадку?

Сине-зелёная планета с несколькими оранжевыми вкраплениями выглядела абсолютно необитаемой. Никаких признаков развитой цивилизации, никаких крупных городов или масштабных фабрик, скоплений искусственных огней или облаков выхлопных газов, лишь девственно чистая природа. Отец Деборы мог быть где угодно. За мою попутчицу на этот раз ответил Анчоус:

– Задание адмирала Даффи звучало: «Вы не должны ни с кем контактировать, лишь наблюдать». Это означает, что на планете присутствует хоть какая-то разумная или полуразумная жизнь. В противном случае, задание бессмысленно. На данный момент мы прочёсываем поверхность в её поисках. Южное полушарие уже внимательно осмотрено, сейчас активно исследуется северное.

На этих словах робот ярко вспыхнул всеми диодами и заголосил одновременно с Деборой:

– Внимание! Зафиксирована колония гуманоидов!

– Он там! – это уже крикнула девушка, тыча пальцем в крошечное светящееся пятнышко на планете.

– Снижаемся, только поодаль, и чтобы нас не заметили, – скомандовала я.

Глава 6. Техор и его обитатели

Кадет Анестэйша Радосская

Мы уже битых три часа пробирались через липкие лилово-розовые лианы и высоченные многовековые деревья с идеально круглыми листьями, чей диаметр составлял сантиметров пятьдесят, не меньше. Я тысячный раз проклинала себя за то, что дала искусственному интеллекту такую размытую команду. Как я, человек, последние пять лет фактически общавшийся лишь с кибернянем, могла допустить такую досадную оплошность? Видно, сон-воспоминание о Рике совсем выбил меня из колеи. Анчоус уточнять команду не стал и решил, что пять километров – это достаточное расстояние, «чтобы нас не заметили». Вот только он не принял во внимание, что нам с Деборой придётся идти пешком в сгущающихся сумерках по пересечённой местности абсолютно незнакомой планеты.

Мы приземлились на Техор, когда начинало смеркаться, а сейчас уже стояла глубокая ночь. Два раза я чуть не наступила на какой-то отвратительный хищный цветок с мелкими, но острыми зубками. Удивительное дело, пока к нему никто не подходил, плотоядное растение выглядело как невинный подсолнух, но стоило оказаться в радиусе метра, как откуда-то мгновенно вылезали несколько щупалец, пытающихся схватить мой кроссовок, а по центру меж ядовито-оранжевых лепестков проглядывал желудок. Оба раза в самый последний момент меня спасал окрик внимательного робота.

«Всё-таки вовремя я его собрала, да и Эрику надо будет ещё раз сказать спасибо», – думала я, снимая пластиковую дугу и вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. С наступлением темноты на нас слетелась надоедливая мошкара, пришлось максимально наглухо закрыть свои костюмы и активировать защитные фильтр-маски, скрывающие большую часть лица. К сожалению, у масок был большой недостаток – дышалось в них крайне тяжело.

Сам Анчоус с непривычки запутался в цепких лианах, которые, как выяснилось, моментально производили неприятное клейкое вещество при соприкосновении с их листьями. Пришлось напомнить киберняню, что у него есть набор ножниц для стрижки волос, чтобы он смог освободиться. Ввиду того, что робот летел на магнитной подушке, он застрял в лианах существенно выше наших голов. Всё бы ничего, но на корпусе после взаимодействия с местной флорой остался липкий налёт.

– Анестэйша Игнаровна, из-за этой поездки весь мой корпус в слизи! – в очередной раз возмущался робот, искренне считая меня виновницей всех неприятностей, свалившихся на него.

Вот уж не думала, что искусственному интеллекту не всё равно, как он выглядит.

– Зато тебя никто не пытался сожрать, – огрызнулась я устало. Перепалка с кибернянем была привычным для нас обоих делом и вселяла в меня пускай и ложное, но чувство спокойствия. – И вообще, если бы ты не выбрал место в пяти километрах от цели, то не угодил бы в заросли.

– Но вы сами приказали приземляться поодаль! – искусственный интеллект разразился праведным негодованием. – Я выполнял ваш приказ!

– Поодаль, но не в пяти же километрах пересечённой местности! – пыхтя, точно требующий срочного ремонта двигатель, я с трудом перевалилась через мощный корень исполинского дерева.

– Тихо! – шикнула на нас Дебора.

Она всю дорогу шла молча и сосредоточенно, методично расчищая дорогу эрнаром. Это тренировочное оружие из сплава лёгких металлов, напоминающее тонкую лопасть на длинной ручке, Дебора предусмотрительно взяла с полигона, перед тем как покинуть станцию Космофлота. Кадетам младших курсов не полагалось оружие, так что эрнары – максимум, что мы могли себе позволить.

Голос Деборы звучал взволнованно, а пальцы нервно подрагивали, отчего луч её фонаря бегал по стволам деревьев словно пугливый зайчик. «Дошли!» – мелькнула у меня в голове заполошная мысль, а сердце участило удары. Я заставила себя собраться, резко выдохнула, рывком преодолела оставшиеся метры до Деборы и аккуратно раздвинула свисающие лианы.

В глаза бросилось несколько невзрачных компактных построек из камня. Крупные, но ровные швы вымазаны каким-то буро-коричневым материалом. Такие сооружения могли бы сойти на Захране за гаражи для аэрокаров, если бы были сделаны из строительного бетона или пеносиликатов. Дома соединяли уложенные деревянным настилом дорожки, вдоль которых стройным рядком росли тускло светящиеся сине-зелёные кусты. Пока мы пробирались через Техорские джунгли, я обратила внимание, что многие местные растения фосфоресцируют в темноте и вспыхивают особенно ярко, если их задеть. Очевидно, местные гуманоиды догадались использовать уникальные свойства техорской флоры в качестве автономных осветительных приборов. Умно и весьма оригинально.

Каменные постройки располагались несколькими концентрическими кругами, и уже издалека в центре поселения можно было различить просторную площадь, на которой гуманоиды развели костёр. Несколько бесформенных фигур в балахонах носили связки веток, ещё десятка три или четыре гуманоидов расположились вокруг. Я смогла различить, что у них две верхних конечности, как у большинства известных мне рас, за исключением пикси. А вот головы техорцы в несколько слоёв обмотали какими-то тряпками, защищаясь от мошкары, и я даже примерно не могла определить размер и форму голов инопланетян. Одно было понятно сразу – у них отсутствуют рога или иные наросты, типичные для мужчин расы цваргов. Кто-то из гуманоидов сидел на табуретках, наспех вырезанных из дерева, а кто-то на вполне удобных стульях.

– Стася, смотри! – выдохнула у меня где-то над ухом Дебора.

– На отсталых планетах открытый огонь используется как средство термической обработки продуктов, освещения небольшого участка пространства и переработки мусора, – тут же прокомментировал Анчоус увиденное.

– Да мы и так поняли, что здесь не Танорг, – раздражённо ответила я киберняню.

Он замолк. Цваргиня всё ещё ошеломлённо смотрела на полыхающий огонь, а я же обратила внимание, что там, откуда гуманоиды таскали ветки, вспыхивали голубые полосы, совершенно непохожие на люминесцентные растения. Слишком ровные и чёткие, слишком ярко светятся и быстро затухают. Больше походило на то, как если кто-то приноровился рубить дрова узконаправленным лазером короткого действия.

Бред какой-то.

Гуманоиды в балахонах шумно общались, но из-за ветра до нас долетали лишь булькающие звуки. Судя по оживленности, они явно к чему-то готовились. Я перевела взгляд от площади на ближайшую к костру постройку и вновь ощутила диссонанс. Даже в отблесках костра было видно, что стены дома слишком ровные и гладкие, а серебристо-серый цвет напоминал скорее никель или хром, хотя я точно помнила, что на Техоре нет металлов в таком количестве. Наверное, если бы в небе высоко стояло Каллисто, то понимание пришло бы ко мне с первой секунды, но ввиду темноты пришлось потратить минуты две или три.

– Это же космический корабль! – Я ошеломлённо выдохнула, не веря своим глазам.

– Где? – встрепенулась цваргиня, оторвав взгляд от пламени. – Отец здесь?

– Нет. – Я покачала головой. – Это не истребитель. Скорее, очень громоздкий и старый транспортник. Вон то здание. – Я указала пальцем в дом с обтекаемыми формами.

– И правда… корабль… – произнесла Дебора растерянно. – Но как? Откуда? Ты видела настил на дорожках? Это же расточительство дорогостоящей древесины! Такое варварство можно отнести лишь к раннему этапу развития цивилизации, когда она ещё не созрела до полётов в космос…

– Дорогостоящей – для Захрана или Цварга, но не для Техора, – хмыкнула я, красноречиво показывая на лес вокруг нас.

– И всё равно, всё это напоминает очень древнюю цивилизацию, а тут вдруг космический корабль по центру поселения! Стась, мне кажется, ты ошибаешься. А одежда! Они носят шкуры животных! Это же дикость!

В эту секунду гуманоид встал со своего стула и в одно движение трансформировал его в удобное кресло. Спинка наклонилась, из неё плавно выдвинулся мягкий подголовник, сиденье раздалось в стороны, увеличивая площадь, а из днища бесшумно выехали подлокотники. Несколько секунд – и перед нами копия стандартного трансформ-кресла, которыми снабжаются все медицинские отсеки на космических кораблях.

– Ничего не понимаю, – пробормотала Дебора как завороженная. – Это явно технологичный стул из пентасплава пластмассы… почему же у них такие убогие дома?!

Я хотела ответить, но в этот момент одна из фигур размотала длинную тряпку, служащую головным убором. В оранжевом свете огня мелькнули короткие медные волосы, загорелая кожа, совершенно обычная для человека ушная раковина. Это был мужчина. Он обманчиво неторопливым взглядом стал обшаривать лес вокруг посёлка, будто почувствовав на себе чужой взгляд. Не дожидаясь, пока он полностью обернётся, я резко дёрнула Дебору за рукав, и мы тут же скрылись за толстым деревом.

– Это человек!

– Там люди!

Мы произнесли это одновременно и несколько секунд ошеломлённо смотрели друг на друга.

– Вероятно, корабль с людьми совершал путешествие по космосу и потерпел крушение. Эта небольшая колония выжила и приспособилась к жизни на Техоре. Судя по устаревшей модели транспортника и нескольким домам, построенным из подручных материалов, они здесь уже не первый год, – озвучил мои мысли Анчоус.

– Надо поговорить с ними! – решительно заявила Дебора, вырывая руку из моего захвата. Сквозь полупрозрачную маску я видела, что её зрачки расширились, дыхание участилось, а на лбу от переживаний выступила лёгкая испарина, несмотря на царившую прохладу. – Если их цивилизация развита настолько, чтобы летать в космос, значит, они должны быть достаточно разумны. Что касается языкового барьера, то с нами искусственный интеллект, он всё переведёт.

Я понимала отчаянное желание подруги пойти на контакт, чтобы поскорее выяснить, что стряслось с её отцом, но всё равно остановила её.

– Стой!

Анчоус согласно замигал диодами. Он тоже был против предложения цваргини, но уже из своих собственных заключений, приоритетом которых являлась жизнь его хозяйки. Я прекрасно представляла себе аргументы робота, и пока он не успел что-либо наговорить про повышенную опасность, до которой Деборе точно не было дела, тут же затараторила:

– Твоему отцу было дано задание наблюдать и ни во что не вмешиваться. Ты помнишь? – Я потрясла цваргиню за плечи, чтобы вернуть в чувства. Она вынырнула из своих мыслей и сфокусировала на мне удивлённый взгляд. – Это приказ Космического Флота. Почему ты решила, что адмирал Даффи нарушил его?

Осмысление моих рассуждений медленно проявилось на лице цваргини, уверенность в дальнейших действиях вновь уступила место растерянности. «Хорошо, Стася, в правильном направлении двигаешься, – мысленно похвалила я саму себя. – Сейчас самое главное – не дать цваргине наделать непоправимых ошибок».

– Скорее всего, эти люди вообще ничего не знают о твоём отце. Опять же, если ты сейчас пойдёшь с ними на контакт, то можешь испортить задание адмирала. Ты этого хочешь?!

– Думаешь, они не знают, где он? – протянула она недоумённо. В изумрудных радужках так и читалось: «Ну, вот же, люди. Отец прилетел сюда, они – его задание. Как они могут не знать, где он?».

– Могут и не знать. А ещё они могут испугаться тебя или меня, посчитав, что мы вторглись на их территорию с целью захвата, и начать вести себя агрессивно. Да мало ли что! – жёстко припечатала я, стараясь не думать о том, что нагло вру.

Интуиция буквально вопила, что адмирал Даффи где-то здесь, и люди, если не все, то тот рыжий мужчина с цепким взглядом – точно знают, где сейчас находится цварг. В противном случае, Даймонд давно бы нашёл способ связаться с единственной дочерью.

– А вдруг твой отец в данный момент уже починил свою неполадку в истребителе и летит на станцию Космофлота? Ты можешь всё испортить! А его потом жёстко накажут или понизят в звании, – я продолжала гнуть свою линию, не обращая внимания на робко возражающую совесть.

Я понимала, что Дебора не будет меня слушать, пока не почувствует страха. Причём страха за себя здесь явно будет мало, необходима неподдельная тревога за отца, которого она очень сильно любит. И ещё одна пощёчина на этот раз дело не спасёт.

– Что же тогда делать? – Цваргиня посмотрела, закусив нижнюю губу.

Во всех её движениях угадывались напряжение и внутренняя борьба, на красивом лице было написано сомнение. Она до безумия хотела послать всё к швархам и выяснить, где сейчас адмирал, но в то же время всё ещё слышала голос разума. Внезапно цваргиня еле слышно всхлипнула.

– Отец – единственный, кто входит в мой круг. У меня кроме него совсем никого нет, – тихо прошептала она.

Какой ещё круг? Ладно, потом выясню, сейчас важнее заставить Дебору делать то, что нужно мне, прежде чем она решит действовать напролом.

– Где твой коммуникатор?

– Вот. – Она протянула руку, на которой тонкой полоской чернело стандартное устройство, выдаваемое всем кадетам Космофлота.

– Не этот. – Я мотнула головой. – Тот, который вшит под кожу.

– А-а-а-а…. – Цварга протянула мне другую руку. – Он здесь, в запястье.

Я выудила из поясной сумки крошечную коробочку, наскоро собранную в «Ястребе», и приложила к тёмно-фиолетовой коже.

– Что это? – удивилась Дебора.

– Т-с-с-с, не шевелись, – шикнула я. – Это простейший перехватчик сигнала. Я мастерила его, пока ты спала в подсобке истребителя. Сейчас ты пошлёшь сигнал отцу…

– Он же не отвечает, – перебила цваргиня.

– Именно поэтому сигнал отразится и придёт обратно, – я с нажимом продолжила объяснения. – Этот перехватчик сможет замерить время отклика с точностью до долей терций. Если повторить процедуру со смещением относительно второго чипа, то по скорости ответа можно будет понять, приблизились мы к нему или отдалились, и, в конечном счёте, рассчитать, где находится твой отец.

В моём плане всё было замечательно, кроме того, что от скопившегося нервного напряжения и усталости цваргиня постоянно вздрагивала, перехватчик съезжал с места, где под кожей был закреплён чип, а у меня было слишком мало времени, чтобы снабдить устройство усилителем.

– Проклятый астероид! Не получается! – выругалась я на ситуацию в целом, в который раз посылая сигнал и получая новый результат. – Дебора, ты можешь успокоиться и постоять смирно хотя бы пару минут?!

– Не могу, – призналась она.

– Но мне нужно, чтобы чип был как можно ближе к перехватчику, иначе погрешности во времени отклика будут слишком большие, и вся моя работа будет насмарку!

Дебора понятливо кивнула, а затем достала из кармана комбинезона скальпель и, прежде чем я успела хоть что-то возразить, полоснула себя медицинским инструментом по запястью. Порез мгновенно наполнился ярко алой кровью, а ещё через пару секунд несколько струек уже капали на землю около моих ботинок. Анчоус взволнованно замигал диодами и замельтешил над головами, что-то причитая, но цваргиня, даже не поморщившись, вытащила из своей руки крошечную микросхему и протянула мне.

– Так будет легче его найти?

– Безусловно. – Я заторможенно кивнула, смотря, как цваргиня накладывает самофиксирующийся бинт на место пореза.

– Он – мой ближний круг, – ответила Дебора на мой немой вопрос в глазах. – А кисть заживёт. Не забывай, я – цваргиня, и у меня ускоренная регенерация тканей, по сравнению с тобой.

Я тряхнула головой, отрывая взгляд от раны напарницы, тесно приложила чип к самодельному устройству и подала сигнал. Ответ вернулся очень быстро.

Я прошла несколько десятков метров по краю опушки леса и вновь повторила процедуру, а потом ещё один, контрольный раз. Все разы радиосигнал возвращался практически моментально, с разницей, которую могло уловить лишь устройство, а не живой человек.

– Адмирал Даффи находится близко, судя по результатам пеленга – это пятьдесят или семьдесят метров в юго-западном направлении. Наибольшая вероятность, что его держат в третьем с краю доме, – невозмутимо прокомментировал Анчоус то, что мне было и так ясно.

– Он всё-таки здесь?! – воскликнула Дебора, а я пожалела, что не попросила киберняня помолчать какое-то время.

– Полагаю, что да. Предлагаю так: я отправлюсь на разведку, а вы с Анчоусом вернётесь к «Ястребу» и перегоните его как можно ближе.

– Нет. – Цваргиня решительно задрала подбородок. – Я пойду с тобой, и точка!

Что-то совершенно не нравилось мне в этой идее. С логической точки зрения, Дебора предложила более разумный вариант действий, но я спинным мозгом чувствовала, что это будет неправильно. К сожалению, весомых аргументов на этот раз я не нашла.

– Ладно, – пришлось нехотя согласиться. – Анчоус, гони на полной скорости к истребителю и возвращайся на нём. Подлети так близко, как только сможешь. Разумеется, выключи все фары и подсветку, высоко в небо не поднимайся. Сделай так, чтобы тебя не заметили. Люди сейчас отвлечены, у них какой-то праздник. – Я бросила ещё один взгляд через заросли лиан на танцующие и веселящиеся фигуры около костра. – Они в принципе не должны тебя заметить, если ты не будешь специально привлекать внимание.

– Задача ясна, приступаю к выполнению, – прожужжал робот и скрылся из виду.

Я проследила за удаляющимся Анчоусом, перевела взгляд на то место, где стояла Дебора, и обнаружила, что её уже давно и след простыл. Цваргиня не утерпела и рванула на поиски отца. Я выругалась сквозь зубы и бросилась за ней. Сцапать безголовую напарницу и утащить за угол того самого дома, где предположительно находился адмирал Даффи, удалось в самый последний момент. В тусклом свете фосфоресцирующих кустов появились две тени, затем послышались громкие голоса.

– Ох, повеселимся мы сегодня! Наконец-то Фред разрешил тащить пленника. – Мужчина потёр ладони в предвкушении.

Я дотронулась до невидимой глазу пневмокнопки на костюме и отключила функцию маски, чтобы расслышать разговор как можно лучше. Тонкая полупрозрачная дуга вокруг моей головы беззвучно сложилась в ворот одежды. Свежий воздух ударил в лицо, одновременно донося разговор приближающихся мужчин.

– Столько времени и сил потратили уже на эту мразь. Я, если честно, придержал бы коней и попробовал выяснить информацию ещё раз. Вдруг расколется? По-моему, рано Фред опустил руки. – Второй выглядел задумчивым.

– Да если даже его не пытать, то он скоро сам издохнет! – возразил первый. – А тут хоть потеха будет! Сожжём рогатого урода к шварховой матери, и дело с концом! По мне – так давно пора.

Послышался хлопок двери, двое неизвестных зашли в дом. Волосы на моём теле встали дыбом от понимания, что речь шла об адмирале Даймонде Даффи. Люди разожгли костёр на центральной площади поселения отнюдь не для термической обработки пищи, а ради сожжения пришельца заживо. Несмотря на то, что в костюме было жарко, по спине прошёл холодный озноб. Я мучительно медленно обернулась к Деборе, даже не представляя, как она отреагирует на услышанное.

– Что они сказали? Ты поняла? – Она нетерпеливо потрясла меня за плечо. – Отец в этом доме?

– Да, он здесь. – Я сглотнула.

Слава Вселенной, эти двое говорили на обычном человеческом языке, а не на общегалактическом. Дебора ничего не поняла, а Анчоуса здесь, к счастью, нет. Однако у меня оставались крупицы времени, чтобы попытаться избежать трагедии, и они утекали как солнечный ветер сквозь пальцы.

– Они сейчас выйдут вместе с адмиралом. Думаю, он не очень хорошо ходит и будет зажат по центру между двумя людьми. Дебора, что бы ни случилось, как бы ни выглядел твой отец, мы ничего не знаем. Умоляю, давай ограничимся тем, что вытащим его и убежим. Людей можно просто оглушить, необязательно их убивать. Хорошо?

– Что значит «он не очень хорошо ходит»? – Цваргиня сжала кулаки, а её белки стали наливаться алым, совсем так, как это происходило у Киара Леру, когда он злился. И пускай у Деборы не было мощного хвоста с острым шипом и внушительных рогов, мне стало не по себе. – Ты что-то слышала?! Анестэйша!

Она схватила меня за грудки и приподняла в воздух. Именно сейчас я почувствовала, что тонкая и хрупкая цваргиня на самом деле существенно сильнее меня. Не просто так в Академию Космофлота человеческих девушек не берут, а вот представительницы расы цваргов среди ККФОМ-цев встречаются относительно часто. Время утекало стремительно.

– Дебора, успокойся! У нас мало времени, сейчас они выведут адмирала. Пожалуйста, обещай мне, что что бы ни случилось, мы просто их оглушим, и всё! – Я пыталась достучаться до разума цваргини, но было поздно.

Дверь распахнулась. Двое мужчин выволокли за подмышки крупную фигуру. Лишь потому, что речь шла о «сожжении рогатого урода», я смогла опознать в груде тряпья гордого адмирала Даффи, который обещал проблемы Станиславу Радонежскому, если тот не отступится от ухаживаний за его дочерью. Цварг с трудом переставлял ноги, будто к ним приварили тяжелые гири. Рогов не было. Вместо них на лбу толстой бурой коркой засохли два отвратительных пятна, под глазами залегли глубокие тени. Когда вся троица повернулась к нам спинами, я зажала себе рот ладонью, чтобы не закричать. Вся спина цварга была исполосована глубокими бороздами, но больше всего меня напугал хвост, который вместо привычного для цваргов острого шипа заканчивался тупым обрубком. Меня резко замутило, в глазах заплясали звёзды.