Текст книги "Циничный алхимик"
![](/books_files/covers/thumbs_240/cinichnyy-alhimik-258473.jpg)
Автор книги: Сергей Полев
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3. Рыбка на крючке
– Что мы знаем об алхимии? – задаю риторический вопрос. – Если в двух словах, то человеку, обладающему даром, необходимо, используя ману, нарисовать специальный круг и произнеси заклинание. Однако на деле всё куда сложнее. Например, можно ли запустить огненную стрелу, не открыв рта?
– Конечно, нет! – заявляет Жора.
– Логично, но что вы скажете на это… – касаюсь огненного круга на своём теле, выставляю руку в сторону аудитории и делаю резкий выдох. – А что скажете теперь?
Студенты цепенеют, ведь над их головами пролетает самая настоящая огненная стрела, хотя перед её сотворением, я не произнёс ни слова. Безмолвная алхимия – придумка Странствующего Алхимика, и мне было достаточно понять её принцип, чтобы научиться таким вещам, что аж дух захватывает.
– Но как? – вопрошает Жора.
– Учитель, пожалуйста, расскажите нам, – просит Мелиса.
– Вам наверняка никто не рассказывал, зачем нужно произносить заклинание, – подхожу к окну, дабы посмотреть, есть ли свободный полигон. – Контрольная фраза нужна лишь для того, чтобы закрепить мысленный образ заклинания и отдать команду своему подсознанию на его активацию. Заклинание можно активировать без слов, но это требует длительных тренировок и глубокой самоосознанности. В реальном бою будет эффективен и другой схожий приём.
– Какой? – интересуется Сара.
– Ну вот смотрите, – быстрыми движениями рисую круг огня. – Вода!
Огненный шар появляется и улетает в окно, скрываясь за деревьями. Ученики вновь обескуражены, ведь я произнёс самое простое заклинание воды, а запустил средней по сложности огненный шар – такому частные преподаватели их явно не учили.
– Это нужно, чтобы обмануть противника? – уточняет Мелиса.
– Верно. Если вы научитесь рисовать круги так же быстро, как я, то враг не сможет распознать заклинание и будет ориентироваться только на ваши слова. Опытный алхимик по первым буквам сможет понять, что вы пытаетесь сотворить, но использовав этот приём, вам удастся его обмануть. Логичным будет использование заклинаний с противоположной стихией, ведь если противник закроется не тем щитом, то ваш снаряд станет только сильнее.
– Но почему об этом не написано в учебниках? – спрашивает парень из середины аудитории.
– Потому что проще сделать из алхимиков послушных обезьянок, чем пытаться объяснить основы этого безумно интересного ремесла. Какая основная цель алхимии?
– Исследования? – предполагает Сара.
– Война, – негромко произносит Мелиса.
– Правильно, война. А на войне нужно кидаться фаерболами да сосульками, и этого будет достаточно. Более от алхимика ничего не ждут, ведь когда ты знаешь, что от него можно ожидать, то и контролировать такого бойца намного проще.
– А как же сила нашего Островного Королевства? Разве мы не стали бы сильнее, обучаясь по вашей методике?
– Эх, Мелиса, сколько раз я задавался этим вопросом, ты даже не представляешь… – тяжело вздыхаю. – И ответ я так и не нашёл. Можно лишь предположить, что королевская семья – жуткие консерваторы, которые боятся чего-то нового. Ну ладно, мы здесь алхимией элементов занимаемся, а не политикой. Давайте все на улицу, пора переходить к практике!
Пока студенты поднимаются со своих мест, я считаю их, дабы никого не потерять. Получается ровно сорок два человека – остальные тринадцать не поступили в академию. Включая Сару, сюда смогли попасть всего пятеро простолюдинов – обычно бывает больше, но в этот раз Салех был строг, ведь благородных набралось столько, что они едва влезают в аудиторию.
Я дожидаюсь, пока все выйдут из кабинета, и следую за ними. Свободен всего один полигон, судя по всему, он закреплён за нами. Для удобства учеников их занятия проходят всегда в одной и той же аудитории – это я прочитал на табличке перед учебным корпусом.
Вот смотрю на эти затылки и думаю, что мне удалось заинтересовать молодёжь уже с первого занятия, хотя и прошлось раскрыть много секретов. Однако без многолетней практики подобные техники просто не повторить, я же занимался уже с семи лет каждый божий день.
Обычно дети из богатых семей занимаются раз в неделю, ибо у неопытного алхимика мана восстанавливается достаточно долго. Но со мной Странствующий Алхимик не церемонился… Я ведь уже говорил, что пахал как Папа Карло? Так к алхимии это тоже относилось, поэтому мою силу невозможно сравнить с этими молокососами – она отличается даже не на порядок.
Но не стоит забывать, что алхимик – это «стеклянная пушка». Да, он может без проблем убить одним заклинанием хоть пятьдесят лучников или мечников, но всего один лучник способен отправить его на тот свет метким выстрелом в голову.
Конечно, существует алхимия артефактов, но в нашем небольшом королевстве она неразвита. На ней специализируются полуросклики, которых я зову гномами – так проще. У меня даже есть подозрения, что Сара – это тоже полукровка, наполовину человек, наполовину гном.
Раз уж речь зашла о других расах, то стоит сказать о них больше. Как вы уже знаете, я на пятьдесят процентов демон, и небольшие рожки тому только подтверждение. Демоны обладают врождённой выносливостью и физической силой, они меньше других пользуются алхимией и в основном для увеличения своих боевых возможностей.
Однажды я видел, как двухметровый демон убегал от погони по набережной. Он нёсся быстрее лошади, а по итогу спрыгнул с пятидесяти метровой скалы и просто уплыл! Океан очень холодный, но демоны при помощи алхимии способны делать такие вещи, что аж страшно становится.
Так же стоит отметить их нечеловеческую регенерацию, до Росомахи им, конечно, далеко, но простые людишки и рядом не стояли. Эта врождённая особенность позволяет изменять своё тело без вреда для организма. Я даже слышал, что они могут отращивать конечности, но подтвердить не могу.
Мне, кстати, досталась часть этих способностей, но в меньшей форме. В этом мире странным образом работает смешение генов: полукровка получает лишь по четверти плюшек родителей. В итоге можно с уверенностью сказать, что я недочеловек и недодемон. Моя совокупная сила – это всего лишь пятьдесят процентов от возможного.
Потому-то полукровок и считают отбросами, не воспринимая как полноценных людей. Однако я же привык, да и стоит ли жаловаться, ведь упорство и труд всё перетрут! Эх, скажите мне в прошлой жизни, что я буду думать о таких вещах, и я бы рассмеялся вам в лицо. Странствующий Алхимик, что ты со мной сделал? Куда делась моя благотворная лень?..
Помимо полуросликов, людей и демонов, этот мир населяют серафимы – язык не поворачивается назвать их ангелами, ведь эти черти считают остальных низшими расами. Их отличительная черта – это огромный запас маны и высокий процент одарённых детей, ладно хоть летать не умеют… Но это им не мешает держать под своим контролем почти весь континент. Остальные расы вынуждены подбирать крохи и жить либо на островах, как мы, либо в тех местах, где условия попросту невыносимые.
Пока я размышляю, мы вместе с классом выходим на полигон – тот, где вчера проходило вступительное испытание. Он огорожен от других высоким земляным валом, призванным минимизировать случайные жертвы. В конце, у деревьев всё так же стоят каменные манекены в человеческий рост, они-то мне и пригодятся.
– Итак, как вы считаете, какой из базовых элементов обладает самой большой убойной силой? – выхожу вперёд, дабы все могли меня увидеть. – Но подумайте дважды, ведь вопрос с подвохом. Не стоит глупо отвечать по учебнику.
– Огонь! – громко оглашает Жора.
– Ты уши компотом моешь? – ворчу я.
– Может быть, воздух? – скромно спрашивает Мелиса.
– Воздух силён, спору нет, но есть нечто более убойное и не требующее больших запасов маны. Сейчас я вам покажу, а вы постарайтесь понять, что это за элемент, – прикасаюсь к плечу, где нарисован нужный круг, и вытягиваю руку в сторону манекенов. – Резак!
Сперва ничего не происходит, и студенты начинают хихикать, но затем верхняя часть одного из каменных истуканов медленно сползает вниз. Следом за ней падает вековой дуб – шум стоит такой, что наверняка о нас узнает вся академия.
– Вы разрезали камень и дерево одним заклинанием?.. – офигевает Сара.
– Ага-ага, – я киваю. – Ну что, есть идеи? Какой элемент я использовал?
– На такое способен только металл, – говорит худой дылда.
– Не-а, не угадал. Ещё варианты?
– Раз это не воздух и не металл, – вслух размышляет Мелиса. – Возможно, земля?
– Если речь идёт об убийстве, то самый мощный базовый элемент – это вода, – громко произношу я.
– Вода? Чего? Быть не может! Она же самая слабая, – шумят студенты. – Точно-точно, вода слабее всех! Ей только огонь по силам!
– Не верите? Ладно, смотрите, – вместо прикосновения за полторы секунды рисую водный круг со своими вставками. – Резак!
На этот раз страдают остальные манекены и сразу с десяток деревьев. Последние растут там специально, чтобы уменьшить урон для окружения от заклинаний неопытных алхимиков. Возможно, не стоило ломать их все, но так будет эффектнее, а мне кровь из носу нужно заработать авторитет. Я смогу нормально работать учителем только в том случае, если студенты будут считать меня едва ли не всемогущим.
– Как вы могли заметить, я использовал водный круг. Вода – самый сильный элемент, но при определённых условиях, – применяю алхимию трансформации и создаю из поверженных манекенов один большой высотой метров пять. – Обратите внимание, что у него на лбу нарисована внешняя часть круга, вам же нужно дополнить это заклинание и разрезать бедолагу.
– Дополнить?! Как это?! – негодуют ученики.
– Алхимия – это наука, а наука ничто без экспериментов. Я нарисовал достаточно, чтобы догадаться и использовать заклинание. Подойдите поближе и изучите круг, а через десять минут начнёте практиковаться, – отхожу подальше, чтобы им не мешать, и ложусь на траву. – Кто справится первым, тот получит годовой зачёт по алхимии элементов. И да, сразу дам подсказку: забудьте про учебник, выйдите за пределы стандартных подходов, фантазируйте, изобретайте!
– А вы чем будете заниматься? – Мелиса с недоумением на лице смотрит на меня.
– Как чем? Буду наблюдать за вашими успехами, – демонстративно закрываю глаза. – Разбудите, когда у кого-то получится.
– Но ведь это невозможно! – настаивает розововолосая барышня. – Как мы можем сотворить заклинание, если не знаем, как его нарисовать? Это ведь всё равно что пальцем в небо тыкать…
– Именно этим вы займётесь. Урок первый: понять, как влияют различные базовые элементы круга на конечное заклинание. На втором уроке мы будем думать, как можно использовать полученные знание. И постарайтесь не убить друг друга, направляйте ману только в сторону манекена! Можете подойти поближе, я скажу, когда приступать к практической части.
Пока ученики возмущаются и не спеша топают к манекену, я размышляю о том, что мне недостаёт художественных навыков, ведь будь я творческой личностью с большим опытом рисования, смог бы воссоздать скульптуру себя любимого. Ну да ладно, что есть, то есть.
Я и без того коварный тип, ведь дал им безумно сложное задание. Заклинание и простое и безумно сложное одновременно. Секрет убойной силы воды в давлении, и на нарисованном мною круге видны сразу несколько базовых элемента сжатия, ученикам нужно лишь заполнить ими пустые области в центре.
Если они сделают всё правильно, то давление струи будет равно восемьдесят одной атмосфере, но этого окажется недостаточно, чтобы тонкая струя воды разрезала камень. Секрет этого заклинания заключается в том, что в его центре располагаются другие элементы сжатия, невидимые для глаза.
Алхимик может мысленно расширить круг заклинания и дорисовать в нём мельчайшие детали, но такой подход требует сноровки. Вряд ли у кого-то получится, но оно и к лучшему, ведь я смогу спокойно отдохнуть. Пусть пытаются, глядишь, найдётся юный гений, но это маловероятно, ведь никто из них не знает, как ведёт себя вода под огромным давлением.
К слову, если правильно активировать заклинание, то давление струи будет примерно равно шестидесяти тысячам атмосфер. На самом деле пятьдесят девять с копейками, ведь каждое сжатие работает по правилу куба – не знаю, почему так, но эту информация узнал и проверил лично я.
При стандартном применении у нас получается вода с обычным давлением, но уже при первом сжатии это число возрастает до трёх, потом до девяти и так далее. По итогу мы получаем три в десятой степени – действительно убойное заклинание, способное разрезать всё что угодно. Разве что оно не справится с алмазами, но этого я ещё не проверял.
– Закончили осмотр! Отходим на исходную позицию и пытаемся повторить! – лёжа на газоне, командую я. – Дабы вам было проще представить исходный результат, то скажу, что у вас должна получиться тонкая полоска воды, сравнивая с лезвием бритвы. Она то и разрежет камень. Дерзайте, студеньтики!
– А если мы не справимся? – подаёт голос Марк Майерс.
– Будете пробовать в свободное время, пока не получится, ведь это заклинание будет на экзамене, – отвечаю я.
– Но как же быть магам других стихий? Мы должны осваивать воду?! – возмущается мой приручённый кабанчик Жора.
– Ты хочешь, чтобы о тебе говорили, как о сильном алхимике, способном уничтожить целую армию, или будешь продолжать грезить идиотским титулом «великого огненного алхимика»?
– Ну я…
– Подумай на досуге, решение за тобой, – отмахиваюсь я и заваливаюсь набок, дабы понаблюдать за происходящим. – Что стоим? Время уходит.
Первой решается Сара, насколько я помню, она как раз таки специализируется на воде. Низкая девушка с огромными «бидонами» сперва рисует оставленный мною круг, а затем заполняет его символами силы. В итоге у неё получается водная колбаса, которая лишь щекочет каменного болванчика.
– Неплохо, – подмечаю я. – Продолжай экспериментировать.
– Спасибо, учитель, – Сара едва заметно улыбается.
Мелиса решает не отставить и тоже пытается нарисовать водный круг, но так как у неё нет опыта, он не получается, и ни одной капельки воды не создаётся. Благородная наследница лорда не сдаётся и пытается вновь, но опять ничего не выходит.
– Не торопись, лучше нарисуй медленно, но точь-в-точь, – подсказываю я. – Так ты потратишь больше маны на создание круга, но зато будет хоть какой-то результат.
– Хорошо… – недовольно ворчит она и пользуется моим советом. – Разрез!
Видимо, не зная, что рисовать, она заполняет круг символами сжатия, и по итогу у неё получается заклинание, оставившее небольшую вмятину на манекене. Форма волны, конечно, не идеальная, но давления и скорости оказывается достаточно, чтобы повредить великана, отломав кусочек.
– О-о-о! – я хлопаю в ладоши. – Молодец, молодец! Продолжай в том же духе.
– Разрез! – Сара копирует увиденное заклинание и запускает более сильную версию.
– Даже отсюда вижу небольшую полоску, отдавшуюся после удара, – щурюсь я. – Первую часть секрета вы разгадали, теперь осталась вторая, более сложная. Если кто-то не понял, в чём суть, то попросите помочь Сару или Мелису.
– Но разве не вы должны нас учить? – возмущается розововолосая.
– Если вас призовут на войну, то рядом с вами будут точно такие же товарищи. Вы должны научиться взаимодействовать с равными по силе, перенимать опыт, подмечать плюсы и обращать внимание на недостатки. Как вы могли заметить, я вам неровня, а как учитель, я дал подсказок больше, чем было нужно.
– Но ведь Сара сотворила идеальное заклинание, – настаивает Мелиса. – Даже если его улучшить, то оно не станет равно по силе вашему, это просто невозможно…
– Умница, мыслишь в правильном правлении, – показываю большой палец. – Вы уже поняли, от чего зависит сила заклинания, а значит, знаете, как его усилить.
– Учитель, вы издеваетесь над нами? – Мелиса начинает злиться. – Как мы нарисуем ещё больше символов сжатия, если они попросту не влезут в круг воды?!
– Вспомните о награде. Думаете, я бы поставил зачёт, если бы было всё так просто? Но ты права, сделать нужно именно это, вопрос лишь как. Думайте, у вас ещё около трёх часов, – ложусь обратно на спину. – Вы и так продвинулись быстрее, чем я думал, поэтому подсказок больше не дам. Пока что.
Сперва студенты стоят в недоумении и буравят меня тяжёлыми взглядами, затем начинаются что-то бурно обсуждать – большинство из них окружают Сару, ибо к Мелисе попросту боятся подойти – с ней рядом остаётся только высокая и худая блондинка, которая постоянно на меня пялится…
А вот простолюдинка не может отказаться благородным юнцам. Не знаю, хотела ли она такой популярности, но в школе обратного не воротишь – один раз опозоришься и до конца будешь чмошником. Сара же в одночасье стала ботаником.
– Меньше слов, больше дела, – лёжа с закрытыми глазами, гаркаю я. – Алхимия – это практическая наука, теоретизировать можете в свободное время, а сейчас у вас практическое занятие. Лучше потратить ману и попробовать, чем целый час рассуждать над вариантами. Вас много, и шансы угадать довольно велики, просто перестаньте думать шаблонно. В алхимии можно практически всё, поэтому выкиньте из головы все ограничения, которые вам туда вбили некомпетентные «учителя».
– Ладно, давайте пробовать! – Марк всячески пытается взять на себя роль лидера, но никто не реагирует.
– Да, ребята, у нас получится, – поддерживает его Мелиса.
– Мы сможем! Да! Погнали! – воодушевляется толпа.
Забавно наблюдать, как всего лишь одна девушка способна повлиять на толпу. У неё такой голос… Даже не знаю как сказать… Обязательный? Да, верное определение. От него так и веет мягкой силой, вроде бы тебя просят, но если ты пойдёшь против, то лишишься головы – вот, что испытывают другие студенты. Мелиса – страшная баба, но безумно симпатичная, особенно когда злится.
Я замечаю, что она завистливо смотрит на Сару, но пытается это скрыть. И дело даже не в размере её грудей, а в коктейле из синдрома отличницы, чувства превосходства, данного от рождения, и женской ревности. Если мужики могут проиграть и сохранить лицо, то вот представительницы слабого пола с генами аспидов не всегда на это способны. Мелиса – страшная баба, а бабы сами по себе страшные создания, поэтому гнева розововолосой барышни нужно опасаться.
Но мне он не страшен, ведь я действую по заготовленному плану и рассчитываю, что уже сегодня, в крайнем случае завтра, наступит второй этап. И по глазам Мелисы я вижу, что так оно и будет. Остаётся лишь немного подождать…
Рубрика «Осталось за кадром»
Во время практики на полигоне академии.
– Мелиса, ты собираешься учиться водной алхимии? – негодует Марк Майерс.
– Я сделаю всё возможное, чтобы стать сильнее, – отрезает она.
– Но что скажет отец? Ты об этом подумала?! – он повышает голос и хватает сестру за руку.
– Ты, видимо, забыл, кто из нас наследник? – Мелиса грубо одёргивает руку и вырывается. – Отвечать за нашу семью предстоит мне, а поэтому я не намерена полагаться на огонь, если он и правда беспомощен.
– Не говори так! Огонь – это величайший алхимический элемент!
– Не хочешь учиться, не надо, но только от меня отстань и не мешай, – она демонстративно отходит в сторону.
– Я всё расскажу отцу! – бросает он вслед.
– Да делай что хочешь! Пугать он меня вздумал, слабак… – шепчет Мелиса.
Глава 4. Розовые усы
Пока студеньтики пробуют всякое разное и медленно кромсают каменную статую, я лежу и бездельничаю. Так бы я и провалялся, если бы не сила привычки… Бегать, я уже бегал, хоть и немного, а вот физическими упражнениями пренебрёг, а это неправильно.
Я переворачиваюсь на живот, поднимаюсь на руках и начинаю отжиматься. Мой личный рекорд – от полудня до заката, и да, я уже давно перестал измерять упражнения в числах и перешёл на часы. Огромные мускулы мне ни к чему, а вот выносливость жизненно важна.
Сперва ученики не замечают, что я переключился на урок физкультуры, но затем кто-то из девушек показывает на меня пальцем и что-то шепчет. Как по цепочке в мою сторону поворачиваются всё больше и больше любопытных голов.
– Отвечу на немой вопрос, – выдаю я, когда на меня смотрит уже каждый. – Выносливость и мана неразрывно связаны друг с другом. Я не буду вдаваться в тонкости, ведь обязан учить вас магии элементов, но скажу вот что: духовное состояние и физическое неразрывно связаны друг с другом. Дальше додумывайте сами.
– Но ведь количество маны увеличивается только после её полного израсходования? – Мелиса и не думает скрывать свой скептический настрой.
– Мана – это духовная энергия, а дух – это… А хотя что я вам объясняю? Это не моя работа, – наступает неловкое молчание. – Чего встали? Или все уже справились с заданием? Больше мы к нему возвращаться не будем, а если не сдадите на экзамене, то останетесь на второй год. А там… Отчисление и позорная «F» лицензия? За работу!
Студенты безмолвно матерят меня и отворачиваются, а я продолжаю тренировку. Продолжаю и думаю, куда же делась моя лень, которую я так любил? Что этот грёбаный Странствующий Алхимик со мной сделал?.. Ужас!
Система с этими лицензиями, кстати, довольно продуманная. В градации используются латинские буквы, каким бы странным это ни казалось, и они соответствуют твоим навыкам. Все, кроме последней «S», выдаются в академиях – в нашем Островном Королевстве их всего пять. Наша – Южная, а три другие также называются по сторонам света, а последняя зовётся Главной Академией Королевских Алхимиков.
Наивысшую лицензию можно получить только после сурового испытания, проводимого коллегией высших алхимиков. Причём это столь редкое событие, что на него обязательно приходит либо король, либо один из прямых наследников. Монарх тут царь и бог, а поэтому либо он сам, либо его потомок должен лично засвидетельствовать получения этой лицензии.
С другими всё проще, гораздо проще – нужно лишь сдать экзамены по всем предметам. Если провалиться хотя бы на одном, остаёшься на второй год. Всего у студента два права на ошибку, после третьего провала его выгоняют и дают соответствующую лицензию.
Они распределяются следующим образом: если студент не закончил первый курс, то получает позорную «F»; если вылетал на втором курсе, тогда «E»; а после успешного окончания пятого, выдаётся «А» лицензия. Для простоты произношения их называют классами, где наивысший – это нулевой, а низший – седьмой.
Мне по идее должны выдать лицензию первого класса, ведь только с ней можно стать преподавателем, а поэтому мой план с отстранением прошлого учителя дал такой толчок, о котором любой другой студент может только мечтать. И я нисколько не жалею о содеянном, ведь знаю, как этот Салех относился к простолюдинам – хуже многих.
Мои ученики боятся получить позорную лицензию седьмого класса, ведь в таком случае они смогут получить работу охранника или строителя. И да, алхимики тоже строят – у них это отлично получается. Получения этой позорной метки для представителя благородной семьи может стать началом конца, ведь в этом мире решают не только деньги и связи, но и грубая сила.
Нет, конечно, нельзя прийти в дом к лорду, выбив ему дверь, и опустить в дуэли – это ничего не даст. Однако культ силы в этом мире практически обожествляется, и если какая-то из семей сильно ослабнет, её место займут более успешные конкуренты.
Среди благородных семей распространены так называемые «смертельные дуэли». Они происходят при свидетелях, а условия обязательны к исполнению, ибо дуэль священна, и за нарушения условий ждёт смертная казнь. Именно этой лазейкой я и воспользовался, спровоцировав Салеха.
Тот, кому брошен вызов, может легко отказаться от дуэли, но если его статус выше, то это нанесёт серьёзный репутационный ущерб, который отразится на всей семье. Другими словами, если какой-то благородный с задворок бросит вызов лорду Майерсу, то тот обязан принять его и продемонстрировать свою силу.
Тут есть небольшая лазейка: сам лорд не обязан вступать в битву, ибо он может быть уже слишком стар. В таком случае он отправляет кого-то из наследников, реже членов семьи. На крайняк можно воспользоваться услугами наёмника, но тогда по авторитету семьи также будет нанесён серьёзный урон.
Чаще всего подобным образом решаются территориальные вопросы и перераспределяются активы. То есть две семьи могут поставить на кон, например, шахту и порт, и тогда победитель забирает всё. Эдакий опасный для жизни покер.
Правила могут меняться, и частенько благородные остаются в живых, как это и произошло с Салехом. Но это не относится к кровной мести, которая является отдельным типом дуэли, призванной именно убить оппонента. В ней нет ставок, за исключением жизней участников, но и отказаться от неё нельзя. Однако причина мести должна быть доказана и не вызывать никаких сомнений.
Второй этап моего плана как раз таки и рассчитан на использование культа силы. Когда детки расскажут своим богатым родителям о моих способностях, то я не только получу дополнительный заработок, но и смогу перейти к следующим этапа карабканья на самый верх…
Пока я размышляю о былом, урок неумолимо подходит к концу. Студенты всё ещё мучают каменного истукана – изрезанного беднягу, но ещё никому не удалось даже повалить его, не то что разрубить на две части.
– Сколько у нас там осталось, – заканчиваю с отжиманиями и встаю, чтобы посмотреть на солнечные часы. – Двадцать минут… Что ж будет жаль, если никто не успеет.
– У меня нет сил… У меня тоже… Помогите… – ворчат те, у кого не осталось маны.
– Раз, два, три… – считаю стоящих на ногах учеников. – Всего восемь? Эх… Ладно, даю последнюю подсказку: одиннадцать.
– Что за «одиннадцать»? – задыхаясь через слово, вопрошает Марк Майерс.
– И правда, учитель, что означает «одиннадцать»? – Мелиса, похоже, устала не сильно.
– Кажется, я поняла! – радостно восклицает Сара. – Сейчас попробую…
– Так-так, – смотрю, как она рисует сперва сам круг, затем символы сжатия, а дойдя до центра, начинает едва заметно шевелить рукой. – Да ладно! Смотри неучи, обычная простолюдинка, по всей видимости, разгадала секрет.
– Быть того не может! – Мелиса топает ногой.
– Разрез! – Сара запускает практически идеальное водное лезвие, которое разрезает статую и испаряется, не долетев до поваленных деревьев. – Получилось?..
– Сейчас узнаем, – выхожу вперёд, вытягиваю руку и рисую круг воздуха. – Толчок!
Ударная волна срывает верхнюю часть статуи и откидывает её к деревьям. Студенты замирают и не решаются что-либо сказать. Оно и понятно, ведь простолюдинка с большими дойками уделала их в пух и прах – такое вряд ли может понравиться тем, кто мнит себя богами алхимии.
– Поздравляю, Сара, ты можешь не сдавать экзамен в конце года. Ты не только смогла сотворить заклинание, но дала ему другое название.
– Ой… – она закрывает рот руками.
– Да нет, ты умница. Неважно, какое название дано заклинанию в справочнике, главное, чтобы вы могли сотворить его. Если тебе проще называть этот разрезом, то я не против.
– Учитель, если вы позволите, то я бы хотела попробовать сдать экзамен… – скромно просит Сара, окончательно закрепляя образ ботанички.
– Конечно, я только за.
– Как ты это сделала?! – Мелиса подходит к ней и смотрит сверху вниз с такой яростью, словно Сара комар, который всю ночь не давал спать. – Говори!
– Я… Ну я просто… – мямлит ошарашенная девушка.
– Что просто?!
– Мысленно увеличила круг и дорисовала недостающие символы. Учитель сказал, что их должно быть одиннадцать, вот я и решили попробовать…
– Но ведь я тоже рисовала и одиннадцать, и пятнадцать!
– Мелиса, успокойся и дай ей договорить, – грубо призываю её.
Она бросает на меня свой злобный взгляд и хочет что-то возразить, но затем успокаивается и говорит:
– Хорошо, я слушаю.
Остальные в этот момент тихо охреневают, ибо никто не хочет попасть под каток Мелисы Майерс. Возможно, будь мне по-настоящему восемнадцать лет, даже я бы испугался, но так как мне пятьдесят с хвостиком, на меня эти фокусы не действуют.
– Давай, Сара, просвети этих бездарей, – намеренно раздракониваю толпу, дабы сохранить образ ЧСВшного учителя.
– Символов должно быть тридцать три, ведь одно сжатие – это три символа, расположенных по кругу. Сами по себе они не работают, только в тандеме…
– Браво! – хлопаю в ладоши. – Признаюсь, я не думал, что у вас получится, но теперь я приятно удивлён. Если у кого-то ещё осталась мана, можете попытать удачу с новыми знаниями.
– Мысленно увеличила круг?.. Как такое возможно?.. – шепчет Мелиса. – Разве это реально?..
– Пока не попробуешь, не узнаешь, – я улыбаюсь и пожимаю плечами. – О, а вот и звонок! Ну всё, студеньтики, я отчаливаю. Увидимся на следующем уроке! Покеда!
Я покидаю полигон под молчаливые взгляды моих подопечных. Ну а что они хотели? Я свою работу выполняю ответственно и после звонка могу идти на все четыре стороны. Тем более в кассе меня поджидает кругленькая сумма… Однако сперва нужно зайти в учительскую и посмотреть расписание уроков, ну и краем глаза глянуть на кодекс преподавателя.
Захожу в учебный корпус и поднимаюсь на последний этаж. Вот те раз! Я прихожу первым, остальные, видимо, более ответственные товарищи. Оно и к лучшему, свалю по-тихому, ведь мне не о чем разговорить с этими любителями справочников и «дубовой» алхимии.
Окидываю взглядом доску с расписанием, забираю со своего деревянного шкафчика кодекс и иду на выход. В дверях встречаюсь с тем самым Брутом, которому поручили вылечить поверженного мною учителя Салеха.
– Какая встреча! – выдаю дежурную фразу. – Хотел бы поболтать, но мне пора идти.
– Я не знаю, чем ты приглянулся директору, но знай, тебе здесь не рады, – он перегораживает мне дорогу.
– Чем приглянулся? Да тут всё просто: я лучших из лучших, – делаю виноватое лицо. – Смирись с этим и не стой на пути, а иначе…
– И что ты мне сделаешь? – перебивает он и начинает скалиться.
– Да кто знает… Всякое может случиться… – толкаю его плечом и прохожу вперёд. – Ой прости, не заметил. Ты такой тонкий, что, наверное, ветром сдувает?
– Бойся, ходя по тёмным улицам, – бросает он мне напоследок. – Ты отобрал у моего друга его жизнь, но он ещё может к ней вернуться, если академии вновь понадобится учитель алхимии элементов.
– Пупок не надорви, ушлёпок, – показываю ему средний палец и спускаюсь по лестнице.
Товарищ Брут не знает значения этого символа, да и хрен бы с ним, ведь он не на того напал. За восемнадцать лет в этом мире я такого говна повидал, что этот длинный утырок не унесёт. Пугать он меня вздумал… Ну-ну! Посмотрим, в чьём доме заиграет музыка…
Я иду в кабинет директора, но того там нет. Секретарша утверждает, что Блейн отошёл по важному делу и предлагает подождать в приёмной. Делать нечего, ведь без денег я отсюда не уйду. А пока есть время, можно поразмыслить над будущими тратами…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?