Текст книги "Караван"
![](/books_files/covers/thumbs_240/karavan-169833.jpg)
Автор книги: Stephen Goldin
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
ГЛАВА 2
«Экспресс почта сегодня совершенно ненадежна», – утверждает Журнал Уолл Стрит. Например в прошлом месяце, в районе Принс-Джордж, штат Мэриленд, исчез целый почтовый ящик, что принесло головную боль ряду жителей. Миссис Эрнест Драмхеллер, живущая в Клинтоне, штат Мэриленд, говорит, что она вернулась из отпуска и обнаружила, что ее телефон был отключен, потому что чек об оплате не дошел до телефонной компании. Решение проблемы обошлось ей в 10 долларов. Несколько клиентов Народного национального банка в Клинтоне прекратили оплату по чекам, потому что опасались, что чеки были в пропавшем почтовом ящике....
Los Angeles Times
Среда, 11 Сентября, 1974
* * *
Общение – это один из элементов «Большой тройки» любой цивилизации. Люди и организации могут взаимодействовать только в той мере, в какой они могут общаться друг с другом. Если общения мало или нет вообще, то между сторонами зарождается подозрение, ненависть и конфликт. По мере того, как связь улучшается, между сторонами возникает доверие, и мирное взаимодействие становится возможным.
...Во времена древних греков под управляемой политической единицей понимался город/государство, и его размер определялся тем, может ли человек обойти его за один день. Это гарантировало, что каждый житель каждый день осведомлен о текущих событиях. К соседним городам-государствам, с которыми общение было гораздо менее частым, относились с недоверием.
Коммуникация сегодня мгновенна практически в любой точке земного шара. Именно это позволило нам развить нашу цивилизацию. Но, создавая эту сеть, мы, возможно, слишком увлеклись. Это как резиновая лента, которую растянули так сильно, что она треснула, шлепок, который она нам даст будет острым и болезненным ....
Питер Стоун Всемирный коллапс
* * *
Когда Питер приблизился к первому транспортному средству, он был поражен, увидев, что это броневик, который раньше перевозил деньги в банки и магазины. Он казался приземистым и зловещим, его квадратная серая форма была очень впечатляющей. Глаза Питера привыкли к темноте и от яркого света фар, ему стало даже больно, но ему удалось разглядеть, что второй автомобиль тоже был бронирован. Остальные автомобили позади него были лишь тусклыми силуэтами, Питер не мог сказать, сколько их было или как они выглядели.
Из второго грузовика вышла худощавая фигура и пошла навстречу к Питеру. Это был Куджо Уилсон. «Рад, что ты дождался, – сказал он, открывая дверь на пассажирской стороне кабины грузовика, – разрешите мне вас представить».
Он просунул голову в кабину. «Хонон, это мой человек Питер. Питер, позволь представить тебе почтенного, уважаемого, неоценимого Израиля Баумберга».
В кабине светился небольшой фонарь с батарейным питанием, и Питеру было достаточно света, чтобы разглядеть человека, которого представлял Куджо. Даже сидящий, Израиль Баумберг был верзилой, с широкими плечами и мощными руками. Стоя, он должно быть был шесть футов ростом. Его волосы были прямыми и черными, коротко подстриженными почти под горшок. Его лицо было покрыто морщинами и шрамами, и больше походило на обработанную кожу, чем на человеческое лицо. Трудно было различить тон его кожи в слабом свете, но из строения черт его лица, Питер предположил, что этот человек был чернокожий. Рядом с ним стояла автоматическая винтовка и пулемет.
«Добро пожаловать в наш караван, мистер Смит. Входите.» Когда Питер вошел, тот посмотрел на него сквозь слабое свечение. «Или я должен сказать мистер Стоун? Это неожиданная честь»
Питер поморщился. Это признание было нежелательным, слишком много людей питали к нему плохие чувства. Но он забрался в кабину и сел на пассажирское сиденье.
«Позволь осмотреть твою руку», обратился мужчина к Питеру. «Куджо сказал мне, что ты ранен». Он аккуратно осмотрел рану. «Ну, выглядит не так уж плохо, но нам не нужны неприятные сюрпризы по пути, поэтому лучше было бы сразу обработать рану. Куджо, сходи и посмотри, свободна ли Сара? И заодно узнай, что там с ужином»
«Будет выполнено, хозяин», Куджо попытался изобразить пародию на чернокожих слуг и направился вдоль ряда машин, чтобы выполнить инструкции.
«Хороший парень этот Куджо. Тебе повезло столкнуться с ним. Он был офицером в отделе по борьбе с наркотиками полиции Сент-Луиса. Что касается меня, прежде чем ты начнешь задавать вопросы, мой отец был евреем, а моя мама была индеанкой, и я предпочитаю называть мое индейское имя, Хонон, что означает «медведь». Есть еще вопросы?»
«Да. Что все это значит?»
«Это», Хонон развел руками, чтобы охватить кортеж, выстроившийся за его автомобилем, – это караван, который мы с Куджо возглавляем по пути от сюда – туда».
«От сюда – категория, которая мне понятна, что значит «туда». Куда – туда?»
«Это долгая история, сейчас ты все узнаешь. Мы начали свой путь в Сан-Франциско и с трудом прорвались через все Калифорнийское побережье. Тебе очень повезло, что мы встретились; Мы шли по маршруту 101 и пропустили бы эту область полностью, если бы не землетрясение, которое разрушило дорогу к югу от Вентуры. Мы были вынуждены сменить маршрут и ехать через Санта-Паулу до пересечения штатов, то есть до этого самого места. Вероятно, мы останемся здесь на ночь и завтра продолжим путь.»
В этот момент в дверном проеме показалась голова женщины. Ей было лет сорок, со светлыми волосами и слегка пухлым лицом. «Мне сказали, у вас тут, кого-то нужно осмотреть», сказала она Хонону
«Так и есть. Питер, это доктор Сара Финкельштейн, она отвечает за здоровье членов нашего каравана. Сара, познакомься с пресловутым Питером Стоуном»
Питер снова вздрогнул при упоминании его настоящей фамилии. Доктор критически посмотрела на него. "Так так так. Человек, который оказался прав. Надежды нет совсем?»
«Ее уже давно нет»
«Полагаю, Вы правы. Ну, давайте посмотрим, что у Вас там?». Она взялась осматривать рану, бормоча при этом что-то себе под нос. «Прививка от столбняка есть?», спросила она
«Уже много лет не делал»
«Это был глупый вопрос, я знаю, но от старых привычек тяжело избавиться. Я Вам укол тоже сделать не смогу, у меня закончилась вакцина. Выглядит ваша рана не так уж плохо. Я просто еще раз почищу и забинтую. Вам будет немного больно, но жить будете. Мой следующий вопрос немного личного характера, но мне необходимо знать. У Вас есть венерические заболевания?»
Питер был поражен ее прямотой, но ответил, что нет. «Хорошо», сказала она. «Мы должны стараться держать наш племенной запас в чистоте». Без дальнейших разговоров, она тихо и эффективно обработала его руку, а затем оставила Питера и Хонона наедине.
«Прежде чем я начну свой рассказ, – сказал Хонон, – несколько фактов. Ты, без сомнения, знаком с достижениями в области криогеники и анабиоза»
Питер кивнул. «Я упоминал о них в своей книге».
«Да, прости, я забыл, я давно ее не перечитывал. Насколько я помню, ты ничего конкретного не говорил об этих исследованиях.»
«Это всего лишь бесполезная трата времени в попытке достичь бессмертия. Какое возможное преимущество можно получить, если заморозить кого-то, а затем разбудить через пятьдесят лет, когда в мире будет царить голод и дефицит? Люди из прошлого были бы совершенно беспомощны в новом мире, охваченном голодом, засухой, войной и чумой. Деньги и талант, которые были потрачены на это исследование, могли бы быть использованы на что-то другое».
«Возможно, – сказал Хонон, – но, быть может, эти исследования принесли плоды, о которых не подозреваешь даже ты».
«Например?»
«Не так быстро. Ты когда-нибудь слышал о звезде под названием Эпсилон Эридани?»
«Боюсь, астрономия никогда не была моей областью»
«И не моя. Но, к счастью, некоторые люди в свое время очень интересовались этой областью. Пару лет назад, прежде чем космическая программа полностью распалась, они провели эксперимент и назвали его спутниковым параллаксом, – не проси меня объяснить что это, я не смогу – и они обнаружили, что Эпсилон Эридани имеет целую группу планет, вращающихся вокруг ее орбиты, как наше солнце. Это было потрясающее открытие, но в мире на тот момент было много более насущных проблем и никто не обратил на него внимания.»
«Примерно в то же время один человек написал книгу. Это была сильная и значительная книга, и она испугала многих людей. В ней говорилось о закате цивилизации и возвращении к варварству из-за перенаселения, истощения сырья и общего разрушения инфраструктуры. Большинство людей были в ярости из-за этой книги, потому что в ней описывались факты, которых они боялись...»
«Ты мне говоришь об этом» – пробормотал Питер.
«…Однако нашлось несколько человек, которые задумались. Утверждения автора были бесспорными, но эти люди все-таки не хотели видеть конец цивилизации. Поэтому они начали думать об альтернативах»
«Я тоже, и меня возненавидели за это. Конечно, мои предложения были радикальными, но я имел дело с кризисной ситуацией. Мои планы, возможно, не сработали, но они не могли привести к худшей ситуации, чем, черт возьми, та, в которой мы сейчас находимся».
Хонон пожал плечами. «Кто знает? Но, эти люди увидели возмущение, направленное на вас, и решили выполнять намеченные планы тайно. Они подключили людей с большим влиянием, с большими деньгами, и несколько человек, которые обладали и тем, и другим».
«Это всегда помогает».
«И вот, они построили свой звездолет ...»
Питер ахнул. «Подожди минутку. Кажется, я что-то пропустил. Что это за звездолет?»
"Подумай об этом, используй свой исключительный ум. Если планете Земля пришел конец, то у нашей цивилизации есть шанс выжить только в другом месте, правильно? И где же это иное место? Разумеется, никакая другая планета в нашей Солнечной системе не располагает ресурсами для поддержания жизни колонии. Итак, нам остается только рассматривать в качестве варианта другие звезды, в частности, Эпсилон Эридани».
Питер собирался что-то сказать, когда маленькая девочка постучала в дверь грузовика. Она была темноволосая и не могла быть старше восьми или девяти лет. «Мистер Хонон, – сказала она, – у меня ужин для вас и другого человека».
«Спасибо, Мэри». Хонон потянулся к окну и взял у нее две чаши. «Осторожно, – сказал он Петру, передавая одну из них. «Они горячие». Маленькая девочка ушла.
Жидкость в чашах была консистенции между супом и тушеным мясом. В ней плавал картофель, горох, фасоль, морковь, соя и даже мелкие кусочки курицы – практически шведский стол по сегодняшним меркам. Живот Питера вруг громко заурчал ведь за целый день , у него был лишь скудный завтрак. Он взял ложку, которую предложил Хонон, и поместил эту смесь в рот, смакуя комбинацию вкусов. «Вы хорошо питаетесь», – сказал он Хонону
«Спасибо. Как я уже говорил, мы пытаемся спасти нашу цивилизацию, и одним из наиболее приятных аспектов – является хорошая еда. Мы делаем все, что можем, но даже это далеко не сбалансированная еда ».
«Люди сейчас готовы убить за такой ужин».
Хонон вздохнул. «Да, я знаю. Некоторые уже предпринемали пару попыток, поэтому мы предпочитаем использовать бронемашины для нашей экспедиции. Путешествие в эти дни – дело опасное.»
Оба мужчины некоторое время тихо стучали ложками, понимая, что их еда была буквально сокровищем в этом истощенном мире. Питер закончил первым и удовлетворенно откинулся назад
«Большое спасибо. Это была лучшая еда, которую я ел за последние несколько недель»
«Хочешь еще? Я могу попросить для тебя добавки.»
«Я не хочу истощить все ваши запасы»
«Мы в порядке на какое-то время. Вся задняя часть этого второго грузовика заполнена легко замороженными продуктами».
Питеру очень хотелось добавки, но он решил воздержаться. «Я не хочу слишком привыкать к богатой жизни», – сказал он. «Ситуация может резко измениться»
Хонон кивнул. «Это правда, но я предпочитаю наедаться вдоволь пока есть возможность. Я держал скот и знаю, о чем говорю»
«Ты значит скотовод?»
«Я очень много чем занимался. Я был лесничим, дальнобойщиком, фермером, плотником, мойщиком посуды – мне нравится пробовать что-то новое»
«А сейчас ты возглавляешь караван?»
«Ага. Я считаю так, человек должен всегда двигаться к чему-то. Не просто двигаться, одного движения недостаточно, нужно идти к конкретной цели»
«Твоя цель – это звезды?»
«Не сразу. Сначала я должен довезти эту милую тусовку до монастыря»
«До чего?»
«Так мы решили назвать нашу маленькую колонию. Так как именно монастыри сохранили знания в средние века, мы решили, что назовем нашу базу именно так. Уверяю тебя, это не имеет никакого религиозного значения. Мы все довольно терпимы. Просто трудно выжить сегодня, не вспоминая старые предрассудки»
«Это не останавливает большинство людей. Похоже, что фанатизм достиг высшей точки», – с горечью сказал Питер
Хонон пожал плечами. «Мне все равно, если они все перебьют друг друга. Как я вижу, нужно просто избавится от этого гена фанатизма».
«Где находится этот ваш Монастырь?»
«О, где-то там», – Хонон махнул рукой в восточном направлении. «Боюсь, я не могу сказать что-то более конкретное. Это место очень засекречено, и на это ест все основания. Мы живем слишком хорошо, и тем самым раздражаем множество людей. Если они узнают, куда мы направляемся, они придут и уничтожат нас. Вот почему я не могу сказать людям в караване, куда именно мы движемся – на случай, если они отделятся от нас, то не смогут нас выдать»
«Но если вы планируете межзвездную колонию, у вас должно быть очень много людей ...»
«По нашим подсчетам, около пяти тысяч».
Питер свистнул, – «Но это невозможно, спрятать столько людей».
«Мы справляемся», – улыбнулся Хонон
«Но заставить столько людей покинуть Землю не так просто. Как вы планируете это сделать?»
«Полетят не все. У многих из нас еще сохранилась сентиментальная привязанность к этому старому миру, и мы хотели бы остаться здесь и попробовать реабилитировать его, если сможем. Только три тысячи совершат перелет».
«Но даже в этом случае, что собираетесь делать с топливом?»
«В прошлом году или около того космической программой было сделано одно открытие, но оно не попало в прессу, так как она была занята освещением войн, дефицитов и т. п . Это открытие – ядерное топливо, которое позволяет поднимать большие грузы с небольшими затратами. Пилотируемых экспериментов пока не было, но наземные эксперименты довольно успешны.»
«Я не претендую на роль знатока астрономии, но я помню, как однажды увидел шоу в планетарии, и там говорилось, что потребуется тысячи лет, чтобы добраться отсюда до ближайшей звезды. Вы же не ожидаете, что колонисты будут жить так долго, и кроме того, одна только еда для трех тысяч человек заполнит несколько кораблей»
«Эти цифры, насколько я знаю, основывались на постоянной скорости. Вместо этого ядерный привод дает нам постоянное ускорение – одна десятая тысяч «ги», если быть точным. По последним оценкам, можно совершить полет всего за шестьсот пятьдесят лет»
«До даже если так…»
«Помнишь, что я говорил раньше о методах холодного сна? Колонисты будут заморожены перед взлетом и все, кроме экипажа корабля, будут спать, пока не приземлятся на новой планете. Это позволит сэкономить на продуктах питания и жилой площади, так как нам не нужно будет лишнее пространство для того, чтобы люди передвигались».
Питер помолчал, размышляя, «ты либо сумасшедший, – сказал он наконец, – либо самый безнадежный мечтатель, которого я знаю».
«Думаю, и то и другое. Мы живем во времена здравомыслия, в эпоху отсутствия мечт, и посмотри к чему это привело. Нет ничего более здравомыслящего, чем попытаться остаться в живых, и это именно то, за что все вокруг борются. Это их каждодневная рутина. Ни у кого вокруг нет времени на мечты. В результате все живут жизнью пограничного выживания, и ситуация только ухудшается. Что касается меня, я настаиваю на том, чтобы мы наконец посмотрели на небо и задались вопросом, что можно изменить. Фантазия может быть немного безумной, но никакое разумное существо не может долго прожить без нее.»
«Кроме того, – добавил он, указывая пальцем на Питера, – ты умеешь критиковать. Думаешь, я не вижу, что действительно скрывается за этой маской циника, которую ы носишь, как греческий трагик. Если бы ты не был мечтателем, если бы ты не видел мир, как вижу его я, то ты никогда не смог бы вместить в свою книгу весь тот огонь и гнев».
«Правда?» – спросил Питер, удивленно подняв бровь. Многие люди пытались проанализировать его через призму его книги.
«Циник – это просто разочарованный оптимист. Для того, чтобы стать циником, нужно иметь идеал и надежды, которые оказались не реализованы. Ты, Питер Стоун, просто мечтатель, у которого не было возможности реализовать свою мечту»
«Ты поэтому хочешь, чтобы я к вам присоединился, потому что я неудачник, и ты хочешь дать мне еще один шанс? Извини, можешь считать меня циником или кем угодно, но я в это верю»
Хонон покачал головой. "Совсем нет. Я хочу дать Человечеству еще один шанс, и я думаю, что ты мог бы помочь. Ты разбираешься в социальных явлениях, ты видишь альтернативы там, где другие их не видят, и ты не боишься говорить о них открыто. Если мы собираемся совершить этот полет, то нам просто необходим такой человек. Вот тебе и основные правила и описание работы. Мне нужен ответ от тебя прямо сейчас, я больше не буду к этому возвращаться. Ты готов принять мое предложение о работе?"
Питер не колебался ни минуты – «оплата, конечно не очень, но социальный пакет вроде ничего. Я согласен»
ГЛАВА 3
Миллиарды долларов были потрачены в последние годы на укрепление правоохранительной системы, но преступность продолжает расти, и многие американцы обеспокоены тем, что ситуация уже не будет взята под контроль…
Патрик В. Мерфи, бывший сотрудник полиции в Вашингтоне и Нью-Йорке, говорит следующее: «Факты есть факты. В наших городах слишком много нестабильности. Пока у нас есть безработица, разрушенные дома, алкоголизм, наркотики и проблемы психического здоровья, у нас будет преступность».
U.S. News & World Report
Июнь10, 1974
* * *
Преступность – это единственный выход для многих людей, единственная возможность справиться с проблемами, возникшими в обществе. В сложившейся ситуации, я предсказываю, что наша цивилизация переживет последний этап «закона и порядка». Все меры охраны порядка в текущих условиях носят характер репрессий и преследований.
Но самая большая опасность и реальная трагедия – это последствия, которые будут иметь эти меры охраны порядка для общества после коллапса. Их можно описать как ногу лягушки, продолжающую дергаться в конвульсиях после того, как тело мертво ....
Питер Стоун Мировой Коллапс
* * *
Питер провел ночь в кабине бронированного грузовика с Хононом. Долгое время они говорили, сравнивая опыт, который каждый имел в своих путешествиях по стране. Питер обнаружил, что Хонон регулярно ездил по стране в течение последних четырех лет, ведя свой караван. Картина, которую он рисовал, была не очень веселая. Трудности, голод и стычки были повсеместными на всей территории Соединенных Штатов. Чума еще не начала уносить жизни, но условия в городах были до такой степени ужасными, что антисанитария должна скоро привести к распространению болезней.
«В некотором роде, – сказал Хонон, – нам повезло, что Коллапс происходит во всем мире. Если бы еврейские партизаны не начали свою войну в России пять лет назад, русские, возможно, воспользовались бы нашей слабостью и вторглись на территорию США. Но с евреями внутри, с китайцами на границе и сокращением ресурсов, они находятся в еще худшей форме, чем мы ».
Через какое-то время боль в руке Питера, истощение и усталость от дневных забот принесли свои плоды, он откинулся на мягком кожаном сиденье и впервые за много дней заснул глубоким, умиротворяющим сном.
Хонон разбудил его вскоре после восхода солнца, потряс хорошенько его плечо. «Проснись и пой, – весело сказал он. «Пришло время завтракать и время, познакомится с людьми, с которыми ты проделаешь долгий путь в караване».
Питер вылез из кабины и впервые осмотрел караван целиком. Первые две машины в нем были бронивиками, и после той картины, которую описал Хонон по всей стране, Питер согласился, что караван должен быть подготовлен ко всему. В очереди был большой дом на колесах, рядом с которым собралась группа людей. За домом на колесах был синий и белый фургон Volkswagen, а за ним были еще три машины, все компактных размеров. Это должно быть выглядит как парад со стороны, подумал про себя Питер.
Когда Хонн вел его к дому на колесах, Питер спинным мозгом чувствовал тяжелые взгляды участников каравана. К этому времени они наверняка слышали о том, что к ним присоединился знаменитый новичок. Он задавался вопросом, как много людей среди них его уже ненавидят.
«Все, соберитесь», – призвал Хонон, и разговоры прекратились. «Я хочу представить вам наше последнее приобретение – Питера Стоуна. Все мы ему очень обязаны, потому что именно его книга подтолкнула наших людей к действиям. Без него не могло бы быть монастыря и никаких планов на корабль. Не стесняйтесь выразить ему нашу благодарность.
Питер был удивлен этим представлением и был еще больше удивлен, когда люди отреагировали, так как попросил Хонон. Сначала они нерешительно отступили, не зная как себя вести, но затем начали подходить, чтобы поздороваться и поприветствовать его в своем караване. Мужчины и женщины подошли, чтобы пожать ему руку, а дети смущенно улыбнулись ему.
«Извини, я не могу познакомить тебя со всеми лично», – сказал Хонон. «Я должен быстро взять свой завтрак и начать искать для нас сапожника».
«Сапожника?»
«Да, одного хорошего сапожника, которого мне порекомендовали в Монастыре. Он живет в центре Лос Анжелиса. Он увидел недоумение на лице Питера и продолжил объяснять. «Послушай, я полагаю, если бы ты занимался колонией, ты бы выбрал самых умных, самых интеллектуальных людей, которых только смог бы найти. Но я скажу тебе прямо, это не сработает. Конечно, нам нужны яйцеголовые – даже много яйцеголовых – но ты не построишь мир из врачей и ядерных физиков. В первой же ситуации, когда у вас полетит сантехника, у вас будут большие неприятности, потому что ее некому будет починить. Я должен набирать людей, которые были бы полезны в повседневных ситуациях. Люди, которые умеют производить то, что будет необходимо. У вас не будет заводов, где производится одежда; Вам понадобятся мастера, которые могут сделать хорошую обувь с нуля. Люди в этой поездке – это мешанина, конечно, но мы пытаемся спасти Человечество, а само человечество – это мешанина. Подумай об этом.»
Хонон вошел в дом на колесах и через мгновение появился со контейнером, двумя большими пригоршнями пшеничных тортов и сухофруктов. «Увидимся чуть позже», – сказал он Питеру. «Постарайся познакомиться со всеми. Ты обнаружишь, что они отличная группа». Он подошел к первому броневику, достал из багажника мотоцикл и поехал в город.
Пока Питер ждал в очереди завтрак с остальной группой, участники каравана начали подходить к нему и знакомиться. Он узнал Доминика и Джину Джианелли из Окленда, семейную пару, им обоим было около тридцати пяти лет. Дом, так назвал себя мужчина средних лет, оказался плотником и футбольным фанатом. «Похоже, что в ближайшее время не намечается много футбольных матчей», – пробурчал он. Питер мог только согласиться. У семьи Джианелли было пять детей, в возрасте от двух до десяти лет; Хотя он познакомился со всеми из них, ему было трудно всех запомнить, кроме Марии, восьмилетней девочки, которая принесла еду Хонону и ему накануне.
Он также познакомился с Биллом и Патти Лавочек из Сан-Луис-Обиспо. Семья Лавочек, обоим было около двадцати пяти, были женаты всего четыре месяца и все это путешествие представлялось им как захватывающее приключение – и хороший способ начать новую жизнь. Билл, машинист, был уверен, что его таланты будут востребованы в Монастыре и в новом мире.
Питеру представили еще Харви и Виллу Паркс. Харви, сантехник из Сан-Франциско, был маленьким, утомленным человеком лет под сорок. Манеры его были немного грубоваты, но по-настоящему дружелюбны. Вилла была на десять лет моложе его, тихая, похожая на мышку женщина, которая делала то, что ей говорили и никогда ни на что не жаловалась. У них было двое детей, девочка, семи лет, и мальчик – четырех.
Перед тем, как Питер подошёл к началу очереди, доктор, Сара Финкельштейн, подошла, чтобы спросить его, как его рука. Он сказал, что она болит, но пригодна для использования, и она попросила его сообщить ей, если будут проблемы.
На раздаче была японская пара, Чарли и Хелен Итсубу, обоим было около тридцати. Чарли назначили вести кулинарные дела, потому что он был профессиональным шеф-поваром. Как оказалось, он работал в любимом японском ресторане Питера в Сан-Франциско. Питер подумал, о том, насколько талантливым Чарли должен быть человеком, если ему удалось в таком молодом возрасте подняться так высоко в кулинарных кругах, – и похвалил его. Чарли улыбнулся и извинился, что раздача не такая элегантная, как ему хотелось бы. Он подкинул Питеру дополнительный пшеничный пирог и подмигнул ему.
Когда Питер ушел из импровизированной столовой , Дом Джанелли махнул ему рукой, подзывая его сесть с ними и разделить трапезу. Питер сделал это с радостью; Слишком долго он был без общения и теперь наслаждался им на полную катушку. Куджо ударил его по спине, когда он сел, обменялся приветствием с семьей Джианелли, затем достал второй мотоцикл из багажника броневика и уехал. «Куда он едет?» , – спросил Питер.
«О, он наш разведчик, – сказал ему Дом Джианелли. «Он едет впереди, смотрит на ситуацию на дороге, проверяет, безопасен ли маршрут. Вот что он делал вчера, когда нашел тебя».
Питер кивнул. «Это логично».
«Он хороший парень, этот Куджо. Я бы сделал ставку на него как на хорошего футболиста».
«Не возражаете, если я присоединяюсь к вам, ребята?» – раздался женский голос сзади. «Я не могу отказаться от такой возможности, встретить симпотичного холостяка».
«Присоединяйся» – улыбнулась Джинна Джианелли.
Девушка, которая села рядом с Питером, была невысокого роста с каштановыми волосами и большими щенячьими глазами. Ее самой выдающейся особенностью, однако, был ее нос, который доминировал на ее лице и угрожал поглотить его полностью. «Я Марсия Кенигсбург, мне двадцать четыре и я не замужем. Не то, чтобы я оцениваю вас как жениха, но я думаю, что хорошо сразу расставить точки на «И». Я разрабатываю одежду для бутиков, а также театральные костюмы. Полагаю, именно поэтому Хонон взял меня в караван – где бы мы ни оказались, нам всегда нужен кто-то, кто может сделать одежду по случаю».
Питеру она сразу же понравилась. Она была забавной, дружелюбной и цепляющей с первого взгляда девушкой с шармом и ее присутствие давало ощущение домашнего уюта. «Я читала твою книгу, ты знаешь, – продолжала она.
«И ты значит тоже»
«Ты такой забавный. Да, твоя книга произвела на меня огромное впечатление. Тогда я была второкурсницей в колледже. Дэвид Хьюм, Алистер Кроули, и ты были моими тремя фаворитами».
“Мы составляем довольно странное трио.”
«Если это принесет какое-то утешение, мои друзья сказали мне, что у меня нет вкуса. Абсолютно все, с кем я дружу».
Питер внезапно почувствовал странное ощущение на затылке, как будто за ним следят. Повернувшись, он увидел девушку рядом с одной из машин, которая смотрела на него. Она была молодая, стройная блондинка, с видом почти ангельской невинности. Когда он повернулся, чтобы посмотреть на нее, она смотрела в другое направление, делая вид, что не замечает его. Он пожал плечами и вернулся к разговору.
Марсия даже не заметила его невнимательности и начала рассказывать об развале среднего образования, свидетелем которого, она была.
«Все было точь в точь как ты описывал, – занятия все меньше и меньше описывали реальность, и не потому, что они не пытались быть релевантными, а потому, что реальность менялась». Ее формулировка почти дословно была взята из его книга; Она, должно быть, выучила ее наизусть.
Дом Джианелли помахал высокому мужчине в белой трикотажной рубашке и черных штанах. «Отец Тагон, – позвал он, – присоединяйтесь к нам!»
Человек, которому обратился Дом, последовал предложению. «Тебе нужно пообщаться с этим парнем, – сказал Дом Питеру, – он умеет приводить аргументы».
Присоединившийся к ним мужчина был высокий, худой человек за тридцать, с ястребиным носом, карими глазами и высоким лбом, который постепенно переходил в тонкие коричневые волосы. «Привет, – сказал он, наклоняясь к Питеру и протягивая руку. «Я Джейсон Тагон».
«Дом назвал Вас Отцом».
«Он мог бы также назвать меня« Доктором »– у меня есть докторская степень в астрономии. Но да, я священник. Похоже, что названия и титулы в наши дни не слишком много значат, и я предпочитаю, чтобы меня называли Джейсон.
Питер кивнул и сохранил этот факт в своей памяти, которая быстро перегружалась от этого шквала новых имен и лиц. «Дом также сказал что-то о том, что вы умеете приводить аргументы».
«Ну, это он сильно сказал. Я не могу оспорить ваши предсказания – они, очевидно, сбываются. Меня беспокоит лишь ваше отношение».
«Отношение к католической церкви?»
Джейсон улыбнулся. «Не только. Вы сказали – позвольте мне процитировать: «Католическая церковь сделала больше, чем любая другая организация в истории, чтобы замедлить ход человеческого прогресса».
«Надеюсь, Вы не приняли это на свой счет; Дело в том, что католическая церковь существует намного дольше, чем любая другая организация в истории. В конечном итоге любая организация становится в какой-то степени репрессивной – то есть достигает определенного момента в своем развитии, когда ее основной задачей становится самосохранение, а не реализация первоначальных задач и обязанностей. Я осуждаю бюрократическую структуру католической церкви, а не отдельных католиков».
"Я это понял. Тем не менее все мы, религиозные католики, верим, что Церковь творит добро, а не зло и репрессии, и твоя, пусть и аргументированная критика, ранит. Но это не все. Как представитель Бога, я не могу не чувствовать, что ты просто исключил Его из всех своих расчетов».
«Как агностик, – возразил Питер, – я считаю, что сверхъестественное вмешательство было бы лишней переменной в моих расчетах. Я занимался прежде всего социальной экологией. Правила игры были установлены Богом – если он действительно существует – давным-давно, и я не предвижу никаких изменений в этих правилах теперь».
«То есть Вы игнорируете возможность божественного вмешательства».
«Скажем так, я был бы ему очень рад, но не рассчитываю на него».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?