Читать книгу "Призрачная невеста"

На секунду воцарилась тишина. Рука Бо замерла на моей спине. В ужасе я отпрянула – больше ничего не успела сделать, – а мои друзья начали действовать как по команде. Лу взмахнула рукой, и кровь на ее пионах исчезла. Рид поспешно унес мою тарелку, Бо откинул мне волосы, а Коко протянула платок, чтобы я вытерла лицо.

– Все будет хорошо, Селия, – искренне проговорила она. – Мы что-нибудь придумаем.

– Ничего страшного, – заверила меня Лу.

Хотя она ободряюще улыбнулась, выглядела она еще бледнее, чем раньше. А белые пионы… стали розовыми. Однако мне некогда было думать о цветах, потому что я содрогнулась от нового приступа тошноты. Рид поставил передо мной ведерко.

Как мило.

И как унизительно.

– Может, хм… медведя попробуем в следующий раз, – произнес Бо до ужаса непринужденно.

Я молча кивнула. Потому что такова была теперь моя жизнь.

Когда моя сестра снова заговорила, мне почудилось, что она стояла прямо у меня за спиной. Словно все время была там. Она как будто гладила меня по волосам, и на долю секунды Бо, прищурившись, посмотрел на мои пряди, которые заколыхались, хотя не было даже намека на ветерок.

«Ты же понимаешь, что убьешь их. Ты проиграла эту битву еще в самом начале».

И внезапно все стало невыносимым: голос сестры, ее прикосновения, чересчур заботливые взгляды друзей.

– Нет! – рявкнула я и хлопнула ладонями по столу.

Развернулась, чтобы закричать на сестру, сказать, что не буду никого убивать… Но не увидела ее. Разумеется, ее там не было. Там вообще никого не было. Стол зловеще затрещал под моими ладонями. Бо с испуганным возгласом отпрыгнул, а Рид и Коко в смятении подскочили.

– Селия? – Лу медленно поднялась, хмуро глядя на пустоту позади меня. – В чем дело? Что-то не так?

Бо вздрогнул, оглядев комнату.

– Это призрак? Та девушка… Мила?

– Мила ушла вместе с Одиссой, – процедила я сквозь зубы.

– Значит, кто-то другой?

– Здесь никого нет!

Слова, острые как кинжалы, пронзили воздух, и Бо, сморгнув, отшатнулся. Мне тут же стало стыдно, и я подошла к нему, чтобы… как-то утешить его, но он держался в стороне.

– Прости. Прости, пожалуйста.

Казалось, слова, будто кровь, вытекали из каждой клеточки тела, пока я не начала тонуть в ней и крови друзей. От ее запаха ныли зубы и звенело в ушах, а смех Филиппы эхом разносился по комнате, заставляя мысли путаться.

– Со мной что-то происходит…

– Что именно с тобой происходит? – Лу подалась вперед, настороженно сощурившись. – Если здесь никого, почему ты кричала? Что происходит?

Я машинально замотала головой.

– Я не… не хотела…

– О чем ты нам не говоришь, Селия?

– Ни о чем.

– Лжешь.

– Нет, я… я не…

Зубы у меня застучали, а смех Филиппы зазвенел особенно высоко. Он оглушил меня, и я сжала кулаки, чтобы справиться с нарастающей болью в голове. Меня трясло, пока я безуспешно пыталась убедить себя, что происходящее было ненастоящим.

«Ничего этого не происходит…»

Я услышала нож еще до того, как увидела его.

Развернувшись, я поймала серебряный кинжал за мгновение до того, как он вонзился мне в затылок, а в коридоре в темноте что-то пошевелилось. Что-то… заколыхалось.

– Завеса… – пораженно выдохнула я, когда разорванные края срослись прямо у меня на глазах, а смех Филиппы мгновенно стих.

Воцарилась тишина, а вместе с ней пришло и чувство облегчения. Невольно я посмотрела на пальцы, даже не заметив, что они горели, пока Коко не выхватила у меня нож.

Самый настоящий нож.

На этот раз мне ничего не почудилось. Я не знала, что произошло с Филиппой в День Всех Святых, но боль была совершенно настоящей. Разрыв в завесе был настоящим, а значит, и человек, открывший его, тоже… Если это вообще был человек.

Встретив изумленный взгляд Лу, я сказала:

– Кажется, меня преследует призрак сестры.

Глава 3
Как общаться с мертвыми

– Что нам нужно, – час спустя сказала Лу, – так это вызвать духов.

Сидевший за обеденным столом Бо застонал и опустил голову. За окнами поднималась буря. Вдалеке прогрохотал гром.

– Нет, не нужно, – возразил он. – Ни в коем случае не надо вызывать духов.

– Чепуха.

Бледная, но полная решимости, Лу металась по кухне, собирая все незажженные свечи, какие только могла найти, а я, затаив дыхание, смотрела на нее. В голове все еще стучало, а перед глазами сиял ореол света.

– Если Филиппа желает поиграть, нам нужно узнать правила игры, иначе мы никогда не победим. Ой, не смотри на меня так, – добавила Лу. – Она только что пыталась убить Селию и явно не настроена дружелюбно. Ты что, не хочешь узнать почему? Чего она хочет?

– Нет, – раздраженно ответил Бо. – Ничего я не хочу знать…

– Она не хотела меня убивать, – с трудом выдавила я, стараясь шевелись губами как можно меньше. – Мне кажется, она хотела, чтобы я поела… нормально.

Хотя я не смогла объяснить лучше – особенно когда друзья сидели так близко, – они все поняли. Бо побледнел и отшатнулся, Лу покачала головой, а Коко закатила глаза.

– Какая она заботливая, – проворчала Коко.

Лу бросила перед нами охапку свечей.

– Но почему? Чего она добьется, если мы погибнем?

– Вообще-то, мы не последние люди в Бельтерре.

Бо обвел рукой стол без всякой скромности, и он был прав. Они вчетвером управляли почти всем королевством.

– Нет смысла притворяться, что это не так.

– Может, дело и не в нас. – Рид нервно расставил свечи. – Как говорится, на миру и смерть красна. – Он посмотрел на меня и спросил: – С чего ты взяла, что Филиппа ответит на твой зов? Она же в тебя нож метнула. По-моему, она не хочет разговаривать.

Я проглотила ком в горле.

– У нее не будет выбора.

Лу одобрительно улыбнулась, но я отвела взгляд и сосредоточилась на аромате пионов в расписной вазе. Сладкий, с нотками цитруса. Мне некогда было думать о мучительной боли в животе. Филиппа разрушила красивую иллюзию безопасности, которую создали для меня друзья… А раз появилась она, значит, и Фредерик вместе с ней.

Некромант.

Я старалась не думать о нем. Убеждала себя, что его задумка не удалась… или, по крайней мере, он больше ничего не станет делать, раз вернул Филиппу. Я надеялась, что он оставит нас в покое и будет заново строить жизнь, которую отняла у них Моргана. Надеялась, что они с Пиппой будут жить долго и счастливо, а я больше никогда не увижу их.

Я резко встала и отодвинула вазу с пионами, чтобы поставить на ее место свечи, которые Лу просто сунула мне в руки. Бо пораженно покачал головой, а Лу кинулась искать мел.

– Это же безумие, – выдохнул он. – Может, Филиппа вообще не призрак? Может, она стала чем-то другим, а… а мы только навлечем беду…

Лу фыркнула и продолжила рыться в ящичках.

– Лучше просить прощения, чем просить разрешения.

– Нет, – поспешно возразил Бо, – вовсе нет. – Он поднялся из-за стола с широко распахнутыми от страха глазами. – Лучше уж просить разрешения, когда мы используем свечи и… и… – он застонал, когда Лу мелом начертила на столе пять прямых линий, – пентаграммы. А что, если мы постучимся и нам отзовется кто-то другой?

Коко понимающе похлопала его по щеке и присоединилась к Лу.

– Кажется, тут будет дело за мной. – сказала она.

– Кажется?

Лу беззаботно пожала плечами.

– Никто из нас прежде не вызывал духов, а без гримуара Ля-Вуазен…

– Вот уж точно не надо использовать заклинания из этой злобной книжонки…

– Тогда тебе не о чем волноваться, – сладким голосом произнесла Лу. – Ведь мы сами изобрели это заклинание.

Бо посмотрел на Рида, ища у того поддержки.

– И ты считаешь, что лучше всего будет вызвать мертвых? Мы же из-за этого и попали во всю эту передрягу!

Рид нерешительно топтался позади Лу и Коко, смотревших на пентаграмму. Он встревоженно поглядел на меня.

– Ты тогда в канун Дня Всех Святых вызвала свою астральную проекцию и увидела Филиппу в гроте. Может… хм, сейчас сделаешь то же самое и найдешь ее?

– Прекрасная идея! – Бо торжествующе вскинул палец вверх. – Отправляйся в мир духов и поищи ее там.

Я напряглась.

– Не говорите глупостей, – тут же возразила Лу.

– Слишком опасно, – вторила ей Коко. – Мы не знаем, чего хочет от нас Филиппа. И пока мы этого не узнаем, Селия никуда одна не отправится, особенно туда, куда мы не можем последовать за ней.

И только когда Бо что-то согласно проворчал, я немного расслабилась. По правде говоря, со Дня Всех Святых я не переступала через завесу, и сейчас эта идея показалась мне еще куда менее заманчивой.

К счастью, в эту минуту в комнату впорхнула Одисса и, стряхнув капли дождя с зонта, достала из складок подола бархатную коробочку. Не поднимая головы, она открыла ее и воткнула в нее кончик зонта, а затем втолкнула внутрь и весь зонт. Мы все разинули рты, но Одисса не стала ничего объяснять, а просто с рассеянным видом оправила платье и пригладила нетронутые бурей волосы, струившиеся по спине, словно чернила.

На нижней губе у нее виднелась капля крови.

В животе все болезненно сжалось, когда я увидела кровь и ощутила ее запах, но Одисса просто отерла каплю перчаткой и подошла к нам.

– А вот это уже выглядит заманчиво. Мы кого-то вызываем?

Мила появилась из-за спины Одиссы, и ее глаза широко распахнулись в тревоге.

– В чем дело, Селия? Что ты делаешь?

Лу с решительным видом стряхнула мел с пальцев.

– Мы хотим призвать Филиппу.

– Вот как? – Одисса вскинула бровь.

С неохотой я рассказала ей все. Одисса, еще более заинтригованная, всмотрелась в пентаграмму, а Мила пораженно покачала серебристой головой.

– Ужасная идея. Неужели жизнь на Реквиеме тебя ничему не научила? Мертвым не нравится, когда их призывают…

– Мы не знаем, мертва Филиппа или нет. Может, да, а может, нет. В любом случае, – я схватила солонку с камина, не обращая внимания на вопрошающие взгляды, – через пару мгновений мы все выясним. В книге «Как общаться с мертвыми» сказано, что соль может защитить. Ученые чертили ею круг вокруг места вызова духа…

– …чтобы удержать в нем сверхъестественное существо, да, – кивнула Одисса. – Полагаю, Мила рядом, так?

Я кивнула, и она хлопнула в ладоши.

– Отлично. Возможно, она нам понадобится. А теперь…

Одисса взяла у меня солонку и вгляделась в нее. Соль была крошечной – море белых крупинок, но я различала острые полупрозрачные грани каждого кристаллика. Они напомнили мне стекло. Зеркало.

– Селия, дорогая, мы – сверхъестественные существа, и соль нам не страша, так что не будем использовать ее. Круг нужно начертить кровью, – добавила она, указав на пентаграмму. – Желательно Алой Дамы.

Мы все посмотрели на Коко. Та тяжело вздохнула и вынула нож из шкафчика за спиной.

– Тебе, наверное, стоит выйти из комнаты, Селия, – мрачно заметила она.

– А еще лучше из дома, – вставил Бо.

– Увы… – Одисса поставила соль и приняла деловитый вид. – Лишь Селия может переходить в мир духов, так что ей придется остаться. – И она сказала мне: – Однако если ты решила продолжать свою идиотскую голодовку, задержи дыхание и не смотри.

Я хмуро на нее покосилась, но сделала, как она сказала. Судя по всему, Одисса решила руководить проведением жуткого ритуала, и, поскольку у нас не было идей лучше, да и вообще других идей, мы вряд ли сможем ей перечить.

– Постойте! – встревоженно воскликнул Бо и схватил Коко за запястье. – Мы что, вот так просто возьмем и призовем ее сюда? Прямо сейчас?

– А когда нам еще это делать? – раздраженно спросила Коко. – Когда Филиппа перережет нам вены на завтрак? Нужно выяснить, чего она хочет…

– Селия не стала пить нашу кровь, – горячо продолжил Бо. – Не станет пить и сейчас! Коко, прошу, не нужно этого делать…

– Да, идея ужасная, – согласилась Мила.

Коко вырвалась из его хватки. Провела кончиком ножа по руке, и все мое тело напряглось от этого звука – скользкого и влажного, внушающего мне ужас. Клыки вонзились мне в десны в преддверии трапезы. Нужно отвлечься! Я лихорадочно попыталась как-то отвлечь себя. Словно ожидая разрешения, перед глазами всплыло лицо Михала.

«Только не ты!» – прорычала я и кожей ощутила его усмешку.

– И… – голос Коко прорывался сквозь наваждение, – готово!

Сладкий аромат меда наполнил комнату, и я резко открыла глаза. Рана на руке Коко затянулась с терпким запахом магии крови. Пентаграмма на столе засияла алой влагой.

«Боже».

Задержав дыхание, я опустилась на стул и покрепче сжала губы. Начала считать ниточки на своей ночной сорочке, а Лу зажгла свечу у каждого луча звезды.

Когда Бо снова запротестовал – громко, – Коко щелкнула пальцами.

– Сядь, – велела она.

И указала на место между Ридом и Одиссой, которая с довольной ухмылкой похлопала по стулу. С хмурым видом Бо молча уселся, демонстративно отодвинулся от нее и повернулся к Риду.

– Ну, спасибо за помощь, – тихо, чтобы никто не услышал, пробурчал он себе под нос. С возмущением и страхом он смотрел, как Коко отодвинула от стола лишний стул. – Ты там дар речи, что ли, потерял или…

Рид закатил глаза.

– А что мне, по-твоему, нужно сделать?

– Ну, не знаю. Может, хоть что-нибудь…

– Взгляни на Лу.

Откинувшись на спинку стула, Рид заговорил тихим голосом. Таким тихим, что я не должна была его услышать. Не должна была увидеть напряжения во взгляде. От усталости лицо его сводило судорогой. Было четыре часа утра. Рид внимательно наблюдал за своей женой, хотя и пытался это скрыть.

– Посмотри, какая она бледная.

Бо хмуро проследил за его взглядом.

– По-моему, она выглядит как обычно.

– Тогда присмотрись повнимательнее. Что-то не так. Лу не хочет этого признавать, но она выглядит… болезненно. – Рид едва заметно кивнул на пионы, чьи лепестки так и остались розовыми от крови. – Я тоже чувствую… какую-то усталость. Моя магия. С каждый днем она становится все хуже и хуже.

– Твоя магия? – Бо с тревогой вгляделся в его лицо. – Ты думаешь, это как-то связано с Филиппой?

– Все началось в День Всех Святых.

Нахмурившись, я посмотрела на них, а потом перевела взгляд на Лу. Она и правда выглядела бледнее обычного – веснушки на лице выделялись ярче, – но улыбка по-прежнему была такая же лукавая. Заметив мой взгляд, она подмигнула.

Бо тяжело вздохнул.

– Когда все полетит к чертям, я скажу демону, чтобы он сожрал тебя первым.

Рид мрачно усмехнулся, а Лу села рядом с ним. Коко присоединилась к нам и пододвинула мне стул. Она похлопала меня по плечу и ободряюще улыбнулась.

– Так, – произнесла Лу. – Кажется, все готово. Нам нужно… взяться за руки? Как думаешь, Одисса?

– Это совершенно излишне, но если вам так будет спокойнее… – Одисса протянула руку мне, затем Бо. – Давайте.

Бо посмотрел на ее руку так, словно оттуда сейчас вырастут ноги или скорее клыки, стоит только дотронуться.

– Да возьми ты ее уже за руку! – рявкнула я, теряя терпение, и тут же пожалела об этом.

Бо выглядел испуганным. Я проглотила извинение.

– Прошу тебя, Бо. Мне нужно поговорить с сестрой.

– Ладно. – Неохотно вздохнув, он как можно осторожнее взял Одиссу за руку и тем самым завершил круг. – Просто не будем обращать внимания, что какая-то вампирша знает о вызове духов так много, и последуем ее указаниям вслепую… А-А-А! – Его голос сорвался на писк, когда он увидел Милу рядом со мной.

Точно. Теперь, когда мы держались за руки, они, по сути, все прикасались ко мне и могли видеть ее.

Мила широко улыбнулась.

– Рада снова вас видеть, ваше величество. – Она царственно склонила голову. – И приятно познакомиться со всеми вами… официально, так сказать. Так-то я знаю о вас больше, чем мне хотелось бы. – Она чмокнула Одиссу в щеку. – Кузина…

– Так и знала, что ты здесь. – Одисса вздернула нос. – А о мире духов, ваше величество, я знаю так много, потому что, – сказала она Бо, сжав руку, когда тот попытался отнять свою, – читаю.

– В твоих книгах что-то еще говорилось, Одисса? – Коко бросила предостерегающий взгляд на Бо, прежде чем тот успел возразить. – Что нам стоит знать заранее?

Одисса приподняла изящное плечо, а Мила невольно подлетела к пентаграмме и с любопытством стала рассматривать ее.

– Такая магия не является наукой. Те, кто ею не владеет, никогда не поймут все детали и сложности подобного ритуала, а те, кто владеет, редко делятся своими секретами.

– Прекрасно, – пробормотал Бо.

Одисса не обратила на него внимания.

– В теории, Козетта, когда Селия откроет проход в завесе, ты должна направить в разрыв свою кровь и притянуть ею Филиппу.

– А как можно направить кровь? – с любопытством спросила Лу. – И притянуть Филиппу?

– Точно так же, как Козетта может исцелять раны и находить тебя с помощью крови.

– Благодаря намерению, – сказала Коко, поджав губы и посмотрев на пентаграмму. – Магия откликается на мое желание и следует за ним. Но… как мне найти завесу?

Все посмотрели на меня. К горлу подступил жар, и я переплела пальцы с пальцами Одиссы. Я была не в силах отвести взгляд от пентаграммы. Ничего не видела, кроме крови.

– Ты… ее почувствуешь.

Ответом была тишина, и я сглотнула, с трудом закрыла глаза и села неподвижно.

«Пожалуйста, прошу».

Спустя несколько секунд я все же смогла выдавить:

– Она ощущается как некое присутствие, осознание чего-то. Словно покалывание на лице, когда-то кто-то пристально смотрит на тебя. Сейчас… – Не открывая глаз, я подняла наши переплетенные руки и положила их на стол. – Я покажу вам.

Глава 4
Вызов духов

Хотя я все еще была на кухне – и твердо стояла на ногах в мире живых, – знакомое необъяснимое чувство страха нахлынуло на меня, когда я воззвала к сестре в царстве духов.

– Филиппа?

Знакомый пепел просачивался сквозь разрыв в завесе. Словно снег, он падал на пентаграмму.

– Ты здесь?

Ответом нам был гулкий раскат грома, и мы с Коко едва не подпрыгнули от испуга. Лу вздрогнула и чертыхнулась, ударившись коленом о стол и опрокинув свечу. Рид соскочил со стула, чтобы горячий воск не пролился ему на штаны, однако все так же крепко держал за руки Лу и Бо, который вертел головой с широко распахнутыми глазами.

– Слышали?

Лу фыркнула, а глаза у нее заслезились от боли.

– Да, Бо, мы слышали…

– Не гром, – оборвал он ее поспешно. – Кто-то… смеялся.

– Я тоже слышала смех, – сказала Мила.

– Я ничего не слышала. – Я крепче сжала руки Коко и Одиссы, а Бо обвел кухню безумным взглядом.

– И я. – В отличие от нас Одисса говорила нарочито бесстрастно, но глаза у нее горели так же ярко, как и у всех.

Она по-прежнему крепко сжимала мою руку, а значит – несмотря на все бахвальство, – для нее вызов духов был в новинку. И от этого мне стало немного легче.

– Вы точно слышали смех?

– Разумеется! По крайней мере… – Бо взглянул на пентаграмму, безобидно мерцавшую в свете пламени. – Мне так кажется… Вроде бы слышал.

С хмурым видом Рид попытался очистить стул локтем, но воск уже затвердел на дереве. Застыл, словно лед.

– Холодный. – Он обеспокоенно посмотрел на меня, изо рта у него вырвалось облако пара, в комнате внезапно похолодало. – Это нормально?

– Для мира духов – да.

Одисса, не отрываясь, смотрела на пентаграмму.

– На что еще похож мир духов?

Мила подлетела поближе ко мне.

– Он странный, – ответила я.

Я тоже пристально вглядывалась в пентаграмму, ожидая какого-нибудь знака от Филиппы: густые черные волосы, когда-то такие же блестящие, как у меня, или, может, изумрудные глаза, темные швы на щеке.

– В мире духов все такое же, как у нас, но… другое.

Бо хмыкнул и оглядел каждый уголок кухни, пытаясь высмотреть того, кто смеялся.

– Спасибо, сразу все понятно стало.

– Своими экспериментами Фредерик нарушил равновесие и законы природы. Я не ведьма и не знаю, как все действует, но в канун Дня Всех Святых миры пришли в движение. Могу лишь предположить, что все стало хуже после воскрешения Филиппы.

Я бросила взгляд на Лу, которая покачивалась на ногах и увлеченно слушала меня. Рид покрепче сжал ей руку. Как и я, он был хмур.

«Что-то не так, Селия, – сказала она мне тогда в парке Бриндель, где деревья почернели и погибли. – Моя магия больна».

– Предположить? – пораженно переспросил Бо.

Я пристально на него посмотрела.

– Вообще-то, я не была в мире духов со Дня Всех Святых. Понятия не имею, как он сейчас выглядит, и, откровенно говоря, даже знать не хочу. – Я перевела взгляд на Лу. – А ты что думаешь? Ты… почувствовала что-нибудь после ритуала Фредерика?

– Что-то происходит, – сказала Коко прежде, чем Лу успела ответить. Она указала на кристаллы льда вокруг пентаграммы. – Может, еще раз попробуем? И чтобы никто не мешал.

Она посмотрела на Бо, который в последний раз обвел взглядом кухню и плюхнулся на стул. Он сдался. Однако руки Рида и Одиссы он не выпускал.

– Ну, продолжайте, – проворчал он.

– Филиппа, если ты меня слышишь… – заговорила я громче, чтобы заглушить шум бури. – Я получила твое послание и оценила нож в спину. Правда, у меня возникли… вопросы.

Как и прежде, сестра ничего не ответила. В наступившей тишине Лу встретилась со мной взглядом. Возможно, она ощутила, как сдавило у меня в горле. Может быть, увидела, как напряглись мои плечи, как побелели пальцы, сжимавшие руки Одиссы и Коко. Одисса поморщилась, и я медленно выдохнула и ослабила хватку, а Лу ободряюще улыбнулась. Я попыталась улыбнуться в ответ. Искренне попыталась, вот только где-то в глубине души хотелось закрыть глаза, стереть пентаграмму и забыть обо всем.

– Пиппа? – повторила я.

Кристаллы продолжали разрастаться.

Когда сестра так и не ответила, я ощутила разочарование и вместе с тем облегчение. Эмоции волной окатили меня. Раздался очередной раскат грома, и пламя свечей заплясало. Возможно, Бо был прав. Возможно, наш замысел был обречен на провал с самого начала. Глупая затея. Филиппа швырнула в меня нож, так с чего я решила, что она появится? Потому что я попросила? Я отбросила желание посмеяться над собой, пентаграммой и свечами с запахом меда. Никогда у меня не получалось уговорить сестру что-то сделать, с магий или без. Все было как раз наоборот.

«Тебе не кажется, что ты уже слишком взрослая для этих игр?»

Детские воспоминания, зажатые между мыслями о сломанной музыкальной шкатулке, серебряном кинжале и открытом окне, теперь лишь терзали. Острая тоска по той жизни, которая могла быть у нас – которая должна была быть, – если бы только у нас хватило смелости попробовать.

Снова сверкнула молния, и в ослепительно-ярком свете что-то промелькнуло на лице Рида. Что-то белое, похожее на скелет. Мысли у меня спутались – в животе все ухнуло, словно я оступилась, – но, когда я, не веря своим глазам, поморгала, все вернулось на круги своя. Череп под кожей исчез.

«Хватит уже, Селия! – укорила я себя. – Сосредоточься!»

– Почему кровь Коко не призвала ее? – спросил Рид. – Я думал, магия… привлечет ее. Притянет к нам.

Одисса задумчиво посмотрела на пентаграмму, словно на загадку, которую не могла разгадать. Она не замечала, как ее волосы покрывались льдинками. Остальные, однако, все видели. Бо изумленно на ее уставился.

– Благодаря крови Филиппа должна была пересечь разрыв, подобно тому, как Селия проецирует себя во время сна. Видимо, если она не хочет или не может прийти к нам, кровь не в силах заставить ее появиться перед нами.

Когда снова вспыхнула молния, пряди моих волос заколыхались у лица. Я уцепилась ногой за стол, чтобы не упасть.

– Не знаю, что происходит, – произнесла я с беспокойством, – но такого не должно быть. Лучше нам остановиться, а то еще…

Пламя свечей взметнулось вверх.

Мы тут же все отпрянули. Глаза у нас расширились, когда стол начал вращаться, поначалу медленно, потом все быстрее и быстрее, а свечи разлетелись в разные стороны. Однако они не упали, а зависли в воздухе, словно жуткие пальцы кукловода, и воск закапал на головы Рида и Бо.

– Ай! – Бо вскочил из-за стола, разорвав круг, и схватился за свою роскошную шевелюру. – Прекрати, Лу! Это несмешно…

– Это не я! – Лу, покачнувшись, поднесла руку к носу, из которого закапала кровь.

Одисса едва не сломала мне руку, когда я подскочила, и силой усадила меня за стол. Я перестала дышать. Лу в ужасе попыталась остановить кровь магией, однако вместо этого со взмахом руки завяли пионы. Они сморщились, словно от какой-то болезни, и колени у Лу подкосились. Рид поймал ее, а вспышка молнии озарила кухню и их черепа.

Коко хотела подойти к ним, но, сделав всего один шаг, замерла. Веки у нее затрепетали, глаза закатились. Бо в ужасе подскочил к ней.

– Коко…

При следующем раскате грома она содрогнулась всем телом. Потом заморгала и помотала головой.

– Все хорошо, – заверила Коко, растерянно вытирая кровь, сочащуюся из уха. – По крайней мере, я так думаю…

– Что происходит? – Лу дико озиралась по сторонам, пытаясь подняться. – Селия, Мила все еще здесь?

Я не решилась открыть рот, чтобы ответить.

– Не знаю, что творится! – Мила рухнула на пол, словно мешок с картошкой, но никто, кроме меня, ее не слышал. – Как… тяжело, – удивленно произнесла она. – Селия, завеса… нужно…

Пальцы мои соскользнули со стола. Мелисандра выскочила из-под дивана и кинулась в ноги Бо. Чертыхнувшись, он упал на колени, пытаясь не задеть кошку, но той уже рядом не оказалось. Взвыв, она подлетела в воздух, как свечи прежде, и зависла над нами. Мой стул подпрыгивал среди медных котелков.

Бо резко отмахнулся от свечи, летевшей на него.

– Нужно закрыть разрыв!

Верно. Я призвала Филиппу какой-то странной магией и сейчас не могла шевелиться, дышать, а Лу и Коко прижались к окну, ежась при каждой вспышке молнии. У них шла кровь. Рид встал на стул, чтобы спасти Мелисандру, но, кажется, и его одолела слабость. Мила изумленно смотрела, как ее руки окрашивались янтарем. Одисса теперь напоминала жуткую ледяную скульптуру, ее красота стала ярче и резче, а льдинки в волосах сверкали подобно бриллиантам. Стол так и вращался. Поднялся ветер, сквозь который Бо пытался встать на ноги.

– Селия…

Внезапно из пентаграммы вырвался белый свет, и нас обдало порывом холодного ветра.

– Не двигайтесь! – велела Одисса, однако Мила уже повернула голову в сторону пентаграммы. Ее глаза распахнулись от ужаса.

– Кто-то идет, – прошептала она.

Невольно я подалась вперед. К горлу подкатила волна жара, когда я наклонилась.

– Филиппа? – спросила я.

Никто не ответил. Когда странный свет исчез, казалось, даже сама комната затаила дыхание. Свечи мигнули еще пару раз, а затем невидимая сила погасила их.

Все разом.

Повисла тяжелая тишина, гнетущая и неестественная, будто огромный зверь, пробудившийся от глубокой спячки и сделавший первый вдох.

– Зараза, – дрожащим голосом произнесла Лу. – Вот же зараза…

Тишина выдохнула, и кухню наполнил резкий запах роз и дыма от свечей. Он потянулся к нам, как пальцы в темноте, и обвился вокруг моей шеи. Задыхаясь, я всхлипнула.

«Не Филиппа».

Чувствуя неимоверный ужас, я отшатнулась, желая выдернуть руку из хватки Одиссы, пытаясь разорвать связь и найти глазами пентаграмму. Одисса, однако, не выпустила моей руки, и даже вампирским зрением я не смогла ничего разглядеть в этой темноте. Тьма была непроницаема. Если бы не рука Одиссы в моей – словно она тоже цеплялась за меня изо всех сил, – мне бы показалось, что мы погружаемся в небытие. В бездну.

– Что это? – Голос Бо внезапно заглушил скрип стульев, бешеный стук сердец.

В следующую секунду Бо врезался в меня и обхватил нас с Коко.

– Все будет хорошо… – поспешно заверила она.

Однако даже в ее голосе слышался ужас. Биение ее сердца участилось, оглушая меня. Насыщенный аромат ее крови смешался с запахом дыма и роз. Голова у меня закружилась от безумного калейдоскопа ощущений. Коко сжала мне руку. Сердце Бо билось у моей щеки. Такое теплое. Завораживающее.

– Селия, сосредоточься.

Одисса до боли сжала мне руку, но я не могла остановиться. Глаза ничего не видели, а запах просто ошеломлял. Сейчас я ощущала на вкус розы, страх, магию. Клыки выросли, когда что-то зловонное проползло по коже – скорее ощутила какое-то присутствие, нежели почувствовала прикосновение или запах. Словно чей-то взгляд. Кто-то смотрел на меня. Нет. Кто-то нашел меня, и тяжесть этого взгляда грозила подавить мою волю, желая, чтобы я тоже превратилась во тьму. Глаза начали закатываться.

– Сосредоточься на моем голосе, – уже громче сказала Одисса, а Лу и Рид, пошатываясь, пробирались сквозь темноту в поисках света. – Тебе нужно закрыть завесу…

– Спички на каминной полке, – подсказал Рид.

– Их здесь нет…

За окнами вспыхнула молния, осветив руку в перчатке в пентаграмме.

Казалось, весь воздух из комнаты испарился.

– Что это… – в ужасе начала Коко, но в эту секунду рука взметнулась к нам.

Оглушительный раскат грома расколол ночное небо. Стол затрясся. Медный котелок с грохотом упал на пол. Комната снова погрузилась в темноту. Рука схватила меня за рукав, но Одисса молниеносно отдернула меня в сторону.

Рука шлепнулась на Бо.

Сдавленно выругавшись, он отскочил назад, а Коко пронзительно закричала. Какое-то быстрое движение потревожило тьму. Я не понимала, ни где нахожусь, ни что мне делать, и налетела, кажется, на Рида. Пламя свечей снова вспыхнуло, теперь еще ярче и горячее прежнего. Оно осветило размазанную пентаграмму. Тяжело дыша, Коко склонилась над ней. Ее ладонь, которой она стерла линии пентаграммы, была в крови. Коко прервала ритуал и изгнала руку в перчатке.

По-прежнему ощущался аромат роз… и темнота. Она застилала мне глаза, покрывала пятнами лица Рида и Одиссы, которые с беспокойством смотрели на меня.

– Селия? – Рид вгляделся в меня и ухватил за локоть, чтобы я не упала. – В чем дело? Тебе нужно присесть?

– У меня… – мои веки затрепетали, а ноги едва не подкосились, – нет сил.

«Как странно».

– Это все твои надпочечники. – Одисса ухватила меня за другой локоть и повела к столу.

«Завеса».

Она все еще витала в воздухе, и я, не видя ее краев, потянулась к ним и неуклюже соединила, а потом снова оперлась на Одиссу. Все уставились на нас, и она пояснила:

– Надпочечники вырабатывают гормоны, связанные с напряжением, а длительное напряжение повышает аппетит. – И уже мне сказала: – Ты же ничего толком не ела со дня своей гибели.

– Дело не в этом, – слабо возразила я.

Что бы сейчас ни произошло, оно показалось мне знакомым, словно я уже сталкивалась с нечто подобным, но… как такое возможно? Я замотала головой, и перед глазами все заплясало. Лишь однажды я видела тьму, подобную этой. Лишь однажды я пережила такое.

– Жамевю[2]2
  Жамевю (от французского jamais vu – «никогда не виденное») – состояние, когда привычное и знакомое вдруг кажется чужим.


[Закрыть], – тихо произнесла Лу.

Она втиснулась между шкафчиком и очагом и, скрестив руки, согнулась пополам, словно пыталась исчезнуть. За окном разыгрался ветер. Он завывал, бился о стены и окна, словно хотел дотянуться до нас, прорваться сквозь зловещую темноту кухни.

– Я тоже это почувствовала.

– Никогда не виденное, – сказала Одисса.

В ее глазах вспыхнуло любопытство, и она достала свою маленькую коробочку. Открыла крышечку, запустила внутрь всю руку, порылась там несколько секунд и вынула огромный фолиант. Бо раскрыл рот. Одисса перелистывала тонкие страницы, пока наконец не нашла, что искала.