Читать книгу "Поцелуй Ярова"

– Я не знаю, какие сладости ты любишь, и заказала всего понемногу, – мама словно оправдываясь принялась поворачивать в мою сторону тарелки с булочками и вазочки с пирожными. – У нас как раз здесь недалеко французская кондитерская.

– Как все вкусно выглядит, – похвалила я ее старания. – Куда можно сесть? – задала неудобный вопрос, видя, что Матвей занял место во главе стола.

– Садись рядом со мной, дочка, – мама указала на свободный стул.

Сестры сели напротив и начали обсуждать, что наденут на вечеринку. Отчим поднес чашку ко рту, но остановился и нахмурился.

– Куклы, а куда это вы сегодня собрались? – спросил он.

– На вечеринку к Ярову, – в один голос проговорили близняшки, выпячивая пухлые губки.

– На вечеринку? – съерничал он.

– Да, – они напряглись.

– В девять на горшок и в люльку. Не доросли еще.

– Ну, пап. Нас Женька пригласил. И Вера с нами будет, – попытались прикрыться мной, как будто я обладаю авторитетом в семье. – Отпусти. Пожалуйста.

– Мы очень хотим пойти.

– Он сделал вам одолжение потому, что напросились. Какие вечеринки? Вы знаете, что там бывает? Ну уж нет. Замуж выйдете, тогда вас пусть мужья отпускают, а я против.

– Как же мы познакомимся с мужьями, если ты заставляешь нас сидеть дома?

– Сами не сможете, устрою вам договорной брак. А что, Лен? – он обратился к маме. – У партнеров пацаны растут. Неплохие партии можно устроить. А?

Мама удивленно захлопала ресницами.

– Ну, пап, – хором умоляюще запищали куколки.

– Я все сказал. Никаких вечеринок и мальчиков. Все, – он засунул в рот пирожное и наконец сделал глоток чая.

Не думала, что отчим такой строгий.

– Мне резко перехотелось сладкого, – Ариана встала с места и махнула пружинящими кудрями.

– И чая, – Эльза сделала то же самое.

– Правильно, берегите фигуру, пацаны моих друзей привередливые,– он съел эклер и облизнул пальцы. – А нам больше достанется.

Сестры фыркнули и вышли из кухни.

– Матвей, – обратилась мама.

– Даже не уговаривай. Мне рано становиться дедом.

Мама обеспокоенно посмотрела вслед девочкам.

– Я вернусь через пару минут, пойду успокою куколок, – мама вышла за близняшками, оставляя нас наедине с отчимом.

Обняв ладонями чашку, исподлобья поглядывая на Матвея, я неуверенно произнесла.

– А мне можно пойти?

Хотя я уже совершеннолетняя и могу распоряжаться своей жизнью как хочу, но почему-то сейчас эти слова сами вырвались из уст.

Он посмотрел пронзительно и сосредоточенно, будто взвешивая аргументы за и против или производя сложный расчет.

– Даже и не знаю, что сказать. Вер, давай по чесноку? Ты девушка взрослая и я хочу поговорить с тобой откровенно.

Я отвела взгляд и кивнула.

– Я не хочу тебя пускать, потому что также считаю своей дочерью, но ты можешь сказать, какое право на это имею, ведь я тебе неродной отец. А отпущу, подумаешь, что мне плевать на тебя, что не является истиной. Я не знаю, как к тебе подступиться, боюсь сказать не то, ты обидишься и уедешь. И Лена… Я не хочу, чтобы она снова страдала. Разлука с тобой стала для неё трудным испытанием.

– А для тебя? – не удержалась и задала один из самых трудных вопросов.

– Я очень хотел, чтобы ты жила с нами. Я всегда считал, что у меня получается быть для тебя отцом, но с твоим отъездом понял, что ошибся.

– Я всегда винила тебя в том, что мои родители расстались.

– Так и есть, Вера. И я не буду просить за это прощение. Лена – женщина, которую я люблю. А она любит меня. И мы просто не могли быть врозь. Я думаю, сейчас ты должна это понимать. Ведь ты приехала не просто так, поступила в институт, где учится Артем. Ты хочешь вернуть его.

Я промолчала, пряча смущенные глаза. Как он догадался?

– Когда ты уехала, семь лет назад, я с тоской зашел в твою комнату и обнаружил там страшный бардак. Повсюду были разбросаны рваные листики, а на полу лежала розовая обложка. Я сел и начал как пазл собирать в едино твой дневник. Да, это нехорошо, но мне стало любопытно, что в твоей юной голове.

Вот теперь мне стало очень стыдно.

– Я тогда много о себе узнал, а также о том, в кого ты влюблена. Яров Артем.

– Кто же порвал мой дневник?

– Это сделал Артем. Он последний кто был в твоей спальне. Артем возвращался туда за банданой и напакостил.

Вот почему он не отвечал на звонки и сообщения. Артем узнал, что я его обманула, сразу, как только поехала в аэропорт.

– Мальчишку две недели мучала горячка. Переживал. Тогда всем было непросто. Вер, он изменился. Очень. И не в лучшую сторону. И как отец, я говорю тебе, найди себе нормального парня, а Ярова оставь в прошлом. Сейчас Артем напоминает мне Андрея, своего отца, когда тот еще не встретил Марианну. И его может изменить только очень сильная девушка. Подумай, нужно ли тебе это. Если да, то я сам отвезу тебя на вечеринку…

Глава 4

Вера

Несмотря на предостережения отчима, я не стала противиться своему желанию. Я хочу снова войти в жизнь Артема Ярова и меня так просто не остановить. Уверена, он не такой ужасный, каким его попытались выставить Матвей и сестры. Плохиша и раньше никто не видел с хорошей стороны. Считали грубым, невоспитанным, закрытым – испорченным мальчишкой. Но я же знала какой он на самом деле. Без меры заботливый настолько, что готов был отгородить своей опекой от всего мира и я любила его таким.

Я могла бы подождать, отложить нашу первую после долгой разлуки встречу на потом, чтобы подгадать удачный момент.

Мы как бы случайно встретились в университете и разговорились. Сходили бы вместе пообедать, он показал бы мне место, где теперь буду учиться, а после, мы бы прогулялись по ночному городу… Но вечеринка, я считаю, подходит больше. À la guerre comme à la guerre.

Можно надеть нарядное короткое платье, сделать яркий макияж. Правда, я не знаю, что нравится Артему: подчеркнутые глаза, наполненные гипнотическим блеском или ярко накрашенные губы, призывающие и манящие прильнуть, вырвать поцелуй. Каких девчонок он теперь предпочитает? Загадочных и недоступных или открытых, готовых к романтике? Понятно одно, каким бы ни был выбранный образ, мне надо показать себя во всей красе.

Нет, я не собираюсь, увидев его бросаться в объятия, соблазнять и тащить в постель, желая таким образом помириться, привязать к себе. Но комплект нижнего белья, белого с тонким кружевом, все-таки надела. Это не для него, а для меня. Так я буду уверенней в себе.

Свой выбор я остановила на золотистом платье с черными прозрачными рукавами. Короткое, облегающее, подчеркивающее тонкую талию и длинные, стройные ноги. То, что нужно для молодежной тусовки.

Когда оно подлетает, все равно остается прикрытым самое интересное, а вот фантазию это должно разбудить. Ха, да – это из серии «смотри, но не трогай». Интересно, надолго ли Артема хватит? Посмотрит ли он на меня так, что внутри все перевернется…

Волосы оставила распущенными. Натуральный блонд, немного вьющиеся. Тут мы с куколками схожи, все светлые и с густой шевелюрой. Спасибо маме, это у нас от неё.

Может сыграть на стереотипах и прикинуться безмозглой дурочкой? Нет, это уже перебор.

Покачала головой таким мыслям.

Лучше оставаться собой и быть максимально открытой и искренней.

Да уж, мне очень не хватает компании. Подруг нет и жаль, что сестры еще мелкие. Если бы пошла с ними, мне было бы спокойнее, а тут иду одна.

Хотя мне к этому не привыкать. Одиночество – мой пожизненный спутник.

Устроившись перед дамским столиком, я подчеркнула и без того выразительные глаза черной линией подводки и тушью. А потом вытянула губки и равномерно распределила по ним прозрачный блеск с сияющими частицами. Вот, так идеально – получились не вульгарно ярко-красные губы, явно говорящие: иди и возьми, а сдержанные, почти скромные, но все равно цепляющие взгляд.

По-моему, здорово. Есть место для маневра.

Краситься у меня получается хорошо. Я всегда видела Бланш в боевом раскрасе и по её примеру тоже баловалась косметикой. Она же меня ей и снабжала, выступая в роли спонсора. На праздники дарила средства для ухода за кожей, помады, румяны и другие наборы, да так много, что излишки уже раздаривала я.

В пансионате нам не разрешали сильно краситься, аргументируя это тем, что так мы станем отвлекаться от учебы. А вот дома я отрывалась экспериментируя.

В дверь постучали и в комнату, не дожидаясь приглашения, вошла мама.

– Красавица, – сказала она, разглядывая меня. – Какая ты стала взрослая, – она посмотрела вверх и вправо, проморгалась и сгибом пальца дотронулась до уголка глаза, словно смахивая застрявшую соринку.

Я убрала прядь волос за ухо и улыбнулась, неловко принимая комплимент.

– Спасибо.

– Ты уверена, что хочешь поехать? Может, лучше останешься дома? Я сделаю попкорн. Посидим. Посмотрим фильм.

Мы не раз сегодня уже говорили о моем решение пойти на вечеринку, но мама не сдается.

– Еще успеем. Мам, я не собираюсь уезжать и впереди нас ждет много семейных вечеров.

– Я переживаю, – она села на кровать и начала нервно теребить пальцами подол юбки. – А если тебя там кто-нибудь обидит? Ты же никого не знаешь.

Обидит? Даже смешно. Она что до сих пор видит во мне пятилетнюю девочку в песочнице, у которой соседский ребенок может отобрать игрушку? Или вопрос в другом? Честь семьи.

– Я знаю Женю и Артема – этого вполне достаточно, чтобы умерить пыл навязчивых кавалеров.

– Кавалеров да, а вот сами хозяева… Все же, вы много лет не виделись.

– Но это не значит, что мы не знакомы. К тому же там будут студенты из моего университета, а я хочу завести новые знакомства, найти друзей. И… Если честно, просто повеселиться. Мне редко это удавалось во Франции, дай оторваться перед первым учебным годом.

– Ты права, – мама часто закивала. – Прости. Я все время упускаю тот момент, что у меня уже взрослая дочь. Но если что, сразу звони. Голову оторву за мою девочку, – бойко проговорила мама, давая интонацией понять, что не шутит. – Ну, если ты непреклонна и направляешься на вечеринку, где соберется толпа молодых ребят, тогда… Нам наверно стоит поговорить о контрацепции.

Мои глаза чуть не вылетели из орбит. По спине проскользил неуютный холодок, а в ушах зазвенело.

– О боже! Мама! – вскрикнула я, не зная какая следующая гениальная мысль посетит родительскую голову. – Нам не надо об этом говорить. Я не в монастыре росла. Мне все известно, – выпалила, лишь бы пресечь лекцию «откуда берутся дети».

– Ты пьешь таблетки?

Я прикрыла ладонью лицо, не зная плакать или смеяться. С ума сойти, как неловко. Хочется залезть под кровать, прячась от этого разговора.

Вот что бывает, когда твоя мать сексолог и для неё темы о сексе, безопасности интимных отношений совершенно нормальные.

– Нет, мам, я не пью таблетки.

– Тебе в первую очередь нужно думать о здоровье… – кажется, вот-вот и она протянет мне контрацептивы.

– Хватит! Я еще даже не занималась сексом, – призналась только бы остановить ее. Жар залил лицо, значит, я густо покраснела.

Она замерла, приоткрыв рот.

– Это правильно, – подобралась и закивала. – Матвей верно говорит, вот выйдешь замуж, а там уже…

– Давай закроем эту тему. Все, что надо знать, я знаю. И тебе не стоит переживать о случайных внуках.

– Ладно. Ты у меня такая красивая, как не переживать. Во Франции ты жила под присмотром в закрытой школе и мне было спокойнее.

– Мам, ты себе как-то однобоко рисуешь место, где я училась. Мы все равно выбирались потусоваться. Не часто, но я общалась с ребятами. Просто как друзья.

– Хорошо, значит, ты знаешь как вести себя с противоположным полом. Но все равно, будь аккуратней, – надеюсь, она сменит тему. – Смотрю, ты уже обустроилась, – мама огляделась и провела ладонью по атласному покрывалу.

– Да, мне здесь комфортно. Спасибо, – ответила с все еще дико бьющимся сердцем.

Я успела разобрать чемоданы и даже немного поспать.

– Честно?

– Да, мама, – села рядом и взяла ладони матери в свои. – Я говорю правду.

Мамины глаза наполнились слезами, а лицо стало печальным и измученным. Она не стала больше ничего говорить вслух, да это и не надо. Я знаю, сколько боли принесла ей и сейчас она так же, как и Матвей не знает, как вести себя со мной, боясь, что любое слово, действие может спугнуть меня или обидеть и я вновь их оставлю.

– Дочка, я очень сильно люблю тебя.

– И я тебя, мам.

Она обняла меня и ласково провела рукой по волосам.

Трогательный момент бестактно оборвали.

– Вера, ты что решила не ехать?

– Уже столько времени, – в спальню ворвались куколки и начали наперебой меня отчитывать. – Ты пропустишь все самое интересное.

– Папа уже завел машину, давай надевай жакет, – сестра подала мне обновку. – И иди.

– Вы не куколки, вы… – мама напыжилась, разрывая контакт. – Курочки. Чего раскудахтались?

– Если мы не идем, то хоть Вера нам потом расскажет, как все прошло. Сестренка, ты красотка, – близняшка замерла с открытым ртом, только сейчас заметив и детально рассмотрев мой образ. – Но давай поторопись…

Дорога оказалась мне знакома. Видя места, по которым не раз гуляла в детстве, память услужливо раскрывала передо мной запертые сундуки с флешбэками. За столько лет я не забыла, как добираться до имения Яровых. Правда, мы затормозили раньше. Около красиво оформленной каменной арки со шлагбаумом. Вот ее я не помню, должно быть, новострой.

Отчим поднял руку в приветствии и нас без вопросов пропустили.

– Теперь здесь все принадлежит Андрею. Такой мини-поселок Яровых. Как тебе?

На арке обновления не закончились.

– Здорово, тут все так изменилось. Словно едем к маркизу или герцогу.

Повсюду горели фонари, освещая ухоженную территорию. Ровно подстриженные кусты, большие цветники, фонтан, посреди которого стояла статуя женщины, лицом и фигурой напоминающая маму Артема – все это поражало масштабами.

Мы проехали дальше, а парковая зона все не заканчивалась, все так же удивляя своим размахом и эстетикой.

Это место напомнило мне старинную усадьбу в пригороде Парижа, где папа и Бланш обменялись клятвами в любви и верности. Все так же помпезно, но не вульгарно. Очень красиво.

– Ага к маркизу Карабасу. Ничего, у нас не хуже будет. Дом твоего Артема здесь, – мы повернули за высокие сосны и перед нами предстала большая лужайка полная народа на фоне высокого белого особняка.

Никакого забора, все на виду и это так здорово и приветливо выглядит.

– Он не мой, – ответила отчиму. Во всяком случае пока. Проехав еще, мы остановились на стоянке, заставленной дорогими спортивными автомобилями.

– Смотрю, веселье в самом разгаре, – Матвей повернулся к источникам звука. Даже с такого расстояния басы заставляли стекла автомобиля вибрировать. – Может, передумаешь?

– Нет, я пойду. Зря что ли собиралась, – я достала зеркальце, вытянула губки и проверила внешний вид.

– Ладно, веселись, а я к Андрею заеду. Расскажу Яровым, что наша дочка вернулась.

– А они не знают? – я вполоборота посмотрела на Матвея, и бровь неудержимо поползла вверх.

– Нет, Лена никому не стала говорить. Боялась сглазить, а теперь пора.

– Значит, ни Артем, ни Женька не знают, что я приехала?

– Нет, устроишь им сюрприз.

Я почему-то думала, что они в курсе моего возвращения.

Ладно. Назад дороги нет. Пойду веселиться.

Я открыла дверь и звук музыки усилился, донеслись смех и отголоски веселых разговоров. По глазам резанул прожектор, стреляющий длинными лучами во все стороны, а нос уловил смесь из запахов женских духов с вплетенными нотками табака, душком от пролитого пива и чего-то сладкого и терпкого. Я сделала глубокий вдох. Вот он, аромат студенческой тусовки…

Отчим окликнул меня.

– Вер.

– Да.

– Безопасность прежде всего, – сказал Матвей и принялся копаться в бардачке приборной панели.

Боже, только не уподобляйся маме и не суй мне в руки прилюдно ленту презервативов. Какой стыд. Но он достал защиту иного рода – газовый баллончик.

– Возьми, – протянул мне. – Так я буду переживать чуть меньше…

Глава 5

Недооценила я Матвея. Мы общаемся с ним всего один день, но мне приятно его общество, и то как он ведет себя со мной, что говорит… Отчим – хороший человек.

Провожая взглядом, я дождалась, когда машина Матвея отъедет на приличное расстояние и скроется за деревьями.

А теперь пора идти. Нечего тут стоять как Золушка с открытым ртом, в первый раз увидевшая дворец принца перед балом.

Чувствуя легкую дрожь, я выпрямилась и мысленно набралась сил, они мне ой как пригодятся. Покрепче сжав в руке клатч, подаренный сестрой, и натянув задорную улыбку, я пошла по дорожке, ведущей в неизвестность.

Интересно, как быстро я найду Артема? И какая у него будет реакция на мое появление? А вдруг он меня не узнает?

Чего гадать, увидимся, тогда узнаю.

Чем ближе я приближалась к дому, тем больше любопытных глаз устремлялось в мою сторону. Парни откровенно пялились, некоторые позволяли себе присвистнуть вслед. Девушки мельком, как бы невзначай кололи короткими взглядами, оценивая мой внешний вид, и перешептывались. Наверно спрашивая: Кто это? Ты её знаешь?

Я не задерживала взор на лицах, мне нужно одно единственное. Артем, где же ты?

Музыка усиливалась и уже невозможно было расслышать отдельные голоса.

Все вокруг либо кучковались компаниями, либо парами, одна я оставалась одинокой белой вороной.

Кроме музыки и курящей на лужайке молодежи ничего сверх естественного не наблюдалось. Где же здесь самое интересное? Сестры же не просто так сюда рвались?

Из-за угла дома вышла довольная и смеющаяся компания. На парнях из одежды были только мокрые шорты, облеплявшие бедра, а на девушках бикини.

Я последовала туда, откуда они пришли. И вот он – эпицентр тусовки.

От шока я раскрыла рот, наблюдая за происходящим.

Первым мое внимание привлек большой бассейн с трамплином и вышкой, откуда под общее ликование, двое накачанных ребят скинули упирающегося и орущего парня. Голый бедолага, под общий возглас «Оу!», с громким шлепком ударился животом о воду. Рядом раздалось чьё-то сочувственное: «Ну все, от яиц омлет остался». Шутники попрыгали следом, обдавая брызгами окружающих.

Обошлось без летального исхода, парни вынырнули и, перекрикивая друг друга, кто будет следующим, вылезли из воды. Последним вытащили начинающего нудиста, подняли на руки и как есть потащили к кеге с пивом.

Дальше, я перевела взгляд на надувную полосу препятствий, где неистово толкаясь, быстро, насколько позволяет пьяное состояние, девушки наперегонки бежали к финишу. Это довольно забавно, не знаю, решилась бы я на такое, сомневаюсь, а вот на старте уже выстроилась очередь разгоряченных девиц, готовых померяться силами.

И все это веселье сопровождает диджей за пультом, задорно трясущий головой. Он находится на высокой сцене, а в это время внизу, лужайка кишит прыгающими и танцующими телами. Многие парочки, поддавшиеся страсти, заходят дальше, чем просто танец, переводя его в разряд «грязных». Одна девица запрыгнула на партнера и принялась всем телом извиваться, другая наклонилась, впечатывая зад в пах парня, и задвигала булками.

Ничего удивительного – алкоголь здесь льется рекой. Не только два бара обслуживают отдыхающих, но и в разных местах стоят большие металлические бочки с пивом.

– Артем, Артем…

Поражаюсь размаху кутежа. Я не бедная и мои знакомые из Франции тоже, но такого никто себе не позволял.

– Яров, ты заделался в мажоры. Не иначе.

А его жизнь круто изменилась после моего отъезда. На смену пришли новые друзья, интересы…

Закусив губу, съежилась.

Зачем я ему? Когда компанию может составить любая из этих раскрепощенных полуголых девиц.

Что я здесь вообще делаю? Глупая.

От растерянности достала телефон. Позвоню отчиму. Надеюсь, он не успел далеко отъехать. Не хочу оставаться.

– Восемь девятьсот двадцать… – шепот прозвучал так близко, что даже музыка не смогла его заглушить. Он нежно подкрался, пробираясь к ушной раковине, и я резко повернулась.

Около меня стоял мускулистый загорелый красавчик и широко улыбался, показывая белоснежные зубы под мясистыми губами. Растрепанные волосы придавали ему вид распушившего перья воробья, попавшего под дождь, но это совсем не портило образ. Наоборот, они придавали хулиганистый вид. Ярко-желтые плавательные шорты облепляли сильные бедра, а на теле еще не успели высохнуть брызги от бассейна. Они притягивались друг к другу, собираясь в крупные капли, и стекали между впадинок, прокладывая мокрые дорожки вдоль рельефных кубиков пресса. От этого парень выглядел еще сексуальнее.

– Что? – очнувшись спросила, опуская телефон.

– Мой номер. Записывай. Я хотел бы записать твой, только телефона с собой нет. Я Влад, – он показал на себя большими пальцами.

– Вера, – ответила, немного смутившись от подобного подката, и невольно проморгалась.

– У тебя красивые губы, Вера.

Не успела я опомниться, как паренек прильнул ко мне и овеял лицо пьяным дыханием, желая поцеловать.

– Отвали, Банан! – парень отлетел в сторону, присел, но удержался от падения. – За эту девчонку брат тебя покалечит.

– Женька, – я посмотрела на своего защитника и сразу узнала в нем друга детства. – Ааа! – взвизгнула, прижимая сжатые кулачки ко рту. – Каким ты стал…

– Красавчиком? – он вздернул волевой подбородок, выпятил грудь, выставил ногу вперед и упер руки в бока, принимая позу победителя.

– Взрослым.

– Значит, некрасивый? – картинно уронил голову на грудь, надул губы и повесил безвольными плетьми руки вдоль тела.

– Не говори глупости. Очень красивый молодой человек, – я взяла его за руку, чувствуя шершавость ладоней.

И это не лесть. Понимаю близняшек. Он чертовски хорош собой. А что нравится еще больше, так это черты Артема в его лице.

– Да и ты уже не та одиннадцатилетняя девочка, которую я помню, дай обниму, – он прижал меня к себе и приподняв покружил. – С приездом. Очень рад тебя видеть. Если бы отец сейчас не позвонил и не рассказал, что ты здесь, я бы тебя не узнал.

Я наклонила голову, вглядываясь сверху вниз в знакомые карие глаза, прямой нос и темные от сбритой щетины щеки. Надо же, никакой неловкости и дистанции в общении, словно и не уезжала.

– Жека, какого хрена? – послышался за спиной женский голос, от которого улыбка мигом сползла с лица друга, а прикрытые глаза расширились.

Женька отпустил меня и отступил на шаг.

– Вик, – он положил руку на плечи рыжеволосой девушки и поцеловал её в макушку. – Это Вера, – злой прищур послужил красноречивее любого ответа. Казалось, девушка готова зашипеть на манер кошки и показать зубы. – Что? – возмутился Жека. – Старшая дочка Баевых. Она мне как сестра.

– А то мне двух других мало, – она немного смягчилась и представилась. – Вика, девушка Жени, – выделила интонацией последнее.

– Приятно познакомиться, – я не стала задерживаться на ней. – А где Артем?

Тут Женька замялся.

– Не знаю, где-то здесь, – вытянул шею и посмотрел поверх голов тусующихся.

– Он с Волком… – вмешалась Вика, желая поведать, где находится Яров.

Закончить объяснения она не успела. Женька взял девчонку в захват, кладя руку на горло и немного придушил, давая знак, чтобы она помалкивала.

– Да, последний раз, я тоже видел его с Волком, – перебил Жека девушку.

Может, мне показалось, что он заткнул ее?

– Котик, пошли, я хочу на полосу препятствий.

– Хорошо, идем. Вер, ты отдыхай. Я скоро к тебе снова присоединюсь, только задам этой засранке, – он игриво шлепнул свою девушку по попке.

– Это я тебя сделаю, – Вика запрыгнула на спину к Женьке, и он поскакал необъезженным Коньком-Корбунком, огибая гостей вечеринки и унося наездницу, чтобы поскорее добраться до цели.

– Я знаю где Ярый, проводить? – предложил парень, который еще несколько минут назад клеился ко мне.

– Да. Только предупреждаю, у меня есть газовый баллончик.

– Перцовый?

– Не хотелось бы проверять.

– Да ладно, не придется. У тебя есть отчим – Матвей Баев и он знакомый моего отца. Вот где настоящего перца отхватить можно. Мне проблемы не нужны. Пошли, он в доме…

Глава 6

Вера

– Значит, ты вернулась из Франции? – бровь приподнялась, потянув за собой полуприкрытое веко. Оценивающий взгляд хитрых, поблескивающих отраженным светом прожекторов, глаз в очередной раз пробежал от коленок до лба.

Какая осведомленность. Ведь ни я, ни Женька не уточняли, откуда я приехала.

– Да, – растягивая ответ, произнесла недоуменно и медленно кивнула.

В этот момент он по-хозяйски толкнул дверь, и мы вошли в дом, но поскольку здесь было многолюдно, мой ответ увяз в шуме голосов и смеха.

Влад взял мою ладонь и потянул за собой, чтобы я не потерялась и не отстала.

Проталкиваясь сквозь толпу студентов, я едва успевала за провожатым. Он прорубал просеку, почти отбрасывая с пути зазевавшихся гулен. Мне только и оставалось быстро семенить ногами и то и дело извиняться.

Наконец мы прошли большую комнату и оказались в помещении поменьше. Здесь уже было поспокойнее, свет померк, а децибелы существенно снизились. Шумные возгласы и безудержное гоготание остались позади. Одиночек здесь не было, тусовались только парочки.

Я начала изучать интерьер дома, в котором главными цветами являются черный и белый, а второстепенным – золотой.

Это в стиле Артема. Другого я и не ожидала, он с детства любил эти цвета. Они отображают его суть. Темная сторона, эта та, которую он показывает другим, а светлая для меня.

Золото же проистекает из слияния противоположностей и служит наградой той, кто поймет и прочувствует…

Волнуюсь… Скоро мы увидимся.

– Это так странно, – Влад остановился, словно обдумывая, что сказать или сделать дальше. Посмотрел по сторонам на перешедших от слов к делу влюбленных. Его хватка ослабла, но пальцы поднялись до моего запястья и замерли.

– Что именно? – спросила, убирая руку и обнимая ей себя, точно пряча от чужих прикосновений.

– Как тут в судьбу не поверить, – Влад мотнул головой.

О чем это он? Новый подкат?

– Не понимаю, – честно призналась я.

Мы направились к лестнице. Он поднялся на одну ступеньку, развернулся и подтянул меня к себе. Грудь вздыбилась, выталкивая жар глубоких выдохов.

– Отец на днях намекнул, что неплохо бы познакомиться со старшей дочкой Баевых. Расхваливал тебя. Говорит, хорошая кандидатура в жены, – открыто произнес он, нависая надо мной. После чего закусил нижнюю губу и приблизился вплотную, пробегая глазами по лицу. – Интеллигентная, образованная, умная, – Влад захотел дотронуться пальцами до щеки, но я отшатнулась.

В жены? Куда это его понесло?

– Остынь, я не Баева. Моя фамилия Свиридова, – уточнила, удивляясь его словам.

Видимо, Матвей не шутил, когда говорил о том, что устроит брак близняшек с детьми своих компаньонов. По ходу это нормальная практика сводить детей, равных по статусу. А я думала он не всерьез…

– Это ничего не меняет. Ты очень красивая, Вера Свиридова, – начинающая уже раздражать полуулыбка прилипла к самодовольному лицу.

– Готов жениться на мне? – решила и я его немного вывести из зоны комфорта.

Но он не стушевался.

– Почему бы нет.

Признаться, у парня есть яйца, не срулил.

Ладно, тогда следующий вопрос.

– Раз это судьба, то зачем же ты ведешь меня к Артему Ярову? Своему конкуренту.

Глаза сощурились, метнув молнию, а нахальная дуга сложенных губ наконец поползла вниз. Он отвернулся и начал подниматься по лестнице. Я пошла за ним.

– Потому что между вами все равно ничего серьезного не случится, – проговорил он сухо. – Думаю, тебе хватит мозгов не обделать свое имя, – мы поднялись, и Влад, сложив пальцы пистолетом, сделал вид, что выстрелил в самую дальнюю дверь. – Ярый там, – он сдул воображаемый дым от пороха.

– С девушкой? – спросила прямо. Я же не дура. Не зря Влад вызвался помочь мне найти Артема. Он знает, чем занят мой старый друг, и хочет, чтобы я непременно это увидела.

– Иди, сама сейчас все узнаешь, – он поднял мою ладонь и поцеловал. – Я буду внизу. Приготовлю утешающий коктейль «Разбитые надежды».

Вот гад!

Влад начал удаляться и с каждым его шагом мне становилось все тревожнее.

Я могу сбежать и дождаться, когда Артем сам появится на горизонте. Но любопытство, сгубившее кошку, толкает и меня в омут… Страсть, как хочется увидеть его в непринужденной обстановке, когда он не в курсе, что я рядом. Желаю узнать, как Артем проводит время на легендарной вечеринке года, по случаю завершения каникул.

И я пошла, даже понимая то, что увиденное, может разбить мои глупые розовые мечты о нашем воссоединении.

Моя страница в социальных сетях всегда открыта, и я надеюсь, он заглядывал ко мне, знает, как выгляжу. Вспомнит.

Я просилась в друзья на его закрытый профиль, но он так и не дал доступ к своей странице. Еще злится, обижен. Что мне удалось увидеть, так это его аватарки, которые он менял несколько раз, будоража своим видом сокровенные желания с теми самыми темными оттенками.

Хочу увидеть его вживую, услышать голос не мальчишки, а взрослого мужчины. Сильный, жесткий…

Мысли о нем сводят с ума, истощают, а что же произойдет при встрече?

Я обвела языком пересохшие уста, занывшие от воспоминания о нашем поцелуе и словно под гипнозом, шагнула к манящей приоткрытой двери, представляя касание губ, так многозначащее. Проплыла сквозь сумрак, кажется, не дыша и толкнула препятствие.

– Ах, – сделала вдох и чуть не закашляла.

Легкие и глаза защипало.

Белесая дымовая завеса и резкий запах жженой травы не стала преградой, чтобы увидеть, как два тела сливаются в единое целое, причиняя боль не лежащей на столе девушке, которую в жесткой хватке Артем держит за длинные светлые волосы, а мне.

Черт.

Это не комната моего друга. Бильярдная.

И на большом столе покрытым зеленой тканью, под мягким желтым светом лампы, стонет девушка, с бильярдным шаром во рту, а на ней, как орел, терзающий жертву – он. Моя первая любовь в первозданном виде.

Движения резкие, шальные, убийственные, каждое сопровождается напряжением туго скрученных рельефных мышц. Он будто клюет и рвет. Он – хищник, беспощадно насыщающийся, а она – жертва.

На их телах пот. Мерзкий, липкий, как кислота, разъедающая мою душу. И хочется уйти, громко хлопнув дверью, давая знать, что их застали врасплох, но не могу. Прикована взглядом.

И тут наши глаза встречаются. Артем замедляется, впивается пальцами в ягодицу, обескровливая ее до белизны, и начинает бесконечно долго выходить из мычащей девушки, демонстрируя достоинство, которое никак не желает кончаться и показывать головку.

На его губах немое:

– Пышка.

И минутная неловкость.

Округлые ягодицы подбираются в напряжении, тень пролегает по спине, заду и бедрам, подчеркивая мощные мышцы. Он резко входит в распутицу, словно пряча и закрывая от меня интимные места, а после приподнимает плечо, загораживает им лицо, только потому, что не может прервать зрительный контакт.

Я проглотила слезы. Он узнал меня.

Но все меняется в секунду. Артем поднимает голову и в его взгляде вспыхивает ярость…