Текст книги "Рыцарь двух миров"
![](/books_files/covers/thumbs_240/rycar-dvuh-mirov-11416.jpg)
Автор книги: Сергей Садов
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
– Вот он! – кричит кто-то, и обе группы дают дружный залп. Мгновенно ускорив восприятие, я ничком бросаюсь на землю. Раздавшиеся стоны и проклятия лучше всяких слов говорили, что залп был на редкость удачен. Не дожидаясь, пока они разберутся, кто в кого стрелял, рывком поднимаюсь с пола и бросаюсь к выходу, на ходу рубя шерконом тех, кто еще оставался на ногах. Пересекаю двор, влетаю в раскрытую заднюю дверь и… еле успеваю увернуться от брошенного копья. Зарычав от бешенства, я чуть не прибил ретивых вояк, которые сначала делают, а потом думают. Но сейчас было не до этого. Оттащив в сторону тела двух солдат, с которыми разобрались слуги, я захлопнул дверь и задвинул засов.
Бледные вояки стояли передо мной, не зная, что и делать. Хозяина злополучного копья била крупная дрожь.
– Милорд, я не хотел. Простите. Я не хотел! – как заведенный повторял он.
– Слушай, заткнись, пожалуйста, – устало попросил я, сползая по стене на пол. – Без тебя тошно.
Только сейчас я немного отошел от боя и смог трезво взглянуть на произошедшее. С трудом удалось сдержать дрожь. А я-то думал, что уже разучился бояться! Что ни говори, но ощущение не из приятных. И ведь там, в бою, не боялся, а сейчас, когда опасности нет, дрожу.
– Поздравляю, – заговорил Деррон. – Впервые ты не стал размышлять, этично ли убивать того, кто хочет убить тебя. Если бы ты так же действовал в Амстере, то тебе бы не пришлось двое суток валяться в больнице.
– Спасибо, Деррон. – А что еще я мог сказать на этот сомнительный комплимент? Можно радоваться, я научился убивать хладнокровно. Ура, ура.
– Ура, ура, – повторил я довольно кисло. Слуги подошли поближе, думая, что я говорю с ними.
– Да отойдите вы! – отпихнул я их и прислушался. За дверью было тихо. Получив отпор, нападавшие пока не предпринимали новых попыток пробиться через черный ход.
Я встал и отправился к главному входу.
– Будьте здесь. Если снова начнут ломать дверь, то пусть кто-нибудь один сообщит мне. А пока завалите ее чем-нибудь.
Слуги немедленно бросились выполнять распоряжение. Интересно, чего это они на меня уставились, как кролики на удава?
Пока наши дела были не так плохи, но при всем при том я понимал, что долго нам так продержаться не удастся. Пока нас спасало то, что дом Пирра оказался на удивление крепким. Но все же численный перевес противника был слишком велик. А нас было очень мало, чтобы закрыть все бреши.
Когда я вернулся к друзьям, бой у парадного крыльца тоже закончился. Вестибюль был не очень велик, и нападающие могли действовать не больше чем по двое. Там их встречал Илья Муромец со своей любимой булавой, которой нападавшим противопоставить было нечего. Далила с луком в руках и один из слуг с арбалетом поддерживали его, стараясь подстрелить зазевавшегося противника. От остальных слуг никакой пользы не было, они испуганно жались позади.
Потеряв с десяток человек, нападающие откатились назад. Илья кое-как прикрыл многострадальную дверь и, заметив меня, устало прогудел:
– Пока держимся, Энинг.
Я поднялся на второй этаж. Свет не горел. Я с трудом заметил Ролона, он осторожно выглядывал на улицу, освещенный немногими фонарями и отсветами пожаров.
– Как тут у вас?
– Рон, ради бога, не лезь к окну. – Ролон повернулся ко мне: – Не слишком-то хорошо. Поумнели, напролом теперь не лезут. Расставили стрелков, из окон не высунешься. Пока все тихо, но долго так не будет.
Я осторожно приблизился к окну. Все было спокойно, погромщики предпочли держаться подальше от такой подозрительной компании, переместившись в другие районы.
Затянувшуюся тишину нарушил Рон.
– Может, они больше не будут штурмовать нас? – несмело начал он. – Раз уж у них ничего не получилось.
– Как же. Держи карман шире, – отозвался Ролон. – Им, как и нам, нельзя отступать, вряд ли Сверкающему понравится, что они не смогли убить Энинга. Так что штурм неизбежен, – угрюмо продолжил он. – И ничего хорошего он не сулит. Мы не можем прикрыть все пути для атаки, нас слишком мало.
В глубине дома раздался какой-то грохот, звон разбившегося стекла. Мы с Ролоном бросились к лестнице. По коридору пробежала перепуганная служанка. Размахивая руками, она указывала на что-то позади себя. Все стало ясно: люди Сверкающего выдавили решетку в одной из комнат и проникли в дом там, где их никто не ждал.
Я сломя голову кинулся вниз.
– Илья, Далила, быстро наверх.
Слуги, караулившие вход, бросились кто куда, надеясь укрыться в своих комнатах. Далила, не теряя времени, бросилась к лестнице, а Илья задержался, в дверь опять ударил таран, штурм дома начался со всех сторон одновременно.
– Скорее, Илья! Они уже внутри! – Словно в подтверждение моих слов в конце коридора показались вражеские солдаты. Стрелки тут же дали залп. Муромца спасло только чудо. Или скорее то, что стрелки целились в основном в меня. Ускорившись, в каком-то невероятном прыжке, я ушел из-под обстрела. Часть нападающих принялась перезаряжать арбалеты, остальные, обнажив мечи, навалились на нас. Я и Илья медленно пятились вверх по лестнице, отступая под натиском противника.
– Быстрее, ребята, стрелы кончились. – Эльвинг, до этого поддерживающий нас с верхней площадки, вдруг прекратил стрельбу.
– Поберегись! – оказывается, Ролон не терял времени даром и, вытащив из комнаты какой-то изящный резной шкафчик, с грохотом спустил его с лестницы. Нападающих смело, образовался затор, и мы, воспользовавшись этим, отступили в глубину дома. Торопливо завалив входную дверь, мы смогли отдышаться. Вроде все здесь.
– А где Пирр? – Я с тревогой огляделся. – Вот черт!
– Когда началась эта заварушка, он заперся у себя в кабинете. – Далила поправляла растрепавшиеся волосы. – Надеюсь, его искать не станут, ограничатся нами.
– Вот уж точно. – Ролон прислушался к происходящему за дверью. – Им, в сущности, только и нужен, что один наш общий знакомый рыцарь. Мы, конечно, какое-то время сможем продержаться, но если им придет в голову подпалить дом, то для нас настанут веселые времена. Энинг, ты бы придумал чего-нибудь. Говорят, ты мастак на разные хитрости.
Я нервно рассмеялся и махнул рукой. Ролон все-таки большой оптимист.
– Слушай, только без истерики.
Ответить я не успел. В этот момент на улице поднялась какая-то суматоха, раздались крики. Подскочив к окну, я увидел, как по улице двигаются ровные ряды солдат, одетых в плащи гвардии. Первый ряд опустился на колени, и поверх их голов ударил мощный залп арбалетов, буквально сметший людей Сверкающего. Рассредоточившись, гвардейцы стали окружать дом.
– Кажется, мы умрем не сегодня. – Ролон устало вытер пот со лба. – Знаешь, мальчик, я готов поверить в твою счастливую звезду.
Люди Сверкающего хоть и понимали бесперспективность сопротивления, но дрались яростно и сдаваться не собирались. По всему дому звенели мечи. В этот момент в дверь нашей комнаты постучали. Ролон мгновенно поднял арбалет, а Рон обнажил свою шпагу. Одиннадцатилетний мальчишка со шпагой в руке представлял такое комичное зрелище, что я едва не рассмеялся, но вовремя вспомнил, что сам, скорее всего, тоже выгляжу совсем не великим воином.
Обломки мебели были убраны, двери распахнулись, и в комнату вошел офицер гвардейцев. Оглядев зал, он обратился к Ролону:
– Кто из вас Энинг?
Ролон усмехнулся и, убрав арбалет, кивнул в мою сторону. Офицер развернулся и уставился на меня с таким удивлением, что я не удержался и помахал ему ручкой. За моей спиной раздался сдавленный смех. Оказалось, Эльвинг зажимал себе рот ладонью, чтобы не расхохотаться.
В этот момент в комнату ворвался Пирр.
– Во что они превратили мой дом! – вопил он. – Варвары! Кретины! Идиоты! Дебилы! Мой китайский фарфор! Я заплатил за него десять тысяч! Десять тысяч только для того, чтобы какие-то головорезы прошлись по нему своими сапожищами!
Пирр огляделся вокруг и застонал. Схватившись за голову, он выбежал из комнаты. Далила посмотрела на нас и выскочила следом.
Я искренне сочувствовал Пирру, но помочь ничем не мог. Ладно, пусть Далила его утешает.
– Так, значит, ты и есть Энинг Сокол? – наконец спросил меня гвардейский офицер.
Я поклонился.
– Меня послал Загерий. Он предвидел, что вы можете попасть в беду, и отправил нас на выручку.
– Огромное спасибо, – искренне поблагодарил я. Значит, Загерий сообразил, что во время мятежа нас могут постараться убить в доме Пирра, и послал солдат. При встрече надо обязательно поблагодарить его.
– Собирайтесь, мы не можем здесь долго задерживаться.
Мы дружно кивнули и отправились собираться. Небо постепенно светлело. Выходит, мы сражались почти всю ночь.
Выйдя на улицу, я внимательно посмотрел на своих спутников. Вроде никто не ранен. Хотя нет, у Ильи Муромца рука была замотана какой-то тряпицей. Я забеспокоился, но тот заявил, что у него царапина и все это пустяки. Ладно. Сейчас некогда, но потом надо будет осмотреть эту царапину.
Улицу освещали догоравшие дома и светившие кое-где чудом уцелевшие огромные фонари. Гвардейцы уже очистили улицу от трупов и теперь строили немногочисленных пленников. Из дома вышел офицер вместе с Пирром. Тот уже немного успокоился и выглядел не таким сердитым. Он попрощался с нами, хотя нельзя сказать, что прощание было теплым.
– Вы уверены, что не хотите уйти с нами? По крайней мере до тех пор, пока бунт не утихнет.
Пирр покачал головой.
– Офицер уверил меня, что этот район уже безопасен, так что я останусь. Надо приводить дом в порядок. – Он повернулся и скрылся за дверью.
Офицер, в суматохе я так и не спросил его имени, отдал команду, и отряд двинулся в путь.
Глава 5
Гвардейцы были пешими, и нам также пришлось идти пешком, ведя коней в поводу. С таким сопровождением нам уже не были страшны многочисленные отряды мародеров, что стали постоянно попадаться нам по дороге, лишь только мы покинули район, где солдаты уже контролировали обстановку. Несколько раз пришлось даже вступать в бой, но вояки из мародеров не слишком хорошие, при малейшем сопротивлении они обращались в бегство, предпочитая грабить беззащитные дома.
Сейчас город производил удручающее впечатление. Тут и там полыхали дома. Кучки людей торопливо перебегали дорогу, и непонятно, то ли это грабители, то ли честные граждане, спасающиеся от мародеров. И те и другие были вооружены, и было невозможно понять – кого надо защищать, а от кого защищаться. Изредка попадались патрули человек по двадцать. Меньшим числом сегодня никто не осмеливался появляться на улице. Наш отряд, стараясь нигде не задерживаться, двигался на юго-восточную сторону города.
Загерий нас встретил на одной из баррикад, которые во множестве перегораживали весь город – таким образом военные разделяли Константинополь на части и подавляли беспорядки сначала в одном районе, а потом в другом.
– Наконец-то! А то я уже начал волноваться. – Он поздоровался с каждым из нас.
Я искренне поблагодарил его за своевременно присланную помощь, но Александр только рукой махнул:
– Ерунда. Когда я сообщил своему другу про корабль, то поставил условие, что буду присутствовать на допросе. Там и всплыло, что за час до встречи был послан приказ всем оставшимся на берегу людям собраться вместе. Когда же начались беспорядки, я сразу понял, куда они могут направиться.
– Значит, теперь в городе практически не осталось людей Сверкающего? – весело заметил Ролон.
Загерий пожал плечами:
– Если и осталось, то немного. На корабле не все оказались стойкими, и они многое рассказали о своих товарищах. Нам удалось задержать еще два корабля. Мы как раз проводили облавы на явочных квартирах – так это, кажется, называется на шпионском языке, – когда начались беспорядки. Они пытались освободить своих, но тюрьмы взять не так-то просто. Во-первых, там большая охрана, а во-вторых, сами тюрьмы – маленькие крепости в городе. Так что вашим «приятелям» оттуда не выбраться.
– Александр, а нам можно сегодня переправиться на ту сторону пролива? – спросил я.
– Вам туда? – Загерий почесал лоб. – Даже не знаю. Все капитаны отвели свои суда подальше от берега, чтобы избежать захвата. Вполне возможно, что сегодня утром они вернутся, тогда вы и сможете переправиться. Сейчас на берегу вы не найдете даже простой шлюпки.
– Но ведь купцы вряд ли смогли выйти в море, – удивился Илья Муромец. – У причалов же несколько сотен кораблей. Да если они все разом захотят выйти из гавани, там такое начнется!
– А купцы никуда и не уходили. Но они выставили на причалах свою охрану, так что к ним так просто не пробиться. Возможно, вам и удастся убедить их, что вы не грабители, но, думаю, до утра с вами все равно никто разговаривать не будет.
В этот момент какой-то крупный отряд, хотя не отряд, а скорее банда, попытался прорвать баррикаду, и несколько минут все были заняты, пока нападавшие не отступили.
– Не стоит вам здесь задерживаться, – заметил Загерий, снова подходя к нам. – У вас есть работа поважнее. Вы узнали, что хотели, у Пирра?
Я неопределенно махнул рукой.
– Не совсем то, что хотелось бы, но мы, по крайней мере, приблизились к цели.
– Так всегда и бывает с предсказаниями. К ним всегда надо относиться с осторожностью, а еще лучше совсем не слушать. И вот еще. – Загерий немного замялся, внимательно осмотревшись по сторонам. – Не знаю, как это связано с вами, но сейчас ведутся переговоры с Китежским княжеством на самом высоком уровне. Это тайна, и я не хочу, чтобы вы об этом распространялись…
– Но зачем вы тогда говорите это нам? – поинтересовался я.
– Да затем, что на переговорах упоминалось твое имя и имя Сверкающего. Просто хочу, чтобы вы об этом знали.
Я присвистнул. Интересно, что же такое там затевается у нас за спиной? Ролона же заинтересовало другое.
– Да ты, оказывается, просто кладезь информации. Интересно получается. То ты говоришь, что мы новички и не имеем нужных знакомств, а у тебя их море. А потом обнаруживается, что ты и сам только недавно переведен сюда из провинции. Когда же ты успел завести столько знакомств? А теперь еще выясняется, что ты посвящен в секретные переговоры, о которых пока никто не знает! Кто же ты на самом деле?
Загерий усмехнулся.
– Если думаешь, что я где-то солгал, то ты ошибаешься. Я действительно еще недавно служил на границе, и меня перевели сюда только полгода назад. А что касается всего остального, то это просто мой дядя – премьер-министр империи. С такими родственниками мне не потребовалось прилагать много сил, чтобы завести нужные знакомства.
– Ты племянник премьер-министра Византии? – изумилась Далила.
– Имею несчастье быть им.
– Почему? – не понял я.
– Ты еще молод и всего не понимаешь, – Загерий грустно усмехнулся. – Вообще-то дяде я безразличен. Он ожидает, что я здесь сделаю карьеру, и он сможет протолкнуть меня на должность губернатора, и тогда с моей помощью он сможет держать под контролем гарнизон столицы. А держа под контролем гарнизон… Я для него простая пешка в политической игре, не больше. Поэтому он и добился моего назначения в гвардию.
– Ну и негодяй! – возмутился Рон.
Александр посмотрел на Рона и улыбнулся.
– Негодяй, конечно, но умный. Чего у дяди не отнять, так это мозгов. Думать он всегда умел. Ладно, что-то я разговорился. Не думаю, что вам интересны мои отношения с дядей. Если хотите добраться до причалов, то советую идти через Приморский квартал. Он уже почти под контролем. Впрочем, теперь, когда в городе почти не осталось людей Сверкающего, вам не грозит серьезная опасность. Счастливо вам и успеха! Сам бы проводил, но не могу покинуть пост.
Мы попрощались и вскочили в седла. Загерий протянул мне пропуск через заставы и махнул рукой. Мы тронули лошадей, но в последний момент я придержал Урагана и обернулся:
– Загерий, вы не знаете, на той стороне есть банк, который работает с денежными переводами? Я хотел бы перед отъездом запастись наличными, а то мой капитал уже почти исчерпан.
Офицер пожал плечами:
– У меня никогда не было столько денег, чтобы их стоило класть в банк. Обычно мой капитал умещается у меня на поясе. Но попробуй заглянуть в Фитий. Это город на караванном пути. Там наверняка есть крупные банки.
– Спасибо. – Я махнул рукой и поехал догонять товарищей. Деньги действительно были необходимы, поскольку оплата номеров в гостинице обошлась в копеечку и почти исчерпала все мои сбережения. Конечно, можно было продать камни, но их я хотел приберечь на крайний случай – они нам могли еще здорово пригодиться.
Без приключений нам удалось миновать несколько кварталов, и мы почти уже добрались до причалов, но здесь нам перегородила дорогу шайка уголовных элементов с явно недобрыми намерениями. Они довольно шустро взяли нас в кольцо, отрезав все пути к отступлению.
– Так и знал, что что-то произойдет, – пробормотал Леонор, отступая за наши спины. Маг, конечно, не был трусом. Просто он был благоразумен.
– Вляпались. А ведь нам немного оставалось, – заметил я, оглядываясь по сторонам. Настроены они явно серьезно, и вряд ли нам удастся выпутаться без драки. – Эй вы, там! Вам как, скопом накостылять или по очереди?! Выбирайте добровольно!
– Как бы нам не накостыляли, – опасливо сказал Леонор.
– А вот мы сейчас это проверим. – Илья Муромец покрепче перехватил свою огромную булаву. Вообще я заметил, что Муромец предпочитает все массивное. Если меч, то это был именно Меч, всем мечам меч. Если это булава, то ее вряд ли смог бы поднять кто-нибудь кроме него.
Нападающим мои слова явно не понравились, они глухо заворчали, но тут с их стороны раздался смех. От неожиданности и мы, и бандиты опустили оружие и уставились на смеющегося. И тут я его узнал.
– Эзип?! Рыжебородый?! Это ты?
– Узнал, храбрый рыцарь! Эй вы, а ну опустить оружие! Этот рыцарь мой друг!
В ответ раздались негодующие возгласы, но ослушаться никто не посмел. Эзип раздвинул толпу своих головорезов и двинулся в нашу сторону. Я тоже выехал вперед и, подъехав к своему бывшему сокамернику, спрыгнул с коня.
– Вижу, ты решил этой ночью немного развлечься?
– А я вижу, что ты все такой же нахал.
Мы рассмеялись.
– Кстати, спасибо, что вытащил меня из тюрьмы. Вот уж не думал, что ты сдержишь свое слово.
Я обиделся.
– Я что, похож на того, кто не держит слово? – Почему-то недоверие Эзипа страшно меня задело. Тот это понял и расхохотался.
– Впервые вижу, чтобы рыцарь дорожил мнением какого-то разбойника. Ладно, ладно, не дуйся. Ты меня выручил, а я не забываю добро. Так что и ты, и твои друзья находитесь под моей защитой. Никто вас не тронет.
– Хорошо, – кивнул я. – И ты и твои люди тоже находитесь под моей защитой, и мои друзья их не тронут.
Эзип опять расхохотался и хлопнул меня по плечу.
В этот момент к нам приблизился один из грабителей.
– Граф, люди недовольны. Они требуют своей доли.
– Граф?! – изумился я.
Рыжебородый усмехнулся мне и повернулся к говорившему:
– Кто смеет вмешиваться в мои дела?! Я же сказал, что эти люди мои друзья и находятся под моей защитой! Никто их не тронет!
– Его Величеству это не понравится! – веско заметил говоривший.
Я только молча смотрел на это, ничего не понимая.
– Энинг, закрой рот. Неужели ты еще не понял, что эти люди из Грязных кварталов. – Деррон фыркнул. – Просто поразительно, живут в нищете, добывают себе пропитание с помощью грабежей, а называют себя графами, королями, принцами. Кстати, полюбуйся, перед тобой стоит рыцарь. Рыцарь Грязного квартала.
Я пригляделся повнимательнее и действительно увидел металлический обруч, который охватывал голову говорившего. Только вместо рыцарского камня в него был вставлен какой-то небольшой камешек грязновато-зеленого цвета.
– Чтобы стать рыцарем в Грязном квартале, необходимо доказать свою силу и ловкость, победив десятерых соперников, – не упустил случая просветить меня Мастер.
– Его Величеству я сам все объясню, но этих людей никто не тронет.
Глаза самозваного рыцаря засверкали такой злобой, что я невольно попятился.
– Ты не имеешь права лишать нас законной добычи! Эти пусть убираются, но девчонка останется с нами. – Он повернулся к своим товарищам: – Верно я говорю?!
Раздался одобрительный гул.
– Хорошо, – согласился Эзип. Я положил руку на рукоять меча. – Но ты знаешь правила, Мясник. Ты должен подтвердить свои притязания! – Эзип достал длинный нож.
Тот, кого Рыжебородый назвал Мясником, усмехнулся.
– Не с тобой! С ним! – он указал на меня пальцем и зло оскалился. – Рыцарь с рыцарем! Так, кажется, делают благородные! Если я побеждаю, то девчонка наша! Все должно быть по закону! Я прав?! – опять он обернулся назад, и опять одобрительный гул подтвердил его слова.
Я неуверенно повернулся к Эзипу.
– Я должен поговорить с рыцарем, – обернулся тот к Мяснику.
– Это еще зачем? – Глаза головореза подозрительно сузились.
– Затем, что рыцарь не может знать наших законов. Я должен ему все объяснить.
– Нечего объяснять. Я вырежу ему сердце, и девчонка будет наша.
Мне надоело быть простым зрителем, тем более что этот тип мне совсем не нравился.
– Эй, полегче на поворотах. Вы тут развели дискуссию, как будто меня здесь нет.
– Скоро не будет, – пообещал Мясник.
Я проигнорировал его выпад.
– Что мне сделать с этим идиотом, чтобы к нам никто больше не приставал? – спросил я у Эзипа.
Тот внимательно посмотрел на меня и выразительно провел пальцем по горлу.
– Так будет лучше для всех: и для тебя, и для меня, и для всех жителей Константинополя.
Вот с этим я был согласен. Вряд ли кто будет проливать слезы по этому негодяю.
Мясник усмехнулся и достал свое оружие. Это было что-то среднее между мачете, ятаганом и мечом. Заточенное только с одной стороны, тем не менее оно было довольно грозным на вид. С подобным в этом мире я еще не сталкивался. Да и Деррон ни о чем подобном не рассказывал. Я внимательно понаблюдал за движениями Мясника, прикидывая возможный стиль его боя. В этот момент неожиданно для меня рядом оказались Илья Муромец и Ролон.
– Что здесь происходит? – грозно спросил Муромец.
Эзип быстро подошел к ним и стал что-то быстро говорить. Ролон согласно кивал, а вот Муромцу все происходящее явно не нравилось. В конце концов я не выдержал и тоже подошел к ним. Мясник с яростью посмотрел на меня, но протестовать не стал.
– В общем, так, – повернулся ко мне Ролон. – Этот твой друг обещает, если ты победишь мясника, он удержит шайку под контролем. Если проиграешь, то… сам понимаешь. Как он объяснил, у них там идет что-то вроде борьбы за власть, и этот Мясник представляет одну из сил, хотя не понимаю, что там, в этих Грязных кварталах, можно делить.
– Это я сообразил. В принципе выбора у меня нет.
Ролон покачал головой.
– Выбор есть. Ты можешь сейчас вернуться назад, и мы все вместе разберемся с этими типами.
Я с сомнением посмотрел вокруг. «Этих типов» было человек шестьдесят, и вряд ли они были кроткими ягнятами. Я мог себе представить жизнь в Грязном квартале и был уверен, что победа будет вовсе не так легка, как кажется Ролону. По крайней мере, в чем я был уверен, так это в том, что рисковать не стоит.
– Вы там скоро?! – закричал Мясник. – Ребята скучают!
Действительно, шайка стала проявлять все больше и больше нетерпения.
– Дайте я с ним разберусь, – не выдержал Илья, – и тогда никаких проблем не будет! Я быстро всех успокою!
С трудом удалось убедить Муромца, что он может сделать только хуже.
– Да поймите, – говорил Эзип. – Энинг – единственный рыцарь среди вас, и только он может сразиться с другим рыцарем…
– С другим рыцарем, но не с этой же пародией на рыцаря!
Эзип чуть не застонал от отчаяния.
– Это наши законы, и сейчас здесь действуют именно они. Вы должны либо действовать по ним, либо сражаться со всеми сразу.
Этот спор мог продолжаться до бесконечности, и, чтобы прекратить его, я обнажил шеркон и двинулся навстречу Мяснику. Тот радостно осклабился.
– Готовься, рыцарь.
Почему-то все, с кем мне приходилось сражаться, думали, что раз я мальчишка, то со мной можно справиться без всяких проблем. Они как будто не понимали, что только самоубийца наденет обруч рыцаря, не умея сражаться. Гаерг Третних недооценил меня и полез напролом, и этот Мясник тоже решил покончить со мной одним ударом. Издав дикий вопль, он резко прыгнул вперед и со всей дури ударил сплеча. Я быстро поднял вверх левую руку, и его необычный меч скользнул с металлическим лязгом по локтю. Даже не будь на мне кольчуги, то и тогда этот скользящий удар не причинил бы мне никакого вреда. Сейчас же он только высек искры от удара металла о металл. Мгновенно опустив руку, я ухватил меч у самой гарды и в тот же миг рукояткой шеркона заехал самозваному рыцарю в челюсть с такой силой, что тот отлетел метра на два назад, оставив свое оружие у меня. Теперь я мог спокойно рассмотреть его, прикидывая, как бы сам орудовал им. В этот момент с земли стал подниматься Мясник. Его глаза пылали яростью, но сам он выглядел слегка озадаченным.
– Шфолочь мелхая!!! Шарешу! Порешу!
Сначала я не понял то, что хотел сказать Мясник и с чего это он вдруг стал шепелявить. Потом увидел… зубы, кажется, я приложил его все-таки сильнее, чем рассчитывал. Нет, ну надо же было так меня довести, что я забыл о своем воспитании! Одно могу сказать в оправдание – этот Мясник меня достал! Прозвище, кстати, для него самое подходящее. И тут окружающие нас люди не выдержали и расхохотались. Глядя на шипящего какие-то ругательства Мясника, хохотали даже те, кто явно его поддерживал. Этот смех еще сильнее распалил самозваного рыцаря. Он ринулся в толпу и выхватил у кого-то такое же оружие, что я у него отобрал. Я откинул в сторону отобранный меч и снова приготовился защищаться.
На этот раз Мясник действовал осторожнее, но ярость настолько затуманила его мозги, что вскоре он опять бросился вперед, пытаясь изрубить меня на мелкие куски. Что ни говори, а бойцом он был сильным. Тем не менее он ничего не мог противопоставить умению. Дрался он хорошо, но больше полагался на физическую силу, а не на искусство. Он был опасен, но не более обычного умелого солдата. Глядя на его прыжки и наскоки, мне совсем расхотелось убивать этого придурка, вообразившего себя рыцарем.
– Надеюсь, ты не собираешься жалеть этого негодяя? – сухо осведомился Деррон.
Не знаю, что бы я ответил, но именно в этот момент Мясник решил закончить бой на мечах, который ничего ему не дал, кроме множества порезов, и схватиться со мной врукопашную. Он вдруг отвел назад руку и со всей силы швырнул в меня свое оружие, а потом прыгнул следом, рассчитывая проскочить, пока я отбиваю его меч. Такого я никак не ожидал, но уроки Деррона взяли верх, и дальше я действовал чисто машинально. Отклониться от летящего меча и выставить вперед шеркон, предохраняясь от сюрпризов. Да ни один солдат, будь у него хоть капля мозгов в голове, не попадется на такую примитивную ловушку. Я сам видел, как Буефар отрабатывал действия своих солдат в такой же ситуации. Мясник об этих азах боя или не знал, или забыл в пылу сражения и буквально насадил себя на мой выставленный меч. Но его прыжок был так силен, что я отлетел в сторону, не удержав шеркон. Мясник, хрипя, опустился на колени, пытаясь вытащить меч. Но силы были уже на исходе, он повалился в пыль – больше он не шевелился. Я поднялся с земли и отряхнул одежду. Сожаления я не испытывал. Ясно было, что этот тип – негодяй, для которого убить человека – все равно что прихлопнуть муху. И наверняка на его совести жизни многих честных людей. Тем не менее особого энтузиазма по поводу такого «правосудия» я не испытывал. Хотя, с другой стороны, вряд ли я смог бы сдать его властям.
Вокруг меня на мгновение установилась абсолютная тишина, которая тут же взорвалась криками.
– И это был один из лучших наших рыцарей, – задумчиво заметил Эзип, глядя на скрюченное тело.
Я пожал плечами. Спорить не имело никакого смысла – он действительно был довольно умелым противником. Но он слишком полагался на свою силу, а сила очень редко может противостоять мастерству. Для победы мне даже не понадобилось прибегать к дей-ча.
– Он был слишком прямолинеен и предсказуем, – сказал я, вытаскивая из убитого свой меч и вытирая его об одежду Мясника. Это не было ни жестом презрения к нему, ни позерством. Просто прежде, чем убрать шеркон в ножны, его требовалось вытереть, а никакой подходящей тряпки вокруг не было, пришлось воспользоваться тем, что было под рукой. Но мне почему-то показалось, что ни Мастер, ни Деррон это не одобрили, хотя они и не сказали ни слова.
– И еще ты был в кольчуге, а он без, – насмешливо и одновременно сердито заметил кто-то из окружающих.
Я быстро оглянулся. Было ясно, что любое сомнение в честности победы стоит подавить сейчас, иначе весь этот поединок окажется напрасным.
– Хочу заметить, – вмешался, спасая положение, Эзип, – что Мясник ни разу не задел своим мечом даже кольчуги рыцаря, за исключением самого начала, в то время как сам он весь в многочисленных ранах. Также хочу заметить, что этот рыцарь всего лишь ребенок, а сражался он с самим Мясником.
– Если кто-то сомневается в честности поединка, то я готов снять кольчугу, – поддержал я Рыжебородого. – Есть желающие оспорить поединок? – Мне уже было понятно, как стоит разговаривать с этими людьми.
Желающих не нашлось. Некоторые переминались с ноги на ногу, но молчали. Им явно было неловко за испытываемый ими страх, но никто не вышел вперед – победа над Мясником, кажется, произвела на всех впечатление. И когда наш отряд двинулся вперед, никто не сделал и попытки нам воспрепятствовать.
– У тебя, Энинг, удивительные друзья, – насмешливо заметила Далила, когда мы отъехали от места схватки квартала два. – Граф Грязного квартала – это как раз для тебя.
– Нет, – сердито отозвался я. – Как раз для меня – это бывшие принцессы, промышляющие воровством.
Наверное, все-таки не стоило так резко, но сейчас был вовсе не тот момент, когда я мог терпеливо сносить все насмешки Далилы.
– Зачем ты так, Энинг? – успокаивающе спросил Эльвинг. – Она же только хотела пошутить.
Я, наверное, приказал бы эльфу заткнуться и не лезть не в свое дело, но, к счастью, в этот момент перед нами появился Эзип. От удивления я так резко натянул поводья, что Ураган поднялся на дыбы.
– Ты как здесь оказался? – только и смог спросить я.
– Что, не ждали? – Эзип насмешливо оглядел нас. – Просто мне захотелось убедиться в том, что вы добрались до места и вас больше никто не тронет. Что касается «как», то всегда есть более короткие пути, их надо только знать.
– И вы опередили нас только для того, чтобы убедиться, что мы добрались без приключений? – недоверчиво спросил Ролон.
– Не только. Я еще хотел поблагодарить Энинга за услугу. Благодарю, рыцарь, то, что ты сделал сейчас, для меня гораздо важнее, чем заплаченный за меня штраф.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?