Текст книги "Как проср.ли СССР"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kak-predali-sssr-proraby-izmeny-50456.jpg)
Автор книги: Сергей Кремлев
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 1
Распад или развал?
В упомянутой в обращении «От автора» книге Питера Швейцера «Победа» утверждается, что СССР исчез с карты мира не в результате неудачи перестройки и не вследствие заговоров. СССР, мол, просто не мог более существовать, ибо якобы обанкротились и государственная идеология, и экономика СССР. К тому же, как заявляет Швейцер, коммунизм-де противен человеческой природе. (Последнее утверждение оставляю на совести автора, если она у него, конечно, при таких заявлениях имеется.)
Увы, книги, подобные книге Швейцера, – это, по сути, фокусы. Задача фокусника – сделать нечто на глазах у публики так, чтобы публика не поняла, в чём суть фокуса. А для этого надо ловко отвлечь внимание публики на другое. Так и Швейцер! Вроде бы его книга посвящена победе США над СССР. Если была победа, значит, была и война. А если была война, значит, были и планы её, и замысел.
Но вот тут-то и начинаются фокусы Швейцера. Он вроде бы признаёт важную роль США в гибели СССР, но при этом уверяет: никаких «заговоров» не было, просто США вели линию на истощение экономики СССР, а в итоге неповоротливый русский монстр одряхлел и рухнул. Якобы даже несколько неожиданно для США.
Но сказать просто так – значит вызвать скорее недоверие к себе – очень уж много имеется фактов, доказывающих обратное. Уже многие понимают, что если бы не подрывная работа Запада, СССР существовал бы по сей день. И поэтому Швейцер (да и не он один) в расчёте на завоевание доверия читателя заранее соглашается с той весьма очевидной мыслью, что анализ причин гибели СССР вне контекста политики США напоминает такое следствие по делу о подозрительной смерти, когда возможность насильственной смерти вообще не принимается в расчёт.
И даже если скончавшийся был неизлечимо болен, разглагольствует Швейцер, всё равно, мол, надо понять – а не была ли его неизбежная, увы, кончина ускорена и т. д.?
Всё это – не более чем манёвры, отвлекающие нас от сути дела. Но жизнь устроена так, что даже умелый лжец, если он хочет придать своей лжи видимость правды, вынужден то и дело говорить… правду. Хотя бы частичную. Поэтому книги, подобные книге Швейцера, надо читать умеючи – отсеивая правду фактов от лжи их интерпретации. Очень советую читателю иметь это в виду.
Факты, приводимые швейцерами и показывающие роль тайной стратегии США в развале СССР, нам надо принимать к сведению – тоже не без осторожности, конечно. А вот «анализ» швейцерами причин гибели СССР сам требует внимательного анализа, рентгеновского, так сказать, исследования для обнаружения «двойного дна».
Впрочем, анализ книги Швейцера в мою задачу сейчас не входит, и я просто скажу, что СССР к 1991 году был действительно болен – не неизлечимо, но тяжело. Мы ещё поговорим и о самой этой болезни, и о факторах, её вызвавших. В том числе и о том, распался СССР в силу естественных причин или был сознательно и противоестественно развален…
В спортивных состязаниях есть понятие «квалификация». Это проверка минимального уровня квалификации спортсменов, при невыполнении которого они к основным соревнованиям не допускаются.
Сегодня о минимальном уровне политического развития собеседника можно судить по тому, как он оценивает произошедшее с СССР – как распад (в чём нас уверяют «интеллигенты» и «демократы») или как развал?
Что это было – распад или развал, – мы ещё будем выяснять. А сейчас – несколько слов об империях.
Царскую Россию и СССР даже очень лояльные к ним люди нередко считают империями. Однако ни Российская империя, ни, тем более, Союз Советских Социалистических Республик империями не были. По здравом размышлении понять это не так уж и сложно, при всей безусловной очевидности того, что Россия всегда была многонациональным государством (и, к слову, не может им не быть).
Все подлинные империи необратимо распались. Тут надо говорить только о распаде.
Империи Македонского и Карла Великого представляли собой военно-административные конгломераты и пали по причине полной несовместимости их различных частей, объединявшихся личностями Александра и Карла.
Римская империя пала под внешним напором варваров, а также – под напором внутренней жадности, нежелания и неумения дать равные права всем народам империи.
Австро-Венгерская империя пала не только в результате войны, но и потому, что не желала преобразовать себя в экономически целесообразную и возможную равноправную федерацию народов, находившихся под рукой Вены.
Британская империя распалась в результате мощных и объективно обусловленных национально-освободительных процессов в различных её частях.
При этом ни одна из упомянутых выше империй, распавшись, не восстановилась. Хотя бритты, например, так сумели привязать к себе бывшие колонии экономически, что и сейчас существует Британское Содружество.
Подлинные империи не могут не распадаться и всегда распадаются. А вот Российское многонациональное государство, названное в честь победы Петра в Северной войне «империей», выдержало тяжелейшие испытания Первой мировой войны, революции и Гражданской войны и не распалось. Как ни старались враждебные народам силы и местные сепаратисты развалить Российскую «империю» до стадии необратимого распада, она не распалась, а быстро восстановилась вновь – в виде СССР.
И причиной тому стали не «имперские амбиции» Москвы, не её «имперская воля» и т. д. Если бы не ясно выраженная воля народов, входивших до 1917 года в Российское государство, никакого СССР не было бы. А воля народов Российской «империи» определялась в конечном счёте тем, что эти народы понимали: единое могучее государство под рукой триединого русского народа отвечает интересам народов.
Вот почему было решено строить новую Россию не как унитарное государство с системой национально-культурных автономий, а как систему национальных республик. И этот принцип тоже выдержал тяжелейшие испытания войной и разрухой. Между прочим, пусть знатоки истории укажут хотя бы на одну подлинную империю, в которой метрополия (Центр) развивала бы колонии (периферию) более быстрыми темпами, чем развивалась сама. А в СССР уже Ленин выдвинул тезис о необходимости развития национальных окраин опережающими, по сравнению с Центром, темпами. Этот принцип был реализован Сталиным, а позднее выдерживался даже при явном ущербе Центру. В империях такого не бывает и быть не может!
Но вот на ровном, что называется, месте, в мирное время, без всякой внешней агрессии, огромное государство – одна из двух сверхдержав мира – перестало существовать.
Почему?
Этим вопросом задавались и задаются по сей день. Хотя для тех, кто понимал суть происходящего, всё было ясно уже в 1991 году и даже раньше. Я ещё об этом скажу.
Но всё же – распад или развал?
Безусловно – развал. Причём надо помнить, что в русском языке слово развал означает как результат, так и процесс. Говорят: «Мы обнаружили полный развал», но говорят и так: «Развал идёт полным ходом».
Так вот, я глубоко убеждён, что развал СССР – это не завершённый, а всё ещё длящийся процесс. Многие считают, что СССР в 1991 году поразил смертельный удар, однако его пульс – пусть очень слабый, «нитевидный», – ещё можно прощупать.
Но почему стал возможным развал?
Расследуя обстоятельства смерти СССР, можно написать не одну книгу, и сегодня на книжном рынке появляются не только отдельные толстые тома на сей счёт, но уже возникают целые книжные серии о гибели СССР.
Былое тайное всё более становится явным.
Однако лично мне мало интересно – переспал, например, или не переспал с Маргарет Тэтчер Михаил Горбачёв, перед тем как предать Советскую Родину? И так далее… Как шутливо говаривал трижды Герой Социалистического Труда «бомбодел» Зельдович: «А без какого сиропа газированной воды нет, значения не влияет».
Так «влияет» ли решающее значение то, какими были те или иные детали процесса гибели СССР? Для настоящего и будущего важнее понять системную суть произошедшего, установить основные мотивы и причины. Ведь и уголовное расследование начинают именно с этого – с мотивов и причин, определяющих характер преступления.
Вот и Питер Швейцер нам о том же толкует.
А каким оказался характер преступления против СССР? Кратко можно сказать: «СССР разваливали и разваливают. И процесс всё еще можно повернуть вспять». Но кто-то может не согласиться со мной и возразить: «Даже если это был не распад, а развал, то всё равно СССР сейчас – уже труп, который не воскресить никогда».
Что ж, в рамках нашего расследования допустимо исходить из рабочей гипотезы, что СССР уже не при смерти, а являет собой труп. Но даже если это так (хотя это не так), надо дать ответ на вопрос – что же всё-таки произошло: смерть от естественных причин, самоубийство или преднамеренное, обдуманное убийство?
Рассмотрим эти варианты.
Первый – смерть от естественных причин, от дряхлости. Уже более двух десятков лет «дорогих россиян» и весь мир убеждают, что так оно и было. «Распад, распад!» – с настойчивостью зазывалы нам пытаются втолковать именно этот вариант объяснения произошедшего.
Но о какой дряхлости может быть речь, если экономические и социальные показатели даже горбачёвского СССР ставили нас где на первое, где – на второе, где – на пятое место в мире, но уж никак не ниже последнего места в первой мировой десятке?
Вот как обстояли дела в мире и в СССР за пять лет до смерти СССР с жилищным, например, строительством. Таблица 1 показывает, сколько квартир было построено в 1986 году в первой десятке стран мира.
Таблица 1
![](i_001.png)
При этом квартирная плата в СССР была самой низкой в мире, составляла, включая коммунальные услуги, примерно 3 % от расходов средней советской семьи и оставалась неизменной с 1928 года.
В США и Англии расходы на квартиру составляли примерно 20 % от общих расходов семьи, при этом за 1981–1986 годы квартплата выросла в Италии на 127 %, в Англии – на 77 %, во Франции – на 68 %, в Канаде – на 48 %, в США – на 46 %.
По числу врачей (в том числе на 10 тыс. человек населения) мы занимали в 1986 году первое место в мире (42,7 врача на 10 тыс. населения). По удельному показателю на втором месте была Чехословакия, Болгария и Венгрия – на третьем и четвёртом, США – на девятом, Польша – на десятом месте. Япония с 19,8 врача на 10 тыс. населения занимала четырнадцатое место в мире.
Абсолютно первое место в мире, включая удельный показатель, мы занимали в 1986 году и по числу больничных коек – 130 единиц на 10 тысяч населения. На втором месте по удельному показателю была Япония, на третьем – ФРГ. Англия занимала десятое место, США – тринадцатое. При этом в капиталистических странах стоимость медицинского обслуживания постоянно росла (в США на 63 % за 1981–1986 гг.).
Для сравнения – в Российской Федерации обеспеченность больничными койками неуклонно снижается – со 131 единицы на 10 тыс. населения в 1992 году до 109 в 2006 году. В РСФСР процесс был обратным: удельное число больничных коек возросло за период с 1970 до 1986 года со 112,5 до 135,2 койки.
Если бы РФ сохранила советские темпы прироста, сегодня удельное число коек в РФ должно было бы быть не менее 160. И то же самое можно сказать о любом другом социальном показателе – при сохранении в России Советской власти он был бы раза в полтора больше, чем в капитализированной «Россиянии».
Так, спрашивается, можно ли говорить об одряхлении Советской России к началу 90-х годов? Скорее можно говорить о полном одряхлении и деградации за прошедшие двадцать лет «Россиянии».
Приведу ещё данные по численности студентов в первой мировой десятке и этим ограничусь.
Они даны в таблице 2.
Таблица 2
![](i_002.png)
При этом качество советского высшего образования было высоким, а само образование – полностью бесплатным, да ещё и стипендию платили. В ведущих советских технических вузах пятикурсник получал стипендию выше минимума заработной платы, в сегодняшних ценах – около 10 тысяч рублей.
Упрямые цифры, как видим, доказывают, что в СССР массово, на уровне ведущих стран мира, строилось жильё, и оно было массово доступно. Видно, что в СССР было очень неплохо поставлено дело охраны здоровья и образования. В целом статистический облик СССР тоже выглядел весьма убедительно, начиная с национального дохода и заканчивая социальными расходами.
И это – дряхлость?
Нет конечно! В социально-экономическом отношении СССР накануне своей смерти представлял собой вполне жизнеспособный организм.
Поэтому второй вариант – самоубийство, если иметь в виду всё советское общество и СССР в целом, тоже нельзя рассматривать всерьёз. В здравом уме и ясной памяти, без «тараканов» и «навоза» в голове, никто с собой – ни с того ни с сего – не кончает. Другое дело, что даже здорового человека можно одурманить и довести его, находящегося в невменяемом состоянии, до фатального конца. И вот это уже ближе к правде. Если СССР и совершил самоубийство, то его до него довели!
Кто? Ну, конечно же, как уже было сказано, «элитная» советская интеллигенция в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Горьком, Одессе, Новосибирске, Омске, Томске, Свердловске, Донецке, Тбилиси и т. д. Она повела себя в конце 80-х и начале 90-х годов как свора взбесившихся собак, которые кусают всё и вся без разбора, но прежде всего – кормящую их руку.
А бесились они, что называется, «с жиру». Они считали себя «ущемлёнными», «несвободными», хотя по сравнению с западными интеллигентами имели почти неограниченные возможности создавать подлинные культурные ценности, увеличивая в мире не количество какофонических «симфоний» и театров абсурда, а число новой прекрасной музыки, песен, фильмов, картин и книг.
Что, например, снял в СССР лучший друг Ельцина кинорежиссёр Эльдар Рязанов? Он снял три, без преувеличений, мировых шедевра: «Карнавальную ночь», «Гусарскую балладу» и «Берегись автомобиля!», а также – ещё несколько отличных или неплохих лент.
А что снял тот же Эльдар Рязанов под крылом своего лучшего друга в «Россиянии»?
То-то!
Ни один подлинный талант в СССР обойдён вниманием не был – в отличие от РФ. За двадцать антисоветских лет в «Россиянии» почти не было создано ничего примечательного ни в одном виде искусства, не появилось ни одной яркой творческой личности! Нельзя же, в самом деле, считать таковыми ряд дельцов-певцов, дельцов-музыкантов и дельцов-танцоров от классики! Немногочисленные современные мастера культуры обладают незаурядной творческой потенцией в той мере, в какой они продолжают лучшие традиции русского и советского искусства – как, например, акварелист Андрияка.
Когда имеют в виду высшие слои, то говорят о «сливках общества». Именно «сливками» мнила себя советская «интеллигентная элита». Однако она забывала, что сверху, на поверхности событий, плавает ещё и, пардон, дерьмо. И это определение для советской «элиты» подходило больше – наряду с определением её как своры бешеных собак.
Но кроме вонючих, загнивших до состояния дерьма интеллигентских «сливок» в советском обществе к середине 80-х годов прочно обосновался и весьма массовый слой полуинтеллигентов, «образованщины», «люмпен-интеллигенции». И вот их-то надо сравнить скорее со стаей взбесившихся мышек-леммингов. Ни с того ни с сего, вдруг обуянные неудержимой тягой к коллективному суициду, эти полярные мышки порой бросаются в хладные воды и тонут, тонут, тонут.
Крысы, зачарованные звуками из дудочки Гамельнского крысолова, шли к гибели, понуждаемые чужой волей. Что же до наших доморощенных интеллеммингов, то они стремились к гибели худо-бедно кормившей, поившей и давшей им образование Державы без принуждения! Похоже, сумасшедшая мелодия самоуничтожения звучала в самых глубинах их несуразных душ.
Кто наигрывал на скрытых струнах, для меня по сей день остаётся загадкой. Простейший ответ – ЦРУ и т. д. – верен, но слишком прост. Конечно, та атмосфера, которая царила в стране к лету 1991 года, тщательно подготавливалась не одно десятилетие. И всё же то, что произошло в СССР летом 1991 года, не укладывается ни в какие теории психоанализа, не может быть внятно объяснено никакими школами психиатрии, не укладывается ни в какие логические схемы.
Хотя один вполне логичный вывод из тогдашней вакханалии социального абсурда сделать надо: любые богемные или, напротив, вождистские поползновения российских «интеллигентов» надо душить на корню. Это хорошо понимал умный, порой желчный, но глубокий (очевидно, поэтому и забытый) советский интеллектуал Михаил Юльевич Левидов, назвавший интеллигенцию в 1924 году иллюзией, которая очень уж дорого обходится народу.
«Ежовые» (не от наркома НКВД Ежова, а от русской идиомы) «рукавицы» для «мыслителей» просто необходимы. В подтверждение этой мысли я сошлюсь ни на кого иного, как на Пушкина. Того самого, Александра Сергеевича, певца свободы. В своём не очень-то известном произведении «Путешествие из Москвы в Петербург» (конечно же, это был ответ на «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева) Пушкин писал:
«…писатели во всех странах мира суть класс самый малочисленный из всего населения. И очевидно, что аристокрация самая опасная – есть аристокрация людей, которые на целые поколения накладывают свои страсти, свои предрассудки… Никакое правление не может устоять противу всеразрушительного действия типографского снаряда (теперь – и телеэкрана. – С. К.). Уважайте класс писателей, но не допускайте же его овладеть вами совершенно».
Предупреждение – особенно для русских людей – на века! Жаль, что ему не вняли широкие массы советских людей в 50-е, 60-е, 70-е, 80-е и последующие годы. Ведь скольким неплохим, если вдуматься, людям загадили мозги разного рода самозваные «властители душ», издававшиеся как «Самиздатом» и «Тамиздатом», так и, увы, вполне легальными, государственными советскими издательствами.
И скольким они загаживают мозги по сей день!
Массовые витии московских и прочих кухонь никогда не всплывали в СССР до уровня высшего слоя – то есть до уровня густо покрывшего жизнь советского общества «элитного» дерьма. Наоборот, нередко кухонные «витии» опускались на социальное дно. Но и на дне они всё же существовали, а не вымирали.
После гибели СССР этот слой – как явление – просто самоуничтожился и сегодня если и существует, то лишь как богемное развлечение для нуворишей. А ведь когда-то «витии» претендовали на то, чтобы перевернуть и Россию, и весь мир.
Перевернули.
Наконец, третий вариант гибели СССР – заказное предумышленное убийство. Есть ли у нас основания остановиться на нём как на отражающем реальность?
Безусловно! Он-то её и отражает. Сегодня этого всё чаще не скрывают сами убийцы как из числа деятелей «пятой колонны» в СССР, так и из их зарубежного руководства. Собственно, убийство СССР не могло быть так или иначе не замышлено! И оно было замышлено, и намного раньше, чем это сегодня представляется большинству. Я скажу об этом в главе 5 «Убить до рождения» и главе 6 «Прорабы измены: от Горбачёва к Троцкому…».
Да, Советский Союз пал жертвой преступления. И не может быть сомнений в том, что это было многократно резервированным предумышленным убийством. Для СССР давно готовился предательский нож в спину со стороны «пятой колонны», то есть – прямых предателей…
На убийство СССР умело подстрекали неврастеничных, взвинченных, интеллигентствующих полудурков – как монаха Жака Клемана науськивали на французского короля Генриха IV…
СССР умело десятилетиями отравляли ядами внешней подрывной работы.
СССР ослабляли, разваливали, чтобы убить.
И, возможно, убили.
А возможно, и нет!
Глава 2
Когда я слышу слово «интеллигенция»…
В конце пролога этой книги я сообщал читателю, что давно имею свой вариант печально знаменитой «крылатой» фразы из пьесы Ганса Йоста «Шлагетер»: «Когда я слышу слово «культура», моя рука тянется к спусковому крючку пистолета».
Что же до автора этой книги, то вот уже много лет, когда я слышу слово «интеллигенция», моя рука тянется к розге!
И вот почему…
Знаменитый русский историк Василий Осипович Ключевский классифицировал интеллигенцию так:
«1) Люди с лоскутным миросозерцанием, сшитым из обрезков газетных и журнальных. 2) Сектанты с затверженными заповедями, но без образа мыслей и даже без способности к мышлению. 3) Щепки, плывущие по течению, с одними словами и аппетитами».
Понятие «интеллигенция» впервые употребил писатель Пётр Дмитриевич Боборыкин, человек судьбы, надо заметить, не очень обычной: из дворян, родился в 1836 году в Нижнем Новгороде, умер в 1921 году в швейцарском Лугано, но не как белоэмигрант, потому что не жил в России с 1865 года, бывая на родине лишь наездами. Боборыкин запустил в оборот слово в 70-х годах XIX века, а в 90-х годах того же века Ключевский писал:
«Это слово недавно вошло у нас в употребление. Оно некрасиво, хотя имеет классическое происхождение. Некрасиво оно потому, что неточно, значит не то, что хочет обозначать. Оно означает человека понимающего, а им называют человека, обладающего образованием. Может быть, потребность перезвуковывать образованного русского человека в интеллигентного внушена полусознательным, патологическим процессом, который совершается в русском обществе и образец меткого диагноза которого дан в пословице: «У кого что болит, тот о том и говорит». Не потому ли и подвернулось слово, смешивающее образование с пониманием, что способность понимания у образованного русского человека становится больным местом» (выделение курсивом моё. – С. К.).
Ключевский прослеживал проблему со времен ещё допетровских и заключал словами, удивительно современными, полностью подходящими для оценки как «политиков» на «интеллигентских» кухнях 70–80-х годов, так и нынешних «политологов», «социологов», «идеологов» и прочих «мыслителей» в «Россиянии»:
«Гордый русский интеллигент очутился в неловком положении: то, что знал он, оказалось ненужным, а то, что было нужно, того он не знал. Он знал возвышенную легенду о нравственном падении мира и о преображении Москвы в Третий Рим, а нужны были знания артиллерийские, фортификационные, горнозаводские, медицинские, чтобы спасти Третий Рим от павшего мира. Он мог по пальцам пересчитать все ереси римские, люторские или армянские, а вопиющих домашних пороков не знал или притворялся не замечающим… Образованный русский человек знал русскую действительность как она есть, но не догадывался, что ей нужно и что ему делать»…
Читая это, я невольно и неизбежно вспоминаю многих, увы, очень многих…
И – всех былых витий времён «застоя» и затем – «катастройки».
И – витий эпохи загустевшего ельцинизма.
И большинство нынешних «интеллигентских» участников различных «ток-шоу» на различных каналах российского телевидения.
Историческое и социальное невежество всех этих клямкиных, урновых, млечиных, сванидз, жириновских и т. д. и т. п. чаще всего поражает, особенно на фоне заявленных ими непомерных амбиций, поразительного нахальства и самомнения.
Они упорно считают себя «мозгом нации», в то время как на самом деле они представляют собой, гм… нечто иное.
Они, эти «прорабы измены» – кто со стажем, а кто и недавно призванный, – претендуют на монополию на истину (естественно, антисоветского образца), однако для нынешних «мыслителей», как и для нынешних властителей, Истина нестерпима так же, как нестерпим яркий свет для тараканов.
Вернёмся, впрочем, к Ключевскому. Означает ли его оценка, что в нашем Отечестве в давно прошедшие, в дореволюционные, времена так уж никогда и не бывало людей со знанием и с пониманием?
Конечно же нет!
Можно перечислить имена сотен только выдающихся русских и российских людей XVIII, XIX и начала XX века, которые, сидя за рабочим столом в кабинете, или укрывшись от дождя плащ-палаткой, или придерживая сползающую от качки чернильницу, выводили на листе бумаги: «Что делать…» и далее ставили двоеточие, а не знак вопроса, потому что писали не «философские» трактаты, а план конкретной созидательной работы на завтра.
Когда начинаешь думать о них, вспоминать их – и тех, что на слуху со школьной скамьи, и тех, о ком можно узнать лишь в толстых энциклопедиях, – дух захватывает от этого моря и мира имён!
Член-корреспондент Петербургской академии наук Пётр Соболевский (1781–1842), которого Гумбольдт называл одним из первых инженеров Европы, – химик, металлург, автор мирового класса работ по аффинажу платины…
Академик Герман Гесс (1802–1850), всего через шесть лет после восстания декабристов выпустивший в николаевской России учебник «Основания чистой химии», который формировал взгляды русских химиков вплоть до выхода в свет «Основ химии» Менделеева.
Лишь два имени! А их – подлинных светочей России, подлинных её мозгов – в нашей истории сотни и тысячи!
Увы, кто из нынешних «интеллигентов» в нынешней «Россиянии» не знает, например, философов Бердяева, Ильина, Солоневича или Соловьёва и кто помнит Петра Соболевского и Германа Гесса?
И много ли знаем мы о, например, Пржевальском, который исходил планету не менее, а более англичанина Ливингстона?
Размышляя о них, таких разных, убеждаешься, что чуть ли не с самого начала петровской европеизации существовали и существуют две образованных России: одна читавшая и другая – понявшая. Одна – интеллигентская, а вторая – интеллектуальная. Тот же Василий Ключевский был интеллектуалом, но интеллигентом он не был.
Как не был им, к слову, Александр Сергеевич Пушкин.
Думаю, именно в силу этого обстоятельства Александр Пушкин и сумел так точно и безжалостно определить заблуждения Александра Радищева:
«Беспокойное любопытство, более нежели жажда познаний, была отличительная черта ума его. <…> Он есть истинный представитель полупросвещения».
Как это точно и как, увы, злободневно.
Российская интеллигенция уверенно считала и считает именно себя носительницей русского самосознания и главной (в некотором роде) национальной ценностью. Она искренне уверена, что только она способна дать российскому обществу национальное видение бытия, национальную идею и…
И глубочайше в том заблуждалась и заблуждается.
Носительницей русского самосознания была и будет Россия интеллектуальная, испокон веку занятая делом практического созидания России реальной, а не «соборной». Другое дело, что и эта Россия ошибалась – уже в другую сторону, отдавая общественный процесс на откуп «интеллигенции». Старые российские интеллектуалы самоустранялись от политики, уподобляясь своим западным аналогам, но жили-то они в России, стране действительно особой.
Это я сообщаю не только ради исторической истины, но и в намёк нынешним российским интеллектуалам от науки, техники, медицины и производства. Они ведь тоже работают, как на Западе, а живут-то в России, и отстраняться им от социальных проблем России негоже – а то этими проблемами так и будут заниматься никудышные, самозваные, вонючие, заср…нные «мозги нации» – с ещё более катастрофическим, чем доселе, результатом.
Вся история Запада позволяла западным интеллектуалам в наибольшей степени влиять на общественное развитие самим фактом своей нарастающей и успешной профессиональной деятельности. И поэтому западные интеллектуалы вполне могли позволить себе роскошь замыкаться в своих узких рамках без трагических последствий для судеб своих стран.
Иначе получалось в царской России. Интеллектуальная Россия на общественное развитие влиять решающе не могла – сказывалась антигосударственная и антиинтеллектуальная политика самодержавия, неспособного сознательно и целенаправленно объединять созидательные силы России на своей платформе.
Задачу объединения здоровых сил России смогли выполнить лишь большевики, а сегодня мы, в совершенно иной исторической ситуации, имеем то же, что и сто с лишним лет назад! Нынешний капитализаторский Кремль тоже не способен объединить и использовать подлинно творческую часть российского общества на благо народов России и мира. Но эта-то часть всё ещё существует! И ей пора задумываться о политическом объединении.
Вокруг кого?
Сразу скажу – вокруг обновлённой общими силами Коммунистической партии не зюгановского, а ленинского образца.
Но это – тема для отдельного разговора.
Итак, как и сегодня, в царской России на исторической сцене подвизалась Россия интеллигентская, игравшая общественные роли, для всех зримые. До самого 1917 года интеллектуалы от политики, то есть большевики, не играли в общественном самосознании России той ведущей роли, которую российские интеллектуальные круги отдавали интеллигентам от политики – всяким там «земцам», «либералам», «легальным марксистам» и т. п.
Сегодня история повторяется.
С одной стороны, нынешние «литературно-газетные» интеллигенты претендуют на некое политическое и духовное лидерство, на некую самостоятельную роль, не имея к тому никаких объективных оснований.
С другой стороны, современная интеллектуальная Россия всё ещё не сознаёт настоятельной необходимости своего политического объединения в интересах борьбы за Россию, которая может сохраниться и развиваться лишь как новая Советская Россия.
Сейчас становится всё более понятной концептуальная правота Ленина в его негативной оценке российской интеллигенции. Эта негативная оценка важна для понимания и исправления и современной общественно-политической ситуации.
До революции российские интеллигенты восторженно призывали революцию и дружно ругали «прогнившее самодержавие», не понимая, что общество загнивает не как мёртвая колода в лесу, а как живой организм! Поэтому реальная революция, да ещё в России, могла быть только такой, какой она оказалась в 1917 году. Организм загнивал по живому, и в нём накапливался не хладный элемент необратимого распада (как в гнилом пне), а гной заражающего организм гнойника, прорыв которого очищает воспалённый организм, но и неизбежно заливает тело не елеем, а мерзостно пахнущей субстанцией.
Ведь тогда, в 1917 году, прорвалось то, что веками накапливалось в глубинах несправедливо, незаслуженно страдающего и в то же время неразвитого, невежественного народного большинства.
Русская интеллигенция в своём «докторо-живаговском» обличье интересы России и народа предала. Причём предала брезгливо.
Что обязан делать сострадающий образованный человек, оказавшись рядом с исходящим гноем больным, особенно если этот больной является близким ему существом? Правильно: надо вытирать гной, не забывая о санитарии и антисептике; надо готовить чистые бинты и турунды, надо позаботиться об уколах, о снижающем жар питье. Хлопотать, стирать, убирать, иногда – невзирая на несправедливости и капризы горячечного больного, и прочее.
В ситуации 1917 года и позднее от образованного слоя требовалась спокойная готовность к ежедневной, неприятной и зачастую грязной социальной работе. Русская же интеллигенция к ней оказалась неготовой и неспособной. Она не просто брезгливо отстранилась, но начала в эти гнойные, вскрывшиеся раны Родины кидать грязью и заплёвывать их.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?