Читать книгу "Похищенная киллером"

Глава 10

Не заметила, как уснула, а проснулась, когда машина остановилась. Я осмотрелась. Темнота. Снег кругом. Впереди очертания дома.

Мой взгляд переместился на Шёпота. Он спал, откинув голову назад. Лицо бледное.

– Держи ключи и беги открывать, – скомандовал Мороз, отдавая мне связку. – А я пока дотащу его.

Я кивнула. Выскочила на улицу и снова меня обожгло холодом.

Горло стягивало. Кажется, я всё же заболею.

Большими скачками я допрыгала до здания. На деревянном полу тоже снег, поэтому я стояла то на одной ноге, то на другой, пока искала ключ. Благо светили фары и можно хоть что-то разглядеть.

Справившись с дверью, я заскочила внутрь. Здесь ничуть не теплее, чем снаружи, и уже стали постукивать зубы. Вслед за мной, матерясь, вошёл Мороз. Он почти тащил друга. Тот еле шевелил ногами. Плохо.

Мужчина сразу включил свет, и я смогла осмотреться. Большой деревянный дом с шикарной мебелью. На стене оленьи рога, камин. Где-то дальше ещё комнаты, но они в темноте.

Мороз скинул Шёпота на диван, и сразу же что-то нажал на пульте.

– Сейчас станет тепло, – бросил он, увидев, как я мёрзну.

Сбоку лежали покрывала, и я схватила одно. Закуталась и подошла к раненому. Он безучастно смотрел в потолок, а потом перевёл взгляд на меня.

– Вытащишь из меня свинец?

– Куда я денусь.

Мороз приволок всё из машины, и я приступила. Продезинфицировала инструменты, вколола обезболивающие и уже через несколько минут достала пулю. Мне принесли аптечку, в которой был набор иголок и ниток, поэтому даже сделала пару стежков. И завершила всё антибиотиком в ягодицу. Как же мужчины не любят это. Но я строгий врач.

Пока возилась с Шёпотом, Мороз ушёл внутрь дома и чем-то там гремел. Тепло начало заполнять помещение.

– Как тебя зовут? – спросила я, садясь на край дивана.

– Богдан.

Я потрогала его лоб. Горячий.

– Тебе надо жаропонижающее.

– Разберусь. Не помру. Тем более рядом такой врач.

Он мило улыбнулся. Ну, мальчишка ещё. Как его занесло в криминал? С Морозом всё понятно. Дядька уже взрослый. А этот?

Я только хотела спросить, как пространство разрезал густой бас:

– Пойдём есть!

Мы встали, я помогла Богдану подняться. Он поморщился и кряхтя пошёл на кухню. Я следом.

Проходя мимо Мороза, поймала недовольный взгляд. Будто бы даже ревнивый. Всё никак не могла вспомнить этого мужчину. На операционном столе все одинаковые. Что-то знакомое вертелось в памяти, но ухватить не удавалось.

– Завтра выйду на связь с Князем, – сел за большой дубовый стол Мороз. – Выясним всё же, чьи это ребятки.

Я ела обычные макароны с томатной пастой и осматривалась. Весь интерьер массивный. Будто попала в сказку с тремя медведями. Только здесь их двое.

– А ты неплохо держишься, – ухмыльнулся Шёпот, наматывая на вилку спагетти.

– По работе много чего видела. Я не из пугливых.

– Это я заметил.

– Здесь есть ванная?

Наверняка в таком доме должна быть.

– На первых этажах душ, на втором есть.

– Тогда я вас оставлю. Очень хочу погреться. Выпей жаропонижающие, – бросила я, уже вставая.

Я намёрзлась основательно и мечтала сейчас просто полежать спокойно в пене, отойти от этого безумного дня.

Выскочив из-за стола, я понеслась на второй этаж по деревянным ступеням. Там чуть прохладнее. Но этот дом мне нравился. Какой-то сказочный уют чувствовался в каждой детали.

Побродив по комнатам, я нашла огроменную ванную. А в ней невероятных размеров бадья, сделанная под дерево. Долго же её наполнять. Но я, не раздумывая ни минуты, тут же врубила горячую воду. Повертела разные краны и оказалось, что это джакузи.

Я почти запищала от восторга.

На полочках стояли различные баночки. Понюхав каждую, я остановилась на кокосе и щедро вылила в воду.

Кайф.

Водолазка и шорты слетели в секунду, и я, не чувствуя усталости, перемахнула высокий бортик. Чуть не завизжала от удовольствия, когда меня стало окутывать тёплым паром и мягкой пеной.

На моё удивление бадья набралась быстро. И я почти уплыла в прямом и переносном смысле. Закрыла глаза и парила. Вот такой бы жизнью всегда жила. Как мало нужно человеку. Просто отключить мозг, критическое мышление и поддаться сиюминутному счастью.

– Расслабляешься? – услышала я голос.

Тут же дёрнулась и разлепила веки. Сердце в пятки ушло от неожиданности.

Надо мной навис Мороз. Его глаза пожирали меня, скользя по лицу, шее, груди.

Глава 11

– А где Шёпот?

Самый тупой вопрос, который я могла задать.

– Зачем он тебе? – холодно спросил мужчина, даже не пытаясь скрыть раздражения.

Он выпрямился, медленно снял куртку, остался в чёрной футболке, обтягивающей плечи. Я сжалась и опустилась в воду до подбородка.

– Я просто спросила. Переживаю… за его рану.

– Спать ушёл. Он устал, – коротко бросил Мороз. – А ты умудряешься расслабляться.

– Просто замёрзла, – попыталась выкрутиться я.

Мужчина сделал шаг и остановился почти у края бадьи. Смотрел сверху вниз, не мигая. И я чувствовала, будто меня разбирают на кусочки, отвела взгляд.

– Не отворачивайся! – приказал он тихо.

Снова подняла глаза, но встретилась с холодной сталью и поёжилась.

– Так лучше, – протянул Мороз. – О чём говорили в машине с Шёпотом?

– Тебе всё нужно знать?

– Не советую меня дразнить.

Он не повышал голоса, но говорил так, что мурашки разбегались по коже.

– Про брата твоего.

Собранный взгляд расфокусировался, мужчина смотрел куда-то сквозь меня, о чём-то думал.

А когда меня сковал его голубой лёд, Мороз ответил:

– Кто-то из свиты Романова заказал моего брата. Мне нужно имя исполнителя. Но его не скажут. А теперь есть ты. Улавливаешь?

– Пока нет.

– Ты нужна Романову, мне требуется имя. Равноценный обмен.

– Но ты же не отдашь меня? Мы договорились же?

– Договорились.

Блин. Он как робот. Ничего не понять по нему.

– Так что тебе нужно от меня?

Я почти уже касалась носом воды.

– А что ты умеешь?

– В смысле?

– Я не насильник, Арина. – Моё имя прозвучало как-то странно из его уст, очень интимно. – И к сделкам отношусь хорошо. Наши условия: ты отдаёшь себя, я защищаю. Но ты должна этого сама хотеть.

Сама хотеть? Это как? Можно ли испытывать желание к пленителю? Хотя стоит вспомнить душевую и моё возбуждение после…

– Думала, ты всё сам.

– Так не будет. Ты придёшь первой. Через неделю.

– И должна буду притвориться, что хочу тебя?

– Без притворства.

– Это как?

Он опёрся руками о край бадьи, наклонился. Я по инерции откинулась назад, но дальше было некуда, и ощущение ловушки усилилось.

– Встань, – тихо приказал он.

– Опять будешь смотреть?

– Встань! – Мужчина наклонил голову, и стало понятно, что если не подчинюсь, будет хуже.

Всё внутри напряглось. Как тогда. Разлетелся жар по телу. Его приказы заставляли меня чувствовать себя зверьком в лапах хищника, но… мне нравилось?

Я медленно поднялась. Пена кусками падала в воду. Некоторые её части сползали, обнажая мои изгибы.

Тишина создавала неловкость, становилось жарко. Поэтому я спросила:

– Как тебя зовут? Надо же знать… кого буду желать.

Мужчина на минуту задумался, решая, говорить или нет, а потом всё же ответил:

– Глеб.

Имя короткое, жёсткое. Как он сам.

– И раз я тебе сказал, то выполню условие получения моего имени.

Из памяти вылетело. Что там было? Оргазм? Чёрт. Долюбопытствовалась.

Мороз продолжил рассматривать меня.

Я хотела прикрыться, но Глеб тут же прищурился:

– Не смей. Руки вниз.

Торговаться с такими приказами нельзя.

Пальцы дрожали, а дыхание сбивалось. Я чувствовала каждый сантиметр обнажённого тела под его взглядом. Мужчина не спешил. Сначала прошёлся сканером по шее, груди, животу, а потом медленно опустился к треугольнику между ног. Так пошло. Хищно. Но меня заводило. И от этого всё моё естество протестовало. Невозможно желать так, а я желала.

– Повернись, – спокойно бросил он.

– Зачем?

Голос предательски сорвался, а во рту пересохло.

– Я сказал, повернись.

Стиснув зубы, я послушалась. Почти физически чувствовала взгляд, и кожа покрывалась мурашками. А потом его пальцы прошлись по спине, к пояснице, и я вздрогнула, чаще задышала.

Он подошёл, и макушкой я ощутила тяжёлое дыхание.

– Какое-то бесконечное рассматривание, – прыснула я, чтобы хоть как-то охладиться, потому что сейчас горела.

– Раздвинь ноги.

– Что? – хотела повернуться я.

Мы же договорились!

– Не поворачивайся и раздвинь ноги! – коротко остановил Глеб мои попытки взглянуть на него.

Я подчинилась. Минуту стояла, не шевелясь, сердцебиение зашкаливало. А потом его пальцы двинулись медленно, изучающе. Ниже. Ещё. Прошлись по самому уязвимому.

И взрыв. Шумно выдохнув, я поняла, что не смогу сопротивляться. Даже себе. Потому что внизу жарко. Слишком. И он это понял. Но решил не проверять, а показать, как он может заставить меня хотеть только одним словом. Я – его. И это не обсуждалось. Даже моё тело подчинялось мужчине.

Пальцы не ускорялись, выписывали круги и заставляли закрывать глаза. В какой-то момент я пошатнулась, желая сжать бёдра от накатывающего экстаза.

– Не смей! – услышала я.

И застонала от невыносимости сладкой ласки. Он лишь на секунду остановился, а я сама подалась назад и развернула лицо, чтобы вымолить поцелуем всё остальное.

Мужчина не спешил. Завис в миллиметре от моих приоткрытых губ и продолжил игру пальцами.

– Видишь, Арина. Ты вполне способна желать.

Я дёрнулась, чтобы поцеловать его, но он не дал. Развернул мою голову свободной рукой и оставил ладонь на шее.

Моё тело дрожало от напряжения и желания добраться до вершины, но мужчина не спешил. Наоборот, замедлялся.

– Мне нравится, – прошептал он на ухо. – А теперь кончи для меня.

Его голос направлял, а я шла за ним. Приказы стали спусковым крючком.

Внутри натянулась струна. Ещё. Ещё. Сильнее.

Пальцы ускорились… или я сама двигалась навстречу? Без разницы. Плевать. Только чувствовала, как поднималась волна.

Выше.

Больше.

Боже. О боже!..

Я куда-то вцепилась. Дыхание рваное. Громкое.

– Чёрт! – сорвалось у меня.

И обрыв.

Внутри всё рассыпалось. Разлетелось. Взорвалось.

Ноги подкосились. Я сильнее вжалась в мощный торс, чтобы не упасть. В глазах потемнело. Спина выгнулась, а рот приоткрылся. Из него вылетел хриплый… крик? Стон? Что это?

Перед взором наступила темнота. В ушах барабанило. Жар. Он везде. Пробежался по венам и собрался внизу.

Волна медленно начала отступать, оставляя после себя дрожь. Пустоту. Её хотелось заполнить.

В голове звон. А я ещё дышала так тяжело, будто пробежала стометровку.

Его руки держали меня. Вот во что я вцепилась. В мощное предплечье.

– Отлично. Умница, – сквозь гул бьющего по ушам пульса, слышала я похвалу.

Будто я на каком-то конкурсе. Выиграла приз. Оргазм.

И да. Он до сих пор отражался внутри всполохами.

Его рука закончила мучить меня и переместилась медленно на грудь. Вторая всё так же лежала на шее. Моё тело изучали. Теперь не взглядом. И я осознала, что просто желаю, чтобы меня взяли прямо здесь. Выгнулась и специально потёрлась о его пах.

– Но-но, – цокнул он. – Не сегодня.

Глеб отстранился и развернул меня. В его глазах пылал огонь. И мне хотелось обжечься.

– На колени.

На дрожащих ногах я опустилась. Смотрела на него снизу вверх. А он подошёл чуть ближе, собрал мои мокрые волосы и не спеша намотал на кулак.

– Ты же точно меня не отдашь Романову? – спросила я.

Он долго изучал моё лицо, а после потянул руку с волосами так, что я выгнулась. Мужчина наклонился и впился в шею. А из меня вылетел стон. Ещё несколько поцелуев до уголка губ. И там остановился.

– Ты должна будешь очень постараться.

Поцелуй же меня, чёртов ублюдок!

Но он даже не думал. Отстранился, выпрямился и быстро вышел, так и оставив меня разгорячённой, стоящей на коленях в уже почти остывшей ванной.

– Вот чёрт! – провела я рукой по лицу, смывая наваждение.

Плюхнулась в бадью и врубила горячую воду.

Это что сейчас такое было? Я должна думать о побеге, Романове, своей смерти, а мои мысли все внизу. Там, где пылало.

Ладно. Завтра подумаю над этим. Сердце колотилось, и появилось странное ощущение, что меня раздели, но сняли не одежду, а обнажили чувственность.

Глава 12

После ванны я вышла, завернувшись в толстый махровый халат. Спустилась на кухню. Глеб сидел за ноутом с серьёзным видом, задумчиво потирал подбородок.

Я прошмыгнула, поставила себе чайник и сделала несколько бутербродов. Меня как будто не замечали.

– Не боишься, что я снова убегу?

Сев напротив, я посмотрела на него.

– Если дура, то беги, – коротко бросил он. – Я тебя не держу.

– Даже так. То есть… я свободна? От меня нужен был только шифр? А что, если я решу сама спрятаться от Романова?

Теперь он перевёл взгляд на меня.

– Ты. Спрятаться? – Уголки его губ поползли вверх. – Ну-ну.

Мужчина глубоко вздохнул и снова уставился в экран. Я медленно жевала бутерброд. Да, мне не убежать самой от Романова. Если он нашёл нас в какой-то заброшке, то вытащит из любой глуши. И я всю жизнь буду бегать. А ресурсов сделать вторую личность у меня нет.

– А это… навсегда?

– Что именно?

– Мне нужно будет всю жизнь остерегаться Романова?

– Теперь да. У него длинные руки.

– Но он же мог оказаться в тюрьме с моими показаниями.

– Думаешь, оттуда не достанет?

– Я не знаю, как у вас всё устроено, в вашем криминальном мире.

Теперь он закрыл ноут и, скрестив пальцы, приставил их ко рту, внимательно изучая меня. До сих пор не могла привыкнуть к этому пытливому взгляду. Наверное, и не привыкну.

– У таких, как мы, нет имени, нет личности, нет дома. Мы постоянно перемещаемся. И если хочешь жить, тоже будешь.

– Но ты обещал… когда наиграешься, отпустить меня.

Кусок застрял в горле.

– Да. Отпущу. Но даже тогда тебе надо будет всегда смотреть по сторонам.

Твою мать. Вот же влипла! Ну почему я просто не могла прооперировать, и всё? Выкинуть куда-нибудь эту именную пулю. Надо же было ещё и брыкаться, записывать разговоры с угрозами.

Я резко встала и начала нервно разрывать пакетик с чаем, чтобы заварить его.

Всё просрано: карьера, дом, жизнь, друзья. Что они подумают? Хотя… мне тут обещали устроить мнимую смерть. Значит, похоронят. Интересно, много ли придёт проводить меня в последний путь?

И куда я потом одна пойду? Даже с деньгами? Чем стану заниматься?

– Чай будешь? – спросила я.

– Кофе.

– Вредно пить кофе на ночь.

– Думаешь, я доживу до старости? – усмехнулся он.

Да, с его работой вряд ли.

Я поставила турку и снова села перед ним. Мороз не открывал ноут. И позы не поменял.

– Поделишься, что сейчас происходит? Или ты со своими подстилками не обсуждаешь ничего?

– Ты любишь себя называть грязными словами.

Его бас проходился по коже, впитывался и немного отдавался эхом где-то внутри.

– Так что?

– Ты пока сидишь тихо. Сейчас я проинформировал Князя, что ты у нас. Он решил отобрать. Не вышло. Выжидаем, а после поднимаем цену.

Я почти поперхнулась.

– В смысле… поднимаем цену?

– За тебя не просто имя исполнителя, но и цепочка до заказчика. Суд у тебя через две недели. Значит, Князь будет паниковать и выдаст нам всё.

– Так а как при этом я останусь в живых? Этот пункт не предусмотрели?

– Ты подъедешь к зданию суда, и машина взорвётся.

Да что за нахер? И это его блестящий план?

– Вопрос остаётся актуальным.

Кажется, мои глаза уже не могли больше расширяться. Я просто вылупилась на Мороза. Замерла в ожидании ответа.

– Я научу, как уходить. В машине дырка. Паркуешься по заданным координатам. Падаешь в люк внизу. По канализации. Дальше мы тебя встретим.

– Тренировка будет?

Он кивнул. Хотелось расслабиться, но не получалось. Мои пальцы задрожали, и я схватилась ладонями за чашку, чтобы не показывать. Но Мороз увидел, потому что ничего не ускользало от него.

– Тебя легко напугать, – хмыкнул он и встал, чтобы налить себе уже вскипевший кофе.

– Я не каждый день… проворачиваю такие трюки. Извини.

Даже мой голос дрогнул.

– Привыкай.

– А потом что? После этого?

– Мы устраним исполнителя, заказчика и выедем из страны. Сюда приехали только из-за этого.

– И я с вами?

– И ты с нами.

– То есть… моя ипотека. Можно её уже не платить?

– Мёртвым квартиры не нужны.

Он сел и медленно помешивал ложечкой в стакане.

– А я… что мне делать потом? Когда тебе надоест со мной? И чем мне заниматься?

– Арина, ты слишком много думаешь о будущем.

– Конечно. Надо же хоть примерно понимать, куда ты идёшь.

Мужчина ничего не ответил. Поднял чашку и, делая глоток, снова прострелил меня взглядом.

Как он умудрялся разговаривать без слов? Так, что я всё понимала? Для него жизнь – это здесь и сейчас. Никаких планов. Ничего, что за пределами дня.

А я от этого ещё больше нервничала. У меня всё расписано по часам: когда операция, когда смена. Да, часто случались внеплановые, срочные дела. Но даже тогда я знала, что в конце месяца платить за ипотеку, что через двадцать лет квартира моя. Искала себе мужчину. Думала о детях. Даже посчитала, если до сорока не найду никого, то усыновлю ребёнка и буду воспитывать одна.

Теперь же всё летело в костёр. Сгорало. Превращалось в пепел.

– У меня ещё условия, – прошептала я.

Мне надо за что-то зацепиться. Раз он мог повышать ставки с Романовым, то и я могу.

– Слушаю.

– Дом, работа и…

Ребёнок.

Но я осеклась. Не от него. Сама найду подходящего. Когда обустроюсь и он уйдёт.

– И?

– Ничего. Это всё.

– Договаривай.

Снова приказ. Я научилась различать обычную речь и ту, где он добавляет сталь.

– Мне скоро тридцать. Уже думала о детях. Но с этим разберусь самостоятельно. Без тебя, – выпалила я.

Несколько минут прошли в молчании, и он ни разу не моргнул, сканируя меня.

– Хорошо.

Что хорошо? Непонятно. Какую-то часть условий он выполнит. А мне надо учить язык иностранный. Или английский подойдёт? Его я знала.

– Куда мы поедем?

– Азия.

– Китай?

Он кивнул. Чёрт. Вот их язык капец как сложно выучить.

– Мне нужен мобильный.

– Исключено.

– Да как мне… Слушай…

– Пока ты здесь, никакой связи, – отрезал Мороз.

И спорить с ним бесполезно.

– Хорошо, – выдохнула я. – Ладно. А спать мне где?

– Второй этаж. Последняя дверь. Я приду позже.

– Мы… мы будем спать… вдвоём?

– Так быстрее привыкнешь ко мне.

А у меня из головы вылетело, что я ж ещё и секс-рабыня. Но… кажется, я от этого получу своё удовольствие, поэтому «рабыню» можно вычеркнуть. Просто…

Этот статус неопределяемый. Такого ещё не придумали. Заложница? Похищенная киллером?

Я допила свой чай, встала и ушла. Комната оказалась просторной. Большая кровать посередине, удобные шкафчики. Порылась в них. Нашла одежду, ну как одежду… рубашку, которая едва прикрывала попу. А говорил, нет у него дома. Но этот похож на что-то стабильное. На какую-то точку, куда он возвращается.

Юркнув в кровать, я тут же накрылась большим пуховым одеялом. Здесь тихо. И как-то спокойно. А главное, чисто и не холодно. В той казарме во мне всё напрягалось, а тут страх не приходил.

Уснуть никак не получалось. Всё думала о своей жизни и купалась в грусти от того, как всё разом сгорело.

Когда пришёл Мороз, мгновенно закрыла глаза, делая вид, что сплю.

Мужчина пошуршал, снимая одежду, и кровать промялась. А потом я почувствовала, как он расставил руки по бокам от моей головы. Его дыхание у моих губ. Внимательный взгляд. Да. Он ощущался сильнее всего.

Касание. Сердце так билось, что я боялась себя выдать. Мужчина даже не думал, разбудит ли меня этим или нет. Его поцелуй разрастался, а я податливо открывала рот.

– Я ещё не готова, – резко повернула я голову вбок.

Дыхание сбилось. Ведь врала. Готова полностью. Но во мне боролись разум и чувства. Я решила использовать выданный срок и подождать. Остыть. Привести мысли в норму. Потому что мне казалось, что я лечу в пропасть на бешеной скорости.

Он несколько секунд провисел надо мной, а потом лёг рядом. Но при этом сгрёб меня к себе. Моя спина горела от жара его груди. А попой я чувствовала возбуждение Мороза. Такое… приличное. Большое. И твёрдое.

Конечно, мужчина дал мне время. Но я понимала, что терпение у него только в рамках той недели, что я выторговала. Мне и хотелось окунуться в эту пропасть, но ещё и нужно подготовиться. Как при прыжке с парашютом.