Текст книги "Кот в ужасе"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kot-v-uzhase-12873.jpg)
Автор книги: Ширли Мерфи
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Возле центрального стола, где разливали шампанское, стояли Макс и Чарли. Они разрезали свадебный торт и, слегка перемазавшись в сахарной глазури, поочередно откусили – он от её кусочка, а она от его. Вся процедура была должным образом запечатлена дюжиной фотокамер. Мурлыча, кошки переглянулись. Толпу окутывало облако доброты, движения людей были неторопливы, голоса спокойны. Повсюду разливались волны самых теплых чувств, порожденных едва не случившимся бедствием.
Они увидели Райан и Далласа, которые возвращались из полицейского участка; Райан хотела посмотреть на юного бомбиста. Она подошла к Чарли, стоявшей у столика. Кошки подбежали к ним и устроились рядышком на дорожке возле кадок с геранью. Даллас переговорил с Харпером, затем направился в сторону церкви – взглянуть на работу сапёров. А сам Харпер, оставив молодую жену с гостями, быстро направился к участку. Чарли предстояло привыкнуть к нескончаемой череде подобных разлук И ожиданий, раз уж она вышла замуж за полицейского.
Райан присела, коснувшись руки Чарли.
– Ты бледна.
– Со мной всё в порядке. Так это тот самый мальчишка?
– Тот самый. Даллас его знает. Его зовут Кертис Фарджер.
– Сын того парня, которого посадили Даллас с Максом? – спросила Чарли. – Он должен был оставаться у матери на побережье. Видимо, на её заботу нельзя полагаться.
Суд над отцом Кертиса закончился всего три недели назад. Джерарда Фарджера приговорили к шести годам за организацию производства незаконных препаратов и добавили ещё шесть лет – по два года за каждый из трёх эпизодов хранения наркотиков. Лаборатория, которую он собрал, располагалась в сарае за небольшой лесной хижиной вне пределов Молена-Пойнт. Сейчас это строение было оцеплено жёлтой полицейской лентой С предупреждающими надписями; оно так смердело, что наперника тоже подлежало сносу. И хотя химическое и лабораторное оборудование было оттуда вывезено, каждый квадратный сантиметр пола и стен хибары сочился запахами, ядовитыми как цианид.
– Я рассмотрела его в участке через одностороннее зеркало – сказала Райан. – Мне казалось, я знаю этого мальчика, и Даллас сводил меня посмотреть. Пацан взглянул на меня, словно первый раз видел. Я сказала ему, что наводила порядок в кузове и нашла крошки и обертки от «Херши» в складках брезента.
– Погоди, я что-то не въезжаю. При чем здесь это?
Райан засмеялась.
– Не знаю, что происходило в моем пикапе, но кто-то там побывал. Должно быть, когда я возвращалась из Сан-Андреаса или в ту ночь, когда я уже добралась до дома. Я спросила его, приехал ли он сюда с гор. Он только вытаращился на меня, а когда я поднажала, сказал: «Тебе что, сука, бензина жалко? Так на мой вес ты сильно не потратилась». – Райан покачала головой. – Он ни капли не похож на того милого невинного мальчика, каким прикидывался, пока вертелся возле стройки Джейксов.
– Ты и вправду уверена, что это тот самый мальчик?
– Тот же. Те же прямые чёрные волосы с чёлкой, такой же лихой зачёс на левую сторону. Широкая кость, грязные квадратные ногти. Те же угольно-чёрные глаза и прямые брови с тонкими волосками. – Райан криво усмехнулась. – Он был таким вежливым, когда приходил с друзьями к моему трейлеру. А сейчас, хотя он грубит и смотрит с ненавистью, мне кажется, он испуган.
– Он и должен быть испуган, – сказала Чарли. – Он влип в нешуточные неприятности.
– Даллас звонил матери Кертиса. Она сказала, что мальчика дома нет, что он ушёл в кино. Чтобы десятилетний мальчик ушёл в такое время и кино один? Даллас спросил, в какой кинотеатр и на какой фильм пошёл её сын. Она не знала; по её словам, он ей говорил, по она забыла. Сказала, это та картина, которая сейчас идёт в городе. Что там только один кинотеатр с единственным кинозалом. Полагает, что мальчик вернётся домой к полуночи. Райан покачала головой. – Десятилетий ребёнок мотается среди ночи по улицам. Даллас хочет съездить к ней утром, поговорить.
Чарли кивнула.
– Если этот старик – отец Джерарда Фарджера и дед Кертиса… На его арест выписан ордер. Макс и Даллас уверены что эти двое заправляли в лаборатории вместе. Но когда Фарджера арестовали, старик бесследно исчез. Так вот теперь, если есть какая-то связь с Сан-Андреасом, это новый серьёзный след. Тогда очень может быть, что наше путешествие на Аляску сорвётся.
– Очень жаль.
Чарли покачала головой.
– Что бы ни решил Макс, я соглашусь. Мы можем съездить в круиз позже. Этого старика надо остановить. Когда проходила облава, вторая комнатка в лачуге Фарджера, где он, наверное, прятал мальчика, была пуста. Только железная койка у стены, старый матрас на полу и детская одежка. Её забрал уполномоченный по делам несовершеннолетних после ареста, когда отправлял парнишку к матери. Никаких следов старика. А во время процесса Джерард не сказал ни слова о том, что в этом деле участвовал его отец.
Райан пожала плечами.
– Всего-навсего преданность семье. А эти Фарджеры были частью какой-то более крупной организации?
– Макс так не считает, – скривилась Чарли. – Скорее, семейный бизнес. Фарджер явно полагал, что сможет организовать небольшие поставки, не привлекая внимания ни копов, ни картеля.
Райан засмеялась.
– Рано или поздно картель узнал бы о нём и снёс бы эту лабораторию или прибрал себе, заставив Фарджера подчиняться и выполнять приказы.
Обе молодые женщины знали о могущественном мексиканском наркокартеле, который действовал в районе залива Сан-Франциско,
– Ему ещё повезло, что Макс арестовал его: за решеткой он в большей безопасности, А марихуану он тоже выращивал?
– Это сейчас выясняет Управление по контролю за наркотиками, – сказала Чарли.
Картель использовал доходы от продажи метамфетамина для финансирования поставок марихуаны по всему штату. С точки зрения служителей закона, этот криминальный спрут, мерзкий и агрессивный, словно моровая язва охватил всю Калифорнию, разрушая семьи и отнимая жизни. В лесах национальных заповедников и других отдаленных районах плантации марихуаны охранялись вооруженными бандитами, стреляющими без предупреждения. Они так рьяно защищали свои посевы, что какой-нибудь охотник на оленей или турист, оказавшись не в то время не в том месте, рисковал навеки исчезнуть без следа.
А токсичные отходы из лабораторий, где синтезировали «винт», сбрасывались в водосточные канавы, а затем уходили в океан, просачивались в водохранилища и грунтовые воды, где годами накапливались, отравляя плодородные земли и убивая всё живое вокруг. И тот, кто считает, будто изготовление «винта» никому не вредит, кроме самого наркомана, мягко говоря, заблуждается.
– На тебе и впрямь лица нет, – мягко сказала Райан. – Не стоит нам говорить на эти темы. Ты не хочешь сменить обстановку, пойти куда-нибудь в более тихое место и прилечь?
– Я в порядке, – буркнула Чарли. – Обойдусь без лежания.
Но это было не так. Страх всё ещё не отпускал её.
Чарли казалось, что она вполне оправилась от пережитого, пока её мысленному взору не предстала картина, от которой она уже никак не могла избавиться: вот она идет по газону, окруженная друзьями, каждый из которых знает и любит её; они стоят стеной, готовые в любую минуту защитить её, и вдруг лужайка, на которой стоят Вильма и Даллас, уходит у них из-под ног и из-под ног остальных гостей, собравшихся поближе к молодожёнам…
Ей снова стало очень холодно, руки дрожали.
Райан обняла её и прижала к себе. Чарли тряхнула головой:
– Извини. Запоздалая реакция.
– Думаю, это нормально. Ты не обязана проявлять чудеса стойкости и бесстрашия только потому, что твой муж полицейский.
– А стоило бы.
Они переглянулись, прекрасно понимая друг друга. В этот момент к их столику подошли Вильма и Клайд.
С наступлением вечера стало прохладно, и Вильма набросила на плечи голубую кашемировую шаль. При ней была вязаная сумка, с которой она обычно ходила в магазин. Сумка оттопыривалась и дергалась, едва не вырываясь из рук.
Клайд нёс две картонные тарелки, на которых были сложены горкой крошечные бутербродики, ломтики мяса и салаты. Одну тарелочку он поставил на стол, а другую – под стол, к ней тотчас направились Джо и Дульси. Из сумки выскочила Кисуля и последовала за ними, чтобы не проворонить своей доли.
– С Корой Ли всё в порядке, – сказала Вильма. – Что-то, видимо, упало ей на голову, но сотрясения нет. Хотя её всё-таки на ночь оставили в клинике – на всякий случай.
Той весной Кора Ли случайно оказалась свидетелем ограбления и убийства. Она тоже пострадала: сильный удар в живот привел к разрыву селезёнки; повреждённый орган пришлось удалить. Темнокожая артистка боялась, что не сможет петь; об этом она позже рассказывала друзьям. Однако этого не произошло – она даже сумела исполнить ведущую роль в постановке «Шипы из золота» на сцене местного театра. Её импровизированным партнером стала Кисуля, и с тех нор пьеса неизменно пользовалась успехом у публики.
– Даллас хочет передать Кертиса Фарджера отделу, который занимается несовершеннолетними, – сказал Клайд. – Но у них при пожаре сгорело здание, и они не принимают новых детей. Они своих-то еле пристроили по разным временным помещениям, а там с безопасностью не очень. Он взглянул на Чарли, Максу надо пошевеливаться, иначе ты отправишься в круиз без него.
– Может, мы просто проведём несколько дней в Сан-Франциско, а круиз перенесём на следующую весну.
Прежде чем сесть на теплоход, они проведут три дня В «Святом Франциске», где у них уже забронирован номер. В данным момент эта мысль приободрила Чарли.
– Как ты можешь отменить такой круиз? – сказала Вильма. – Даже Макс…
Нахмурившись, она посмотрела на Чарли. Вильме хотелось чтобы её племянница и Макс сели на корабль и уехали в глубь континента, подальше от семейки Фарджеров.
– У Макса есть какой-то знакомый, – сказала Чарли. – Оформляя эту поездку, он договорился, что, если произойдет что-нибудь непредвиденное, мы сможем отказаться.
Она взглянула под стол, где пировали кошки. Джо и Дульси ели аккуратно и благовоспитанно, а малютка чавкала так громко, что Райан, тоже заглянув под стол, не удержалась от смеха.
Наконец кошки разделались с угощением, включавшим тарталетки с сыром, салат из морепродуктов, жареное мясо с кровью, ягненка с карри и свадебный торт. После этого они разлеглись в ногах у своих хозяев и принялись неторопливо умываться, тщательно приводя себя в порядок от усов до хвоста. Можно было сбегать к участку и взглянуть на Кертиса Фарджера, но они слишком наелись и удобно устроились. Вдобавок Джо сомневался, что им удастся услышать что-нибудь стоящее. Скорее всего у Кертиса уже выспросили всё, что можно было, и дальнейшие допросы будут проводиться только в присутствии уполномоченного по делам несовершеннолетних. Разглаживая лапой усы, Серый Джо размышлял о правах, которые закон предоставляет малолетним преступникам.
Никому не хотелось верить, что десятилетний ребенок намеревался – и почти сумел – устроить массовое убийство. В глазах закона Кертис и его дед будут считаться невиновными, пока их вина не доказана. Но Серый Джо, наоборот, будет считать их виновными, пока они не докажут обратного. Если ты нападаешь на добропорядочных людей с выпущенными когтями, то они наверняка будут защищаться.
Сегодня днем в церкви, до взрыва, – сказала Чарли, – я чувствовала себя так, будто мне снова девятнадцать – так была растеряна И напугана. А после взрыва… всё изменилось, и мне показалось, что Я вообще никогда не была девятнадцатилетней. – Она потерла руки, словно пытаясь их согреть.
– Была какая-то причина, и весьма серьёзная, почему бомба взорвалась преждевременно, – сказала Райан. – Что заставило этого мальчишку сбежать? Из-за чего он споткнулся и упал? Трудно было рассмотреть, листья мешали. Ему ещё повезло, что он себе ничего не сломал, свалившись с крыши. Отделался синяками да ещё ветками лицо поцарапал. – Она посмотрела на Клайда. – Как ты считаешь, он бы действительно взорвал бомбу, если бы не упал? Думаешь, он нажал бы ту кнопку?
Клайд, Чарли и Вильма старались не смотреть друг на друга. Все думали об одном и том же: видел ли кто-нибудь, как Кисуля набросилась на парня?
– Пацан нажил себе уйму неприятностей, внезапно отказавшись от этой затеи, – сказал Клайд. – Сварганил он эту бомбу сам или это дело рук старика – сомнительно, что десятилетний мальчишка так сразу будет делать то, что ему говорят. А если старикан заставил его лезть на крышу, если он угрожал Кертису…
– Судя по твоим словам, он бы мог это сделать, – сказала Райан. – Но тут вмешалась Судьба. Как будто ангел-хранитель Макса и Чарли уберег их, а заодно и всех нас.
Вильма подняла свой бокал с шампанским.
– За этого особенного ангела! И пусть наши ангелы-хранители никогда не оставляют нас.
При этом ей не было нужды заглядывать под стол, чтобы убедиться, – этот самый «ангел» сидел там, прижавшись к её ноге. К тому же ангел так страстно мурчал, что Вильма явственно ощущала рокот, сотрясавший маленькое мохнатое тельце.
Глава 6
Блюда с угощениями опустели, свадебный торт был съеден или роздан гостям. Лакомые кусочки, завёрнутые в салфетки и унесенные домой словно талисманы, призваны были навеять владельцам счастливые сны. Пустые бутылки из-под шампанского собрали и сложили в мешки, столы и стулья погрузили в стоявшие наготове фургоны. В ночной тишине заросшая травой аллея под сенью деревьев была пустынна и тиха и казалась Клайду и Райан болезненно одинокой. Машин оставалось совсем немного. По пути к автомобилю Райан взяла Клайда за руку.
Молодожены отправились в Сан-Франциско, где в «Святом Франциске», лучшем отеле города, был заказан номер для новобрачных. Они шутили, не поехать ли им на «Шевроле» Макса; обсуждали также вариант с наемным лимузином, но сочли это чрезмерной роскошью. Пусть пикап не был пределом мечтаний, зато был безопасен на шоссе, а в городе его можно было оставить на стоянке на время круиза. У них было три дня, чтобы насладиться достопримечательностями Сан-Франциско, а потом они переберутся в каюту шикарного лайнера и отправятся в путешествие до Аляски – или же Макс решит, что не может уехать из-за необходимости расследовать дело со взрывом, и они вернутся домой.
Возможно, медовый месяц продлится всего три дня, – грустно сказала Райан; она почти наверняка знала, что решит Макс.
– Что бы они ни предприняли, они счастливы, – сказал Клайд, подводя её к машине Далласа.
Он обнял Райан, пожелал ей доброй ночи, посмотрел, как она садится в машину рядом с Далласом, а затем запрыгнул в свой открытый жёлтый автомобиль, чтобы проехать три квартала до лома. Райан с дядей направились к ней, чтобы собрать мелкие улики, возможно, оставшиеся в грузовике. Странным было то, что мальчишка, который увязался с ней в поездку И прятался пол брезентом, чтобы она не увидела его через заднее окошко кабины, должен был точно знать, когда она уедет из Сан-Андреаса. Ведь, чтобы дождаться её, он добрался туда сам, вероятно, автостопом.
Клайд ехал домой, с тревогой размышляя о Джо, Дульси и Кисуле. Наверняка они ухватятся за это дело зубами и когтями.
Но взрыв бомбы – это не кражи в магазинах, не домашнее насилие и даже не бытовое убийство. Расследование любого террористического акта – задача чрезвычайно опасная. И можно было с уверенностью сказать, что Серый Джо вцепится в это дело, словно клещ в собаку.
Но никакого способа остановить его, кроме домашнего ареста, Клайд не видел.
Джо заявлял, что Клайд не имеет права даже попытаться запереть его. Возможно, он прав. Несмотря на то, что Клайд хотел защитить Джо, кот был разумной тварью, а любая разумная тварь обладает свободой воли. В подобных дискуссиях Джо всегда оказывался победителем.
Поставив машину на дорожке у дома, Клайд потратил несколько минут, чтобы поднять верх старинного «Шевроле». Неторопливо совершая привычные действия – вытягивая и расправляя брезент, закрепляя многочисленные резиновые втулки, он думал, каким странным и удивительным образом изменилась его жизнь. Разве мог он предвидеть такое прежде, там, в Сан-Франциско, когда возвращался однажды вечером с работы и остановился у водосточной канавы, заметив комочек серого меха среди пустых винных бутылок и прочего мусора? Потянувшись к мертвому, как казалось, котёнку, разве мог он тогда знать, какое чудо находится на расстояния вытянутой руки?
Он поднял этот безвольный комочек, завернул в свой шерстяной шарф и направился к ближайшему ветеринару; и кто мог вообразить тогда, какой необыкновенный поворот событий вскоре изменит всю его жизнь? А ведь он держал в руках существо с необычайными способностями, зверя, подобною которому, возможно, не видел ещё ни один человек, по крайнем мере в наше время.
Ни один человек, кроме Вильмы.
Клайд так и не нашёл объяснения, почему именно он и Вильма стали хозяевами Джо и Дульси. Они с Вильмой были большими друзьями ещё со школьных времен, когда она училась в старших классах, а ему исполнилось восемь. И хотя Вильма за время своей работы в Службе по надзору за условно освобожденными несколько раз переезжала, да и Клайд менял место жительства, они оставались верны этой дружбе.
Но как и почему эти удивительные звери попали к ним? Дульси говорила, что это было предначертано судьбой. Клайд не любил рассуждать о подобной чепухе, впрочем, как и Джо. Мысль о том, что некая сила, неподвластная его разумению, поместила этих кошек туда, где им предстояло встретиться, лишала его сна и покоя.
И всё же…
«Судьба», – говорила Дульси.
Ни Клайд, ни кот не верили в предопределения; оба твердо считали, что жизнь такова, какой ты сам её делаешь. И всё же…
Войдя в гостиную и включив слабую лампочку у передней двери, он увидел Джо, который спал в своём изодранном кресле. Задрав все четыре лапы и выставив белую грудь и белый живот, серый кот лежал на спине и похрапывал. Он явно объелся на вечеринке. Должно быть, он ушёл раньше, вернулся домой и отключился. Несчастная жертва обжорства. Клайд зажёг вторую лампу.
Джо проснулся и, сверкнув глазами, уставился на Клайда.
– Обязательно было так делать? Одной лампы недостаточно? Я только засыпать начал!
– Ты дрых без задних ног и храпел при этом как бульдог. А почему ты не на охоте? Объелся свадебным тортом? И где Дульси?
– Она повела малютку домой. Не хочет, чтобы та охотилась одна. – Джо перекатился на другой бок, а затем, впившись когтями в подлокотник, потянулся так сладко, что Клайд и сам почувствовал, как его позвоночник растягивается, приводя в движение каждую косточку, каждую связку. – Она беспокоится за Кисулю, боится, что старик видел, как она напала на мальчишку, и вернётся, чтобы отыскать её.
Клайд сел на тахту. Эта мысль не показалась ему неправдоподобной. Однажды убийца уже преследовал Джо и Дульси из-за их необычайных талантов. Если Кисуля расстроила планы старика, не догадается ли он, с какой кошкой имеет дело? Не привёдет ли его гнев к мести? Клайд внимательно посмотрел на Джо.
– И где вы собираетесь её прятать?
– Думаю, у Коры Ли Френч, когда та выпишется из больницы. С того самого спектакля они здорово подружились. В большом доме, который приобрели эти четыре пожилые дамы, чтобы поселиться там после выхода на пенсию, есть тысяча укромных уголков. Там, на краю каньона, любая кошка в случае чего легко скроется среди кустов и деревьев. В такой глухомани старик никогда её не найдет.
– Ну да. От него-то она сбежит – прямиком к рысям, койотам и прочим кугуарам.
Джо дернул плечом.
– Мы в этих каньонах время от времени охотимся, и никогда никаких проблем не было.
Клайд зашёл в ванную, снял пиджак и ослабил галстук. Бессмысленное дело – спорить с котом. Он слышал, как Джо увесисто спрыгнул на пол и потрусил за ним в спальню. Он взглянул на Клайда и нетерпеливо запустил когти в персидский ковёр, выжидая, пока хозяин снимет с постели покрывало.
Кровать они честно делили пополам. Однако нельзя же требовать от кота, чтобы он сам разбирал кровать на ночь?
Ворча, Клайд стянул покрывало с постели. Джо мгновенно очутился в середине одеяла и принялся умываться, ожидая неизменной нотации: «Твоя часть кровати находится не посередине. А что касается того каньона, ты не можешь предвидеть все возможные опасности. Ты помнишь того горного льва? А завывания койотов отлично слышны по ночам. Да и стаи енотов…» Однако нравоучений не последовало. Джо перестал умываться и воззрился и Клайда.
– Ты слишком опрометчив, ведь речь идёт о нежной юной жизни котёнка.
– Ничего подобного. И вообще твоя мнительность оскорбительна – и для меня, и для Кисули. Она знает, как сбежать, если почует зверя. – Клайд не ответил. – Вот что бы делал ты, если бы находился в горах, а к тебе подбирался кугуар? – спросил Джо. – Если у тебя есть хоть капля здравого смысла, ты бы просто держался от него на расстоянии.
– Я бы свалил оттуда поскорее. Кроме того, во мне всё-таки не пятнадцать сантиметров роста, – он недовольно взглянул на Джо. – Ты иногда такой… Вы, кошки, порой так…
– Раздражаете, – ухмыльнулся Джо. – Кошки иногда бывают такими упрямыми и неразумными.
Повернувшись спиной, он утоптал подушку, придав ей форму удобного гнездышка. Когда он устроился, пригрелся и замурчал, Клайд снял рубашку. Джо снова сел, уставившись на голую спину Клайда, на запекшуюся кровь и свежие раны.
– Что с тобой стряслось? Похоже, у тебя была бурная ночка.
– Не хами, – Клайд изогнулся, стараясь рассмотреть в зеркало свою спину. – Это Кисулина работа – она ведь взлетела мне на плечо, чтобы предупредить насчет бомбы.
Джо смотрел, как Клайд копается в верхнем ящике комода в поисках лекарства, которое он использовал, когда пожилому ретриверу Руби или одной из кошек случалось пораниться. Клайд нашел мазь и принялся, неловко повернувшись, смазывать ею царапины.
– Доктору Фиретти было бы любопытно узнать, как ты пользуешься его предписаниями. А ты не боишься через эту мазь подцепить что-нибудь от Руби или от нас, кошек? Чесотку, например, или стригущий лишай? А то и ещё похуже, что-нибудь древнее и неизлечимое?
– Угомонись, Джо. У меня ничего другого нет. Я же знаю, как с этим обращаться, и не… – он уставился на открытый тюбик, на свои пальцы, и слегка побледнел.
В аптечной шкафчике есть йод, – сочувственно подсказал Джо. – Ты им пользовался, когда Руби порезал лапу, но тогда ты налипал его в крышечку.
Завернув тюбик, Клайд бросился в ванную. Джо услышал шум льющейся поды – Клайд под душем старательно смывал с себя опасное лекарство. Когда он снова вышел, от него резко пахло йодом. Воздержавшись от комментариев, Джо отвернулся и закрыл глаза. Вскоре он уже спал крепким сном, а Клайд ещё долго лежал в темноте, тревожно размышляя о древних и неизвестных болезнях.
Прожектора заливали светом подъездную дорожку возле гаража Райан и стоявший там новый красный пикап. Новый не потому, что только что с конвейера, машине было уже года два. Новым он был для неё. Впрочем, машина находилась в превосходном состоянии и пробег был совсем небольшим. Великолепная рабочая лошадка с ящиками для инструментов по обоим бортам и прочной рамой на крыше кабины, позволявшей перевозить лестницы и длинномерные стройматериалы.
Забравшись в кузов, Даллас опустился на колени и осмотрел брезент, который она накануне вечером тщательно вытряхнула и аккуратно сложила, легкомысленно уничтожив улики.
Но не все. Даллас подобрал пинцетом несколько минных чёрных и коротких серых волосков, которые, как он надеялся, принадлежали старику.
– Мне нужно забрать брезент в лабораторию.
– Возьми, у меня есть ещё один.
Она наблюдала, как Даллас завершает осмотр. Когда он закончил поиск отпечатков и запер машину, она поднялась в дом, чтобы приготовить кофе. Наполняя кофейник, она подумала, что вряд ли может рассказать что-то существенное про Кертиса Фарджера или двух его друзей. Она попыталась вспомнить имена других мальчиков, сообразить, с какой стороны они приходили, припомнить обрывки разговоров, которые помогли бы Далласу понять, где жил Кертис. Время близилось к полуночи, а она так мало спала предыдущей ночью, что теперь ей стоило больших трудов держать глаза открытыми. Пока кофе закипал, она прошла в гардеробную и сменила костюм и туфли на шпильках на мягкий тёплый халат и шлепанцы. Мысль о том, что мальчишка проехал в фургоне две сотни миль без её ведома, одновременно злила и забавляла её. Ушлый малый, ничего не скажешь.
Неужели бомбу действительно заложил парнишка? А если так, он сделал это по собственному желанию или по принуждению?
Пацан уже не был несмышленышем и вполне способен отличить хорошее от дурного, он мог отказаться от участия в таком деле, даже если бы получил приказ от взрослого. Что же он собой представляет? Это ребёнок, который боится рассердить старика, или маленький мерзавец, которого возбуждает предвкушение гибели сотен людей?
Ответа у неё не было. По мысль о ребенке, испорченном каким-то странным, с позволения сказать, воспитанием, тяготила её.
Вернувшись в кухню, она увидела, что Даллас достает из холодильника коробку с песочным печеньем. Он уже снял форменную куртку, расстегнул ворот рубашки, налил в чашки кофе и поставил на стол сахар и сливки. Они уселись поудобнее, как в те времена, когда она была ещё ребенком и у неё возникали какие-то проблемы в школе или ей в сотый раз хотелось послушать старые семейные истории о том, как Даллас и её мать росли в небольшом семейном поместье среди виноградников к востоку от округа Напа,
Они проговорили так до часа ночи, обсуждая мальчика; Райан описала домик Джейков в горах, к которому она добавила новую большую комнату, а бывшую гостиную превратила в хозяйскую спальню. Они оба довольно хорошо знали местность у подножия холмов и их склоны, которые зимой оставались зелёными до первых снегопадов и снова зеленели по весне, пока летнее солнце не выжигало их до золотисто-коричневого оттенка, не трогая лишь темно-зелёные заплатки сосновых перелесков. Разбросанные там и сям летние домики лепились к склону по соседству с более старыми хижинами; поскольку эти домишки были лишены канализации, они стояли возле водосточных канал, и оттуда далеко не всегда открывался красивый вид на окрестности. Было там и несколько крупных предместий, удалённых от основных дорог, типа того, которым владели Марианна и Салливан Ландо. Поместье в Сан-Андреасе было огромным, а на отделку дома ушло умопомрачительное количество мрамора. Это было совсем не похоже на их простой коттедж в Молена-Пойнт, работу над которым только что закончила Район.
– Хорошо, должно быть, иметь такие деньги, – сказал Даллас. – Говоришь, три дома, в том числе один в Сан-Франциско?
– И очень неплохие, по-моему, – кивнула она. – Но при всём при том Ландо не кажутся счастливыми.
Даллас разломил печенье пополам.
– А парнишка… У тебя нет предположений по поводу того, где он мог жить? Откуда вообще все те ребятишки?
– Из дома дорогу не видно, поэтому точно сказать не могу, я не видела, с какой стороны они приходили.
Она знала имена двух других мальчиков, но никогда не слышала их фамилий.
– Эти дети никогда не говорили о своих семьях. Они болтались там после школы, как будто им просто по пути; раз или два приходили в выходные. Они казались довольно открытыми и приветливыми. Поначалу Кертис действительно расспрашивал, откуда я и чем занимаюсь, – она искоса взглянула на Далласа. – Он казался… Когда я сказала ему, где живу, он вроде как ненадолго задумался, но попытался это скрыть. Мы были очень заняты, и у меня это быстро вылетело из головы. – Она посмотрела на Далласа. – Ты думаешь, он уже тогда решил прокатиться со мной? Считаешь, он уже давно всё это спланировал? Но что он там делал? Как он туда попал? И неужели старик тоже ехал с ним? От этой мысли я чувствую себя полной дурой. Как можно было не заметить этих двоих в машине! – Райан покачала головой. – Неужели это я их привезла, чтобы они заложили бомбу?
– Как только мы получим ответ из лаборатории, скорее сего, начнем проверять магазины в Сан-Андреасе – хозяйственные, аптеки, продуктовые. Так, возможно, мы проследим, откуда поступали ингредиенты для нарколаборатории. Вряд ли мы выйдем на след крупных закупок на побережье. Мы побывали в лачуге Фарджера и обнаружили там, на минуточку, запас антифриза, йода, аккумуляторной кислоты и пятьдесят пачек таблеток от простуды. Не говоря уже о целой груде пустых упаковок, сброшенных в яму. Но никаких заявлений или свидетельств о росте местных продаж не поступало. Не исключено, что они и бомбу там же схимичили.
Райан взглянула на него.
– Я везла сюда ингредиенты для бомбы?! В своём грузовике?!
Даллас пожал плечами.
– В этом нелегко будет разобраться. Например, сульфат аммония. На бомбу пошло бы немного по сравнению с тем, сколько может использовать фермер.
– Это же ужасно, Даллас, если я перевозила части для их бомбы!
– В котором часу ты уехала из Сан-Андреаса? Тебе потребовалось часа четыре, чтобы добраться до дома?
– Уехала я часов в семь вечера. Дорога заняла пять часов. Я остановилась в городе, чтобы погрузить окна, которые купила у одного торговца антиквариатом. Он сказал, что дождется меня. На полпути я заехала в кафе перекусить. – Она представила себе мальчика, свернувшегося под брезентом, мёрзнущего на ветру, истекающего слюной от соблазнительных ароматов жареной картошки и бургеров. – Почему же я не видела его? Как я могла погрузить стекла и не… – она умолкла и задумалась, потом посмотрела на Далласа. – Когда я устанавливала витражи, продавец дал мне картон, чтобы переложить их, поэтому брезент мне не понадобился. Я бросила его в сложенном виде возле заднего борта. Тогда в грузовике никого не было.
– Ты погрузила окна, что потом?
– Я пошла в магазин отдать владельцу чек.
– В кузове ещё оставалось место?
– Стекла были закрыты изоляционным материалом типа пенопласта и стояли впереди. А задняя половина кузова была пуста.
Даллас продолжал расспрашивать её. Зевая, она рассказала ему все подробности, которые смогла вспомнить. Её попутчики могли залезть в кузов, пока она медленно отъезжала от магазина. В темноте она бы их всё равно не заметила.
– С кем ты ещё там встречалась?
С поставщиками стройматериалов. С представителями строительной инспекции. С парнем, который клал камин. С местным риелтором, который хотел предложить мне ещё одну перестройку. Некий Ларн Вильямс, у него есть лицензия, работает самостоятельно.
– Ты приняла предложение?
– Он хочет переговорить со своими клиентами, – она снова зевнула. – Думаю, я всё-таки откажусь. Похоже, его интересует не только работа.
Даллас поднялся.
– Всё, ты уже с ног валишься. Я удаляюсь.
Она усмехнулась.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?