Читать книгу "Полуночное рондо"

Полуночное рондо
стихи
Сергей Востриков

© Сергей Востриков, 2015

© Сергей Александрович Воронин, фотографии, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

От автора

Стихи писать начал в 1987 году… Пробовал разные стили и формы. В 1993 году перестал писать. С 1993 по 2014 написано не более десятка стихов.

Как говаривал Антон Павлович: «Можешь не писать, не пиши…»

В июне 2014 года увидел фото замечательного питерского фотографа Сергея Воронина «Окно. Бессонница…» и написал стихотворение в форме рондо, которое и дало название этому сборнику. Фото, с любезного разрешения Сергея, размещено на обложке.

Стихи разных лет

А. Башлачеву, В. Цою, В. Дорохову…

Я из дела ушел

Из такого хорошего дела…

В. С. Высоцкий

 
Вот уходят из дел,
Оставляя лишь ноты и строки.
Вырываясь из тел,
Добирает аккорды душа.
Вот уходят из дел,
Невзирая на факты и сроки,
За последний предел,
За которым пойдут не спеша.
 
 
А дела всё идут.
Заметаются веси и даты.
То ли там, то ли тут
Раздается последний аккорд.
А дела всё идут,
Приближаясь к моменту расплаты.
Где-то каждого ждут.
Где-то каждый своё допоет.
 

Предрассветное

 
Из-за крыш домов навалится рассвет,
Станет душно, как июльским полднем.
Сколько промелькнуло бед и лет,
Не о всём и не о всех мы помним.
 
 
Забываем лица, имена,
Эпизоды, города и даты…
Каждый день другие времена…
Этим мы бедны, а тем богаты…
 
 
Память, словно старый клавесин,
В дождь смеется, а от солнца плачет…
Вновь рассвет, насколько хватит сил,
Каждый день, и не бывать иначе.
 

Мой грустный мим

 
Мой грустный мим с задумчивым лицом,
Исхлестанным дождями и тревогой,
Надеждами земными и дорогой,
В которой безопасней быть глупцом.
 
 
Мой грустный мим, как много мимо нас
Промчалось лиц, сомнений и забвений,
Которые, как смена поколений,
Пребольно бьют, да в сердце, а не в глаз.
 
 
Мой грустный мим. Всё реже через грим
Мы выдаем естественность реакций,
Как поиск ежечасных сатисфакций,
За мир души растоптанный, как Рим.
 
 
Мой грустный мим. Храни себя, храни.
Сквозь практицизм понятий и теорий,
Сквозь абсолютность жестких категорий.
Мой грустный мим. Храни себя, храни.
 

Кройка и шитьё

 
Пусть кроят нас по одним лекалам
При шитье случаются огрехи:
То прослабят нитку в самом малом,
То затянут узел для потехи.
 
 
То стачают плотно шов ко шву,
Так что сердце бьётся птицей в клетке.
То некстати нитку оборвут
И пинком под зад в одной жилетке.
 
 
Ровно отстрочили пару строк —
И уже родился ты в рубашке.
А не завязали узелок —
И душа без края нараспашку.
 
 
И пускай лекала нам не врут,
Труд швеи и ближе и дороже.
Как бы ни был труден наш маршрут,
Разные мы. Слава тебе, Боже.
 

Не надо слов пустых

 
Не надо слов пустых, неосторожных.
Мельчают чувства в них день ото дня.
И не давайте обещаний ложных,
Они загасят искорку огня.
 
 
Любой обман всегда вам выйдет боком.
И всякое невинное враньё
К вам постучится в двери ненароком
И заберёт законное своё.
 
 
Задумайтесь над этими словами,
Своей судьбе не изменяйте впредь…
А осень скорый суд вершит над нами
И приговором листьев сыплет медь.
 

Ямщик

 
Постой, ямщик, попридержи лошадок.
Разгонных нам уже не подадут.
Беспечный миг свободы в жизни краток,
Не торопись, постой немного тут.
 
 
Четвертый ям остался за спиною,
Маячит пятый где-то, погляди.
Потерян счет друзьям, что не со мною.
А сколько потеряю впереди?
 
 
Конечный пункт не вписан в подорожной,
И подорожной нет как таковой.
И по пути всё думаю тревожно:
«Кому сказать спасибо, что живой?»
 

Стожары

 
Кто не видел пожара,
Боится костра.
Посмотри на Стожары.
Они неспроста
Прямо над головою,
И время пришло
Выбирать нам с тобою
Себе ремесло.
То ли биться нам насмерть,
То ль сеять хлеба…
В сердце крошится наледь —
Стучится судьба.
Выбор будет предложен
И будет жесток.
Окоём расположен
Лицом на восток.
Ветер с севера стылый
Уже не указ.
Выбирай себе силу
И шкуры окрас.
 

Камень

 
Снится мне, что лежу на распутье дорог,
Руки в траву крестом, ликом в небо.
Небосвод надо мною задумчив и строг,
Птицы к югу, а может, и мне бы…
 
 
Я здесь камнем замшелым давно уж лежу,
Почитай, тридцать лет и три года,
Вольным ветром и пылью своей дорожу.
А меня всё зовут на свободу.
 
 
Меня за руки тянут, трещат рукава.
Тот налево, а этот направо,
Дуют в уши простые о правде слова…
Сердцем чую, что это отрава.
 
 
Ох, не надо тянуть и хватать за бока
И закаты подкрашивать алым…
Раззудится плечо, размахнется рука
Никому не покажется мало.
 
 
Если встану, не стой у меня на пути —
Свет в очах, меч в руках, в сердце пламень…
 
 
Вы меня всё зовете куда-то идти,
Не поймете никак, что я камень.
 
 
И всем благо, покуда я камень.
 

«Приходит время, покидаем дом…»

 
Приходит время, покидаем дом,
Находим новый близко ли далёко.
А где-то в переулочке родном,
Как прежде, носит новости сорока.
По-прежнему сквозь снег и листопад
Плетут судьбу нам нити-невидимки.
Сквозь летний зной, через цветущий сад
Из юности к нам тянутся тропинки.
 
 
Тропинки, где один, и где вдвоём,
И где порою шумною гурьбою.
И памяти мелеет водоём.
И манит дно наедине с собою.
 
 
На дне лежит тот ключик золотой,
Что открывал нам в будущее двери…
И вот мы здесь. Не мчимся за мечтой
И в чудеса, конечно же, не верим.
 

Касания

 
Касание руки,
Касание плеча…
Ах, как мы далеки
От встречи невзначай.
Как можно невзначай,
Коль миру вопреки
Налитый в кружку чай
И глупые звонки?
Как можно невзначай,
Покуда так легки
Касания плеча,
Касания руки?
 

Колокол звонит

 
Вновь с понедельника заботы и дела:
Большие траты, мелкие обновки…
И мчу, как лошадь, закусивши удила.
Лишь колокол звонит без остановки.
 
 
Бегу в потоке каждодневных дел,
В глазах любимых суетно мелькая.
Бегу, бегу… Неведом мне предел.
А колокол звонит, не умолкая…
 
 
Везде успею, сделать всё смогу.
Но понимаю: надо мне серьёзно
Задуматься, чтоб даже на бегу
Услышать колокол. Пока не поздно.
 

Квадрат квадратов

(спасибо Игорю Северянину за форму)

 
Этот мир суетой искажен на века:
Томный взгляд на бегу, тишины ломкий крик…
Жизнь – пунктир. За чертой с куражом бьет рука…
Наугад не могу, без вины не привык.
 
 
Суетой этот мир на века искажен —
На бегу томный взгляд, ломкий крик тишины.
За чертой жизнь – пунктир. Бьет рука с куражом…
Не могу наугад, не привык без вины.
 
 
Искажен на века этот мир суетой.
Тишины ломкий крик, томный взгляд на бегу…
С куражом бьет рука жизнь-пунктир. За чертой
Без вины не привык, наугад не могу…
 
 
На века искажен суетой этот мир.
Ломкий крик тишины, на бегу томный взгляд…
Бьет рука с куражом за чертой. Жизнь – пунктир.
Не привык без вины, не могу наугад…
 

Расставание

 
Прощались навеки,
Как будто с обрыва,
И в память вбивали
Всё то, что не смочь…
Прикрытые веки,
Тень падает криво…
Минута печали —
Прощальная ночь…
Мелодия томно
И в корне фальшиво
Надеждою манит
И счастье сулит.
Разлука огромна,
Хотя и красива…
Разомкнут магнит.
Всё. Уже не болит.
 

«Какая ж тут весна…»

 
Какая ж тут весна
Когда дождит за дверью,
И в утренний туман
По четной стороне
Разбросаны дома
Сырою акварелью,
И колокол звонит
Надеюсь, не по мне.
Остались позади
Тревожные сомненья,
И брезжит впереди
Размеренный уют.
Но все-таки дождит
По-черному за дверью,
И мокрые дома
Забыться не дают.
 

«Распушилась на солнце…»

 
Распушилась на солнце
Вербы тонкая стать.
Ветер мнется в оконце —
Птиц пора отпускать.
 
 
И смиряясь с потерей,
Четки дней теребя,
Открываю все двери,
Отпуская тебя…
 
 
На пороге играя,
Ты всё медлишь, малыш…
Я тебя отпускаю…
Что же ты не летишь?
 

«Гроздь воздушных шаров…»

 
Гроздь воздушных шаров
Зацепилась за ветку сухую,
Сами где-то сбежали
Иль брошены щедрой рукой.
На изгибе миров
Я картинку превратно толкую.
Мне, конечно, их жаль,
Но судьбы не представлю другой.
 
 
Как открытка с чужого
Весёлого праздника жизни,
Гроздь воздушных шаров —
Ярких красок безумных пятно,
Бесполезной обновой
Меж стылыми ветками брызнет…
И с дымами костров
Улетит в ледяное окно.
 

«Летят на север утомленно стаи…»

 
Летят на север утомленно стаи.
Злой встречный ветер им кроит маршрут.
Апрельский снег совсем недавно стаял,
Но завтра абрикосы рас

...

конец ознакомительного фрагмента