Текст книги "По следам Гиены"
![](/books_files/covers/thumbs_240/po-sledam-gieny-190241.jpg)
Автор книги: Татьяна Бердникова
Жанр: Детективная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
«Ссс моей помощщщью!» – прошипела в ответ тень, – «Дальшшшеее…»
«Успокойся, вскоре отправлюсь дальше», – он вздохнул и, услышав щелчок электрического чайника (электричество в доме отключено не было), возвещающего о кипении, с удовольствием открыл картонную упаковку, затем наливая воду в бумажное подобие миски. В воздухе сразу потянуло приятным, безмерно вредным для здоровья запахом.
Он улыбнулся.
«В тюрьме такого не получишь…»
Мокой промолчал. Он вообще вел себя, на взгляд Альфы довольно странно – злился, подталкивал его вперед, однако, сам не говорил, куда надо держать путь, позволяя мужчине двигаться в выбранном им самим направлении. Он и шел, и бежал, поначалу просто желая уйти подальше от тюрьмы, а теперь надеясь вернуться в Нью-Йорк. Он хотел найти Доминика Конте.
«Итак, что же ты собираешься делать дальше?» – на планы подселенца Арчибальду было, по большому счету, плевать, однако, узнать о них он хотел, – «Ты говорил что-то о кольце… мне ограбить ювелирный?».
«К черту ювелирный!..» – мокой задергался внутри, и мужчина еле удержал в руке пластиковую вилку, продолжая есть, – «Мое кольцо, только мое кольцо!.. Найди его… найди… того, кого жжелаешшь…»
«Найти Ника Конте?» – он усмехнулся и, доев (а ел он быстро – сказывались дни, проведенные на тюремной пище), поднялся на ноги, – «С огромной радостью! Что ж, я сыт, остались мелочи…» – он скользнул ладонью по подбородку, – «Побриться, что ли…»
Бритвы в доме не нашлось. Были только ножницы, поэтому он решил воспользоваться их помощью и по мере сил привел бородку и усы в надлежащий вид. Затем осмотрел свою отросшую, взлохмаченную шевелюру и, схватив расческу с выломанными зубцами, кое-как причесался.
«На Карла Ежа, конечно, не тяну, но все лучше, чем было», – он придирчиво оглядел себя в зеркале. Уже не беглый преступник, уже не тот Хищник, которого привыкли видеть сокамерники и охранники. Молодой мужчина, с аккуратной растительностью на лице, в распахнутой рубашке и коротких штанах – быть может, немного развязный, но все-таки абсолютно не похожий на бывшего заключенного. Можно даже не бриться – в таком виде его все равно не узнают.
«Значит…» – он еще раз провел расческой по волосам и, опершись ладонями на раковину в ванной, над которой и проводил свои процедуры, криво ухмыльнулся, – «Значит, в Нью-Йорк. В гости к Доминику…»
* * *
На улице было прохладно – стоял конец марта, и зима никак не хотела сдавать свои позиции. Несколько друзей, собравшихся возле ресторана «Доминик», ежились, переговаривались, перешучивались и ожидали самого виновника торжества – именинника. Никаких вечеринок устраивать ему они, конечно, не собирались – все были людьми взрослыми и полагали, что вечеринки это забава больше для детей, да и временем особым не располагали, собирались просто посидеть дружной компанией и отметить день рождения Доминика Конте вполне спокойно.
Подъехал знакомый автомобиль, и один из гостей, переминающихся с ноги на ногу у дверей ресторана, молодой темноволосый мужчина с теплыми светло-карими глазами, всплеснул руками, тотчас же обнимая стоящую рядом с ним девушку за плечи.
– Ну, наконец-то! Я думал, мы тут совсем закоченеем.
Мужчина, выбравшийся из машины, и как раз успевший услышать эти слова, широко улыбнулся и, махнув рукой, виновато пожал плечами.
– Пробки, Дик. Дерек и так уже изволновался, что мы опаздываем.
Молодой человек, выбравшийся из автомобиля со стороны пассажирского сидения, согласно кивнул.
– Еще бы! Сколько вы нас уже ждете?
– Минут пятнадцать, – на сей раз ответ последовал не от Дика, а от другого человека – очень спокойного, очень выдержанного и, не взирая на предстоящий праздник, хладнокровного, – Пойдемте внутрь.
– Пойдем, – Доминик вздохнул и, в общем-то, не слишком горящий желанием отмечать собственный праздник, щелкнул брелоком сигнализации, – Кстати, привет, Карл. Конрад… не ожидал вас увидеть здесь.
– Пригласили, но увидеть не ожидали? – стоящий по правую руку от Карла человек удивленно приподнял брови, – Я бы не пропустил вашего праздника, мистер Конте.
– Ну, и хорошо – чем больше людей, тем веселее! – Дик широко улыбнулся и, слегка прижав к себе девушку, мельком подмигнул спутнице Конрада, никому толком не представленной, но здесь присутствующей. Знакомиться было решено уже за столом.
– Ну, ладно, идемте, идемте! – Ник, на правах именинника, первым направился к ресторану; остальные потянулись за ним.
Дерек, немного задержавшийся, торопливо поправил постоянно сползающий галстук и, мимолетно улыбнувшись тоже почему-то не торопящемуся Карлу, хотел, было, пройти мимо него, однако, неожиданно оказался остановлен.
– Тедерик… – мужчина едва заметно сдвинул брови, – Есть разговор.
Молодой человек, мигом насторожившись, замер, сам хмурясь. Подобные слова Карла всегда означали серьезные проблемы.
– Что случилось?..
Мужчина помолчал несколько секунд, будто собираясь с мыслями. Затем вдруг вздохнул и, мимолетно сжав губы – это было признаком высшей степени недовольства ситуацией, – наконец, ответил. Ответил коротко и четко, заставляя собеседника похолодеть.
– Альфа на свободе.
– Что?.. – Дерек или Тедерик, как всегда называл его Карл, ошарашенно приоткрыл рот и недоверчиво покачал головой, – Но… но как?.. Этого не может… Он же сидел пожизненно, там все… я думал, так строго…
– Там все действительно строго, – Карл слегка приподнял подбородок, – Альфа сбежал, Тедерик. Перебил половину тюремной охраны, говорят, голыми руками отодвинул загораживающую проход решетку… – он незаметно покачал головой, – Пропал где-то в лесу. Его ищут, ищут тщательно, но пока безрезультатно. Куда мог скрыться этот Хищник никто не может даже предположить… Я, со своей стороны, стараюсь помогать в поисках. Но Арчибальд ловок…
– Пожалуйста, не называйте его так, – парень поморщился и, сунув руки в карманы, очень тяжело вздохнул, – Мне до сих пор трудно поверить, что тот Арчи, которого я знал, и этот страшный человек – одно лицо. Я даже не могу сказать, что он изменился – я никогда толком не знал его!..
– Сложно сказать, чтобы его хоть кто-нибудь знал, – мужчина повернулся в сторону ресторанной двери, – Надо идти, я бы не хотел, чтобы из-за нас начали беспокоиться. Доминику лучше пока не сообщать… Полиции пока ничего не известно, Ричард, скорее всего, еще не в курсе. Но скоро узнает… Альфа бежал сегодня, в день рождения нашего друга, и я бы совсем не хотел испортить ему праздник. Я отдал распоряжение охране женской тюрьмы, где содержится Моррис, быть как можно внимательнее и осторожнее. Подозреваю, что он может наведаться за ней…
Тедерик на несколько секунд примолк, затем пораженно покачал головой.
– Знаете… меня всегда восхищал ваш авторитет и ваши связи, но такого я даже и предположить не мог. Давать распоряжение охране тюрьмы… – он еще раз качнул головой, – Да, вот на что в самом деле способен Карл Еж, вот почему вас так боятся!
Карл Еж, абсолютно не польщенный этим искренним восхищением, сдвинул брови.
– Они боятся меня, – негромко вымолвил он, – А я боюсь его. Он не зря связался с Ди-Ре – редко когда и где встретишь человека, на чьих руках крови было бы больше, чем на руках этих двоих. Альфа ненормальный, Тедерик, он убивает, не задумываясь, он жесток и безрассуден, и одержим идеей добраться до Ника. Надо быть настороже… – он неожиданно улыбнулся, – Но тюрьма, где он был, далеко от Нью-Йорка, сегодня до нас он не доберется. Что ж, пойдем. Не будем заставлять именинника ждать еще дольше.
…За большим столом, специально по этому случаю накрытом в ресторане, уже царило праздничное оживление. Девушки, рассевшись рядом со своими кавалерами, весело щебетали, знакомясь и переговариваясь, молодые люди улыбались и, не прислушиваясь к ним, говорили о своем. То, что Карл и Дерек немного задержались, почти не было замечено – Доминик решил, что молодому человеку, как хозяину ресторана, необходимо решить какие-то дела, а Карл, очевидно, помогает ему, и не стал беспокоиться.
– Почему же вы никак не найдете себе девушку, мистер Конте? – голос Конрада, выбившись из общей мешанины звуков, коснулся слуха бизнесмена, заставляя его несколько досадливо вздохнуть. Подобных вопросов, невольных намеков на его неудачи в личной жизни, мужчина не любил.
– Я думал, что вам известны причины, мистер Трейсман, – он хмыкнул и, скрестив руки на груди, немного нахмурился, – У меня была девушка, мы расстались четыре дня назад, после того, как она мне изменила. Я не знаю, по какой причине у всех моих подруг складывается мнение, что со мной так можно поступать, что я буду купать их в золоте, а они меня – водить за нос.
– А я бы никогда так не поступила! – подруга Трейсмана, мельком прислушавшаяся к разговору, несколько оживившись, даже приподнялась на стуле, – Это как-то так глупо, да и вообще… зачем же они встречаются с вами, если ищут счастья на стороне?
– Спросите лучше об этом их, Бетти, – Ник чуть приподнял уголок губ, – Мне не везет в личной жизни и, говоря откровенно, вашему другу это должно быть известно.
– Я вижу, вы обсуждаете довольно любопытные темы, да? – Дерек, которому прекрасно было известно, как не любит его друг говорить о своей личной жизни, попытался подавить улыбку, – Ну-ну, не стесняйся, именинник – расскажи нам о своих победах!
Мужчина, вероятно, не ждавший такой подставы от лучшего друга, на мгновение опешил, приоткрывая рот, а затем вдруг ядовито улыбнулся и, подперев щеку ладонью, с видимым любопытством воззрился на него.
– А может, лучше ты расскажешь нам трогательную историю своих взаимоотношений с Линой? Дерек, который раз вы уже расстались? Седьмой? Десятый?
– Четвертый, – парень, мигом сникнув, недовольно дернул плечом, – Все, я понял, тема неудачная. Давайте лучше поговорим о чем-нибудь более приятном, поздравим нашего друга с праздником, да и вообще…
– Да-да-да, давайте поздравим мистера Конте! – девушка, пришедшая с Ричардом, восторженно захлопала в ладоши, – Я так рада, вы знаете, мне так повезло познакомиться с вашим братом и с вами…
– Глория, – Дик, быстро улыбнувшись, мягко сжал руку девушки, останавливая ее, – Однако, с Дереком я согласен – давайте, в конце концов, начнем праздновать! И, знаете, у меня есть первый тост, – он поднялся на ноги и, взяв бокал в руку, улыбнулся так широко, что казалось, затмил яркостью улыбки все лампы в зале ресторана, – Сегодня здесь собралась совершенно невероятная, абсолютно неподходящая друг другу компания. Здесь полицейский сидит рядом с тем, кого он должен ловить и пожимает ему руку, здесь врач и владелец ресторана каким-то чудом находят общий язык, здесь все, все перемешано, но все именно так, как должно быть, и по одной единственной причине. Всех нас объединяет Доминик Конте, человек, которому я имею честь приходиться родным братом. С днем рождения, Ник, за тебя!
Все восторженно зааплодировали и синхронно выпили. Слова Ричарда не были лишены оснований – компания за праздничным столом собралась и в самом деле разношерстная, абсолютно не подходящая друг другу. Люди, которые при обычном стечении обстоятельств, скорее всего, никогда не встретились бы, сейчас сидели рядом друг с другом, смеялись, шутили, хлопали друг друга по плечу, и без сомнения полагали всех присутствующих своими самыми близкими друзьями. Мало кто мог бы сейчас представить, подумать, что Тедерик, ныне владеющий весьма успешным рестораном, некогда начинал как простой официант здесь же, мало кто мог бы поверить, что он до полубезумия, до дрожи боялся Карла Ежа, с которым сейчас радостно болтал о чем-то совершенно отвлеченном. Сложно было представить и что брат Доминика Конте – Ричард, капитан полиции, спокойно беседует с тем же Ежом, зная о его криминальных делах и не помышляя об аресте. Люди, собравшиеся за одним столом сегодня, не подходили друг другу совершенно, не должны были бы никогда поладить, но тем не менее, ладили и ладили превосходно.
И всех их объединял один человек – Доминик Конте. Человек, чей характер, чья аура была настолько сильна, настолько добра, что сплачивала даже, казалось бы, очевидных врагов. Человек, который ухитрился подружить между собою всех их, даже не приложив к этому особенных усилий.
Человек, которого так безумно ненавидел и так сильно хотел убить сбежавший из тюрьмы Хищник…
…Праздник был уже в самом разгаре, когда Доминик внезапно решительно поднялся на ноги, окидывая долгим внушительным взглядом всех веселящихся друзей.
– Вот что я подумал, ребята, – задумчиво, нарочито негромко вымолвил он, загадочно улыбаясь, – А не отправиться ли нам в путешествие?
* * *
«Мне нужны деньги».
«Досстань…» – тень слегка шевельнулась, отчего рука преступника дрогнула. Он поморщился. Мокой, подселившийся в его тело, порою делал совершенно абсурдные замечания, противоречащие здравому смыслу и логике, а объяснять этому дураку, что он дурак, Альфе не хотелось. Тратить время на бессмысленные занятия он не привык.
«В доме ничего не было», – он шел по лесу, переодетый, причесанный, чувствующий себя более или менее неузнаваемым. Тюремную робу он сжег, чтобы не оставлять следов, позаботился, проследил за тем, чтобы от нее остался лишь пепел, который после он развеял по ветру; дом давно покинул и теперь спокойно шагал куда-то вперед, немного хромая, пытаясь найти хоть какой-нибудь город или, в крайнем случае, деревушку. Дул пронизывающий ветер, было довольно холодно, а он был одет лишь в не застегивающуюся тонкую рубашку, да короткие штаны. Будь он послабее, побоялся бы простудиться, но он не боялся.
Он просто шел.
«Лезть еще куда-то – значит, привлекать к себе внимание. Оружия у меня нет, но это не проблема… Людей нет – вот что обидно!».
«Найди…» – опять прошелестела тень, – «Сссверни здессь…»
Он остановился возле какого-то дерева и непонимающе огляделся. Кругом был лес, никаких ориентиров, никаких опознавательных знаков – как подселенец понимал, куда надо сворачивать, оставалось загадкой.
«Зачем?»
«Здессь запах… люди… я чувссствую…» – прошипел в ушах ответ. Альфа хмыкнул и, слегка передернув плечами, скрестил руки на груди. В принципе, ему было неважно, в какую сторону двигаться именно сейчас – его интересовала исключительно конечная цель, но вот ради ее достижения мужчина готов был пойти на все. Безо всяких исключений.
Он свернул и, не желая более общаться со своей странной тенью, продолжил путь, все так же прихрамывая, но пытаясь немного ускориться. Его раздражала эта ситуация.
Эта тень, мокой, вытащил его из тюрьмы, помог выбраться на волю, без него, без его поддержки и силы он бы никогда не сумел открыть решетку, да и двигался бы, наверное, не до такой степени ловко и легко… Он должен был быть благодарен.
Он и был бы, если бы только эта треклятая тень теперь не пыталась подмять его сознание под себя, если бы она не пыталась командовать им!
Подчиняться Арчибальд не любил. Не любил до такой степени, что готов был пустить пулю в лоб командующему, лишь бы тот оставил свои командирские замашки, что готов был уничтожить любого, кто попытался бы отдать хоть один приказ… Но сейчас дело осложнялось.
Командир подселился в его тело и, как бы он ни пытался осадить его, все равно упорно продолжал гнуть свою линию.
Хотелось избавиться от него. Хотелось выплюнуть мерзкую тварь из своего тела, а после продолжить заниматься личными делами.
Он точно знал, чего он хочет, знал, что́ ему следует делать. Куда идти, как действовать.
Ему нужны были деньги – он знал это, и понимал, что раздобыть их может только одним способом. Он должен был ограбить кого-то, украсть… Но для начала следовало достать оружие.
Разум с бешенной скоростью прокручивал различные варианты, сопоставлял, опровергал, принимал одно ошибочное решение за другим и, наконец, приходил к одному, единственно верному – ограбить надо не человека, а какой-нибудь магазин. Какую-нибудь жалкую лавчонку на окраине города, из тех, что охраняются престарелыми дедами в форме. Такого даже убивать не надо – дашь один раз в челюсть, и все, путь свободен. И оружие у них, быть может, имеется…
Он потянул носом воздух и, остановившись, слегка приподнял бровь. Хм. А может, подселенец не так уж и глуп?
Он шел в сторону, указанную им, шел бездумно, практически не глядя по сторонам, и вот – вышел. Он стоял на опушке леса и спокойно взирал на готовящийся ко сну городишко.
Альфа задумчиво облизал губы. Так… Сейчас уже вечереет, люди готовятся спать, расслабляются. Отлично. Самое время нанести им неожиданный визит.
«Ссслышишшь?» – шепот в голове заставил мужчину поморщиться. Слышал он его прекрасно, и совершенно искренне раздражался на него.
«Слышу», – мрачно отозвался он, – «Чего тебе?».
«Там…» – его собственная рука против воли вытянулась, указывая на что-то впереди. Он прищурился. Направление северо-запад, слабо светящаяся вывеска у входа… Какой-то магазин?
«Помогаешь мне достать денег?»
«Нужжжно…» – тень завозилась внутри, – «Ты доссстанешшь… пойдешшь… куда следует… иди!..»
Он усмехнулся и, слегка качнув головой, мимолетно коснулся забинтованной раны на левой руке. Ну, что ж, если мокой не обманет и на сей раз, охраны там или не будет совсем или будет довольно слабая. Если же обманет… он окажется в весьма невыгодном положении – потерявший много крови, раненный, толком не отдохнувший, да еще и полуголодный. Жизнь свою он, конечно, и в таком состоянии продаст дорого, но…
Хищник нахмурился. Нет, умирать, едва сбежав из тюрьмы, едва вновь вдохнув свободы, ему не хотелось совершенно. Нет-нет-нет, он должен был жить. Должен был исполнить свою цель, должен был добраться до Доминика Конте… Ах, как жаль, что не сегодня! Этот день бы подошел идеально для того, чтобы нанести этой твари неожиданный визит – это был бы великолепный подарок на день рождения!
Ну, ничего… Альфа размял кулаки и, прихрамывая, направился к светящейся вывеске магазина. Подарок немного запоздает, но получателя он все-таки найдет…
Он приблизился к магазинчику и окинул его быстрым оценивающим взглядом сквозь большие окна. Так… Охрана есть – явственно немолодой мужчина, скучающий в углу на стуле. Может, еще не совсем дряхлый, но уже не крепкий. На поясе пистолет – отличное подспорье отсутствующей физической силе.
В одном из углов старенькая видеокамера, охватывающая исключительно кассу и область возле нее. Продавец – мальчишка, лет семнадцать-восемнадцать, видимо, решивший подзаработать в свободное от учебы время.
Альфа кривовато усмехнулся. Не повезло мальчику, ничего не скажешь. Впрочем, он о неудачах знает куда как больше, чем этот пацан, а ему, можно сказать, улыбнулась удача – умереть в столь юном возрасте лучше, чем проводить всю жизнь за решеткой.
Он спокойно вошел; над дверью звякнул колокольчик. Охранник безучастно скользнул по нему взглядом; мальчик за кассой приосанился, готовясь обслужить запоздалого посетителя.
Мужчина спокойно улыбнулся и, делая вид, что выбирает какие-то продукты (он даже не вникал особенно, что здесь продается), принялся незаметно подбираться к охраннику. Тот сидел на редкость удобно – камера его стул не захватывала, а значит, был совершенно беззащитен.
– Не подскажете, который час? – невинный вопрос, заданный совершенно спокойным, практически расслабленным тоном. Охранник завозился и, отложив газету, перевел взгляд на наручные часы.
– Без… – начал, было, говорить он, но закончить не успел. Тяжелый кулак, врезавшись ему в челюсть, отбросил беднягу назад, заставляя удариться затылком о стену и потерять сознание.
Мальчишка за кассой встревоженно приподнялся; в глазах его поселился страх.
Альфа хладнокровно вытащил из кобуры на поясе охранника пистолет и, осмотрев, скрупулезно проверил магазин. Забит под завязку – из оружия, возможно, еще никогда не стреляли.
Он поднял руку и первым же выстрелом сшиб видеокамеру, лишая будущих следователей по этому делу всяких доказательств. Затем спокойно направился к кассе.
Паренек за ней, трясясь от ужаса, попятился, прижимаясь спиной к стене – подобных событий в захолустном магазинчике он не ожидал, и теперь был перепуган почти до смерти, готов сделать все, лишь бы только остаться живым и невредимым.
– Деньги, – говорил мужчина коротко, четко и уверенно, не тратя слов попусту.
Мальчик, трясясь, как осиновый лист, торопливо открыл кассу и принялся выгребать из нее сегодняшнюю выручку – не слишком крупную, но все-таки довольно весомую сумму денег.
Альфа указал дулом пистолета на груду кошельков, лежащих в ящике возле кассы – продающийся со скидкой, никому не нужный товар, – и парень принялся дрожащими руками набивать деньгами один из них. На возможные проблемы с начальством ему было наплевать – хотелось жить, безмерно хотелось жить и хотелось быть здоровым.
Он набил кошелек купюрами и мелочью под завязку и трясущейся рукой протянул грабителю. Тот спокойно принял его, на миг задев своими пальцами пальцы мальчишки. Последний дернулся, как от ожога и испуганно прижал освободившуюся руку к себе.
У преступника пальцы были горячими, кровь в его венах бурлила и кипела, тогда как у самого парня конечности заледенели.
Альфа окинул быстрым взглядом стол возле кассового аппарата и, обнаружив на нем стационарный телефон, хладнокровно выстрелил в него, разнося на куски.
Мальчишка взвизгнул и, упав на пол, съежился, прикрывая голову руками.
Мужчина равнодушно сунул пистолет за пояс.
– Чтобы не было соблазна куда-то позвонить, – спокойно проинформировал он и, не задерживаясь больше ни на секунду, уверенно направился прочь.
Несчастный продавец, чудом оставшийся в живых, весь дрожа и совершенно не помышляя о вызове полиции, на четвереньках пополз к двери подсобного помещения с тем, чтобы, одевшись, выскочить за дверь и больше никогда не показываться в этом жутком магазине.
Арчибальд вышел на улицу и, потянув носом холодный воздух, равнодушно расстегнул кошелек, пересчитывая наличность. Не густо, но на то, чтобы нормально одеться и где-нибудь переночевать должно хватить.
«А потом разберемся», – он уверенно сунул кошелек в карман неудобных, излишне коротких штанов, направляясь вдоль по улочке и рассматривая здания по сторонам. Тень внутри, сидевшая во время ограбления тихо, недовольно заворочалась вновь.
«Поччему… не убил?..» – раздалось в сознании знакомое шипение, и мужчина досадливо вздохнул. Глупых вопросов он не любил даже от теней, а может, и особенно от последних.
«Потому что я не убиваю без смысла», – холодно отреагировал он, – «Не хочу оставлять следов. Мальчишка напуган – он ничего не скажет, а охраннику вообще не до того».
«Глупец!»
Альфа мысленно отмахнулся. Он уже начинал привыкать к присутствию извечно всем недовольной тени, уже устал раздражаться на нее и теперь предпочитал просто отмахиваться, не реагируя на очередное идиотское высказывание.
Мокой вытащил его из тюрьмы, мокой показал ему место, где можно было поживиться деньгами – что ж, спасибо ему за это, но командовать он в любом случае ему не разрешит. Он сказал, что позволит ему найти Доминика Конте, сказал, что тот ему тоже нужен. А он, Арчибальд, лучше, чем кто бы то ни было способен проложить путь к интересующей их обоих цели, он сумеет подобраться вплотную к своей жертве, так, что никто этого не заметит!
Убивать, оставляя следы, стелить себе дорогу трупами здесь, за стенами тюрьмы было бы излишне рискованно, глупо и бессмысленно. Он будет убивать лишь тех, кто мешает ему. Он не попадется вновь…
Возвращаться в тюрьму Молле не хотел смертельно и, пожалуй, схвати его полиция снова, не задумываясь, пустил бы пулю себе в лоб, лишь бы только не оказаться вновь в проклятой камере с грязным полом, лишь бы только не одеваться опять в омерзительную одежду, и не есть гадкую пищу.
И поэтому, уверенный в себе, готовый на все ради достижения своих целей, он, по-прежнему раненный, по-прежнему хромающий, чувствовал себя сейчас сильнее подселенца и, изредка прислушиваясь к нему, ловко подавлял его кровожадные порывы.
Арчибальд никогда не считал себя психом. Все, чего он хотел – оборвать жизнь Доминика Конте, убить его по причинам, самому ему кажущимся чрезвычайно вескими, и если уничтожал других на своем пути, то только ради достижения цели. Убийство ради убийства ему почти претило и именно поэтому, именно из-за этих странных мыслей и принципов безумного Хищника мальчишка-продавец сейчас, живой, невредимый и до смерти напуганный, уже бежал домой, а сам Альфа, завидев впереди вывеску отеля, уверенно хромал к ней. Тень в его душе, тихо злясь, начинала ощущать некоторое превосходство выбранного ею сильного человека над собой, и предпочитала пока затаиться.
* * *
– Ник, не отмахивайся от меня. Ник! – Дерек в сердцах топнул ногой и, решительно распахнув только что захлопнутую перед его носом дверь спальни лучшего друга, зашел в нее, хмуро глядя на стоящего возле окна мужчину.
– Ты совсем свихнулся, да? Куда ты собираешься путешествовать – ты даже не знаешь, куда они зовут тебя!
– Не знаю, куда, но узнаю, когда отправлюсь в путь, – Доминик сунул руки в карманы, немного приподнимая подбородок, – Хватит мной командовать, Дерек! Время, когда я нуждался в повышенной опеке, уже прошло, я взрослый человек и имею право…
– Ни черта ты не имеешь! – парень стиснул кулаки, гневно выдыхая через нос, – Почему не хочешь объяснить, что произошло, что тебя подвигло на это?!
– Потому что ты итак на меня кричишь, называешь меня сумасшедшим! – Конте повернулся и всплеснул руками, – Я не хочу ругаться с тобой и не понимаю, почему ты так категорично настроен против путешествия! Что еще случилось, что ты вдруг опять захотел запереть меня в четырех стенах?
– Я не собираюсь тебя нигде запирать, – Дерек, мгновенно остывший, опасающийся случайно проговориться об одному ему, не считая Карла, известной информации, провел ладонью по лицу, потирая переносицу, – Просто мы едва избавились от одной неприятности, как ты уже хочешь вовлечь себя в другую. Что случилось, Ник? Почему ты вдруг так скоропалительно решил отправляться в путь?..
– Потому что это теперь не только в душе, – мужчина тяжело вздохнул и, присев на край собственной кровати, внимательно вгляделся в друга, будто ища в его лице следы осуждения, – Потому что в ресторане, когда я пошел помыть руки, я снова услышал их. Они говорили… звали меня куда-то и говорили о какой-то опасности. Сказали, что что-то близится и опять упомянули гиену. Я не могу больше игнорировать их, Дерек, пойми же – если мне в самом деле грозит какая-то опасность, я должен выяснить, что это и почему это! Что-то приближается, что-то плохое и, возможно, угрожающее, и я не могу просто так оставить это без внимания… О чем ты говорил с Карлом?
– Ни о чем, – молодой человек стесненно пожал плечами: сознаваться он все еще не хотел, – Обсуждали, какой подарок тебе подарить.
– Я сделаю вид, что я поверил, – Доминик устало поморщился и неожиданно откинулся на кровать, – Все, довольно. Не хочу опять ругаться с тобой, я устал сегодня. Спокойной ночи, Дерек.
– Спокойной ночи… – парень тихонько вздохнул и, покинув спальню друга, прикрыл за собою дверь. На душе у него было паршиво.
Обманывать Тедерик в принципе не любил, а уж тем более терпеть не мог, когда приходилось лгать друзьям, людям, которые всегда верили и всегда доверяли ему. Однако, портить Доминику конец дня рождения он упорно не хотел, предпочитая отложить рассказ о страшном событии на следующее утро.
Он нахмурился и уверенно направился к ведущей вниз лестнице, спускающейся в его собственную квартиру. Сна не было ни в одном глазу, да и после сегодняшних известий вряд ли он бы сумел уснуть, даже если бы по-настоящему устал, как бывало все дни до этого.
Он спускался по лестнице и, кусая губы, принимал категоричное, возможно, несколько глупое и смешное, но твердое решение – перерыть все книги и перевернуть весь интернет вверх дном, но найти, в конце концов информацию об этой водной гиене, которой бесконечно грозили Нику загадочные голоса!
…Проснулся он, лежа щекой на клавиатуре компьютера и, сев, потряс головой. Вчера, забыв обо всем, старательно отыскивая в помощь Доминику информацию, он засиделся глубоко за полночь и когда уснул, сейчас даже не помнил. Ему-то казалось, что он готов работать всю ночь, он и собирался делать это, но оказалось, что у организма свои планы.
Не помнил он, и нашел ли все-таки что-нибудь или же нет, сейчас совершенно не мог сообразить, на чем остановил поиски и не знал, есть ли ему, чем порадовать друга.
Он протер лицо ладонями и, широко зевнув, покосился на экран компьютера. Ну да, ничего удивительного. Невероятное количество сумбурных символов в адресной строке и пять сообщений об ошибках. Спать на клавиатуре все-таки чревато…
Он перевел взгляд на стол, отодвигая последнюю и, неожиданно обнаружив маленький листок бумаги из блока для записок с двумя короткими словами на нем, нахмурился. Значит, что-то он вчера все-таки успел найти, даже записал это? Ну-ка, посмотрим…
Хм. Всего два слова – мокой и «Гиена». Интересно, что это должно означать?
Дерек еще раз тряхнул головой и, поспешно закрывая сообщения об ошибках, попытался вновь добраться до поисковой системы, вбивая в нее первое из записанных слов.
Наверху хлопнула дверь, послышались знакомые шаги – Доминик, судя по всему, тоже проснулся и теперь собирался на работу в одну из своих компаний, планируя вновь с головой погрузиться в дела, пока не отправится все-таки в запланированное путешествие.
Парень слегка вздохнул. Надо было успеть поговорить с ним сейчас, с утра, еще до того, как он уйдет, потому что вечером они могли и не пересечься – заняты всегда были оба, и не часто удавалось просто поговорить, обсуждая события сегодняшнего дня.
Он покосился на экран… И, хмурясь, всмотрелся пристальнее, затем опять обращая внимание на листочек бумаги в руках.
Мокой… Однозуб или морская гиена… Вот тебе и гиена в воде!
Он почти подпрыгнул, вскакивая со стула, и бегом бросился наверх. Доминик ходил по квартире, собирался, готов был вот-вот отправиться в душ, слушать таинственные голоса – привычки друга Дерек знал хорошо, и обычно не нарушал плавное течение его утра, но сейчас медлить не хотел. Странное чувство неизъяснимой важности неожиданной информации охватило его; он несся, перепрыгивая через две ступеньки, спеша рассказать другу о ней и, запнувшись на верхней, чудом не упал, будучи в последний момент пойман тем самым, явственно растерявшимся, другом.
– Доброе утро, – Доминик пару раз моргнул, помогая молодому человеку ровно встать на ноги, – Что случилось, пожар?
– Почти, – Дерек, задыхаясь, воодушевленно помахал в воздухе листком бумаги, – Кажется, я понял, про какую водную гиену тебе твердят голоса, Ник!.. Мокой, – он вытянул листочек вперед, почти тыкая его в нос приятелю. Тот, явственно недоумевая, отшатнулся, хмуря брови. Значения произнесенного слова он не понимал.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?