Текст книги "Сновидец. Когда сон становится явью"
![](/books_files/covers/thumbs_240/snovidec-kogda-son-stanovitsyayavyu-136444.jpg)
Автор книги: Сергей Кириченко
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 4. Наизнанку
Он открыл холодильник, с недовольным лицом разглядывая содержимое. Все было не так уж плохо, но и далеко не идеально. Продовольственная катастрофа еще не грозила. Но задуматься о пополнении запасов уже стоило.
Желтоглазый серый кот терся у ног, стараясь привлечь внимание хозяина.
– Уйди! – кот сдавленно мяукнул. Решив, что дело нужно брать в свои собственный лапы, он принял попытку стянуть кусок заветренной колбасы. Колбаса, будучи когда-то копченой, давно не представляла интереса для хозяина. Наступив лапой на первую полку, кот вытянулся во всю длину, и, когда добыча была близка, удача от него отвернулась.
– Уйди, я сказал! – рявкнул Искатель, отбросив животное ногой. Удар был не болевой, скорее это был «навес». Кот, с виду довольно упитанный, на деле оказался очень легким. Преодолев расстояние от холодильника до коридора, он приземлился на перевёрнутую подставку для обуви. Обиженно чихнув, кот снова отправился на штурм. Он подошел как раз в тот момент, когда хозяин разглядывал злополучный кусок. Повертев его немного, Искатель не посчитал его съедобным и отдал коту, сделав при этом вид человека богатого и щедрого. На кота это не произвело абсолютно никакого впечатления. Колбаса была хоть и жесткая, но вкусная. Позавидовав кошачьему счастью, Искатель соорудил себе два бутерброда с маслом и кофе с молоком.
Из головы никак не выходил встреченный им Убийца. Конечно, это только сон. Но, возможно, что такой вот слесарь есть на самом деле, и в этот самый момент, пока они с котом мило трапезничают, ему выносится смертный приговор. Он даже представил того самого мужчину на пороге своей квартиры, в синей, окровавленной форме, с большим ножом в руках.
– Что? Кота колбасой кормишь? А знаешь сколько детей сейчас голодает? Буржуй! – и… бац ножом в самое сердце. Искатель поежился.
– Если это случится, кот, я тебя выкину в окно! Правда, тогда мне еще припишут жестокое обращение с животными. Ты слышишь меня, животное? Эй?
Кот не ответил, продолжая уминать колбасу.
– Вот гад! – доев хлеб с маслом, Искатель одним залпом выпил кофе. Поставив стакан в раковину, решив, что помоет потом, вышел из кухни.
В зале было темно. Узкая полоска света пробивалась через не плотно закрытые шторы. Свет, так долго ждавший этого момента, ворвался в комнату, разгоняя последних призраков ночи. За окном был разгар дня. Искатель вышел на балкон. Достав из мятой пачки изуродованную сигарету, он закурил. Теплый ветер играл с его растрёпанными волосами.
– Интересно, какие сны видит этот сумасшедший мир? – мысль появилась неожиданно, отчего вызвала улыбку. – А я разве не сумасшедший?
Пепельница была полной, и окурок пришлось выкинуть вниз. Он удалялся маленькой белой точкой, кувыркаясь на порывах ветра. Искатель следил за ним, пока тот не пропал из виду. Глаза слезились от яркого света. Он привык к темноте. Надо возвращаться в свою берлогу, где темно, тихо и спокойно. Одним словом, комфортно.
Сев за компьютер, он стал набирать текст:
– Мы живем в очень странное время. Внутри нас существуют целые миры. Мрачные, страшные, уродливые. Иногда веселые и сумасшедшие, неправильные. Но почему-то стараемся прятать их за масками «правильности» и «однотипности». Этакие серые костюмы безликих манекенов. И стоит только открыть, показать то, что внутри, тебя признают либо гением, либо психом. Впрочем, между этими понятиями нет особой разницы. Попробуйте, надеть майку наизнанку и выйти на улицу. Ничего хорошего из этого не выйдет. В лучшем случае вам сообщат про оплошность и посоветуют переодеться. В худшем – посмеются или осудят. Я надел эту майку. И пусть она не усыпана стразами и совсем не модна. Просто она моя. И я буду ее носить. Чего бы мне это ни стоило…
Сон 3. Монах
Оберег мой – лишь огонь,
Ночью мрака тварь вольна,
Но к огню не подойдёт она.
(с) Нейромонах Феофан – Ночью в лесу
Сумерки. Коварное и очень опасное время суток. Предметы меняют очертания. Тени обретают причудливые формы. Все становится иллюзорным, призрачным. Он шел по лесной дороге, когда солнце почти скрылось за горизонтом. Было тихо. Лес словно вымер или затаился в ожидании. Искателю не очень хотелось размышлять, чего именно ожидает лес.
Чем дальше он углублялся, тем сильнее сгущались сумерки. Тепло отступало. На землю опускалась вечерняя прохлада. Тропа, по которой он шел, была узкой и натоптанной. Здесь вряд ли бывало много людей, но, как минимум один пользовался ей довольно часто. Несколько раз Искатель встречал звериные следы. Он не знал, кому именно они принадлежат, но был уверен, что это было крупное животное.
Он достиг развилки. Идти вперед или вправо и в низ? Искатель решил проверить, что там за поворотом. Ведь в случае чего, он всегда может вернуться. Внизу протекал ручей. Сложенный из бревен колодец наполнялся кристально чистой водой, излишки которой вытекали по деревянному желобу. Рядом находилась небольшая беседка. В центре нее, на столике, стояла металлическая кружка. Искатель огляделся. Того, кто ее здесь оставил, конечно, не было рядом. Это в городе за всем надо присматривать, а здесь, в лесу, вряд ли у кого родится мысль украсть старую кружку. Хотя…
Искатель зачерпнул живительной влаги. Вкус воды был непривычным. Не хватало хлорки и ржавчины. Ощутив приятное послевкусие, Искатель почувствовал на себе чей-то взгляд. Медленно обернувшись, он выдохнул.
– А, что б тебя! Так хорошо все начиналось!
– Привет! – улыбнулся Писатель, и поднял свою кружку вверх. – Чудная водичка!
– Давно здесь?
– Да нет! Чуть раньше тебя. Темнеет, нам надо идти.
– Куда?
– Здесь недалеко!
Они шли молча. Искатель смотрел Писателю вслед, и в голове возникли странные мысли. Ему хотелось взять палку потяжелее и приложиться по его аккуратно стриженному затылку. Но порыв насилия был подавлен силой воли.
– Вот ты мне никак не можешь простить тетрадь. Не надоело дуться?
– А ты как хотел? Пообещал мне помочь, потом вроде как умер и оставил мне рукопись, которую сам благополучно опубликовал. Заранее!
– Просто кто-то долго спит! Проснись ты пораньше, и на обложке могло быть твое имя! Впрочем, у тебя есть шанс все исправить.
– Твоя щедрость просто не знает границ! Спасибо, учитель!
– Наслаждайся!
Словесная перепалка сошла на нет, когда тропа их вывела к небольшему домику. На пороге стоял человек в черном плаще.
– Приветствую вас, путники! Заходите в дом. Ночью в лесу не безопасно, – хозяин услужливо открыл дверь. В доме было чисто, и пахло хлебом. Ничего лишнего. Стол, стул, печь и кровать. Внутри дом казался еще меньше, чем снаружи.
Хозяин закрыл дверь на железный засов. Мужчины переглянулись но промолчали.
– Зря вы у источника задержались. Теперь Они придут раньше обычного.
– Кто? – спросили они дуэтом.
– Они… Злые кровожадные звери, вылезающие из своих берлог под покровом ночи. От них нет спасения. Им невозможно противостоять. От них можно только прятаться, – огромная мохнатая лапа ударила в окно. Все трое вздрогнули. Лапа медленно заскользила вниз, царапая стекло когтями.
Искателю показался этот момент вычурным и наигранным, как из дешевого фильма ужасов. Словно услышав его мысли, в окне возникла мохнатая морда зверя. Налитые кровью глаз пристально смотрели на него. Может, и не только на него, но ему так казалось. Пасть зверя была приоткрыта, и можно было разглядеть острые клыки. От его дыхания окно запотело, делая вид хищника еще более мерзким.
Пока Искатель и монстр гипнотизировали друг друга, хозяин зажег лучину. Гости только сейчас заметили, как быстро стемнело. Увидев огонь, животное отпрянуло.
– Ты же говорил, они ничего не боятся? – Писатель не отрывал взгляд от окна.
– Они и не боятся. Огонь режет им глаза, но не останавливает их. – хозяин поправил лучину. Он зажег несколько свечей, стоявших возле икон. В желтом мерцании его плащ был похож на рясу.
В комнате было много икон. Хозяин снял капюшон: волосы, закрывающие уши, борода. Все это не скрывало его молодости.
– Извини, мы не знаем, как тебя зовут… – Писатель попытался завести разговор.
– А что дает имя? Оно стирается с памяти, с бумаги, с надгробных плит. Время не щадит имен. Вместо одних приходят другие, и так продолжается снова и снова. Неважно, как зовут человека. Важно, кто он есть. Его имя может быть грубым, смешным, обычным или экзотическим, но что это даст? Вы уйдете в новый сон, и, проснувшись, не вспомните, как меня зовут. Зовите меня просто Монах. У вас ведь тоже нет имен. Так мы будем на равных. И в случае, если эти твари ворвутся сюда, мой дом станет нашей общей безымянной могилой.
– Что значит «если»? – спросил Искатель, глядя в окно. Звук когтей, царапающих деревянные стены, становился все громче. Кто-то тяжелый прошел по крыше. Тени за окном сменяли друг друга быстрее, а их рычание становилось громче.
– Любой сон заканчивается! Никто не знает, что будет дальше, – Монах зажег очередную свечу. Запах горячего воска создавал ощущение, что они находятся не в лесном домике, а в церкви. И эти образа вокруг, мерцающие блики на которых, делали их похожими на живых.
– Почему ты не сбежишь? Пока светит солнце, можно покинуть лес, – Писатель разглядывал Монаха, стараясь определить его возраст.
– Сбежать? Думаете, я не пытался? Я ведь не всегда был Монахом. У меня было все: квартира, машина, работа, любимая девушка. Я был дизайнером. Не самым успешным, но довольно востребованным.
Звери явились однажды ночью. Вой, скрежет когтей, разве можно себе это представить, сидя в небоскребе? Они пытались выбить дверь. Девушка напугалась и ушла от меня утром, не сказав нислова. Больше мы не виделись. У меня был заказ, на оформление ночного клуба. Хозяин, странный человек, про таких обычно говорят «мутный тип», с очень странным вкусом. Все помещение клуба было стилизовано, под место кровавой жестокой бойни. Кости, расчлененные тела, кровь. Конечно, все это не настоящее, но выглядело очень реалистично. У клуба не было вывески. Да и зачем, когда фасад украшала огромная волчья голова. Его так и прозвали «Волчья голова.»
Поначалу его посещали дети богатых людей. Искушенные, желающие острых ощущений. Потом как-то плавно контингент сменился. Угрюмые люди с бледными лицами, мрачная, угнетающая музыка. Казалось, клуб стал местом вселенской скорби.
Я работал над VIP-зоной, когда это началось. Владелец желал добиться максимального ужаса. Полной реалистичности. Я создавал монстров, похожих на живых. И они ожили. Эти твари являлись ко мне каждую ночь, пытаясь добраться до меня. Словно старались отомстить своему создателю.
Я уехал из города, пытаясь спастись от кошмара. Но оказалось, что от него невозможно скрыться. Они нашли меня и здесь. И тогда я стал молиться, проводя ночь за ночью со свечой в руках, я открывал для себя новый мир. Одним словом, я обрел веру в спасение. Мне нравилось думать, что когда эти твари ворвутся и сожрут меня, моя душа устремится на небо, потому что я нашел общий язык со Всевышним.
– Значит, твоя девушка видела их? А ты не боишься, что они могут преследовать и ее тоже? А ты бросил ее одну, – Писатель смотрел за реакцией Монаха, но тот оставался спокойным.
– Им нужен я. Это мой кошмар. Знаете, если честно, я не совсем уверен, действительно ли они ломились в мою квартиру? И, может, девушка испугалась не их, а меня. Точнее моей реакции. Мне кажется, я просто спятил. Конечно, находиться рядом с психопатам страшно и небезопасно.
– Но мы же их тоже видим! – вмешался в разговор Искатель.
– Конечно! Вы в моем сне. Ничего удивительного.
– Если вы уверены, что все это сон, чего вы боитесь? Откройте дверь и..
– Сон кончится? Это ты хотел сказать? Ты – Писатель, стоит ли мне говорить, как может развернуться сюжет! Я могу проснуться живым и здоровым или не проснуться во все. Хуже того, я могу окончательно спутать сон и реальность. Надо дождаться пробуждения. Пережить этот кошмар полностью. Если с наступлением рассвета вас не будет, значит я не сплю. Сложно, странно, запутанно, но я так хочу.
Звери продолжали царапать стены. Еле слышный треск свечей, успокаивал.
Звуки стихли неожиданно. Издав прощальный вой, звери удалились.
– Светает, – улыбнувшись, Монах задул свечу…
Глава 5. Соседи
В комнате пахло воском и ладаном. Но запах быстро терял свою остроту, от чего Искатель решил, что все это ему просто кажется.
Сверху раздался ритмичный стук. Видимо, кто-то включил музыку. Слева, за стенкой, женские возмущенные крики, чередовались с не разборчивым мужским ворчанием. Где-то справа заплакал ребенок.
Искатель слушал молча. На кухне кот громыхнул миской, после чего дважды недовольно чихнул. На лестнице послышались тяжелые усталые шаги, а этажом выше хлопнула дверь. Стук острых каблуков, о бетонные ступени, быстрый и нервный, пробежал сверху вниз, исчезнув в утренней тишине двора.
На улице оживали автомобили, приветствуя друг друга разноголосой сигнализацией. Снова заплакал ребенок, но уже в подъезде. Родители пытались его успокоить.
Ранее поссорившиеся супруги теперь активно мирились, скрипя кроватью на весь этаж. Женские стоны были такими сладкими, что вызвали зависть у соседки напротив, и та попыталась нарушить перемирие, постучав в стену. Сей знак остался без внимания, и женщина ударила еще. Зависть нарастала, помере приближающегося оргазма. И чем быстрее это происходило, тем чаще она стучала. В какой-то миг скрип, стон и стук слились в одно целое, подобно музыки. Искатель улыбался, отбивая ногой заданный ритм. Супруги затихли. А женщина еще какое-то время ворчала, отказываясь признать поражение.
– Все эти звуки как осознание того, что ты не одинок. И пусть я большее время провожу взаперти, я знаю, что вокруг меня есть люди, и я в любой момент могу с ними поговорить. А если и не поговорить, то постучать в стену, при этом ругая их последними словами. Тоже своего рода общение. Конечно, никому и ни куда, я стучать не буду. Мне никто не мешает, и я вроде бы тоже… Главное, никого не затопить, и не устроить пожар. Дрелью не работаю, оргии по ночам не устраиваю, а музыку, я вообще слушаю только в наушниках. Идеальный сосед! Хотя я не удивлюсь, если завтра в мою дверь позвонит полиция и скажет, что им поступил анонимный звонок с просьбой проверить «слишком тихую квартиру.» Ну и ладно, пусть проверяют. Они ведь тоже чьи-то соседи… – рука зависла над клавиатурой. Мысль уходила. Искатель пытался уцепиться за ускользающую нить размышлений. Но, видимо, этому философскому трактату было суждено остаться незаконченным очерком… Он не пошел курить. Недопитый кофе давно остыл. Состояние непройденной дистанции нужно просто переждать. Успокоиться, остыть. Отвлечься, раствориться в чем-то другом. В такие моменты хорошо помогает музыка. Искатель нажал на play…
Сон 4. Лодочник
Стенания бесполезны,
На краю последней бездны…
(с) Северный флот – Харон
Ночь. Тишина, окутанная прохладой, туман, уходящий в небо, словно мистическая белая дорога. Искатель шел по тропе, едва освещенной лунным светом. Слева и справа простирались поля, покрытые ровной и густой травой. Легкие дуновения ветра изредка касались кожи. Он не знал куда идет, но чувствовал, что должен идти. Искатель то и дело оглядывался по сторонам. Конечно он ждал. Ждал того, кого на самом деле видеть не хотел вовсе. Но находиться ночью в поле одному совсем не хотелось.
Писатель возник неожиданно, из некого подобия оврага, заросшего высоким кустарником.
– Холодно, – прокомментировал Писатель.
– Угу, – недовольно ответил Искатель, почувствовав внутреннее облегчение.
Чем дальше они шли, тем холоднее становилось. Туман густел. Молочная дымка обретала причудливые формы. Когда послышался звук воды, туман превратился, в полупрозрачные тени, похожие на людей. Казалось, они парили над землей. Не издавая звуков, они двигались в сторону реки. Искатель был напуган. Ему хотелось уйти отсюда. Мрачное шествие душ вселяло в него чувство обреченности.
Писатель, наоборот, очарованный плавностью движений, пытался запомнить, что происходило вокруг: выражения лиц, ночную прохладу, блеск в глазах молчаливых путников, подобный звездам в черном небе. Их становилось все больше.
Искатель, стоял подобно статуе. Холод реки сковал его тело. Всплеск воды стал громче.
У берега стояла лодка. Человек в темном плаще держал в руках весло. Писатель первым подошел к нему.
– Приветствую! Можно узнать, что здесь происходит? – он протянул ему руку, но лодочник не ответил. Белые пальцы еще крепче сжали весло.
– Эй, приятель! Ты что, глухой? – лодочник молчал. Капюшон плаща приподнялся, обнажив мертвенно-бледное лицо. Его глаза сияли черным цветом. Это было похоже, на озаренную лунным светом поверхность реки или подсвеченное холодными звездами небо.
Писателю казалось, что он тонет в этих глазах.
– Никогда такого не видел, – прошептал Искатель.
– Я тоже…
Лодочник жестом пригласил их сесть в лодку, и они согласились. Судно было старое, но прочное. Едва весло коснулось воды, они отчалили от берега. Окутанная дымкой тумана троица удалялась все дальше, оставляя за собой толпу бестелесных существ.
От воды пахло тиной. Они плыли молча, пока Искатель не нарушил тишины.
– Может, уже поговорим? Или…
– Или прыгнешь за борт? – голос Лодочника был сухим и резким. В его словах не было злости. Но определить настоящая интонация осталась неуловимой.
– А ты остряк! Но, если мы не получим объяснений, за борт отправишся ты! – Писатель улыбнулся. При свете луны это было похоже на оскал.
Лодочник молчал, сверкая черными глазами. Искатель обернулся, но берег заволокло туманом. Кругом один туман. Сразу и не понять, в какую сторону движется лодка. Но, видимо, этот вопрос волновал только его. Между Писателем и Лодочником шла бессловесная схватка.
– Я обеспечиваю переправу на тот берег. Я вас ждал. Такие, как вы, периодически появляются здесь, чем создают мне лишние хлопоты.
– А что там, на том берегу? – вкрадчиво спросил Искатель, боясь нарушить откровение Лодочника.
– Оттуда, еще ни кто не возвращался. Тому, кто доплыл со мной до середины реки, уже нет смысла возвращаться. Слишком поздно. Я не видел этого места. Говорят, там вершится самый страшный суд. Но люди даже после смерти любят поболтать. Я не особо вслушиваюсь в их речи. Чаще всего эти монологи вызваны страхом, обычным страхом. Я не могу ни утешить, ни помочь им. Я всего лишь Лодочник, обеспечивающий переправу. Многие понимают, что плакать и молить о помощи, нет смысла. Они молчат, погруженные в свои мысли. Я не знаю ни имен, ни званий. Иногда я их просто не слышу. Их губы двигаются, а звука нет. Вы исключение. Вы живые.
Холодное дуновение ветра вызвало озноб.
– А ты? Ты жив или мертв? – спросил Писатель и чуть подался вперед. Вопрос был интересным и не удобным. Лодочник сжал губы, опустив взгляд вниз. Волна билась о борт лодки, мягко ее раскачивая.
– Ответить на этот вопрос – значит потерять покой. Половина людей, прежде чем встретиться со мной, умирает морально, и не думает об этом. Так ли это важно, быть живым физически? Это просто смена обстановки, не более. Может, когда – нибудь, чья – то не упокоенная душа перевернет эту лодку, и будет повод проверить… Для меня эта ночь длится уже вечность. Если она закончится, я не сильно расстроюсь…
– И тебе неинтересно что там, на том берегу? Ты, единственный, кого видит человек, прежде чем уйти в небытие. Твое отношение к ним чудовищное! Неужели в тебе нет ни капли жалости? – Писатель был зол.
– Слащаво! – отозвался Искатель.
– Что?
– «Неужели в тебе нет ни капли жалости?» – обычно после этой фразы, малоизвестная актриса, низкобюджетной, мыльной оперы пускает слезу. И музыка на заднем фоне такая трагическая.
– Ты меня еще учить будешь? Сам-то много написал? Бумагомаратель!
– Что есть жалость? Щемящее чувство в области груди? Чаще всего оно ничем больше не подкреплено. Человек не может помочь, может только пожалеть и не всегда искренне. Конечно, многие совершают Поступки, чтобы как-то помочь тем, кого им жаль. Но все это там, за туманом. Это, возможно до того как человек попадет на берег. Потом он сядет ко мне в лодку, и все будет кончено. Вы называете это «Небытие», мне больше нравится слово «Бездна». У этой реки тоже нет дна, а значит это мое небытие. Моя бездна. Вам жаль меня? Не думаю. Никому меня не жаль. Должен ли я испытывать сожаление? Скорее нет, чем да. Я не говорю, что жалость – это плохо. Просто всему есть место и время. А здесь ни у кого нет времени. Момент между берегами надо встретить с достоинством. Принять то, что случилось. Никому не является смерть в виде старухи с косой. Все видят только меня. Но ведь не я их убиваю…
– Я видел рай и ад. Ни какой реки, там не было. И на бездну, это не очень похоже. Цветущий сад и мертвый город. Ни какой реки…
– Есть много способов попасть в то или иное место. Но ты миновал Страшный суд. Тебе предоставили экскурсию, не более. Поверь, когда это случится по-настоящему, все будет иначе. Возможно, мы не встретимся. Но, суть не изменится.
Лодка ударилась во что-то твердое, после чего накренилась влево и зачерпнула воду.
– Что это? – закричал Искатель.
– Реальность! Это почти середина. Дальше вам нельзя, – Лодочник орудовал веслом, пытаясь удержать равновесие.
Туман становился гуще. Никто из них больше не видел друг друга. Звуки воды стихли.
Назад Лодочник возвращался в одиночестве…
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?