Текст книги "Пасынок судьбы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pasynok-sudby-62607.jpg)
Автор книги: Сергей Кусков
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Часть первая
НЕУДАЧНИК
Глава 1
ЛОТЕРЕЙНЫЙ НЕУДАЧНИК
Август 2447 года, Венера, Альфа
Это плохая школа. Ужасная. Я ненавидел её всеми фибрами своей подростковой души. Наверное, если бы можно было ненавидеть в жизни что-то больше, чем мою школу, я всё равно ненавидел бы её. Но, надо признать, без неё мне не выжить.
Да, мне больше нравится прежняя школа, в старом добром районе, где я родился и вырос. Не самый плохой район, не трущобы, хотя и до респектабельных фешенебельных кварталов ему тоже далеко. И школа под стать – не гетто для бандюганов, но и не сборище пай-мальчиков и девочек, отцы которых зарабатывают пяти-шестизначные суммы в день. Там нас всё же учили, не пуская образование на самооткуп, как происходит на рабочих окраинах. Но… Учили слабо.
Может быть, кому-то тяжело это осознавать в восемнадцать лет, но все мы, каждый из нас, имеем свой уровень, выше которого не прыгнешь, как ни крути. Он не зависит ни от статуса или кошелька родителей, воспитания и даже от наследственности зависит слабо. Все мы разные, такими нас создала природа, и некого тут винить. Может, мне, получившему грант на обучение в престижной частной школе, легко об этом рассуждать, но…
Факт есть факт. И я не виноват, что мой интеллектуальный минимум соответствует чьему-то максимуму. Не виноват, и точка! Ведь есть люди и умнее, и способнее меня, так что надо просто принять это как должное. В конце концов, шанс получить заветную бумагу, именно бумагу, настоящую, из природного дерева, с отпечатанными условиями получения дальнейшего образования, государство предоставляет каждому. Вот только половина желающих отсеивается уже на экзаменах в соискатели, а многие – на самом тесте.
К чему я это? А к тому, что есть такие люди, даже среди бывших моих однокашек, для которых достаточно сдать базовый минимум и идти простым рабочим на завод, стройку, шахту или в обслуживающий персонал. Или в армию – в десант, например. Платят хорошо, думать не надо, а после армии, по завершении контракта, ещё и куча льгот предоставляется. И эти люди счастливы, реально счастливы! Им не надо ничего больше, да они ни к чему и не стремятся.
Однако существует другая категория. Те, кто не хочет на шахту или в докеры, а желает стать менеджером, адвокатом, врачом, пилотом истребителя или капитаном боевого эсминца. Это тоже хорошая работа, но, чтобы получить специальное образование, нужна совсем иная подготовка, не предусмотренная в базовой школе на окраине, где всем на тебя наплевать. Задача таких школ – дать возможность устроиться в жизни тем, кто сам ничего в ней устраивать не хочет, то есть совершенно иная. А хорошее образование может дать лишь хорошая частная школа с высококлассными специалистами, для которых главное – научить, а не просиживать свои часы на работе.
Но вот незадача: хорошие специалисты хотят получать хорошую зарплату! Неподъёмную для департамента образования. Поэтому у того, кто хочет добиться в жизни чего-то, кроме должности второго помощника третьего вентиляционщика, два пути. Первый – иметь родителей, родственников, опекунов или иных спонсоров, способных оплатить тебе место в таком заведении. Второй – тянуться самому, невзирая на иронию быдла вокруг, дескать, умный нашёлся, учиться и в один день доказать, что твои желания совпадают с возможностями. Иными словами, потянешь учёбу в серьёзном заведении – из тебя получится хороший специалист.
То есть получить грант.
В нашей стране много, очень много приличных школ. Таких, где дают знания на высоком уровне. Частных. И каждая из них обязана принять определённое количество учащихся по грантам, за которых платит Корона. Конечно, самые-самые элитные, где грызут гранит науки дети аристократии, таких не принимают, но они платят за это право огромные деньги, и это уже другая история. Остальные же не могут отказать, не набрав положенное количество бесплатников. Каждая школа имеет рейтинг, который защищает раз в несколько лет и в соответствии с которым туда направляют определённое количество титуляров разного уровня (и за разную плату, конечно). Так что в целом система довольно логичная, хотя и жестокая.
Жестокая, потому что многие, мечтающие о хорошей работе, в один миг могут провалить экзамен на грант. Хотя в состоянии его сдать. Или не в состоянии, но всё равно хотят и тянутся из последних сил, но остаются с носом. Те, кто хочет, но не может, кто обречён на низкооплачиваемую работу или катастрофически медленный карьерный рост… Им никто не запрещает учиться дальше за свои деньги, окончив базовый уровень и работая, например. А что медленно – так это проблемы не государства!
К ним относятся и те, кто может, но не хочет. Их, несмотря на мозги, больше втыкает лежать всю жизнь на диване, попивать кислое вино, вкалывать на дубовой работе за жалкие центаво. При этом ощущая себя донельзя счастливыми.
Я же отношусь к четвёртой категории. Тем, кто может, хочет, но кому не дают. Кто вынужден отказаться от господдержки и идти обратно в родной район, ибо доучиться до конца у тебя просто не получится.
Повторюсь, у нас плохая школа. Не в плане обучения, нет. Напротив, здесь учатся те, кто сдал на самый высокий уровень гранта. Я бы сказал даже, одна из лучших.
Она носит имя одного из генералов, поднявших восстание против имперского гнёта, а чести носить имя героя удостоиваются только самые-самые. Но в том-то и дело, плохая она именно потому, что лучшая! Ведь, кроме нас, титуляров, в ней полно козлов, чьи папочки платят за обучение такие деньги, на которые мы с матерью смогли бы безбедно жить и ни о чём не думать в течение нескольких лет!
Это ОЧЕНЬ влиятельные люди. После знати, настоящей потомственной аристократии, элита нашего общества. А элите не нравится и никогда не нравилось видеть рядом с собой нищих выскочек, плебеев. Большинству не нравится пассивно, но есть несколько уродов, демонстрирующих это весьма и весьма активно, пользуясь своим положением и безнаказанностью.
…Я сидел в кабинете куратора и слушал получасовую лекцию на тему «Какой ты нехороший» и «Да ты ничего в жизни не понимаешь, сопляк!», посвящённую как раз этому вопросу.
– Хуанито, пойми, ты можешь стать кем угодно! Я смотрел твои тесты – и гуманитарные, и точные дисциплины тебе даются с лёту! Поступай куда хочешь, все дороги твои! Хоть в Венерианский государственный, хоть в Академию экономики, хоть в Высшую школу управления! Да если возьмёшься за ум, через пять лет я, возможно, буду называть тебя «сеньор Шимановский» и скромно тупить глаза! Ты что, не понимаешь этого? У тебя есть способности, сынок! Почему ради сиюминутного юношеского максимализма ты приносишь в жертву своё будущее?
– Дон Алехандро, можно я пойду? – устало вздохнул я. Спорить не хотелось.
– Сиди, я тебя не отпускаю! – Куратор заходил взад-вперёд по кабинету. Низенький седовласый мужчина с проплешиной на темечке, не молодой, но ещё не старый, по-другому охарактеризовать его возраст я почему-то не могу. – Да пойми ты! Если забросишь учиться, если тебя «уйдут», это будет означать, что они победили! Борись! Борись, мальчик! Держись! Не губи своё будущее из-за богатеньких сволочей!
– А зачем? Для чего, дон Алехандро? – вспылил я. Меня наконец достал этот получасовой бессмысленный разговор, переливание из пустого в порожнее. – Вы говорите, выучиться? Хорошо, я закончу школу. Поступлю в престижный университет. Предположим! – уточнил я, поднимая вверх палец. – Опять же по гранту – денег у меня нет. Допустим даже, мне дадут его закончить. И что тогда? Кем я буду? Менеджером? А такие, как Толстый, станут старшими менеджерами! Потому что туда их пропихнут родители сразу, по знакомству! Я буду вкалывать, пахать как вол, а они – сидеть на заднице, ничего не делать и вовсю пользоваться продуктами моего труда, получая за это бонусы и премии себе! Стать инженером? А он станет главным инженером! Ведь главному инженеру не нужны мозги, ему нужен в подчинении грамотный инженер, чтобы быть на хорошем счету! Кем ещё стать? Экономистом? Юристом? А он станет начальником отдела! Журналистом? А он – главным редактором! Причём сразу редактором и сразу главным! – разорялся я. Прорвало. Слишком долго копил это в себе. – Я не хочу так, дон Алехандро! Сейчас эти подонки кулаками доказывают, кто здесь есть на самом деле и что такие, как я, должны лизать им задницы, если хотят учиться дальше. А потом? Сейчас я ещё могу дать сдачи, уйти, сбежать, показать свой гордый несгибаемый нрав! А потом мне придётся это делать по жизни! Иначе я мгновенно скачусь до уровня той самой помойки, на которой окажусь, если уйду сейчас, несмотря на потраченные годы и силы! Или вы думаете, это подростковая дурь? Что я испугался и сдаюсь? Это не так!
Я сруливаю не потому, что боюсь. Я сруливаю потому, что сейчас я ещё могу найти какую-то свою дорогу в жизни. А если не уйду, попаду в западню, и случится катастрофа, из которой никогда не выберусь. До свидания, сеньор куратор! – Я привстал, собираясь выйти из кабинета, но меня настиг громовой раскат его голоса:
– Сядь, я сказал!
Мой зад бессильно опустился на стул. Слушаться учителей, беспрекословно подчиняться – в этой школе одно из базовых правил, въевшихся в кровь с первых дней обучения. За непослушание тут запросто выгонят хоть платника, хоть титуляра.
Дон Алехандро насмешливо выдавил:
– Сосунок! Неужели ты веришь, что действительно найдёшь что-то в этой грёбаной жизни? Место, где ни перед кем не надо будет пресмыкаться?
Он во весь голос расхохотался. Я поёжился. Стало вдруг не по себе от его взгляда, от смеха.
– Поверь мне, старику, горбатившемуся в этом дерьме под названием «жизнь» не один десяток лет! Такого места нет! Не существует! Точнее, оно есть, но, чтобы туда попасть, ты должен родиться как минимум в семье Феррейра! То есть быть ОЧЕНЬ богатым человеком! В любом ином случае тебе придется лизать и пресмыкаться! В любой сфере, от частного бизнеса до королевских войск!
Я опустил голову. Конечно, дон Алехандро прав. То, что я делаю, – дурь. Обычная подростковая дурь. Но почему я, понимая это, иду на принцип, против себя? Почему не могу остановиться, согласиться и перестать выкаблучиваться? Максимализм?
Наверное.
– Знаешь, из твоего разговора возникло ощущение, что тебе не восемнадцать, а как минимум двадцать пять, – хмыкнул куратор, читая мою душу, как раскрытую книгу. – Как минимум, хотя до подобных выводов многие не доходят и к сорока. Это тебе плюс. Но вот оружие ты себе выбрал… откровенно дурацкое!
Он помолчал немного, сверля насмешливым взглядом.
– Да, наш мир несправедлив. Да, богатеньким живётся несказанно легче. Да, нам всем приходится продираться через колючие кусты там, где они наймут рабочих, которые проложат им прямую дорогу. Но!!!
Он снова замолчал, делая театральную паузу. Да, он – куратор, у него работа такая – воспитывать. А без актёрских навыков достучаться до нас, оболтусов, практически невозможно. Вот только найдёт ли он в моём случае правильные слова?
– Но это значит, – закричал вдруг дон Алехандро так, что я вздрогнул, – что ты – тряпка! Что ты сломался!!!
Я покраснел. Этот вывод на самом деле был гораздо ближе к истине, чем я пытался себе доказать всё последнее время, хотя упорно его отрицал.
– Вот ты говоришь о рабстве, вечном рабстве у системы, контролирующей всю нашу жизнь. Пусть так. Так что, теперь спиться? Ах, как нам плохо! Бедным и несчастным, которым не дают дорогу! Хорошую работу, шоколадные условия жизни! А ты что, думал получить всё на халяву? Задаром? Появились трудности – и лапки кверху? «Всё, сдаюсь, сеньор куратор! Не хочу прогибаться! Я лучше сдохну, лежа под шлюзом аэрационной шахты, грязный и вонючий, оборванный, с бутылкой дешёвого пойла в руке, в компании таких же неудачников! Вот это по мне! Это – моё!» Так?!!
Я закусил губу. Больно закусил. Стыдно.
– И ещё, ты можешь забить на учёбу, дождаться, чтобы тебя лишили гранта и вышвырнули, дело твоё. Но когда это случится, помни! Повторяй про себя, пока не зазубришь, пока это не станет девизом на всю твою оставшуюся никчёмную жизнь: «Они победили!!!»
Да, победили! Банда Кампоса и его дружков! А ты сдался, прогнулся, как последний хлюпик! Неудачник!
Учитель замолчал и отвернулся. Несколько минут царила гнетущая тишина. Он давал время осознать всё сказанное. Вообще-то я и сам это прекрасно понимал, но почему-то, когда слышишь собственные мысли из чужих уст, они действуют несколько иначе. Более действенно, что ли…
Через некоторое время дон Алехандро обернулся и спокойно, как ни в чём не бывало, сказал:
– Не ты первый, не ты последний. Всем бывает плохо. Но у тебя не возникало такой мысли, что эту жизнь можно прогнуть под себя?
Пауза.
– Да, именно! Прогнуть под себя! Это удаётся не всем, только самым смелым, сильным духом в первую очередь, но это возможно!
Я поднял глаза и недоверчиво хмыкнул. Дон Алехандро иронию проигнорировал.
– Такие люди есть, и, как правило, их все знают, они на виду. Потому что уникумы. Упорным трудом выкарабкиваются из этого дерьма, прогибают под себя таких, как ты говорил, старших менеджеров и начальников отделов. Становятся НАД ними! Помыкают ИМИ, и те не пикают! Знаешь почему?
– Почему?
– Потому что «начальник отдела» – это их потолок. Уровень, выше которого они не прыгнут при всем желании и богатстве папочки. А настоящую политику, настоящие судьбы мира вершат те, кто не останавливается на этом уровне и идёт выше. Кто стоит НАД всеми этими сынками, аристократами и буржуями. Ты понимаешь меня?
Я понимал. Правда, смутно.
– Это нереально.
– Реально. Для этого требуется всего четыре условия: иметь способности, холодную голову, безграничную наглость и толику везения.
Способности у тебя есть. Голову холодной можно держать всегда, это вопрос самоконтроля. Наглость… – Куратор скривился. – С этим я тебе помочь не могу, тут уж сам.
– А везение?
– Везение? – Он присел и посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд, холодный и решительный, – взгляд уверенного в себе воина, а не школьного куратора. Человека, ВЕРЯЩЕГО в свою удачу и свою силу и от этого уже непобедимого. Я почувствовал, как по телу побежали мурашки.
– Верь в него! Верь в своё везение! И тогда тебе действительно повезёт!
Снова театральное молчание. Дону Алехандро с его способностями можно, наверное, было стать звездой эстрады, не выбери он стезю преподавателя. А может, так и надо? Ведь хороший преподаватель должен быть актёром?
Тем временем куратор подошёл к визору, выполняющему функцию окна, включил его и уставился вдаль на запрограммированные системой релаксации зелёные альпийские луга, уходящие в небо, то есть в потолок.
– Среди тех, кто на САМОМ верху, тоже одни «сынки» и аристократы! – вяло возразил я. – Туда не пробиться простым смертным!
– Думаешь? – не оборачиваясь, усмехнулся наставник. – Отчасти ты прав. Там много богатеньких. Но это очень, очень талантливые «сынки»! Бездарей в этом гадючнике просто сожрут, это не их уровень. К тому же ты ошибаешься.
– В чём?
– Что там одни представители знати.
– Вы можете привести пример хоть одного человека из простых людей, добравшихся до самого верха? – ехидно оскалился я.
Дон Алехандро вновь проигнорировал насмешку.
– Кто правит нашей страной? – сухо спросил он в лоб.
– Её величество королева Лея, – не задумываясь ответил я.
– Я спросил не о том, кто царствует, а кто правит?
Стоп!
За такие вопросы и, более того, за ответы на них недолго угодить в допросную императорской гвардии!
Дон Алехандро – провокатор?
Нет, не похоже. Да и наша страна ещё не скатилась до уровня тоталитарных режимов Земли, у нас пока можно говорить о персонах номер один всё, что думается. Пока…
– Смелее! Кто правит страной? Не царствует, а правит? – давил он.
Я молчал. Вот оно что. Прогнуть всех под себя. Высший уровень. Самый высший!
– А ведь он даже не венерианин! – продолжал куратор, не оборачиваясь. Он прекрасно чувствовал меня и спиной. – Ему и титул-то дали, лишь бы заставить замолчать некоторых старых консервативных представителей аристократии!
– Ему повезло! Оказался в нужное время в нужном месте, встретил нужного человека!..
– Везения не бывает без умения и без веры! – снова повысил голос учитель. – Я уже говорил, веры в себя и в свои умения. И без наглости.
– По-вашему, любому человеку можно стать императором? – усмехнулся я.
– Почему нет? – обернулся он.
– А почему тогда вы сами им не стали?
– Не знаю как… – Куратор обернулся и деловито пожал плечами, на губах его играла улыбка. Напряжение, витавшее в воздухе, начало спадать. – А ещё я старый неуверенный в себе маразматик. Куда мне! Мой уровень – как раз тот самый «менеджер»! Даже не старший.
– А мой? Мой уровень вы можете определить?
– Реши сам для себя. Пока я вижу слабака, испугавшегося кулаков богатеньких недоносков и наложившего в штаны. Где уж тут уровень, откуда ему взяться?
Да, грубо! Но в яблочко!
– Вы считаете, что это действительно реально? Стать правителем? – выдавил я после долгого раздумья.
– Конечно. Теоретически нет ничего невозможного. Хочешь им стать? – Дон Алехандро коварно усмехнулся.
– Я не думал об этом… – честно ответил я, опустив глаза.
– И не надо. Не ставь это самоцелью. Будь гибок, толерантен. Но всегда иди к цели, маленькой цели на большом Пути. Перешагивая через все преграды и ставя новую маленькую цель. И тогда, кто его знает, чем он закончится, твой большой Путь?
– Значит, холодность рассудка, наглость и вера в удачу? – задумчиво потянул я. И почувствовал, как глаза мои сверкнули. Желание заниматься дурью, филонить, чтоб меня выгнали, бесследно исчезло.
– Иди на занятия, император! – Куратор громко рассмеялся.
Я смутился, но без злобы, это была добрая подначка.
Лишь затворив за собой дверь, осознал, как меня провели, я позволил себе посмеяться.
Да, он талант, этот милый старикан. Стать императором!..
Бред, конечно. Но главное он сделал: вернул волю к борьбе, желание доказать всем, что не на того напали.
Стать императором? А что, жизнь – длинная штука! Кто знает, как сложится лет через двадцать?
Холодная голова, наглость и вера в удачу. Мне повезёт. Обязательно повезёт!
Император, блин!..
Перемена уже давно закончилась. Я посмотрел в браслет на расписание. Так и думал, не везет – так во всем. «Военная подготовка (теория)». Иначе говоря, военная история, основы стратегии, тактики, нормативной документации из тематической области и промывание мозгов нудным лекторским тоном в одном флаконе. Лучше б я и дальше сидел у куратора!
Аудитория находилась на минус четвёртом. Я был на минус первом. Спустившись на три этажа, замер перед закрытыми створками гермозатвора. Командор в своём репертуаре, скотина!
Даже гермозатворы на дверях, способные в случае аварии выдержать давление почти сто атмосфер и пятисотградусную температуру внешней среды (спасая тем самым находящихся внутри учеников до ликвидации прорыва), говорили о благополучии школы. Для муниципальных учебных заведений такая роскошь неподъёмна. Эти створки не пробить выстрелом прямой наводкой из среднекалиберного орудия, что уж пытаться открыть! Вздохнув, я вытянул руку и приложил браслет к инфракрасному глазку. Всё, теперь моё имя появится в списке опоздавших. И объяснение – был у куратора – там не отмаз.
Раздался гудок, створки разъехались. Следом поднялась и дверь. Я торопливо вошёл.
– А об этом нам сейчас поведает сеньор Шиманьски! – радостно сообщил аудитории командор. Он всегда так, если делает какую-нибудь подлость, обязательно радостно.
Вообще-то дон Ривейра не командор, а майор, это всего лишь прозвище. Но заносчивым поведением он иногда смахивает на бригадного генерала, ни больше ни меньше. За то и прозвали. А так – обычный офицер десантных войск, раненный в Северо-Африканскую кампанию и списанный на гражданскую службу за непригодностью к военной. Человек умный, к делу относящийся щепетильно, со старанием и всей серьёзностью, но невероятно скучающий по своей прежней лихой службе. И вымещающий недовольство злодейкой судьбой на нас, учениках, будто мы в чём-то виноваты.
Я вышел на «точку». Это такое специальное место для доклада. Командор обожает театральные эффекты, но, в отличие от дона Алехандро, способности к актёрскому мастерству или режиссуре у него отсутствуют напрочь. Что не мешает ему издеваться над нами, заставляя проявлять уже наши способности на «точке». Перед всей аудиторией.
За моей спиной горел экран визора, показывающий трёхмерное изображение старушки Земли, политическое устройство. Я вздохнул, опустил глаза и настроился на бой. Уж если попал под руку командору, этот тип не отстанет, пока не выжмет все соки. Армейская привычка. А у меня за последние тесты очень мало баллов (по понятной причине), и злорадствовать он будет с двойным упоением!
– Итак, сеньор Шиманьски…
– Шимановский! – автоматически поправил я, за что не был удостоен даже беглым взглядом. Мою поправку просто «не заметили».
– …Расскажите аудитории причины, по которым наша страна принципиально не подписывает конвенции «О запрете глобальных противостояний» и «О запрете бомбардировок гражданских объектов». В чём вообще суть вопроса. А то вот сеньора Долорес совершенно не представляет себе этого! А также не представляет, какие нормативные документы сопутствуют этим конвенциям, время и место их подписания.
Ага, чувак спросил дуру Долорес, высоченную смуглую сисястую куклу с дыркой в башке, через которую улетают все умные мысли, и теперь вымещается на мне. Конечно, Хулио Долорес – главный управитель коммунального хозяйства района! То есть царь и бог подкупольной жизни для почти двух миллионов человек!
Коммунальная система под слоем защитного металлопластика, отделяющего город от сумасшедших условий поверхности, а именно: вода, воздух, хладагенты и энергия – это власть, и немалая. Это распределение воздушных потоков, регенераторов, фильтров, терморегуляторов и прочего, без чего жизнь станет невыносимой.
Например, что такое плохие фильтры? Кашель, удушье, болезни? Запросто! Из-за дыр в санитарном законе можно сделать такой поток воздуха, который будет соответствовать всем нормам, вот только дышать им сможет далеко не каждый. То же и с водой, и с терморегуляцией. Каково это – жить на сковородке, когда температура в квартире плюс сорок – пятьдесят градусов? Или холод около нуля? А что, провод жидкого азота оборвался, авария на линии…
Коммунальная власть – это возможность давать избирательно блага и так же избирательно их забирать. С коммунальными боссами лучше дружить, если ты не Феррейра. А значит, быть боссом предполагает наличие знакомых. Связей, связей и ещё раз связей. А это, в свою очередь, значит, что командор никогда не сорвется на шпалу, даже если та будет нести полную ахинею. А буде она завалит контрольные тесты, её протащат на следующий уровень за уши. В отличие от меня, титуляра.
Конвенции военного сдерживания. Этот вопрос я знал, и неплохо. Вот только с командором нельзя «знать, и неплохо». Когда он не в духе, ответишь одно – спросит другое. А потом третье. И четвёртое. Пока не завалит. А это баллы. Поэтому, если не хочешь потом бегать с пеной у рта, пересдавая много-много тестов, а я не хочу, надо дать сеньору Ривейре шанс вызвериться, выпустить пар. Причём не на себе. Лучше всего поднять его любимые темы, на которые он клюнет и «раскроется». Проблема только в том, как перейти к ним незаметно, не заваливая основного ответа.
Я вздохнул. Отвечать придется долго. Очень долго!
Через несколько секунд я, театрально улыбнувшись (спасибо куратору), прокашлялся, набрал в грудь воздуха и начал повествование, будто нахожусь на конкурсе дикторов или чтецов литературного клуба:
– Как все знают, Земля уже много лет истощена. На ней почти не осталось минеральных ресурсов. В основном на восемьдесят – девяносто пять процентов они выработаны, а оставшиеся находятся либо в слишком труднодоступных формах, рентабельность добычи которых очень низка, либо их контролируют страны, плотно окопавшиеся вокруг них, вставшие намертво и не дающие чужакам контроля над месторождениями. Например, Россия и Канада…
Командор кивнул. Я почувствовал эйфорию. Сейчас или я его сделаю, или он лопухнёт меня. Азарт борьбы, победа или поражение, когда всё зависит от тебя, твоего ответа, твоего старания, возбуждает. Я воспрянул духом:
– В связи с освободительными революциями в колониях и образованием Космического альянса государства Земли потеряли контроль и над поставками сырья из космоса, оказавшись в безвыходной ситуации…
Дальше я начал вносить в речь цветастые обороты, словно артист перед камерой, рассказывая в общем-то известные всем вещи. Но главное было не ЧТО, а КАК я говорю. Командор аж заслушался, сердце простого солдафона потеплело. Его задача – объяснить нам, кто и почему может на нас напасть и за что мы будем воевать, не более, и с нею он справлялся.
Суть же моей речи можно было изложить в двух словах: мы не подписываем конвенции потому, что правила игры земных держав не для нас. У нас не те экологические и географические условия и совсем иное геополитическое положение. Если они начнут бомбить друг друга, произойдёт глобальная экологическая катастрофа, которая потянет за собой все остальные – экономическую, социальную и прочие. Иначе говоря, произойдёт апокалипсис. Нас же бомбить можно сколько угодно, никакой катастрофы от этого не случится. Мы же, не будучи скованы конвенциями, можем нанести агрессору ответный удар апокалиптического масштаба. И всё. Но два слова при желании всегда можно растянуть в двадцать два.
История… Наша история занимательна, хотя ей, как истории независимого государства, чуть более ста лет. Но каких ста лет!
Пока земные державы с остервенением мутузили друг друга на всех фронтах, деля исчезающие ресурсы, теряя силы и истязая себя, имперские колонии Венеры объявили о независимости. Дело было донельзя банально: во время очередной драки за трон между прямыми наследниками почившего монарха представительница боковой ветви Веласкесов, имперской династии, провозгласила императрицей себя, любимую, а коронованного чувака на Земле – узурпатором. Провозгласила здесь, в Альфе, на Венере, в колониальном центре и будущей столице. Расчёт шёл не на борьбу за трон огромной державы, а именно на восстание. Её, местную уроженку, поддерживала местная знать, недовольная политикой Каракаса. Коренные же территории, Земля, понятия не имели, кто она такая со всеми вытекающими. Так появилось Венерианское королевство, раскинувшееся на месте четырнадцати бывших имперских колоний.
Не найдя поддержки на «родной» планете, Аделлина Первая «освободила» эти земли, «даровав» им независимость и поддержав одного из оставшихся «узурпаторов». Сильный ход в тот момент. Империя[4]4
Империя – разговорное обозначение Южно-Американской империи. В описываемый период это государство представляет собой мировую сверхдержаву, раскинувшуюся на трёх континентах и имеющую колонии в космосе.
[Закрыть] чуть не стала республикой, а это было уже не выгодно никому.
Так что де-юре старая Империя – это мы, а нынешняя – НАШИ отколовшиеся владения, а не наоборот. К сожалению, на практике это не так, в реальной жизни всё произошло с точностью до наоборот, и все прекрасно об этом осведомлены. Поэтому та же Аделлина уже под конец своего правления сняла с себя регалии императрицы и отослала на Землю, превратив наши земли, «Империю без империи», в обычное рядовое королевство, прозванное в самоназвании «Золотым». Тоже мудро на тот момент, поскольку это разрядило обстановку и позволило Венере выжить, подписав с метрополией долгожданный мир.
Дальнейшая история после провозглашения независимости и обретения международного статуса – почти непрерывная война с кем-то против кого-то. Вначале с Востоком против русских. Потом с русскими против Империи. Затем с ослабевшими русскими и Империей против усилившегося Востока. Сверхдержавы Земли того времени не рассматривали Золотое королевство как достойного противника, не принимали всерьёз, оно было лишь союзником на одном из многочисленных фронтов в космосе. Важный фронт, бесспорно, но не самый главный. «Вот сейчас добьём этих, а потом тех, а амиго сами приползут, на брюхе. На что они годны в одиночку-то?»
Гордыня погубила немало народов. Не стали исключением и земные державы. Пока они драли друг другу глотки, Золотая Корона вначале отхватила себе русскую зону планеты, создав на её месте автономную русскоговорящую провинцию. Затем та же участь постигла и восточные, и североамериканские колонии, а затем и европейские. И через пять десятков лет после провозглашения Корона полностью контролировала всю планету Любви, от полюса до полюса. А значит, все поставки дорогих, редких и таких нужных ресурсов, некоторые из которых в достаточном для промышленности масштабе добываются только здесь, на вдруг прозревшую Землю. Прозревшую, но уже неспособную что-либо изменить. Война на чужой планете против сильной наземной армии силами одного десанта без подготовленных укреплённых рубежей, в нечеловечески адских условиях… Самоубийственно дорогое удовольствие!
Монополия. Сладкое слово для аристократов-магнатов. Сладкое слово для казны, на деньги которой строятся боевые корабли и вербуются солдаты. Это слово позволило увеличить доходы настолько, что Корона быстро зализала раны, вырвалась вперед по всем экономическим показателям и почувствовала себя в состоянии выйти на мировую арену, поучаствовать в дележе ресурсов и владений на других космических фронтах.
Почувствовала, вышла… И победила! Маленькое экзотическое королевство вдруг стало державой, с которой нельзя не считаться! Это был удар по старому миропорядку.
Почему так сложилось, что страной правили одни женщины? Никто не знает. Уникальный случай в истории! Может, легендарная покровительница, римская богиня любви, постаралась? Ведь всё больше и больше людей поклоняется старым языческим богам. Вдруг они ожили и вновь вмешиваются в судьбы смертных и что им два с половиной тысячелетия сна?
Об этом скажут только сами Древние. Но факт есть факт: современной Венерой правили одни женщины. И все старшие дети, наследники, рождаемые ими, были женского пола. А кто сказал, что женщины – слабый пол? Мужчины?
Они ошиблись. Женщины слабее в прямом бою, в прямом столкновении. Но в тонких играх со многими противниками женщины хитрее, изворотливее и гораздо легче одерживают победы. Так и молодая хищная держава начала отхватывать кусок за куском. Ведомая расчётливыми стервами. Поддерживаемая знатью, понявшей выгоду монополии. Вкусившим прелести либерализма и демократии – последнего оплота демократии и либерализма на просторах Системы – народом. Меркурий. Луна. Марс. Сектор Юпитера. Сатурн. Уран. Околосолнечные энергостанции. Всё, до чего могла дотянуться жадная рука Веласкесов, рано или поздно становилось под штандарт Золотой Короны. Пока в один день королевство, отрёкшееся от имперского титула, не стало де-факто империей, колониальной империей, и заодно сильнейшей державой в космосе. А старые державы, враждовавшие друг с другом сотни лет, медленно и незаметно потеряли почти все минеральные поставки и тихо «сдулись».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?