Текст книги "За нами Россия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/za-nami-rossiya-31343.jpg)
Автор книги: Сергей Зверев
Жанр: Боевики: Прочее, Боевики
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 10
В кабине вертолета «Крот» было так спокойно, что казалось, будто он стоит на бетонке. Машина летела над ночной Балтикой. Сегодня была сильная облачность. Радаров можно было не бояться, генератор плазмы работал исправно, поглощая рыскающие лучи. ЖК-экраны, расположенные по корпусу, защищали вертолет снизу от любопытных глаз. Слева в разрывах облаков показались огоньки Гданьска. Они плавно проплывали под брюхом вертолета и исчезали из поля зрения, скрываясь в облаках.
Вертолет на всякий случай был «украшен» символикой НАТО. Ситуации могли случиться всякие, поэтому каждая деталь должна была работать на пользу дела и предупредить ненужные подозрения. Лавров вспомнил последний разговор с полковником на эту тему.
– Лучше перебдеть, чем недобдеть! – ухмыльнулся тогда Лебедев, выдав капитану баллончик с краской и трафарет. – Смывается! – добавил он, увидев сразу вытянувшуюся физиономию Коршунова, которому не улыбалось летать с чужой символикой.
– Если все же случится неполадка, наши действия? – задал вопрос Батяня.
– В случае незапланированной посадки и встречи с местным населением разработана легенда: в Поморском воеводстве проходят учения Северо-Атлантического альянса, экипаж – вы, соответственно, из Великобритании. Одежду и все необходимое получите на складе, – перешел полковник на английский.
– Йес, сэр! – в шутку подражая киношным героям, вытянувшись в струнку, гаркнул Батяня…
Руки Коршунова уверенно лежали на рычагах управления. Капитан посматривал на приборную доску. «Центр» передал: приближается циклон, поэтому лучше взять чуть южнее и лететь уже над землей, тогда меньше шансов встретиться с подарком природы. Техника надежная, но и у нее есть предел прочности. Вертолет, совершая маневр согласно данным приборов, заметно снизился.
Батяня, не зная, чем себя занять во время полета, осматривал различные устройства, повсюду напичканные в вертолете. Затем с помощью прибора ночного видения принялся рассматривать населенные пункты, встречавшиеся на пути. Вдоволь насмотревшись на них, он наконец произнес, обращаясь к пилоту:
– Слушай, Виталий, ты мне, как специалист, расскажи о приборе ночного видения…
– Ничего сверхъестественного, – отозвался тот. – Устройство прибора простое. Можно даже собственными руками изготовить, кустарным методом, так сказать, а ингредиенты в любом кабинете химии достать. По сути, нужна только хорошая оптика, но для кустарной работы сойдет и съемный объектив фотоаппарата. Не буду вдаваться в подробности, это обычный электронно-оптический усилитель яркости изображения.
Поморщившись, Лавров крякнул:
– Или ты научишься по-русски разговаривать, или я вообще тебя больше ни о чем спрашивать не буду!
Коршунов на секунду задумался, и произнес:
– Ну, если по-русски, то есть волны, которые отталкиваются от предмета, а есть наоборот, которые предмет излучает.
– Уже лучше! – кивнул майор.
– Вот этот прибор и ловит инфракрасные волны, излучаемые любым объектом, усиливает их на необходимую величину и преобразовывает в картинку, которую мы можем видеть.
– Понято! – удовлетворенно протянул Батяня. – Сколько лететь-то еще?
Капитан сверился с приборами, нажал несколько кнопок, и компьютер выдал расстояние до объекта с точностью до десяти метров. Коршунов с готовностью озвучил цифру. Батяня вздохнул.
– Пока ты говорил, мы пролетели пару сотен метров. Ты по-человечески говорить умеешь?
– Если по-человечески, то время у нас еще есть.
Учитывая последнее, капитан предложил рассказать об одном из старинных польских обычаев – сватовстве, свидетелем которого ему в свое время приходилось быть.
– Валяй! – согласился Батяня.
– …в родительский дом девушки приходит парень со своими родителями, сватом и свахой и с ближайшими родственниками. Приносят с собой «четверть» – бутыль с длинным горлом, в которую вмещается шесть бутылок водки. Такая бутыль теперь уже редкость, хранится и используется она специально только для подобных случаев. В доме девушки сначала разыгрывается спектакль. Сват и сваха говорят, что пришли за товаром или хотели бы купить телочку. Начинаются шутливые торги. Парень в это время вместе со своими помощниками старается проникнуть в другие комнаты и найти то, за чем, собственно говоря, пришел. Девушку обычно прячут где-нибудь в доме. Иногда на стулья в ряд садятся переодетые девушки, женщины или даже мужчины. Среди них может быть также будущая невеста. Жениху предлагается на ощупь определить, есть ли здесь его суженая.
– На ощупь, говоришь? – усмехнулся майор.
– Да! Когда гости находят «товар», за которым пришли, просят девушку, чтобы она развязала ленточку на бутылке. Жених эту ленту повязывает ей на правую руку. С этого момента девушка считается его невестой. Потом жених наливает рюмку из четверти и подает невесте. Она выпивает ее. Следующую рюмку пьет жених, обращаясь к невесте. Потом они пьют поочередно, обращаясь к родителям, называя их «мама и тата». И, наконец, пьют, обращаясь к свату и свахе, а также к родственникам с обеих сторон. Все пьют из одной рюмки.
– А дальше что? – не понял юмора Батяня.
– Что дальше? Дальше к столу приглашают гостей, да только жених с невестой уже пьяные в доску.
– А ты-то сам женат? – в свою очередь, поинтересовался майор.
– Нет, как-то не сложилось. Лет в двадцать был один… инцидент, думал уже все – крышка.
– Залет? – весело улыбнулся майор.
– Почти! Как оказалось, не от меня – родители на седьмом небе от счастья были.
– Ее родители или твои? – поинтересовался майор.
– И те и другие.
– Дела… – протянул Батяня. – Кстати, а как тебе Анка-пулеметчица наша? – имея в виду Кудрявцеву, поинтересовался майор.
– Хорошая девушка, да только с такой жить не будешь! Это ж бомба замедленного действия. С ней даже не поругаешься, отметелить может в два счета! Если я надумаю жениться, то выберу себе самую обычную бабу, чтобы и суп могла сварить, и за детьми присмотреть.
– Это точно! – поддержал смех напарника Лавров. – Где она сейчас, интересно? Как легализовалась в Польше? – с теплотой в голосе произнес он.
Пилот, услышав трогательные нотки в голосе собеседника, даже повернулся к нему лицом.
– Что, майор, зацепила неземная красота? На свадьбу не забудь пригласить! – развеселился Коршунов.
– Я на свете пожил. Всякого повидал. И жена у меня раньше была. Только не срослось у нас с ней. И с красотками я встречался. Меня трудно удивить. А насчет зацепить, то я тебе вот что скажу. Меня только пуля зацепить может, да и то не всякая. Насчет женщин у меня иллюзий не бывает.
– Значит, зацепила.
«Да иди ты!» – про себя подумал майор, сделав вид, что не расслышал реплики. Он отвернулся и уставился на портативный монитор компьютера. Внизу под брюхом вертолета лежали дюны, чахлые заросли, кое-где виднелись поморские хутора. Вскоре закончились и они.
Капитан посматривал на часы.
– Что притих, майор? Вроде в расчетное время укладываемся. Скоро уже на месте будем…
Лавров, вспоминая последний разговор с генералом, машинально кивнул.
* * *
…Филимонов еще раз окинул взглядом свою оперативную группу, сидящую с серьезными лицами за столом.
– Первый этап поставленной задачи заключается в следующем: перегнать вертолет в условленное место. – Генерал ткнул указкой в точку на карте. – Там будете ждать, но недолго. Наша агентура в Польше уже выяснила все насчет перебежчицы. А именно, где проживает, сколько людей охраны, вплоть до того, что ест на обед. Поэтому трудностей с похищением, думаю, не возникнет. Если ситуация изменится, я радирую вам прямо на борт…
* * *
В кабину вертолета начал проникать какой-то сладковатый запах. Первым его почувствовал Батяня:
– Капитан! Я не знаю, на чем летает твоя техника, но запах – не ахти, как на помойке воняет.
– Кажется тебе. Быть этого не может. У меня здесь полная стерильность.
– А ты гордыню отбрось и понюхай.
Принюхавшись, пилот понял, что командир прав, в кабине явственно воняло, он уставился в электронную планшетку, но та никаких пояснений не давала.
– Я же говорил, а ты не верил.
– И сейчас скажу…
Неожиданно на экране возникла некая странная колышущаяся масса…
– Не могу понять, что это такое? – Коршунов удивленно смотрел на прибор. – Первый раз такое вижу!
Страшный удар, пришедшийся в блистер вертолета, поверг находящихся на борту в шок. На стекле появилось темное пятно и множество точек-брызг. За ним последовал второй удар, он ухнул так, что по всему корпусу прошла заметная дрожь. Тревожно замигал датчик, резко упала тяга двигателей. Это было слышно, можно и на приборы не смотреть. Турбины захлебывались… Пилот пытался выровнять машину, которая вдруг стала малоуправляемой. Удары повторились. Вертолет пошел на аварийное снижение. А тлетворный запах в кабине только нарастал.
Глава 11
В центре Слупска зажегшиеся фонари напоминали о грядущей ночи. Звуки транспорта, царившие в течение дня, постепенно смолкали.
Неподалеку от рыночной площади возвышалась недействующая пожарная каланча. Здесь, на самом верху находилось нечто вроде любительской обсерватории. Вдоль стен громоздились большие шкафы, под завязку заполненные разными книгами. У окон пристроились несколько телескопов, устремивших свой единственный глаз в небо. Рядом с ними – парочка угломерных приборов-секстантов. Посреди комнаты стоял круглый стол, на котором лежали в полном беспорядке карты звездного неба, фотоснимки планет и звезд, линейки, лекало и куча сточенных чернографитных карандашей. Исписанные листки бумаги, с нанесенными на них координатами, линиями и окружностями, покрывали большую часть стола, на краю которого приютился компьютер. Системный блок ПК тихонько жужжал, особо не нарушая тишину, царящую в комнате. В уголке, у двери, стояла старая вешалка, на ней висел потрепанный временем коричневый плащ.
У телескопа застыл румяный опрятный старик небольшого роста, смотревший в звездное небо. Невысокого роста, лет семидесяти, с полноватым розовощеким лицом, Петр Волович напоминал эдакого «сеньора Помидора» из известного мультфильма, с той лишь разницей, что никогда не злился, а был приветлив и улыбчив. Соседи, из-за его пристрастия к звездам, за глаза его называли просто – Коперник.
Ненадолго оторвавшись от созерцания звезд, старик сделал какую-то пометку в толстой тетради. Немного поразмышляв, он плавно перевел телескоп на земные объекты. Каждый вечер после изучения звезд старик занимался разглядыванием людей на улицах, в квартирах, в их, так сказать, повседневной жизни…
Вот в одном из незашторенных окон виднелась парочка. Парень подошел к своей подруге с бокалом красного вина. Он протянул его, и в тоже время, словно играя, не давал девушке взять его в руки. Оба весело и беззаботно смеялись. В конце концов ей удалось заполучить желанный напиток. Сделав несколько жадных глотков, девушка обняла юношу. Их губы слились в долгом, страстном поцелуе. Вскоре одежда полетела на пол, а обнаженные тела переплелись в жарких объятиях.
Наблюдатель улыбнулся, вспомнив времена своей молодости, и перевел телескоп на другое окно: там в разгаре была вечеринка. Девушки и парни, разгоряченные напитками, прыгали под музыку. Их веселые и хмельные лица мелькали в оконных проемах. Некоторые парами выходили на балкон, чтобы покурить и передохнуть, возвращались обратно. И тут оставалось только сожалеть, что жизнь подходит к концу. Давно уже астроном-любитель не развлекался подобным образом.
В третьем окне была видна большая семья. Там дедушка играл с внуком в машинки. Они, хохоча, катали огромный грузовик по комнате. Видно, устав, внук залез на деда верхом. Старик, превратившись в боевого скакуна, лихо поскакал по квартире. В это время родители малыша вместе с бабушкой успокаивали ревущую от горя внучку – девчушку с длинными заплетенными косичками, украшенными бантами. Дед быстро доигрался, поскольку минут через пять он со страдальческим лицом уже лежал на диване, склонившаяся над ним бабушка натирала ему спину мазью – наверное, от радикулита.
Покрутив телескоп, наблюдатель увидел Бурцеву-Баум, которая вышла из серебристого «Мерседеса» с госномерами. Она огляделась и, поправив прическу, быстрым шагом вошла с черного входа в небольшой отель. Автомобиль незамедлительно уехал. Старик прилип к окуляру телескопа, пытаясь определить, в какой номер поднимется женщина. Вскоре на третьем этаже загорелся свет, и тот, кто уставился в оптику, с облегчением обнаружил за окнами Маргариту. Она подошла к кровати и сняла пиджак. Потом медленно, как будто проверяя что-то, провела рукой по своим волосам и начала переодеваться. Вдруг, спохватившись, Маргарита подбежала к окну и одну за другой плотно задернула шторы. Так мог поступить только человек, панически опасающийся чужих глаз. Немного подождав, старик перевел телескоп на улицу. Его внимание привлекла пара байкеров на мотоциклах. Развернувшись на площади у отеля, мотоциклы уже уезжали. За спиной одного из парней сидела молоденькая симпатичная блондинка в косухе и мини-юбке.
– Эх, молодежь, молодежь. Не таким я был в ваши годы.
Наблюдатель развернул треногу с телескопом к другому окну. На вечерней площади, в кафе под зонтиками, наслаждаясь тишиной успокоившегося города и свежестью воздуха, отдыхали люди. За одним из столиков старика привлекла пара – благообразный в дорогом темно-синем костюме мужчина с золотыми часами на руке, и рядом с ним нестарая женщина с кукольным лицом. На соседнем стуле сидела девочка, уплетавшая мороженое.
Старик в замешательстве внимательно изучал мать девочки.
– Не может быть! – потрясенно произнес он.
Затем, словно не веря глазам, он перевел телескоп на отель. На балконе номера стояла Бурцева-Баум и курила. Хоть внешность ее была немного изменена, но узнать ее было возможно. Глядя на это раздвоение, «астроном» и сам изменился в лице и пробормотал:
– Случайных совпадений в этой жизни не бывает. Во всяком случае, до сих пор не было, – осторожно добавил старик. – Это будет интересно не только мне.
Больше его не интересовали ни любовные забавы парочки, ни судьба деда, решившего порадовать внука, ни байкеры, он, не отрываясь следил за столиком.
Глава 12
По ночному небу ветер гнал облака. Здесь, на берегу Балтики, находилась огромнейшая городская свалка. Налетающие порывы ветра поднимали горы хлама в воздух и, наигравшись, опускали обратно на землю. Обычная большая помойка: на холме из мусора криво возвышался странного вида вертолет с эмблемой НАТО на борту. Вокруг стоял невообразимый шум, издаваемый сотнями чаек. Жадные до добычи птицы буквально заслоняли собой небо.
Ввиду приближающегося циклона капитан Коршунов изменил курс, однако в летной планшетке не была обозначена огромная городская свалка Гданьска. Вот эти-то помойные чайки и сыграли свою роль. Столкновение даже с одной птицей не сулит ничего хорошего, а тут, как оказалось – минимум с дюжиной. Турбины оказались забиты перьями и мясом птиц. Пилот с Батяней, одетые в британскую летную форму без знаков различия, выпрыгнули из вертолета и срочно принялись его чистить. В спешке они случайно разбросали по полу кабины и рядом с вертолетом то, что находилось в ящике под сиденьем. Выпрыгивая из вертолета, капитан зацепил ногой несколько пакетов и еще какой-то предмет. Те вывалились из вертолета и упали в кучу мусора. Коршунов, разглядев несколько пакетов, брезгливо поднял их и забросил обратно.
– Все не очистить с ходу, тяга все равно не дойдет до нормальной, – вздохнув, сказал он.
– Первостепенная задача – очистить, что можно, взлететь и дотянуть до «условленного места»! А там уже будешь разбираться детально, – не терпящим сомнений тоном давал указания майор, сбрасывая нескольких мертвых окровавленных птиц с фюзеляжа.
– Легко сказать, тяжело сделать, – вздохнул Коршунов, продолжая работу.
– Никто не требует невозможного. Просто небольшая задержка в пути.
Нещадный смрад мусора бил прямо в нос. Батяня еще терпел, но Коршунову, похоже, было не по себе. Капитан по натуре был человеком брезгливым, поэтому, убирая останки тушек птиц, ужасно морщился, не в силах пересилить подкатывающую к горлу тошноту. Однако старался держаться.
И все же Коршунов раз за разом сгибался, отплевывался. Видя, что коллеге уже совсем невмоготу, Батяня заявил:
– Я здесь все сам почищу. А ты ремонтом турбины занимайся, там я тебе не помощник, в этой технике понимаю мало. Я там уже убрал все, как мог. И ты ртом дыши, не так запах чувствуется.
– Я уж думал, что сдохну.
Капитан не без облегчения вздохнул и, прихватив с собой инструменты, принялся за ремонт. Работали молча.
В это самое время из-за горы мусора за ними наблюдала пара местных бомжей. Один из них из-за речевого дефекта носил соответствующее прозвище – Картавый. Его товарищ, не отличаясь идеальным внешним видом, был совершенно лыс и имел не менее эффектную кличку – Плешак. Самого приземления они не видели. Просто культурно отдыхали за кучей мусора. Ну а потом, когда выглянули, то изумились появлению необычных гостей.
– Ты смотри, НЛО! – изумленно пробормотал Картавый, пьяным взглядом окидывая вертолет. – Сподобились и мы с тобой пришельцев увидеть.
– Да нет! Люди они. На вертолет вроде похоже! – возразил его более трезвомыслящий собеседник.
– Какой же это вертолет? Просто тарелка с пропеллером! И инопланетяне – гуманоиды.
Плешак, в отличие от своего менее эрудированного товарища, еще раз присмотревшись, сказал:
– Точно вертолет, и эмблемы Североатлантического союза. Покойной мамой клянусь. Езус-Мария.
– А может, в НАТО уже и марсиане вступили! – хихикнул Картавый, не желая расставаться с ощущением чуда, охватившим его пропащую душу. Да и любил он подшутить, разыгрывая приятелей и соседей по свалке.
– Смотри – летчики в британской форме, – его друг наморщил лоб, рассматривая странный вертолет, – странно только, что званий нет.
– А вдруг все-таки ОНИ? – проговорил Картавый. – Пойдем посмотрим? В контакт войдем. Прославимся потом. О нас в газетах напишут, по телевизору покажут.
– Тебе надо, ты иди и смотри, – протянул Плешак и опустошил бутылку большим глотком.
– Я бы пошел, так ведь языка не знаю. А ты ж вроде как бывший… это… как его… полиглот? – выдал Картавый сильно заплетающимся языком. – К тому же, может, у них для нас выпивка найдется, марсианская, хе-хе.
– А ты знаешь, из чего они там у себя на Марсе эту выпивку делают? Я гадость всякую в рот брать не буду! – Плешак ухмыльнулся, принимая правила игры.
– Гляди, лопочут чего-то не по-нашему, перевести можешь? – оживился Картавый, пытаясь расслышать, о чем говорят странные гости из чудо-вертолета.
– Ветер не в нашу сторону, слов не разобрать! – прислушиваясь, ответил Плешак.
– Ну что, пошли? – Его товарищу охота было курить, а сигареты закончились. Поэтому Картавый надеялся, что парой сигарет, может, и удастся разжиться.
Вопрос остался без ответа. Зажевав выпитое куском хлеба, Плешак в тоске уставился на пустую бутылку, которую держал в руке. Затем откинул ее прочь. На «старые дрожжи» его сильно развезло. Больше за мусорной кучей его ничто не удерживало. Можно было и отправляться на поиски новых приключений. Бомж по природе своей – искатель счастья. Он поднялся.
– Пошли! – Покачиваясь, Плешак направился к вертолету.
Из-за мусорной горы несмело вышли двое бомжей, которых в Польше называют «синяками». Они без особой боязни подошли к вертолету. Бояться им было нечего, поскольку оба чувствовали себя как дома. Да так оно и было: свалка – их территория. Все остальные здесь – пришельцы из другого мира, а потому должны отчитаться перед туземцами.
Первым шел Плешак. Улыбаясь желтыми зубами, он спросил «панов марсиан»:
– День добрый. Можно ли обратиться?
– Сигаретка, может, найдется? – Картавый, высунувшись из-за его спины, показал всем понятный жест, поднося два пальца к губам. – Или, может, паны что-то имеют с собой выпить?
Напрягшиеся Батяня с Коршуновым, естественно, не подали виду, что обескуражены, но все же напряженно молчали, подумывая, что следует предпринять.
– Вы нас понимаете? – поинтересовался Плешак.
Майор, достав пачку, открыл ее и протянул «синякам».
– Угощайтесь, – разглядывая их в упор, по-английски обратился он к ним.
Картавый делано удивился:
– Уже на Марсе сигареты «Филип Моррис» курят!
– Глобализация! – многозначительно прокомментировал его друг.
Они закурили, от наслаждения прикрыв глаза. Батяня досадовал в душе от такой внезапной встречи с туземным населением, но вида не подавал.
«Черт бы их побрал, – подумал он. – Валили бы поскорей отсюда. Только время наше отъедают».
– А чем паны занимаются вдали от родины? – поинтересовался общительный Плешак у Батяни, пытаясь вспомнить английские слова из своего «интеллигентного прошлого»..
Батяня уже закончил работу. Видя, что пилот еще занят починкой турбины, ответил согласно легенде:
– Совместные учения Североатлантического альянса.
Второй «синяк» в это время воровато оглянулся по сторонам в поисках какой-нибудь наживы. Наметанным глазом Картавый заметил новый, свернутый пакет, валяющийся рядом с вертолетом, тут же – еще какой-то предмет. Не спеша, вразвалочку он подошел к вертолету, якобы осматривая чудо-машину. Батяня краем глаза следил за действиями бомжа. Майор уже сбавил градус бдительности. Парочка асоциальных элементов мало походила на сотрудников спецслужб, работающих под прикрытием. Капитану же стало вообще не до них, – света, исходящего от вертолета, явно не хватало, и он с помощью фонарика пытался разглядеть, в чем же еще заключается неисправность турбины.
– Больно форма у вашего вертолета на тарелку инопланетян похожа, – затягиваясь во всю силу своих легких, проговорил Плешак.
– Это что! – решил разыграть бомжа Батяня. – Второй вертолет у нас вообще квадратный. Но по летным характеристикам, я вам скажу, получше этого будет. Скоро такие и в Польшу на вооружение поступят.
«Синяк» с недоверием покосился на Лаврова, но возражать не стал. Кто их поймет, этих иностранцев, может, и квадратные вертолеты уже придумали. А польская армия потихоньку перевооружается по натовским стандартам. Рассматривая различные приборы, установленные на борту вертолета, Плешак фыркнул:
– Столько оборудования, а стаю чаек не заметили? Теперь, поди, влетит вам от начальства? Чуть машину не угробили! – Бомжа от выкуренной сигареты развезло еще больше, и он, уже абсолютно не стесняясь, улыбался Лаврову.
– Попадет, это точно! – согласился Батяня, не выпуская из виду второго «синяка», который околачивался позади.
– А можно спросить у пана, из какого города он родом? – продолжал интересоваться бомж, разглядывая форму майора.
Говорить, что из Лондона, не хотелось, а поэтому Батяня, порывшись в памяти, выудил оттуда название. Слышал он его или вычитал в газете, Лавров сейчас и сам не помнил.
– Город Банбери, – ответил майор и добавил: – Графство Оксфордшир, – это название всплыло в памяти в связке с первым.
– Это там, где на днях ЧП произошло? – удивился синяк.
«Какое ЧП? – чуть не ляпнул, удивляясь Батяня, вспоминая при этом, откуда знает название городка. – Вот попал так попал… Черт меня дернул этот город назвать. Сказал бы ему, что из Лондона, он бы и отцепился».
Чуть прищурив глаз, поляк наблюдал за майором.
– Да, случилось, именно так и есть, – тщательно подбирая слова, с печальным выражением на лице Лавров стал тянуть резину.
Мысль, пришедшая в голову, как озарение прошила весь мозг насквозь.
«Неужели и этот, твою мать?.. – подумал Батяня. Да вроде не похож, хотя хрен его знает, чему их там, в польской «школе», учат. Нет, вряд ли. Такое лицо никаким гримом не нарисуешь. Для этого надо лет пять пить всякую дрянь, не просыхая. И не мыться неделями».
– А поймали или еще нет? – не унимался «синяк», решивший узнать все, так сказать, из первых уст.
«Ах, вот ты о чем, дорогуша!» – вспомнил наконец Батяня, но вслух произносить этого не стал.
Теперь сразу все встало на свои места. И название города, и вопрос бомжа – майор вспомнил нашумевшее сообщение в новостях о двух неизвестных, совершивших на прошлой неделе одно из самых крупных ограблений в истории Великобритании.
– Нет, не поймали! – удивляясь крайней осведомленности «синяка», майор посмотрел на него уже другими глазами.
Бомж явно был горд тем, что сумел впечатлить «марсианина» своей начитанностью.
– Что пан удивляется, мы ж здесь и литературу читаем. Свежие газеты и журналы регулярно поступают, – смакуя, что озадачил военного, добавил Плешак и достал из кармана помятый газетный лист. – Не каждый день полиция миллионы предлагает, – хмыкнув, добавил он. – Вот повезет кому-то. Нет чтобы нам. Не с нашим, наверное, счастьем на большие деньги рассчитывать. Так только, если перепадет что вместе с мусором. Бывает же, что и деньги выбрасывают.
Второй бомж, дойдя до пакета, якобы невзначай наступил на него, втаптывая в мусор, накатил сверху пластиковую бутылку. Покрутился немного, поглазел и вернулся назад к беседующим Батяне и Плешаку.
Наконец заборники турбин были очищены. Правда, остались вмятины на фюзеляже да трещины на стеклах ЖК-мониторов, влияющих на невидимость вертолета. Но это были уже те повреждения, которые на месте не исправишь. Тут требовались специалисты и запасные части. Главное было достигнуто – вертолет мог продолжить полет.
Коршунов включил двигатель, и лопасти винтокрылой машины, набирая обороты, завертелись в бешеном ритме. Воздушные потоки, вызванные их вращением, вздымали мусор, и бомжи, прикрываясь руками, пятились. «Крот» все выше и выше поднимался в воздух. В конце концов он растворился в ночном небе.
– Порядок! – улыбнулся Коршунов. – Относительный, конечно, если не считать появления этих двух типов…
– Бомжи бомжами, на помойке живут, а вежливые какие-то! – диву давался Батяня.
– Польские бомжи особо от наших не отличаются, – вставил начитанный и неоднократно бывавший в Польше капитан. – Разве что бреются и по возможности моются, да еще брезгуют стеклоочиститель пить, одеколон и прочие сомнительные спиртосодержащие жидкости, не предназначенные для внутреннего употребления. Тут это не принято. Или, может, просто они не догоняют, что и суррогаты «вставляют». Наши-то попроще и посообразительнее… А так – да, вежливы. Любой «синяк» обязательно спросит у прохожего разрешения – мол, а можно ли обратиться с вопросом? При этом клянчить у прохожих деньги никогда не будут: ну, сигаретку стрельнут, попросят допить уже начатое пиво. Но это, понятно, внешняя сторона, на самом деле особой моральностью тоже не отличаются.
– Да уж, – согласился Батяня. – Бомжами не рождаются, ими становятся. Верна поговорка – человек опускается медленно. И мало кто может потом подняться и стать полноценным членом общества.
– А, по-моему, бомж, это просто порода людей такая. В голове по-другому устроено у таких типов. Им квартиру подари, дай непыльную работу. Они все равно через месяц-другой на помойке окажутся. Им там комфортнее живется. Кстати, – словно вспомнив что-то важное, произнес Коршунов, – я недавно передачу смотрел. Про наших бомжей, живущих на мусорных свалках. Так, оказывается, у них там особо не забалуешь, свои порядки, строго. По совершенно другим законам люди живут. Субординация своя существует. Не менее строгая, чем в армии.
– Законы повсюду свои, – кивнул Лавров, – и в этом смраде паскудном.
У капитана последние слова майора вызвали неприятные ощущения, и уже отошедшее чувство тошноты вновь подступило к горлу, сжимая его в комок.
Внизу, на земле, оставшаяся парочка занялась своими делами. Картавый, взобравшись снова на мусорную кучу, где только что стояла чудо-машина, разгреб руками мусор и вытащил оттуда пакет и еще какой-то предмет. Забрав теперь уже свое имущество, он вернулся к жилищу, если так можно было назвать небольшой ржавый автомобильный вагончик.
– Что там? – поинтересовался Плешак, заметив в руках товарища пакет, который тот прижимал к груди, как нечто ценное и дорогое его сердцу.
– Паны инопланетяне потеряли. Ну, не совсем потеряли. Я им в этом немного помог.
Вороватый «синяк» развернул пакет. В нем оказался сухой паек для летного состава.
– Какими-то они мне сразу подозрительными показались, – заметил Картавый.
При свете лампы они разглядели надпись кириллицей, свидетельствовавшую о том, что сухпай выпущен Краснодарским заводом для МО РФ. А вторым предметом, оказался десантный стропорез в черных кожаных ножнах с номером и эмблемой. Вот это была стоящая находка. Не каждый день такое на помойке найдешь.
– Он, наверное, дорого стоит? – восхитился Картавый.
– Да уж, немало.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?