Текст книги "Управление устойчивым развитием региона"

Отметим, что сохранение значительных различий в уровне материального благосостояния населения и экономического развития выступает одним из факторов снижения устойчивости развития. Как показывают данные ООН, страны мира существенно различаются по уровню материального благосостояния. Экономическое неравенство было и остается проблемой даже в самых развитых странах ОЭСР, эта проблема весьма актуальна и для Российской Федерации.

Рис. 2.7. Индекс развития человеческого потенциала в регионах СЗФО

За 2000–2008 гг. и в целом по России, и в ее регионах, в частности в Вологодской области, доходы населения увеличились в сопоставимой оценке более чем в два раза. Однако на фоне таких достаточно благоприятных тенденций изменения уровня доходов и в стране в целом, и в регионах наблюдается значительная дифференциация населения по доходу. Более того, в настоящее время многократно подтвержден факт углубления социального неравенства в России [8].

Один из показателей, свидетельствующий о наличии неравенства в регионах СЗФО, – дифференциация по уровню заработной платы. Удельный вес работников с заработной платой на уровне и ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения в общей численности работников в 2007 году в Новгородской и Псковской областях составлял 17 и 18 % соответственно, а в Архангельской – 22 %. Соотношение между средней заработной платой высоко– и низкооплачиваемых работников доходило до 15 раз (табл. 2.7). Заметим, что для основной части трудоспособного населения заработная плата – единственный источник дохода.

Таблица 2.7. Дифференциация средней начисленной заработной платы работников организаций в регионах СЗФО

Неравенство оплаты труда, как справедливо отмечает [107], является проблемой еще и потому, что высокие заработные платы соседствуют с заработными платами трудоспособного населения ниже прожиточного минимума. Зарплату ниже прожиточного минимума получают примерно 29 % наемных работников российской экономики в целом. При этом в сельском хозяйстве, подчеркивает автор, заработную плату ниже прожиточного минимума получают около 70 % работников, в сфере культуры и искусства – 52,3 %, образования – 43,5 %, здравоохранения – 38,5 %.

Следствием высокой степени неравенства населения по доходам является его бедность. Основные показатели, с помощью которых измеряются масштабы бедности в российской статистике, – численность и доля населения с доходами ниже прожиточного минимума. Как показывают данные таблицы 2.8, в 2007 г. в Новгородской области 20 % населения находилось за чертой бедности.

Выше среднероссийского уровень бедности и в других регионах округа, кроме Ленинградской и Калининградской областей, а также в г. Санкт-Петербурге. Судя по предварительным данным органов статистики, финансово-экономический кризис и без того острую проблему бедности населения возводит в разряд актуальнейших.

Таблица 2.8. Численность населения в субъектах СЗФО с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума, в % от общей численности населения субъекта

Столь высокий уровень бедности в регионах стал одной из причин негативных демографических тенденций. Население Российской Федерации в настоящее время стремительно сокращается, что представляет собой наиболее серьезную угрозу национальной безопасности. Сохранение нынешнего уровня рождаемости и смертности приведет к тому, что численность населения нашей страны к началу 2025 г. может составить около 123 млн. человек, сократившись по сравнению с 2006 г. на 20 млн. человек (или на 1/7).

Существующие показатели рождаемости в 1,6 раза ниже, чем необходимо для простого воспроизводства населения. Такая ситуация ставит под вопрос дальнейшие возможности народов России развивать накопленный веками материальный, духовный и культурный потенциал.

Из-за низкой рождаемости и высокой смертности населения депопуляционные процессы в субъектах СЗФО приобрели устойчивую тенденцию. Причем коэффициенты естественной убыли во всех регионах округа, кроме Республики Коми, Мурманской и Архангельской областей, превышают среднероссийский уровень, а в Псковской и Новгородской областях превышение достигает 4 раз (табл. 2.9).

Таблица 2.9. Динамика коэффициента естественной убыли (-), прироста (+) населения субъектов СЗФО, на 1000 человек населения

Итак, вышеназванные и другие проблемы свидетельствуют о том, что для перехода на модель устойчивого развития требуется внести существенные коррективы в региональную социально– экономическую политику. Необходима скорейшая разработка и принятие долгосрочных программ социального развития (на федеральном, региональном и местном уровнях), в которых были бы определены цели развития человеческого потенциала, этапы их достижения, запланированы необходимые (от потребности) ресурсы и обозначены формы и границы ответственности должностных лиц за реализацию социально значимых решений [186].

В числе приоритетных, по нашему мнению, должны быть вопросы повышения качества жизни населения, преодоления тенденции сокращения его численности, обеспечения роста благосостояния и безопасности, социальной справедливости, снижения социальной напряженности. От успешности решения этих проблем в определяющей степени зависит превращение региональной социально-экономической системы в устойчивую, сбалансированную и вместе с тем развивающуюся систему.

Важнейшим критерием устойчивого развития региона выступает экологическое равновесие. Вместе с тем экологическая ситуация в России не простая. Авторы [152] отмечают: «С одной стороны, 16 % территории сильно загрязнены и здесь уничтожены естественные экосистемы, с другой – 65 % территории на севере Европейской части России, значительная часть Западной Сибири и Дальний Восток представляют собой слабо затронутые хозяйственной деятельностью территории, оставшиеся 19 % – это территории со средним уровнем загрязнения и сильно деформированными экосистемами».

Для регионов Северо-Запада экологические проблемы стоят достаточно остро.

Во-первых, территория Северо-Запада характеризуется рядом неблагоприятных естественных процессов, таких как повышенная способность почвы аккумулировать загрязнения, слабая возможность самоочищения природной среды, низкая устойчивость ее компонентов к антропогенным воздействиям. При этом антропогенное воздействие крайне велико.

Во-вторых, значительную долю в структуре экономики Северо-Западного федерального округа занимают отрасли, связанные с добычей и переработкой сырьевых ресурсов. В то время как основными загрязнителями атмосферного воздуха являются предприятия черной и цветной металлургии, химической и нефтехимической промышленности, строительной индустрии, энергетики, целлюлозно-бумажной промышленности. В этой связи наиболее сложная экологическая ситуация в настоящее время сложилась в Санкт-Петербурге, Архангельске и Череповце. Исследования качества атмосферного воздуха в Череповце показали, что в Индустриальном районе города загрязнение выше предельно допустимых суточных концентраций по диоксиду азота – до 1,3 раза, сероуглероду – до 2,4 раза, формальдегиду – до 3,3 раза, оксиду углерода – до 1,3 раза [213].

В-третьих, качество питьевой воды не соответствует санитарно-гигиеническим требованиям из-за плохой водоочистки, неудовлетворительного состояния коммунальных водопроводов и сильного загрязнения источников водоснабжения. Особенно остро эта проблема стоит в городах.

В-четвертых, невыполнение водоохранных мероприятий стало причиной загрязнения рек и озер. Так, к районам со средней и высокой экологической напряженностью отнесены Онего-Кубенский, Карельский, Северо-Двинский. Определенную лепту в этот процесс вносит агропромышленный комплекс: в сельскохозяйственном производстве не происходит достаточной очистки сточных вод, сбрасываемых в реки, минеральные удобрения часто вносятся с превышением норм, а ядохимикаты хранятся на открытых площадках.

В-пятых, продолжает ухудшаться состояние земель и лесов, расположенных в регионах округа.

В-шестых, быстрый рост числа автотранспортных средств (в СЗФО с 1990 г. – более чем в 3 раза) увеличивает нагрузку на окружающую среду.

Кроме того, серьезную угрозу достижению устойчивого развития представляют катастрофы природного и техногенного характера. Негативное влияние на экологическую обстановку Северо-

Западного региона оказывает судостроение, поскольку при строительстве атомных ледоколов и подводных лодок существует постоянная опасность радиоактивного заражения территорий.

Эти проблемы требуют разработки и реализации экологической политики, главной задачей которой является преодоление негативных проявлений деэкологизации производства и обеспечение стабилизации экологической ситуации в регионах СЗФО. Важной составляющей этой политики должен стать комплекс мер в области защиты от чрезвычайных ситуаций.

Следует отметить, что от решения проблем, имеющихся в социальной сфере, экономике и экологии регионов, во многом зависит не только их переход на модель устойчивого развития, но и их привлекательность для подрастающего поколения с точки зрения проживания, развития и реализации своего потенциала. Следовательно, вопросы региональной конкурентоспособности приобретают все большую актуальность.

Анализ статистических данных показывает, что более 82 % населения СЗФО проживает в городах. Это самый высокий показатель урбанизации среди всех федеральных округов. Общемировая тенденция стягивания населения в крупные города характерна и для регионов СЗФО.

Эти процессы подтверждаются исследованиями, проведенными Институтом социально-экономического развития территорий РАН (до 2009 г. – Вологодский научно-координационный центр) в Вологодской области. Особенностью севера Европейской части России является крайне редкая сеть крупных городов. На территориях Вологодской и Архангельской областей (Русский Север) располагается лишь по 2 города с населением свыше 100 тыс. человек, один город – от 50 тыс. жителей и по 2 города – от 30 до 50 тыс. человек. При этом они образуют компактные группы по три города: 1) Вологда, Сокол, Череповец – юг Вологодской области; 2) Архангельск, Северодвинск и Новодвинск – Приморский район Архангельской области; 3) Котлас и Коряжма – Котласский район Архангельской области и Великий Устюг – Вологодская область. Таким образом, Русскому Северу свойственны сильные региональные контрасты: компактные очаги городских агломераций (что, по сути, воспроизвело северную систему очагового сельского расселения) и обширная сельская периферия.

По сравнению с другими регионами СЗФО Вологодская область менее урбанизирована. Это девятый регион на Северо-Западе РФ по удельному весу городского населения (68,4 % в 2006 г.) и четвертый – по удельному весу сельского населения (31,6 %).

Однако в Вологде и Череповце сосредоточена половина населения области (49 %) и 71,7 % численности ее городского населения. Среди остальных городов относительно многонаселенными являются лишь Сокол и Великий Устюг. Пятое место по численности жителей занимает пгт. Шексна, далее следуют города Грязовец и Бабаево. Все остальные города имеют численность менее 12 тыс. человек. В половине районов области (13 из 26) нет ни одного города и функции административного центра в них выполняют поселки и крупные села.

Пространственное развитие территории области идет по пути поляризации. В структуре поселений происходит увеличение количества мельчайших населенных пунктов (с числом жителей до 5 человек) и в то же время – крупных (свыше 5 тыс. человек).

За период с 1989 по 2002 г. количество населенных пунктов с численностью населения до 5 человек возросло на 354 пункта (23 %). Это произошло за счет сокращения количества сел с численностью населения от 6 до 500 человек, в которых на момент переписи 2002 г. проживало около 55 % сельского населения области.

Вместе с тем часть населения перетекла в районные центры, позволив ряду из них смягчить процесс депопуляции, а некоторым даже увеличить свою численность.

Деградация структуры поселенческой сети, ее измельчание обусловливает выбытие земель из сельскохозяйственного оборота и потерю социально-экономического контроля за многими исторически освоенными территориями. Процесс этот носит устойчивый характер и связан в основном с вымиранием престарелого населения, оттоком молодежи и затуханием в селах производственной жизнедеятельности, а вместе с ней социальной и культурной.

При этом село исторически играло ведущую роль в решении демографической проблемы: коэффициент рождаемости здесь всегда был выше, чем в городе. Однако в настоящее время процессы сокращения численности населения в сельской местности приобрели еще большую остроту, чем в городе. По данным органов государственной статистики, в период с 1990 по 2006 г. численность сельского населения сократилась почти на 75 тысяч (16 %) – с 467,6 тыс. человек до 387,4 тыс. Количество жителей области уменьшилось на 71 % за счет снижения численности сельских жителей.

Города поглощают сельское население обширных территорий и в то же время создают вокруг себя мощные поля влияния на сельскую местность, способствуют концентрации сельскохозяйственного производства в пригородных зонах, направленного на удовлетворение собственных нужд. Поэтому там, где выше плотность городов и где они крупнее, шире ареалы относительного благополучия сельского хозяйства, а значит, и населения. Вдали же от городов возникают зоны аграрной (и, следовательно, общей) депрессии.

Как следствие, нарастает поляризация и между отдельными районами: часть из них (прежде всего – юг области) концентрируют население, становясь центрами дачно-рекреационной деятельности, промышленности, логистических сетей и т. д.; другие, напротив, являются «бесперспективными», отличаются сжатием аграрного пространства, распадом крупных хозяйств, сокращением населения. Подобная ситуация во многом типична и для других регионов страны.

По нашему мнению, современная политика управления территориями должна дифференцироваться, как и сами территории, и опираться на знание их социально-географических особенностей, тенденций развития. В районах, которые будут признаны «перспективными», упор должен делаться на стимулирование бизнеса, создание благоприятных условий для капитала, притока инвестиций, устойчивого роста и, в конечном итоге, бездефицитного бюджета. В то время как основой региональной политики в муниципальных районах, признанных «неперспективными» для определенных видов деятельности, должны стать помощь населению, сохранение историко-культурных ландшафтов, укрепление института местного самоуправления.

Таким образом, анализ показал достаточно высокий уровень социально-экономического развития регионов, однако переход на модель устойчивого развития сдерживается целым рядом причин.

2.2. Оценка устойчивости региональной социально-экономической системы

Российскими и зарубежными учеными ведется активная работа по формированию методик оценки устойчивости социально-экономических систем. Исследователи акцентируют внимание на двух основных концепциях: так называемых слабой устойчивости (weak sustainability – WS) и сильной устойчивости (strong sustainability – SS) региона. Первую чаще всего связывают с традиционным неоклассическим представлением экономической теории. Ее сторонники в качестве ведущего рассматривают требование снижения уровня общественного благосостояния с учетом долговременной перспективы. Ученые, разделяющие позицию сильной устойчивости, полагают, что в ее основе должно лежать положение о не снижении запасов природных ресурсов.

Нужно сказать, что еще в 90-е годы XX в. английский экономист Р. Тюрнер различал слабую и сильную устойчивость экономики. Причем слабую устойчивость он трактовал как постоянство во времени полного запаса капитальных активов, а сильную устойчивость («экологическая экономика») – как сохранение полного запаса капитальных активов при сохранении естественно-природного капитала [201].

Предложенная российскими исследователями Н.П. Голубецкой, О.Н. Макаровым и В.И. Бовкун [45] расчетная методика базируется на «правиле Хартвика», суть которого сводится к следующему: страна с экономикой, в значительной степени зависящей от природных ресурсов, должна реинвестировать часть доходов от их (ресурсов) эксплуатации для сохранения постоянства реального потребления во времени. При этом для анализа экономической устойчивости региона принято понятие индексов слабой устойчивости – Z и сильной устойчивости – Z'. Причем:

Z = (S – DA – DП) / Y,

где S – валовые внутренние сбережения;

Y – валовой региональный продукт (ВРП);

DA – величина амортизации техногенного капитала;

DП – величина амортизации природного капитала.

Становится понятным, что основными компонентами индекса устойчивости являются износ техногенного капитала, износ природного капитала, а также общие накопления региона.

Стоимость основных фондов отраслей экономики, уровень их износа, удельный вес полностью изношенных основных фондов, перемноженные между собой, – исходные данные для расчета износа техногенного капитала.

Износ природного капитала представляет собой сумму текущих затрат на охрану окружающей среды и стоимости использованных в регионе природных ресурсов. В современном обществе стоимость природного капитала (D_прир) определяется исходя из двух его составляющих:

D_прир = D₁ + D₂,

где D₁ – промышленная стоимость используемых ресурсов, т. е. их рыночная цена;

D₂ – экологическая, или природная, составляющая (в России не рассчитывается).

Для упрощения расчетов денежной оценки объема использованных в том или ином регионе природных ресурсов можно применять показатель ресурсоемкости ВРП, рассчитываемый по нижеприведенной формуле:

D_прир = Ресурсоемкость ВРП × ВРП.

В показатель общего регионального накопления входят: со стороны техногенного капитала – объем неизношенных промышленных фондов, со стороны природного – инвестиции в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов.

В свою очередь, индекс сильной устойчивости (Z') рассчитывается как отношение суммы износа природного и техногенного капиталов к валовому региональному продукту:

Z' = (DA + DП) / Y,

где DA – величина амортизации техногенного капитала;

DП – величина амортизации природного капитала;

Y – валовой региональный продукт (ВРП).

Причем износ природного и техногенного капиталов – не что иное, как составляющие «себестоимости» (хотя и неполной) всех конечных товаров и услуг, произведенных на территории региона за анализируемый год.

Таким образом, можно заключить: чем меньше сумма данных видов износа, приходящаяся на единицу валового регионального продукта, тем выше эффективность развития экономики региона.

Для того чтобы оценить степень достижения наиболее рационального баланса экономического, социального и природно-ресурсного компонентов субъектами Северо-Западного федерального округа в условиях трансформируемой экономики, рассчитаем индексы сильной устойчивости для каждого из них в 2000 и 2006 гг. по упомянутой методике [45].

Износ основных фондов отраслей экономики Вологодской области на протяжении последних лет нарастает: по итогам 2006 года этот показатель был одним из самых высоких в округе – 46,1 %.

Таблица 2.10. Показатели износа техногенного капитала по субъектам Северо-Западного федерального округа в 2000 и 2006 гг.

При этом коэффициент износа техногенного капитала в регионе за период с 2000 по 2006 г. вырос более чем в 2,6 раза (табл. 2.10). За исследуемый период в области существенно возросло негативное антропогенное влияние на природную среду (табл. 2.11).

Таблица 2.11. Показатели износа природного капитала по субъектам Северо-Западного федерального округа в 2000 и 2006 гг.

Необходимо отметить, что в 2000–2006 гг. в целом по Северо-Западному федеральному округу произошло незначительное снижение индекса сильной устойчивости – с 0,35 до 0,27 (рис. 2.8).

Вместе с тем анализ динамики данного показателя в разрезе отдельных субъектов округа позволяет сделать следующие, достаточно неоднозначные выводы:

1. За исследуемый период практически во всех регионах (равно как и по федеральному округу в целом) произошло снижение устойчивости.

2. Резкое падение индекса сильной устойчивости имело место в Архангельской (с 0,51 до 0,31), Ленинградской (с 0,49 до 0,24) и Новгородской (с 0,48 до 0,34) областях.

3. В Вологодской и Мурманской областях данный показатель практически не изменился.

Рис. 2.8. Индексы сильной устойчивости по регионам СЗФО в 2000 и 2006 гг.

4. В то же время в Республике Коми был зафиксирован значительный рост индекса сильной устойчивости (с 0,3 в 2000 г. до 0,42 в 2006 г.), что характеризует регион с положительной стороны.

Решение проблемы повышения устойчивости видится, прежде всего, в более эффективном использовании природно-ресурсного потенциала региона, внедрении передовых технологий в производство, повышении качества управления, что возможно обеспечить путем перехода экономики на инновационный путь развития.

Попытки создания методики оценки устойчивости развития, учитывающей влияние не только экономических, но и социальных и экологических факторов, предпринимаются в настоящее время как российскими, так и зарубежными учеными. Об этом свидетельствуют работы В.Г. Гаркавой, А.Н. Истошина, О.С. Кушнаревой, Ю.Г. Мигунова и др. [40, 113]. Этот факт еще раз подтверждает актуальность проблемы создания методики оценки устойчивости региональной социально-экономической системы.

По нашему мнению, при создании методики следует учитывать ряд требований:

• система показателей должна охватывать все составляющие региональной системы: экономическую, социальную и экологическую;

• число показателей должно быть ограничено;

• показатели должны быть сопоставимы;

• информационная база для проведения оценки должна быть доступна;

• показатели должны сводиться в единый, интегральный показатель, что обеспечит сопоставимость устойчивости регионов друг с другом;

• для интерпретации интегральной оценки необходимо задать пороговые значения.

Под интегрированной понимается оценка социально-экономического развития региона, проведенная с позиций согласованного сочетания основных аспектов: социального, экономического, экологического. Она включает в себя анализ и диагностику экономических, социальных и экологических индикаторов и их взаимосвязей; анализ и оценку возможности возникновения значимых воздействий на окружающую среду.

Особенностью такого анализа является реальное применение принципов устойчивого развития, суть которых состоит в том, что:

1) система должна находиться в окрестности траектории устойчивого развития, где ее основные показатели сбалансированы;

2) существует эффективный механизм, который способен парировать все возможные возмущения и удерживать систему в указанной окрестности (динамического равновесия);

3) ресурсы системы распределяются между ее элементами достаточно эффективно, чтобы не вызывать внутри нее антагонистических противоречий;

4) в систему поступает достоверная информация о ее состоянии и состоянии внешней среды, управляющая подсистема способна эту информацию переработать и принимать разумные решения;

5) разумное решение принимается с учетом текущего и возможных будущих состояний системы, прошлое воспринимается как опыт;

6) в иерархической системе обработка информации и принятие решений рационально распределены между всеми ее элементами;

7) система находится в достаточно гармонических отношениях с внешней средой;

8) механизмы преемственности и изменчивости системы обеспечивают плавную адаптацию к внешним условиям.

О необходимости создания интегрального показателя устойчивости социально-экономического развития регионов свидетельствует также динамика различий между субъектами Российской Федерации, не только не сокращающихся, а, напротив, по ряду позиций увеличивающихся. Это особенно заметно в отношении экономических показателей. Так, разрыв в экономическом развитии регионов России по такому показателю, как ВРП на душу населения, продолжает увеличиваться (рис. 2.9). По объему промышленной продукции на душу населения разрыв составляет более 300 раз.

Рис. 2.9. Динамика минимального и максимального значений валового регионального продукта (по всем регионам РФ), рублей на душу населения

На наш взгляд, методика оценки устойчивости региональной социально-экономической системы должна включать следующие этапы.

Первый этап – обоснование состава показателей.

Индикаторы устойчивости развития региона не являются неизменными, раз и навсегда установленными. Они определяются исходя из внутренних факторов, характеризующих экономическое, социальное и экологическое развитие регионов (рис. 2.10). На наш взгляд, для расчета интегрального показателя оценки устойчивости развития региональной системы могут использоваться следующие показатели (табл. 2.12).

Экономические показатели отражают:

– уровень экономического развития, обобщенные технико-экономические результаты и тенденции функционирования хозяйственного комплекса региона; выявляют потенциальные угрозы в отраслях хозяйства;

Рис. 2.10. Внутренние факторы устойчивости регионального развития

Таблица 2.12. Перечень индикаторов для расчета интегрального показателя устойчивости региональной социально-экономической системы

– уровень инвестиционной активности в регионе, что само по себе дает представление об интенсивности деловой и производственной деятельности; инвестиционные индикаторы сигнализируют о появлении угроз падения производства;

– уровень инновационности и восприимчивости сферы производства к достижениям НТП, тенденции развития научно-технического потенциала, без которого невозможен прогресс и дальнейшее функционирование экономики;

– способность региона самостоятельно решать социально-экономические проблемы.

Социальные показатели характеризуют:

– социально-демографические процессы в регионах и уровень жизни населения, степень благополучия в обществе;

– состояние трудовых ресурсов, качество трудового потенциала, способность обеспечить переход экономики к инновационному типу развития.

Экологические показатели свидетельствуют об экологическом благополучии, влиянии экономики на экологию региона, об адекватности применяемых мер по снижению негативного влияния на окружающую природную среду.

Второй этап – оценка уровня развития региона по каждому показателю. Для учета весомости показателей и степени различий в их уровне по регионам, а также для расчета единого комплексного индикатора уровня развития целесообразно применить метод многомерного сравнительного анализа, основанный на методе эвклидовых расстояний. Он позволяет учитывать не только абсолютные величины показателей каждого региона, но и степень их близости (дальности) к показателю-эталону. В связи с этим координаты сравниваемых регионов выражаются в долях соответствующих координат эталона, взятого за единицу:

k_i – оценка уровня развития региона i по каждому показателю:

– прямой показатель;  – обратный показатель;

x_i – значение показателя в регионе i;

max(x_i), min(x_i) – показатель-эталон, в качестве которого могут быть выбраны оптимальные (или пороговые) значения показателей регионального развития.

Третий этап представляет собой расчет комплексного показателя устойчивости по блокам. Каждый показатель возводится в квадрат (чтобы избежать отрицательных значений), затем находится средняя арифметическая оценка и извлекается корень квадратный:

где I_j – комплексный показатель устойчивости по каждому блоку показателей.

Четвертый этап – формирование интегрального показателя.

При этом важным моментом является выбор формы построения обобщающего показателя (интегрированного индекса) устойчивости региональной социально-экономической системы.

Наиболее часто индикаторы устойчивого развития выражаются в форме среднеарифметического частных индикаторов (например, индекс развития человеческого потенциала).

Однако, на наш взгляд, для отражения значимости каждого из учтенных компонентов социально-экономической и экологической системы, их пропорциональности в большей степени соответствует среднегеометрическая величина. Изменение любого из частных индикаторов приводит к изменению значения обобщающего показателя и фиксирует изменение устойчивого состояния региона.

Исходя из этого, интегральный индекс устойчивости можно рассчитать по следующей формуле:

где I_экон. – экономическая устойчивость;

I_соц. – социальная устойчивость;

I _экол. – экологическая устойчивость.

Такое построение показателя позволяет отразить значимость каждого из учтенных компонентов социально-экономической и экологической системы. Изменение любого из частных индикаторов приводит к изменению значения обобщающего показателя и фиксирует изменение устойчивого состояния региона.

Пятый этап – интерпретация интегральной оценки устойчивости социально-экономического развития региона.

Для этих целей следует установить пороговые значения индекса устойчивости. Интегральный индекс устойчивости может находиться в пределах от 0 до 1. Следовательно, можно выделить шесть уровней устойчивости региональной социально-экономической системы, которые объединены в четыре области устойчивости (табл. 2.13).

Область 1 характеризует очень высокую степень устойчивости системы. Нахождение системы в этой области не требует каких-либо корректирующих воздействий со стороны субъекта управления.

Таблица 2.13. Интерпретация пороговых значений интегрального индекса устойчивости региональной социально-экономической системы

Область 2 соответствует устойчивому развитию или близкому к нему. Однако в этой зоне могут накапливаться факторы, снижающие устойчивость системы. Воздействия субъекта управления должны быть направлены на снижение влияния этих факторов.

Область 3 значений интегрального индекса отражает наличие отрицательных тенденций процессов, которые нарушают равновесие системы, и свидетельствует об угрозах безопасности системы. От субъекта управления требуется принятие комплекса мер, направленных прежде всего на устранение угроз, обеспечение устойчивого развития системы в долгосрочной перспективе.

Область 4 значений интегрального индекса представляет собой зону кризиса, где начинаются качественно новые процессы, ведущие к полному краху системы. Воздействия субъекта управления должны быть направлены на принятие срочных антикризисных мер.

Анализ индикаторов социально-экономического развития регионов России, показателей, выбранных для расчета интегрального показателя оценки устойчивости развития региональной социально-экономической системы, позволяет констатировать, что за 2000–2007 гг. их значения изменялись (табл. 2.14). Следовательно, изменения произошли и в степени устойчивости регионов Российской Федерации.