Читать книгу "«Империя Кремль». Крепость или крепостная система?"

Украиной не кончится…

3 сентября Владимир Путин и Петр Порошенко обсудили шаги по урегулированию кризиса на юго-востоке Украины, после чего Путин опубликовал 7 шагов по стабилизацию ситуации. Номинально все хотят скорейшего прекращения войны на Украине и полноценного мира. Только мир этот каждый понимает сугубо по-своему.

Россия, она же Кремль, она же Путин, хочет переформатирования Украины. Чтобы эта страна не вступала в НАТО, а определенная часть ее территории находилась под неформальным контролем (мягче: влиянием) Москвы. Путин считает, что об этом он должен договориться с США и Евросоюзом, как патронами Киева, а украинский президент Петр Порошенко – с лидерами сепаратистов, т. е. самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР).

Украина, она же Порошенко, не хочет никакого переформатирования и не понимает, как и о чем ей говорить с ДНР и ЛНР, которые она же объявила террористическими организациями.

США и Евросоюз выражают по всем этим поводам глубокую озабоченность, но столь же глубоко садиться за стол переговоров с Россией не спешат: дескать, Украина – независимое государство, оно должно само решать свою судьбу, вы-то здесь, ребята, при чем?

Ребята же склонны полагать, что у них есть рычаг давления на другие стороны с целью принуждения к переговорам на почти кремлевских стартовых условиях. Этот рычаг – российские войска и вооружения, которые всегда способны «заблудиться» в окрестностях ДНР-ЛНР. Не случайно «ополченцы» начали больно бить украинскую армию как раз накануне минской встречи, и военные успехи их, еще недавно почти разгромленных, продолжаются по сей день.

Причем пытливым наблюдателям ясно, что одной лишь Украиной дело не кончится. Ведь потом Кремль посчитает, что надо предотвратить вступление в НАТО Молдовы – а значит, как-то легализовать в качестве российской территории Приднестровье. Да и Азербайджану быть в евроатлантическом альянсе нежелательно – а для воздействия на этот сюжет есть замороженный конфликт в Нагорном Карабахе.

В общем, праздник далек от финиша. Советская империя, недоразвалившаяся в 1991 году, окончательно уходит в историю именно сейчас. И Российская Федерация, как морально-психологический правопреемник этой империи, требует компенсации и за ее крушение, и за утрату своего лидерства в постимперском мире. Поиск компенсации уже породил войну, которая неизвестно, когда и на какой территории закончится.

Так что выиграл от минской встречи, пожалуй, один лидер – Александр Лукашенко. Он предстал миротворцем и смог убедить приехать в Минск важных еврокомиссаров, несмотря на то, что против Белоруссии действуют санкции ЕС. Из «последнего диктатора Европы», как его еще недавно называли, Александр Григорьевич уверенно превращается в предпоследнего.

2014 г.

Во всем виновата Америка

Год назад, 21 ноября 2013 года, в Киеве начался Евромайдан. Мы все, конечно, знаем, что это был проект США по смещению законной украинской власти, истинная цель которого – зверски насолить Российской Федерации, лишив ее традиционного влияния на драгоценную страну-соседку. Как и многие американские провокации международного значения, Евромайдан удался. Потому что США – страшная сила, которой весьма трудно сопротивляться. А желание Вашингтона принизить непокорную РФ неизменно нарастает в пространстве/времени.

Впрочем, Россия не проглотила американскую обиду просто так, чем она неоднократно грешила в своем постсоветском прошлом. В ответ на Евромайдан мы присоединили Крым, а потом поддержали доведенных киевскими властями до отчаяния жителей Донецкой и Луганской областей, решивших с оружием в руках отстоять свою автономию вплоть до де-факто отделения от Украины.

Такова официальная версия. Есть и другая. Неофициальная. Всю ответственность за ее содержание автор этих строк берет на несчастного себя.

Дело, по Белковскому, было так.

В феврале 2010 года президентом Украины был избран Виктор Янукович. Избрали его честно, без фальсификаций. Во всяком случае, никто всерьез не жаловался. Конечно, кроме проигравшей те выборы Юлии Тимошенко. Но у Юлии Владимировны, как правило, так: если она не выигрывает – значит, все не по-честному.

Путь Януковича к главному украинскому креслу был тернист и извилист. Впервые его объявили президентом страны еще 10 лет назад – в ноябре 2004-го. Но Украина объявила этот факт не соответствующим действительности. Собрался первый Майдан. Верховный суд Украины при негласном одобрении уходившего, но еще не ушедшего президента Леонида Кучмы признал наличие фальсификаций при подсчете избирательских голосов и назначил повторное голосование во втором туре, вошедшее в историю как т. н. «третий тур» выборов президента. И там уже Янукович уступил Виктору Ющенко порядка 8 % голосов. После чего почти единодушно был признан политическим трупом.

Но труп оказался жизнелюбив. Человек, пришедший в политику из самых донецких низов, прошедший два сеанса тюремного заключения, захотел отомстить времени и человечеству за унижение-2004. И показать, что вполне способен восстать из гроба во имя больших свершений. Что вскоре Януковичу и удалось. В 2006 году, воспользовавшись непримиримым конфликтом между вождями «оранжевой революции» Виктором Ющенко и Юлией Тимошенко, он стал премьер-министром. То есть, в условиях парламентско-президентской республики, – фактически главным человеком в стране. В 2007-м он этот пост, правда, потерял. Но извлек из очередной неудачи полезные уроки.

К выборам-2010 Виктор Федорович подошел как компромиссный кандидат, не враждебный гражданским свободам и правам человека, искренний украинский патриот, спокойная, конструктивная альтернатива труднопредсказуемой и ненадежной Юлии Владимировне. Умудрившейся за время своего премьерства (декабрь 2007 – февраль 2010) серьезно подпортить себе политическую репутацию. И многие верили, что Янукович образца 2010 года – это вовсе не то же самое, что он же, но в 2004-м.

Однако, сделавшись-таки главой государства, Янукович решил поставить эксперимент: можно ли совершенно и полностью узурпировать украинскую власть, и так, чтоб тебе за это ничего не было?

Поначалу эксперимент шел успешно. Первым шагом Янукович вернул себе большие президентские полномочия, предусмотренные Конституцией 1996 года и отмененные в 2004-м. Ничего страшного не случилось – никто не восстал. Потом отправил в тюрьму г-жу Тимошенко и несколько членов ее бывшего правительства. И здесь Украина отнюдь не взорвалась. Наконец, в 2012-м, после очередных парламентских выборов, В. Ф. сформировал кабинет министров, почти полностью подконтрольный его семье (в прямом смысле последнего слова). По признанию экс-соратника Януковича Юрия Бойко, бывшего вице-премьера по ТЭКу, главным специалистом по кадрам в стране стал сын президента Александр Янукович по прозвищу Саша-Стоматолог (такова его первая специальность) – без одобрения этого молодого джентльмена ни одно серьезное назначение не обходилось.

Украина отреагировала на такую постепенную узурпацию унылым раздражением, которое вылилось в драматическое падение рейтинга Януковича. По данным соцопросов на ноябрь 2013-го, на выборах-2015 В. Ф. был обречен проиграть любому из соперников-оппозиционеров: Виталию Кличко (рейтинг боксера был тогда максимален), Арсению Яценюку, Юлии Тимошенко и даже радикалу Олегу Тягнибоку. Но – при условии честного подсчета голосов, в который верилось все меньше. В общем, страна, более или менее согласившаяся с умеренным Януковичем в 2010-м, вовсе не хотела видеть его у себя на шее в образе диктатора.

К тому же «семейный» кабинет уверенно вел страну к экономической катастрофе. Потому что при определенном уровне коррупции уже не может сойтись ни один бюджет, независимо от благосклонности конъюнктуры. И тогда Янукович решил затеять хитрую игру с целью выжать из зарубежных партнеров – неважно каких – большие деньги на спасение украинской экономики и себя вместе с ней. Он вроде как уверенно (во всяком случае, так казалось) двинулся в направлении подписания соглашения об ассоциации Украины с ЕС. Послав сигнал, что хочет получить от богатой Европы $160 млрд (не меньше!) на проведение больших реформ. Параллельно В. Ф. начал непубличный торг с Россией на тему: если дадите много денег и скинете цену на газ – могу с Европой ничего не подписывать. И своего он почти добился: Москва согласилась дать Киеву $15 млрд за счет нашего Фонда национального благосостояния и снизила газовую цену на целых 40 %.

И тогда Янукович сорвал подписание соглашения с ЕС. Причем с особым цинизмом, в последний момент, стремительно отказавшись от всех своих прежних обещаний. Данных не столько Европе, сколько своей собственной Украине. Активная часть украинского общества восприняла такое поведение президента как уже открытый плевок в национальное лицо. Что и стало детонатором взрыва, т. е. Евромайдана. Хотя, если б не соглашение об ассоциации, Майдан случился бы все равно. Ибо не вопрос интеграции с Европой был на самом деле главным в повестке дня. А упорное нежелание украинцев жить при диктатуре, под властью беспредельных в своей наглости жуликов и воров.

Мне кажется, Янукович, с его развитой тюремной интуицией, уже год назад почувствовал, что дело его пахнет керосином. Но уцепился за власть, понимая, что ему, в отличие от старика Кучмы, уйти по-хорошему не получится: слишком уж много делов наворочал за неполные 4 президентских года.

Сначала он хотел запугать майдановцев пакетом репрессивных законов (приняты 16 января 2014-го). Потом – прямой физической силой посредством вернопреданных войск. Многие многомудрые наблюдатели (помните?) каждый день повторяли, что уличные протестанты вот-вот не выдержат давления и разойдутся. Что запах крови перебьет тягу к свободе. Но Майдан победил, а Виктор Федорович закономерно слился: 21 февраля подписал бумагу о возвращении Конституции-2004 и досрочных выборах президента, а 22 февраля и вовсе бежал. По маршруту, как позже выяснилось, Харьков – Крым – Ростов-на-Дону. Так закончился проект украинской узурпации.

Мы все, конечно, знаем, что, избавившись от мегакоррумпированного тирана, Украина ввергла себя в пучину бедствий. Из-за Майдана страна потеряла Крым, почти потеряла Донбасс, втянулась в настоящую горячую войну, на которой уже погибли тысячи человек. И, конечно, оказалась перед лицом больших экономических лишений: газ снова дорогой, а разухабистых средств ФНБ РФ Киеву больше не выделяют. И те же самые люди, что год назад и чуть позже предрекали Майдану скорое поражение, снова успокаивают нас: потерпите немного – и Украина вовсе перестанет существовать, т. к. она не государство даже вовсе, а какое-то историческое недоразумение.

А мне кажется, что считать Украину недогосударством если и можно было, то только до Евромайдана. Но не после. Народ, который может победить страх смерти ради свободы, заслуживает безусловного права на то, чтобы быть и жить в истории. Что же до войны и лишений – то за все в этом мире, как мы знаем, приходится платить. А свобода – самый дорогой товар на мировом рынке. Ее баррель гораздо дороже нефтяного.

И лично мне нимало не жалко украинцев. Их выбор можно считать плохим или хорошим, но он логичен, последователен и внутренне непротиворечив.

Нет, я отнюдь не идеализирую новую, послемайданную украинскую власть. За ней уже замечены и ошибки, и глупости, и много еще чего. Но эта – как и все последующие власти, которые на Украине когда-либо будут, – знает, что на нее есть управа. Майдан, если что, всегда может собраться вновь. А значит, вариант позднего Януковича – клептократическое всевластие по лекалам третьего мира – невозможен.

Наверное, все это очень плохо, и в этом всем виновата Америка. Конечно, Америка. Кто сильный – тот и виноват, тому и за все отвечать.

2014 г.

Год Украины в России

Под Новый год о реальности своего существования напоминают не только Дед Мороз и Санта-Клаус. Но и бывший президент Украины Виктор Янукович, который дал пространное интервью газете «Аргументы и факты».

Где именно имела место беседа, так и осталось неясным. Видимо, страх за единственную жизнь по-прежнему мешает г-ну Януковичу раскрывать свои точные координаты. Но по смыслу экс-президент оказался достаточно ясен.

Тезис первый. Я был очень хорошим президентом.

При мне (с февраля 2010 по февраль 2014 г.) на Украине стабильно выплачивались зарплаты и пенсии, гривна стоила вдвое дороже нынешнего, Крым оставался на своем политико-географическом месте. Все неприятности страны начались с того момента, когда злые враги вынудили меня бежать, т. е. с 22 февраля уходящего года. После меня украинский народ с каждым днем живет все хуже и хуже.

Тезис второй. Я ни в чем не виноват.

Я не хотел крови и не отдавал никаких кровавых приказов. Силовой разгон студентов 30 ноября 2013-го и последующие войсковые атаки на Евромайдан – провокация, устроенная, видимо, тогдашним главой администрации президента Сергеем Левочкиным (доверенным лицом Януковича на протяжении 10 лет, 2003–2013 гг. – С. Б.).

Слухи, что я, дескать, профинансировал стартовый этап войны на Донбассе, лишены оснований. Во всей и всяческой войне повинен Александр Турчинов, который с конца февраля по начало июня был и. о. президента.

Тезис третий. Я не подписал соглашение об Ассоциации Украины с Евросоюзом, потому что Европа не захотела мне за это платить. А мне важно, чтобы платили. Я же не лох какой-нибудь.

Тезис четвертый. Физическая жизнь В. Ф. Януковича – самый драгоценный актив человечества.

Я мог бы во времена Майдана выйти к народу и поговорить, но не сделал этого, ибо меня могли убить. Я бежал 22 февраля, потому что меня могли убить. Я не отдавал войскам никаких широкомасштабных приказов, т. к. меня могли убить.

Тезис пятый. Никакой большой коррупции при мне не было.

Семья Януковича ничего не украла. Зарубежных счетов у нас с сыновьями не было и нет…

Конечно, выслушав это, легко предположить, что Виктор Федорович издевается. Или откровенно держит аудиторию за сообщество милых идиотов.

Но я так не думаю.

Во-первых, всякий человек, особенно президент, не самым обычным образом покинувший свой пост, нуждается в самолегитимации. Проще говоря, в стратегическом пожизненном самооправдании. И он обязан убедить в своей полной правоте, граничащей с тотальной невинностью, не только окружающих, но прежде всего себя.

Во-вторых, маска прирастает к лицу. Голый король действительно считает себя прекрасно одетым – и он нимало не лжет, когда это утверждает.

Так что Янукович транслировал нам правду – свою личную выстраданную правду низложенного лидера.

На его правду мы могли бы возразить, например, что Виктор Федорович последовательно шел путем узурпации власти, отправил по тюрьмам своих политических оппонентов (Юлию Тимошенко, Юрия Луценко и др.), что именно при нем казнокрадство достигло пределов, для украинской экономики невыносимых, что он не просто сорвал подписание соглашения об Ассоциации с ЕС, но сделал это с особым цинизмом, демонстративно плюнув в лицо и своему народу, и зарубежным партнерам, – и всем этим превратил себя в фигуру, совершенно для Украины неприемлемую. Ни по каким параметрам. И что, конечно, специально-расстрельные приказы силовикам мог отдавать только президент, а никакой не Левочкин.

Но у нас нет задачи повторять совершенно очевидные вещи. Зачем дергать политический труп за нос, тем более что его попытка приподнять голову из гроба ничем серьезным завершиться не может? Мы лучше оглянемся назад и посмотрим, чем стал в итоге для Украины 2014 год. Который – учитывая резко повышенное внимание наших государственных СМИ к сопредельно-братским делам – по праву можно считать годом Украины в России.

Точка зрения, что Украина стонет под бременем тяжелого экономического кризиса, вполне оправданна. Национальная валюта действительно упала почти вдвое, инфляция скачет, растут тарифы на газ, свет и общественный транспорт. Премьер-министр Арсений Яценюк прямо признает, что в случае существенного похолодания в стране возможны массовые отключения электричества.

Правительство Яценюка внесло в парламент весьма непопулярный проект бюджета. Где предусмотрено всемерное сокращение социальных расходов на фоне всеобщего и многократного роста все тех же тарифов.

Запад, с одной стороны, готов финансово поддержать страждущую Украину. Но – постепенно и в обмен на реальные реформы европейского образца. До щедрости, с которой Россия пыталась прошлой зимой спасти Януковича – помните, $15 млрд обещанного кредита и $3 млрд экстренно выданного, снижение газовых цен на 40 % и т. п., – Америке и Европе ой как далеко.

Если посмотреть на заданную тему наши федеральные телеканалы, то Украину ждет неминуемая экономическая катастрофа уже в ближайшие месяцы. С намеком: вот тогда прижимистый украинский народ поймет, что в очередной раз обманут Западом, и воленс-ноленс развернется лицом к России! Если, конечно, Россия на этот раз захочет встречно развернуть холеное обиженное лицо.

Но на все это хочется задать ленивый контрвопрос: ну и что? Не хлебом же единым, в конце концов.

Финансовое положение страны, на территории которой идет настоящая горячая война (недавно президент Петр Порошенко заявил, что расходы на нее составляют 100 млн гривен, т. е. примерно $6 млн в день), и не может быть устойчивым. Не говоря уже о том, что за всякие реформы, требующие расставания с советской социальной системой, приходится платить. Много.

Зато на Украине состоялись-таки признанные всеми, включая РФ, свободные президентские выборы – в мае, когда победил Порошенко. И свободные парламентские выборы – в октябре. Когда блок Порошенко, вопреки ожиданиям, занял в командном зачете второе место. Мы, возможно, мечтаем и еще долго будем мечтать о таких выборах, а на бедной Украине они уже вполне себе происходят.

Кроме того, в 2014-м исчезло долговременное и жесткое политическое разделение Украины на Запад и Восток. Раньше ведь было как: в русскоязычных регионах (Восток, Юг) побеждали строго одни кандидаты на выборные посты, а в украиноязычных (Центр, Запад) – прямо противоположные. В мае Порошенко взял первое место во всех областях, принимавших участие в голосовании. А на октябрьских выборах Верховной рады Оппозиционный блок, созданный бывшими соратниками беглого Януковича, хоть и получил некоторое большинство в ряде регионов Востока и Юга, но далеко не абсолютное – и потому его представительство в парламенте оказалось скромным (29 мандатов из 450).

В общем, панически покинув Киев в феврале, Виктор Янукович открыл-таки своей стране европейскую дорогу, за что экс-президента, возможно, стоит поблагодарить. Разумеется, Украина стоит лишь в начале этого пути. Который неизбежно окажется трудным, как всякий путь к вершине, требующий подъема центра тяжести. Но, как гласит увековеченная для русского языка Иосифом Бродским китайская пословица, дорога в тысячу ли начинается с одного шага. И всякое тяжелое усилие всегда вознаграждается – лучше идти вверх, превозмогая боль и усталость восхождения, чем бесконечно валяться у подножия горы, рассуждая, что так удобнее и спокойнее.

Нет никакого резона идеализировать новые украинские власти. Петр Порошенко, Арсений Яценюк и иные, которых привел в правящие кабинеты Майдан, – люди старой элиты, порождение прежней системы. Они одной ногой хотят идти в Европу, но другой, насколько можно судить сегодня, – еще планируют постоять в старой реальности, где коррупция определяла логику важнейших государственных решений. А лояльность чиновника оставалась куда важнее его честности и эффективности.

Но стать такими, каким был президент Янукович, они все равно не смогут. Майдан дышит им в спину. И если что – Украина переживет еще одну революцию. Не поморщится.

Нам говорят, что добровольческие батальоны, созданные для войны в Донбассе, представляют собой угрозу для легальной украинской власти. И что в новом году возможен бунт регулярных войск, недовольных снабжением армии и сопутствующим старорежимным воровством. Вероятно, так оно и есть.

Но важнее все же другое. В 2014-м Украина своей кровью заслужила право на перемены. На национальное государство европейского образца. И оно там у них появится. Когда – другое дело. Как говорил немецкий социал-демократ Эдуард Бернштейн, конечная цель – ничто, движение – всё.

2014 г.